Текст книги "Лесной Дозор 5 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Александр Вольт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Еще там, внутри теплого шатра, я мысленно зацепился за это имя. Звучало оно откровенно странно. Вроде бы эльфийское по набору звуков, но с явным человеческим оттенком. Словно кто-то взял два совершенно разных слога и слепил их в один.

Сейчас женщина направлялась прямо ко мне. Она была полностью упакована в костюм биологической защиты. Белая прорезиненная ткань глухо скрывала особенности фигуры. На голове сидел объемный капюшон с пластиковым щитком, за которым угадывались лишь общие контуры лица. Ступала медичка весьма неуклюже, проваливаясь в рыхлый снег форменными ботинками.

Подойдя ближе, женщина остановилась в паре шагов от нас. Пальцы в толстых перчатках принялись возиться с пластиковой застежкой под подбородком. Замок сухо щелкнул, и она стянула громоздкий капюшон, откинув его за спину.

Щеки мгновенно порозовели от резкого перепада температур, а темные волосы рассыпались по плечам, освободившись от защитной экипировки.

Я посмотрел на нее внимательнее.

Лицо у госпожи Лариэль оказалось абсолютно человеческим. Прямой нос, округлый подбородок, мягкие линии щек. Никаких резких скул и вытянутых пропорций, свойственных чистокровным жителям резерваций. Но вот уши выдавали происхождение с головой. Края ушных раковин выступали из-под темных прядей и были слегка заострены. Совсем немного. Не такие длинные локаторы, как у Наиры или госпожи Шаянин, а аккуратные треугольные кончики.

Полуэльфийка.

Я потер замерзшую щеку ладонью. Интересно выходило. Потомков разных рас я еще здесь не встречал, однако теперь стало понятно, откуда взялось это составное имя, и почему Громов не стал углубляться в детали ее родословной перед толпой имперских врачей.

– Добрый день, – произнес я, поправляя съехавший ремень автомата. – Чем могу помочь?

Женщина выдохнула облачко пара, улыбнувшись простой и совершенно открытой улыбкой.

– Я просто хотела познакомиться лично, – сказала она приятным голосом. – Там, на брифинге, суета была, сами понимаете.

Миша шумно втянул воздух. Шатун обнюхал подошедшую незнакомку, переступил лапами и уселся прямо в снег. Медведь внимательно наблюдал за гостьей темными глазками. Лариэль скосила взгляд на лохматую гору мышц, сглотнула подступивший ком, но отступать не стала.

– Будем знакомы, – кивнул я. – Багрицкий Егор Дмитриевич.

– Очень приятно. Лариэль Соболева, – она перевела дыхание. – Было бы неплохо, если бы вы помогли мне с тем заданием, что озвучил Виктор Андреевич. Мне для работы нужны некоторые растения, что растут только в этих краях.

Я слушал ее, разглядывая пуговицы на форменном комбинезоне.

– Я точно знаю, где их можно найти, – продолжала медичка. – Но было бы неплохо, если бы вы меня сопроводили, поскольку одна я опасаюсь туда идти. Думаю, не мне вам рассказывать про зараженных животных…

Она снова выразительно посмотрела на Мишу. Косолапый зевнул во всю пасть, продемонстрировав влажные желтые клыки, и отвернулся в сторону гудящих генераторов.

– Ваняит… – проворчал косолапый.

– Сопроводить могу, – ответил я. – Только я ведь не знаток местного ландшафта. Территория принадлежит эльфам и, наверное, с этим вопросом лучше обратиться к моей коллеге. Она отсюда родом.

Я указал рукой в ту сторону, где скрылась Наира.

Лариэль проследила за моим жестом. Лицо полуэльфийки оставалось спокойным.

– Я так понимаю, ваша коллега ушла по своим делам, – произнесла специалистка. – Да и в резервациях сейчас хватает забот с больными. Если вы не возражаете, я бы предпочла пойти с вами.

Я пожал плечами. Приказ десницы императора предписывал оказывать полное содействие медицинскому персоналу. Искать неизвестные корешки в компании профильного биолога всяко надежнее, чем бродить по сугробам в одиночку и пытаться угадать нужное растение по картинке в справочнике.

[СИСТЕМНАЯ ПОДСКАЗКА: Активировано скрытое задание «Гербарий».]

Ах ты… ЖОПА ЦИФРОВАЯ! И какое еще ты мне скрытое там заданием подбросишь в следующий раз, а⁈ У тебя их там, поди, в рукаве невидимом припрятано на весь мой век?

[СИСТЕМНАЯ ПОДСКАЗКА::)]

У-у-у-у, зараза!

Дабы не показаться задумчивым балбесом, который пялится в пустоту, я шмыгнул носом, делая вид, что все это время размышлял соглашаться или нет.

– Добро, – согласился я. – Помогу. Только сейчас уже вечереет, в лесу темнеет стремительно, а шастать по темноте средь кустов, валежника и зараженного зверья затея, мягко говоря, не лучшая.

Лариэль утвердительно кивнула.

– Да, вы правы. Давайте завтра с утра. Я приду к вам в бункер, и мы выдвинемся на место. Я прекрасно знаю эти участки.

Слова прозвучали на удивление уверенно. Я прищурился, разглядывая собеседницу.

– Откуда такие познания местной флоры и здешней географии? – спросил я прямо. – Вы же из столицы приехали вместе с имперским конвоем.

Женщина запахнула воротник защитного комбинезона. Ветер усиливался, бросая в лицо колючую снежную пыль.

– Моя мама родом отсюда, – ответила она. – Когда я была маленькой, мы жили здесь. Потом уже перебрались в империю, и выросла я там.

Она замолчала. Становилось еще яснее почему Громов умалчивал о происхождении, и почему чистокровные сородичи вряд ли обрадуются ее появлению. Как я успел выяснить, эльфы народ гордый и весьма закрытый в своих традициях, и смешанную кровь тут наверняка не жалуют. Изгнание или добровольный уход оставались единственным выходом для таких семей.

– Ну, хорошо, – произнес я. – Без вопросов. Завтра с утра жду у себя на посту. Оденьтесь потеплее, ходить придется много.

– Спасибо, Егор Дмитриевич, – Лариэль натянула капюшон обратно на голову. – До завтра.

– И пожалуйста, – добавил я.

– Да? – она снова глянула мне в глаза.

– Я думаю, что мы ровесники, поэтому, можем обойтись без «выканья»? В лесу, знаете ли, быстро отвыкаешь от подобного.

Какое-то время она стояла молча, а потом рассмеялась, прикрыв губы рукой.

– Как скажешь. Доброй ночи, дозорный.

Она развернулась и зашагала обратно к медицинским палаткам, где продолжал суетиться Золотов, размахивая руками перед техниками.

Я посмотрел на медведя.

– Слышал, Миш? – сказал я лохматому товарищу. – Завтра в лес пойдем. Поработать придется.

Шатун глухо рыкнул и поднялся с холодного снега.

– Потопали уж домой, егерюшка.

И мы двинули. Отойдя на добрых полкилометра, когда гул генераторов стих, и когда вокруг встала тишина, я вскочил Мише на спину, вцепившись покрепче в шерсть на загривке.

– Знаешь шо, егерюшка? – рыкнул Миша, скача рысаком.

– Ну?

– А девка-то на тебя пялилася жадно.

– Миш, ты ж медведь, откуда тебе знать, как мы друг на друга смотрим.

– А ты думаешь мы друг на друга иначе смотрим, га? Я тебе говорю, мил ты ей на глаз!

Я хохотнул, крепче ухватившись за шкуру.

– А на второй?

– Шо на второй? – не понял меня косолапый.

– На второй глаз мил? – уточнил я.

– А-э-э-э… – прогудел он. – Э?

– Отож! – крикнул я Медведю. – Так что давай о чем-нибудь другом поговорим, мне нынче не до дел сердешных. Лучше скажи мне, слышал ли ты что-нибудь про какой-то кристалл?

Глава 10

Косолапый сбавил ход, перейдя на размеренную рысь, и громко фыркнул.

– Шо за кристалл такой? – прогудел он, не поворачивая головы.

– Да бес его знает, Миш. Если б я знал, то не спрашивал бы. Просто кристалл. Может, камень какой особенный в чаще валяется. Или скала светится. Ничего на ум не приходит? Нигде не встречал?

Медведь навострил круглые уши, помолчал немного, обдумывая вопрос, не сбавляя ходу.

– Не-а, – выдал шатун окончательный вердикт. – Ни про какой такой кристалл я сроду не слыхивал. Каменьев в лесу полно, оврагов тоже хватает, а вот шоб прям кристалл… не было такого, егерюшка.

Я разочарованно вздохнул. Пар изо рта тут же улетел за спину белым облачком.

– Жаль. Было бы неплохо, если бы ты хоть что-нибудь про него знал.

На этом обсуждение непонятного минерала пришлось свернуть. Раз мишутка не в курсе, значит, искать придется долго и нудно. Либо у других зверей выспрашивать, либо ножками всю резервацию прочесывать, что с моими егерскими обязанностями вообще не стыковалось никак.

Мы проскочили заснеженную просеку, и впереди показалась знакомая стена ельника.

– Как вообще самочувствие? – поинтересовался я, меняя тему. – После того как столичный гость над тобой поколдовал?

Медведь радостно рыкнул.

– Ой, замечательно, егерюшка! – пробасил он с такой искренней радостью, что меня самого улыбнуло. – Прекрасно прям! Я себя таким здоровым, почитай, с самого рожденья не помню. В грудях не давит, в башке не свербит. Мочи столько появилось, хоть сейчас сосну с корнем выдерну. О, егерюшка, хочешь сосну с корнем выдерну?

– Ну-ну, угомонись, – осадил я товарища, похлопав его ладонью по крутому боку. – Ты теперь давай берегись. Никаких подозрительных тварей к себе не подпускай и воду из луж не пей. Если снова эту дрянь подцепишь, то неизвестно, когда мы тебя вылечить сможем. Виктор Андреевич ведь не местный, и сидеть тут да лечить всех подряд не нанимался. Да и сил он немало потратил, так что теперь вообще неизвестно, когда ему удастся подобное провернуть, если вновь кто болячку подцепит.

– Понял я, понял, – пробурчал шатун.

Мы выехали на финишную прямую к посту. И тут в голову мне пришла одна очень любопытная мысль.

Громов на лесной просеке впитал в себя остаточную энергию от магии У-ука, когда мелкий прохвост в образе разъяренной махины перенес имперский конвой в пространстве. Выходило так, что остаточной энергии было настолько много, что господину Громову хватило запитаться под самую маковку и еще с супругой поделиться.

И если он потратил почти весь запас на то, чтобы вылечить двух пациентов (потому что себя я таковым не воспринимал), то на моей памяти имелось еще одно весьма примечательное местечко. Технически, если привезти Виктора Андреевича туда, где У-ук телепортировал отряд рейнджеров, то он сможет напитаться силой. Возможно, будет не так много, поскольку размеры конвоя однозначно больше, нежели отряд из четырех эльфов, но кто знает, на чем базируется магический всплеск? Может, любой такой прыжок У-ука, независимо от объема или количества телепортируемого, скажем, материала, оставляет по себе тонну остаточной магии?

Мысль показалась мне чертовски интересной, только обсуждать такое следовало при личной встрече. И подальше от чужих длинных ушей.

Серые стены бункера вынырнули из леса. Миша затормозил у расчищенной площадки, и я, перекинув ногу, спрыгнул.

– Пойду я, егерюшка, – сказал медведь, переминаясь с лапы на лапу. – Пройдусь по округе. Поспрашаю, как там дела у волков. К росомахе загляну, к лосю наведаюсь. К остальным нашим, кто по эту сторону живет.

– Давай, – согласился я, поправляя ремень автомата. – Только в драки не лезь.

Миша развернулся и неспешной вальяжной походкой скрылся за заснеженными кустами. Я поднялся по бетонным ступеням, приложил ключ-карту к замку и потянул тяжелую створку на себя.

В тамбуре стояла привычная духота и пахло оружейной смазкой. Я закрыл за собой дверь на все засовы, затем прошел в коридор, где меня тут же встретил Бу.

– Я фиксировал множественные звуковые колебания, – выдал Бу. – Помимо присутствующих здесь двух особей, снаружи находилось большое количество других биологических единиц. Ваш пульс учащался. Все ли в порядке, Егор?

– В норме, – ответил я, стягивая шапку и вытирая вспотевший лоб. – Обошлось. Но тебе, дружище, лучше вообще не отсвечивать. Если столичные ученые тебя найдут, то приятного будет очень мало. Я пока не готов представлять всей империи такого чудесного говорящего камушка. Упекут в лабораторию и будут сверлить до скончания веков.

– Я не камень, – ответил Бу и я впервые за все время услышал нотки возмущения и даже обиды. – Я высокоорганизованное существо. Мой вид произошел от ракообразных. Карцинизация является абсолютным чудом эволюции во вселенной.

Я остановился с наполовину расстегнутой курткой.

– Карци-что? – переспросил я.

– Карцинизация, – повторил пришелец наставительно. – Это эволюционный процесс. Вследствие него многие различные биологические виды пытались приобрести форму крабов, поскольку эта форма считается наиболее оптимальной для выживания.

– Замечательно, – я стянул куртку и повесил ее на железный крючок. – Просто потрясающе. Давай только лекцию про эволюцию крабов оставим на следующий раз. Сейчас голова другим забита.

Бу немного потоптался на месте, смирившись с моей научной дремучестью.

– Скажи лучше, у тебя появились какие-нибудь идеи по Разлому? – спросил я, разуваясь и ставя ботинки на резиновый коврик.

Картарианец издал звук, похожий на скрежет двух кирпичей.

– Никаких новых идей не появилось, – доложил он. – Входящих данных по-прежнему не хватает. Если бы я мог сформировать рабочую гипотезу, я бы немедленно сообщил. На сегодняшний день продвижений по этому вопросу нет. Увы. Если бы я имел возможность установить связь с исследовательским центром моего народа, процесс пошел бы значительно быстрее. Однако в текущих условиях мы вынуждены оперировать исключительно имеющимся набором фактов.

Я тяжело вздохнул. Ничего нового. Все та же безнадега пополам с неизвестностью. Чуда не случилось. Придется и дальше сидеть на пороховой бочке, отстреливая лезущую из тумана пакость. Однако, если учесть, что теперь у меня появился ряд высокопоставленных знакомых, у которых явно информации побольше в доступе, чем у меня, то, может, со временем и приоткроется тайна? Или, например, если мне удастся дать Бу доступ ко всем фактам и научным данным, то и у него процесс сдвинется с мертвой точки?

Было бы крайне неплохо.

На тумбочке у зеркала сидел Ночес. Кот уставился на меня желтыми глазами, лениво взмахнул кожистыми крыльями и мяукнул. Я подошел ближе, почесал его за ухом, погладил гладкую черную шерсть, на что загадочный питомец замурчал, подставляя голову под пальцы. Хоть кто-то в этом дурдоме оставался стабильным и предсказуемым.

Оставив животное в покое, я помыл руки и направился прямиком на кухню.

Однако, проходя по коридору, я решил проверить больного. Приоткрыв дверь спальни, я заглянул внутрь и приметил, что эльф крепко спит. Дышал контрабандист ровно, грудь поднималась ритмично, а смертельная бледность окончательно сошла на «нет», а на ее место вернулся здоровый цвет лица. Будить пациента я не стал, аккуратно прикрыл створку и пошел готовить ужин.

В желудке предательски урчало. Поездки на морозе и нервотрепка с начальством вымотали организм. Я достал из холодильника два куска свинины, разогрел чугунную сковороду, бросил на дно кусок сливочного масла. Мясо легло на раскаленный металл с приятным шипением, пуская по кухне одуряющий аромат.

Следом пошла картошка. Я нарезал клубни крупными дольками, кинул их в кипящее масло, присыпал солью и специями. Пока жарилось основное блюдо, я быстро нашинковал свежие овощи. Помидоры, огурцы, немного лука. Заправил все это дело подсолнечным маслом и добавил немного сухого чеснока вместе с укропом.

Ужин получился на славу. Я умял отбивные, сгрыз хрустящую картошку и вымакал остатки салата куском черного хлеба. Кровь отлила к желудку, а мышцы во всем теле окончательно расслабились.

Сытый человек – добрый человек. Эта истина работала безотказно во всех мирах.

Сложив грязную посуду в раковину, я вытер руки полотенцем и направился в игровую комнату, чтобы проверить почту.

Я уселся в скрипучее кресло, придвинулся к столу и поднял крышку ноутбука, быстро набрав привычную комбинацию пароля. Система пустила меня внутрь, после чего я клацнул на закрытый мессенджер, на иконке которого уже болталось уведомление о входящем сообщении.

Сова писал, что мне сказочно повезло с последними политическими решениями, поскольку империя официально подписала указ о гуманитарной помощи эльфийским резервациям. Логистические маршруты открылись, и в связи с этим следом за первым медицинским конвоем готовилась к отправке вторая колонна снабжения. Сова сообщал, что вместе с официальными грузами он сумел впихнуть в накладную три заказанные мной помпы для турелей. Вдобавок к механизмам он обещал прислать щедрый запас продовольствия, свежие мины для периметра и солидное количество патронов для стационарных пулеметов и моего личного автомата.

Новость оказалась исключительно хорошей. Я быстро набрал ответ, поблагодарив за помпы, и сразу перешел к насущной проблеме.

Пальцы застучали по клавиатуре, набирая текст о моей недавней встрече с контрабандистами. Я объяснил ему всю плачевность ситуации на сопредельной территории и передал просьбу местных жителей об экстренном увеличении поставок медикаментов.

Сова ответил практически моментально. Текст на экране гласил, что он не понимает смысла в дополнительной контрабанде при наличии целого имперского медицинского городка, развернутого прямо у границ поселения.

Пришлось растолковывать простую арифметику выживания. Я напечатал развернутый ответ, указывая на колоссальные масштабы поветрия. Зараза косила народ целыми ярусами, и пока врачи в палатках будут лечить первую партию счастливчиков, огромная очередь оставшихся на улице эльфов продолжит медленно умирать. Имперских ресурсов попросту не хватит на одновременный охват всех нуждающихся. Эльфам требовалась помощь прямо сейчас, в обход долгих официальных процедур и распределений.

Собеседник выдержал паузу. Спустя пару минут на экране появилась строчка, где СоВа обещал подумать над проблемой, добавив резонное замечание о необходимости солидного финансирования подобных операций.

Я усмехнулся и отстучал, что финансовый вопрос можно смело вычеркивать из списка проблем, поскольку заказчики гарантировали оплату в любом требуемом объеме.

Он принял информацию к сведению и пообещал дать окончательный ответ в течение суток, попутно пожаловавшись на ужесточение контроля. Перенаправить часть медицинского груза налево в условиях тотальных проверок становилось задачей крайне нетривиальной.

Я ответил, что прекрасно осознаю все риски, но попросил постараться изо всех сил. Идеальным вариантом стало бы прибытие лекарств вместе с моими долгожданными помпами.

Сова прислал короткое подтверждение и напоследок поинтересовался наличием других пожеланий. Я отписал, что на данный момент все в полном порядке, и закрыл программу связи.

Сидеть в кресле больше не хотелось. Я поднялся, разминая затекшую поясницу. Пройдя по узкому коридору, я шагнул в смотровую, намереваясь просто проверить обстановку снаружи перед сном. Обычная егерская привычка контролировать периметр работала на рефлексах.

Подойдя к узкому окну из бронированного стекла, я посмотрел на расчищенную площадку перед бункером. Из темноты леса прямо к бетонному крыльцу уверенно шагала Наира, что заставило меня слегка выгнуть брови от удивления. Эльфийка явно возвращалась с территории резерваций после нашего недавнего расставания в медицинском лагере.

Я развернулся и направился в тамбур, щелкнул замками и распахнул тяжелую металлическую створку навстречу морозному воздуху.

– Привет, – сказал я, опираясь плечом о косяк. – Что-то случилось?

Эльфийка остановилась у нижних ступенек. На ее лице играла легкая, совершенно расслабленная улыбка, которую я не видел очень давно.

– Раз уж теперь высокое начальство официально разрешило нам ходить куда вздумается и общаться открыто, я решила зайти в гости, – ответила Наира приятным голосом. – Мы очень давно не сидели просто так, не болтали и не проводили время вместе, не ожидая при этом внезапной проверки или нападения тварей.

И это было чистейшей правдой. Легализация наших контактов снимала огромный груз с плеч, позволяя больше не прятаться по углам.

– Заходи, конечно, – я отступил в сторону, пропуская гостью внутрь.

Наира поднялась по ступенькам, отряхнула сапоги от налипшего снега и шагнула в теплый тамбур. Она привычным движением сняла винтовку, повесив оружие на крючок, стянула теплую куртку и прошла на кухню. Я последовал за ней, прикрыв дверь.

– Ты голодная? – спросил я, указывая на плиту. – У меня там картошка жареная осталась и кусок свинины. Могу разогреть за пять минут.

Эльфийка присела на табурет и отрицательно покачала головой.

– Нет, спасибо, – она продолжала улыбаться, но отвела взгляд в сторону. – Побывала в резервациях, посмотрела на все происходящее своими глазами.

Наира сцепила пальцы в замок, глядя на деревянную столешницу, и тяжело вздохнула.

– Ситуация действительно остается крайне плохой, – продолжила дозорная тихим голосом. – Больных очень много. Я искренне надеюсь, что прибывшая имперская помощь хоть как-то повлияет на обстановку и улучшит положение моего народа. С того раза, как мы спасали патрульных, ничего не улучшилось, если не сказать что стало хуже.

Я присел напротив, скрестив руки на груди.

– Мы с тобой вдвоем никак не можем исправить текущее положение дел, – произнес я самым рассудительным тоном, стараясь поддержать коллегу. – Сделать лучше исключительно своими силами у нас не выйдет. Мы с тобой, к великому сожалению, не волшебники.

Наира подняла глаза и тихонько рассмеялась, откидывая светлую прядь за острое ухо.

– Ну, я-то уж точно не волшебница, – произнесла она с лукавой искоркой во взгляде. – А вот ты явно что-то этакое умеешь. Вон, с дикими животными разговариваешь совершенно свободно, команды им раздаешь.

Я махнул рукой, отметая сомнительный комплимент.

– Разговоры с медведем – это сущие мелочи, – ответил я, вспоминая недавние события. – Настоящая ерунда на фоне того, что умеет делать Виктор Андреевич.

Наира выпрямила спину, проявляя явный интерес к теме разговора.

– Да ну? Сущие мелочи? Это ж что он такое может сотворить, раз разговоры с иномирными существами и дикими зверьми – это мелочи? – спросила она.

Я положил локти на стол и принялся рассказывать. Утаивать чудеса столичного гостя не имело никакого смысла, и поэтому я поведал ей историю о том, как десница императора положил руки на голову зараженного шатуна и просто вытащил смертельный вирус из мозга животного. Рассказал про спасенного контрабандиста, который лежал в соседней комнате и дышал полной грудью вместо того, чтобы захлебываться собственной кровью.

Наира слушала меня с приоткрытым ртом. Для эльфийки, выросшей в мире, потерявшем магию десятилетия назад, подобные вещи звучали ожившей сказкой.

– Да что там медведь, – я отодвинул табурет и поднялся на ноги. – Хочешь фокус покажу?

Я задрал штанину казенных брюк до самого колена, демонстрируя девушке оголенную голень правой ноги.

– Егор, мужской стриптиз – это, конечно, мило с твоей стороны… – начала была она язвить, но я перебил остроухую.

– Внимательно смотри, – сказал я, поворачивая ногу так, чтобы падал свет от лампы.

Наира наклонилась вперед, внимательно разглядывая гладкую кожу и, видимо, вспомнив на какой ноге у меня была рана, начала осознавать, что я демонстрировал. Она насупилась, сведя брови к переносице.

Сейчас на ноге не имелось ни единого изъяна. Абсолютно чистая, ровная кожа, словно железо никогда не дробило кость.

– Виктор Андреевич просто приложил ладонь, – пояснил я, опуская штанину обратно. – Подержал несколько секунд, и все зажило. Ни одного шрама не осталось.

Эльфийка откинулась на спинку табурета, пораженно качая головой.

– Это просто невероятно, – прошептала она. – Я думала, такие силы только в древних легендах.

– Ему удалось впитать энергию на том месте, где У-ук перенес в неизвестном направлении конвой. Но в итоге всю силу пришлось потратить на Мишу и на больного эльфа, который чуть дуба не врезал.

Какое-то время помолчали.

– Слушай, ты шла ко мне провести приятно время, а мы все о дурном да о дурном. Пошли лучше поиграем, а?

– О! Пошли! – тут же оживилась она.

Мы уселись на диван в игровой перед экраном телевизора. Я включил приставку, передав один из контроллеров девушке, и запустил «Монстроборца». Потратив минут десять на объяснение базовых механик управления, я продемонстрировал ей процесс выслеживания огромного пиксельного чудовища. Наира втянулась моментально. Ее эльфийская реакция превосходно справлялась с цифровыми испытаниями, и вскоре мы азартно обсуждали тактику нападения на виртуального зверя.

Победив пару монстров, мы сменили игру на файтинг. Тут началось настоящее веселье.

– Не-е-е-е-ет, только не твой костлявый баламут, умоляю! – заныла она, забавно суча ножками и стуча по полу.

Я лишь мерзенько захихикал, не собираясь выбирать никого другого, кроме прекрасного скелета Оскара Рубио, что постоянно пьяно пошатывался, отхлебывал текилу из горла, которая насквозь протекала через горло по костям и лилась на землю.

К моменту, когда часы на стене показали поздний вечер, мы чувствовали себя абсолютно отдохнувшими. Гнетущая атмосфера эпидемии и постоянной опасности временно отступила, оставив место простой человеческой радости.

Наира отложила контроллер и потянулась, разведя руки в стороны, отчего футболка соблазнительно обтянула выпершую вперед грудь.

Как я не старался, а краем глаза все равно поглядывал.

– Пора возвращаться на пост, – сказала Наира, поднимаясь с дивана. – Было весело.

– Впервые за долгое время, – ответил я, поднимаясь следом.

Я проводил ее до тамбура и помог накинуть куртку, после чего открыл дверь, пропуская ее наружу.

Она подошла к гравиборду, который оставила еще на подъезде к площадке.

– Слушай, – внезапно сказала она.

– Да?

– А что эта… – она запнулась, а затем выдала, откровенно коверкая: – хаспажа Ларийель вертелась вокруг тебя?

То, как она исказила ее имя и слово «госпожа» откровенно намекало, что ее общество в моем окружении Наире явно не нравится. Но… почему? Ревнует чтоль? Так с чего бы?

– Попросила помочь поискать кое-какие травки-муравки и корешки.

– М-м-м… – протянула она. – Вдвоем?

– Ну… да?

– М-м-м-м… – снова протянула она. – Ясненько. Ладно, поехала я. До встречи.

И не дождавшись, пока я успею задать вопрос, эльфийка вжала педаль и рванула с места.

Я смотрел, как луч фары освещал дорогу, и как она неслась, выписывая крутые виражи.

– Я заметил изменение в тональности голосовых связок остроухой. Подобные ноты свидетельствуют о крайней степени возмущения и негодования.

Повернувшись, я увидел стоявшего в дверном проеме Бу.

– Женщины… – ответил я, пожав плечами.

– Самки… – согласился картарианец, пожав суставами.

Глава 11

Я постоял на крыльце провожая эльфийку взглядом.. Женские обиды – дело тонкое, с наскока в них не разберешься, а лезть с расспросами прямо сейчас означало нажить себе лишней головной боли. Закрыв за собой тяжелую створку, я провернул штурвал до упора и направился в игровую комнату. Экран телевизора все еще светился яркими красками, бросая блики на бетонные стены. Я нажал кнопку на приставке, погасил монитор, после чего в бункере стало тихо.

Пройдя в коридор, я услышал тихий скрип петель со стороны спальни. Бу отреагировал моментально. Картарианец перебрал суставами и бесшумно юркнул за угол, полностью скрывшись из виду. Правильно сделал, не хватало еще объяснять посторонним наличие разумных пришельцев на казенном объекте.

Из комнаты вышел эльф. Контрабандист ступал медленно, но держался прямо и за косяки не цеплялся. На нем по-прежнему была плотная повязка, скрывающая нижнюю половину лица, зато глаза смотрели совершенно ясно.

– Вы давно знакомы? – спросил гость прямо с порога.

Голос прозвучал чисто, без бульканья и свистящих хрипов в груди. Сталобыть, лечение Виктора Андреевича сработало безотказно.

– С пробуждением, – ответил я, скрестив руки на груди. – Как самочувствие?

Эльф остановился посреди коридора и прислушался к собственному организму. Он расправил плечи, сделал глубокий вдох и медленно выдохнул.

– Спасибо, – произнес остроухий с явным облегчением. – Намного лучше. Можно сказать, что я чувствую себя фактически здоровым. Дышать стало удивительно легко.

– Замечательно, рад это слышать, – кивнул я. – Что касается твоего вопроса, то знакомы мы в районе трех лет, если ты спрашиваешь про дозорную. С того самого момента, как я очутился на этом посту. А вот общаемся относительно недавно. Как пропал имперский конвой, так и начали.

Эльф смерил меня изучающим взглядом.

– Ты вообще в курсе, что она невеста лорда Даздраила? – уточнил он.

– Знаю, – ответил я спокойным тоном. – И я также прекрасно осведомлен о том, почему она находится здесь, а не сидит на верхних ветвях.

Гость скупо кивнул. Расспрашивать дальше про Наиру он не стал, видимо, сочтя мои ответы исчерпывающими.

– Наверное, я пойду, – сказал контрабандист, переступая с ноги на ногу. – Я безмерно благодарен тебе за помощь. За то, что ты для меня сделал и что не бросил замерзать в лесу. Поэтому не буду тебя больше смущать своим присутствием.

– Дело твое, – пожал я плечами. – К слову, я договорился со столицей о поставках. В ближайшее время попробую доставить груз с медикаментами, как вы и просили. Так что шанс продержаться у ваших есть.

– Это просто замечательная новость, – глаза эльфа радостно блеснули над краем маски. – Рад это слышать.

Я прошел в тамбур, снял с крючка его высохшую куртку и подал в руки. Контрабандист быстро накинул одежду, застегивая пуговицы.

– Проводить тебя до границы? – предложил я, вспомнив про рыскающих в округе бешеных зверей.

Сначала мелькнула мысль позвать Мишу для сопровождения, но я тут же одернул себя, поскольку Шатун ушел по своим медвежьим делам общаться с лесными собратьями, и дергать его сейчас было бы неправильно. Да и как его дернешь-то? Бежать с половником и стучать в кастрюлю, крича «Миша, Миша!»?

– Нет, не стоит, – отказался эльф, натягивая капюшон. – Я доберусь сам, дорогу знаю.

– Хорошо, – я подошел к двери и взялся за штурвал. – Тогда, когда доберешься до резервации, передай своему вельможе, с которым ты сюда приходил, что потребуются деньги для оплаты товара. Причем сумма может оказаться приличной. Столичные поставщики благотворительностью не занимаются.

Эльф утвердительно кивнул. Мы крепко пожали друг другу руки, после чего гость шагнул в морозную ночь и быстро растворился в темноте леса. Я закрыл створку, провернул замки и принялся за наведение порядка.

Больной пролежал в моей постели в сильнейшем жару, и оставлять все в таком виде категорически запрещалось банальными правилами гигиены. Я стащил влажные простыни, снял наволочку и сгреб в охапку тяжелое одеяло. Все это добро отправилось в пакеты для грязного белья, которые я передам на гравиход. Матрас я тщательно протер тряпкой, смоченной в медицинском спирте, чтобы убить любые возможные остатки заразы, а саму комнату оставил проветриваться, приоткрыв вентиляционную задвижку.

Закончив с уборкой, я застелил свежее белье, стянул пропахшую потом и лесом одежду и отправился в душ. Горячая вода приятно обжигала уставшие мышцы, смывая напряжение минувшего сумасшедшего дня. Добравшись до кровати, я рухнул на подушку и провалился в сон мгновенно, не успев даже толком закрыть глаза.