Текст книги "Брачный контракт по-драконьи (СИ)"

Автор книги: София Руд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Глава 46
Раны

Разрешение получено, осталось толкнуть дверь и войти. Всего-то пара движений, но почему же так сложно?

Потому что страшно. Дико страшно, но я беру волю в кулак и делаю то, что должна, – вхожу. Решительно переступаю порог, закрываю за собой дверь, оборачиваюсь в полной решимости и… застываю.

Нет, вовсе не потому, что передумала, а потому что лорд Рэдгард Соул голый!

Точнее, наполовину голый, так как черные штаны на нем все-таки имеются, а вот все, что выше, бронзовые перекаты мышц, мускулистые руки, перетянутые жгутами вен, мокрые темные волосы, с кончиков которых слетают капельки воды прямо на загорелую кожу.

– Диана?

Глаза лорда округляются, когда он обнаруживает застывшую меня.

«Диана, Диана, а вы кого-то еще ждали в таком виде, лорд Соул?» – так и хочется сказать ему, но язык, как будто онемел.

Смаргиваю, пытаясь прийти в себя, – не помогает. Встряхиваю головой – становится получше. Тело начинает подчиняться, мозг снова работает, а к щекам тут же приливает кровь.

– Вы зашли, чтобы проверить, жив ли я, а поскольку это так, пытаетесь сразу сбежать? – выдает мне Соул, как только я в какой-то дурацкой панике тянусь к ручке двери.

В самом деле, что я творю? Мне не восемнадцать, чтобы краснеть и бегать от него, как дурочка? Нет!

Хотя от восемнадцати я не особо далеко ушла, а учитывая, что последние годы ровела почти в заточении, так вообще их будто не прожила.

Хотя торсы Теней видеть приходилось. И ни на один из них не было подобной реакции.

Соберись, Диана.

– Не хотела вас смущать, лорд Соул, – прочистив горло, говорю я.

Оборачиваюсь, выпрямляю спину. Держусь так хорошо, что мысленно даю себе премию. Главное, чтобы румянец на щеках меня не выдал. Но в комнате мало света. За окном ночь, а здесь горит лишь пара канделябров, откидывая причудливые тени.

– Полагаю, вы не мне велели входить, учитывая… кхм… ваш вид. Потому и хотела выйти, – объясняю я.

– Если бы я знал, что это вы, Диана, то разрешение войти выпалил бы в два раза быстрее. – Он еще и умудряется шутить. – Впрочем, очень интересно, кого я, по-вашему, хотел встретить в таком виде.

Отличный вопрос, учитывая, что в доме, кроме меня и слуг, никого нет.

– Если вы о Леме, то она мою спину еще с детских лет видела, когда работала няней. Не обманывайтесь ее лицом. В качестве премии и подарков она всегда просит редкие дорогие омолаживающие зелья, – рассказывает лорд.

Ого, а я бы не подумала, что они настолько хорошо знакомы. В этом доме все чересчур скрытные! Хотя... мне ли заррекаться о скрытности?

– Знаете, Диана, благодаря вам, это вечер перестает быть скучным. Кто бы мог подумать, что ревность так вам к лицу, – добавляет Соул.

Чего?! Ревность?

А вот это уже лишнее.

– Вам показалось, – решаю я не скандалить, я ведь не затем пришла.

Я вообще по делу, а тут… это все!

– Да? Жаль.

От прямоты Рэдгарда я вновь сбиваюсь с мысли.

– Тогда зачем?

– Если вас это не затруднит, накиньте что-нибудь, и я расскажу. – Я бы рассказала и так, но щеки вот-вот расплавятся, да и вообще в этой комнате не помешает открыть окно.

А лучше сразу все три окна! Жара такая!

Или... погодите! Жарко только мне?

Так, что тут происходит? Может, рядом есть какие-то порошки или зелья, магические свойства которых я могла видоизменить силой темного оникса от растерянности?

Поднос со склянками нахожу, но в них – жидкости, а я ничего не пила, ясное дело. Тогда почему меня так кидает в жар?

– Разумеется, – тем временем произносит Соул, самую малость наклоняется за белоснежной рубашкой, накинутой на напольную вешалку, а я замечаю красные пятна на его спине.

Внутри все застывает. Это следы от той вспышки? Да по нему будто плетью десяток раз прошлись, да так, что кожу расщепило до плоти. А он, вместо того чтобы лежать и стонать, еще и подшучивает надо мной.

– Что такое? – Рэдгар, заметив, как я побледнела, тут же встает так, чтобы скрыть спину, и спешит натянуть рубашку.

– Не надо. Так больнее будет. Вы ведь раны собирались сейчас обрабатывать?

Наконец-то доходит до меня, почему он был «голым».

– О пустяках не переживайте, леди Роуэлл.

– Вы пострадали из-за меня. Это не пустяк, – спорю я, а сама думаю, что он может вновь пострадать.

Я пришла сюда, чтобы поделиться с ним своим планом. Нет, сначала я хотела задать несколько вопросов и уже, исходя из ответов, которые он даст, решить, разделить ли с ним свою миссию.

Единственное, что заставляло сомневаться в этой идее, – страх, что мужчина все-таки сдаст меня своему ордену, когда я призна́юсь, а сейчас… Сейчас ситуация выглядит для меня совсем иначе.

– Вот эта мазь, верно? – Я делаю несколько шагов и поднимаю со столика баночку без крышки.

Магия в ней есть, и сильная. Оникс на нее реагирует. Значит, эта штука должна заживить, если не мгновенно, то быстро.

– Хотите поиграть в лекаря? Не стоит утруждаться, – пытается отделаться от меня Соул.

Выглядит это несколько грубовато, но, кажется, я наконец-то поняла, что он делает.

Беспокоится, что если я увижу, как сильно ему досталось, то огорчусь? Значит, он настолько заботится обо мне? Или я хочу в это верить?

Надоели догадки. Пора получить прямые ответы.

– Я видела вашу спину. В обморок не упаду. А вам самому будет неудобно, – заявляю я Соулу.

И, судя по его по-мужски красивому лицу, все мои предположения верны. Он не хотел моей помощи именно поэтому.

– Вы же не хотите, чтобы я и дальше чувствовала вину за ваши травмы?

– Решение было мое, леди Роуэлл, на вас оно не накладывает никакой ответственности.

– Кроме кексов.

– То был каприз.

– И я его выполнила. А теперь, суровый и грозный лорд Соул, будьте добры и исполните мой каприз. Развернитесь и дайте мне обработать ваши раны, – строго говорю я ему. – Или что, боитесь подставить мне спину?

Ой... Кажется, последний вопрос был зря.

Нет, Редгард ничего не говорит, но его секундный взгляд молнией попадает прямо в сердце. А я будто слышу в собственной голове рычащее «Уже подставил и подставлю еще сотню раз, если потребуется».

Что это? Что за голос?

Виду, что что-то слышала, стараюсь не подавать, так как грозный дракон наконец-то решил послушаться свою фиктивную невесту и почти уже жену. И эта фальшивка… то есть я, глотает ком горечи, когда взору открывается роспись ран на его коже.

Глава 47
Скрытое даже от себя

Втягиваю носом воздух, чтобы не подпустить слезы к глазам, опускаю кончик пальца в баночку с мазью и посылаю импульс, который усилит лечебное свойство снадобья. Знаю, что лорд может догадаться, что я что-то сделала, но не могу поступить иначе.

Осторожно, начиная с краев ран, наношу белое маслянистое вещество.

Рэдгард напрягается, но не вздрагивает. Я знаю, что больно, и потому дую на рану, чтобы хоть как-то облегчить процесс.

Снадобье действует быстро, затягивая раны на глазах. Но, даже когда спина исцеляется почти полностью, я испытываю не только облегчение, но и грусть.

Грусть оттого, что, наверное, самый лучший мужчина из всех, кого я знаю, пострадал из-за такой, как я.

Я помню, как наблюдала за ним, прежде чем объявиться в его доме в ночной сорочке. Помню, как он вёл себя на людях и каким был, когда никто на него не смотрит. Что удивительно – одинаковым. Уверенный в себе, спокойный, решительный. Порой задумчивый и… всегда внимательный.

Несколько раз я была близка к тому, чтобы попасться ему на глаза. А один раз почти попалась. Тиара тогда меня спасла.

– Ты что, дурочка, так близко к нему подходишь? Даже лучшие Тени его боятся! – Она отчитывала меня.

А я уже начинала сожалеть, что придется обмануть такого человека, как Соул.

Достойного.

Да, в академии он мне совсем не нравился. Я считала его заносчивым и самодовольным. Но, положа руку на сердце, тогда я даже не пыталась присмотреться к нему, потому что боялась. Боялась, что могу увидеть больше, чем хочу. Что могу влюбиться в того, кого и так уже обожает толпа первых красавиц столицы. А в его сердце места для меня не будет.

Потому и предпочитала не смотреть в его сторону. Защищалась от него, от себя...

Но, понаблюдав из тени, поняла, что, если бы тогда в академии скинула с себя эту бронь и присмотрелась к нему, уже поняла бы, кто он такой.

– Диана? – Низкий голос Рэдгарда с непривычной хрипотцой возвращает меня из мыслей.

Я понимаю, что в какой-то момент задумалась и остановилась. Смаргиваю и продолжаю накладывать мазь на последнюю рану. Все остальные, хвала богам, затянулись.

– Лорд Соул, я тут часто размышляю после случившегося на площади. У каждого ведь в жизни есть что-то самое важное. Что это для вас? Служба? – Я беру себя в руки и делаю то, за чем пришла.

Собираю данные, чтобы принять решение.

– Люди. Дорогие мне люди, Диана, – не раздумывая и секунды отвечает Соул.

– А если бы случилось так, что, допустим, Лизи попала в неприятности и, чтобы ее спасти, вам пришлось бы нарушить устав, чтобы вы бы выбрали? – интересуюсь я максимально отстраненным тоном, хотя понимаю, что мужчина может догадаться.

И Соул догадывается. Спина исчезает из-под моих пальцев, и теперь передо мной мускулистая грудь. Лорд слишком резко развернулся.

Испуганно вскидываю гляжу вверх, ловлю взгляд его прищуренных, но вовсе не пугающих глаз.

– А вы хотите поставить меня перед этим выбором, Диана?

Вопрос страшный. Нет, ужасный!

Но сердце начинает колотиться вовсе не от этого, а от того, насколько близко лорд сейчас стоит ко мне. Еще и полуголый.

Одно дело – спина, там я на раны отвлекалась, а теперь на что? На кубики, которых шесть? И какого гоблина я успела посчитать? На рельефную грудь? На широкие плечи?!

Опять из недр души вновь поднимается пламя...

Рычание... В моей голове рычание.

– Вы слышали рык? – Я хочу перевести тему и сама себя ругаю в этот момент.

Ну почему так сложно взять и поговорить?! Даже когда мне было восемнадцать, я не была такой дурочкой!

– Что слышал? – Соул склоняется ко мне, будто не расслышал и хочет, чтобы я повторила.

Гоблины тебя дери!

Не надо так делать!

– Лорд Соул…

– А как бы вы поступили? – перебивает мужчина, будто намеренно не позволяя мне сказать, чтобы он отошел.

– Что?

– Что бы вы сделали, если бы ваш возлюбленный оказался преступником?

Возлюбленный? Зачем он использует это слово? Я, вообще-то, специально Лизи упомянула.

– Сдала бы его властям.

Сколько бы ни фыркала, а отвечать мне приходится. И отвечаю вовсе не то, что хотелось бы. Мысли путаются от этой близости.

– Так просто?

– Он ведь обманул меня.

– А если у него не было выбора? – играет на нотах моей души лорд.

И стоит мне только перестать избегать его взгляд и посмотреть в карие, пылающие огнем глаза, как я получаю все ответы, которые хотела.

Он меня не сдаст. Он мне поможет. А еще… я, видимо, все же удостоилась стать в его глазах той, кто выделился из толпы. Той, кем всегда тайно хотела стать, но запрещала себе в этом признаваться.

Почему я сейчас, глядя в теплые глаза мужчины, хочу улыбаться и плакать? Он решит, что я сошла с ума.

– Диана… Я тебя защищу, что бы ни случилось. Ты моя истинная, – говорит мне лорд.

И я чуть ли не взлетаю от этих слов, затем падаю больно за землю.

– Истинная?

Лорд не отвечает, он тянет меня к себе так, будто если не сделает этого немедленно, то я растворюсь. Вдыхает запах моих волос, а я каждой клеточкой чувствую жар его тела. Силу его объятий, из которых не хочу выбираться… но по щеке катится слеза.

Он сказал: я истинная. Но это не так. Это все темный оникс…

– Лорд Соул. – Я хочу уже раскрыть все карты, как Рэдгард запечатывает мне рот поцелуем.

Жадным, страстным и в то же время чувственным. Таким, что пламя охватывает тело с головы до пят, а внизу живота все стягивается в узел.

Глава 48
Последний пазл

Часть меня, та, что еще способна мыслить, велит остановить все немедленно, но чем жарче становятся объятия Соула, тем тише голос разума внутри.

Я ощущаю, как его руки обвивают мою талию, притягивая ближе. Ощущаю жар его тела своей грудью, будто нас не разделяет тонкая ткань моего платья, и мир вокруг исчезает. Чувствую себя в безопасности, но в то же время словно нахожусь на краю пропасти. Еще один шаг, еще один порыв ветра, и я… сорвусь и разобьюсь.

Сопротивление бесполезно. Да что там? Я не хочу сопротивляться, когда горячие губы Соула так чувственно исследуют мои, будто он пытается запомнить каждый их изгиб. И я отвечаю на его поцелуй, позволяя страсти захватить меня целиком.

Мои ладони скользят по его плечам, чувствуя напряжение мышц под тканью. Каждое его движение вызывает мурашки по коже. Я не могу сдержать тихий вздох, когда он углубляет поцелуй, наполняя его новым жаром.

Соул вдруг отрывается на миг, смотрит на меня так, будто не верит, что все это не сон.

И я не верю, но вижу в глазах Рэдгарда такое пламя, что запросто меня сейчас испепелит. И, что самое странное, я не хочу бежать. Я хочу сгореть здесь. С ним…

Соул будто читает мои мысли, вновь притягивает к себе так, что я понимаю: теперь его не остановить. И пусть.

Рэдгард подхватывает меня, кружа в воздухе, а после опускает на белые простыни. Они отдают прохладой, контрастируя с тем, насколько же горяч сам Соул. Насколько сильно пылаем мы оба.

Рэдгард впивается в мои губы. Страсть смешивается с нежностью, будто дикий зверь пытается не навредить хрупкому цветку. Но я ведь не хрупкая... Я тоже хочу быть дикой, как пламя внутри меня. Я хочу позволить себе это хоть раз.

Прижимаюсь к нему так, что сердце готово выпрыгнуть из груди, а поцелуи опускаются ниже, к груди, оставляя за собой пылающую дорожку и мурашки.

Ткань трещит под его пальцами, и не замечаю, в какой момент освобождаюсь от платья. В этом забытье чувствую лишь, как сильные руки скользят по моим бедрам и спине, оставляя пылающие следы на моей коже.

Отдаюсь в его власть, будто это моя последняя ночь на земле. Будто бы «завтра» уже не случится. Разум в тумане, тело в огне. Но мозг все еще умудряется подать тревожный сигнал, когда лорд касается самого сокровенного.

Жар и страсть мешаются со страхом, в ушах гудит пульс, но мужчина знает, что делает.

– Я буду нежен, моя девочка, – с хрипотцой вытекает обещание с уст Рэдгарда.

И я верю.

Я больше его не боюсь и ответным поцелуем говорю, что отдаюсь ему целиком. И будь что будет…

Толчок, и легкую боль тут же заглушают огненные поцелуи. Рэдгард прижимает меня к себе так, будто без его объятий я рассыплюсь. Дышит мной, живет мной в этот момент, а я живу им.

Небо и земля меняются местами. Все исчезает, кроме него. Кроме нас. С губ срываются уже не стоны, а крики, я закусываю губы, позабыв свое собственное имя, изгибаюсь, слыша рык моего дракона. И тело, доведенное до пика, лишается всяких сил.

Я в неге, я в тепле, я в безопасности, и… я, наконец-то, счастлива.

Счастлива вот так лежать в надежных объятиях своего мужчины, вдыхать его манящий запах с нотками ветивера, слышать его хриплый голос, шепчущий мне: «Моя девочка, я никогда тебя не отпущу. Ты моя истинная. Моя любимая»...

«Не отпускай», – мысленно молю я.

Но сил сказать что-либо совсем нет, на меня накатывают волны усталости, а затем я проваливаюсь в темноту.

Но в этой темноте разум не дремлет. И тут не так безопасно, как рядом с драконом. Тут летают призраки прошлого, напоминая мне о том, о чем я позволила себе забыть на миг.

Знаю, что скоро проснусь и та сказка, в которую я позволила себе попасть, может обратиться кошмаром, ведь я…

Вскакиваю, когда последнее утерянное воспоминание болезненной молнией ударяет в голову. Сажусь на кровати и тут же кидаю взгляд на Соула. Он хмурится во сне, а я чуть его не разбудила. На его спине теперь не раны от вспышки, а следы моих ногтей.

Разве я царапалась? Не помню…

Хотя и у меня на руке, чуть выше запястья, алое пятно. Синяк будет? Но Соул был хоть и диким, но осторожным… Не понимаю, зато густо краснею. Сердце трепещет, бабочки парят в животе от воспоминаний об этой ночи, но во рту горечь.

Мне хочется реветь навзрыд. Лучше бы я не вспоминала… Лучше бы не…

Тихо, Диана, дыши!

От судьбы все равно не уйдешь. Последний пазл встал на место, и я понимаю, что времени осталось еще меньше, чем думала. Как назло, голова начинает кружиться, нос сдавливает, и понимаю, что сейчас опять может открыться носовое кровотечение. Благо минует.

Зато теперь я знаю, к чему были все эти обмороки и то мое состояние… Я должна была догадаться раньше!

Соул, как чувствует мои тревоги, начинает просыпаться, и я тотчас хватаю баночку с прикроватной тумбочки, набираю на палец мазь и провожу ею по плечу дракона. Теперь у мази не заживляющие свойства, теперь она будет действовать на него, как самое крепкое сонное зелье из-за силы темного оникса. Силы, которая меня убивает.

И теперь я помню, что, как только я сделаю то, что должна, мне придет конец. Я отдам всю силу оникса, чтобы видоизменить магию камня бессмертия. И тогда… меня не станет…

Я прожила бы чуть дольше, если бы не решилась на этот шаг. Но что такое пара месяцев? Зато так я смогу освободить от печати подчинения детей и навсегда покончить с Красной Луной?

Если бы я вспомнила это немного раньше, я бы не позволила этой ночи случиться. Не позволила бы нам с Рэдгардом так сблизиться, зная, кто конец предрешен. Я все равно умру, он останется один…

Потому пусть спит, пусть считает меня кем угодно, но не портит себе жизнь из-за меня. Из-за преступницы, которую, оказывается, не спасти.

Если я сейчас признаюсь ему, что собралась сделать и что меня ждет в любом случае, Рэдгард не пустит меня к камню бессмертия. Помешает, будет искать кучу способов, чтобы меня спасти.

Но я за целый год ничего не нашла. Может, у него получится лучше, он ведь все-таки Соул. Мужчина с упертым характером и с безграничными возможностями. Но, пока он будет искать, те, кого я должна защитить, пострадают…

– Прости, – тихо шепчу я Соулу.

Я вдыхаю в последний раз его запах и выбираюсь из постели.

«Спасибо за эту ночь», – хочется шепнуть ему, но на это не хватает смелости.

Для него эта ночь станет наказанием, а для меня – подарком перед смертью. Это нечестно. Это слишком жестоко и слишком малодушно с моей стороны. Если бы я только знала…

Стираю со щеки слезу, облачаюсь в платье, оставленное на полу. Порванное в двух местах, но это уже не важно. Через пару часов платье будет принадлежать холодному мертвому телу, а не мне. А Соул… он будет меня ненавидеть…

«Когда я сделаю то, что должна, тень позора не падет на твою голову. Никто не посмеет обвинить тебя в том, что ты помогал преступнице. Ты ничего не потеряешь, кроме женщины, которая тебя обманула. Лучше ненавидь, чем сожалей…» – мысленно я прощаюсь с лордом и покидаю комнату.

Сердце так болит, будто его сжали в тиски, слезы рвутся к глазам, но я заставляю себя дышать и концентрироваться на деле.

Консумация, как и брак, позволяет магии обоих сплестись в первые несколько часов, потому каждая дверь в этом доме мне открыта. Но где же хранилище?

Пытаюсь заглушить боль разлуки и прислушаться к обострившейся магии, которая ведет в полуподвальный этаж. В купальню…

Ну конечно.

Однако сердце подсказывает: то, что я ищу, вовсе не в тайном кабинете, оно…

Застываю, глядя на пустую купель. Портал? Тайный вход?

Прикладываю руку к холодному мрамору, веля всему скрытому открыться, и чуть ли не роняю челюсть, когда плитчатый пол купели складывается в ступени, ведущие вниз, в темноту…

Страшно ли мне туда идти? Нет… Даже если там ловушки, от которых я пострадаю, так даже лучше. Физическая боль избавит от боли душевной, разрывающей изнутри.

И я иду по этой лестнице ступень за ступенью, спускаясь примерно на два уровня ниже. Факелы на стенах, будто выбитых из скалистой породы, тут же вспыхивают красным пламенем. Вздрагиваю. Тут к тому же холодно. А затем вижу его…

Камень, парящий над скалистой глыбой, вокруг которой очерчен круг. Если наши магии с Соулом все еще сплетены, я смогу пересечь эту защиту. Барьер примет меня за хозяйку.

Закрыв глаза, переступаю его, хоть и знаю, что в случае ошибки могу погибнуть. Хоп… и барьер гаснет. Значит, все-таки принял за свою.

Перевожу разбитый взгляд на черный камень, больше похожий на уголь. Тот самый злосчастный камень бессмертия.

Я много читала о нем. Собирала все возможные слухи, пока строила план, Изначально эта штука не была камнем, не была даже артефактом. Это пыльца, дарованная богами любимым героям для исцеления. Из нее делали мази, и вот одну из этих мазей решил когда-то присвоить какой-то идиот, обратил ее в камень, в артефакт, за которым началась охота. И длилась она потом сотни лет.

Еще бы, кто откажется от бессмертия, кого оно вдруг стало возможно. Только вот не все знали, как работает камень. Одного желания продлить жизнь мало. Нужно отдать чью-то жизнь, чтобы забрать годы этого человека себе.

Юпит из тех, кто способен на это. Если надо, он покосит дюжины, лишь бы сделать свою шкуру бессмертной, и тогда его никто не остановит. Даже все ищейки короля.

Единственный шанс – сделать то, что я задумала, сейчас...

Выдохнув и наконец-то решившись, я хватаю парящий уголек и только хочу влить в него магию, как слышу за спиной этот голос, пронизанный болью и злостью.

– Значит, ты выбрала этот путь…

Соул…