Текст книги "Брачный контракт по-драконьи (СИ)"

Автор книги: София Руд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 29
Память

Ловлю такой шок, что на секунду теряю дар речи. Не моргая смотрю на обнаженного лорда Соула. Точнее, он обнажен лишь наполовину. Черные штаны на нем все-таки имеются, но дело это не сильно меняет. Четко выделяющиеся мышцы пресса и груди так и врезаются в память, а что касается мощных рук, стянутых жгутами вен… Боги, я кажется, покраснела в тон своим рыжим волосам.

– Что вы тут делаете?! – выпаливаю я сердито, как только ко мне возвращается способность говорить.

Тут же натягиваю на себя одеяло, хотя нужды в этом нет, ибо я одета в белоснежную сорочку из плотной ткани. Но помнится, что, перед тем как потерять сознание, я была завернута в махровое полотенце и это полотенце в последний миг норовило соскользнуть.

Глаза лорда вспыхнули в тот момент, вот прямо как сейчас!

Но лишь на долю секунды. Соул тут же берет эмоции под контроль, медленно втягивает носом воздух, все это время неотрывно глядя на меня, будто пытаясь понять, что со мной не так.

Да это с ним что-то не так! Оделся бы уже!

– Что я делаю в своей спальне, леди Роуэлл? – уточняет Рэдгар.

В уголке его губ появляется легкая ухмылка, которая несколько выводит меня из себя.

– Хорошо! – Я чудом набираюсь терпения и цежу через зубы: – Тогда что я делаю в вашей комнате?

– А вы не помните? – Мужчина прищуривается и смотрит так, будто я абсолютно точно должна знать ответ.

Но с какой стати?!

– Единственное, что я помню, – это как пошла в купальню. А потом стена там исчезла, и я оказалась в странном месте. Туда и явились вы! – заявляю я смело, ибо скрывать мне нечего.

А если буду мямлить и лукавить, только больше подозрений вызову. А у него и так этих подозрений, непонятно откуда взявшихся, выше крыши.

И чувствую, что, не будь я девушкой, лорд мог бы вести допрос иначе, а не через эту странную игру.

– Вы только это помните?

От его пристального взгляда чувство смущения только усиливается.

– Может, оденетесь, прежде чем вести допрос? – рычу я.

А сама спешу выбраться из постели, ибо говорить в таком положении очень неловко.

Однако, едва встав, тут же тянусь к покрывалу. Ткань сорочки хоть и плотная, а все равно обрисовывает контуры моего тела. Особенно его верхней выпирающей части, на которой на миг фокусируется взгляд лорда. И которую я тут же спешу сердито прикрыть, краснея еще больше.

Соул давит легкий смешок, но все же имеет совесть отвернуться. Он подхватывает правой рукой рубашку с темно-зеленого кресла, что стоит рядом с кроватью, и наконец-то прикрывает перекат мышц. Однако я успеваю заметить шрамы на его спине.

И эти шрамы очень странной формы, напоминающие не то снежинку, не то воронку. Даже засматриваюсь невольно до той самой поры, пока спину не накрывает белоснежная ткань выглаженной рубашки.

– Леди Роуэлл, а та стена сама по себе исчезла? – задает он вопрос, все еще стоя ко мне спиной.

Но нотки в его тоне раздражают. Как бы невзначай спрашивает, но я то знаю, к чему мужчина ведет.

– Думаете, я ее взглядом растворила? Я недоучившийся зельевар, а не маг с завидным резервом. И дорогими запретными артефактами не балуюсь. Но, кажется, у вас и от подобного должна стоять защита. Тем более в том месте.

– Она и стоит. Потому это вдвойне интересно.

Лорд оборачивается, и, несмотря на то что я уже замотана с ног до головы, возникает чувство, будто я опять стою перед ним полуголая.

– В таком случае я хочу кое-что проверить.

– Сначала ответьте на мои вопросы. Почему я проснулась в вашей постели? Даже если я упала в обморок, вы должны были распорядиться разместить меня в моей спальне. И уж тем более не разгуливать передо мной в… таком виде! – требую я.

И в этот момент в глазах лорда проскальзывают пугающие тени.

– Что вы затеяли?

Он не спешит отвечать, зато смотрит на меня так, будто пытается понять, не вожу ли я его за нос.

– Я затеял? Вы, в самом деле, не помните, что творили со мной вчера или сейчас разыгрываете меня? – наконец-то отвечает он.

Но… на что это лорд намекает?!

– Если бы помнила – не спрашивала бы! – твердо сообщаю я.

А у самой сердце холодеет.

Что значит «что я творила с ним вчера»?

Судя по прищурю Соула, что-то очень-очень странное. У него даже кадык дергается, а зрачки вновь порываются обратиться в звериные линии, но лорд смаргивает.

Втягивает носом воздух и отворачивается на несколько секунд. И в этот момент я замечаю пару тонких царапин на его шее. Они совсем свежие и отчего-то незалеченные. Это ведь не я сотворила?

– А что касается вида… Так вы не пощадили ни мою любимую рубашку, ни камзол, который был выполнен на заказ королевским портным.

– Я?! – чуть ли не задыхаюсь от возмущения, но быстро беру эмоции под контроль.

– Зная ваш темперамент, будет лучше, если вы сами вспомните. Лема принесет восстанавливающий отвар, к вечеру вы должны полностью прийти в себя, – говорит мне лорд.

Затем, подхватив с зеленого кресла черный камзол, он уходит, ни разу не обернувшись.

Я же пребываю в легкой растерянности. Зачем мне восстанавливающий отвар? Из-за той склянки, что случайно разбилась? В ней было что-то опасное?

Едва начинаю прокручивать в голове минувший день, как виски атакует пульсирующая боль, а после перед глазами проплывают смутные образы: глаза лорда, мрак того кабинета, тяжелое дыхание и… царап!

Подпрыгиваю на месте и прикрываю рот рукой. Неужели у меня помутился рассудок и я оцарапала лорда, как дикая кошка? Точно! Он еще обронил вчера фразу, которую я запомнила.

«Диана, вы хотите моей смерти?» – так он сказал.

Неужели я, в самом деле, пыталась его прибить?

Но что тогда значит «Я ведь не железный», еще и сказанное таким хриплым голосом, что сердце екает.

Бред! Это все от слабости. Где там Лема с отваром? Мне срочно нужно привести голову в порядок.

С такими мыслями и покидаю спальню лорда, веля себе мысленно никогда сюда не возвращаться, однако делаю пару шагов, как чувствую, что ноги подрагивают. А и вообще все тело побаливает, будто я с непривычки коромысло с двумя ведрами воды в гору несла. А ведь проснулась бодрой и полной сил.

Что же это такое?

Трясу головой, избавляясь от догадок, которые ничем не помогут, и выхожу в коридор.

– О, миледи! – Лема как раз спешит ко мне с подносом, но умудряется зацепиться носком туфли-лодочки за завернувшийся край шерстяного ковра и чуть ли не падает.

Поднос взмывает в воздух, а я сама не успеваю сообразить, как ловлю его и все его содержимое, будто в момент обрела новую уникальную способность.

– Боги! Госпожа! Как вы?... – Служанка ошарашенно глядит на меня, да и сама сейчас в шоке.

– Не знаю. Случайность, – говорю я ей.

Но сама в случайности уже не верю. Что-то тут не так.

Возможно, у Лемы есть ответы на вопросы, что со мной было вчера, но задам я их не здесь, а в своей комнате. Туда и зову служанку, возвращая ей поднос, и в этот самый момент в голову опять бьет вспышка.

Но осколок воспоминаний, вызвавший головную боль, связан вовсе не с лордом… Это… Боги!

Глава 30
Выявитель

Это человек в красной мантии. Лица его не вижу, он будто тень, и лишь сердце подсказывает, что я его знаю. И знаю очень даже хорошо.

Он что-то говорит, но голоса я не слышу, зато ощущаю страх. Животный страх. Но не за себя… Веду взглядом в сторону и вижу отца, стоящего на коленях. Он плачет, он умоляет этого человека в алой мантии, но о чем – я не слышу, будто оглохла. Однако кое-что все же улавливает мой слух.

– Я сделаю. Я сделаю все сама!

Именно эти слова четко прорезают тишину и эхом гудят в голове, затем звучит: «Ты ничего не вспомнишь!», и писк бьет по барабанным перепонкам так, что сгибаюсь пополам.

– Госпожа! Госпожа! С вами все хорошо? – пугается Лема.

Непонятная картинка исчезает, и я разглядываю очертания собственной комнаты в доме лорда: кровать с розовым балдахином, плотные шторы, испуганная Лема с торчащим из-под чепчика чубчиком. Серые глаза распахнуты до предела, а лицо ее бледнее стен мой спальни.

– В порядке, просто слабость накатила, – отвечаю я.

А голос хрипит так, будто я орала во все горло. Голова немного кружится, и я дохожу до одного из кресел, опираясь на руку служанки.

Веду пальцами по обивке с тиснением, заставляя себя ощущать грубоватую ткань и ловить каждую деталь реальности, чтобы окончательно прийти в себя, но та, картина которая вспышкой влетела в мою голову, не дает покоя.

Что это было? Почему там был отец? Почему на коленях? Кто этот человек в алой мантии? И где все это происходило?

Я толком не видела, кабинет то был, или какой-нибудь подвал – все было затерто. Но не это важно. Важно то, что я тоже была в том месте. И что-то кому-то пообещала, но не помню. Совсем!

«Ты ничего не вспомнишь!» опять прокатывается в голове.

– Ох, госпожа, умеете вы удивлять и пугать, – причитает Лема, наливая чай в чашку, тем самым вырывает меня из всепоглощающих мыслей. – Вот поднос поймали так, что лорд Соул, если бы увидел, сразу бы позвал вас…

Лема осекается, а я прищуриваюсь.

Значит, служанка знает, кто такой Соул на самом деле? А может быть, и Лема шпион? Или помощница шпиона? Если такое вообще бывает. Но тогда она помогла бы в ситуации с Лизи. Или, может быть, она имела что-то другое ввиду?

– Позвал в академию боевых магов, – ловко выкручивается Лема.

А я делаю вид, что не придала значения ее словам.

– Жаль, что здоровье у вас слабенькое. Вон как часто голова кружится, но вы не переживайте, госпожа. Наш хозяин найдет способ укрепить ваше здоровье, тем более учитывая, как он вами дорожит.

– Дорожит? – переспрашиваю я, принимая из рук Лемы чашку с отваром.

– А как же. Никогда не видела, чтобы хозяин был так внимателен к кому-то, за исключением членов семьи. Да что же это я. Вы ведь скоро госпожой станете, супругой его Светлости, – непривычно разговорчива Лема, а теперь еще и краснеет почему-то.

Ага, дорожит и во всех грехах меня подозревает.

– Лема, а ты не знаешь, что со мной случилось вчера?

– Ой, госпожа, я ничего не видела. Клянусь! – Лема смущается еще больше.

Она, тотчас сославшись на срочные дела, кланяется и уходит, плотно закрыв за собой дверь.

Я же так глубоко ухожу в мысли, что вспоминаю про отвар лишь тогда, когда кончики пальцев начинают гореть из-за температуры чашки.

Тут же возвращаю ее обратно на поднос, что стоит аккурат на зеркальном кофейном столике у кресла, и вновь прокручиваю в голове странное видение, больше похожее на отрезок жизни, который я каким-то образом умудрилась забыть. И те слова… те слова…

Бред! Может, у меня попросту воображение разыгралось, после того как я надышалась порошком в тайном кабинете лорда? А я ведь так и не узнала, что это была за гадость в склянке.

Сонный порошок пахнет иначе. Да и если бы это был он, я бы свалилась без чувств. К тому же лорд сказал, что я не пожалела ни его рубашку, ни камзол. Не ногтями же я их разрывала, как дикая кошка.

– Боги! – Я подскакиваю с места и тут же опускаюсь на ватных ногах.

Именно так и было. Я разорвала одежду лорда Соула. Только вот не как кошка, а как искусительница…

Лорд Соул

Не взяла украшения, а положила в шкатулку камни, зная, что идет в западню. Не испугалась, не отступила, хоть и знала, что помощи ждать неоткуда.

Шагнула в портал, прямо в логово гнусных гадов во главе Максвеллом, и, даже когда все пошло не по плану, не сбежала одна. Осталась спасать Лизи, хотя знает ее лишь два дня.

– Что это? Слепой героизм? Слабоумие и отвага? Или хитрый план? – раздается голос Гарея.

Но говорит он совсем о другом деле, которым ему лично поручил заняться король. По этому поводу друг приперся с утра пораньше ко мне в кабинет.

Однако сказанная Гарем вслух фраза идеально дополняет мысли, которые не дают мне покоя со вчерашнего дня.

– Ты чего? – Кай хмурится, когда я перевожу взгляд с отчетов на столе на компаньона, прижившегося к черному креслу в моем домашнем кабинете, как к собственному.

– Узнал, на кого работал этот Макс? – спрашиваю я.

Но Гарей отрицательно качает головой.

– Как вообще вышло, что он скончался до допроса, Соул?

– Он заключил с кем-то сделку, не успел ее выполнить, и заклятие остановило его сердце.

– И ты не успел узнать, кто стоял за похищением твоей племянницы, верно я понимаю? А ты уверен, что кто-то стоял?

– Уверен, – киваю я, ибо вся эта картина выглядит подозрительно.

Ни один, даже самый отчаянный картежник не рискнул бы сунуться к моей семье. А этот сунулся.

Опоил Лизи так, что она едва ли понимала, что происходит, и если бы не Диана… Глупая, камней напихала и рисковала собой. А если бы все кончилось плохо?

Или она знала, что будет так, как ей нужно?

Злость берет верх, когда я собираю мозаику снова и снова, но картина получается той же.

К Диане пришли кредиторы, которым заплатили за нападение на нее. Ниточка вела к Максвеллу, который обманом вынудил Лизи выйти из дома, а после опоил и шантажировал Диану. И она пошла, рискуя собой, что уже безумно злит.

Но еще больше злит то, что Макс скончался. Кто бы ни руководил его действиями, он знал, что марионетке конец. Знал, что останется в тени. Это все будто бы тщательно спланированная операция.

И отсюда возникает один-единственный вопрос: «Кому это выгодно?»

Гнев берет такой, что не сразу замечаю, как перо трескается в руке. Ибо в списке на первом месте – Диана.

Проникла в дом, пробудила дракона и, едва я начал ее в чем-то подозревать, тут же обеспечила себе репутацию абсурдно героическим поступком. И если это то, о чем я думаю, ей остается лишь одно – связать себя со мной узами брака, и тогда она получит доступ к тому, что ей нужно. К тому, что я охраняю.

Неужели она и есть та, за кем я так долго охочусь? Диана – моя неуловимая воровка? Возможно. Но она не убийца! А преступница, которую все ищут повинна во многом.

Откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза, желая найти хотя бы один факт, который поставит эту теорию под сомнение, но их нет. Все против нее. И разум тоже против, лишь дракон, час от часу просыпающийся, гневается, веля не клеветать на Диану.

Кажется, я сейчас свихнусь. Мне нужны ответы, но прямые вопросы задавать нельзя. Что если это не она, а я напугаю ее до полусмерти? Что если она опять исчезнет, а я не найду ее?

– Твой артефактор еще в столице? – спрашиваю я у Гарея.

– Спарт? – уточняет он так, будто у него десять талантливых артефакторов на каждом углу. – В столице. Что ты задумал, Соул?

– Я поручил ему кое-что. Поторопи, – прошу я товарища.

И тот обещает заглянуть к Спарту немедленно, а мне остается только ждать, когда же устройство, способное дать мне нужные ответы, окажется в моих руках.

– Ваша Светлость, леди Роуэлл пришла в себя, – докладывает Лема.

И я тотчас покидаю кабинет и иду наверх, мысленно моля всех богов, чтобы Диана Роуэлл оказалась той самой вздорной адепткой, которую я помню с академии, а не хитрой непревзойденная шпионкой, умудрившейся сбежать от дюжины преследователей.

Едва вхожу в ее комнату, как лекарь говорит о Диане: «Всего-то пара ушибов», и уже это выводит из себя. Все нутро велит защищать ее и оберегать, встать на ее сторону, несмотря ни на что, но нельзя.

Потому и начинаю игру вразрез с желаниями, что разрывают изнутри. Дракон рычит: «Присвоить, покорить, любить!» Это сводит с ума, ибо… агент короля и преступница – невозможный союз.

И все же к ней тянет. Тянет так, что приходится отступить, пока не наломал дров, и затаиться, как хищнику, ожидая либо ее ошибки, либо своей.

И я, пожалуй, впервые в жизни хочу быть неправ, но Диана пробирается в тайный кабинет. Зачем? Случайно?

Мысленно пытаюсь найти тысячу оправданий, но у леди есть свои способы сбить меня с толку. Уронить полотенце – единственную вещь, прикрывающую изгибы тела, и тем самым заставить меня в этот самый миг бороться с рассвирепевшим драконом внутри.

К счастью, «платье» Диана успевает подхватить, но ее обнаженные длинные ноги все равно не укрываются от моего взгляда. Так же, как и тонкие плечи, ключицы.

Дракон рычит так, что я забываю, зачем вообще сюда шел, а Диана делает шаг.

Затем еще один. Ко мне… Да так близко, как раньше никогда сама не подходила. Что она пытается сделать?

– Пока вы не начали опять меня обвинять, лорд Соул, скажу, что сюда я попала случайно. И, как видите, в одном только полотенце. На дело в таком виде не ходят, так ведь? – Даже ее голос звучит непривычно тихо и… невыносимо соблазнительно. – Вижу, вам нравится, Ваша Светлость.

– Что вы затеяли, леди Роуэлл? Хотите отвлечь меня от разговора?

– А у меня получается? – Она игриво прищуривается.

– С вами точно все в порядке? – спрашиваю я, хотя уверен, что Диана что-то затеяла.

Однако дракону, что свирепеет внутри с каждой секундой все больше, плевать на обстоятельства. Ему подавай ее.

Я так реагирую, потому что Диана истинная или дело все-таки в каком-то воздействии? Может, не стоит ждать устройства Спарта? Одна ночь с ней сама все расставит по местам.

И Диана должна это понимать. Она что-то задумала? Нашла способ и это обойти или, в самом, деле ни при чем и я зря ее мучаю?

– Ну, не вам же одному все время меня смущать. Я тоже могу, – щебечет она, а после этого встает на цыпочки, прислонившись ко мне своим телом, обернутым лишь несчастным полотенцем, и добавляет: – Считайте это моей маленькой местью.

Зря это она. Ох, зря…

– Вы же знаете, что не стоит начинать игру, если не готовы повышать ставки? – Я склоняюсь к ней, зная, что как бы она ни храбрилась, а все равно смутится и отступит, пока я даю ей этот шанс.

– Ставки? – Диана хмурится, однако нет и намека на страх в ее глазах.

Она продолжает. Занятно.

– Леди Роуэлл, я ведь предупреждал вас, чтобы держались от меня как можно дальше? – напоминаю я о нашем последнем разговоре, ибо сдержать дракона, да что там дракон… сдержать себя все труднее.

– А не то что? – с вызовом шепчет девушка и тем самым подписывает себе приговор.

Секунда, и я впиваюсь в ее мягкие горячие губы. Сминаю их страстным поцелуем, проникая все глубже. Прижимаю Диану к себе, желая ощутить ее каждой клеточкой тела, но проклятая одежда…

Слышу, как рвется рубашка. И вовсе не из-за меня, а из-за леди Роуэлл, которая льнет ко мне, заставляя плоть горячеть, и лишь в этот миг замечаю на полу осколки.

Склянка разбилась? Которая? Когда?

Наверное, я не услышал из-за рыка дракона. Зато теперь понятно, что с Дианой: она попросту не в себе.

Но мне от этого не легче ни разу! Горячая, чувственная, тающая в моих руках. Чего стоит оторвать взгляд от ее губ, тянущихся ко мне. Чего стоит заставить себя игнорировать ее пальцы, скользящие по моей груди. Один ее запах одурманивает.

– Диана, ты не в себе.

Чувство долга велит ее отстранить, но чего стоит ее взгляд и обиженно надутые губки.

– Вы смерти моей хотите? Я не железный, – предупреждаю я ее, но понимаю, что договорить с ней в таком состоянии не удастся.

Точнее, не удержусь я сам и потому, приложив два пальца к ее лбу, заставляю Диану уснуть. Она повисает на моих руках: беззащитная, хрупкая и… обнаженная. Гоблины меня дери!

Я сейчас на стену полезу!

Вдох-выдох. Еще!

Выношу Диану в купальню, обвешиваю кучей полотенец и лишь потом несу в спальню. В свою, так как у дверей комнаты Дианы кругами ходит Лизи. Не хватало еще ее успокаивать, когда она увидит свою героиню в таком виде.

Велю Леме одеть Диану и никого к ней не пускать. Пока служанка исполняет поручение, умываюсь ледяной водой, но даже этого мало, чтобы заставить дракона утихнуть. Он ревет, гневаясь из-за того, что не получил свое, а я же пытаюсь думать о другом.

Диана пробралась в запретный кабинет. Как? Зачем? И что на нее вообще нашло?

Спускаюсь в купальню, оглядываю помещение и вижу на полу осколки склянки.

Так вот в чем было дело. Поднимаю кусочки с пола, чтобы понять, что именно разбилось.

Увы, это не то зелье, о котором я подумал… Кто бы мог предположить, что она разбила именно это.

– Ваша Светлость, – доносится голос Лемы.

И я тут же возвращаюсь в купальню, закрывая потайную дверь.

– Входи.

– К вам прибыл какой-то рыжий господин. Он представил артефактором, – сообщает служанка.

И я сжимаю до хруста кулаки.

Раз Спарт пришел, значит устройство готово. Одни боги знают, как я хочу, чтобы камень не подал ни одного признака, что именно она поглотила энергию кристалла два года назад, оглушив при этом моего дракона. Чтобы она осталась невиновной и наконец-то стала моей.

Сжимаю камень в рук, глядя на ее спящее хрупкое тело, и, наверное, впервые в жизни на секунду сомневаюсь, прежде чем протянуть Выявитель к Диане. И теперь вижу правду…