Текст книги "Главный инженер 7 (СИ)"
Автор книги: Сергей Карелин
Соавторы: Вадим Фарг
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)
– Нет, и я по нему не скучаю, – ответила Катя. – Правда, после него ещё неделю каждый возврат проверяла чуть ли не с лупой. София сказала, я скоро подкладку начну отпарывать.
– Проверять полезно, только покупателям заранее приговор не выносите.
– Да я понимаю, уже успокоилась. Кстати, Лена замуж вышла, за нашего охранника. Помните их?
– Конечно, помню.
– Вот теперь они женаты и в отпуске, – сказала София, протягивая мне рубашку.
– Рад за них, надеюсь, у них всё сложится, чем в тот безумный день.
Катя засмеялась, а София приложила рубашку к моей груди.
– Начнём с синей, она вам должна подойти. Пиджак надевать будете?
– Не решил. С этой нормально будет?
– Будет, но можно и без него. Вы ведь не на деловые переговоры собираетесь?
– Сегодня хотелось бы без переговоров.
– Тогда примерьте, а там посмотрим, – сказала она и показала на кабинку.
Я забрал трость и пошёл переодеваться. В примерочной оказалось теснее, чем я помнил, хотя лишних килограммов после больницы у меня точно не прибавилось. Трость прислонил к стене, но она сразу съехала на пол. Пришлось поднимать её, придерживая плечо, и пристраивать за табуретом. Уже по одному этому занятию следовало понять, что торопиться сегодня не стоило.
Рубашка села неплохо, но воротник показался тесным. Я вышел к зеркалу и попробовал оттянуть его пальцем.
– Здесь давит, – сказал я. – Может, размер побольше принести?
София посмотрела на меня, затем на застёгнутую верхнюю пуговицу.
– Для начала расстегните вот эту, вы же без галстука будешь? Если возьмём больше, плечи повиснут.
Я расстегнул ворот, повернулся к зеркалу и вытянул руку.
– А манжета не слишком далеко выходит? Под пиджаком нормально будет?
– Нормально, но вы ведь ещё не решил, нужен ли пиджак, – напомнила она, поправляя рукав. – Поднимите немного руку, только не через боль. Вот так, всё на месте.
– А если за столом сидеть, ворот не разойдётся?
София убрала руку с моего плеча и посмотрела мне в лицо.
– Максим, у вас свидание?
– Настолько заметно?
– Вы уже несколько минут проверяете рубашку так, будто от неё зависит исход вечера, – сказала она с улыбкой. – Обычно мужчинам достаточно, чтобы сошлись пуговицы.
«Резонанс» уловил короткое разочарование. София почти сразу его подавила, шагнула в сторону и посмотрела на меня уже как на обычного покупателя. Улыбка осталась, но я заметил, как она одёрнула край своего жакета.
Можно было отшутиться, сказать, что ничего ещё не решено, и оставить ей надежду на продолжение. Только я приехал выбирать одежду, а не собирать чужое внимание про запас.
– Важный для меня ужин, – ответил я. – Не хочется весь вечер думать, что выгляжу не к месту.
– Тогда эта подойдёт, – спокойно сказала София. – Но принесу ещё одну, у неё ворот чуть свободнее. Сравните и перестанете мучиться.
– Спасибо, а то сам я действительно могу до закрытия выбирать.
– До закрытия не дам, у вас планы, – ответила она и пошла к стойке.
Во второй рубашке я успел застегнуть только нижние пуговицы, когда из зала донёсся женский голос.
– Девушка, я вам ещё раз объясняю: мне её продали здесь, и я хочу другую. Не надо рассказывать мне, куда писать!
Я замер с пуговицей в пальцах. Голос был знакомый, причём из тех, которые достаточно услышать один раз. Некоторым авариям, похоже, полагалось происходить по расписанию, и сегодня у меня снова была назначена… Карина.
Глава 7
– Я вас услышала, – ответила Катя. – Но сначала нам нужно оформить обращение и разобраться, почему разошёлся шов. Сейчас я не могу просто выдать вам новую вещь.
– А что тут разбираться? Вы мне дрянь продали, теперь ещё я виновата?
Я застегнул рубашку и отодвинул шторку. Карина стояла у кассы, прижимая к стойке платье. Рядом лежал раскрытый пакет, а Катя держала в руках бланк и явно старалась не повышать голос.
София остановилась возле меня с вешалкой.
– Вы пока в примерочной побудьте, я сейчас закончу, – сказала она вполголоса. – Это наша местная истеричка, опять ей все должны.
– Не хочет возвращать то, чего не покупала?
– Нет, здесь другое, платье наше, – София покачала головой. – Она его носила, шов разошёлся. Нужно разобраться, а ей подавай новое прямо сейчас, причём дороже.
– С этой клиенткой я тоже знаком, в прошлый раз она точно так же кричала на меня. Правда, тогда претензии были не к платью.
София вопросительно посмотрела на меня, но я уже вышел из-за перегородки. Карина как раз толкнула бланк обратно Кате.
– Сами свои бумажки заполняйте, мне некогда!
– Карина, мы готовы принять ваше обращение, – вмешалась София, подходя к кассе. – Но если вы будете кричать на сотрудницу, быстрее ничего не решится.
– А вы тогда научите её работать, чтобы я не…
Она увидела меня и осеклась на полуслове. Несколько секунд смотрела так, словно пыталась понять, почему сантехник снова оказался там, где ей и без того испортили настроение.
– Ты? – Карина бросила платье на стойку и повернулась ко мне. – Вот только тебя здесь не хватало!
– Добрый вечер, – сказал я, остановившись у зеркала. – Я тоже не ожидал вас встретить.
– Да какой добрый? Ты знаешь, что из-за тебя меня прав лишили?
София посмотрела на меня, а Катя опустила бланк. Я поправил манжету и повернулся к Карине.
– Из-за меня? Я, кажется, за рулём вашей машины не сидел.
– Зато наговорил там! Очень тебе надо было вмешиваться, да?
– Меня спросили, как произошла авария, я рассказал. Вы считаете, что я что-то придумал?
Карина подступила ближе. От неё пахло духами, которыми вполне можно было надушить весь отдел, если бы кто-то вдруг поставил такую задачу.
– Ты мог сказать, что угодно, но начал какие-то там свои законы предъявлять ментам!
– То есть назад вы всё-таки сдавали?
– Ну сдавала, и что? Мне нужно было!
– А в машину ДПС кто въехал?
– Они сами там встали! – выпалила Карина и тут же ткнула в меня пальцем. – Ты сейчас опять всё выворачиваешь, я же не специально!
– Я и не говорил, что специально. Но вы сами подтверждаете то, о чём я рассказал инспекторам, тогда за что на меня сердиться?
– Потому что нормальный мужчина помог бы женщине, а не стоял и не смотрел, как над ней издеваются!
У кассы остановилась покупательница с брюками в руках. София жестом попросила Катю позвать охрану и встала чуть сбоку от Карины.
– Давайте вернёмся к платью, – сказала она. – Личные вопросы вы сможете обсудить вне магазина.
– Я с ним разговариваю! – отрезала Карина, даже не повернув головы. – Ты хоть понимаешь, сколько мне теперь приходится на такси тратить? И всё потому, что тебе захотелось поумничать!
– Карина, я не назначал вам наказание и не забирал права. Если вы пришли менять платье, давайте не будем мешать продавцам.
– А ты мне не указывай, куда я пришла и что мне делать! Сам стой и слушай, раз попался!
Она шагнула ко мне, зацепив сумкой край стойки с ремнями, отчего один ремень соскользнул на пол. Я посмотрел на него, потом на Карину и всё-таки не удержался.
– Вы здесь тоже собираетесь сдать назад, не посмотрев? Тогда предупредите, я хоть отойду.
Наверное, стоило промолчать. Я понял это в тот момент, когда Карина схватила стоявшую у зеркала вазу. Небольшая и тяжёлая на вид, до этой минуты она служила исключительно украшением магазина.
– Да пошёл ты!
Я успел отклониться и отступить за край перегородки. Ваза пролетела мимо лица, ударилась о стену и разбилась. Плечо от резкого движения отозвалось болью, и мне пришлось опереться ладонью о стену.
В магазине стало тихо. Катя стояла с телефоном у уха, открыв рот, а покупательница прижимала к себе брюки. Сама Карина смотрела на осколки, словно вазу бросил кто-то другой.
– Все целы? – спросила София и, дождавшись моего кивка, повернулась к Кате. – Будь за кассой, сюда пока не ходи.
Из прохода появился охранник. Он посмотрел на разбитую вазу и сразу встал между мной и Кариной.
– Что произошло?
– Посетительница бросила вазу в покупателя, – ответила София. – Всё есть на камере, вон она, над зеркалом.
– Он меня спровоцировал! – Карина тут же ожила. – Вы бы слышали, что он говорил!
– Я слышала весь разговор, – сказала София. – И сейчас вы отойдёте от покупателя.
Охранник показал Карине на проход, но она осталась стоять, вцепившись в ремешок сумки.
– Я никуда не пойду, пока мне платье не поменяют!
– Платье заберите, – София сама сложила его в пакет и поставила на край кассы. – Обращение можете направить письменно. За разбитую вазу магазин выставит вам счёт, а сюда больше не приходите.
– Это ещё почему? Вы не имеете права!
– Руководителю я сейчас позвоню и запись покажу, – ответила София. – Со своей стороны буду настаивать на пожизненном запрете посещения. Сотрудники не обязаны гадать, чем вы броситесь в следующий раз.
Карина посмотрела на охранника, но тот лишь повторил просьбу пройти к выходу. За его спиной уже появился второй, и спорить она стала заметно тише.
– Ну конечно, встали все на его сторону, – процедила она, забирая пакет. – Магазин отвратительный, больше ноги моей здесь не будет.
– Очень на это рассчитываю, – сказала София.
Я молчал. Плечо болело, рубашка в примерочной ждала окончательного решения, а свободного времени до ужина становилось всё меньше. Карина уже дошла до прохода, когда обернулась ко мне.
– Думаешь, тебе всё сойдёт? Артур с тобой ещё разберётся, я ему всё расскажу!
Я посмотрел на неё внимательнее. Артур? Тот самый Билом, Неужто наши дорожки пересеклись именно вот так? Имя я запомнил, как и обещание рассказать обо мне. Выяснять подробности сейчас не стал, тем более охранник уже вывел Карину из магазина.
Катя положила телефон на стойку и выдохнула.
– Я ведь ей даже не отказала, просто попросила заявление заполнить.
– Ты всё правильно сделала, – сказала София, после чего подошла ко мне. – Вас не задело? Я видела, вы за плечо держались.
– Старое напомнило о себе, ничего страшного. Извините, с последней репликой я зря полез.
– Нет, вы всё правильно сказали, – улыбнулась она. – Но вазой за это не бросаются. Сядь пока, воды принести?
Я сел на пуфик возле примерочной, а Катя принесла стакан. Пока я пил, София позвонила руководителю и коротко объяснила, что произошло. По её просьбе охрана сохранила запись. Запрет на посещение подтвердили, стоимость вазы внесли в акт, копию вместе со счётом передали Карине через охранника. К этому времени та спорила уже в коридоре, но хотя бы не с Катей.
– Заявление подавать будете? – спросил меня вернувшийся охранник.
– Сейчас нет, мне ехать нужно. Запись только сохраните, пожалуйста, и скажите, к кому потом обратиться.
Он назвал имя старшего смены, я записал его вместе со временем происшествия. Носиться за Кариной и выяснять, насколько близко она общалась с Артуром, я не собирался. Этой теме и без того доставалось слишком много моей жизни.
Когда охранник ушёл, София кивнула на рубашку.
– Ну что, эту оставляем? Или после такого подбирать что-нибудь ещё?
– Эту, у неё ворот удобнее. А ту я уже мысленно связал с началом скандала.
– Тогда переодеваться не нужно, только бирку сниму. И пиджак можете не надевать, вы и без него неплохо выглядите.
Пока она аккуратно срезала бирку, Катя упаковала мою старую рубашку. У кассы я предъявил ту самую скидочную карту, которую мне подарили в прошлый раз. И скидка вышла довольно приличной, что не могло не радовать.
– Даже спорить не буду, – сказал я, улыбнувшись. – Сегодня я уже достаточно наговорил.
– Вот и правильно, – София протянула мне пакет. – Хорошего вечера, Максим. Надеюсь, дальше у вас всё сложится спокойнее.
– Спасибо. И за рубашку, и за терпение.
Она улыбнулась без прежнего намёка, но тепло. Я забрал трость и пошёл к выходу, стараясь не задеть носком оставшийся возле стены осколок.
У цветочного киоска продавщица сначала предложила букет, за которым Светлану можно было бы не разглядеть. Я попросил что-нибудь поменьше, и женщина посмотрела на меня с сомнением.
– У вас какая-то важная дата или просто небольшой подарок?
– На ужин иду, – объяснил я. – Хочется, чтобы цветы можно было поставить рядом, а не заказывать для них отдельный стол.
Она улыбнулась и собрала небольшой букет. От лент я отказался, попросил только завернуть стебли, чтобы не намочить рукав. Новой рубашке на сегодня испытаний уже хватило.
Пока я расплачивался, пришло сообщение Светланы:
«Освободилась чуть раньше, уже на месте. Жду в ресторане».
Я написал, что скоро буду, и вызвал такси. Пакет повесил на запястье, чтобы удобнее держать цветы, затем проверил время поездки. Если не застрянем на последнем повороте, успевал без опоздания.
Артур всё же попытался вернуться в мысли, но я отложил телефон и посмотрел на букет. Завтра разберусь, кому и что пообещала Карина. Сегодня меня ждала женщина, с которой хотелось хотя бы раз спокойно поужинать, не обсуждая чужие преступления.
У машины водитель помог мне открыть дверь. Я убрал трость и устроил пакет рядом с собой, а цветы оставил на коленях.
– На праздник едете? – спросил он, уточнив адрес.
– На ужин, – ответил я и осторожно поправил рукав на плече. – Очень надеюсь, что дальше по программе только еда.
* * *
Артур сидел в кабинете, развернув кресло к окну, и держал телефон чуть в стороне от уха. На улице было светло, а у входа в соседний деловой центр двое мужчин спокойно курили. Он невольно задержал на них взгляд: эти люди хотя бы могли закончить разговор и разойтись. Карина такой возможности ему не давала. Каждый раз, когда он пытался вставить слово, она начинала кричать ещё громче.
– Ты вообще понимаешь, как это выглядело? – возмущалась она. – Он стоял передо мной и улыбался, а эта девица из магазина ему поддакивала! Меня выставили на улицу, Артур. При всех, будто я туда пришла что-нибудь украсть!
Артур поморщился и убавил громкость. Про магазин он слушал уже десять минут, но до сих пор не понял, как обычный обмен платья закончился разбитой вазой.
– Подожди, ты же сказала, что администратор сначала предложила тебе успокоиться, – напомнил он. – В какой момент тебя выставили?
– После вазы, но при чём здесь это? Я тебе про отношение говорю, а ты опять начинаешь придираться!
– В человека вазу бросила ты, а придираюсь почему-то я, – заметил Артур и повернулся к столу. – Он тебя хоть тронул?
– Ему ещё и тронуть меня надо было? Он сказал, чтобы я сдала назад, представляешь? Специально напомнил про ту аварию, ещё и ухмылялся. Знал ведь, что я пойму!
Артур закрыл глаза и потёр пальцем бровь. Он хорошо помнил аварию, после которой Карина тоже требовала наказать всех, кроме себя. Тогда на объяснения ушёл весь вечер, и повторять его сейчас не хотелось.
– А до этого ты ему что сказала? – спросил он, хотя примерно представлял ответ.
– Артур, какая разница? Ты на чьей стороне вообще? Я позвонила тебе, потому что меня унизили, а ты меня допрашиваешь⁈
– Я пытаюсь разобраться, за что ты хочешь наказать человека. Пока получается, что он что-то сказал, а ты запустила в него вазой.
– Потому что иначе такие не понимают! – Карина повысила голос, и он снова отодвинул телефон. – Я хочу, чтобы он передо мной извинился. Не через кого-нибудь, а сам пришёл и попросил прощения. Пусть наконец поймёт, с кем связался. Ты можешь это устроить или мне уже ни на что не рассчитывать⁈
Артур посмотрел на лежавшие перед ним документы. За всё время разговора он не прочитал даже первой страницы.
– Всё, Карина, я тебя услышал. Мне нужно работать, остальное обсудим потом.
– Какое потом? Ты каждый раз…
Он нажал отбой, а затем выключил телефон и положил его в ящик стола. Несколько секунд сидел неподвижно, прислушиваясь к тишине. Обычно после таких разговоров Карина звонила снова, пока он не отвечал, но сегодня у него не осталось терпения даже на звук вызова. Он потянулся к селектору и велел позвать Тимура.
Тот вошёл через минуту, прикрыл дверь и остановился напротив стола. Артур всё ещё хмурился, с усилием растирая переносицу.
– Что случилось? – спросил Тимур, не торопясь садиться. – Мне сказали, вы срочно вызываете.
– Смирнов, – прошипел Артур.
Тимур чуть нахмурился, ожидая продолжения, но Артур молчал.
– А что со Смирновым? Наши ничего нового не сообщали, утром он занимался своими делами. Кто-то к нему приехал?
– Нет, он опять встретился Карине. В магазине, куда она пошла менять платье. Сказал что-то про ту аварию, она завелась и бросила в него вазу. Теперь требует, чтобы я заставил его извиниться.
Тимур посмотрел на приоткрытый ящик, откуда виднелся край телефона, и подтянул к себе стул.
– В него попала? – уточнил он, садясь.
– Судя по тому, что больше всего её возмутило его довольное лицо, нет. Администратор попросила её уйти, и теперь виноват я, потому что позволяю какому-то сантехнику так с ней обращаться.
– Может, он просто не захотел уступать? Карине ведь иногда достаточно отказать, чтобы она решила, будто над ней издеваются.
– Ты думаешь, я этого не знаю? – Артур поднял на него глаза. – Ей сегодня платье не обменяли, завтра кофе не той температуры принесут. Повод найдётся. Но слушать её приходится мне, а этот ещё и подливает масла.
Тимур не стал ни спорить, ни поддерживать раздражение босса, и это разозлило Артура ещё сильнее.
– Пусть с ним поговорят, – сказал он. – Объяснят, что за Карину придётся ответить. Он должен сам перед ней извиниться и понять, что до этого от него не отстанут.
– Просто поговорить или вы хотите его наказать? – Тимур подался вперёд, положив руки на колени. – Я спрашиваю, потому что после обычного разговора он вполне может послать наших людей. С ним это уже бывало.
– Я хочу, чтобы он перестал считать, будто ему всё можно, – Артур отодвинул бумаги и встал из-за стола. – Сначала полез в дела Сысоева, потом подобрался к Крамовой. Да, там я немного помог, но ты сам всё прекрасно знаешь. И вот теперь Карина. Куда ни посмотришь, везде его фамилия, и каждый раз я должен делать вид, что ничего особенного не произошло.
– С Кариной как раз ничего особенного, – осторожно заметил Тимур. – Я бы не смешивал её с остальным.
– А я и не собираюсь ничего смешивать. Для него это должна быть история про магазин. Нахамил женщине, получил неприятности. Наши дела ему никто припоминать не будет. Тем более, он о них и не знает.
Тимур провёл ладонью по подбородку, подбирая слова. Артур заметил заминку и повернулся к нему.
– Что ещё? Говори уже, раз задумался.
– Мы наблюдение за ним не прекращали, поэтому я бы не спешил. У него появились знакомые, которые могут вмешаться. С Анжеликой Орловой он общается не только по работе, она сама ищет с ним встреч.
– Лика сегодня общается, завтра забудет, – отмахнулся Артур. – Ей от него что-то нужно, вот и держит рядом. Из-за этого мы теперь должны его обходить?
– Из-за одной Лики я бы вас не останавливал. Но есть ещё Умяровы, а там всё серьёзнее, чем мы думали.
Артур удивлённо вскинул бровь.
– Что значит серьёзнее? Он у них подрядчик, насколько мне известно.
– Подрядчик, к которому Сергей прислушивается. А с его женой Смирнов знаком давно, ещё до её замужества. У них были отношения, наши проверили.
Артур смотрел на него несколько секунд, затем усмехнулся без всякого веселья.
– Вот даже как. И ты решил сообщить об этом только сейчас?
– Подтверждение получил сегодня. До этого были разговоры, я не хотел приносить вам сплетни. Сейчас они снова общаются, Алёна ему помогает. Причём от мужа это не скрывает.
Артур нахмурился и потёр лицо руками. Умяров мог не интересоваться сантехником, пока речь шла о чужих разборках. Но если за Смирнова попросит жена, разговор получится совсем другим. А после случившегося на базе Сергею и просьба могла не понадобиться.
– Хорошо устроился, – проговорил Артур. – Мы за ним наблюдаем, а он тем временем знакомствами обзаводится. Скоро к нему без записи не подойдёшь.
– Поэтому я и предлагаю сначала подумать, – ответил Тимур. – Если его прижмут, он может пойти к Умярову. Тогда нам придётся объяснять, зачем мы тронули человека, который работает на его базе.
– Объяснять из-за разбитой вазы, – Артур покачал головой и потянулся к ящику, но открывать его не стал. – Прекрасно. Значит, Карина будет орать мне в ухо, а мы продолжим смотреть, как Смирнов ходит по магазинам.
– Можно пока дать ей успокоиться. Сегодня она требует извинений, через пару дней, возможно, уже не вспомнит.
– Вспомнит, Тимур, ещё и мне напомнит, что я ничего не сделал. Ты с ней десять минут поговори, потом будешь советы давать.
Тимур опустил взгляд, скрывая усмешку. Артур это заметил, но замечания делать не стал: со стороны ситуация и правда выглядела глупо. Однако от этого легче не стало. Он привык сам решать, когда давить на человека, а когда оставить его в покое, и злился ещё и потому, что сейчас им распоряжалась Карина со своей вазой.
– Найди способ дать ему понять, что он неправ, – сказал Артур уже тише. – Не надо устраивать ничего, после чего ко мне приедет Умяров. Но и делать вид, что я не могу справиться с каким-то Смирновым, я не собираюсь.
– Тогда без самодеятельности, – ответил Тимур. – Сначала выясню, что там действительно произошло. У магазина наверняка есть камеры, и администратор сможет рассказать без крика. Потом решу, как к нему подойти.
– Только не возвращайся ко мне с выводом, что Карина сама виновата. Я это и без камер знаю.
– Мне нужно понимать, что он ответит нашим людям. Если у него есть запись, где она первой на него бросается, разговор он начнёт именно с неё.
Артур помолчал, постукивая пальцем по столу, затем кивнул. Тимур хотя бы собирался что-то делать, а не объяснять, почему Смирнова лучше не трогать.
– Разберись, – сказал он. – И пусть до него дойдёт: речь о Карине. Пока не извинится, вопрос не закрыт. Я хочу, чтобы при следующей встрече он прошёл мимо, а не упражнялся в остроумии за мой счёт.
Тимур поднялся и поправил стул.
– Сделаю. Умяровых тоже учту, лишних проблем вам не нужно.
– Мне и нынешних хватает, – буркнул Артур. – Сообщи, когда будет результат. Ещё один такой разговор с ней я не выдержу.
Тимур кивнул и вышел. Артур придвинул к себе документы, но вскоре снова отложил их. Нужно было включить телефон, он ждал звонка по работе. Вместо этого он закрыл ящик до конца и попросил секретаря принести кофе. Хотя бы несколько минут хотелось посидеть спокойно.
