Текст книги "Лиса на выданье (СИ)"
Автор книги: Светлана Ледовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)
– И вмещает много воды, – добавила она. – Хватит на всю честную компанию.
– После бани окажется кстати, – согласилась я. – Надо его поставить в гостиной. Соорудим там подогрев. Постояльцам всегда можно будет самим налить себе кипятка.
– Это удобно. Ты хитрая.
– У нас кулеры в каждом офисе стоят. То есть… – я осеклась и тряхнула головой. – Надо вещи в прачечную отдать.
– Дотья отнесет, – махнула рукой хозяйка. – Сама и вернет потом. Заодно и других работниц к нам сманит.
– Проблем у нее не будет?
– Нет, – Фанита закусила губу и нехотя продолжила, – я попросила Вака побеседовать с хозяином прачечной. Чтобы не ставил нам палки в колеса.
– Мы сможем ему быть полезными.
– Это как?
– Нам надобно договориться с торговцами и лавочниками. Надо, чтобы нашим постояльцам всегда предоставляли кредиты в тавернах, открывали счет в оружейных и башмачных.
– Будет не так уж и сложно договориться, – задумалась лиса, потирая подбородок. – Заручиться поддержкой старосты будет не так легко.
– Медведю надо занести меда? – уточнила я.
– Взяток он не берет. Но мы можем докладывать ему о постояльцах. Ничего тайного, но имена и сроки проживания.
– Хм, обдумать следует. Идея сомнительная.
– Поверь, старик и сам все выяснит, без нас. А при содействии властям, нам помогут со связями.
– Согласна, – кисло скривилась я.
– Так ведь делают и у вас? – тихо спросила Фани.
– Везде так поступают, – я пожала плечами.
– Старосте будет выгодно, если у нас будут селиться важные господа. Он и сам станет направлять сюда кого следует.
– В городе есть подобные места?
– Где регистрируют и соглашения подписывают? – усмехнулась Фани. – Подобного в этом городе не бывало. Только лиса могла такое придумать.
– Это у нас в крови, – повторила я, надеясь поверить собственным словам.
В этот момент послышался тихий скрип. Ступенька лестницы издала этот тонкий звук, и мы обе повернулись в нужную сторону.
– Господин О-Лог, – произнесла я внезапно охрипшим голосом.
– Вы ведь так и не назвали мне своего имени, – напомнил мне мрачный мужчина, вышедший из тени. – Что тут готовите?
В его голосе послышался искренний интерес и на меня это оказало неожиданное действие. Довольно бесцеремонно ухватив мужчину за руку, я усадила его за стол.
– У нас полагается только завтрак, – напомнила Фани.
– Но мы не можем оставить гостя голодным, – возразила я мягко. – У нас есть пирог и свежий чай с чабрецом.
– Буду премного благодарен за угощение, – Рил широко улыбнулся. – А мои ребята уже делом заняты?
– А чего им прохлаждаться? – не смутилась я. – Дров нарубят, баню истопят. Белье свежее принесут из прачки.
– Знатные условия, – похвалил мужчина.
– И по хорошей цене, – напомнила я.
– Двойной, – кивнул собеседник.
Фанита не стала выяснять подробности договора и заварила кипятком пару щепотей ароматной травы и чайных листьев. А я подала гостю льняную салфетку и аккуратной вышивкой по краю.
– Составите мне компанию?
– Ох, – всплеснула руками рыжая. – У меня дела. И некогда мне тут с вами сидеть. Лесенька, давай-ка ты сама.
С этими словами плутовка выскочила из кухни, оставив меня растерянно стоящую посреди комнаты.
Мне пришлось заставить себя дышать. Повернувшись к Рилу, я изобразила приветливое выражение на лице. Вот только в его глазах полыхнул странный темный огонь.
– Лесенька? – произнес он тягучим голосом.
– Так меня зовут только близкие. Мое имя… – я замешкалась, едва не произнеся первую букву имени, – Леся Рыж.
– Лесенька, – выдал он вновь, будто каждой буквой ласкал мою кожу.
– Леся Рыж, – упрямо повторила я. – Или я тоже буду звать тебя Рилушкой.
Мужчина ухмыльнулся, демонстрируя длинные клыки. И чтобы не пялиться на них, я поставила перед ним тарелку.
– Веди себя прилично, – буркнула при этом.
– Не обижайся, рыжуля.
– Ну что ты, серуля.
– Что? – удивился мужчина.
– Ты злой и страшный серый волк. И если я рыжуля…
– Злой и страшный? Вот только незаметно, что ты меня боишься.
– Не боюсь, – не стала я спорить. – Но опасаюсь.
– Не стоит.
Мужчина расправил на коленях салфетку. Жест показался вполне элегантным, даже несмотря на загрубевшие от ветра и солнца пальцы.
– Я не кусаюсь.
– Не надо игр, – фыркнула я и села напротив. – Я давно уже не маленькая наивная… лисичка. И в сказки не верю.
– И я не верю. Давно уже. Вот только прямо сейчас я вижу перед собой лису. А все знают, что лисы волшебные. Стало быть, сказка прямо передо мной сидит.
– Расскажешь, почему считаешь меня волшебной? – я подтолкнула к нему пирог, разрезанный на доске.
– Все знают, что обычных лис в нашем мире уже не встречали сотни лет. А рыжих перевертышей по пальцам перечесть. Издавна так повелось, что все редкое считают диковинным и приносящим удачу.
– Как колодец, – вздохнула я.
– У нас есть легенда про колодец, – мужчина принялся за еду, но как мне показалось без особого голода. – Однажды, от отчаяния, в приносящий удачу источник бросилась княгиня. Она была рыжей.
– Лисой?
– Рыжими бывают только лисы.
Я пыталась не показывать заинтересованности и отчаянно надеялась, что за ароматом свежего чая оборотень не почует, что моя кожа взмокла.
– Никто до этого не смог выторговать у смерти второго шанса. Княгиня смогла. И с той самой поры лис стали почитать волшебными.
– И не доверять. И говорить, что души у нас нет.
– А как иначе назвать перевертыша без второй ипостаси? – прищурился собеседник. – Княгиня была из ведовского рода безымянных. И крови перевертышей в ней было недостаточно для оборота. Потому и считали ее бездушной. И всех лис после нее.
– Глупости, – мой голос треснул.
– Согласен, – таким же тоном произнес Рил.
Он одним гибким движением встал на ноги, оказался рядом со мной и наклонился. Я и охнуть не успела, как его лицо оказалось в паре сантиметров от моего.
– У тебя есть душа. Я ее вижу.
Я могла бы потом сказать, что не хотела ощутить его губы на моих собственных. Сумела бы придумать оправдание своей покорности. Вот только это я подалась к нему и поцеловала. И мне понравилось.
Я не наивная девушка. У меня были свидания, которые заканчивались поцелуями. Некоторые были робкими, какие-то почти приятными, пара вполне вдохновляющими. Но сегодня я испытала нечто нереальное. От прикосновения мужских губ к моим собственным даже пальцы на ногах поджались. Я распахнула глаза и окунулась в звериный взгляд. Рил не поддался страсти. Он впитывал мое наваждение и наслаждался властью. Ведь тело мне совершенно не подчинялось. Сама не поняла, как оказалась прижатой к О-Логу. Он сгреб меня в охапку и приподнял над полом. Я ощущала кожей, как бьется его сердце. И точно знала, что мое колотиться в таком же ритме.
– Лисюш, – прошептал он мне прямо в губы, – не ломайся. Пойдем ко мне…
Меня словно ледяной водой окатило. Захотелось ударить гада. Толкнуть его подальше. Да только я не могла не признать, что он целовал меня не насильно. Нет. Я хотела коснуться его. Жаждала ощутить вкус его кожи. И получила чуть больше, чем рассчитывала.
– Пусти.
Он подчинился тут же. Видимо, помнил о моем предупреждении. Не думаю, что перевертыш меня опасался. Просто не хотел спугнуть. Это было очевидно. В звериных глазах не мелькнуло раскаяние. В них был голод.
– И я тебе не Лисюша. Или звать тебя Серюша? Имей в виду, – я хмыкнула, – буду делать это при всех.
– Коварная лисичка.
– Непорядочный волчишка.
– С чего же я такой?
– Считаешь в порядке вещей звать незнакомку в номер? И даже несмотря на то, что я тебе уже разъяснила свою позицию.
– Тебе ведь понравилось. И я тебе не противен.
– Это не повод тащиться в чужую кровать.
– Ну, право слово, ты ведь не невинная…– он осекся и уставился на меня тяжелым взглядом. – Неужто…
– Остынь, самец, – резче чем собиралась, сказала я. – Не стоит принимать меня за наивную девицу. Не совершай ошибки.
– Ты ведешь себя странно…
– Это называется самоуважение, – строго оборвала его я. – Соглашение, которое подписано, означает, что все женщины в этом заведении для постояльцев недоступны. Запомни такую простую истину и жить станет куда проще.
– Я помню о соглашении. Тебе не приходило в голову, что я могу согласиться взять на себя ответственность за тебя?
После сказанного мужчина выпятил грудь вперед. Наверно счел, что я задохнусь от восторга. Еще бы! Высокородный господин обратил внимание на сиротку. Да мне стоило потерять сознание от происходящего.
Вот только его ждало жестокое разочарование. Я не оценила такой щедрости. Она мне претила.
– Что ж, мне нужно разъяснить тебе более подробно, – я скрестила руки на груди. – Я не собираюсь становиться грелкой в твоей кровати. Не рассчитываю на опеку постороннего мужика и совершенно точно не хочу, чтобы ты считал, что я ломаюсь.
– Ты не понимаешь, кто я, – сурово нахмурился Рил.
– Мне плевать, – жестко бросила я. – Я не продаюсь. И пытаясь купить меня своим именем или знатностью, ты вызываешь только презрение.
– Что ты о себе возомнила? – взревел волк.
– Что вполне могу позволить себе пнуть твою великосветскую задницу, если ты не понизишь тон. Не смей на меня орать.
– Да ты просто дура!
– Оттого что не возрадовалась твоему щедрому предложению ублажать тебя? – я издевательски хмыкнула. – Может, я не в курсе и у тебя в штанах самородок? Или ты последний мужчина и мой единственный шанс на женское счастье?
– Что? Ты издеваешься?
– Всего лишь пытаюсь тебе пояснить, глупый, – снизошла я до покровительственного тона. – Ты не центр мира. И никто не обязан тебе. Уж точно не я.
– Ты сама хотела.
– Признаю, мне было любопытно поцеловать тебя. В какой-то момент я решила, что ты стоишь того, чтобы потратить на тебя немного времени. Возможно…– я сделала вид, что задумалась, – минуты две ты бы у меня занял.
– Хамка!
– Реалистка, – возразила, улыбнувшись, что вывело собеседника из себя окончательно.
– Ты пожалеешь…
–Это угроза? – уточнила я обманчиво мягким голосом. – Ты мне угрожаешь в этом доме?
Мужчина опомнился и даже тряхнул головой. Кажется, что он и сам не понял, как перешел к этой части беседы.
– Давай мы сделаем вид, что я не услышала этого.
Я принялась убирать посуду и остатки трапезы.
– Не поворачивайся ко мне спиной, – глухо произнес Рил.
– Не указывай мне, что делать, – отозвалась я. – Хочешь, чтобы я начала тебя бояться?
– Нет.
– Тогда не веди себя как маньяк. То, что я не слежу за тобой пока мы в одной комнате, означает, что я не воспринимаю тебя как врага. Еще нет.
– Ты все вывернула наизнанку.
– Всего лишь не стала тебе потакать. И не смотри на меня так.
– Как? Ты не видишь моего лица.
Я медленно повернулась к нему и покачала головой.
– Я знаю, как выглядят оскорбленные мужчины. И плевать, что обиделись они сами на себя. Ты не первый мужик, которого я разочаровала.
О-Лог насупился, но не стал возражать. Мне пришлось признать, что он не безнадежен.
– Ты понравился мне. Признаю. Очевидно, что я также привлекла тебя. Но мы достаточно взрослые, чтобы это пережить.
После сказанного я прошла мимо застывшего в проходе Рила. Он не шелохнулся. Только тяжело вздохнул и спросил:
– Тебе сколько лет?
– Я именно в том возрасте, когда знаю чего хочу и что мне нужно.
– И что именно?
– Немного. Каждая женщина хочет уважения. Но не каждый мужчина может его дать.
Ответа не последовало.
Глава 16
Я ругала себя нещадно. Ничто не могло оправдать моих странных желаний. Ведь я не юная девица, у которой играют гормоны. Стоит контролировать свою жажду приключений. Иначе назвать порыв касаться Рила я не могла. Наверно кроме рыжих волос мне досталось и влечение к наглым серым мордам. До сих пор я помнила вкус губ соблазнительного мерзавца. Он был хорош, стоило это признать. Целовался он со знанием дела и явно увлекся процессом. Может и О-Лог и сам не ожидал, что ему придется по вкусу глупая лисичка.
– Глупая, – повторила я вслух.
– Куда вещи снести? – вывела меня из задумчивости Дотья.
– В прачечную.
– А как же тамошний хозяин? – она закусила губу. – Он может не спустить мне того, что я ушла.
– Пойдем вместе, – решительно заявила я. – Я слышала, что рыжим тут все сходит с лап.
Закинув один из кулей за спину, я зашагала к двери. Дотья подхватила второй и пошла за мной.
– Девушки, мы могли бы помочь, – весело хохотнул один из парней, только вышедший из бани.
Он обернулся простыней, которая облепила мокрое тело, не скрывая ни одной анатомической подробности. От кожи парило. Длинноватые волосы обрамляли загорелое лицо, придавая ему пиратский вид.
– Как считаешь, хорош будет жених? – спросила я у девушки, которая украдкой оглядела постояльца.
– Надо узнать нет ли у него жены и детишек, – буркнула та.
– И как он будет семью обеспечивать – поддержала я. – Но то, что готов к подвигам это хорошо. Внесем его в амбарную книгу и рассмотрим на женском совете.
Парень побледнел. Дотья закашлялась, пытаясь скрыть смех. Но стоило нам выйти за ворота мы обе захохотали в голос. Прохожие покосились на нас, но замечания никто не сделал. Наверно не стали связываться с рыжей. И правильно. Нечего мешать лисе радоваться жизни.
До прачечной мы добрались быстро. Моя новая знакомая оказалась умной и весьма милой девушкой. Несмотря на то что она не была ослепительно красивой, я попала под обаяние искренней улыбки.
– Приличной девушке тяжело найти работу, чтобы не испортить репутацию. В постоялом дворе обязательно кто-то начнет распускать руки.
– Необязательно.
– Весь город будет судачить о такой работнице. И докажи потом, что все не так. Кто возьмет в жены?
– Печально, – покачала я головой.
– У нас хороший город. И порядки тут не настолько отсталые как в восточной стороне. Или в южной, – девушка поежилась.
Я сделала себе мысленную заметку расспросить о традициях окружающего мира у Фаниты.
– И все равно молва много что решает.
– Везде так, – вынуждена была согласиться я. – Судачат на лавках бабульки…
– А мужики в тавернах, – подхватила Дотья. – Еще похлеще кумушек разносят сплетни.
Пришла странная мысль, что несмотря на разные миры, жизнь в каждом из них течет по одному руслу. И народ соблюдает похожие законы.
– Ничего не бойся, – сказала я, заметив, как у порога прачечной моя сопровождающая сгорбилась. – Пока я стану говорить с хозяином, сообщи надежным женщинам о работе у нас. Пусть придут после смены или назавтра, чтобы пройти собеседование.
– Чего обойти?
– Поговорим с каждой, познакомимся, обсудим условия.
– Это как? – озабоченно переспросила Дотья.
– Ну, вдруг у кого есть надобность только по утрам работать, а другой на дому пироги печь для наших гостей.
– И так можно? – удивилась девушка.
– Вот и решим вместе.
– Хозяин тут очень в приметы верит, – сказала мне Дотья. – Вдруг пригодится такое знание.
– Спасибо. Все важно. А теперь беги.
После напутствия я разгладила подол платья, одернула передник, который так и не удосужилась снять, поправила платок на волосах, убрав локоны под ткань. Мне показалось, что ногти у меня стали чуть длиннее, чем были с утра. Потому как я довольно больно полоснула себя по щеке. Чертыхнувшись, убедилась, что не поцарапалась до крови. И после того как привела себя в порядок, вошла в тесный холл.
Тут было жарко и душно. Несло плесенью и горечью, которая оседала в горле. Захотелось закрыть лицо ладонями и выйти вон. В носу свербело от висящей в воздухе вони.
– Кто там? – гаркнул мужик и я пошла на голос.
Над дверным косяком висела подкова и веточка чертополоха.
В комнате с заколоченными окнами, за столом сидел толстый неопрятный перевертыш. От него несло зверем за версту. Даже щелок не мог вытеснить этот аромат. Вся столешница была заставлена грязной посудой, среди которой высились бутылки с остатками сургуча на горлышках.
– О, – протянул он, окидывая меня мутным взглядом. – Новенькая пришла. Что, из приюта выпустили?
Он гаденько хохотнул и мне почему-то захотелось стереть с его морды выражение превосходства.
– Худовата ты. Видать, кормили плохо. Или болеешь?
– Не болею, – натянуто улыбнулась я.
Я осмотрела помещение, отмечая наличие пучков травы с мудреными узлами по углам, перевернутый веник у порога. На шее владельца прачки висела бечевка с фигуркой, выточенной из дерева и парой перьев. В голове тут же возникла идея.
– Давай решай, деточка, куда пойдешь работать, – мужик почесал подбородок с редкой кучерявой щетиной, напомнив хряка.Хотя, уверена, что тут таких оборотней не бывает.
– Я не ищу работу.
– Даже так? – крякнул хозяин и сощурился. – Так оно лучше. Нечего ломаться. Могу пристроить тебя сюда, – он хлопнул себя по колену. – Будешь убирать посуду, готовить жратву, обслуживать мои потребности.
– Мыть тебе рожу? – не удержалась я.
– Чего?
– Очевидно же, что сам ты купаться не привык. Что странно, ведь ведаешь прачкой. Или с мылом дефицит?
– Чего плетешь, пигалица?
– А ты ждал чего? Что я прыгну на тебя с радостным воплем?
– Можно без вопля… – растерянно пробормотал жирдяй.
– Слушай сюда, – я подошла ближе и уперла руки в бока. – Прежде чем ты станешь пускать на меня слюни или делать глупости…
– Какие? – мужик уставился на мою грудь.
– В глаза смотри, – строго приказала я. – Я в этом городе новенькая. И не знаю всех правил. Но могу точно сказать, предложение твое мерзкое и недостойное.
– Чего? – наконец очухался пьянчуга и попытался встать. Но закон притяжения работал исправно, и он плюхнулся обратно в засаленное кресло. – Я свободный. Никто не хочет стать мне парой. Могу я попытаться ее искать? Ик…
– Если мой жених узнает о том, что ты ко мне приставал, то оторвет тебе хвост.
– Я к тебе не приставал, – быстро пробормотал мужик.
– А это что? – я указала на щеку, где наверняка красовалась отметина от ногтя. – Руки распустил и лапать пытался.
– Не было такого!
– И кому поверят? – я решила играть грязно. – Мне, милой невинной красавице или тебе, немытому борову?
– Плутовка! Все вы бабы такие…
– Вот и договорились, – припечатала я. – Я не стану жаловаться на твое поведение, а ты отпустишь часть работниц, разорвав контракт.
– Еще чего? – угрожающе прорычал мужик.
– Ты напрашиваешься, – ответила я таким же тоном. – Со мной лучше дружить.
– А то что?
– Отберу твою удачу, – я сорвала с головы платок. – Сделаю так, что по миру пойдешь.
Мужик смертельно побледнел и снова икнул.
– Ты… лиса?
– Случилась такая оказия. И тут у тебя два варианта, – я сделала театральную паузу, – и потерять все…
– Или? – выдохнул собеседник.
– Или получить у меня чуточку везения.
– Это как?
– Даже не знаю, рассказывать тебе или нет. Не разболтаешь?
– Я ж не бабка на базаре, – фыркнул боров.
Глаза его алчно блеснули и это придало мне уверенности, что с мужиком мы сработаемся.
Глава 17
Спустя полчаса Матис, хозяин прачечной, поставил передо мной чашку с ароматным чаем. Я меж тем сгрузила грязную посуду в здоровый таз и влажной ветошью протирала столешницу.
– Как же можно так загадить отличную древесину? – отчитывала я толстячка, который уже успел умыться и даже сменить рубаху на свежую. – И окна надо открыть. Проветривать помещение положено хотя бы дважды в день.
– Как-то так удобнее, – мужчина ловко отправил носком ботинка рубаху под диванчик.
– Ты тут ночуешь? – догадалась я наконец. – Дома нет?
– Почему же нет, – смешался он и скривился. – Есть. Но там я совсем один. В огромном доме, в котором надо следить за порядком.
– И слуг нанимать не хочешь, – продолжила я вместо него.
– Все дело в соседке. Есть там такая зараза, которая вознамерилась во что бы то ни стало стать моей спутницей.
– А тебе она не по вкусу?
– Она вдова, – словно это все поясняло, выдал мужик.
Я уставилась на него с вопросительным выражением на лице.
– И у нее ребенок! Крепкий мальчишка, который вечно лазает по деревьям.
– Ухоженный?
– Что?
– Сын ухоженный, спрашиваю?
– Какая разница? Он ведь не мой.
– С таким подходом к жизни у тебя никогда не будет семьи, – я покачала головой. – Как не поймешь, вроде ж не глупый мужик, что если у женщины ребенок под присмотром и не обижен, то значит она хорошая мать. Такая может стать замечательной женой.
– Может, – повторил мужик. – Но необязательно станет.
– А это уж от тебя зависеть будет. Если будешь вести себя не как свинтус, то есть шанс обрести верную и добрую подругу.
– Ты же ее даже не знаешь.
– Как и ты, – резонно заметила я. – Но ведь сразу решил, что она неподходящая, раз вдова и с ребенком. А может она хорошая, хозяйственная.
– Ну, домик ее по соседству ладный, – оборотень почесал затылок. – Огородик аккуратный. Морковка вечно колосится. Или что-то еще. А еще она козу держит. Вроде даже пирог с домашним сыром приносила однажды.
– Вкусный? – хитро уточнила я.
– Очень, – проговорился толстяк и тут же замолк.
– Значит, она тебе понравилась, но ты побоялся осуждения?
– Не по чину она мне, – заговорщически сообщил Матис. – Я завидный холостяк со своим доходным делом. Женат не был.
– А вот это не в плюс тебе.
– Почему? – насторожился собеседник.
– Смотри, – я уселась на шаткий стул и взяла в руки чашку. – Если мужчина не связал себя узами брака до определенной поры, то невольно возникает вопрос, что с ним не так.
– Не понял.
– Может, он боится ответственности, или не годный как мужчина. А есть предположение похуже.
– Хуже?
– Может статься у такого индивида нездоровые предпочтения.
– Нет! У меня все здоровое! – замахал руками Матис.
– Ты же в самом расцвете сил, – продолжила я, лукаво щурясь. – Хороший, ладный. Подстричься, побриться, помыться, да перестать вином баловаться. Взяться за голову и стать ответственным. Выбрать себе женщину по сердцу.
– Мы разного круга…
– Кто тебе указ? Неужто есть дело до пересудов кумушек да бездельников в таверне? Ты позволишь посторонним за тебя решать с кем жить и детей растить?
– Но у нее ребенок…
– Будет старший брат у ваших общих детей, – тут же нашлась я с ответом. – У тебя будет шанс научиться быть хорошим отцом. Ведь мальчику нужен наставник, а тебе помощник. И жена нужна.
– Думаешь? – растерянно произнес Матис.
– Это тебе думать надо. Я всего лишь дала тебе пищу для размышлений. Решать свою судьбу будешь только ты сам. Ну не вечно же ты будешь прятаться и ждать, что само собой рассосется? Пора уже все брать в свои руки.
– И что же делать? С чего начать?
– Ты видный мужчина, только надобно привести себя в порядок.
– А вдруг я ей не по нраву. Вдруг она уже и передумала… – всполошился Матис.
– Если женщина с ребенком, огородом и козой выбрала мужчину, то уверена, что она все обдумала, – я отхлебнула напиток и одобрительно цокнула языком. – Вкусно.
– Марьяна собирала, – потеплевшим голосом сказал мужчина. – Передала с кем-то из работниц.
– Чего ж ты их тиранишь? – наконец подошла я к важной для себя теме.
– Не так все.
– Вот ты бы согласился, чтобы Марьяна работала тут? С щелоком, да без продыху?
Он собирался ответить, но наткнулся на мой острый взгляд и потупился.
– Нельзя так. Иначе судьба тебя не одарит ни счастьем, ни радостью. И не будет тебе удачи.
– Ты меня проклинаешь?
– Выбирай сам, – я пожала плечами. – Хочешь оставаться тем, кого бояться или стать тем, кого уважают? Сам решай, какое наследие ты оставишь своим детям.
Матис уселся на собственное кресло, и я невольно хмыкнула. Он сейчас смотрелся совсем иначе. То ли оттого, что протрезвел, то ли оттого, что увидел цель в своей жизни. Одиночество и страх делает нас несчастными, а как говорил один известный писатель: несчастные люди делают несчастными других людей. Значит, счастливые распространяют счастье.
– Мне пора. Дела…
– А если мне понадобится помощь? Ну…– мужчина смутился, – с Марьяной.
– Так уж и быть, помогу сосватать, – решительно согласилась я.
– Сама лиса за меня возьмется?
– Да. Возмусь. Кто если не я?
В этот момент позади меня, со стороны входа раздался шум и топот ног.
Почему-то в голову пришла ассоциация с работой спецслужб, которые врываются в помещение с приказом упасть на пол. Именно в этот момент в комнату влетел высокий мужчина и заорал:
– Убери от нее руки!
От неожиданности я запрыгнула за кресло хозяина прачечной. А он сам испуганно икнул и вскинул ладони высоко вверх.
– Леся? Он тебя обидел?
Я выглянула из-за плеча Матиса и осипшим от страха голосом спросила:
– Рил? Это ты?
– Я! Пришел тебя спасти.
– Небесные лисы, – пробормотала я и на подгибающихся ногах обошла стол. – У меня сердце остановится от таких спасений.
– Он тебя трогал?
– Нет, – пискнул толстяк.
– Нет, – повторила я для уверенности кивнула головой. – Никто меня не обижал и не трогал. Это мой клиент.
– Кто?
– Я же говорила про журнал женихов…
– Ты с ним хочешь связать свою жизнь? – тихо и угрожающе уточнил Рил.
– В этом городе много невест. И я в их число не вхожу.
Позади облегченно выдохнул Матис.
– И кто надоумил меня спасать? – проворчала я, шагая к выходу.
– Фанита сказала, что хозяин прачечной страшный индивид.
– Просто ему надо было умыться, – не согласилась я. – И оказалось, что он хороший дядька. А тебе то какой прок от моего «спасения»?
– Глупая ты, – буркнул Рил.
– А ты самый умный, как я погляжу. Вещи вон наизнанку надел.
Пока мой спаситель лихорадочно осматривал собственную одежду, я легкой походкой направилась вдоль улицы в сторону постоялого двора.
Глава 18
Когда я добралась до дома уже стемнело. Фатина ухватила меня за руку и потащила на кухню.
– Полегче, – попросила я.
– Закрой рот, – сурово припечатала подруга, а потом закрыла дверь. – Ты хоть понимаешь, что творишь? Как рискуешь?
– Но…
– Додумалась ведь, – женщина толкнула меня к стулу и приказала, – садись.
Я подчинилась и смиренно сложила ладони на коленях, всем своим видом давая понять, что снесу любое наказание.
– О, меня не обманет твоя невинная мордашка, – лиса не купилась на мою уловку и погрозила мне пальцем. – Ты должна была предупредить о своих планах. Надо было спросить моего позволения идти к Матису.
– Ничего страшного не произошло.
– Когда это случится, то исправлять будет нечего. Ты заигралась, Леся. Забыла, что за твой просчет отвечать придется и мне тоже?
– Нет, – тихо ответила я.
– Тут свои правила и другой мир. Ты здесь только начинаешь осваиваться.
Женщина замолчала и поставила передо мной тарелку с густой горячей похлебкой. От тягучего мясного аромата закружилась голова. С благодарностью посмотрела на хозяйку, а она не удержалась и хмыкнула:
– Ешь уже. Тебе нужно хорошо питаться. Ты ведь еще не окрепла.
– С чего ты взяла? – на всякий случай уточнила я, схватив ложку.
– Ну, понятно же, что ты слаба, раз вторая ипостась не проявилась ни разу.
Я гулко сглотнула и понадеялась, что Фани не заметила моего смятения. Она и вправду не обратила на это внимания. Вместо вопросов сунула мне ломоть хлеба, посыпанного крупной солью с чесноком.
– Прости, – с набитым ртом пробормотала я.
– Так легко не отвертишься. Не хватало, чтобы завтра ты пошла к старосте. С тебя ведь станется.
В ответ я помотала головой. До такой глупости я бы не дошла. Вот только и впрямь понимала, что зря отправилась в прачечную. Мне повезло, что все закончилось хорошо. Я торопливо прожевала кусочек, чтобы сказать:
– У меня все получилось…
– И слышать не хочу, – женщина стукнула кулаком по столу. – Получилось у нее. Смотрите какая важная. А если бы не вышло?
– Ты права…
– Вот если бы… – женщина подозрительно сощурилась. – Что ты сказала?
– Я поступила глупо.
– Ты поняла это? – она все еще сомневалась в моей искренности и мне стало горько.
– Конечно. Мне голову вскружило то, что у нас все хорошо складывается. И я позабыла, где нахожусь. Просто… – я отложила ложку и вытерла губы салфеткой. – Дома я привыкла решать все проблемы сама.
– У тебя же мужик там? – удивилась Фани.
– А когда наличие козла было помощью?
– И то верно, – женщина села напротив.
– У меня была кофейня.
– Что за место?
– Что-то вроде таверны, – пояснила я. – Мы с подругой открыли свое дело. Да только она не помогала мне. Зачастую она просто использовала кассу как свой кошелек.
– С таким напарником врагов не надо.
– И я это понимаю. Только считала ее близкой. И думала, что подруга осознает, как много я делаю. Оценит, станет мне поддержкой. Как и я для нее.
– Глупо, – вздохнула Фани. – Люди не меняются. Если кто-то не умеет быть порядочным, то уже не научиться.
– Знаю. Но надеяться на чудо – это в нашей природе.
– Согласна.
– Я сама всем управляла, оплачивала аренду, заключала договора, начисляла зарплату работникам. В последнее время стало совсем тяжело.
– Сложно работать в питейной.
– У нас не было алкоголя.
– Как это? – поразилась Фани. – Мужиков ведь не заманишь в заведение без пойла.
– Это место не только для мужчин. Там чаще всего собираются люди на обеденный перерыв, заходят погреться, пообщаться, познакомиться в неформальной обстановке.
– Ты хочешь сказать, что женщины посещали кофейню?
– По утрам кофе на вынос брали все. А после йоги и спортивных занятий в соседнем фитнес-клубе к нам прибегали в основном именно дамы.
– Какой чудный мир, – восхитилась Фанита. – У нас не принято женщинам захаживать в таверны. Даже если б в них не подавали алкоголь.
– Хм. Несправедливо.
– Никогда не думала об этом. Мы привыкли, что у нас есть некоторые ограничения.
– Устаревшие традиции нужно менять. Это называется прогресс.
– Не лисье это дело, – замахала руками Фани. – И разве приличным леди можно заниматься прог… Как ты сказала?
– Мы сделаем этот постоялый двор безопасным местом для женщин. Неплохое начало.
– Согласна. Хорошее начало. И ты здорово все продумала, – Фани щелкнула мне по носу. – Но это не значит, что ты станешь и впредь поступать неблагоразумно.
– Благоразумие и лисы – понятия несовместимые, – раздалось от двери, которую бесцеремонно распахнули. – Твоя племянница отправилась в прачечную для переговоров. К мужчине!
– Рил, – я закрыла лицо ладонью. – Кто-то меня проклял, не иначе.
– Врываться на мою кухню не стоит, – поднялась на ноги Фани.
– Я спас вашу родственницу.
– Да неужто, – фыркнула я.
– Держи язык за зубами, – шикнула тетка и радушно улыбнулась гостю. – Расскажи, добрый господин.
Улыбка вышла до того сладкой, что любой прозорливый понял, что она не к добру. Да только Рил был слишком занят разглядыванием меня и не заметил подвоха.
– Она ушла вместе с вашей работницей. Но та вернулась одна, и я спросил, где потерялась лиса.
– Беспокоился, – пояснила мне Фани.
– Конечно. Ведь по словам вашей Дотьи, мужик там заведует премерзкий. Вот я и отправился проверить…
