Текст книги "Все сначала! (СИ)"

Автор книги: Сергей Вишневский

Соавторы: Сириус Дрейк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Глава 14

Я посмотрел на бланк, потом на ручку, а затем на этого гребаного адвоката с его самодовольной рыжей мордой.

– Нет, – произнес я.

Хорошкин приподнял бровь.

– Нет?

– Нет.

Хорошкин расплылся в улыбке, глянул на подопечного, а затем снова на меня.

– Ты хорошо подумал? Точно понимаешь, что произойдет? – наклонился ко мне адвокат. – Закрытые камеры, постоянный контроль, антимагический ошейник на несколько лет. Ты сядешь, Хрусталев. Вместе с моим подопечным! Уж поверь, я знаю о чем говорю.

Я пожал плечами и откинулся на спинку стула.

– Вы говорили про тонущий корабль, да?

– Да, и что? – не понял он.

– Так я неплохо плаваю, – усмехнулся я. – Даже очень неплохо.

– Да ты НЕДО чемпион мира, я в курсе, – фыркнул Хорошкин. – Только тут не бассейн, малыш. Тут другие правила. Пора повзрослеть.

Я молчал. Просто смотрел на него и думал о том, как же мне хочется врезать этой наглой крысе, которая решила отмазать того, кто напал на меня.

– Зря, зря, зря… – покачал головой адвокат и убрал ручку обратно в карман. – Я предлагал тебе разойтись бортами, но раз уж ты встал в позу…

Он поднялся со стула, поправил галстук и глянул на часы.

– Что ж, мне пора. Всего доброго, ПОКА потерпевший Хрусталев. Увидимся в суде.

Парень в ошейнике нервно заерзал на стуле. Смотрел на меня с каким–то смешанным выражением лица. То ли жалость, то ли злость.

Я же смерил его презрительным взглядом.

Хорошкин уже направился к двери, когда та открылась и внутрь вошли Борис Павлович со Светланой Константиновной.

– Садитесь, – кивнул дознаватель.

Адвокат остановился, обернулся и скрестил руки на груди.

– Ну? – спросил он. – Какое решение?

Борис медленно обошел стол, сел на свое место и посмотрел на бумаги перед собой. Светлана села рядом с ним. На ее лице было странное выражение. Я бы даже сказал, что она сдерживала улыбку.

– Котиков остается под стражей, – произнес дознаватель. – Мера пресечения не меняется.

– А Хрусталев? – спросил Хорошкин.

– Свободен. – ответила Светлана.

Адвокат замер. Несколько секунд он просто стоял с легкой улыбкой, после чего спросил:

– Что, простите?

– Вы глухой? – спокойно спросила до. – Хрусталев свободен. Можете идти.

Последние слова она адресовала мне. Я медленно встал со стула, не до конца понимая, что происходит.

– Погодите, – встряхнул головой Хорошкин и упер руки в стол. Стараясь держать легкую улыбку, он с легкой хрипотцой, выдававшей раздражение и ярость, спросил: – Вы, опираясь на слова простолюдина, при наличии заявлений на Хрусталева, явной неоднозначности ситуации… Оставляете моего подопечного под стражей, а Хрусталев…

– Спокойно покидает наш департамент, – закончил за него Борис.

Хорошкин выпрямился, оглядел дознавателей и произнес:

– Видит бог, я хотел все решить мирно. Я не хотел прибегать к этому, но это уже ни в какие ворота, – маска улыбки спала с лица адвоката. – Я подниму на ноги всех. Вообще всех, до кого только смогу дотянуться. Вы еще пожалеете, что со мной связались.

– Связались? – усмехнулась Светлана. – Хорошкин, ваша слава бежит впереди вас. Мы прекрасно знаем, как вы… «закрываете» дела.

– Это не просто дело. Это нарушение всех основ процессуального характера. Хрусталев применил силу! – указал пальцем он на меня.

Борис Павлович откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.

– И вы сможете это доказать?

– А что тут доказывать⁈ Факты на лицо! – он все больше заводился. Он еще раз постучал пальцами по заявлениям, которые принес с собой.

– Хорошкин, вы вообще в курсе, что Хрусталев только три дня назад научился пользоваться основами магии? – спокойно спросила дознаватель.

Адвокат замер.

– Что?

– Три дня. У нас есть справка из отдела обучения в департаменте. Он прошел тесты, показал базовый телекинез, и все. Даже стихийные магии не освоил. О каких сложных техниках может идти речь?

– Но он же…

– Что он? – перебила Светлана Константиновна. – Ваш подопечный утверждает, что Хрусталев применил какую–то сложную технику? Уникальную? А Хрусталев при этом три дня как открыл дар?

– Это бред, – добавил Борис. – Полный бред. Все знают, что это физически невозможно. А значит ваш подопечный и его дружки просто наговаривают на Хрусталева. А это, между прочим, еще срок сверх того что уже есть. Лжесвидетельство.

Хорошкин побелел. Его руки задрожали. Он схватил портфель, прижал его к груди и зыркнул на меня взглядом, полным ненависти.

– Хорошо…. Оч–ч–чень хорошо! – процедил он сквозь зубы. – Я вас предупредил. Вы сделали свой выбор.

Он развернулся и рванул к двери. Дернул ручку, распахнул ее с таким грохотом, что я даже вздрогнул. И вылетел в коридор.

Затянулась тишина.

– Ну что ж, – произнес Борис Павлович. – Хрусталев, ты свободен. Можешь идти.

Я стоял и смотрел на них. В голове крутилась только одна мысль.

'Какого хрена только что произошло?"

– Я… Правда могу идти? – спросил я.

– Да, – кивнула Светлана Константиновна. – Иди уже.

Я кивнул, развернулся и направился к выходу. Рука уже легла на ручку двери, когда сзади раздался голос дознавателя.

– И постарайся больше не попадать в такие истории, Хрусталев. В следующий раз может не повезти.

– Постараюсь, – буркнул я и вышел в коридор.

За спиной хлопнула дверь. Я прошел несколько шагов и остановился. Прислонился к стене и выдохнул. Руки дрожали. Ноги как ватные.

«Блин… Я думал все…»

Из кабинета донеслись приглушенные голоса. Я прислушался.

– … не понимаю! – это был голос того парня в ошейнике, Котикова. – Он же применил ту технику! Я видел! Все видели!

– Заткнись, Котиков, – раздался голос Светланы. – Тебя никто не спрашивает.

– Но он же…

– Я сказала заткнуться!

Послышались звуки возни. Скрип стула. Грохот.

– Да как вы смеете⁈ Мой отец узнает! Он всех вас…

– Твой отец давно знает, – перебил Борис Павлович. – И знаешь что? Ему плевать. Так что заткнись и иди.

Дверь распахнулась. Котиков вылетел в коридор. Его подхватили двое охранников. Парень упирался, дергался, орал.

– Он применил ту технику! Мы все видели! Все стало черно–белым! Это была она! ТА САМАЯ УНИКАЛЬНАЯ ТЕХНИКА ДЛЯ МАГА!

Охранники тащили его дальше по коридору. Котиков продолжал орать, но его голос становился все тише и тише.

Я стоял у стены и смотрел им вслед. В голове крутилась только одна мысль.

«Та самая техника…»

Борис Павлович высунулся из кабинета, посмотрел на меня и кивнул в сторону выхода.

– Чего стоишь? Иди уже.

Я кивнул, развернулся и пошел к выходу. Ноги все еще тряслись. Но я шел. Просто шел и думал о том, что мне нереально повезло.

И о том, что эта «техника» еще аукнется мне. Обязательно аукнется.

* * *

В комнате допросов.

Буйный подозреваемый только что покинул комнату под руки охраны.

Борис прикрыл дверь, посмотрел на свою партнершу и молча сел на стул.

– Фух… – вздохнула Светлана, откинувшись на спинку и закинув ноги на стол, – это было забавно…

– Согласен, – Борис также откинулся на спинку и положил ноги на стол. – Видела как он сорвался? А говорят всегда улыбается… Пф–ф–ф–ф…

Оба дознавателя улыбнулись. В помещении повисла тишина, нарушаемая только легким дребезжанием единственной люминесцентной лампы.

Мужчина не спеша засунул руку во внутренний карман и достал оттуда небольшую серебряную фляжку.

– Свет, будешь?

– Борь, ты нормальный? На работе?

– А что? – пожал тот плечами. – Сегодня наш рабочий день закончился. Ты же сама слышала, что сказало начальство.

– Нда… Это и странно, – кивнула она. – Слышал, как начальник начал заикаться? С кем он говорил по телефону?

– Не знаю, – честно сказал Борис и сделал глоток, – Но почему–то после этого, он сказал, чтобы мы отпустили Хрусталева.

– На верху решили замять это дело, – кивнула Светлана.

– Ага… У этого паренька серьезные покровители, раз даже наш начальник пошел на это…

Светлана протянула руку и забрала фляжку.

– Ох и вою будет… – произнесла она и приложилась к горлышку.

* * *

Хрустальные люстры. Мраморный пол. Официанты в белых рубашках снуют между столиками. В углу зала трое музыкантов наигрывают что–то спокойное на скрипках и пианино.

Помещение огромное. Под потолок метров пять, не меньше. За столиками сидят люди в дорогих костюмах. Женщины в платьях. Украшения. Смех. Негромкие разговоры.

За одним из столиков у окна сидели четверо мужчин. Костюмы от хороших портных. Часы на руках стоят как квартира в центре. Перед ними тарелки с едой и бокалы с дорогим вином.

Константин Казанцев отрезал кусочек мяса, отправил в рот и кивнул собеседнику.

– … поэтому я считаю, что вложения в этот проект окупятся через два года максимум, – говорил мужчина напротив. Седой, с аккуратной бородкой. – Риски минимальные.

– А какие гарантии? – сухо спросил Казанцев.

– У меня есть договоренности с министерством. Все чисто.

Константин хотел что–то ответить, но краем глаза заметил движение у входа. Адвокат Хорошкин. Красное лицо. Взъерошенные волосы. Портфель в руке.

Он направился к столику, но тут же два охранника в черных костюмах преградили ему путь. Один положил руку на грудь мужчине. Второй что–то сказал.

Хорошкин замахал руками. Показал на Казанцева.

Константин поднял руку и обратился к мужчинам за столом.

– Простите, господа, – произнес он. – Мне нужно отлучиться на минуту.

– Конечно, – кивнул седой мужчина.

Казанцев встал, поправил пиджак и направился к адвокату. Охранники медленно расступились. Константин кивнул им и жестом показал Хорошкину следовать за собой.

Мужчины прошли мимо нескольких столиков, свернули в коридор и вышли на террасу.

Вечер. Город внизу. Огни. Машины ползут по дорогам как светящиеся жучки.

Константин прислонился к перилам и посмотрел на адвоката.

– Ну?

– Провал, – выдохнул Хорошкин. – Полный провал.

– С Котиковым?

– Да, он под следствием. Хрусталева отпустили.

Казанцев несколько секунд молчал. Смотрел на огни города. Затем повернулся к адвокату.

– Как так вышло?

– Кто–то сверху вмешался, – Хорошкин провел рукой по лицу. – Я не знаю кто. Но это точно кто–то с весом. Дознаватели вообще не стали слушать мои аргументы. Просто отрезали и все. У меня был полный расклад, если не отмазать, то хотя бы утопить этого Хрусталева, но они…

– Кто мог вмешаться?

– Не знаю. Честно. У меня нет информации.

Константин кивнул. Достал из кармана сигареты, закурил и выдохнул дым в сторону.

– И что теперь?

– Константин Владимирович, – Хорошкин шагнул ближе. – Мне нужны ваши связи. Без них я ничего не смогу сделать. Котиков сидит под следствием и если он начнет говорить лишнее…

– Что именно он может сказать? – спокойно спросил Казанцев.

– Он может сказать про вашего сына. Про то, что это была не просто случайная стычка.

– Эдик не имеет к этому отношения. – сухо произнес мужчина.

– Верю… в смысле знаю. Но Котиков может начать плести всякую ерунду. А дознаватели с радостью это подхватят. Если приказ пришел сверху, то… Вы же знаете, как это обычно делается?

Константин затянулся сигаретой. Смотрел на огни города. Молчал.

– Я разберусь, – наконец произнес он.

– Когда?

– Скоро. Дай мне пару дней.

– Константин Владимирович, там нет пары дней! Котиков уже завтра может…

– Я сказал, что разберусь, – повернулся к адвокату Казанцев. Голос спокойный. Ровный. Но в глазах было что–то такое, от чего Хорошкин сглотнул и кивнул.

– Хорошо. Извините.

– Свободен.

Адвокат кивнул, развернулся и быстрым шагом направился обратно в зал.

Казанцев остался стоять на террасе.

Докурил сигарету. Бросил окурок в пепельницу. Достал телефон и набрал номер.

– Да? – раздался голос в трубке.

– Это я. Нам нужно встретиться. Есть проблема.

– Какая?

– По телефону не скажу. Завтра, в обычном месте.

– Хорошо.

Константин сбросил вызов, убрал телефон и вернулся в зал.

* * *

Ольга хмуро глянула на Хрусталева, который шел с ней рядом по торговому центру.

– Что? – спросил парень, глянув на нее.

– Что ты тут вообще делаешь?

– Я присматривал кроссовки, – пожал плечами парень.

Девушка глянула на его ноги и удивленно приподняла бровь, обнаружив вполне приличного вида кроссовки дорогой марки.

– Это мне на сборах выдали, – признался парень. – Не то, чтобы у меня других не было, но…

Свиридова тяжело вздохнула и спросила:

– А за мной зачем увязался?

– Знаешь, никогда не любил ходить по магазинам и выбирать, – признался парень. – Не знаю как у вас, девушек, а мне прям тяжко. Вот и хожу поглядываю понемногу. А тут ты…

– Не важно кто, лишь бы не один? – усмехнулась она.

– Ну, почему сразу не важно кто? Я очень рад, что встретил именно тебя, – улыбнулся Иван. – Ну, и почему нельзя совместить приятное с полезным?

– Это ты сейчас на что намекаешь?

– На простую прогулку, – пожал плечами парень. – Я хожу по магазинам, и ты, судя по всему, тоже. Так почему бы и не составить друг другу компанию? Может, выпьем по чашечке кофе, и пойдем за покупками?

Девушка глубоко вздохнула, остановилась и глянула на парня. Затем, осмотрев этаж, она сдвинула брови и произнесла:

– Тут на четвертом этаже была кофейня, – произнесла она.

– Лаундж чего–то там? – спросил Иван.

– Оранж лаундж, – кивнула Ольга.

– Что же, – выпятил грудь парень и попытался изобразить максимально кислое лицо. – Уважаемая Ольга, позвольте угостить вас чашечкой кофе и составить вам компанию?

– Что у тебя с лицом, Хрусталев? – усмехнулась девушка.

– Как что? – удивленно глянул на нее Иван. – Я сколько раз бывал в том кафе, там только с такими лицами и сидят.

– Да, публика там такая, – вздохнула она. – Но кофе там просто волшебный!

– Ну. тогда пошли, – кивнул парень. – Только давай не будем делать пафосные лица?

– Идешь против традиций?

– Не, просто мне его держать долго трудно, – признался парень.

Парочка прошла к лифту, дождалась кабинки и, вместе с женщиной с коляской, вышли на четвертом.

– Ну, рассказывай, как у тебя успехи? – спросила Ольга, как только они подошли к кафе.

– Понемногу. Вроде бы с магией освоился, но правда так…

– Смог снова активировать ту свою способность?

– Нет, даже не пытался… – произнес Иван.

Парень старался держать лицо, но внутри подкрадывалось липкое ощущение беспомощности.

Нет, дело было не в его магическом даре, а в виде просторной кофейни, с диванчиками и изысканными дизайнерскими столиками. С приятным интимным освещением, что создавало у гостей ощущение псевдо приватности.

– Добрый день, – тут же из полумрака появилась девушка. – Вы заказывали?

– Добрый, нет. У вас найдется столик на двоих? Мы не на долго, – ответила Ольга.

– Да, конечно, – проводила их девушка и усадила недалеко от входа, за небольшой столик с двумя креслами. – Что–нибудь закажите или…

– Мне капучино и кусочек «Праги», если есть. – сказала Ольга.

– К сожалению 'Прага’уже закончилась.

– Тогда просто капучино, – кивнула она и глянула на Ивана.

– Мне эспрессо и стакан воды, – произнес парень и, поймав удивленный взгляд Свиридовой, пожал плечами. – На полумеры не размениваюсь!

Ольга хмыкнула и откинулась в кресле.

Пару минут парочка разглядывала друг друга, после чего Ольга наконец спросила:

– Иногда мне кажется, что ты жутко тупой, Хрусталев, – произнесла она и закинула ногу в обтягивающих джинсах, на ногу. – Иногда кажется, что тебе наглость на мозги давит. А порой… ты меня удивляешь.

– Я человек разносторонний, – хмыкнул Иван, немного помолчал и спросил: – А… почему тупой? Я вроде ничего такого…

В этот момент в зал вошла целая группа людей. Впереди широкоплечий мужчина, в строгом костюме, который еще сильнее подчеркивал его атлетическое телосложение. За ним сразу трое здоровяков, но в костюмах попроще.

Иван умолк, заметив делегацию. Ольга приподняла бровь и проследила за его взглядом.

– Знакомый?

– Не то, чтобы знакомый… – смутно произнес парень, проводив его взглядом. – На МаккОнела похож.

В подтверждении его слов, в зале стихли все разговоры и смех. Повисла тишина, в которой слышались едва различимые шепотки:

«Это он?».

«Точно тебе говорю – он!».

– На кого? – не поняла Ольга.

– На абсолютного чемпиона по боксу в трех категориях, – хмыкнул парень. – Знатную мясорубку он в финале устроил.

– В смысле… Бокс вроде бы в перчатках.

– Да, но при поставленном ударе, сделать фарш из лица соперника – это не проблема, – хмыкнул парень.

Компания же тем временем расположилась за пару столиков от них. К ним тут же подсел какой–то худощавый парень в очках.

– М–м–м–м… я и забыла. Ты же бывший спортсмен, – кивнула своим мыслям Свиридова. – Думаешь это он?

– Уверен в этом, – мотнул головой Иван.

Здоровяк же заметил их и пристально уставился на Ольгу. Несколько секунд он наблюдал, после чего сказал что–то худощавому пареньку и они поднялись.

– Помоему они идут сюда, – хмыкнула Ольга, заметив как напрягся Иван.

– Добрый день, – произнес худощавый и слегка поклонился Ольге. – Вы Свиридова Ольга, пятьдесят седьмой номер в рейтинге магов, я прав?

– Да, – кивнула девушка. – А вы…?

– Меня зовут Денис. Я переводчик мистера Колина МаккОнила, – указал он на широкоплечего здоровяка.

Тот склонился в поклоне, после чего что–то начал говорить переводчику на иностранном языке.

– Мистер МаккОнил, выражает глубокое уважение и просит вас об услуге, – на ходу начал переводить переводчик. – Он приехал в столицу, для выставочных боев и открытия школы бокса, и был бы крайне признателен, если бы вы присутствовали на этих мероприятиях в качестве приглашенной звезды.

– Я не сильно увлекаюсь боксом, – призналась Ольга. – Судить я не смогу, да и…

– МаккОнил, говорит, что вы будете почетным гостем. Исключительно для поднятия статуса мероприятия, – перевел Денис.

Ольга пару секунд раздумывала, а затем кивнула.

– Да, думаю это вполне возможно.

Услышав ответ от переводчика, боксер тут же расплылся в улыбке, наклонился к девушке и протянул руку ладонью вверх. Как только Свиридова положила на его лапу свою ладонь, тот поклонился и поцеловал ее.

– Thank you! Thank you so much!, – произнес он.

– You’re welcome!

Здоровяк глянул на Ивана, кивнув ему и направился обратно к своему столику.

– Это что сейчас было? – хмурясь спросил Хрусталев.

– Ничего. Просто попросили прийти на…

– Я не про это, – буркнул Иван. – Чего он тут раскланивался? Он чемпион мира и…

– А я пятьдесят седьмой одаренный человек в мире, – пожала плечами Свиридова.

К столику подошел официант. Поставив заказ на стол он удалился. Хрусталев же обернулся, глянул на чемпиона, затем на девушку и удивленно произнес:

– Это так работает?

– Это так работает, – кивнула Ольга. Она взяла кружку и пригубила нежную пенку. – А ты как думал?

* * *

– Хрусталев! – строго произнесла Свиридова.

– А? – тут же встрепенулся Иван.

– Я шла пить кофе с веселым, хоть и придурковатым парнем, – с нажимом произнесла она. – А сейчас я с молчаливым занудой. Что случилось? Это из–за этого боксера?

– Просто в голове не укладывается. Он же чемпион мира… – произнес парень, почесал голову и добавил: – Неужели между спортсменами и сотней настолько большая пропасть, что…

– Ваня, он профессионально бьет морду. Да, он возможно, лучший в мире, кто это делает. Однако мы, помимо того, что постоянно бьемся между собой, еще и участвуем в закрытии аномалий. Мы защищаем людей и при необходимости, в любой день, в любое время реагируем на всплески или проявление семян хаоса.

– Да, но…

– Это как сравнивать военного снайпера с наградами и чемпиона по стрельбе из лука, – покачала головой девушка. – Это совершенно разное. Нас объединяет только то, что у спортсменов и нас кольца. Все. Понятно?

– Понятно, – кивнул Хрусталев.

Парень несколько минут молчал, после чего выдал:

– Оль, а ведь любой может вызвать на бой сотый номер?

Девушка резко остановилась и удивленно уставилась на парня.

– Что?

– Я, говорю, сотый номер может вызвать любой, так? – спросил Иван. – Ну, в смысле, любой может вызвать и, если победит, получит кольцо сотого номера?

Девушка вздохнула, оглядела торговый центр и направилась к ближайшей скамейке.

– Ты немного не понимаешь ситуации. Вообще, даже сотый номер, хоть он и проклятый, это крайне опасный противник, – произнесла она когда оба сели.

– Причем тут это? Он же не бессмертный? – хмыкнул Хрусталев.

– Ваня, сотый номер – это худший из лучших, а ты… – тут она оглядела его с ног до головы и вздохнула. – Ты даже не худший из худших.

– В смысле?

– Ты вообще не имеешь права называться одаренным, – спокойно произнесла Свиридова. – Чтобы иметь право на вызов сотого номера тебе надо закончить начальный курс и сдать все экзамены. После этого ты будешь иметь право на статус одаренного. В университет без этого статуса даже документы не принимают.

– Так, но чисто гипотетически, – начал упрямиться Иван. – Если я завтра пойду сдам этот экзамен, то смогу вызвать сотого номера?

– Тебя убьют, – покачала головой Свиридова. – Не просто проиграешь, не покалечат, а просто зашибут силой.

– Намекаешь, что я слишком слаб?

– И слаб, и неопытен, и слишком наивен. Сотня такого не прощает, – отозвалась Ольга. – Это очень жесткое место, где за каждое место идет грызня.

– Я смогу, – сунув руки в карманы произнес парень. – У меня хорошая форма. У меня есть стихия…

– Которую ты сам не знаешь, – хмыкнула девушка.

Хрусталев поджал губы, хотел уже что–то ответить, но тут Ольга подняла руку.

– Я не люблю, когда гибнут молодые и неопытные, – произнесла она, глядя на него. – Поэтому сделаем так…

Тут Ольга встали и потянула Хрусталева к выходу.

– Мы сейчас пойдем во–о–он туда и ты попытаешься меня достать. Хотя бы вскользь, – Свиридова взглянула на парня. – Я пользоваться силой не буду. А ты… ты можешь использовать все, что есть.

Иван усмехнулся и кивнул.

Парочка вышла и направилась в сторону ближайшего переулка. Когда они оказались там, Ольга развернулась и кивнула Ивану. Тот без всякий расшаркиваний рванул в сторону, выбросил руку, но тут…

Силуэт Ольги размазался, под колено что–то ударило, а чья–то рука толкнула его в грудь, отправив в горизонтальное положение.

– Кхуг! – выдал парень со всей силы врезавшись спиной в потрескавшийся асфальт.

– Все? – спросила Ольга нависнув над ним.

– Нет! – рыкнул Иван поднялся и, слегка прикусив губу, начал себя эмоционально накручивать.

Секунда, пятая, минута, но способность, которую он тогда призвал так и не приходила. Иван пытался найти внутреннюю звезду, заставить ее крутиться, но…

– За это время тебя бы уже размазали по асфальту, – произнесла девушка, сложив руки на груди.

Скрипнули зубы парня, сжались кулаки и тут же в ушах Хрусталева все стало словно приглушенно. Цвета пропали и он, наконец, смог заставить работать свою силу.

Удерживая в легких воздух, он сделал шаг вперед, но Ольга не стала ждать, когда окажется в зоне действия странной силы. Девушка просто сделал шаг назад. Иван начал приближаться, но Ольга спокойно отступала. Когда Хрусталев рванул на нее со всей скорости, та просто сделала рывок в сторону и, прокатившись через плечо, встала за его спиной и начала так же отступать.

Попытки поймать Свиридову в свою зону продолжались еще с минуту, пока наконец Иван не рухнул на колени. Он побледнел, дыхание было тяжелым, с хрипами.

– Никакой тактики, никакой скорости, да и сила на уровне Омлетова.

– Кого… Кто такой…

– Мальчик с козявками, – отозвалась Свиридова. – У него огонь.

Хрусталев молча закивал головой.

– И вот с этим ты собрался идти на сотый номер? Я еще раз говорю: Хрусталев – тебя убьют!

Парень уселся на пятую точку и откинулся на руки.

– Оль, поможешь мне… Поможешь подтянуть силу, чтобы взять сотый номер?

Девушка задумчиво огляделся парня.

– Ты вообще понимаешь, сколько тебе придется трудиться, чтобы встать хотя бы рядом с сотым?

– Понимаю, – кивнул Иван. – Я знаю, что такое тренировки. Я знаю, что такое через нехочу и не могу… Я справлюсь!

Свиридова несколько секунд молча рассматривала парня. После этого она неуверенно кивнула.

– Допустим, я могу тебя подтянуть. Тебе нужно ОФП, и немного рукопашки. Однако, с магией я заниматься не буду просто так. Это будет уже частный урок, а стоит это… немало, – вильнула с ответом девушка. – Найди кого–нибудь попроще. Может быть не из сотни.

– А ты…

– Если я буду делать это дешево или вообще бесплатно, то на меня будут косо смотреть, – пожала плечами Ольга. – У нас в сотне не принято учить без платы. Хорошей платы.

– Я понял, – кивнул Иван и поднялся. – Физуха и рукопашка, так?

– Так, – кивнула Свиридова.

– Хорошо. С остальным я попробую решить сам, – кивнул парень.

* * *

Я вошел в квартиру и сразу почувствовал запах жареного. На кухне были слышны звуки посуды. Дед стоял у плиты и что–то помешивал на сковородке.

– Деда! – крикнул я.

– А, явился, – не оборачиваясь отозвался он. – Ну что, посадили?

– Отпустили.

– Молодец. Умный парень.

Я бросил рюкзак на диван и прошел на кухню. Дед все еще стоял у плиты. Седые волосы торчали во все стороны. Старый халат. Тапочки.

– Что готовишь?

– Картошку с луком. Голодный?

– Да.

– Сейчас будет готово. Садись.

Я сел за стол и достал телефон. Открыл файл, который скинула Ольга. План тренировок. Расписание. Упражнения. Куча текста.

Дед подошел к столу, поставил передо мной тарелку с картошкой и сел напротив.

– Ешь и рассказывай, чего так долго?

Я взял вилку, наколол кусок картошки и сунул в рот. Горячо, но вкусно.

– Слушай, деда, – произнес я с набитым ртом. – Тут такое дело. Меня будет тренировать Ольга.

– Ага, – кивнул дед и налил себе чай из чайника. – Вот и причина твоей задержки.

– Она мне план составила. Хочешь глянуть?

Я протянул ему телефон. Дед взял его, поднес близко к лицу и принялся водить пальцем по экрану. Читал. Молчал. Хмыкал иногда.

Я ел картошку и ждал.

– Нормально, – наконец произнес дед и вернул мне телефон. – Годится.

– Да?

– Да. Для базы сойдет.

Я кивнул и откинулся на спинку стула.

– Но, – добавил дед и прихлебнул чай из банки.

– Что но?

– Если ты действительно хочешь добиться отличной оценки на экзамене, нужен другой подход.

Я нахмурился.

– Про какой подход ты говоришь?

Дед поставил банку на стол, встал и подошел к окну. Посмотрел на кирпичную стену соседнего здания и завис.

– Деда?

– Придется много работать, – не оборачиваясь произнес он. – Очень много. И тебе это не понравится.

– А что мне должно понравиться?

– Ничего. Просто предупреждаю. – мне показалось, что он сдерживал злобную улыбку, поэтому и не поворачивался.

Я доел картошку, отложил вилку и посмотрел на деда.

– Я готов.

Он обернулся и посмотрел на меня. В его глазах что–то промелькнуло. Что–то странное.

– Точно?

– Да, точно! Деда, блин, я не понимаю, к чему эти намеки. Говори прямо.

Дед усмехнулся. Подошел к столу, взял мою тарелку и понес ее к раковине.

– Хорошо. Тогда погнали.

– Куда погнали? – возмутился я, – а картошка?

– В гараж! Покажу тебе кое–что.

Он вытер руки о полотенце, снял халат и накинул старую куртку, что висела на крючке у двери.

– Деда, сейчас почти полночь!

– И что? У тебя завтра выходной, разве нет?

Я открыл рот, хотел возразить, но понял, что он прав. Завтра суббота. Лекций нет.

– Ладно, – буркнул я и поднялся со стула. – Пошли.

Дед кивнул, взял ключи и направился к двери. Я схватил куртку и последовал за ним.

«Что он опять придумал…» – мелькнула мысль в голове.

Но я шел за дедом и думал о том, что если он говорит, что это поможет, значит поможет.

Вот только какой ценой?