Текст книги "Лесной Дозор 5 (СИ)"

Автор книги: Сергей Карелин

Соавторы: Александр Вольт
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Мужчина посмотрел в коридор.

– Охрана останется здесь, – скомандовал он. – Я отдам приказ бойцам сидеть на месте, дабы не наводить по лесу лишнего шороха. Далеко нам ехать?

Я прикинул расстояние по памяти.

– Если у вас найдутся свои гравиборды, как в прошлый раз, то доберемся довольно быстро, – ответил я.

Я вышел в коридор и посмотрел на медведя.

– Миш, пошли.

Косолапый тяжело поднялся с пола, подошел ко мне и недовольно заворчал.

– Опять тудой-сюдой ходить? – пробасил шатун, клацнув зубами. – А жрати мы када будем?

Я хлопнул себя по лбу. За всей этой суетой с лечением и разговорами о природе магии я совершенно забыл покормить лесного друга, продержав его голодным с самого утра.

– Господа, одну минуту, – сказал я гостям. – Мне нужно покормить медведя.

Громов с Шаей переглянулись. Я прямо по глазам видел неозвученный вопрос: «покормить… медведя? Серьезно?»

Я метнулся к двери погреба, дернул ручку и спустился по деревянным ступенькам вниз, где схватил с полки две банки армейской тушенки и взлетел обратно. Вскрыв жестяные крышки, вывалил мясо в алюминиевый тазик и поставил посудину перед медвежьей мордой.

Миша накинулся на угощение моментально. Он громко чавкал, втягивал куски и довольно поплямкивал. Таз опустел в мгновение ока. Зверь вылизал дно, поднял голову и сыто облизнул брыли.

– Вота, – выдал он довольно. – Теперича можно и сходить к тому месту.

Я накинул куртку, подхватил автомат и вышел на мороз следом за гостями.

Бойцы у машин работали споро. Они быстро вытащили из багажника два армейских гравиборда, на которые встали Громов и Шаянин, и мы рванули вперед.

Холодный ветер бил в лицо. Миша бежал следом за нами, легко перемахивая через снежные надувы. Медведь поспевал за техникой играючи, а из его пасти доносилось непрерывное урчание.

– Ой, хорошо-то как, егерюшка, – басил шатун на бегу. – Ой, ты бы тольки знал, как оно замечательно без болезней себя ощущати.

Я смотрел на бегущего товарища и улыбался.

Громов поравнялся со мной на своей доске. Мужчина скосил взгляд на бегущего медведя и громко крикнул, перекрывая свист ветра.

– Что он там говорит?

Я на секунду оторопел.

Да нет. Ну не может же такого быть…

Проклятая паранойя, отстань от меня! Он ничего не знает!

– Понятия не имею! – крикнул я в ответ. – Но, судя по всему, он радуется и благодарит за то, что вы его вылечили!

Виктор Андреевич удовлетворенно кивнул и вернул внимание на дорогу.

Мы гнали по лесу, лавируя между стволами, пока не достигли цели. Старое место паломников возникло впереди. Я сбросил скорость и плавно опустил доску на снег перед каменными ступенями. Громов и Шаянин остановились рядом. Оставив транспорт у края поляны, мы втроем направились к темной воде бассейна.

Глава 8

Я повел плечами, разгоняя застоявшуюся от езды кровь, и зашагал к каменным ступеням.

Виктор Андреевич и Шаянин двинулись следом, с любопытством оглядываясь по сторонам. Мы подошли к древнему эльфийскому бассейну, и я указал рукой в перчатке на темную гладь.

– Вот, смотрите, – сказал я вслух, останавливаясь у каменного бортика. – Сами можете убедиться. Физика тут явно вышла покурить.

Как и все прошлые разы, вода в каменной чаше не замерзла и слегка парила на лютом морозе, перекатываясь от едва заметного внутреннего течения. По всем законам мироздания лесной водоем давно должен был превратиться в монолитный каток, который даже ломом пробить оказалось бы задачей не из легких. Но вода оставалась жидкой.

Потом я прошел на несколько шагов в сторону и указал на снег, где отпечатался след протектора.

– Вот отсюда он подошел, – пояснил я гостям. – Эльф в белой рясе, которого я обнаружил висящим на ветке дуба чуть поодаль в чаще. Отпечатки протектора его сапог сходятся с этими полностью. Судя по всему, он пришел сюда, мне кажется, что-то сделал с водой, – говорил я, избегая собственных знаний про колбу, которую мне рассказали звери, – и по непонятной причине отправился сводить счеты с жизнью.

– С чего вы решили, что это он? Может, просто совпадает следы подошв. Это не редкость, поскольку одинаковых типов подошв довольно много, – вмешалась госпожа альк’Шатир.

– Возможно, – согласился я, – только как иначе объяснить то, что следы здесь и у повесившегося эльфа совпадают?

– Взаимосвязь логична, – кивнула она, – но нужны детали. Виктор, что думаешь, смог бы взглянуть на его душу?

Виктор Андреевич пожал плечами.

– Если от души еще хоть что-то осталось, то, наверное, смог бы. Поговорим об этом, когда окажемся в Резервациях.

Громов подошел к самой воде и присел на корточки, затем стянул кожаную перчатку и поднес голую ладонь к парящей поверхности, не касаясь влаги. Лицо столичного гостя стало предельно сосредоточенным, а густые брови сошлись на переносице.

Шаянин тем временем пошла вдоль разрушенного бортика. Эльфийка ступала очень осторожно, разглядывая покрытые старым мхом плиты и выщербленные временем остатки колонн. Она провела пальцами по каменному барельефу, смахнув налипшую ледяную крошку.

– Я знаю это место, – произнесла госпожа альк’Шатир, обернувшись к мужу. – Оно действительно заброшено с незапамятных времен. В далеком детстве мне рассказывали про такие паломнические святилища. Считалось, что вода здесь обладает чудесными очищающими свойствами, и наши предки приходили сюда издалека залечивать недуги. Удивительно видеть его воочию спустя столько лет.

Я покивал, соглашаясь с услышанным. Место и впрямь выглядело так, словно сошло со страниц очень старой сказки. Только сказка эта нынче обернулась форменным кошмаром и рассадником смертельно опасной заразы.

Громов закрыл глаза. Я внимательно наблюдал за ним, ожидая повторения недавнего бункерного чуда с исцелением. Виктор Андреевич замер, и я догадался, что он вновь проводит манипуляции со своим зрением, благодаря чему видит мир иначе.

Спустя долгую пару минут Громов снова моргнул, тяжело поднялся на ноги, покачав седой головой. Лицо его приняло весьма расстроенное выражение.

– К сожалению, я ничем не могу тут помочь, – произнес он, пряча озябшие руки обратно в перчатки и затем в карманы куртки. – Мои возможности ограничены природой самой магии.

– В каком смысле? – искренне удивился я. – Вы же буквально только что в бункере за пять минут умирающего эльфа с того света вытащили.

Громов вздохнул, глядя на перекатывающуюся воду.

– Человек имеет душу, Егор Дмитриевич. Эльф имеет душу. Ваш лохматый друг имеет душу, – пояснил десница менторским тоном. – Моя сила работает с эфирными каналами живых существ. Я воздействую на психею, благодаря чему могу воздействовать на физическую форму. А вода мертва. У нее нет души, за которую я мог бы зацепиться и вытянуть патоген.

Выходило скверно. Моя надежда решить проблему леса одним махом рассыпалась прахом прямо на глазах.

Громов расстегнул куртку и вытащил из внутреннего кармана смартфон. Он обошел бассейн по широкому кругу, сделал несколько фотографий самой чаши, заснял след отравителя, после чего принялся быстро набирать текст на светящемся экране.

– Но как первичный источник заразы это место представляет колоссальный интерес для исследований, – добавил Виктор Андреевич, не отрываясь от телефона. – Я только что сбросил координаты и снимки в министерство и в канцелярию. Запросил срочную отправку инженерно-строительной группы.

– И что они тут сделают? – спросил я, переминаясь с ноги на ногу.

– Построят защитный саркофаг, – ответил маг, убирая аппарат. – Возведут бетонные стены вокруг бассейна и перекроют ручей прочной металлической сеткой на всем его протяжении, чтобы полностью ограничить доступ диких животных к отравленной воде.

Я почесал затылок под шапкой, прикидывая масштабы утопичной стройки. Вроде и звучало логично, а вроде…

– Виктор Андреевич, – сказал я ровным голосом. – Лес огромный, а ручей петляет и наверняка впадает в другие водоемы. Зверье пьет везде, где найдет прорубь или открытую воду. Это сто процентов не единственное место водопоя.

Громов посмотрел на меня очень внимательно.

– Вы знаете, где конкретно находятся другие зараженные источники?

Я отрицательно помотал головой.

– Понятия не имею. Я ведь не могу отследить каждую каплю на территории в десятки тысяч гектаров.

Десница императора поправил воротник и пожал плечами.

– Значит, на этом наши полномочия здесь заканчиваются. Будем работать с тем, что нам доподлинно известно, и локализовывать угрозу шаг за шагом.

[СИСТЕМНАЯ ПОДСКАЗКА: получено скрытое задание. Очистите источник. Дополнительное условие: найдите Кристалл.]

Я удивленно моргнул, перечитывая висящие в воздухе буквы.

«Слушай, электронная ты напасть», – мысленно обратился я к интерфейсу. – «Какой еще кристалл? Где я должен его искать в этих бесконечных сугробах? Пойди туда не знаю куда?»

Система выждала пару долгих секунд, видимо, наслаждаясь моим замешательством и ответила.

[СИСТЕМНАЯ ПОДСКАЗКА: ¯_(ツ)_/¯]

Ах ты ж язва электронная. Опять издевается. Как опыт зажимать или умничать не по делу, так она первая в очереди, а как дать толковое пояснение по важному заданию, так пожимает плечами, будто ее это вообще не касается. Я мысленно обматерил встроенного помощника и с раздражением смахнул окно в сторону. Придется выкручиваться самому, как и всегда. Начну со зверья, они свои владения знают лучше любой спутниковой карты. Авось чего и подскажут. А если туго будет, так отправлю их шерстить округу, тогда уж точно что-то найдем.

– Возвращаемся, – скомандовал Громов, направляясь к оставленному транспорту.

Мы встали на гравиборды и рванули обратно к моему посту. Миша бежал рядом с нами, легко перемахивая через глубокие сугробы, откровенно наслаждаясь вернувшимся здоровьем, радостно порыкивая на бегу и ловя пастью летящую снежную пыль.

Выскочив из чащи к бетону, мы плавно затормозили у крыльца бункера. Оставленная охрана моментально подобралась, завидев начальство, и бойцы взяли оружие наизготовку.

Громов отдал доску ближайшему солдату и повернулся ко мне.

– Егор Дмитриевич, вы едете с нами.

Я остановился на полпути к железной двери, удивленно глядя на десницу.

– Куда? – спросил я, перекинув автомат на другое плечо.

– В медицинский городок, – ответил Виктор Андреевич тоном, совершенно не терпящим возражений. – Имперский караван уже прибыл в резервации и начал масштабное развертывание полевых лабораторий. Ваше присутствие там окажется крайне полезным для понимания общей картины. Вы знаете местность, контактировали с больными и понимаете всю лесную специфику. Нам нужен опытный человек на месте.

Я бросил тоскливый взгляд на запертую створку бункера. Внутри отсыпался эльфийский контрабандист. Запас дров в печи позволял поддерживать тепло до глубокого вечера, а турели были заряжены свежими брикетами. А ведь мог бы сейчас завалиться в игровую, потыкать «Монстроборца»… интересный там, все-таки, оказался сюжетец!

Эх…

Но приказ есть приказ.

– На вашем транспорте? – уточнил я.

– Верно. Доску можете оставить дома.

– Добро, – согласился я, положив гравиборд у ступенек, после чего пошел к открытой дверце стоящего по центру колонны гравихода.

Мы загрузились в просторный салон черной бронированной машины. Миша тоскливо переступил лапами у крыльца, глядя на отъезжающую казенную технику.

– Миш, давай за нами, – крикнул я в приоткрытое окно. – Только поперек машины не кидайся.

Шатун радостно рявкнул и припустил тяжелой рысцой вслед за стартовавшей колонной. Гравиходы плавно набрали ход, выходя на тракт, что вел в объезд Разлома в сторону Резерваций.

Я сидел на кожаном сиденье и смотрел в тонированное окно. Темная стена леса проносилась мимо. Ехали мы довольно споро. Водитель уверенно вел тяжелый гравиход, который мягко проглатывал все неровности старого тракта, где, видимо, давным-давно ездила старая добрая колесно-гусеничная техника, оставившая рытвины. В салоне гудела мощная печка, чей горячий воздух обдувал замерзшие колени и приятно расслаблял мышцы. Я невольно стал клевать носом и бороться с навалившейся сонливостью.

Оно ж почти как в вагоне. Едешь, мерно укачивает, тепло… не хватало еще ритмичного «да-да да-да» колес о рельсы, и тогда бы точно отрубился.

Деревья расступились неожиданно. Машина вынырнула из чащи и пошла на плавное снижение. Турбины под днищем сбросили обороты с характерным свистящим звуком, и мы оказались на окраине эльфийских поселений. Раньше я здесь не бывал, но картина открылась поистине грандиозная. На недавно пустом клочке земли перед поселением вырос целый медицинский город.

Я насчитал около четырех десятков брезентовых палаток, но возможно, их было больше, и меж рядов суетилась целая толпа людей. Они таскали ящики с красными крестами, рабочие тянули по снегу толстые кабели, а техники устанавливали генераторы. Моторы тарахтели на разные голоса, перекрывая шум ветра. Густой запах дизельного выхлопа полностью перебил привычный аромат морозной хвои.

Вот оно как выходило… значит, генераторы никуда не делись, просто их предназначение отошло на другой план.

Ох и вой же эльфы могут поднять, когда попадут сюда и учуют, что чистый воздух загадили треклятые имперцы…

Однако странным мне показалось другое. Почти все люди на поляне носили защитные костюмы. Лица закрывали респираторы и прозрачные щитки. Имперские медики упаковались по высшему разряду, словно собирались нырять в чан с радиоактивными отходами, и выглядели они настоящими космонавтами посреди зимней тайги. Суета царила невообразимая.

Дверца салона отъехала в сторону, выпустив меня наружу. Громов вышел следом, запахивая полы куртки. Шаянин остановилась рядом с мужем, и мы зашагали к центру лагеря. Навстречу нам спешил суетливый человек в накинутом поверх комбинезона пальто. Мужчина размахивал руками и отдавал команды на ходу.

Виктор Андреевич шагнул навстречу и поднял ладонь в приветственном жесте.

– Валерий Геннадьевич, рад вас видеть, – произнес десница ровным голосом. – Разрешите представить. Это наш дозорный-егерь.

Громов повернулся ко мне.

– Егор Дмитриевич Багрицкий. Он занимается охраной Разлома и внимательно следит за местной фауной. Егерь отлично ориентируется в окружающей чащобе, и если вам понадобится помощь и сопровождение через эти территории, можете смело обращаться напрямую к нему.

Человек подскочил ко мне вплотную. Глаза у него лихорадочно бегали. Он схватил мою кисть и принялся трясти ее с невероятным энтузиазмом. Хватка оказалась на удивление цепкой для человека интеллигентной профессии.

– Здравствуйте! Здравствуйте! Очень рад с вами познакомиться! – затараторил медик высоким голосом. – Меня зовут Золотов Валерий Геннадьевич. Очень приятно познакомиться!

Я попытался вежливо кивнуть. Моя рука ходила вверх и вниз подобно рукоятке старой водокачки.

– Вы знаете, мы тут все просто на ушах стоим! – продолжал вещать Золотов, не прекращая активно трясти кисть. – Когда получили информацию про заражение! Про это ужасное поветрие! Мы очень сильно начали переживать!

Плечевой сустав начал предательски ныть от постоянной тряски. Я попытался аккуратно освободить кисть из захвата, но Золотов вцепился только крепче, тараторя с пулеметной скоростью.

– Как только узнали масштабы бедствия! – сыпал Валерий Геннадьевич. – Как только нам передали всю информацию! Нам дали вооруженное сопровождение! Мы сразу же собрались в рекордные сроки! Погрузили модули и рванули сюда спасать жизни! Столько работы! Столько ответственности! Голубчик, вы бы знали… вы бы знали, что это проблема беспрецедентного масштаба! И куда только начальство смотрит…

Я стоял и слушал этот нескончаемый словесный поток, ощущая, как правая рука продолжала летать туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда… Мужчина лет пятидесяти скакал передо мной мелким бесом, излучая гиперактивность. В прошлой жизни я встречал таких партийных начальников. Они любили создавать видимость бурной деятельности на пустом месте, и мне искренне хотелось верить, что лихорадочный блеск в глазах – это действительно приступ энтузиазма, желания искренне помочь, а не всего лишь попытка выслужиться перед начальством.

Громов наблюдал за происходящим пару долгих минут. Затем он шагнул ближе. Он положил ладонь на плечо начальника, и Золотов наконец-то выпустил мою затекшую руку и обернулся к деснице императора. Я поспешно спрятал саднящую кисть за спину, разминая ноющие пальцы.

– Спасибо большое за информацию, Валерий Геннадьевич, – произнес Виктор Андреевич спокойным тоном. – Мы еще к вам вернемся немного позже. Нужно будет провести брифинг для вашего командного состава.

Громов убрал руку с плеча медика и посмотрел в сторону леса.

– На данный момент координаты Разлома мы вам передали. Настоятельно рекомендую соблюдать предельную осторожность, и в случае звука сирены не приближайтесь к зоне стрельбы. Возможен прорыв агрессивных тварей. Об этом я еще раз расскажу на собрании.

Золотов торопливо закивал, поправляя съехавший набок шарф. Мы оставили суетливого начальника раздавать указания и двинулись дальше вдоль ровного ряда палаток. Пахло лекарствами и едкой хлоркой.

На пересечении двух утоптанных дорожек стояла знакомая стройная фигура.

Наира куталась в походную куртку, капюшон которой надежно скрывал пшеничные волосы. На плече эльфийки висела длинная винтовка, а сама она внимательно наблюдала за суетой имперских врачей. Завидев нашу скромную делегацию, девушка слегка выпрямила спину.

Я почувствовал, как к горлу подкатывает приступ смеха. Ситуация складывалась исключительно комичная. Мы с Наирой вместе отбивались от гигантской сколопендры, пили чай в бункерах, играли в приставку, нарушили ВСЕ ВОЗМОЖНЫЕ ЗАПРЕТЫ, и буквально прошлой ночью обсуждали проблемы эльфийского поселения у меня на кухне. А сейчас… сейчас нам, кажется, предстояло разыграть самый нелепый спектакль в жизни перед высшим руководством огромной империи.

Громов подошел к девушке и вежливо склонил голову. Шаянин поприветствовала соплеменницу легким кивком. Виктор Андреевич повернулся в мою сторону.

– Знакомьтесь, Егор Дмитриевич. Это ваша коллега.

Я нацепил на физиономию выражение абсолютного равнодушия. Мышцы лица напряглись от усилий. Наира посмотрела на меня пустым взглядом. Девушка совершенно не выражала никаких эмоций. Глаза эльфийки оставались безразличными. Если бы за актерское мастерство в нашей тайге выдавали казенные премии, мы бы точно забрали главный приз года.

– Она находилась на противоположной стороне от вас, – продолжил вещать Громов официальным тоном. – Наверное за три года одиночества у вас обоих неоднократно было желание нарушить молчанку и вступить в контакт. С тоски-то и с ума сойти можно, верно?

Десница императора посмотрел на нас по очереди. Мы с Наирой не шевелились.

– Так как империя разрешила полноценный гуманитарный конвой, вы вольны больше не скрываться друг от друга и вплотную контактировать. Если нужна будет помощь, то взаимодействуйте открыто. На сегодняшний день у нас имеется несколько крайне опасных проблем.

Громов заложил руки за спину.

– Активный Разлом никуда не делся. Бешеные животные бродят по округе. И не стоит забывать про поветрие в эльфийских резервациях. Поэтому взаимодействуйте напрямую и держите постоянную связь. Это очень важно для выживания эльфийского народа.

Я сделал шаг вперед. Вытянул правую руку в сторону дозорной.

– Рад знакомству, – произнес я самым сухим голосом, на который был способен. – Дозорный. Егор.

Наира протянула ладонь в ответ. Ее тонкие пальцы крепко сжали мою кисть. Тепло чужой кожи ощущалось даже сквозь морозный воздух. В уголках ее губ на долю секунды мелькнула предательская дрожь. Девушка изо всех сил сдерживала рвущуюся наружу улыбку.

– Да, – ответила она ледяным тоном, копируя мою интонацию. – Я тоже рада знакомству. Дозорная. Наира.

Мы постояли пару секунд, пожимая друг другу руки. Столичные гости наблюдали за процессом с видимым удовлетворением. Им наверняка казалось, что они присутствуют при историческом моменте налаживания связей между двумя изолированными постовыми. А я смотрел в зеленые глаза напротив и думал о том, как смешно выглядит вся эта государственная бюрократия на фоне наших общих секретов. Комедия положений разыгралась по полной программе.

Глава 9

– Познакомились, и славно, – Виктор Андреевич хлопнул в ладоши, прерывая нашу с Наирой игру в гляделки. – Теперь время делом заняться. Пойдемте в палатку, господа дозорные. Вам этот инструктаж послушать надо обязательно.

Мы двинулись следом за четой Громовых. Шли неспешно, давая возможность медикам закончить с установкой какого-то гудящего ящика у входа. Я шагал первым, а Миша топал по правую руку, мерно покачивая тяжелой головой.

Картина вышла та еще. Солдаты из охраны конвоя, стоявшие в оцеплении, при виде лохматого товарища едва ли не роняли автоматы. Я видел, как у одного молодого парня в сером камуфляже мелко задрожали колени, а палец на спусковой скобе дрогнул от напряжения.

– Спокойно, служивый, – буркнул я, проходя мимо. – Он сегодня уже пообедал как следует.

Миша в ответ лишь шумно сопел ноздрями, глядя на людей как на досадную помеху. Ему эти людские страхи были до лампочки, лишь бы за ухом чесали да вовремя кормили. Мы подошли к самому большому шатру в центре лагеря в виде армейской палатки из плотно прорезиненной ткани. Над входом висел фонарь, тускло освещавший утоптанный снег.

– Миш, подожди тут, – я указал рукой на место у входа. – И смотри мне, не пугай народ зря.

Медведь недовольно ворчал, но уселся, превратившись в мохнатый монумент. Охрана лагеря тут же образовала вокруг него пустое пространство радиусом метров в десять. Никто не горел желанием проверять, насколько крепко бдит полутонный шатун.

Внутри палатки пахло спиртом, свежераспакованной резиной и почему-то мятными леденцами. Пространство было разделено на зоны ширмами, но центр оставили свободным. Там стояли ряды складных стульев и небольшая кафедра. Вдоль стен тянулись столы, заставленные какими-то приборами с мигающими лампочками. Чистота стерильная, аж в глазах резало после лесной серости.

Я присел на крайний стул, чувствуя себя немного не в своей тарелке. Рядом устроилась Наира. Она сидела прямо, положив руки на колени, и рассматривала носки своих сапог. В шатер набилось человек пятнадцать. Большинство в белых халатах поверх комбинезонов с уставшими, но сереьзными лицами. Прибежал и суетливый мужичок Золотов. Он залез на стул в первом ряду и замер, вытянув шею.

Громов вышел к кафедре, не дожидаясь тишины, которая наступила сама собой, стоило ему просто положить папку на стол.

– Добрый день, господа, – начал Виктор Андреевич. Голос у него был ровный, и явно привыкший к докладам. – Рад видеть всех, кто прибыл с конвоем. Времени у нас мало, так что перейду сразу к сути.

Он открыл папку и, вытянув из внутреннего кармана пиджака очки, насадил их на нос. Я приготовился слушать.

– Мы столкнулись с проблемой, которая выходит за рамки обычного сезонного заболевания – эльфийский народ страдает от поветрия. Первичные заключения указывают на тяжелое воспаление легких, однако причина кроется глубже. Анализы воды, забранной из открытого источника в лесу, показали наличие патогена.

Громов сделал паузу, обводя аудиторию взглядом.

– Найден первоисточник, и им оказался заброшенный паломнический бассейн. В ближайшее время инженерные части приступят к строительству бетонного саркофага, чтобы полностью изолировать объект. В воде выявили заражение штаммом вируса бешенства, и вот тут, дамы и господа, начинаются странности.

Я подался вперед. Медицина для меня всегда была делом темным, но когда говорят про бешенство в моем лесу – это, как говорится, личное.

– Вирус, судя по всему, имеет лабораторное происхождение, поскольку штамм нацелен на ускорение инкубационного периода у диких животных. Болезнь развивается стремительно. Животное становится агрессивным и заразным буквально за считанные часы после попадания вируса в организм, что приводит к резкому росту летальности в лесной фауне.

Громов перелистнул страницу.

– В связи с этим охране отдан приказ: открывать огонь на поражение по всем существам с признаками заражения. Неважно, какая стадия. Лекарства для животных на данный момент, как бы это ни было прискорбно, у нас нет, и поэтому мы не можем рисковать безопасностью лагеря и дозорных постов.

Золотов в первом ряду часто закивал, что-то быстро записывая в блокноте. Наира рядом со мной едва заметно вздрогнула. Я понимал ее. Стрельба по своим же лесным обитателям вызывала крайне мало радостных эмоций. А точнее не вызывала вовсе.

– Теперь второй важный момент, – Громов повысил голос. – Зараженная вода из поверхностных источников попадает в подземные горизонты. Вероятно, именно так она оказывается в колодцах эльфийских резерваций. Мы проведем забор проб на месте, но предварительные выводы ученых уже есть. Данный штамм вируса, попадая в кровь человека или эльфа, не вызывает классического бешенства, – Громов снял очки и потер переносицу. – Попадая в организм, вирус подавляет иммунную систему.

Я вспомнил, как при драке с Когтерезом разодрал себе кулак и все опасался заражения. Но тогда я грешил на системный навык «Сила зверя», думал, он меня от заразы спас. Регенерация у меня теперь дай бог каждому, раны затягиваются как на собаке. А тут, выходит, дело не только в системе.

– У эльфов, людей и дварфов структура крови во многом схожа. Попадая в систему, зараза делает организм беззащитным перед любой инфекцией, и на этом фоне поветрие развивается с сумасшедшей скоростью. Обычная бактериальная микрофлора, которая в норме не доставляет проблем, вызывает двустороннюю пневмонию. Осложнения следуют за ней лавиной. Высокая температура, отек легких, бактериальный шок.

Медики в зале зашушукались. Кто-то согласно кивал, кто-то скептически качал головой. Я сидел и переваривал. Выходит, кто-то намеренно решил превратить эльфийский край в один большой лазарет, просто выключив у народа «внутреннюю стражу». Дело дрянь, иначе не скажешь.

– Заведующим медгородком и главным врачом назначается Валерий Геннадьевич Золотов, – Громов указал на суетливого мужичка. – Все административные вопросы – к нему. Также хочу представить нашего эксперта.

Из-за ширмы вышла женщина. На вид ей было лет тридцать пять. Темные волосы собраны в строгий хвост, взгляд спокойный, изучающий. В ней чувствовалась та же порода, что и в Наире, но лицо было чуть более… человеческим, что ли. Углы челюсти помягче, нос чуть шире. Громов не стал вдаваться в подробности ее происхождения.

– Госпожа Лариэль. Она эксперт в области местной медицины и фармакологии. Лариэль будет помогать в разработке поддерживающих составов и отваров, а также изучать возможности развития медицинских препаратов на основе местной флоры, поскольку знает ее как никто другой.

Громов перевел взгляд на нас с Наирой.

– Дозорные, обращаюсь к вам. Если госпоже Лариэль понадобится помощь в поиске специфических трав или редких кореньев – оказывайте полное содействие. Вы знаете тайгу, знаете, где что растет, так что сопровождайте ее и помогайте с образцами. И вообще помогайте медгородку всем чем сможете. Если нужно что-то отвезти, найти дорогу или усилить охрану периметра – действуйте сообща.

Я кивнул. Наира тоже коротко склонила голову.

– Однако, – Громов нахмурился, – не забывайте о своей основной службе. Разлом остается вашей главной задачей. Если начинается Прорыв – все силы бросайте на оборону. Медгородок оснащен своими скаутами, резервации пришлют помощь. Пост у Разлома должен стоять при любых обстоятельствах. Это приоритет номер один.

Он закрыл папку и аккуратно положил ее под мышку.

– На этом все. Прошу всех приступать к своим обязанностям. Работы много.

Люди начали подниматься со стульев, задвигались, заговорили вполголоса. Золотов тут же подскочил к Лариэль и начал ей что-то оживленно доказывать, размахивая руками.

Мы с Наирой вышли следом за Громовыми на свежий воздух. Миша тут же вскочил, отряхнув снег со шкуры, затем подошел ко мне и ткнулся носом в бок, требуя внимания.

– Ну что, Егор Дмитриевич, – Громов протянул мне руку. – Прощаться будем на время.

– Уезжаете уже? – я ответил на рукопожатие.

– Дела государственной важности ждать не будут, – Виктор Андреевич грустно улыбнулся. – Император ждет доклада. Но мы еще будем здесь появляться. Надо проконтролировать стройку на бассейне, наладить мониторинг воды в резервациях.

Шаянин подошла к Наире и что-то тихо сказала ей на эльфийском. Девушка ответила коротким кивком. Шая посмотрела на меня и слегка склонила голову.

– Берегите себя, дозорный. Лес сейчас стал опаснее, чем кажется.

– Буду стараться, – пообещал я.

Они сели в черный гравиход, захлопнув дверь. Машина поднялась в воздухе, развернулась и двинулась к имперскому тракту.

Я остался стоять на площадке лагеря вместе с Наирой. Миша сел у моих ног и зевнул, демонстрируя внушительные клыки проходящему мимо санитару, на что тот только активнее принялся перебирать ногами, убираясь подальше.

– Не было печали, – буркнул я, глядя на удаляющийся свет фар. – Так что, теперь по домам? – обратился я к эльфийке.

Наира поправила ремень винтовки на плече.

– Я пойду пока в Резервации, хочу узнать, как там дела. Может, что-то срочно нужно добыть.

– А Даздраил? – аккуратно уточнил я, понимая, что ее суженый может в любой момент воспользоваться суматохой.

– Леший с ним. Если объявится, сразу дерну в медгородок, и не достанет отсюда меня ни он, ни его прихвостни.

– Хорошо. Что ж… тогда до встречи?

– До встречи, – ответила Наира, после чего тепло улыбнулась мне и, развернувшись, зашагала в сторону города.

– Пошли, домой, Миш. Дел что-то навалило – разгребать замучаемся.

– Ну наконец-то до дому, – вздохнул косолапый. – Я уж думати начал, шо мы тута до ранней зари застрянем.

Я развернулся в сторону тракта, уже предвкушая прелестную дорогу пешком, поскольку гравиборд оставил у дома. Но, в принципе, как только скроемся с глаз, заскочу Мишане на спину и понесусь верхом с ветерком.

– Дозорный, подождите! – раздался звонкий женский голос за спиной.

Я остановился.

Обернулся через плечо, пытаясь рассмотреть кричавшего, и заметил, что Наира окрик тоже услышала.

Эльфийка притормозила на краю расчищенной площадки и повернула голову. Взгляд зеленых глаз скользнул мимо моей фигуры. Дозорная быстро оценила обстановку, выцепила взглядом идущую ко мне женщину в медицинской форме и потеряла интерес к происходящему. Убедившись, что обращались точно не к ней, Наира отвернулась и продолжила свой путь к поселениям.

Я остался стоять на месте. Ко мне торопливо шла женщина, которую Виктор Андреевич представил на брифинге госпожой Лариэль.