Текст книги "Лиса на выданье (СИ)"
Автор книги: Светлана Ледовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
Рядом со мной фыркала лиса, которая объелась ветчины и не собиралась испаряться. Она вперевалочку отправилась к такси и уселась около закрытой дверцы с недовольным видом.
– Олесь, – протянул неприятный теперь мне голос, – мы же взрослые люди.
– Пошел отсюда, – фыркнула я с отвращением.
– Я имею права!
– Права твои заканчиваются там, где начинаются мои собственные. Подумай об этом. И кстати, – я протянула ему квитанцию. – Я выслала тебе данные на почту, но и это можешь забрать.
– Что это?
– Я все твои вещи отправила на склад. И оплатила трое суток хранения в контейнере. Если не сможешь забрать вовремя – сам внесешь деньги за оставшиеся дни.
– Какие вещи?
– Все, что принадлежит тебе, дорогой, – я подошла к машине и дала знак водителю, чтобы тот открыл багажник. – Кроме игровой приставки. Ее я подарила одному замечательному человеку.
– Что?
– Она была куплена за мой счет. И я распорядилась ею, как посчитала нужным.
– Так ты меня выгнала что ль? – растерялся Петя.
– Дошло? Долго же ты перевариваешь информацию.
– Послушай, мы женаты…
– Эта мелочь может тебя больше не беспокоить, – я села на заднее сиденье, пропустив лису на соседнее место. – Я подала на развод.
– Так ведь нельзя! – воскликнул мужчина и взмахнул букетом. – Это не по-людски!
– Странно, что ты заговорил об этом, – я помедлила закрывать дверь. – Я не должна тебе ничего, но дам совет. Начинай жить как человек. И отношение к тебе будет человеческое. Мы были несчастливы в браке. Я не снимаю с себя ответственность. Хотя и не ощущаю вины.
– Виноваты всегда двое.
– Чушь, – я хмыкнула. – Это отмазка для уродов. Никто не заставлял тебя мне изменять и вести себя как скотина.
– Но…
– Без «но», – отрезала я. – Хватит оправданий. Начинай нести ответственность за свои поступки.
– Не надо меня воспитывать.
– Я прощаюсь, Петь, – перебила я оскорбленного моим словами супруга. – Можешь на этот раз и впрямь считать меня мертвой. Но не смей говорить об этом окружающим. Не оправдывай свою подлость смертью супруги. Ты скоро получишь развод и можешь начать новую жизнь.
Захлопнув дверь, я кивнула мужчине за рулем и он тронул машину с места.
Оглядываться я не хотела. Позади оставалась квартира, в которой я прожила много лет. Люди, которых я знала. И человек, которого я считала родным и единственным.
– А единственная у меня только я сама, – сказала я лисе, которая деловито забралась на мои колени и позволила чесать свой набитый едой животик.
Автомобиль катил по дороге, на выезд из города. Я понимала, что никогда больше не вернусь сюда. И от этой мысли становилось странно пусто внутри. Не боли, ни грусти, ни сожалений я не испытывала. Я переворачивала страницу собственной жизни.
– Остановитесь у того магазина, – попросила я водителя. – Мне надо купить семян.
Глава 43
В деревне уже стемнело. По небу рассыпались звезды. Прохладный воздух прокатился по коже, стоило мне выйти из салона. Тут пахло свободой и скошенной травой. Ворота оказались заперты Михалычем, но я легко смогла отпереть их. Старику я приготовила пакет с кофе, сладостями и конвертом, куда положила приличную сумму денег. Там же лежало письмо, в котором я поясняла, что уезжаю за границу, а его прошу следить за домом. Не то, чтобы мне хотелось возвращаться сюда. Но что-то не давало мне махнуть рукой на собственность и просто уйти молча.
Да и вернуть соседу деньги, которые он мне занял для поездки в город, стоило.
– Приехала все же, – раздалось со спины, и я развернулась.
В воротах показался старик. Он выглядел, как и должен был. Ни одной черты моего деда в его облике не нашлось, и мне удалось устало улыбнуться.
– Вернулась.
– Ты ведь не останешься тут, верно? – заметил он.
– Все так, – кивнула я.
– Колодец освободили от мусора, который в прошлый раз туда накидали, когда Петр распорядился выкинуть вещи из дома. Я нанял работников.
– Я возмещу.
– Глупости, – отмахнулся Михалыч. – Я им бутылку поставил и колбасы палку взял. А вот за вывоз мусора надо бы.
Я протянула старику пакет и пояснила:
– Тут гостинец.
– Кто же будет меня баловать? – довольно крякнул сосед.
– Тебя все любят.
– Что есть то есть. Все же я староста. И многое понимаю.
В этот момент он странно посмотрел на меня. Словно знал что-то, о чем не собирался говорить вслух. Я тоже не решилась спросить его о том, в курсе ли он на самом деле, кем является моя бабушка и я сама.
Может он и догадывался или даже знал. Да только ни к чему было смущать старика и нагружать лишним. Пусть просто живет, как всегда. И пьет кофе.
– Ты не на своей машине? – удивился Михалыч.
– Нет ее больше, – я пожала плечами. – Соседи рассказали, что Петя разбил ее. Или Машка. Кто теперь разберет?
– Подлецы они.
– Да и пусть. Мне от этого ни холодно ни жарко.
– Ты ведь встретила кого-то. Так? – догадался старик. – Меня не обманешь. Я вижу, как ты светишься. И уехать ешила к мужику.
– К дорогому мне… человеку.
Я не покривила душой. По-крайней мере себя уверяла, что хочу вернуться к бабушке. Но мои мысли занимал образ мрачного волка. Я не могла забыть взгляд, который он кинул мне вослед. В нем была тьма и голод. И ярость. И страсть.
– Ты заслуживаешь счастья, деточка. Только не терпи, если он окажется гадом. Гони его в шею из своей жизни.
– Присмотрите за домом.
– А если ты не вернешься? – тихо уточнил Михалыч.
– Моя сестра приедет. Она хорошая и не станет продавать дом. Я так распорядилась, – тут я закусила губу, поняв, как это прозвучало. – На всякий случай.
– Я помню твою бабушку еще с детства, – старик покашлял в кулак. – И всегда знал, что ваша семья непростая. Этот колодец в нашей деревне издавна считался волшебным. Я даже монету в него однажды кинул. А она не лишняя была.
– И тебе повезло? – почти шепотом спросила я.
– Женился я. Так что это вопрос спорный.
Мы тепло попрощались, и я вошла в дом. Прошлась по комнатам, трогая мебель, занавески, рамки с картинами на стенах. Я ждала ностальгических переживаний. Но почему-то их не было. Здесь все казалось мне маловажным.
Наверно мне нужно было лечь на диван и выспаться. Но я понимала, что не сумею сомкнуть глаз. В теле словно свернулась тугая пружина и она дрожала от напряжения.
Я переоделась в то самое зеленое платье, в котором появилась в этом мире. Потом выключила свет. Заперла дверь и положила ключ по порог, где он всегда и хранился.
Затем прошла между кустами шиповника, на этот раз не поцарапавшись и не зацепившись за колючие ветви.
Трава у колодца была притоптана. Чуть поодаль виднелась «сдача» от работников – бутылка из-под горячительного. Я хмыкнула и покачала головой. По-крайней мере мне не пришлось самой разбирать завал. И то хорошо.
Я села на край сруба и посмотрела в провал колодца. Дна видно не было. Только черная пустота без бликов и отражений. Неожиданно мне стало жутко. Запоздало я подумала, что не взяла в руки фонарик, как в прошлый раз. И сейчас колодец мне казался просто темной ямой.
Лиса крутилась рядом, нетерпеливо фыркая. Она толкалась боком в мои ноги и отпрыгивала, стоило мне попытаться взять ее на руки.
– Ты нервничаешь, – поняла я. – Вот и я тоже.
– Пфф, – выдохнула зверушка и навострила уши.
Мне тоже показалось, что я слышу странные звуки. И доносились они из глубины колодца. Словно кто-то плакал там. Только звук казался приглушенный, будто доносился через плотную ткань.
– Эй, – позвала я неуверенно. – Ау…
Ответом была тишина. Даже эхо ко мне не вернулось.
Я подтянула к себе рюкзак, чтобы найти в его нутре злополучный фонарик. Наверно, когда я пойму, что внизу просто вода, станет не так страшно.
Но моя лиса решила иначе. Она вдруг прыгнула, но соскользнула с узкого деревянного сруба и сорвалась в колодец.
К собственному ужасу, я не услышала всплеска. Только глухой звук падения тела и стон.
– Держись! – выкрикнула я и провалилась следом.
***
Было холодно. Я выбралась из колодца и обхватила себя руками, чтобы хоть немного согреться. Рядом лежал промокший рюкзак. А лисичка тихо поскуливала, норовя забраться ко мне на колени.
– Неугомонная, – пробормотала я. – Вот куда ты полезла…
Наконец я подняла голову и замерла. Сердце пропустило удар. Я сидела у колодца, да только не на заднем дворе деревенского дома.
– Мы вернулись.
Лиса чихнула и уткнулась носом в мое плечо. Мех потяжелел от воды и ее тельце казалось еще более хрупким.
– Пойдем в дом.
Кое-как поднявшись на ноги, я закинула на плечо лямку рюкзака. Лиса перебралась мне на шею и до боли впилась коготками в кожу.
– Полегче, – выдохнула я.
Даже в темноте дорожка была отлично видна. Трава была вытоптана, словно по ней ходили очень долго. Странно, ведь раньше тропа была едва заметна.
За кустами шиповника открылся вид на постоялый двор. Я перевела дыхание и отметила, что крышу отлично отремонтировали. Крыльцо обновили. А дверь в баню и вовсе повесили другую. Невольно подумала над тем, сколько же времени прошло с моего бегства.
На первом этаже светились окна в гостиной. Поначалу я планировала войти через парадный вход, но затем осознала, что выгляжу не самым лучшим образом. И как объяснить постояльцам, почему я промокла до нитки?
Поэтому и направилась к задней двери. Она открылась легко, даже не скрипнув. Половицы тоже не выдали моих шагов. Вынув из рюкзака заранее заготовленный завязанный пакет, я развернула платье. Ткань немного помялась, но было понятно, что вряд ли кто-то заметил эту мелочь.
Я быстро избавилась от мокрой одежды, надев другую. Волосы наскоро просушила чистым кухонным полотенцем. И только после этого посмотрела в зеркало. В то самое, в котором однажды уже увидела незнакомку. Теперь в отражении я узнавала себя. С горящими глазами, взлохмаченными волосами, бледной кожей – это была я.
Лиса куда-то запропастилась, да только удивляться этому было бы глупо. Я точно понимала, что это существо не было обычным животным. А значит моя звериная половина ходит своими тропами.
«Побеспокоюсь об этом позже», – решила я наконец заявить о себе.
Гостиная оказалась пуста. Из кухни доносились негромкие голоса и запахи сдобы. Выходит, Фанита снова приготовила свой роскошный пирог. В животе заурчало. Моего появления не заметили. когда я вышла из-за угла, то никто не повернул голову в мою сторону. За столом сидел Вак и за обе щеки уминал выпечку. Вид у него был несколько небрежный. Форменная куртка висела на спинке стула, рубашка была расстегнута, а рукава ее закатаны. Волосы мужчины были растрепаны, словно кто-то их разворошил пальцами. В этот момент от плиты отошла Фанита и пригладила прическу стражника.
– Вкусно?
– Еще бы, – проворчал волк и сощурился от незатейливой ласки.
Он подался к руке Фаниты, продляя ее прикосновение к своей голове. Лиса наклонилась и потерлась носом о мужской лоб.
– Ты волшебница, – глухо проговорил Вак. – Знаешь ведь.
– Глупости, – отмахнулась женщина со смешком. – Я всего лишь…
Вдруг она напряглась и резко развернулась в мою сторону.
– Я пришла, – сипло сообщила я. – Надеюсь, не помешала?
Всхлипнув женщина подбежала ко мне и стиснула в крепких объятьях. Я ответила тем же и кое-как сумела не разрыдаться. Вспомнился запах ее духов, тепло кожи, голос. Как я могла забыть об этом раньше? Как сумела не узнать ее сразу же в свой первый визит?
– Ты тут, – горячо зашептала Фани. – Глупая девчонка. Как же ты меня напугала.
Через женское плечо я заметила, как Вак дожевал пирог, и только после этого встал на ноги. Вытер губы и торопливо поправил пояс штанов.
– Вернулась – это хорошо, – произнес он и деловито застегнул ворот рубашки. – Надо разобраться во всем…
– Садись и доедай ужин, – фыркнула Фанита. – Дай нам посплетничать.
– Я все же начальник стражи…
– Не хочу тебя ставить перед выбором, милый, – лиса повернулась к гостю, но уж определись кто ты в этом доме.
– Что? – напрягся тот.
– Ты представитель закона или…– она понизила голос и обольстительно улыбнулась, – мой мужчина.
– Фаничка…
– Вот и правильно, – рыжая вмиг оказалась рядом с Ваком и обвила его шею ладонями. – Ты ж мой герой. Не зря я тебя выбрала…
Я отвернулась, чтобы не пялиться на поцелуй моей бабушки и… собственного деда в теле волка. Странно было видеть эту пару.
– Ты мною вертишь как хочешь, – произнес оборотень, пытаясь казаться недовольным, но у него вышло крайне неубедительно.
Не нужно быть провидцем, чтобы понимать – Вак капитулировал. Он посмотрел на свою избранницу темными глазами и медленно перевел взгляд на меня.
– Ты ведь понимаешь, что я не могу сделать вид, что ты не пришлая.
– Все куда сложнее.
– Не хочу знать всего прямо сейчас. Так будет проще врать старосте, что я не видел тебя этим вечером. И не знал, что ты вернулась.
– Мой герой, – проурчала Фанита.
– Твой, – довольно оскалился Вак и сгреб со стула свою куртку.
– Спасибо, – наконец смогла выдавить из себя я. – Приходи завтра…
– Только долго не засиживайтесь, – перебил меня мужчина с ухмылкой. – С утра приду на завтрак. И возможно, не один.
Сказав это, капитан прошел мимо, словно случайно огладив Фани по ягодицам. Она поймала широкую ладонь наглеца и на секунду сплела свои пальцы с мужскими. Покрасневшая подруга проводила Вака жарким взглядом и только потом тряхнула головой.
– Ты мне расскажешь, как далеко вы успели зайти?
– Это не я должна отчитаться, – встрепенулась Фанита. – Что ты натворила? Ушла при свидетелях! На тебя смотрела целая толпа волков!
– В тот момент я не думала об этом.
– Хорошо, что О-Тер сумел всем запудрить мозги.
– Что именно он сделал? – насторожилась я.
– Заставил всех поверить, что на поляне тебя даже не было
Женщина сокрушенно покачала головой.
– Но ты сиганула в колодец! Сумасшедшая!
– У меня это семейное.
Я снова обняла Фаниту и наконец признала:
– Теперь я дома.
Глава 44
– Рассказывай, – приказала Фанита, как только мы остались одни. – И попробуй заявить, что я не пойму! Хвост накручу!
– Мне так тебя не хватало, – снова произнесла я и неожиданно разревелась.
Женщина обняла меня и прижала к себя.
– Ну, лисеночек, не плачь, – забормотала она знакомым с детства голосом. – Все хорошо. Ты дома.
От этого я заплакала еще громче. Мы стояли посреди кухоньки и тихонько покачивались. Фани неспешно гладила меня по спине и терпеливо ждала, когда я успокоюсь.
– Прости, что ушла, – наконец выговорила я. – Так получилось.
– Тебе не за что извиняться. Раз сделала, значит так надо было. Просто я ужасно переживала.
– И за это прости.
– Глупости. Тут как раз Вак повадился ходить и проверять, все ли хорошо.
– И все хорошо? – я вытерла слезы рукавом платья.
– Постояльцы к нам стали заселяться все как один важные. Правила соблюдают. В городе пошли слухи, что ты у нас княжеских кровей.
– Слухи? – удивилась я.
– Следы от соли в туше О-Тера очень показательны, – пояснила Фани. – Надо было оправдать наличие о-ружья в доме. И не все поверил, что это оружие О-Лога. Народ стал поговаривать, что оно было твоим. Что ты потомок пропавшей княжны.
– А не ты ли пустила такой слух? – высказала я догадку.
– Если и так, – беспечно пожала плечами женщина. – Что с меня взять? Я лиса. Мне можно все.
– Меня будет допрашивать староста?
Я даже поежилась, вспомнив как медведь меня проверял на ложь.
– Еще как будет, – странно усмехнулась лиса. – Только документы твои уже готовы и никто не посмеет назвать тебя проклятой пришлой.
– Даже если поймут, что так и есть?
– Никто не посмеет тебя обидеть, – произнесла подруга с уверенностью, которой у меня самой не было. – А теперь говори, где была? И почему так долго пропадала?
– Давай все по порядку…
Я вздохнула и уселась на предложенный хозяйкой стул. Она накинула мне на плечи плед и деловито принялась убирать посуду, со стола, чтобы поставить передо мной миску с похлебкой. Тут же оказались ломти свежайшего хлеба, длинные перья зеленого лука, кусок вишневого пирога и кружка с ароматным чаем.
– Как же я истосковалась по твоей стряпне, – призналась я с восторгом.
– За нее меня многие ценят.
– Вак тебя выбрал не по этой причине.
– Откуда тебе знать? – фыркнула женщина и устроилась напротив меня.
Я в этот момент как раз принялась за ужин и не смогла сразу ответить. Фанита взялась расказывать как жила тут без меня.
– Ты ушла и О-Теру пришлось наводить морок на свидетелей. Нет, он, конечно, не хотел этого делать, но волк как-то смог его убедить
Кивнув, я продолжила жевать. Даже удивительно насколько вкусными мне казались все блюда.
– Может дело было ружье, которое Рил держал у его головы, – размышляла Фани.
– О как…
– К нему вопросов нет. Княжеский опрыск имеет право на ношение этой гадости, – наставительно произнесла женщина и подвинула ко мне горшочек с крупной горьковатой солью. – И змеюка сдался. Все сделал как надобно, а потом укатил восвояси.
– Сам? Прямо так просто? – поразилась я.
– Старосту он испугался. Видимо морда у него в пуху, раз не решился поговорить с нашим медведем и пояснить, что он в городе искал и как оказался на той поляне.
– Угу.
– О-Лог повел себя как надо и сразу пошел с повинной к нашему главному.
Я похолодела. Даже жевать перестала. С трудом проглотила кусок и откашлялась.
– С какой повинной?
– Может его воины и были уверены, что ты просто сбежала. Но обмануть Нориса никому не по силам. Горожане могут гадать и судачить, а староста всегда в курсе всего происходящего. И Рил понимал, что если решит утаить чего, то добра от этого не будет.
– Я не думала…
– Кто бы сомневался, – усмехнулась лиса.
– Не думала, что могу подставить его или тебя.
– Леся, ты еще слишком молода, чтобы не совершать ошибок. И даст небо, всегда будешь делать глупости. Слишком скучно жить по правилам и поступать как должно.
На это я снова вздохнула и с тоской посмотрела на нетронутый пирог. Аппетита больше не было, а выглядел он на редкость вкусным.
– Потом доешь, – заметила мои терзания Фанита и накрыла лакомство льняной салфеткой.
Мне тут же стало легче.
– Норис не стал наказывать О-Лога.
– Побоялся портить отношения с его отцом? – догадалась я, но от облегчения выдохнула.
– Если бы посчитал парня виноватым, то не посмотрел бы на его семью, – возразила женщина. – Но Рил и впрямь не знал кто ты такая. Хотя и искал тут пришлую.
– Откуда прознал про меня?
– В нашем мире есть видящие и знающие, есть те, кто читает знаки, – расплывчато сообщила женщина и глаза ее затуманились. – Меня сюда тоже привели приметы и обещание…
Тут она запнулась, словно призналась в чем-то слишком личном и тряхнула головой.
– Вспомнить, – сказала я вместо нее.
– Что?
– Ты не помнишь свое прошлое.
Я поняла, что она хотела возразить. Заметила, как Фани стиснула кулаки и набрала в грудь воздух. Как на секунду сощурилась. Но я успела первой:
– В этот мир я попала, не случайно. Я захотела другой жизни. И колодец выполнил мое желание. Он действительно волшебный.
– Не правда, – тихо ответила женщина. – Я просила дать мне знак. Умоляла дать мне хоть один намек.
– И ты его получила.
– О чем ты? – нахмурилась женщина.
Я вынула из кармана заготовленные заранее фотографии, которые положила перед упаковкой платья в пакет. Ровно мгновенье я сомневалась, стоит ли это делать. Могу ли я взять на себя такую ответственность. Но в глазах Фаниты промелькнула темная боль, от которой мое собственное сердце обдало жаром.
– Вот твой знак. И твое прошлое.
Я положила на столешницу кусочек картона, на котором была вся моя семья. Мама с папой и бабушка, держащая меня на коленях.
Фанита вскочила на ноги и уставилась на изображение так, словно оно было ядовитым или опасным.
– Это… – начала я.
Женщина сделала знак рукой, приказывая мне молчать. Она тяжело дышала и смотрела на предмет испытующе долго. Дрожащими пальцами она прикоснулась к снимку и обвела лицо мамы, темноволосого мужчины. Потом погладила мое изображение и наконец уперлась когтем в свой образ.
– Как меня звали? – прошелестела она.
– Данира.
– Я была проклята? Меня изгнали?
– Нет, – я медленно встала на ноги и ласково взяла ее за плечи. – Тебе было так больно, что пришлось спасать…
– Кого? Я была опасна? – отрывисто спросила она.
– Только для самой себя. Тебя спасли. Но небесные лисы унесли твои плохие воспоминаниями вместе с хорошими.
– И ты знала кто я? Когда пришла? – она словно очнулась и посмотрела на меня со смесью страха и надежды.
– Я не могла вспомнить твое лицо и голос. Но я всегда знала, что дороже тебя у меня никого не осталось. Ты моя бабушка.
Глава 45
Фани странно всхлипнула и подалась назад. Мне хотелось остановить ее, но пришлось разжать руку.
– Не может быть, – прошептала лиса. – Я забыла… – она посмотрела на фото, – дочь? Или сына?
Она мотнула головой, не желая слышать моих пояснений.
– Как можно забыть своего ребенка? Кем нужно быть, чтобы…
– Ты любила нас, – перебила я. – И мы были семьей. Самой лучшей.
– И что пошло не так? – бросила Фани отчаянно.
Мне не хотелось говорить об этом. Слова причиняло физическую боль. Даже спустя годы
– Мама погибла…
– Из-за меня, – тут же заключила Фани.
Она обхватила голову и содрогнулась. Стало ясно, что все пошло не по тому пути. Образ бабушки поплыл и ее пальцы покрылись мехом.
– Прекрати! – строго приказала я. – Хватит распускать нюни!
Скорее от неожиданности женщина уронила руки и взглянула на меня.
– Чего ты тут устраиваешь трагедию? – я уперлась кулаками в бока. – Хотела знать прошлое. Хотела получить знак. И когда все сбывается, начинаешь вести себя как… заяц!
– Что?
– Ты еще сбеги, – продолжила я воинственно и указала на дверь. – Это твой выход? Нравится быть виноватой? Жертвой?
– Нет, – насупилась лисица.
– Почему тогда сразу придумываешь всякие небылицы о себе?
– Но ведь меня изгнали, – неуверенно пояснила она. – Никого из близких не было рядом…
– И кто из нас ведет себя как лисенок? – я покачала головой. – Честное слово, не помню тебя такой.
– А я тебя вовсе не помню, – едва слышно произнесла женщина.
– Погоди, – я быстро сходила к лестнице и выволокла рюкзак, а потом спросила. – В комнатах есть постояльцы?
– Мы устроили генеральную уборку и еще пару дней никого не будет.
– Отлично.
С этим словом я принялась вынимать из нутра торбы свертки.
– Что это?
– Наше фамильное добро, – пояснила я, вручая ей антипригарную сковороду, которую так и не смогла отдать Зинаиде. – Я кое-что принесла. Столовое серебро тоже пригодится.
– Вилки из серебра! – восхитилась Фанита.
– Ты сама покупала по великому знакомству, – улыбнулась я. – Приучила меня с детства пользоваться только такими приборами.
– Ну, мы жили не бедно.
– Не жаловались, – кивнула я.
– Прямо по-княжески, – продолжила Фани и замерла увидев собственную шаль.
Она взяла в руки вязанное полотно и развернула его перед собой.
– Чье это? – хрипло спросила подруга.
– Твое, – осторожно ответила я.
– Не может этого быть, – женщина опустилась на стоящее рядом кресло и потрясенно смотрела на вещь. – Ты ведь не шутишь?
– Ты что-то вспоминаешь? – с надеждой уточнила я. – Как вязала ее? Как учила меня управляться спицами?
– Сама вязала, – выдохнула бабушка и задумчиво посмотрела на меня.
Затем накинула шаль на плечи и скрестила углы с длинными кистями на груди. Она выглядела почти как в моем детстве. Только куда моложе. Никто бы не посмел назвать ее бабушкой.
– Ты любила в ней сидеть на веранде.
– Узор вязания очень необычный, – проговорила Фанита медленно. – Он повторяет герб.
– Не замечала, – насторожилась я.
– Княжеский герб, – уточнила женщина и испытующе посмотрела на меня.
– По крайней мере, никто не станет наказывать нас за ружье в доме.
– Что?
– Ты княгиня. Я твоя внучка.
– Ты хочешь сказать…
– Это про тебя легенды слагали. Ты прыгнула в тот колодец. Родила маму, а потом растила меня.
– У меня была дочь, – женщина закрыла глаза и по ее щеке скатилась одинокая слеза.
– Мама погибла.
– Ее убили?
– Это был несчастный случай, – я отбросила от лица волосы. – И врагов у нас там не было. Мы жили как обычные люди.
– Как люди? Ты имеешь в виду человеков? – пораженно уточнила Фани.
– Да. Там не живут оборотни.
– Что могло заставить меня оставаться в таком жутком месте?
– Тут все сложнее, – я уселась на диван и продолжила, тщательно подбирая. – Мой дед пообещал вашего первенца в залог мира…
– Боже! – женщина прикрыла рот ладонью. – Я была замужем! Этот мерзавец…
– Не называй его так, – мне пришлось сдержаться, чтобы не подойти к подруге. – Он не был прав. Но и не стал забирать маму, когда мог бы это сделать. И меня не отдал. К тому же…
– Что?
– Он не решился возвращать тебя силой, хотя мог.
– Подожди, – лиса потерла переносицу, – мой супруг… это…
– О-Тер старший, – терпеливо подтвердила я.
– Небесные лисы, – женщина возвела глаза к потолку. – Невольно думаешь, стоит ли вспоминать…
Она осеклась и остановила взгляд на меня.
– Прости. Я не должна была так говорить.
– Я считала тебя умершей, – мой голос все же надломился. – Даже похороны были.
– Зачем? Почему?
– Ты винила себя в смерти мамы, – я прочистила горло. – От этого отказалась от своего зверя.
– Не может быть.
– Может, – припечатала я. – Ты всегда беспокоилась о нас и боялась потерять. И когда она погибла, ты совсем обезумела от горя.
– Кто же сумел сделать это со мной? – она закусила губу в ожидании ответа.
– Тот, кто любил тебя. Кто нарушил свое слово, чтобы оставить тебе дочь и внучку.
– Мой мм… муж?
– Он хотел, чтобы ты забыла о боли.
– Но вышло иначе.
– У него получилось не так, как он планировал.
– Откуда ты знаешь? Встретила его? – Фанита невольно поежилась и посмотрела на дверь. – Он придет за мной?
– Все сложнее, – я приготовилась к самому сложному. – Ему пришлось заплатить за твою жизнь своей.
– Старший О-Тер не объявлен погибшим.
– Но правит всем наместник, – возразила я. – А дед потерял свое тело.
– Он стал полноценным зверем? – ужаснулась Фанита.
– Все куда страннее.
– Говори уже.
– Он сменил тело.
– Что за чушь?
– В этом мире погибал оборотень. И когда его душа ушла, ее место занял дух твоего супруга.
– Все с этими чешуйчатыми не как у всех нормальных перевертышей.
Меня удивила такая относительно спокойная реакция Фаниты. А потом я вспомнила, что она хорошо ориентируется в этом мире.
– Почему же он не наше меня? – продолжила выяснять бабушка.
– Он не помнит ничего о себе.
– Как это?
– Живет как и ты – не осознавая толком своего прошлого.
– Но он все еще мой супруг, – заметила женщина и помрачнела. – С этим будет проблема.
– Думаю, все будет не так трагично.
– Князья не разводятся. А я уже выбрала другого!
– Вот я и говорю, все отлично сложилось.
Мы встретились взглядами и пару секунд просто молчали.
– Ты ведь не хочешь сказать… – начала лиса и осеклась.
Я лишь кивнула в ответ.
– Вак?
– Теперь его зовут так.
– Убью его, – пообещала Фанита.
– Так ведь… – попыталась я ее образумить.
– Сколько нужно – столько и буду убивать.
Глава 46
Мы долго разбирали добро, которое я притащила с собой. Фанита отвлеклась от тягостных мыслей. А я не стала расспрашивать ее о планах на будущее, в свете полученных знаний. Понимала, что бабушке нужно все обдумать самостоятельно и смириться с правдой. Оставалось надеяться, что деду не достанется. Ведь в этом мире он не помнит о себе настоящем ровным счетом ничего.
– Сколько серебра, – восхитилась Фани, рассматривая пластиковые прозрачные коробочки. – А почему в таких шкатулках?
– Оно мягкое, без примесей. Считай, чистое. Потому и хранится так.
– Это же целое состояние! – восхитилась лиса.
Она нашла мешочек с золотом и задумчиво перебирала кольца.
– Вот то, с красным камнем было твоим.
Женщина посмотрела на перстень и медленно надела его на палец. Я замерла в ожидании, считая, что сейчас она что-то вспомнит. Но ничего не произошло. Посмотрев на украшенный палец, подруга грустно вздохнула.
– Красивое. Я его любила?
– Практически не снимала.
– Можно я его оставлю себе?
– Конечно, – заверила я. – Это все наше общее. Ведь мы не чужие.
– Я не помню этого, – возразила она несмело.
– Но я помню. И знаю тебя. К тому же, ты приняла меня в своем доме как родную. Заботилась обо мне.
– И то верно, – улыбнулась Фанита. – Самой было странно, что хотелось тебя согреть и уберечь ото всего. Оказывается, причина была.
Так неспешно мы перебрали все и отправились спать. Догадавшись о том, что одной мне быть не хочется, бабушка предложила:
– Давай в моей комнате ляжем. Кровать у меня большая, места хватит.
Вместо ответа я крепко обняла ее.
Уже лежа на пахнущем сеном матрасе, я подумала, что жизнь наконец становится понятной и правильной.
– Расплатимся с долгами, – сонно произнесла я. – Выкупим какую-нибудь лавку в городе.
– Надо сначала со старостой все решить, – хмыкнула Фанита.
– Разберемся.
– Не сомневаюсь. Лисам всегда все сходит с лап.
Бабушка подоткнула мне под бок одеяло и несмело погладила по голове.
– Я не знаю колыбельных, – зачем-то сказала она.
– Знаешь. Просто забыла, – мне было так хорошо, что лисичка внутри заурчала.
Ночь принесла покой. Где-то вдали разносился волчий вой и ухала сова. Ветер врывался приоткрытое окно. Я скользила по краю сна, в котором рядом со мной оказался Рил. Он смотрел на меня звериными глазами. Но страшно не было. Мне хотелось показать ему свой хвост и сказать, что теперь я настоящая лиса.
Какие только глупости не привидятся во сне.
Утро наступило внезапно. Словно кто-то нажал на кнопку включателя и в комнате вспыхнуло солнце. Потянувшись, я поняла, что знатно отдохнула и снова проголодалась. Тем более мой чувствительный нос поймал аромат еды. Видимо, Фанита отправилась готовить завтрак для Вака и, надеюсь, для меня тоже.
Бабушка на кухне всегда была богиней. Она умела из простых ингредиентов сотворить нечто восхитительное. Сегодня пахло выпечкой и мое воображение нарисовало полупрозрачные кружевные блинчики щедро смазанные сметаной. В животе заурчало и я мигом соскочила с кровати.
На спинке кресла лежало платье, которое мне приготовила Фанита. Стало даже неловко, что ей пришлось озаботиться этим. Но я напомнила себе, что мы не чужие друг другу. И на душе стало светлее. Облачившись в кремовое нижнее платье, я набросила верхнее из плотной темно-розовой ткани. Затянув на талии пояс, я не удержалась и полюбовалась собой в зеркале. Все же местные одежды хоть выглядели красиво. При этом они оставались удобными за счет свободного кроя. Пожалуй, я к ним привыкну.
Свернув на затылке тяжелый узел волос, я рассеянно отметила, что локоны снова отросли и не мешало бы их обрезать.
