Текст книги "Кто он (ЛП)"
Автор книги: Шанора Уильямс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 21 страниц)
Глава 9
Вновь прибывший
Надоедливое хихиканье вырвало меня из сна. Я простонала и скинула одеяло, пока солнечный свет заливал комнату из окна сверху. Хихиканье возобновилось, и я покачала головой, точно зная, что один из парней привел с собой девчонку.
У меня заурчало в животе, и я выругалась про себя. Мне не хотелось выходить туда и видеть кого-либо из них. Уж точно не хотелось застать кого-нибудь из них с девицей сверху или даже снизу. Я не была готова получить психологическую травму.
Поэтому выбрала наглость. К черту группу и этих девок. Этот автобус в первую очередь мой. Надо отдать себе должное – моя уверенность росла. Наверное, потому, что парни не докучали мне, как я опасалась.
Засунув ноги в шлепанцы и схватив зубную щетку, я открыла дверь и направилась в ванную. Проходя мимо, я не смогла не уставиться на пустую койку Гейджа. Почистив зубы и собрав волосы в небрежный пучок, я направилась на кухню, но хихиканье снова началось, и мне не следовало смотреть. Следовало дать себе пощечину за то, что вообще обратила на это внимание.
Я ожидала увидеть Монтану или даже Дида с девушкой. Но это не был ни один из них. Вообще, в гостиной не было никого из парней… кроме Гейджа… и его подружки Пенелопы. При первом же взгляде на них моя челюсть отвисла, но я мгновенно сомкнула губы, прежде чем Гейдж взглянул на меня. Похоже, я оказалась права насчет того, что он вчера вечером пошел встречаться с Пенелопой. Черт, он что, отложил встречу с ней из-за меня? Неудивительно, что он был расстроен… я потратила его время впустую.
– О, доброе утро, Элиза, – улыбнулась Пенелопа. Она сидела у Гейджа на коленях. Гейдж ухмыльнулся.
– Доброе утро, Элли.
Будь это возможно, из моих глаз полетели бы дротики прямиком в голову Гейджа… или, может, ниже пояса. Так или иначе, это преподало бы ему урок.
– Доброе утро, – вздохнула я, шагнув вперед, чтобы пройти на кухню. Я не могла позволить этому вывести меня. Пенелопа являлась его девушкой, но какого черта ему понадобилось возвращаться с ней в автобус? Почему он не остался с ней в номере отеля, как делали остальные? Словно он нарочно пытался действовать мне на нервы.
– Гейдж, перестань, – захихикала Пенелопа.
Я закатила глаза, достав хлопья из шкафчика. Ее голос был приятным в тот вечер в клубе, но теперь он начинал меня раздражать, чем больше она говорила и хихикала. Высыпав хлопья в миску, я взяла молоко и залила их. Затем взглянула на Гейджа и Пенелопу, которые были практически приклеены друг к другу – ее ноги обвили его талию, пальцы вцепились в волосы, его руки охватили ее талию, а ладони скользнули под пояс ее штанов, чтобы коснуться ягодиц. Он смотрел на нее снизу вверх, его глаза были более прищуренными и томными, чем обычно, он шлепнул ее по попе, а затем откинул руки назад, положив их на спинку дивана. Он явно находился под кайфом; это было видно по стеклянному взгляду, по томной улыбке.
Пенелопа повернула голову, посмотрела на меня, затем на мою миску.
– О, что это у тебя за хлопья? – спросила она, спрыгнув с колен Гейджа. – На меня жор напал. Что же, похоже, я была права насчет кайфа.
Гейдж рассмеялся, но я снова закатила глаза и направилась к себе в комнату, на ходу запихивая в рот хлопья. Мне пришлось прикусить язык. Я могла разрушить их идиллию, рассказав Пенелопе, что Гейдж тусовался со мной перед встречей с ней, и мы почти поцеловались, но я удержалась. Ни один из них не стоил того. Быть незрелой не стоило того. Будь я прежней, возможно, так бы и сделала, но я стала спокойнее. Жила по-другому и гордилась тем, кем становилась.
Но меня кое-что заинтересовало. Не успела я пройти по узкому коридорчику, как снова взглянула на них.
– Пенелопа? – позвала я.
Она быстро посмотрела на меня.
– М-м?
– Как ты добираешься до каждого из наших мест выступлений?
– О, Гейдж оплачивает мне дорогу, – сказала она, снова усаживаясь к нему на колени, обвивая руками его шею и прижимаясь щекой к его щеке. Он слегка откинулся, чтобы поцеловать ее в щеку, и меня передернуло. Мне не хотелось брать в рот следующую ложку хлопьев, но я заставила себя проглотить. Незачем выглядеть жалкой перед ним. Это-то ему и было нужно, а я не собиралась позволить ему победить.
– То есть, другими словами, он привозит тебя только тогда, когда сам захочет? – спросила я.
– Иногда мы договариваемся, – сказала она.
Какая же она ветреная. А я-то думала, что безумными бывают только блондинки вроде меня.
– М-м, – пробормотала я, поворачиваясь. Я пошла по коридору, слыша еще больше «перестань, Гейдж» и «ой, Боже мой» от Пенелопы. Когда я вошла в спальню, стало так тихо, что я не могла понять, чем они там вообще занимались. Послышалось шарканье, спотыкание и бормотание. Да с какой стати я вообще подслушивала?
Но затем Пенелопа начала стонать, и я съежилась, поставив миску на тумбочку, чтобы заткнуть уши. Я принялась шарить в чемодане в поисках наушников iPod и испытала невероятное облегчение, услышав Хейли Уильямс из «Paramore» вместо звуков их секса.
Кажется, я не могла испытывать к Гейджу большего отвращения.
* * *
Мне нужно было выбраться из автобуса. Пойти куда-нибудь, чтобы изгнать из головы то, что я увидела и услышала тем утром. У меня не было права расстраиваться, но казалось, будто он тыкал мне этим в лицо. Какой в этом смысл? Он все еще злился из-за того жалкого поцелуя, в котором я ему отказала? Я была так раздосадована, что даже не соображала. Когда собралась спланировать небольшое приключение, Гейдж и Пенелопа уже ушли, и я была рада. Не хотела его видеть.
Кто бы мог подумать, что кто-то способен быть таким неуважительным? И насколько же глупа она была, чтобы спать с ним, когда рядом люди? Из-за таких беспечных шлюх, как она, рокеры и топтали всех девчонок, которые встречались на их пути.
Автобус стоял на парковке, но вокруг были деревья, деревья и еще раз деревья. Я поплелась вперед, зажав под мышкой альбом для набросков, и пошла прямо через лес. Несколько комаров и мошек жужжали у моей головы. Где-то поблизости должен был быть источник воды, и я хотела его найти. Я шла дальше, надеясь наткнуться на какую-нибудь умиротворяющую картину. Мне просто хотелось позволить природе поглотить себя, помочь забыть и жить дальше.
И нашла.
Посреди множества огромных валунов и нависающих, дающих тень деревьев виднелось озеро. День был теплым, на мне красовались солнечные очки, джинсовые шорты и оранжевый топ. Было приятно ступить в тень деревьев. Трава оказалась мягче, чем я ожидала, поэтому я села и положила альбом перед собой.
Я не хотела рисовать сразу. Просто хотела впитать все это. Ветерок казался приятным. В тени было не слишком жарко. Вообще-то, просто идеально. Наконец я решила начать. Достала карандаш из белой атласной сумочки, которую Бен купил мне некоторое время назад, и открыла альбом на чистой странице. Сначала я нарисовала озеро, а затем все, что его окружало. Я нарисовала птиц, сидящих на ветвях деревьев и даже на вершинах валунов, разнообразные цветы, пробивающиеся у кромки воды. Не знала почему, но вид одной из пролетавших серых птиц напомнил мне о том, что я сказала Гейджу прошлой ночью.
Одинокая птичка.
Это определенно про меня, и мне было наплевать. Я предпочла бы быть одинокой и счастливой, чем находиться в несчастливых отношениях. Тот самый мужчина обязательно найдется. Я не спешила быть найденной или даже представленной кому-то. Мне просто нужно было дождаться подходящего момента, а этот момент наступит после того, как я начну карьеру и построю настоящую жизнь для себя.
Грустно это говорить, но у меня никогда не было отношений. Я никогда не целовала парня и даже не держалась ни с кем за руку. Ближе всего к этому я оказалась с Гейджем в клубе в первую ночь тура, а затем после танцев, когда мы почти поцеловались. Я даже не знала, почему позволила именно ему из всех людей подойти так близко.
Я покачала головой. Я казалась сумасшедшей, черт возьми, но у меня было на это право. Я не могла позволить кому-то просто войти в мою жизнь и попытаться украсть мое сердце. Они должны были заслужить его. У меня имелись завышенные ожидания, и, возможно, это потому, что моя мама опустилась так низко, а я никогда не хотела быть похожей на нее.
Никогда.
А может, все дело было в книгах, которые я читала. Я читала так много, что слова имели для меня огромное значение, почти такое же, как искусство. Слова поглощали меня, пока глаза не начинали косить от чтения. К тому же, найти нового книжного бойфренда, чтобы влюбиться, всегда было лучше, чем найти парня в реальной жизни, соответствующего моим ожиданиям. Это что-то ментальное, что могли понять лишь немногие.
Мои завышенные ожидания были, вероятно, главной причиной, почему я все еще одна. Бен всегда говорил, что это хорошо, но иногда мне казалось, что это не так. Иногда я чувствовала потребность перестать быть заносчивой, привередливой занудой и хоть раз уступить кому-нибудь. Но этот кто-то должен был быть хотя бы наполовину достойным. Мне не нужен парень для одной ночи. А кто-то, кто вложится больше, если я вообще решусь попробовать отношения.
Окружающий мир стал спокойнее, когда я отложила альбом и снова погрузилась в созерцание озера. Оно действительно успокоило меня. Я смогла отпустить кое-что и даже забыла о маленьком представлении Гейджа и Пенелопы в автобусе.
Но затем позади меня раздался хруст. Я резко повернула голову на звук и стала ждать, пока кто-нибудь или что-нибудь выйдет наружу. Я надеялась, что это не крупная рептилия или какое-нибудь животное. Поскольку смертельно боялась рептилий, а если бы это было большое животное… что же, думаю, мне просто крышка.
Хруст повторился, и я не отвела взгляда. Затем увидела, как сначала появился черный кроссовок. Мой взгляд пополз вверх по долговязым ногам, затем по футболке «9 Грешников». Наконец я встретилась с его темно-карими глазами, в которых читалось такое же замешательство, как и в моих, и ахнула, разглядев синеватый синяк вокруг его правого глаза.
Мгновенно Дид отступил на шаг, быстро надев солнечные очки.
– Элиза, – сказал он. Он звучал спокойно, но по его встревоженному виду я поняла, что ему было далеко до спокойствия.
– Дид. – Я быстро поднялась на ноги, уставившись на него. – Ч-что случилось с твоим глазом?
– О чем ты? – спросил он, словно я – идиотка.
– Дид, я не глупая. Дай мне взглянуть.
– Э-э, нет.
– Дид…
Я шагнула к нему, но он отступил и покачал головой.
– Элиза, отойди на хрен и займись своим делом, ясно?
Я проигнорировала его.
– Из-за этого ты вчера опоздал на концерт?
Его губы оставались сомкнутыми.
– Дид, клянусь, ты можешь поговорить со мной. Что случилось?
Он провел языком по сухим губам, отступив еще на шаг и покачав головой.
– Я не обязан объяснять тебе. Я вообще не собирался натыкаться на тебя здесь. Я возвращаюсь обратно…
– Кто-нибудь еще видел твой глаз?
– Нет, так что не ходи по автобусу, рассказывая всем об этом. Я списывал солнцезащитные очки на похмелье.
– Что на самом деле произошло?
Он нахмурился.
– Даже если бы я рассказал тебе, что бы ты сделала, Элиза?
– Я… я рассказала бы Бену или ребятам. Похоже, на тебя напали или избили специально.
Он пожал плечами.
– Бывает.
Я скрестила руки на груди.
– Ты ведешь себя нелепо.
– А ты ведешь себя как любопытная Варвара.
Мой рот сомкнулся. Я не могла не согласиться и сказать, что это не так.
– Слушай, что бы ты ни делала, не рассказывай группе об этом. Неважно.
Не успела я ответить, как Дид повернулся ко мне спиной и ушел, оставив меня в полном недоумении. Мне хотелось броситься за ним, чтобы все выяснить. Что он мог такого сделать, чтобы получить синяк под глазом? Это меня немного пугало.
Я не была тем человеком, который вытаскивает темные дела на свет. У меня имелся свой скелет в шкафу, который я никогда не хотела открывать, и воспоминания, которые не хотела переживать снова, поэтому вместо того, чтобы бежать за Дидом, я схватила альбом, сунула карандаш в сумочку и направилась к автобусу.
* * *
– Так, поехали! – крикнул Бен от входной двери автобуса.
Я, хихикая, закинула ногу на ногу на диване и сделала вид, что смотрела телевизор. Я вообще-то не была любителем телевизора – плюс, все это время я подслушивала, как Гейдж и Пенелопа ссорились снаружи. Это было своеобразным развлечением.
Я могла разобрать только, что она расстроена из-за того, что не могла поехать с ним в нашем автобусе в следующий город. Он уже купил ей билет на самолет домой. Следующая остановка – Орландо, Флорида, и там их ждал новый автобус для продолжения тура группы. Я была рада этому. Мне начало надоедать общество этих парней… в особенности Гейджа.
Гейдж тяжело вздохнул, поднимаясь в автобус. Я медленно повернулась, чтобы взглянуть на него, но он уже смотрел на меня. Однако ничего не сказал. Вместо этого он повернул в коридор, и за ним захлопнулась дверь ванной.
Следом в автобус вошли Дид, Рой и Монтана. Дид все еще был в очках. Я чувствовала, что он смотрел на меня сквозь них, но не проронил ни слова. Скорее всего, он думал, что я сейчас что-то ляпну, но я оказалась умнее. Сомневалась, что у меня вообще хватило бы духу заговорить об этом при всех.
– Поездка займет двадцать часов, так что готовьтесь, ребята, – сказал Бен, и дверь захлопнулась за ним.
Парни застонали и разошлись. Дид направился к своей койке, Рой – в свою комнату, а Монтана подошел к дивану напротив меня.
– Как дела, Элиза? Не видел тебя в клубе прошлой ночью.
– Я не особо люблю клубы, – ответила я. Ненавидела повторяться.
Монтана кивнул, глядя на телевизор. Шел фильм с Джастином Тимберлейком и Милой Кунис, и я нашла его довольно интересным. Мне стало интересно, возможно ли иметь дружеские отношения с сексом без обязательств. Иметь парня, с которым можно тусоваться, когда захочется, без всяких чувств, пока я не буду готова. Звучало как неплохой план. Никаких чувств – никаких проблем. Никакой привязанности. Только веселье.
И едва эта мысль пришла мне в голову, как удача, казалось, повернулась ко мне лицом. Дверь распахнулась, и когда я взглянула на нее, моя челюсть буквально отвисла. На нем были темно-синие джинсы, обтягивающая черная футболка, а волосы были грязно-русыми. Несколько прядей спадали на его светло-зеленые глаза, но улыбка была заразительной. Когда он мельком взглянул на меня, я почувствовала, как подкосились колени, а тело наполнилось теплым волнением. У него был брутальный вид из-за щетины, но от этого он стал не менее сексуальным. Линия челюсти четкая, мужественная, нос не слишком острый и не кривой. В самый раз.
На его шее висел черный фотоаппарат. Через плечо была перекинута сумка, а в пальцах он сжимал ручку чемодана. Я не знала, кто этот парень, но Бен, очевидно, знал, потому что радостно крикнул с кухни и бросился навстречу красавчику.
– Я так рад, что ты здесь, Кэл! – воскликнул Бен.
Он ввел внутрь феноменального «Кэла», и тот огляделся, прежде чем поставить свои сумки в угол.
– Так, где же должен спать такой парень, как я? – спросил он Бена. – Я не слишком крупный, так что много места не нужно, – он усмехнулся.
Бен рассмеялся вместе с ним.
– Не волнуйся. Диван свободен на сегодня. Завтра ребята пересядут в свой автобус, так что комнаты освободятся на оставшуюся часть тура. Я так рад, что ты принял наше предложение. Такой журналист, как ты, – именно то, что нужно группе «9 Грешников» для дополнительного хайпа.
Журналист? Узнав, кто он, я облизнула губы. Он имел дело со словами. Первый пункт в списке требований к кандидату на роль друга с привилегиями.
– Я не мог это пропустить, Бен. Обожаю музыку этой группы, и прочувствовать все изнутри должно быть весело. Я ждал этого с тех пор, как ты мне позвонил.
– Ну, отлично, – Бен обернулся, чтобы взглянуть на меня, и я быстро отвела глаза, прежде чем Кэл мог заметить, что я пялилась на него. – Элиза, иди сюда, дорогая, – позвал Бен.
Я замешкалась. На мне было нечто довольно ужасное – черно-красные спортивные шорты и красная футболка в тон. Я была одета вовсе не для того, чтобы произвести впечатление, и мысль о том, что меня представят Кэлу в таком виде, слегка беспокоила. Первая встреча с ним означала, что на мне должны были быть отличные джинсы и слегка откровенная блузка. Такого, как он, я должна была заставить оглянуться дважды, чтобы у него отвисла челюсть, закружилась голова – что-то в этом роде.
Но я должна была оставаться смелой.
Поэтому медленно поднялась и подошла к Бену. Когда я приблизилась, Бен обнял меня за плечи, глядя на Кэла, который уже смотрел на меня.
– Кэл, познакомься с моей дочерью, Элизой Смит.
Кэл склонил голову набок, окидывая меня взглядом с головы до ног. Пока он это делал, я ерзала. Затем Кэл взял мою руку и поцеловал ее.
– Очень приятно.
Мои щеки запылали, когда он взглянул на меня из-под своих светлых ресниц. Его зеленые глаза были такими ясными и в то же время излучали твердость, пока он изучал каждую черту моего лица. Мне стало интересно, нравилась ли я ему, потому что он привлекал меня чертовски сильно.
– Меня зовут Кэл, но полное имя – Кэлвин Эвери.
– Приятно познакомиться, Кэл, – смело сказала я, хотя чувствовала, как голос вот-вот дрогнет.
– Бен! – кто-то крикнул от входной двери автобуса. Похоже на Терри. Бен убрал руку с моих плеч и со вздохом шагнул вперед.
– Я сейчас вернусь, – торопливо сказал он.
Это был один из тех моментов, когда мне не хотелось, чтобы Бен оставлял меня наедине… с Кэлвином Эвери. Сексуальным Кэлвином Эвери, рядом с которым я не могла чувствовать себя так уверенно. На него действительно было приятно смотреть. Сквозь футболку угадывались очертания его накачанного торса. Сквозь джинсы видно, что он наделен весьма солидным достоинством. Казалось, у него имелось все.
– Итак, Элиза, – наконец вздохнул он. – Что привело тебя в тур с кучей мужчин?
Наконец, моргнув, я перевела взгляд с Кэла на Монтану, который сейчас лежал на спине с полуприкрытыми глазами, на грани сна.
– Бен подумал, что в этом году мне будет приятно поехать с ним. Мне больше нечем было заняться летом, так что… – я пожала плечами. – Я просто согласилась.
Кэл кивнул.
– Тебе было весело пока что? Выглядишь довольно… скучающей. – Он огляделся, словно мы должны были закатывать какую-нибудь дикую вечеринку.
– Пока что все довольно спокойно. Наверное, все изменится в Орландо.
– Учитывая, что мы пробудем там пять дней, вполне возможно. Это даст мне шанс узнать каждого участника группы лично… и, возможно, еще кое-кого из окружения, – он подмигнул, и мои щеки запылали, когда он наклонился за своим чемоданом. Не могу поверить. Кэлвин Эвери флиртовал со мной?
– Бен? – из коридора раздался низкий голос. Я знала, кому он принадлежал. Гейджу, конечно. Он вышел из-за угла и при первом же взгляде на Кэла прищурился. – Ты кто?
– Ни хрена себе, – Кэл бросил сумки и бросился к Гейджу. Тот посмотрел на него слегка настороженно, прежде чем пожать протянутую руку. – Я – Кэлвин Эвери, но можешь звать меня Кэл. Работаю в журнале «Это правда», и мне поручили написать статью о тебе и группе в августе, после окончания тура. Должен сказать, будет потрясающе познакомиться с вами, ребята, поближе и прочувствовать все на себе. Уверен, читателям, особенно дамам, понравится читать о моем приключении и поездке с вами.
Гейдж фальшиво рассмеялся, переводя взгляд с Кэла на меня.
– Отлично. Не могу дождаться, чтобы познакомиться с тобой… наверное, – сказал он, снова глядя на Кэла. Кэл кивнул, и Гейдж еще раз мельком взглянул на меня, прежде чем направиться к ступенькам автобуса и выйти наружу.
– Это должно быть весело, – сказал Кэл, вздохнув и оглядывая автобус. Он посмотрел на Монтану, который уже похрапывал. Парень уснул так быстро. – Итак, Элиза, не покажешь мне автобус?
Я фыркнула.
– Могу, но тут особо смотреть не на что. – Я встала рядом с ним и указала на кухню. – Это, очевидно, кухня.
Он кивнул, усмехаясь. Внутри у меня все перевернулось, но я сдержала улыбку.
Я повернула в коридор, но прошла мимо первой спальни. Это была комната Роя, и я отказывалась туда заходить, потому что он всегда создавал неловкие ситуации. Он мог там отрезать головы котятам… ладно, это неправда, но настолько он меня пугал. Мы прошли мимо коек, и я сказала Кэлу, что верхняя койка – Гейджа, а нижняя – Дида. Моя комната была наискосок от них, и я распахнула дверь. Мне стало слегка неловко, когда я взглянула на нее глазами постороннего.
Кровать была не застелена. Повсюду валялись карандаши и листы для рисования. В углу стояли краски, а одежда в чемодане лежала не слишком аккуратно. Я схватилась за ручку, пытаясь захлопнуть дверь после того, как сказала ему, что это моя комната, но он поднял руку и прижал ладонь к двери, останавливая меня.
– Погоди-ка, – он усмехнулся. – Ты смущаешься из-за того, что я смотрю на твою комнату?
Я покачала головой, пока он заходил внутрь.
– Нет. Просто сейчас тут не очень прибрано.
– Эй, – он пожал плечами, – чистота даже не в моем словарном запасе. Ненавижу уборку. Это то, что я презираю уже сто лет. И кроме того… – он вздохнул, протягивая руку к одному из карандашей на моей кровати. – Мне, вроде как, нравятся грязнульки.
Он определенно снова заставил мои щеки пылать. Парень заметил, как я пыталась взять под контроль свои девчачьи эмоции, и мягко рассмеялся.
– Продолжим экскурсию? – спросила я.
– Продолжим, – сказал он, бросив карандаш на кровать и последовав за мной. Я провела его по коридору и показала ванную. Затем упомянула, что последние две спальни принадлежат Монтане и Бену.
– Довольно большой автобус, – заметил он, когда мы снова вышли в гостиную.
– Да. Он большой, но мне, вроде как, нравится.
– Девушка, которая любит большие вещи, – усмехнулся он. – Знаешь, Элиза, ты делаешь меня все более и более заинтересованным в тебе с каждой секундой.
Я хихикнула, краснея.
– Как так?
– Было бы несправедливо рассказывать тебе, пока мы не узнаем друг друга получше, разве нет?
– Узнать друг друга как именно? – спросила я, склонив голову набок. Я все еще улыбалась, что немного шокировало меня саму.
– У нас впереди почти два месяца. Уверен, мы разберемся в этом задолго до окончания тура.
Я рассмеялась. Не могла сомневаться в том, что он флиртовал со мной. Это было очевидно, и, как человеку, которого обычно не волновали парни, флиртующие с ней, с Кэлом это казалось мне забавным. Он был очарователен, особенно когда улыбался, и на его щеках появлялись ямочки. Я не могла этого отрицать.
Передняя дверь автобуса распахнулась, и внутрь снова вошел Гейдж. Он взглянул на нас и заметил, как близко я стояла перед Кэлом. Карие глаза Гейджа стали стальными и, если я не ошибалась, в них мелькало раздражение. Я подумала, что он все еще расстроен из-за ссоры с Пенелопой, но все же отступила на шаг.
– Гейдж, ты не против, если я задам тебе несколько вопросов сегодня вечером? – спросил Кэл, тоже отступая. – У меня есть вопросы от фанатов, но я не буду забрасывать тебя ими. Есть несколько для всей группы, но, кажется, все больше всего хотят услышать именно твое мнение.
Гейдж пожал плечами.
– Бывает, когда ты ведущий вокалист группы.
– Не слишком ли самоуверенно? – поддразнила я.
Он рассмеялся, проводя рукой по волосам.
– Никогда, милая Элли. Никогда. Просто уверен в себе.
Кэл рассмеялся вместе с ним, а затем направился к своему чемодану.
– Отлично. Когда бы ты хотел начать?
– Можем сейчас, – вздохнул Гейдж. – У меня полно времени позаниматься вокалом позже.
– Потрясающе. – Кэл порылся в чемодане, расстегнул маленькую черную сумку и достал телефон с блокнотом. – За столом, пожалуй? – он указал на стол.
Кэл быстро направился туда, а Гейдж со вздохом кивнул. Проходя мимо, он задержался, оглянулся через плечо и подмигнул мне. Я нахмурилась. Все еще была не в духе из-за него и его представления с Пенелопой; плюс, я знала, что интервью займет какое-то время, поэтому направилась в свою спальню.
Я позволила рисованию поглотить себя и даже сделала несколько набросков и дизайнов футболок для группы. Они получились гораздо лучше, чем я ожидала. Никаких черепов или гранжа. Скорее что-то мягкое, но с намеком на мужественность.
Я порылась в чемодане в поисках цветных карандашей, чтобы раскрасить созданный мной логотип. Оранжевый, красный и черный уже были официальными цветами группы, так что пришлось обходиться ими. Мне больше нравились холодные цвета: синий, бирюзовый, зеленый и, возможно, немного черного для парней, потому что это им больше подходило, но я пока не могла многое изменить. Знала, что даже если Гейдж что-то для меня устроит, я не смогу вносить слишком много изменений. Мое слово будет иметь небольшой вес, особенно из-за моего возраста.
Вечер продолжился тем, что я создала кучу дизайнов для футболок, их следующей обложки CD и даже музыкальных инструментов. Оказалось весело планировать, и я даже не заметила, что уже так поздно, и что мы снова в пути, пока в дверь не постучали.
Я быстро взглянула на нее, желая просто притвориться спящей, но была уверена, что с темного коридора виден свет из моей комнаты.
– Кто там? – крикнула я.
– Твой враг, полагаю, – сказал Гейдж из-за двери. В его тоне сквозила насмешка.
Я закатила глаза, прежде чем подняться с кровати и подойти к двери. Распахнув ее, я взглянула в яркие глаза Гейджа и скрестила руки на груди. Его руки сжимали косяк двери, а голова была склонена. Он был намного выше меня, что неудивительно при моих пяти футах и трех дюймах.
– Я мало с тобой сегодня общался, – сказал он.
– И это моя вина?
– Нет. – Он пожал плечами, заходя в мою комнату. Мои брови поползли вверх, когда он взглянул на мою кровать. Он заметил рисунки группы, улыбнулся и поднял один. – Ты работаешь, – отметил он, усмехаясь. – Преданность делу.
– Я не считаю это работой. Просто подумала, что будет весело кое-что попробовать для вас, ребята.
– Похоже, эксперименты удаются. Это выглядит как то, что я бы точно надел, – сказал он, поднимая лист бумаги. – Цвета, которые я люблю больше всего. Синий… мой любимый цвет. И черный.
– Да, – фыркнула я. – Точно черный. – Я рассмеялась, оглядывая его в его черной футболке и черных спортивных штанах.
– Тебя что-то не устраивает в моей одежде, Элли? – спросил он, приподнимая бровь и садясь на край моей кровати.
– Вовсе нет, Гейдж.
Он вздохнул, бросил бумагу обратно на кровать и затем подвинулся ко мне.
– Можно спросить?
– Конечно.
– Ты расстроилась из-за того, что Пенелопа была здесь?
Я нахмурилась на него, отступая на шаг.
– С чего бы мне расстраиваться?
– Может, потому что я тебе интересен. – Он самоуверенно усмехнулся.
– Вряд ли. Честно говоря, мне нет дела ни до тебя, ни до Пенелопы.
Его бровь взлетела.
– Правда? Мне в это трудно поверить – не про Пенелопу, а про то, что тебе на меня наплевать.
– Я только начинаю тебя узнавать, и сейчас ты ведешь себя как самодовольный козел. Мне не нравятся такие люди, как ты.
– Самодовольный козел? – повторил он, усмехаясь и широко раскрыв глаза. – Ты называла меня самодовольным дважды меньше чем за неделю. Забавно.
– Для этого ты сюда пришел? Потому что думаешь, что нравишься мне, и я ревную к твоей ветреной подружке?
Он подмигнул.
– Возможно.
Я отступила еще на шаг и вздохнула.
– Что же, это не так, Гейдж. Как я уже говорила, ты – мой друг. И все.
Он облизнул губы, медленно кивая и глядя мне в глаза.
– И это окончательно? Ты полностью уверена в этом? Не хочешь ничего больше? Даже после того, что могло произойти между нами прошлой ночью?
Я почти заколебалась. Мне хотелось закричать ему, что он нравился мне еще с первого курса старшей школы. Сказать, что я фантазировала о его пухлых губах на своих, о его крепком теле, прижатом ко мне на долгие часы. Я даже фантазировала о сексе с ним. О разном. Я была уверена, что пошла бы на все это, если бы он не являлся таким чертовым эгоистом. Но он был таким, и я не могла с этим мириться.
Я не могла быть с парнем, который спал с девушкой просто так, а потом забывает о ней. Я не могла быть частью его списка «да, я трахнул ее». Я была более, чем уверена, что именно в этот список Гейдж бы меня и добавил, поэтому наконец скрестила руки и сказала:
– Уверена.
Он смотрел на меня немного дольше, чем ожидалось, затем встал, отступил и кивнул. Он схватился за ручку двери и сузил глаза, а на его губах появилась вымученная улыбка.
– Спокойной ночи, Элли.
Не успела я ответить, как дверь уже закрылась. Я фыркнула, потому что весь этот разговор был чертовски бессмысленным. Какой в нем смысл? Почему его вообще волновало, нравилась я ему или нет? И с какой стати, черт возьми, я буду ревновать к гребаной Пенелопе?
В мире, наверное, миллион девушек, которые утверждали, что безумно влюблены в Гейджа Гренделя, но его волновало мое мнение о нем? Эта мысль, пришедшая мне в голову, пока я садилась раскрашивать несколько логотипов, заставила меня снова рассмеяться.
Я уже упоминала об этом Бену однажды, но Гейдж и вправду был неординарным персонажем в моих глазах. Поистине загадочным.
