Текст книги "Девочка из прошлого (СИ)"
Автор книги: Тала Тоцка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)
Глава 36
Демид
Арина не захотела лететь с нами, хоть я ее звал. Отказалась категорически. Зато разрешила взять с собой Котенка, и я очень за это ей благодарен.
Лететь необходимо позарез, я и так затянул. Не собираюсь надолго, как только закончу дела, сразу вернусь обратно. Но оказалось, что мне пиздец как тяжело расстаться с дочкой.
Не знаю, как я раньше без неё жил, теперь и дня без неё не представляю. Без этого ее «Папа!» и «На ручки!»
В наших отношениях с Ариной тоже наметился положительный сдвиг. Конечно, секс не лучший метод налаживать мосты, залечивать раны и искупать грехи. Но как показала практика, далеко не худший.
По крайней мере в нашем с Ариной случае. Теперь как минимум я могу рассчитывать, что в мое отсутствие к ней не подкатит рандомный левый мужик. Интан неслабо меня раздраконила.
А как максимум... Для максимума я сделал все, что мог.
Котенку дом зашел. Она носилась по комнатам, пока я заказывал доставку еды. Мы поужинали, причем мой ребёнок все время порывался меня покормить.
Такое ощущение, что это я плохо расту. Хоть и вымахал под два метра.
Позвонили Арине уже когда собирались спать.
Катя показывала маме, как она умеет прыгать по кровати. Арина смеялась и хлопала в ладоши. Мне она показалась немного бледной, а может так передал экран.
Пока мои девчонки болтали между собой, я любовался ими, сидя в кровати и опираясь на подушки. Наверное, из-за расстояния, но именно сейчас хорошо ощущалась мощная связь, которой связала нас эта мелкая, прыгающая пружинка.
– Она стала лучше говорить, Дема, – сказала Арина, когда малышка ускакала показать маме новый рюкзак, который мы с ней купили. И добавила чуть тише. – Я рада, что ты появился в ее жизни.
– А в твоей? – спросил, глядя в упор.
Она замешкалась буквально секунду.
– И в моей, – ответила, не отводя взгляд.
***
– Что за таинственность, Демид? – спрашивает Руслан, усевшись на диване в моей гостиной. Рустам молча смотрит исподлобья.
Майя сидит возле родителей немного обиженная, что ей мама не разрешила побегать по дому. Но я рассказал Соне, почему всех их собрал, и она вызвалась мне помочь.
Ей уже совсем скоро рожать, я не собирался играть на ее нервах.
– Да, Демид, почему ты нас собрал? – поддакивает мужу Ди. Их парни тоже оба здесь.
Амир в маске, у мальчишки ослаблен иммунитет, и Ди с Русом перестраховываются.
– Я хочу вас кое с кем познакомить, – отвечаю и иду в соседнюю комнату, где ждет Катя, сверкая любопытными глазками.
Я сказал ей, что к нам придут в гости ее дяди, тети, братья и сестра. Показывал фото, так что она заочно знакома с каждым. Теперь немного волнуется, но я беру дочку на руки, и она успокаивается. Она всегда на моих руках успокаивается.
Для меня многое значит, что со мной мой ребёнок чувствует себя защищенным. Защищенным и в полной безопасности.
– Знакомьтесь, это Деви-Катерина, – говорю, возвращаясь с ней в гостиную. Рустам каменеет, Руслан бросает на него быстрый отчаянный взгляд. И я проявляю милосердие. – Моя дочь.
Надо видеть лица обоих Айдаровых. Тревога сменяется гневом и почти сразу растерянностью.
«Ну ты и засранец», – читается на лице Руса. Он беззвучно матерится и трет руками лицо.
– Говнюк, – чуть слышно буркает Рустам, выдыхая.
– Котенок, это твои дяди Рустам и Руслан, – показываю на них Кате.
Она отлипает от моего плеча и поворачивается к ним заинтересованной мордашкой. Лица обоих Айдаровых вытягиваются. Ди с Русом переглядываются, они в полном шоке.
Соня ахает, прижимает к щекам ладони и смотрит на Катю со смесью восторга, неверия и немножко страха.
Я ее понимаю. Всех их понимаю. Сложно реагировать иначе, когда видишь ребенка, похожего на твоего. Во взгляде Дианы даже читается жалость.
Спасибо, Ди, но я не страдаю. Меня никак не парит то, что мой ребёнок на меня не похож.
Тем более, Катя не копия Майи, это особенно видно, когда девочки вместе, в одной комнате. Когда их можно сравнить. И дело не только в росте. Так намного сильнее в моей дочке угадывается Арина.
Соня реагирует первой. Берет за руку Пчелку, подходит к нам. Я бережно ставлю дочку на пол, руки прячу в карманах брюк.
– Здравствуй, Катюшка! – голос Соньки почти не дрожит, и мне из благодарности хочется ее обнять. – Знакомься, это Майя, твоя сестренка. Посмотри, как вы похожи! А я София, можешь называть тетей, можешь Соней, как тебе нравится. Я жена твоего дяди Рустама. У меня в животе сидит твой братик.
Катя с любопытством смотрит на сестру, затем на Соню. Протягивает руку и осторожно трогает ее живот. Оборачивается на меня, я подбадривающе улыбаюсь.
– Привет! – берет ее за руку Пчелка. – Хочешь я покажу тебе, как строить домик?
Котенок радостно кивает и снова на меня оглядывается. Сжимаю в карманах руки.
Моя девочка почти не общалась с детьми. Она слишком маленькая для ровесников, а младшие дети по сравнению с ней совсем малыши. Ещё и Винченцо со своей ебучей защитой...
Я поэтому ее и привез познакомиться, теперь у Кати появится компания для игр. Надеюсь, мы все сюда вернемся, осталось уломать Арину на переезд. Я не готов жить на Бали, и даже в Европе. Зачем, если остальная семья здесь?
Ди что-то шепчет сыновьям и подталкивает их к девчонкам. Те подходят и становятся по обе стороны от Кати.
– Я Дамир, – говорит Дамир и показывает на брата, – а он Амир. Круто, что ты наша сестра.
Амир обнимает сестру. Он очень любит обниматься. С Лизой парень явно рос недолюбленным, зато в семье Руса и Ди произошел разворот на сто восемьдесят градусов. И я рад, что оказался к этому причастным.
Руслан спохватывается первым и идет к малышке знакомится. За ним приходит в сознание Рустам. Они оба садятся возле детей на корточки.
– Привет, Катерина Демидовна, – протягивает Руслан ей руку. Рус-два смотрит на меня как на кусок дерьма.
Я отвечаю невозмутимым взглядом.
Ничего, не сдохнет. Зато теперь точно будет шарахаться не только от бухла и сомнительных докторов, а и от всех без исключения чужих баб.
Глава 36-1
– Ничего не хочешь объяснить? – спрашивает Рустам, когда дети убегают строить дом, который я покупал Пчелке. Он так и остался у меня, надо же детям где-то играть, когда они приходят в гости к дяде Демиду.
– Кто её мама? – «переводит» Соня, как обычно смягчая слова засранца. Как будто его это спасает.
– Арина, – отвечаю.
– Покровская? – уточняет Рус и присвистывает, когда я киваю. – Теперь ясно, почему Деви.
Я пока ничего не собираюсь говорить им о Винченцо Ди Стефано. Потом как-нибудь. Или пусть Арина сама расскажет, если захочет.
– Катя родилась в шесть с половиной месяцев, – объясняю, Ди с Соней бледнеют и переглядываются.
– А я думаю, почему она такая малышечка, – сочувственно качает головой Ди. И мне её тоже хочется обнять.
– Я потому и провтыкал, – цежу сквозь сжатые зубы. Мне все ещё сложно об этом говорить. – Я виделся с Ариной на шестом месяце. Но не заметил живот. А она была единственной, кто могла...
Соня с Ди порывисто меня обнимают с двух сторон. Опускаю голову и отворачиваюсь. Это нормально, они моя семья. Я просто не привык.
– Все будет хорошо, брат! – Руслан кладет на плечо руку. Благодарно киваю.
– Спасибо, брат. Уже все хорошо.
Даже этот урюк нахмуренный протягивает руку. И улыбается.
– Поздравляю! И когда свадьба?
Хочется сказать, что скоро, но это нечестно по отношению к Арине. Поэтому говорю правду.
– Когда невеста даст согласие. Вот по этому поводу я и хотел вас кое о чем попросить. Тебя и Руса.
***
Просить всегда сложно, даже когда знаешь, что не откажут.
Они и не отказали. Рустам только хмыкнул, а Рус выдохнул:
– Ну наконец-то. Я уже и не верил, что ты дозреешь. Поблагодари от меня Катюшку Демидовну.
И передал мне футляр.
Наша с ними пра-прабабка со стороны отца была из князей. По крайней мере, так говорил отец. Из рода в род Айдаровых старшему ребенку в семье передавался фамильный гарнитур.
Оба Руса уверены, что это все выдумка, что пра-прадед был грабителем и драгоценности просто отжал. И я с ними в принципе согласен.
В любом случае отец отдал их моей матери, чтобы она передала мне.
После ее смерти драгоценности исчезли и совсем недавно оказалось, что они у Ясмин.
Как будто сложно было догадаться.
Всплыл гарнитур случайно. Ведьма захотела помириться с сыном и позвонила Соне. Попросила взять драгоценности для Пчелки в обмен на возможность видеться с внучкой. Но разве кто-то сомневался, что Сонька откажется, ещё и сдаст каргу мужу?
– Вы же сами сказали, что гарнитур передавался старшему ребенку, – ответила она Ясмин, – значит он принадлежит Демиду. Отдайте ему драгоценности, хоть немного искупите свой грех.
Гарнитур у бабки естественно сразу же отобрали и попытались всунуть мне. На тот момент я ничего не хотел иметь от Усмана Айдарова, но теперь...
Часть моего наследства до сих пор ждет меня в банке. Мне не нужны деньги, у меня их больше, чем у обоих Русов вместе взятых. В три раза. Но когда я думал, как сделать предложение Арине, драгоценности вспомнились сами собой.
Я предложил братьям забрать мою часть наследства, а мне отдать гарнитур. В итоге Рустам меня обматерил, сказав, что он не нищий и чужие подачки ему не нужны. А Руслан сегодня позвонил и назначил встречу. Забирать мою долю братья отказались наотрез.
Вечером, уложив дочку спать, я достал футляр. Открыл и сел напротив в кресле.
Старинные камни, как на меня, слишком большие и безвкусные. Само изделие непрактичное и громоздкое. В целом все это смотрится как реквизит для сериала о турецких султанах.
Моя Арина носит бриллианты – неброские, но подобранные с безупречным вкусом. Вот только это не о деньгах и не о моде.
Это о семье.
И я уверен, что моя Ари поймет. Она как никто умеет оценить бесценное.
Я скучаю по ней. И малышка тоже. Сегодня впервые расплакалась, когда они прощались по видеосвязи. И когда ложилась спать, попросилась к маме. Значит, пора возвращаться.
Беру телефон, набираю ее номер. Не по видеосвязи, просто услышать голос.
– Дема, что-то случилось? – она взволнована, часто дышит. Любимая моя...
– Случилось, – говорю, откидываясь в кресле, – мы по тебе очень соскучились.
Она некоторое время молчит, затем отвечает, и несколько секунд молчу уже я. Соображаю. Глаза расширяются, до меня доходит смысл. И я срываюсь с кресла.
Организовать срочный вылет сложно, но можно. Моей команде не впервой с таким справляться. И рано утром мы с ещё не проснувшимся Котенком вылетаем в Денпасар.
Глава 36-2
Арина
– Так как ее зовут, Фел?
– Не понимаю, о чем ты, – мой друг делает непроницательное лицо, придвигая к себе тарелку с салатом.
Он сегодня прилетел, и мы встретились чтобы пообедать.
– Как там твои? – спрашивает он. – Когда обратно?
– Ещё не знаю. Демид сказал, когда закончит свои дела.
– Значит, скоро.
Я больше не имею никакого отношения к острову. Демид выкупил у меня акции, Феликс с Авериным что-то мутят, и я не могу не думать с облегчением, что меня это не касается.
Ещё я ничего не спрашиваю о Моретти. Знаю, что внутренний мятеж был быстро подавлен остальными капореджиме, и теперь в империи Ди Стефано относительное затишье.
Относительное, потому что Феликс слишком задумчив и сосредоточен. Я хорошо его изучила и знаю, что обычно он такой, когда затевается что-то глобальное. И сложное.
Но как бы я ни любила Феликса, теперь у меня немного другие цели. Мой мир снова оказался смещённым, у него появился новый центр тяжести. И хоть для меня это оказалось неожиданностью, не могу сказать, что где-то очень глубоко, в самом дальнем уголке души я об этом не мечтала.
И что-то мне подсказывает, что кое для кого это тоже не окажется неожиданностью.
Я потом у него спрошу.
Феликс по привычке делится новостями по нашему бывшему общему бизнесу. Слушаю с интересом – я слишком долго всем этим жила, чтобы вот так сразу от него отказаться.
– А у тебя как дела, Ари?
Этот вопрос застает врасплох.
Мне хочется с ним поделиться, но так будет неправильно.
Я потом тебе все расскажу, Фел. Обещаю. Но сначала ему. Так будет по-честному.
– У меня все отлично, Фел, – и улыбаюсь.
– Я рад за тебя, Ари, – говорит он очень серьезно, – за вас обеих рад.
– Я знаю, – у меня текут слезы, но это нормально. Хоть Феликс и непривычно хмурится, это тоже нормально. Он просто не знает.
Заботливо накрывает руку.
– Ари, ты же его простишь? Он так старается....
Киваю и улыбаюсь, размазывая слезы.
– Конечно. Уже простила.
– Правильно, – с облегчением выдыхает Феликс, – это хорошо, Ари. Ничего не бойся. Я буду за тобой присматривать.
Я это знаю. Он уже это делает. Невидимо и ненавязчиво. Если только об этом не узнает Демид...
Когда мы прощаемся, я его обнимаю. И в последний момент он говорит на ухо:
– Её зовут Лана. Редкая сука. И это уже ничего не значит, просто чтобы ты больше не спрашивала.
Вечером мы долго болтаем по видеосвязи с Котенком. Я дико скучаю по ней и по ее отцу, который все время, пока мы говорим, не сводит с меня глаз. Сидит на кровати в зоне видимости камеры. Без футболки. Засранец.
Я разговариваю с ребенком, а сама залипаю на его загорелом торсе и рельефных мышцах.
Когда прощаемся, Катюшка всхлипывает, ее глазки подозрительно краснеют, и я поспешно завершаю созвон. Чтобы она не увидела, как я плачу, обняв подушку.
Я скучаю. Хочу обнять свою малышку.
И его хочу. И обнять тоже. И вообще...
Уже ложусь спать, как на экране высвечивается « Демид». В голове сразу десяток сценариев, один страшнее другого. Хватаю трубку.
– Дема, что-то случилось?
– Случилось, – слышится в ответ хриплое, – мы по тебе очень соскучились.
Собираюсь с духом. Вот сейчас. Я скажу ему сейчас. Если поймет.
– И мы тоже. Мы тоже соскучились.
***
Он понял. Самолет с Демидом и Катей только что приземлился в Денпасаре.
Смотрю на себя в зеркало – выгляжу неплохо, только немного бледная. Странно, почему, внутри я вся горю.
Щипаю себя за щеки, покусываю губы. Так получше.
Иду на террасу, ставлю на стол миску с рисом. Его надо перебрать, чтобы пожарить. Сажусь за стол и перебираю. Тщательно, рисинка к рисинке.
Когда они появляются на дорожке, сердце почти перестает биться. Пальцы сами сжимают край стола.
– Мааааам! – моя малышка повисает на шее. Я ее целую и обнимаю, но из-за стола не встаю.
Он сам подходит.
– Арина... – поднимаю глаза и чуть не ахаю. Этот огонь в глазах. От него сразу делается не просто тепло. Горячо. – Ари....
Подхватывает на руки, достает из-за стола и осторожно ставит на пол. Мы неотрывно смотрим в глаза друг другу.
Демид кладет на мой живот обе ладони.
– Это... правда? – спрашивает так пронзительно, что к горлу сразу подкатывается комок. Не могу говорить, только киваю.
Он закрывает глаза, трет руками лицо. Обнимает меня и крепко прижимает к сердцу.
– Как же я люблю тебя, Ари. Как же я тебя люблю...
Опускаю веки. Я хочу поймать этот момент. Впечатать в память. Перечеркнуть старые записи и вписать по новому все то, что только что произошло между нами.
– И я тебя, Дем, и я тоже….
Но снизу уже требовательно дергают маленькие ручки.
– А меня, папа? А меня?
– И тебя, – Демид поднимает к нам дочку, – куда же мы без тебя?
Эпилог
Спустя два месяца
Демид
– Вот такая вот хуйня, – Аверин с задумчивым видом выпускает кольца дыма.
– И кто? – спрашиваю в полном шоке.
Убит Марат Хасанов*, сегодня днем взорвали его машину. Подробностей нет, вот только что узнал от Аверина. Мы встретились в клубе, он передал мне документы, которые нужно подписать. И которые никому больше не надо видеть, даже моим доверенным лицам.
Аверин пожимает плечами.
– А хер его знает. Он в последнее время вошел в конфликт с неким Золотаревым. Но тот совсем чмошник, не думаю, что это он. Я знаю, что ты с Хасановым вроде как общался, потому и говорю.
Киваю, что да, общался.
– Так что сложно сказать. И потом, мне за это не платят, – Аверин потягивается и встает из-за стола. – Поехали. Для забухать и попиздеть хватит.
Мы пили кофе, но если кто поинтересуется, узнает, что Аверин и Ольшанский встретились побухать и попиздеть.
– Костя, – окликаю его на выходе, – я спросить хотел.
– Спрашивай, – разрешает Аверин.
Я правда давно хотел спросить, но с Авериным мы с тех пор не виделись. А не у Феликса же мне спрашивать.
– Моретти, когда сказал, что она была бы лучше, кого имел в виду?
– Это когда сказал, что Феликс будет хуевым доном?
– Да.
– А то ты не догадываешься!
– Блядь.... – хлопаю себя по карманам.
Снова захотелось курить, а я же давно бросил...
– Про жену твою говорил, – Аверин достает портсигар, качаю головой. – Или ты не знал, что Винченцо хотел сделать из Арины Покровской нового падрино?
Закашливаюсь, и он заботливо стучит меня по спине. Сбрасываю руку, поправляю воротник рубашки.
– Это у тебя шутки такие ебанутые?
– Никаких шуток, спроси жену, если не веришь. Мы так до сих пор и не знаем, он планировал сделать ее серым кардиналом при Феликсе или просто драконил сына.
– Какой с Арины... – прокашливаюсь, – дон? Конечно, Винченцо спиздел.
– Нормальный, – отвечает Аверин, пряча портсигар. Отряхивает полу пиджака. – Но мог, конечно, и спиздеть. А жену ты зря недооцениваешь. Если бы она не стащила стилеты, то удавила бы Моретти голыми руками. За ребенка.
Вот в этом я точно не сомневаюсь.
– Пусть без неё обходятся, – кривлюсь недовольно. – Феликс впрягся, пусть сам и разгребает. Может и с него дон выйдет.
– Вот этого я и боюсь, – Аверин закидывает голову и смотрит в вечернее небо. – Что выйдет...
***
Арину с Котенком забираю от Рустама.
Мы приехали сразу после свадьбы, которая прошла на Бали. Все так, как хотела Арина. Только мы и самые близкие. Братья не полетели, не позволили дела. Поздравили нас по приезду.
Арина ещё не решила, где хочет жить. Значит пока так и будем кататься, везде обустраивать дома.
С Соней Арина не то, чтобы сблизилась, но Катя очень привязалась к Майе. И маленький месячный Аслан ее притягивает как магнит, он и правда очень милый. Потому перед встречей с Авериным я их отвез к брату.
– Папа!
– Демид!
На мне повисают две кудрявые кнопки, и я мысленно примеряю на себя роль двухсерийного отца. Пока что все получается.
– Может останетесь? – Соня выходит нас проводить. – Скоро Рустам придет, поужинаем.
– В следующий раз, – обещает Арина. Ей тоже хочется домой, она сейчас быстро устает.
Катя бежит в прихожую, натягивает на ножки ботинки и поворачивается ко мне в ожидании. Сажусь на корточки, зашнуровываю ей сначала один ботиночек, затем второй.
– Дема.... – укоризненно качает головой Арина.
Котенок берет меня за уши, разворачивает к себе. Несколько раз чмокает в лоб, обхватывает руками голову и прижимается щекой к моей макушке.
Соня прячет смешок, Арина вздыхает. А я блядь до пенсии готов так шнурки завязывать.
Поднимаю голову, киваю Арине на ее ботинки.
– Иди сюда.
– Дем, я могу сама! – она смущенно хлопает ресницами, но я смотрю в упор, и жена сдается.
Обувает ботинки и терпеливо ждет, пока я завязываю ей шнурки.
– Правильно, Демид! – восторженно поддакивает Соня. Но она не знает.
Никто не знает, кроме Арины. Это мой личный триггер.
Я ее на руках носить готов, пока у ребенка не раскроются легкие. И ношу, хоть она и сопротивляется.
Мы едем в дом, который я подарил Арине на свадьбу. Их бывший дом с Глебом. Сейчас там идет ремонт, жена захотела все переделать.
В первый раз, когда я ее сюда привел и вручил ключи, она вошла в кабинет Глеба и попросила ее оставить. Я забрал Котенка, мы играли во дворе, пока не стемнело. Когда вернулись, я увидел, что Арина уснула в отцовском кресле.
Может, она его, наконец простила – я туда не лезу. Мне бы со своим разобраться.
– Дем, давай вторую детскую сделаем вон в той комнате, – показывает Арина на одно из окон. – Мы с дизайнером подумали, так удобнее будет ночью вставать к ребенку.
– Давай, – соглашаюсь. Не потому, что мне похуй, а потому что действительно так лучше. Ближе к нашей спальне, я же ещё ни разу не вставал ночью к младенцам.
Теперь у меня есть шанс все пройти заново.
И ещё, если детская для малыша будет здесь, в этом доме, то может Арина захочет тут пожить подольше?..
– О чем задумался? – она подходит сзади, обвивает руками талию, прижимается щекой к спине.
– О тебе, – отвечаю честно.
– Врешь, – щипает за живот. За кожу, нет у меня живота, я слежу строго.
– Нет, – разворачиваюсь, беру ее в охапку, – я думаю, как тебя люблю.
И тут же снизу требовательно дергают за штанину.
– А меня, папа?
Переглядываемся Ариной, она смеется, а я поднимаю высоко вверх свою дочку.
– И тебя, Котенок. Куда же мы без тебя?
_____
*Персонаж книги «Отец моей подруги»
***
Андрей
В этот раз за падре пришлось отправиться в церковь Ла Маджоне, что в квартале Кальса. Отца Себастьяно Андрей нашел во внутреннем дворике. Тот стоял на дорожке, заложив руки за спину, и рассматривал пышно цветущий кустарник, название которого Андрею было неведомо.
И Бог с ним, с кустарником.
– Вас отправили в ссылку, святой отец? – пошутил Андрей, подходя ближе. Падре в ответ широко улыбнулся. Узнал!
– Правильнее сказать, делегировали полномочия. Теперь я и здесь, и там.
– Как Фигаро? – спросил Андрей, хотя и не был до конца уверен, что падре в курсе, кто такой Фигаро.
Падре оказался в курсе.
– Примерно так, – кивнул, не переставая улыбаться. – И что вас привело ко мне, друг мой?
– У моего... одного хорошего человека скоро родится ребенок. Я хотел бы сделать родителям подарок – крестины в часовне. Здесь крестилась их старшая дочка, так что уверен, они будут рады такому подарку. Надеюсь, вы не откажетесь провести обряд крещения?
– Это моя обязанность, – наклонил голову отец Себастьяно. – Приходите, когда малыш появится на свет.
«Малышка», – мысленно поправил Платонов.
Все как с ума сошли, желают Демиду Александровичу сына. Сам босс тоже уверен, что будет мальчишка. И только Андрей знает, что у Ольшанских вторая тоже будет девочка. И третья, если они решат не останавливаться.
Андрей прочитал всё послания апостола Павла. Конечно, понял не все, но пришел к ошеломительному выводу.
Этот мир удивительно гармоничен и сбалансирован. Уравновешен.
Только уравновесить Демида Александровича одним котенком Катей нереально. Слишком мало. Пусть их будет больше.
Рядом с дочкой Ольшанский перестает напоминать гремучий бурлящий котел с энергетиком, у которого вот-вот сорвет крышку. Наоборот, он становится поразительно спокойным и даже умиротворенным.
Так что сына ему никак нельзя. Второго такого Ольшанского этот мир просто не выдержит.
Сам Демид Александрович по обыкновению не парился.
– Да похуй, Андрюха, лишь бы все нормально прошло. Я же поседею, пока дождусь. А сын или дочка, это вопрос второстепенный.
– Вы можете мне дать что-то наподобие подарочного сертификата? Я хотел бы оплатить все расходы по крестинам, – уточнил Платонов.
– Мммм... Предлагаю не бежать впереди Господа, синьор Андрей, – мягко возразил падре Себастьяно. – В таких делах лучше довериться ему. А мы уже будем действовать по факту.
– Вы помните, как меня зовут? – Андрей был приятно удивлен.
– Конечно помню. Сертификат я вам дать не смогу, а вот приглашение составлю. Когда родители будут готовы, вы просто мне позвоните, синьор Андрей.
Они шли, неспешно прогуливаясь по дорожкам монастырского сада. Здесь вообще не хотелось ни спешить, ни суетиться.
– Я спросить хотел, святой отец.. – начал Андрей, чуть запнувшись.
– Спрашивайте, – разрешил отец Себастьяно.
На самом деле у Платонова вопросов был не один десяток. К примеру, кого считать ближними, которых он обязан любить?
Ладно, если под ближними подразумевались соседи или земляки. Это полбеды, хотя среди них можно встретить полный отстой. Но как быть с такими как Моретти? Как его можно любить?
Но сейчас загружать падре не хотелось. Был один вопрос, который его прямо сильно интересовал.
– «Любовь не ищет своего». Что апостол хотел этом сказать? Что можно влюбиться в кого-то неподходящего? К примеру, в дочь врага?
Отец Себастьяно внимательно посмотрел на Андрея и мотнул головой.
– Нет, речь вовсе не об этом. Как человек может быть неподходящим? Опять же, друг мой, вы пытаетесь загнать любовь в рамки. Апостол говорит о любви как о явлении, для которого нет слова «я». Настоящая любовь не ищет выгоды, она жертвенна. Вот об этом говорится в послании, а не об отбраковке кандидатур.
Андрей с облегчением перевел дух. Не то, чтобы он собирался строго придерживаться советам апостола. Просто слова Павла о любви ему импонировали, а этот момент создавал дискомфорт.
Дочь врага слишком молода, чтобы отвечать за грехи отца, это Андрей знал и без посланий. А вот что делать с чувствами...
Падре Себастьяно пообещал прислать Платонову приглашение, и Андрей направился в резиденцию Ди Стефано.
Он временно менял место работы, это было их общее с боссом решение.
Все началось со свадьбы. Тогда Арина, уже Ольшанская, бросила букет невесты подружкам. Бросала, повернувшись спиной, как положено. Но букет полетел по совершенно фантастической траектории и упал прямо на поднос официантки. Девушка как раз проходила мимо и предлагала гостям напитки.
Андрей не специально всматривался, сработала профессиональная привычка. Просто зацепился взгляд.
Позже, после свадьбы, когда получилось поразмышлять в тишине, он вспомнил.
Они с Ольшанским встретили эту девчонку, когда шли в Палатинскую часовню забирать Арину с венчания. Она выбежала навстречу, зареванная и растрепанная.
Андрей прежде, чем уйти, спросил у падре Себастьяно, не знает ли он девушку. Описывать пришлось на словах, её фото у них не оказалось.
Это же Бали, какое фото?
Персонала в ресторане не хватало, прислали подкрепление из другого заведения этой же сети. Набор объявили накануне, девушка прошла как стажер и больше на работе не появлялась.
Падре помочь не смог, потому что никаких девушек не видел. И вообще он был занят, у него венчание сорвалось впервые в жизни. Какие растрепанные девушки?
Андрей с Ольшанским приняли решение откомандировать его к Феликсу именно из соображений безопасности. Ди Стефано оставался один на один со своими капо и консильори.
– Ему нужен кто-то, кому он сможет доверять, – сказал Платонов.
То, что у него были свои, личные соображения, Андрей озвучивать боссу не стал.
На следующий день Андрей Платонов получил в собственность часть акций, которые передал ему Демид.
– Так твое присутствие возле Феликса будет оправдано, – объяснил он. – Теперь ты акционер и мое доверенное лицо. Я туда не полезу.
«Профсоюз» по меткому выражению босса «повыебывался от души», но согласие дал.
Андрей поднялся по лестнице к парадному входу особняка. Его встретили и провели в кабинет, где уже ждал Феликс.
По пути он наткнулся на девушку в форме горничной и ни капли не удивился, когда узнал в ней ту самую официантку*, которая плакала в Палатинской капелле.
_____
*Персонаж романа «Наследник дона мафии»
Конец
