Текст книги "Монстры царства стали (СИ)"

Автор книги: Таня Нордсвей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 31 страниц)

– Ноа, мы… – начала было Эль, но вдруг раздался стук в дверь. Девушка смахнула с щек слезы и вопросительно посмотрела на Рэйну.

– Мы еще кого-то ждем? – спросила Ноа Рэйна, уже собираясь вставать. Но принцессу опередила Эль, которая выскочила открывать дверь. Ноа пожал плечами, ожидая, с кем вернется Эль.

Подруга неожиданно вошла в комнату вместе Кассией. Увидев их всех вместе, валяющихся на простынях и подушках в одежде, фейри крайне удивилась и тут же стала лепетать, оправдываясь:

– Я… я зашла узнать, ничего ли не надо Луне… а… – кажется, ее еще больше смутило то, что Рэйна с Эль собрали волосы Ноа в смешные хвостики, чтобы те не лезли ему в лицо, пока они наносили отвары на кожу. Благо неожиданное появление фейри стерло с их лиц печальные выражения от рассказанных историй, иначе Кассия точно бы была в шоке от увиденного: две человеческие девушки и парень лежат в обнимку с подушками, пуская на них сопли и давясь слезами!

А если без шуток, то слова, сказанные Эль и Ноа до сих пор эхом отдавались в голове Рэйны. Злость и гнев, вина и печаль волнами накатывали на нее, заставляя ладони принцессы сжиматься в кулаки.

Хорошо, что пришла Кассия. Она стала их лучиком света в прошлом, полном боли.

Эль снова села на кровать, пяткой пиная Ноа в бок, чтобы тот подвинулся. Рэйна шикнула на обоих.

– Спасибо, Кассия, за заботу. Мы тут…

– У нас была небольшая вечеринка, – закончил за нее Ноа. – Присоединяйся, Кассия.

Глаза фейри округлились. Ее выражение лица стало крайне забавным, что вызвало у Рэйны неожиданную улыбку. Лесная дева была такой милой и чистой.

– Я? – глупо переспросила она.

Ноа быстро вскочил и, схватив руку Кассии, потянул ее на себя. Та ойкнула, а после парень подхватил фейри на руки и сел вместе с ней на кровать. Резкая смена настроения Ноа была подозрительной, но он явно таким образом пытался отвлечься от плохих мыслей. Кассия забрыкалась, приземлившись прямо на их друга, после ее протесты перешли в звонкий смех. Ноа тоже засмеялся и сдул со своего лба медно-рыжую прядку фейри, продолжая ее придерживать за талию, чтобы та не свалилась с кровати.

– Совсем дурной, что ли? – проворчала Эль, а потом тоже засмеялась и пнула его подушкой. – Что о нас теперь подумает Кассия?

– Да она от нас восторге! – фыркнул Ноа, ответив за фейри, и тут же получил подушкой от Рэйны. Кассия вовремя уклонилась и успела забраться ближе к изголовью кровати, беря в руки последнюю, «ничейную» подушку и готовясь держать оборону.

Завязалась небольшая потасовка, в процессе которой победу одержали девушки, а Ноа был скинут с кровати. Но парень не обиделся, а забрался к ним обратно, растягиваясь и кладя голову на колени Кассии. Фейри покраснела, но не отодвинулась.

Рэйна мысленно запомнила, что ей стоит провести на кое-какую тему разговор с Ноа.

– Мы тут истории рассказывали, – пояснила для Кассии Рэйна. – Осталась лишь моя. Полагаю, ее тоже стоит поведать.

И она рассказала им все.

Про свое детство, Каспара и Канну, пиратов Тарака и Киару, валькирий, и про то, как отправилась в Скайферон. Умолчала только о грязных делах, что совершала в Нанкаре, да о том, что изначально планировала снести голову Саргону. Все это завуалировала через информацию, что получила от Солара, Саргона и наместников: якобы хотела спасти свое королевство путем замужества.

Скрыла и подробности их игры с Саргоном: такое точно Кассии и друзьям знать не надо было. Хотя, от пронзительного взгляда Эль вряд ли укрылось что-либо, а от Ноа…

Он тоже рассказал не всю свою историю – Рэйна это поняла сразу. Не упомянул юноша и о своем даре Пророка. Но девушка с самой их встречи здесь чувствовала нутром, что Ноа не был обычным человеком.

Кассия внезапно захотела поделиться с Эль и Ноа рассказом о своем детстве, который Рэйна уже слышала, но была не против послушать снова. А как только фейри закончила, неожиданно выяснилось, что Эль знакома с Адрианой. И что сестра Саргона в свое время спасла Эль, а после они расстались хорошими подругами. Кроме того, когда подруга сообщила, что они с Адри добрую половину этого дня болтали в ее покоях, глаза Рэйны округлились.

Кассия вдруг вспомнила, что Адри упоминала Эль, но ее имени не называла. Девушки разговорились, и Рэйна заметила, как Кассия машинально начала гладить кудри Ноа, лежащего в ее ногах. Фейри и Эль пообещали Рэйне обязательно познакомить ее с Адрианой поближе. Сестра Саргона, по рассказам девушек, была очень интересной личностью.

Вскоре компания притомилась, а Эль с Кассией и вовсе уснули. Заснул и Ноа, а вот Рэйна… Накатывающие приступы стали дали о себе знать.

Девушка выскользнула из кровати, прикрывая спящих друзей одеялом, и отправилась в гостиную. Вслед за ней бесшумно вышел Ноа.

Он понимал ее без слов. Хоть парень и был крайне свободолюбивым, Рэйне так не хватало его присутствия эти месяцы.

Они сели, смотря, как за окнами перемигиваются звезды. Никто не стремился начать разговор первым. Так Рэйна и Ноа просидели в тишине, забравшись с ногами на диван и кресло, пока парень неожиданно тихо ее не спросил:

– Что бы ты сделала, если бы тебя снедало отвратительное чувство злости и несправедливости за смерть близкого тебе друга? И если бы ты знала, где находятся те, кто совершил злодеяние над ним?

Рэйна подняла взгляд на Ноа и внимательно на него посмотрела.

Она отметила темные круги, залегшие под его глазами, показывающие то, что Ноа не спал последние несколько ночей. Заметила и неожиданно появившийся маниакальный блеск в его глазах, ожесточающий безумием привлекательные черты лица.

– Итак, если бы я, снедаемая злостью, знала, где находятся мучители близкого мне человека, которого уже нет в живых… Чтобы я сделала, верно?

– Именно, – Ноа чуть склонил голову на бок.

– Я бы отомстила. Тебе и так это известно.

Ответом ей была печальная улыбка друга. Лунный свет серебрил его локоны, делая лицо еще более мертвенно-бледным.

– Ты знаешь, кем был Иллиас и кто его убил? – почти шепотом уточнила Рэйна, стараясь не разбудить спящих в комнате девушек.

– Да.

– И кем же? – сердце Рэйны сжалось.

– Его звали Юонг Хур, и он…

– …являлся наследным принцем Демии, – закончила за него девушка и беззвучно выругалась. Рэйна плохо помнила черты Юонга – тот единственный раз, когда он посещал Валию, почти стерся из ее памяти. Они тогда были еще детьми. Неудивительно, что Рэйна не узнала в нем Иллиаса.

– Рэйна, – взгляд Ноа будто смотрел в ее душу. – В мире назревает война, в которой Валия уязвима. Эта бойня будет стоять тысячи жизней, если не сотни тысяч. Ее назовут Войной Скорби – она станет последней, завершающей Век Хаоса и Скорби.

– Зачем ты это мне говоришь? – не поняла смены темы Рэйна.

– Затем, что ты делаешь выбор. Сделай его правильно.

– Ты видишь будущее?

– Я вижу возможные пути. Единая тропа, по которой мы пойдем, уже выбрана, но не у тебя. Мне открыты лишь размытые образы… будто то, что грядет, связано и со мной. Но ближайшая развилка – твоя. И эта война богов и лжебогов…

– Я должна сыграть в ней роль? – Рэйне вспомнились слова Азар и ее слова о пророчестве.

– Ты станешь в этом Хаосе жертвой, предложенной для заклания. Ради будущего нас всех ты должна будешь выбрать: стать королевой или сделать неверный ход. В конце – Белая королева. В конце – Черный король.

Рэйна сглотнула. Где-то она уже похожее слышала… но где?

Взгляд золотистых глаз Ноа словно пригвоздил ее к месту.

Означало ли все это, что девушка должна была выбрать Солара? Рэйна не знала. Весь этот разговор и предостережения…

Разгадки смысла пророчеств никогда не были сильной стороной Рэйны. Ноа говорил туманно и явно давать разъяснения для не особо понимающих личностей не собирался. Тем более, что он явно находился в трансе: этот остекленевший взгляд смотрящих в Вечность Рэйна уже наблюдала ранее.

Ноа помотал головой, отгоняя наваждение, и эта странная гнетущая атмосфера исчезла. Его дар вновь ушел глубоко в тело Ноа, и парень неожиданно встал, протягивая девушке руку:

– Потанцуй со мной.

– Прямо сейчас?

Все еще сбитая с толку, Рэйна не могла прийти в себя от его слов. Что конкретно те означали? Как ей поступить?

– Да, – ответил ей Ноа, и Рэйна вложила его руку в свою. Ей сразу вспомнилось, как в Меласе они вместе танцевали. Было же время…

Молодой человек закружил ее в танце. Они двигались бесшумно, ступая по полу босыми ногами. Свидетелями их танца была лишь одинокая луна да мерцающие звезды.

– Тебя вызволили из плена Бронт и Лола? – тихо спросила Рэйна.

– Почти, – уклонился от ответа Ноа.

Девушка вопросительно подняла бровь.

– Я и сам успел им показать, как со мной обращаться не стоит.

Все внутри Рэйны похолодело от догадки, что он мог сделать сам.

В глазах Ноа даже в эту лунную ночь плескался огонь. И девушка не была до конца уверена, что изначально запертая в Таркалион Ноа магия огня не была тем самым оружием, которым он и расправился со своими обидчиками.

– Все это неважно. Ничего уже не изменить. Многие из нас просто родились не в то время, Рэйна.

Всех его завуалированных фраз она уже не понимала, и у Рэйны голова шла кругом от этих предсказаний. Но девушка знала, что сейчас желала только одного: чтобы с ними рядом оставался тот самый Ноа, с которым она познакомилась в Меласе.

Неожиданно мысли Рэйны вернулись к Кассии и к флирту Ноа.

– Если ты разобьешь Кассии сердце, то мне придется вновь вспомнить мой обширный арсенал из угроз, зайчик, – отчеканила Рэйна.

– А если она мне разобьет мое? – улыбнулся Ноа.

Рэйна вздохнула. Она ненавидела быть свахой. И терпеть не могла лезть в чужие отношения, потому что у нее свои-то в потемках, что уж о других-то говорить.

– Тогда вы оба будете с разбитыми сердцами.

Ноа промолчал, медленно качая девушку, а потом еле слышно пробормотал:

– Кассия очень чистая. Ее душа несет в себе свет. Ты замечала, что…

– …у Кассии нет тени? – это Рэйна заметила еще в первый день их знакомства и была невыразимо удивлена. Кажется, сама фейри об этом не знала или просто старалась не обращать на это внимание.

Силва без Кор. Лес без сердца. Девушка без тени.

– Да. Она другая. Кассия чувствует природу и мир иначе. А я – противоестественен. Но, кажется, мудрецы обычно всем говорят, что именно противоположности притягиваются.

Он неплохо перевел тему – девушке нечего было добавить. Что ж, ее дело предупредить. Его – услышать и внять.

Рэйна и Ноа продолжили медленно танцевать, пока не остановились под перемигивание далеких звезд. Он оставил ей горсть шариков для переброса, а после они вернулись к сопящим в спальне девушкам, пристраиваясь рядом с ними на недолгий отдых.

Смысл всех слов, сказанных Ноа, дошел до Рэйны позже. Гораздо позже.

Когда уже стало слишком поздно.

Глава 25

Саргон

Они с Бронтом вернулись из военного лагеря только под утро: ужасно уставшие, голодные и мечтающие о горячей воде. Силы бессмертных оттеснили мятежников на юг, но несмотря на это отношения с Валией продолжали накаляться. Люди принимали их помощь с опаской даже после того, как причины этой поддержки были озвучены самой королевой. С ней Саргону пришлось встретиться лично и увидеть, насколько та была сломлена горем потери детей.

Рэйна внешне так походила на Аделлу – не зря та являлась ее биологической матерью. Но принцесса была в сотни раз красивее и умнее. И Саргон недоумевал: как столько лет Рэйна была лишь Тенью старшей дочери Аделлы?

Принц знал историю девушки, видел портреты ее семьи в холлах дворца. Понимал, через что прошла Рэйна. А как девушка стала такой, ему поведали ее ночные кошмары. Он не мог не восхищаться силой ее воли: Рэйна буквально восстала из пепла своего прошлого. Саргон так не смог – вес его ошибок продолжал тянуть принца на дно. Рэйна же была другой: яростной, страстной, коварной, необузданной. Такой манящей…

В последнее время Саргон постоянно о ней думал: просто не мог выбросить ее из головы. Мысли принца то и дело возвращались к рукам девушки, гладящим его грудь, прижимающемуся к нему телу, жадным губам и восхитительным шелковистым светлым волосам. Ее пьянящий запах – яблок и корицы – выбивал из его груди весь воздух. Это мешало Саргону сосредотачиваться на насущных задачах, поэтому он изо всех сил пытался отвлечься. Бронт, точно ощущавший ее запах на нем, ничего тому не говорил. За то, что тот не лез в дела, в которых и сам принц еще не разобрался окончательно, Саргон всегда ценил друга.

День во дворце уже был в самом разгаре, когда они совершили переброс. Здесь всегда просыпались рано, а в преддверии скорой помолвки Солара слуги и вовсе были перегружены дополнительной работой.

Рэйна и Эль, хитро подмигнув мужчинам, пошли по коридору мимо Саргона с Бронтом синхронной походкой от бедра, направляясь на завтрак. Никакая фейка или фейри не смогла бы сравниться с теми уверенностью и энергией, что шли от каждой из них. Бронт и Саргон переглянулись. О да, это их девочки. Как же им их не хватало!

Рэйна мысленно послала Саргону поцелуйчик, на что принц усмехнулся. Они с Бронтом направились каждый в свои покои, чтобы наконец смыть пот и грязь ночного сражения. Мотаться туда-сюда им порядком уже надоело, но Саргон не мог находиться слишком далеко от Рэйны, а Бронт… в скором времени должен был сопровождать Ноа и Эль на аукцион.

Мужчина с наслаждением принял ванну, а когда вышел из купальни, в гостиной его уже ждала Адри.

Сейчас сестра выглядела в разы лучше, чем несколько дней назад, что не могло не радовать Саргона. На ней была ее любимая темно-изумрудная просторная рубашка, заправленная в штаны с высокой посадкой, портупея с ножнами и кинжалом и новые сапожки из телячьей кожи, что были одним из подарков Саргона сестре после освобождения Адри. Свои длинные волосы Адриана собрала в легкую косу. Ее щеки приобрели розоватый оттенок, позволяя принцу немного расслабиться и не тревожиться о ее самочувствии.

Сестра взяла валяющуюся на диване чистую рубашку и бросила ее в Саргона, стоящего в одном лишь полотенце на бедрах.

– Оденься.

Адри нельзя было смутить голым телом, но она терпеть не могла вести разговоры с обнаженными людьми – хотя с ее стороны это было больше похоже на принцип, нежели на смущение.

Единственный раз, когда сестра смутилась, на памяти Саргона был в момент, когда они с Соларом застали ее за примеркой бижутерии. Чуть позже он узнал, что те серьги был подарком Эдана – истинной пары Адрианы. Саргон знал, что те серьги она до сих пор хранила так же бережно, как и тиару, доставшуюся ей от матери.

– И тебе доброе утро, сестренка.

Пока Саргон переодевался в спальне, из открытой двери послышался командный голосок Адри:

– Равен, ты должен ее добиться.

– Милая моя, кого? – фыркнул Саргон, хотя прекрасно понимал, о ком говорила сестра.

– Не придуривайся. Я тебя знаю как никто другой. И мы о той самой девушке, с которой я сегодня буду обедать и сплетничать о тебе.

– Адри, – серьезно сказал ей Саргон, входя в гостиную. – Она невеста Солара.

– И что? Солар не стенка, его можно подвинуть. А я видела, как вы друг на друга смотрели! Ты обязан ее добиться!

– Почему? Она выбирает Солара.

«И не просто выбирает, а собирается выйти за него замуж», – мысленно добавил Саргон.

– Да потому что, Рав, ты… – на секунду она замолкла, подбирая слова. Ее локон забавно выбился из косы, словно маленький хвостик утенка, – только с ней я вижу в тебе того самого мальчика, который вырос на моих глазах. Только с Луной ты настоящий, и тот, которого я когда-то знала.

И как это она, интересно, увидела за один вечер?

Но спорить с Адрианой было бесполезно. Она не имела никаких приличий и зазрений совести, что всегда позволяло ей прекрасно разыгрывать сваху.

– Она меня не любит.

«Это, скорее, созависимость или влечение, – дополнил про себя Саргон. – Просто близость, развлечение. На крайний случай – секс».

– С чего ты взял? Я видела, как она на тебя смотрела.

– Со мной она не будет счастлива. Я все рушу.

Тем более, что Саргон не мог ей дать того, что Рэйна так желала. Корона никогда не достанется не достойному ее. Магия отца не допустит такого.

– Между вами связь, и я это вижу! – Саргон чуть не выругался на ее этих словах. Значит, Адриана засекла их мысленные переговоры во время празднования. Конечно, она же знала, как обычно все это происходит! У нее когда-то была истинная пара. – Почему ты считаешь, что не достоин быть любимым? Я люблю тебя как брата, мать тебя безумно любила, и…

– Я гублю всех, кто меня любит, Адри. Всех. Тебя в том числе.

– А ты у нее спрашивал? Быть может, она выберет теб…

– Адри, – снова оборвал ее Саргон. – Мы сейчас говорим о девушке, которая практически обручена с нашим братом. – Слово «брат» ему далось очень нелегко. С того самого дня, как Солар сказал про Адри, что Саргону она больше сестра, чем ему, Солар перестал быть ему близок. И это слово в его сторону потеряло для темного принца всякий вес. Солар не был этого достоен. – Солар отправил легионы на поддержку ее королевства в войне с мятежниками. Даже если у нее было бы желание бросить все ради такого как я, – он показал на себя, – у нее все равно выбора не было бы. Слишком поздно, Адриана.

Пронзительный взгляд Адри говорил гораздо больше, чем любые ее слова.

Сестра встала с дивана, поправив на них подушки.

– Всегда есть выбор, Равен, пока мы живы.

Он не остановил ее, и Адри ушла, оставив рану в его сердце.

Она ведь как никто другой знала, какого это: быть обрученной с одним, а иметь связь и любить другого. Метаться между долгом перед семьей и собственным счастьем. А выбрав – остаться у могилы любимого.

В глубине души Саргона всегда был страх повторить ее судьбу. Но он давил его, не давая ему права голоса.

Все было слишком просто и одновременно сложно. Принц вышел вслед за сестрой.

Слова Адри не давали ему покоя весь день, пока он вновь не увидел Рэйну и между ними не вспыхнула искра. Тяжелые думы покинули его голову только тогда, когда вечером он пришел в ее покои и девушка впилась страстным поцелуем в его губы.

О да, его маленький демон. Запусти пальцы в волосы, прижми к себе и никогда больше не отпускай.

И черт с ними, с этими правилами морали.

Их игра сводила Саргона с ума, как и ее стоны, и хитрые голубые глаза.

Жадные поцелуи Рэйны, его властные движения. В их паре взгляд каждого говорил – я делаю это, только потому что хочу, а не потому что так хочешь ты. И это затягивало их в глубины желания еще быстрее.

Саргон остался на несколько дней в Скайфероне. Хотя в итоге все, что он запомнил, будучи во дворце – их ночи. Утром же и днем их игра в соперников с Рэйной продолжалась: они с наслаждением щекотали нервы друг друга, будоража кровь. Их пари превратилось в сплошной калейдоскоп чувств, страсти и хитрости.

Но больше всего Саргону нравилось просыпаться с ней, даже несмотря на то, что ночью Рэйну часто одолевали кошмары. Принц молча вытягивал из нее боль, разделяя ее на двоих, каждый раз поражаясь воле Рэйны держать день за днем эту дрянь в волевой узде. Да и ему пару раз снились не слишком приятные сны, и лишь ее дыхание под боком возвращало Саргона к сознанию, ведя к свету во тьме.

Ситуация на границах Ксанфиса ухудшалась. Бронт с Эль и Ноа отправились готовиться к аукциону, который перенесли на несколько дней от первой даты по непонятной причине. С Соларом Саргон старался не встречаться. Как и пытался не думать о том, что он бы с радостью разукрасил его праведное личико «братскими» тумаками как минимум.

Рэйна заворочалась под боком, отвлекая его от каких-то слишком собственнических мыслей. В последнее время принц слишком остро стал реагировать на любые притязания в ее сторону, сам не зная почему.

– Если бы ты был королем, какую бы ты политику вел? Как бы ты правил королевством? – неожиданно спросила Рэйна, кончиком указательного пальца проводя по ладони Саргона незамысловатый узор и посылая по его телу приятные волны чего-то ранее неизведанного. Светлые волосы Рэйны рассыпались по его руке – она лежала на предплечье руки принца. Он вдыхал ее запах, зарываясь носом в светлую макушку. Утро выдалось крайне живописным и спокойным: из открытого окна его спальни открывался вид на безоблачное персиковое небо.

На секунду мужчина задумался – настолько внезапным был для него этот вопрос.

– Я бы подчинил себе наместников, чтобы они не думали вести свои игры в тайне от меня. Контролировал, но при этом старался слушать их мнение, – Саргон прикрыл глаза. – Я бы отменил рабство и нашел лекарство от тумана. А ты?

– Я бы подарила детям надежду на будущее, – ее голос был полон внутренней горечи. Саргон помнил, через что она прошла в детстве. И что теперь это, уже во взрослой жизни, стало ее персональной болью. – Ни один ребенок не заслуживает того, как к нему сейчас относится этот жестокий мир. Я бы запретила работорговлю, держала бы в узде всех власть имущих. Подавляла бы бунты мечом и магией, просчитывала стратегию наперед. Этот мир переделать нельзя, но я бы попыталась изменить его отношение к людям и фейри.

То, что их размышления и взгляды совпадали, ни один из них двоих не озвучил.

Он притянул ее к себе.

– Ты была бы хорошей королевой.

Саргон знал, что она улыбнулась.

– А ты бы был хорошим королем.

Был бы, но не станет. И об этом он, опять же, не сказал ей вслух.

* * *

– Мы загнали повстанцев и мятежников в угол, но горы, считай, что их родной дом, – отчитался Лейс, когда Саргон вошел в только что развернутый лагерь фейри. Везде звенели молоты, пахло варящимся ужином и гудели голоса вперемешку со стонами раненых. В воздухе висели густые запахи крови, стали и дыма. Позади себя прошедшие легионы оставили гору трупов и реки крови. Птицы-падальщики пировали на плоти, вороны кружили над полями, усеянными телами погибших солдат. Разорванные флаги врага печально трепал ветер. Но здесь, в лагере бессмертных, уже вовсю бурлила жизнь.

– По вашему приказу наши силы высадились к берегам Демии и Рамии. Начало наступлению положено: мы возьмем их в кольцо и раздавим сопротивление. В том числе и в горах. Туда отправились два крылатых легиона для внутренней зачистки. Мы вытащим мерзавцев из их укреплений и добьем уже снаружи.

Действия, обговоренные с Советом по поводу захвата Ксанферона, пришлось совмещать с операцией «помощи» Валии. Валия это прекрасно понимала и принимала все их подачки, вот только ее глупое смертное население до сих пор не соглашалось с тем, что именно благодаря стараниям Рэйны получает шанс на спасение. И продолжало распускать грязные слухи о бессмертных и их якобы тайной помощи мятежникам. Впрочем, фейри и фейцев это мало заботило. Все равно они планировали захватить весь этот континент и уже тогда дурные шепотки пресечь, вырвав с корнем.

Феллан, все еще одетый в окровавленные доспехи, доложил обстановку западнее у Рунии. Там на днях вновь вспыхнули мятежи и были убиты сотни кочевников на границе. С каждым днем насилие в уголках смертного континента росло, будто кто-то намеренно подпитывал этот огонь. Саргон считал это величайшей глупостью смертных. Если в пророчествах предупреждали, что придет время, когда спасутся от краха лишь те земли, на которых было пролито меньше всего крови невинных – зачем же собственноручно приближать этот Судный день?

– Какие будут указания, Главнокомандующий Равен? – вывел Саргона из мыслей Лейс.

Саргон всегда отдавал свои приказы исключительно через генералов. Его, мягко говоря, не очень жаловали обычные солдаты, даже пускай он и был тем, кто их вывел живыми из стольких сражений. Но учитывая, что все знали, в какой напасти его обвиняли столетиями, это было вполне очевидно.

На карте наступления были помечены красным все горящие точки мятежей и кровопролития. С таким успехом совсем скоро вся их карта окрасится в красный цвет. Саргон надеялся, что Бронт успеет вывести Эль с ее семьей и Ноа из Мирии до того, как весь мир погрузится в жестокую и беспроглядную войну.

Принц добавил еще несколько точек на карте, ощущая небольшую тряску земли. Было довольно странно, что в последнее время в Валии участились землетрясения.

– Взять Реккетрам и перебить всех, кто оказывает сопротивление. Детей, женщин и стариков – мирных жителей – не трогать. Остальных уничтожить и начать подготовку к взятию Демии.

Никакого милосердия, только выучка и хладнокровие, отточенное годами.

– Будет исполнено, Ваше Высочество.