Текст книги "Лиса на выданье (СИ)"
Автор книги: Светлана Ледовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)
– Тебе нужно ждать тут, – произнесла я негромко, остановившись у самой кромки поляны.
– Чего именно?
– Ты заметишь знак – я все же смягчилась. – Прошу тебя о помощи. Для меня это важно. И я никому больше не доверяю как тебе.
– Лесь… О-Леся, нам все же стоит поговорить.
– Что за мужики мне попадаются…
Шагнув к оборотню, я рывком притянула его к себе и поцеловала. Жестко, жадно, почти лишая его дыхания. А потом оттолкнула и выдала:
– Потом разберемся в твоих комплексах, принцесс ты мой серый.
– Я княжеский сын.
– Не ты один, милый, тут княжеской крови, – я хитро усмехнулась и собиралась уйти.
– Мне сосватали невесту, – хмуро сообщил мне О-Лог. – С самого рождения у меня уже есть суженая. Так решил мой отец и я не смогу взять тебя в жены.
– Не распушай хвост. Ты забыл, что я уже замужем, – сухо ответила, силясь не показать, насколько меня это задело. – Я хочу, чтобы ты мне пообещал кое-что.
– Сначала разъясни, что именно, – волк принялся принюхиваться.
– Не выходи, пока я не дам знак. Мне это нужно.
– Какой именно?
– Позову на помощь, – обезоруживающе улыбнулась я.
– О-Леся, с кем ты встречаешься?
– Он мне не враг. Но и не друг. Мне нужно выяснить, зачем ему понадобилась лисятина.
– Тебе угрожают?
– Знаешь, в чем сила, волк?
– В когтях и клыках.
– В правде, – я грустно хмыкнула. – В ней сила. И сегодня я стану чуть сильнее. Сделаешь как я сказала и, пожалуй, мы обсудим твое поведение и прощение. И ты снова сможешь звать меня без «О».
– Милая…
– Обещай.
– Хорошо. Обещаю.
– А с остальным мы разберемся.
С этими словами я юркнула между ветвей колючего шиповника и оказалась на поляне, где стоял разрушенный колодец.
Ветер дул в мою сторону и легкий аромат мха на мгновенье коснулся кончика носа.
О-Тера я увидела не сразу. Он стоял на другой стороне поляны, но при моем появлении с обманчивой ленцой направился ко мне.
– Я уж решил, что у тебя не хватило ума отделаться от лишней компании. От тебя несет псиной.
– Иногда тебе стоит думать, – резковато заявила я. – Знаешь, это ведь не больно.
– А у нашей рыжей глупышки есть характер.
– Зачем я тебе нужна? – решила не тянуть с вопросами. – Не говори, что веришь в волшебных лис. Не воспринимаю я эти сказки. Да и у тебя колдунства куда больше, чем у меня.
С этими словами я вынула из кармана расколотый янтарь и кинула в мужчину.
Он поймал вещицу на лету и с наслаждением размял ее в пыль. Стало даже не по себе от его силы. Не стоит подпускать близко такого рукастого парня. Потому я решила сохранить дистанцию.
– Зачем нам тратить время… – начал он лениво, но я быстро перехватила инициативу.
– Не говори, что ты сам ничего не решаешь, а всего лишь выполняешь чей-то приказ. Это было бы слишком предсказуемо.
– Предсказуемо? – зло прошипел Катар.
– Я наслышана, что тут все княжеские сынули очень любят подчиняться законам. Ты не такой?
– Что бы ты понимала? Это мир живет по другим правилам. Тут нельзя нарушить обещание или не исполнить клятву…
– А, – я демонстративно зевнула и прикрыла пальцами рот. – Это так интересно.
– Это вы привыкли жить в примитивном мире. Бросать слова на ветер и не нести ответственности.
– Как интригующе, – хмыкнула я, словно невзначай роняя на траву плащ.
– Ты жила с людьми. Была одной из них. И только случайность привела тебя сюда. Ты могла бы остаться навсегда там. И мне не пришлось бы переться в этот сумасшедший городок, где никто не выражает уважения к моему древнему роду.
– Мог бы просто сказать, что тебя дедушка прислал, – лениво предположила я.
После этой реплики Катар побледнел. Я поняла, что попала в точку и продолжила:
– Он все такой же? Или растолстел со временем? – не уставала я злить мужчину и отчаянно надеялась, что он проболтается.
– Ты не можешь его знать.
– Уверен? – я погладила ствол ружья. – Может ты не в курсе всего.
– Отдай мне оружие. Ты не имеешь права прикасаться к нему в этом мире.
– Знаешь, что мешает таким, как ты?
– Что? – с яростью прошипел О-Тер.
– Гордыня. Если б ты не был такой заносчивой задницей, то понял бы, что я плевала на все правила не просто так. А потому что имею права. И не меньше твоих.
– Что?
– Тебя прислал дед, верно?
– Ну, предположим, – нехотя признался собеседник, неприязненно следя за моими руками на стволе ружья.
– Он хотел, чтобы ты привел к нему лису, только что появившуюся в городе.
– Откуда знаешь?
– А зачем ему эта самая лиса? Что он с ней собирался сделать? Ведь не жениться?
– Зачем? – искренне поразился Катар. – У него есть бабушка.
У меня на секунду дрогнули ладони.
– Он хочет подарить ей служанку, наверно. Она тоскует по своему племени. А ты пришлая и никому не принадлежишь…
– Дед женился на другой? – через силу выдавила я.
– Он вернул себе свою жену… – Катар склонил голову к плечу и сощурился. – К чему эти вопросы?
– Она надолго уходила от него, так? А потом снова вернулась в его дом?
– Какая тебе разница? Это наши семейные дела!
– Я ведь была на ее могиле, – прошептала почти неслышно, но Катар разобрал мои слова.
– Что ты лепечешь? Хватит игр. Я запрещаю тебе причинять мне вред.
Он подскочил ко мне так быстро, что я не успела набрать воздух в легкие для крика. Но спусковой крючок нажать я успела.
Мужчина громко вскрикнул и отступил на шаг, ухватившись за живот.
– Плохое знакомство, братик, – просипела я и перезарядила ружье. – Расскажи-ка мне, где моя бабушка и как дед держит ее рядом с собой.
Глава 36
– Ах, ты ж… – заорал Катар, совершенно забыв о своем благородном происхождении.
Из его рта посыпались оскорбления из моего мира. Вот только они пролились бальзамом на душу.
– Ты отдышись, – посоветовала мужчине. – Или надо продолжить засолку?
Рубашка на животе кузена оказалась надорвана, и кожа явно пострадала от заряда соли. Конечно, та была морской, колючей и крупной. Да и забита в гильзы основательно.
О-Тер затрясся и взглянул на меня с лютой яростью. Вот только это выражение сменилось спустя пару секунд.
– Что не так?
– Как ты меня назвала?
– Вот сейчас ты начал думать, – я не спешила убирать оружие.
– Меня это не убьет, – хмуро прорычал Катар.
– Но не даст сменить ипостась, – предположила я, вспомнив, как бабушка сама учила меня забивать в гильзы соль, добавляя в нее измельченные травы.
Мужчина уставился на собственную ладонь, явно пытаясь ту трансформировать, и действительно не сумел этого сделать. Я едва сумела сдержать торжествующий возглас.
– Да тебя прибить мало, – скривился родственничек. – Притащила сюда ружье, да еще и незабудки с солью.
– Такая вот я продуманная, – не стала спорить, делая себе мысленную заметку, просмотреть пакеты с семенами, которые остались в моей комнате. – И пользоваться этим имею право. Даже по меркам твоего мира.
– Чушь. Ты никто. Пришлая.
– Важно, кто мои предки, не так ли?
– Что именно ты хочешь сказать?
Я было открыла рот, чтобы сказать, но поняла – он знает! Точно знает, кто я такая и что прихожусь ему родственницей тоже.
– Жаль, что в стволе только соль, – с неприязнью выплюнула я и позвала, – мне нужна помощь.
В этот же миг на поляну выскочил разъяренный донельзя О-Лог.
– Что ты устроила? – взвился он.
– Вот только твоей истерики мне не хватало, – отмахнулась я и кивнула в сторону Катара. – Познакомься.
– Я знаю О-Тера. Наши семьи очень давно не в самых лучших отношениях.
– У нас все еще война, – огрызнулся родственничек.
– Поздравляю, Рил, у тебя теперь есть еще один представитель семейства, с которым ты можешь враждовать.
– Ты о чем?
– Я тоже отношусь к этой семье. У нас с этим парнем есть общий дедушка.
– Он мне двоюродный дед, – кисло признал Катар.
– То есть, ты всего лишь левая веточка на моем родословной дереве, – иронично заметила я. – И кто из нас является прямым наследником князя?
Только после того, как я задала вопрос, стало понятно, что стоило мне держать язык за зубами. На лице Катара промелькнула масса не самый приятных выражений. И каждое из них выдавало презрение и неприязнь направленные в мою сторону.
– Отойди подальше, – тихо пророкотал Рил и задвинул меня к себе за спину.
– Я не беззащитная…
– Стой там, – рявкнул О-Лог, отчего я вздрогнула и впрямь попятилась.
А мой волчара шагнул к Катару и заговорил низким голосом:
– Отвечай кратко и по существу. Потому как если ты решишь схитрить, то я это почую. И разорву тебя на куски.
– Не посмеешь…
– Клянусь, что убью тебя, если попробуешь обмануть, – резко бросил О-Лог.
Я охнула. А позади кто-то тихо заворчал. Обернувшись, я увидела свиту Рила в полном составе. Они сгрудились у края поляны и смотрели на происходящее с голодным интересом.
– Тебя накажут, – ответил Катар. – И твоя семья снова развяжет войну между нашими странами.
– Тебе уже будет все равно.
– Рил, ты прибыл сюда за тем же зачем и я, – заговорил О-Тер. – Ты понял, что это она, верно? Понял, что наша лиса пришлая!
– О чем он? – осторожно уточнила я.
– Оракул сообщил, что в Лелань пожаловала пришлая. Та, кто поможет разрушить любую данную клятву. Ради такого куша О-Лог бросил все дела и рванул сюда.
– Закрой пасть, – рявкнул Рил.
– Ему ведь надо избавиться от суженой, которую ему навязали с рождения, – с садистским наслаждением продолжил Катар. – Чтобы жениться на той, кто ждет его дома. Как зовут твою невесту? Ту, ради которой ты решил найти возможность разрушить клятву наших дедов?
– Рил, – прошептала я, – он говорит правду?
– Все не так…
– Не ври ей, волк, – шипящим голосом протянул О-тер. – Моя сестрица чует ложь. Это у нас в крови.
– Сестра?
– Кузина. Самая что ни есть настоящая наследница О-Тер.
– Она та самая, – просипел волк и медленно обернулся ко мне.
– Не подходи, – я вскинула ружье и поняла, что руки мои дрожат.
– Милая…
– Никакая я тебе не милая. И не собираюсь участвовать в ваших дворцовых интригах. Слышь, – я посмотрела на Катара, – а тебе зачем понадобилось моя персона?
– Я не хочу войны. И ты залог мира. Надо отдать тебя в жены этому блохастому по всем правилам, в столице и клятва будет считаться исполненной.
– А бабушка? – срывающимся голосом уточнила я, потихоньку обходя мужчин по дуге.
– Живет с дедом там, откуда ты явилась…
– Ясно, – оборвала я ненужные откровения, хотя ердце защемило болью. – Что нужно сделать, чтобы клятву разрушить?
– Не надо, – прорычал Рил и вместе с ним Катар мотнул головой.
Хоть в этом они были солидарны. Я горько хмыкнула. Уж в чем, а в договорах я знала толк. А потому посчитала, что все сделаю правильно.
– Сын за отца не отвечает. Засим освобождаю оба ваших рода от данной клятвы. Вы свободны и можете желать все, что посчитаете нужным. И жениться на тех, кого сами выберете.
Мне под ноги бросилась тень, и я едва не нажала на спусковой крючок.
– Ты? Что опять тебе надо?
– Ты с кем говоришь? – осведомился Катар, который уже безбоязненно повернулся спиной к волку.
– С лисой, – буркнула я. – Я ведь из-за нее сюда попала.
– С какой лисой? – также настороженно уточнил Рил.
Я посмотрела на мужчин и поняла, что животного они не видят. А небольшой зверек вился у моих ног, не позволяя и шагу ступить.
– Вот же она.
– Ты ведь не оборачивалась там? – Катар выставил руки перед собой, показывая, что не собирается нападать.
– Тебе-то что?
– То, что ты видишь часть твоей души…
– Отлично, значит кормить будет не нужно, – мой голос треснул, и я глупо шмыгнула носом.
Не хотелось показывать слабость посторонним. Мне никогда не приходилось плакать на людях. И начинать сейчас не хотелось. Отшвырнув ружье, я подхватила лисенка на руки и одним прыжком подскочила к обрушенному колодцу.
– Стой! – заорал Рил позади, но шагнуть в темноту провала оказалось очень легко.
Глава 37
Когда я открыла глаза, в них бил солнечный свет. Было зябко и тело затекло.
С трудом сев, я потрясла головой, чтобы вернуть ясность мыслей. Но добилась лишь того, что пространство качнулось и померкло.
Тихое скуление рядом привлекло внимание. На смятой траве сидела небольшая лисичка и с опаской смотрела на меня.
– То есть, вижу тебя только я, – произнесла устало и протянула ладонь к сжавшемуся зверьку. – Пусть ты не настоящая, но это не мешает тебя гладить.
Робко фыркнув, лисичка ткнулась носом мне в пальцы. А потом осторожно поднырнула под руку и тут же рванула прочь, стоило мне попытаться ее погладить.
– Это мы еще обсудим, – пообещала я сама себе.
Кряхтя и чертыхаясь, я поднялась на ноги и поправила смявшихся подол платья. Оно оказалось сухим. Впрочем, я и сама не очнулась в колодце, а значит…
– Ничего не значит, – сказала я негромко и поковыляла в сторону кустов шиповника.
Раздумывать о своем возвращении и способе путешествия в другие миры я решила позже. Хотелось чая с ароматом персика, вымыть волосы любимым шампунем и надеть наконец уютные спортивные штаны. По странному стечению обстоятельств мои локоны остались ярко-рыжими. Хорошо хоть уши не выросли как у Фаниты. При мысли о подруге сердце сжалось. Как она отреагирует на мое отбытие? Сможет ли простить за это поспешное бегство?
Ведь в момент своего решения я думала о том, чтобы оказаться подальше от родственничка и… этого наглого волка. Подумать только, я ведь и вправду решила, что нравлюсь ему! Что у нас может быть будущее!
– Редкая дура, – бубнила я, пробираясь сквозь ветки и вытаскивая листья из волос.
Машины во дворе не оказалось. На двери красовался большой навесной замок. А на окнах приколоченные крест-накрест доски. Я даже крякнула с досады. Это ж сколько меня не было тут, раз кто-то и транспорт мой угнал, а дом запер. Вещи мои, к слову, нашлись на пороге. Кто-то неряшливо набил ими дешевый пакет из продуктового магазина. Белье скомкали вместе с трико и футболкой, а сверху водрузили балетки и поясную сумку. В которой, увы, не оказалось ни документов, ни денег. Только в боковом кармане, за жесткой подкладкой нашелся дубликат ключа от моей городской квартиры.
Ткань одежды немного отсырела, нещадно смялась и воняла мышами. Сменить свое дивное платье на испорченные вещи я так и не смогла. Осмотрела себя и решила, что плевать мне на то, как мой внешний вид шокирует окружающих. Может подумают, что я принимаю участие в ролевой игре по фентезийным романам.
Недолго думая, я направилась к старику, которого угощала кофе. Улица была уже не такой пустой как в день моего прибытия. Рядом с воротами красовались внедорожники, в песчаных кучах копались ребятишки, а по утоптанной дороге катались подростки на велосипедах.
У колодца стояли несколько дам в растянутых трико и при моем появлении одна из них выдала:
– Смотрите, какую-то шаболду привезли наверно мужики вчера в баню…
– Рот закрой, – грубовато ответила я.
– Что? – возмутилась хамка, всплеснув руками. – Девоньки, посмотрите, какая-то малолетка тут мне угрожает. Да я тебя…
– Что? – осведомилась холодно.
– Я… полицию вызову, – смешалась баба под моим недовольным взглядом.
– Что тут происходит? – раздался скрипучий голос за спиной городских отдыхающих.
– Митрич, – позвала я, – местных обижать пытаются.
– А ты ружье из дома неси и не станут пытаться…
Старик осекся, увидев меня и нахмурился.
– Олесенька, ты ли?
– Волосы покрасила, – пожала плечами и подхватила обескураженного соседа под локоть. – Митрич, ты бы угостил меня кофе и рассказал про житье-бытье.
С этими словами я повела старика к калитке, оставив позади возмущенных женщин.
– Ты другая стала, – произнес Митрич с кривой усмешкой. – Очень на бабку свою похожа. Тоже из гостей вернулась?
Я внимательно взглянула на собеседника, силясь понять, знает ли он откуда я могла прийти.
– Места у нас хорошие. Чистые ручьи, лес густой, грибы, вон, после дождя растут.
– Все так, – кивнула я.
– И колодец в вашем дворе отменный.
– Не спорю.
– И тропинки, которые к нему тянутся, иногда приводят разных гуляющих… людей.
Вместо ответа я кивнула. Просто не знала, что сказать. Врать не хотелось, а говорить правду не решилась. Кто поверит, что я пропадала в ином мире? Я бы не поверила.
С улицы донесся визг и послышался грохот металлических ведер. В калитку влетела взъерошенная лисичка и метнулась к моим ногам.
– О как! – воскликнул Митрич. – Смотрю и зверек к тебе вернулся.
– Вернулся? – переспросила я.
– Она появилась, когда ты сама перестала щеголять хвостиком. Тогда ты была еще совсем крохой.
– Ты знал, – охнула я и тут же спохватилась, – и лису видишь.
– Пойдем, кофейку выпьем. И поговорим по-взрослому.
Мы зашли на веранду и уселись на плетеные из ротанга кресла.
– Тут ничего не изменилось, – заметила я рассеянно.
Растрепанная лисичка нагловато забралась ко мне на колени. Она решила больше не играть в недотрогу, но закряхтела, когда я попыталась погладить ее по спинке.
– Она всегда любила, когда ты чесала ее за ушком.
– Почему ты ее видишь?
– Потому что она часть тебя самой. Эта твоя звериная сущность.
– Она отделилась от меня. Как?
– Об этом стоит спросить твою бабушку.
– И где она? – затаив дыхание, спросила я.
Уже не надеялась на ответ, когда Митрич вздохнул и встряхнулся. В следующую секунду с него слетел образ старика, тело вытянулось, а лицо…
– Дедушка.
– Да, милая, – произнес он тягучим голосом, который я запомнила с детства.
– Что б ты… – следующее слово потонуло в моем всхлипе. – Скотина ты чешуйчатая!
– Узнаю породу. Лисы всегда такие…
На стол запрыгнул мой зверек и зашипел. Пушистый хвост оббивал бока, а коготочки заскребли столешницу.
– Сейчас мы тебя вдвоем отпинаем, – пообещала я, закатывая рукава.
– Перед бабушкой потом извиняться будешь. Она очень не любит, когда я синяки зарабатываю.
– Ты мне зубы не заговаривай, – двинулась я на деда. – Не думай, что я наивная и растекусь тут лужицей от умиления при виде твоей рожи.
– Лесенька, я все могу объяснить.
– В твоих интересах, – воинственно заявила я и на столе грозно тяфкнула лисичка.
– Я сделал все так, чтобы моя жена осталась жива.
– Бывшая, – поправила я родственника.
– У нас не бывает бывших, – осторожно уточнил мужчина.
– А мы не у вас, – напомнила ему я. – Ты не у себя дома.
– Тут ты ошибаешься, милая.
– Не вешай мне лапшу на уши.
Перевертыш скривился от моего тона, но сумел сохранить хладнокровие.
– Когда твоя мать погибла, Данира просто обезумела от горя.
– Знаю, – ответила глухо.
– Она отвергла собственную суть и практически стала человеком.
– Прямо как и я сама, – предположила я.
– Твою суть мы отделили намеренно. Для того чтобы ты могла оставаться в этом мире и никто из моего не смог забрать тебя… – мужчина смутился.
– В уплату долга, – предположила я. – Ты это хотел сказать?
– Прости, милая. Но в те времена шла война и мне пришлось пообещать заключить союз между наследниками кланов…
– Проехали, – прервала я ненужную мне тираду. – Незачем теперь разоряться об этом.
– Леся, у тебя такой язык…
– Какой? – колко поинтересовалась я. – Что тебе не нравится, Митрич?
– Меня не так зовут, – на этот раз собеседник решил обидеться.
– Как представился, так и зову. Нечего тут оскорбленную невинность строить.
– Справедливо, – вздохнул мужчина. – Мое имя Лесир. Так что можно считать, что тебя назвали в мою честь.
– Ох, не том ты сейчас печешься, – я покачала головой. – Рассказывай мне лучше , где бабушка и что ты сделал с ней, гад ползучий.
– Олеся! – строго оборвал меня родственник. – Зачем ты говоришь такие жуткие вещи? Тебе будет стыдно потом.
– Потом ты долго будешь хвост отращивать. Это факт. Если не перестанешь юлить! Я устала ото лжи! Хватит с меня Теров, Логов и вашего вранья!
– Милая, кто тебя обидел? – неожиданно нахохлился дед.
– Первым был ты.
– Я бы никогда…– мужчина осекся и понурил голову. – Данира заболела. Она могла излечиться только в своем истинном облике лисы. Но предпочла стареть и терять свою силу. Я не мог позволить ей погубить себя. Не мог спокойно наблюдать, как любимая женщина гибнет!
– И что ты сделал? – мое сердце споткнулось в груди.
– Я позволил Данире забыть кое-что из прошлого.
– Что именно?
– Источник своих страданий.
– То есть?
– Твою мать.
– Ее дочь, – сказала я с ним одновременно и зажала ладонью рот. – Она забыла, что у нее умерла дочь?
– Что она рождалась, – осторожно поправил меня дед и грустно улыбнулся. – Она забыла, что была матерью.
– И про меня тоже забыла, – поняла я наконец и попятилась. – Ты ужасный человек.
– Я не человек, – поправил меня О-Тер. – Точнее, не совсем он. И в этом теле я всего лишь гость.
– То есть?
– Ты смотришь на Митрича и видишь только отражение меня. Я оставил у него свой родовой камень, чтобы поговорить с тобой при случае.
– Твоя семья владеет иллюзиями.
– Наша семья, – поправил меня мужчина.
– Гадкая способность.
– Ты не знаешь, о чем говоришь, милая.
– Не зови меня так! – взорвалась я. – Ты сделал меня сиротой! Ты лишил меня самого близкого человека.
– Хватит! – прогремел Лесир. – да пойми наконец! У меня не было выбора. И что я сам заплатил не меньше твоего. А может, даже и больше.
– Что это значит? – тут же насторожилась я.
– Я отдал свою сущность, чтобы быть рядом с любимой. Стал другим. Тем, кого ненавидел всем своим сердцем. Только чтобы быть с ней рядом! И не говори мне, что я поступил неправильно. Лишь ее жизнь для меня имела значение и смысл.
Мужчина выдохся и тяжело сел на стул. Его облик дрогнул и сквозь него проступил силуэт соседского старика.
– Я обманул судьбу, – продолжил О-Тер глухо. – Казалось, что мне удалось… Но потом пришлось платить. Моя душа покинула тело.
Лисенок на столе тоненько заскулил.
– Как это?
– Я умер, детка.
– Совсем? – пискнула я, окончательно растеряв боевой настрой.
– В нашей семье навсегда можно погибнуть, только если ты отказался от своей сущности, – мягко улыбнулся дед. – Вот ты сейчас была бы очень уязвима без свое лисы. Она жмется к тебе, потому как хочет стать с тобой одним целым. Как раньше.
– Не понимаю. Ты сказал, что мертв.
– Я сказал, что умер, когда возвращал сущность твоей бабушке. Но вернулся. Моя душа вселилась в умирающего оборотня, покрытого серой шерстью.
– Ты стал волком?
– Да, – от отвращения О-Тер скривился. – И в его теле я не помню себя самого. Я считаю себя псиной.
– Как это возможно?
– Ты слишком юная и не знаешь всех наших возможностей в новом мире…
– А бабушка? Она с тобой? Вы вместе?
– Я… то есть тот волчара работает над этим.
– Я совсем запуталась, – тряхнув головой, я уставилась на деда. – Объясни толком.
– Твоя бабушка забыла не только дочь и тебя. Она не помнит обо мне и о том, кто она такая.
– Как же так? – охнула я. – Надо это исправить! Надо…
– Поэтому она и тянулась к этому колодцу. Она хочет вспомнить все. Хочет вернуть себе свою настоящую жизнь.
Меня потрясло осознание правды. Я вдруг отчетливо поняла, что встретила свою помолодевшую бабушку в ином мире. Была с ней рядом. И не понимала кто она.
– Не может быть, – выдохнула я пораженно. – Но Катар сказал…
– Кто? – тут же оживился дед.
– Мой кузен.
– Катар не твой родственник. Он тот, кто жаждет стать наследником нашего рода. Он носит фамилию незаконно.
– Что ж за бардак творится в твоем мире, дед? – возмутилась я. – Ты же князь!
– Сейчас нет, – Лесир пожал плечами. – Моя душа выбрала неправильное тело. Оно не подходит для истинного О-Тера.
– Кто же правит страной?
– Наместник.
– Значит, надо вернуть все на свои места, – я строго посмотрела на лису, но та и ухом не повела.
– Тебе стоит знать…
– Что еще? – я подготовилась к худшему.
– Время тут течет иначе. В том мире могло пройти уже несколько месяцев.
– Разберусь.
Лиса возмущенно фыркнула.
– Вместе разберемся. Кстати, – я посмотрел на деда с надеждой, – как мне соединиться с лисой? Как стать с ней одним целым?
– Это несложно…
Образ О-Тера дрогнул и на меня взглянули глаза Митрича. Мужчина чихнул и на стол упал камень, который до того висел на шее старика.
– Олесенька? Ты ли это? – хрипло спросил он.
– Пришла занять у тебя кофейку, – треснувшим голосом сказала я и выдавила из себя улыбку.
Глава 38
Я подъехала к своему дому, когда уже стемнело. Вышла из машины и расплатилась с таксистом деньгами, которые заняла у Митрича. Он был рад меня видеть и сообщил, что искал меня вместе с добровольцами в лесу пару месяцев назад. Именно тогда я и пропала. Про камень, то висел у старика на шнурке, он ничего не знал. Даже удивился, что вещица была на его шее. Я поняла, что мой разговор с дедом был одноразовым и снова с ним пообщаться тем же способом не выйдет. Да, я вернулась к колодцу в своем подворье и выяснила, что он оказался засыпан всяким хламом, который мой муженек решил выбросить из дома. Дома, который он надумал продать. Потому как посчитал, что теперь он может распоряжаться моим имуществом.
– Петушок, – повторила я придуманную Митричем кличку для моего супруга.
Окна родной квартиры светились желтым. Значит, хозяин на месте. Конечно же, меня он не ждет и явно не будет рад встрече. Только кому от этого хуже? Точно не мне.
С этими мыслями я вошла в подъезд и поздоровалась с соседкой, которая стояла у почтовых ящиков и пыталась достать из чужих ячеек квитанции.
– Здравствуйте, Зинаида Васильевна, – произнесла я негромко. – Все еще следите за тем, кто сколько тратит воды и электроэнергии?
– Святые небеса, – ярая коммунистка в прошлом, она судорожно перекрестилась, а потом нарисовала пальцем какой-то знак перед собой. – Будда всемогущий…
– Можно просто звать меня по имени, – возразила я, подходя к лифту.
– Ты ведь померла.
– Серьезно? – изумилась я.
– Да. Петенька знатные поминки справил. Мне вот кое-что из одежды отдал…
Я наконец поняла, что на женщине оказался мой кардиган. Когда-то я его очень любила и носила в прохладную погоду.
– Вам идет, – хмыкнула я.
– Я за тебя свечки ставила. Правда дома и чайные, в церковь не хожу.
– Не пускают, – пробубнила я под нос.
– Так ведь померла ты! – снова воскликнула Зинаида, будто сам факт моего существования ее возмущал.
– Сведения о моей кончине сильно преувеличены, – я пожала плечами. – Увы. Но вещи вы можете оставить себе.
– О, – протянула соседка, только сейчас поняв, как все выглядит со стороны. Или и правда осознала, что я могла бы потребовать вернуть свою одежду. – Ты надолго… ну, это…
– Воскресла? – невинно уточнила я. – Думаю, дня на два. Потом опять…
– Что «опять»? – насторожилась Зинаида.
– Помру, наверно. По версии своего муженька, именно это со мной и произойдет снова.
Соседка вновь попыталась перекреститься. Но принялась тыкать себя пальцами по кругу, совершенно перепутав ритуал.
Поправлять ее я не стала, а просто вошла в кабину лифта.
– Вы со мной? – на всякий случай спросила я.
– Рано мне, – крикнула Зинаида Васильевна. – Я только недавно на пенсию вышла!
Я тихо рассмеялась, вспомнив, как она признавалась, что едва ли не революцию застала. Возможно, женщина тоже была оборотнем. Какой-нибудь сорокой судя по тому, как ловко она воровала газеты и журналы.
Лиса прижалась к моей ноге. Но как только дверцы лифта разъехались, она затрусила в сторону моей квартиры. Остановилась у нового коврика с надписью «босс» и презрительно чихнула. Вдоль стены стояли два пакета с мусором. Поверх упаковок от роллов лежали бутылки от пива и вина.
Замок в двери оказался прежним. Видимо, Петя решил сэкономить, раз нашел мой ключ в доме бабушки. Потому я спокойно воспользовалась дубликатом. В коридоре было темно. Спертый воздух наполнял сигаретный дым и вонь несвежей одежды, что висела на вешалке. Еще тут пахло женским парфюмом. Явно моей бывшей подруги. Именно этот аромат я дарила Маше на все праздники, по ее личной просьбе.
Из гостиной раздавалась громкая музыка. На пороге виднелась кучка дерьма, которую оставило небольшое животное. Явно не сам Петя.
Лиса возмущенно фыркнула и уставилась на меня в ожидании реакции.
– Мрак и ничего человеческого, – кивнула я своей звериной сущности.
А потом мы вместе вошли в комнату.
На разложенном диване сидел незнакомый мне парень, который при моем появлении встрепенулся и вскочи на ноги. При этом с его бедер скатилась простыня. Миру явилось голое тело и самое неприятное, что весьма невпечатляющее.
– Ты пиццу принесла? – спросил он, почесывая живот.
– Я похожа на курьера?
– Не знаю, – парень пожал плечами.
– А ты тут что делаешь?
– Живу ващет, – нахмурился незнакомец. – Ты сама кто? Как сюда вошла?
Из ванной послышался шум смыва унитаза и дверь распахнулась.
– Пиццу принесли? – спросила Маша и осеклась при виде меня.
– Нет, – протянул парень. – Эта баба сказала, что нет у нее пиццы.
– Я могу приготовить, если вы очень голодны, – мягко улыбнулась я.
– Ништяк!
– Ты же умерла, – просипела Маша и попятилась. – Как же так?
– Сама в шоке, – проговорила я заговорщически. – Думала, может ты подскажешь, как так вышло. Кстати, а что ты делаешь в моей квартире? Что это за недоразумение на диване? И где мой благоверный. Точнее… – я хлопнула себя по лбу, – благоневерный.
– Он в командировке, – запинаясь, сказала Маша. – А это… мой брат.
– Чего? – протянул парень и насупился. – Что это за баба? Чего ты перед ней менжуешься? И ваще…
– Закрой рот, – зло отчеканила я. – От тебя воняет. Ты в моей квартире и я прямо сейчас могу вызвать полицию. Чтобы они разобрались, по какому праву тут посторонние находятся.
При упоминании стражей порядка гость мигом принялся одеваться. Я одобрительно крякнула, оценив скорость сборов.
– Олесь, нам сказали, что ты померла. Что у тебя был нервный срыв и… ну ты понимаешь.
– Не понимаю, – скрестив руки на груди, я уставилась на бывшую подругу. – Расскажи мне, с чего был сделан такой вывод? И почему пока мой супруг в командировке, ты тут устроила притон? Вы теперь с Петечкой пара?
– Ты все не так поняла, – принялась оправдываться Маша и тут наконец смогла меня рассмотреть. – Что с тобой случилось?
– В каком смысле?
– Ты шикарно выглядишь.
– Нашла молодильные яблоки.
– Где? – девушка аж протрезвела от любопытства.
– Я б тебе сказала, – ответила лениво, – но не хочу.
– Лесь…
– Тебе пора одеваться и валить отсюда.
В это время к моей лисичке подбежал песик и замер, любуясь рыжей прохвосткой. Удивительно, что животное видело мою сущность.
– И собаку забери, – устало отмахнулась я.
– Лесь, – снова протянула подруга.
– Да что? – нетерпеливо отозвалась я.
– Я жалею, что все так сложилось…
– Пошла вон отсюда, – брезгливо отшатнулась я от девушки, которая попыталась взять меня за руку. –Как я могла не замечать, насколько ты мерзкая.
– Не надо так.
– Вы с Петей стоите друг друга. Имей в виду, скоро он придет в твою квартиру. Тут он не останется.
