Текст книги "Все сначала! (СИ)"

Автор книги: Сергей Вишневский

Соавторы: Сириус Дрейк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)

Глава 12

Несколько дней были спокойные. Дед не сходил с ума. Я медленно, но верно прогрессировал, так что мне эта новая жизнь начала даже нравится.

Я сидел в классе, смотрел в окно, любуясь летними деньками. В такие моменты меньше всего хотелось учиться.

Ольга что–то рассказывала про концентрацию и фокусировку энергии. Семилетки слушали вполуха, кто–то рисовал в тетрадке, кто–то пускал искорки между пальцами.

Но надо было взять себя в руки. Все же, я самый старший среди своих… одноклассников? Если их так можно называть…

Самолетик уже делать нельзя. Просто гонять листок по воздуху скучно. Надо что–то другое.

Я вспомнил, как в детстве дед научил меня оригами. Он тогда купил книжку с инструкциями. Я складывал журавликов, лодочки, всякую ерунду. Были среди них и сложные фигуры.

И розу я так и не научился делать. Слишком сложно было.

Сейчас у меня есть телекинез.

Интересно, получится ли?

Я закрыл глаза. Нашел звезду. Потянул нити силы к листку. Он поднялся в воздух и завис перед моим лицом.

Теперь надо вспомнить, как складывается роза.

Я открыл глаза и начал работать. Мысленно сгибал края листка, поворачивал его, складывал снова и снова. Помогал руками, повторяя движения в воздухе.

Голова гудела от напряжения. Пот выступил на лбу. Пальцы сами собой дергались, будто складывали что–то невидимое. В целом, все, как обычно.

Листок медленно превращался в цветок. Кривоватый, неровный, но узнаваемый.

Я выдохнул и потер глаза. Передо мной в воздухе висела бумажная роза.

Не идеальная. Лепестки немного съехали, основание кривое. Но это была роза.

Я усмехнулся.

Повернул голову и увидел, что Ольга смотрит на меня. Она стояла у доски, скрестив руки на груди. Голова наклонена набок, а на лице играла легкая улыбка.

Наши взгляды встретились.

Я моргнул. Она тоже. Идея пришла сама собой. Почему–то мне показалось, что это идеальный момент.

Я мысленно толкнул розу в ее сторону. Цветок медленно поплыл через класс, вращаясь в воздухе.

Семилетки заметили его сразу.

– О–о–о!

– Роза!

– Дядя Ваня учительнице розу дарит!

Класс взорвался хохотом. Дети повскакивали с мест, хлопали в ладоши, показывали пальцами.

Роза подплыла к Ольге и зависла перед ее лицом.

Девушка покраснела, но больше эмоций не показала.

– Жених и невеста! – заорал кто–то из детей.

– Тили–тили тесто! – подхватили остальные.

Ольга открыла рот, чтобы что–то сказать.

В этот момент перед ней раздался легкий хлопок. Моя роза разлетелась на искры.

БАБАХ!

Я дернулся в сторону.

Козявочник сидел с поднятым пальцем в виде пистолета, из которого валил дым. На его лице была широкая улыбка. Перед ним в воздухе медленно оседали обугленные остатки чего–то маленького.

Класс замолчал.

Козявочник–пиромант повернулся ко мне.

– Дядь Вань! – радостно сказал он. – Получилось! Я добавил воздух, и козявка как бабахнула! Спасибо за совет!

Я медленно посмотрел на него. Потом на Ольгу. Потом снова на козявочника.

– Рад за тебя, – выдавил я, понимая, что только что потерял самую удачную возможность.

– Это было супер! – продолжал он. – Я думал, она просто ярче загорится, а она как взорвалась! Бум! И все!

Ольга махнула ногой, убирая пепел с пола. Посмотрела на меня долгим взглядом. Потом на козявочника.

– Хорошо, – сказала она ровным голосом. – Очень хорошо. Теперь все открываем учебники на странице двадцать три и делаем упражнения. В полной тишине.

Класс притих. Семилетки послушно достали учебники.

Козявочник продолжал улыбаться, разглядывая свой палец.

Я тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула.

Зачем я вообще дал ему этот совет?

* * *

Казанцев стоял посреди холла и поглядывал по сторонам. В одной руке букет пышных красных роз, в другой дорогая коробка с отделкой под кожу крокодила.

Парень прикусил губу, глянул на табло, затем на часы, что висели над входом и вздохнул. Прошелся по холлу, снова вернулся к табло и глянул на список из сотни.

С минуту он молча стоял, а затем, услышав шаги на каблуках, повернул голову и подобрался.

Плечи расправил, втянул живот и направился к Ольге. На ней было скромное простое платьице и небольшие каблуки.

– Ольга! – подошел к ней Эдик и постарался обворожительно улыбнуться, что на его лице с квадратной челюстью, выглядело весьма комично.

– Что тебе, Казанцев, – не останавливаясь спросила девушка.

– Ольга, всего минутку вашего внимания, – произнес парень и преградил ей дорогу. – Я понимаю, что вы крайне занятая девушка, но…

Тут он вручил ей букет цветов.

– Может быть у вас найдется немного времени на меня? – спросил он и открыл коробочку. Внутри, на черной подложке лежало бриллиантовое колье. Золотая основа, камни что переливались в лучах, проникающих с улицы. – Я не прошу многого. Всего лишь ужин в приятной обстановке.

– Нет, – сухо произнесла Свиридова, перехватила букет и сунула парню подмышку. – У меня дела и тратить свое время на тебя я не намерена.

В этот момент, в холле показался Хрусталев. Иван, что–то тыкая в телефоне плелся к выходу, на ходу поправляя дешёвый рюкзак, который года три назад урвал на соревнованиях в поднебесной.

– Ольга, всего лишь ужин и клянусь, я лично отвезу вас куда скажете! – попытался взмолиться Эдик, но Свиридова слушать его не стала, направившись к выходу.

Казанцев растерянно проводил ее взглядом. Плечи опустились, выпал живот, натягивая рубашку.

Иван же оторвался от телефона, глянул на Ольгу в платье и туфельках и добавил шагу, нагнав девушку уже в дверях.

– Оль! Ты на автобус? На какую остановку? – спросил парень. – Можем пройтись вместе!

Ольга на это тихо рассмеялась.

И этот смех, словно рубильник прошелся по нервам Казанцева, заставив его лицо сменить выражение. Губы вытянулись в тонкую полоску, брови поползли к переносице, а в глазах мелькнул мелкий зловещий огонек.

– Хрусталев, я обеспеченная девушка, – произнесла Ольга, выходя из здания. – Я могу себе позволить содержать автомобиль.

– Это значит нет, да? – глянул на нее Иван.

– Это значит, что ты можешь проводить меня до парковки, – хмыкнула девушка.

– Ну, вот! – притворно вздохнул Иван. – Я–то думал провожу тебя до остановки, может быть нам даже в одну сторону. Тогда можно было бы тебя до дома проводить.

– Зачем? Считаешь, что проводив меня до дома можешь на что–то рассчитывать?

– С мужчиной – безопаснее! – изобразил удивление парень. – Ну, нет так нет, но даже так у меня будет побольше времени тобой полюбоваться.

Парочка подошла к повороту, на котором стоял указатель на парковку.

– На уроках не налюбовался? – удивилась Ольга.

– На уроках мы учимся. Я бы с удовольствием приходил на тебя посмотреть, но надо ведь еще и учиться, так?

Девушка хмыкнула и тут же нахмурилась. Подняв руку с ладонью вверх, она глянула на асфальт, на котором появились мелкие капли. Несмотря на просветы в облаках, с небо начал капать мелкий дождик.

– Ладно, я на остановку… – поджав губы произнес парень.

Свиридова вздохнула, заметив трагическую физиономию парня и достала из сумочки ключи от авто.

– Пошли, докину тебя до метро.

– Что, вот прям подвезешь? – тут же расплылся в улыбке Иван.

– Ну, вдруг ты сахарный и растаешь, – усмехнулась Ольга и направилась на парковку.

– Эй! Я не настолько беспомощный! – усмехнувшись произнес Хрусталев, поправил рюкзак и направился за девушкой.

* * *

Автомобиль остановился на остановке, у станции метро.

– Вы так великодушны, – глянул на Ольгу Иван. – Не дали растаять сахарному и…

– Хватит паясничать! – глянула на него Ольга и кивнула на дверь. – Иди давай! И я просто подвезла и все. Не фантазируй лишнего!

– Конечно ничего лишнего, – кивнул Иван, подмигнул и вышел из авто. – Спасибо большое!

Захлопнув дверь, он отошел на бордюр и проводил взглядом автомобиль, который встроился в поток и покатил по проспекту.

– М–м–м–мда, – произнес Хрусталев и, сунув руки в карманы двинулся в сторону метро с довольной ухмылкой на лице. Ни мелкие лужи, ни сам накрапывающий дождь не смогли испортить ему настроения.

Однако, стоило ему подойти ко входу в метро, как в кармане раздалась мелодия телефона.

Парень вытащил его, глянул на монитор и принял вызов.

– Привет, Марин! – произнес он. – Как ты? Случилось чего?

– Нет, позвонила узнать как у тебя дела? Разгреб свои завалы? – раздался женский голос в трубке.

– Ну, не то, чтобы прям разгреб, но стало немного полегче, – произнес Иван. – А что?

– Ничего. Просто хотела снова позвать тебя погулять, – произнесла девушка.

Иван тяжело вздохнул, почесал затылок, прикинул в голове планы и кивнул:

– Знаешь, а пошли! Погуляем, поболтаем, – произнес Хрусталев. – А то я только тренируюсь уже несколько дней.

– Тяжело? Как перед чемпионатом?

– Ну, нет… – усмехнулся Иван. – Спорт – это понятно. Это тренировки, это время, бассейн, зал, питание, а тут… Тут вообще ничего непонятно и никто за тобой не бегает.

– Тренера нет, да?

– Да и ощущение, что всем на тебя плевать, – грустно усмехнулся Ваня. – Давай встретимся, расскажу все!

– Хорошо! Может в кофейню или…

– Не, Марин. Я сейчас на мели, – произнес Хрусталев и сморщился вспомнив зловещий хохот деда, что палил его сбережения. – Давай просто погуляем, а?

– Хорошо. Давай в парке, на набережной?

– Давай, – кивнул парень. – К шести получится?

– Да, вполне, – отозвалась девушка.

– Давай тогда в шесть. В парке на набережной, у фонтана, – кивнул парень.

– Договорились!

* * *

– Так, понятное дело, что он не показывал этих своих штучек, – наклонился русый парнишка к столику. – Он же целитель! У него клиника, на Невском. А про то, что он анимальной метафизикой балуется вообще никто не знал.

– Это вы сейчас про поединок за девяносто второй номер? – пробасил здоровяк блондин, что сидел за столиком и потихоньку таскал фисташки из тарелки и запивал пивом.

– Ты не смотрел? – глянул на него русый. – Дим, ты чего?

– Батя в зал загнал, – пробасил здоровяк. – Не до этого было. Чего там было хоть?

– Короче, – потер руки парнишка и глянул на Казанцева, который без особого интереса слушал их разговор. – Девяносто второй номер. Претенденты – Клаус «Стальной» девяносто шестой и наш Шамиль Хисамутдинов. Шамиль целитель, не боевик. Но дар хороший, клиника своя. Только он на арену приперся не один, а с медведем. Там туша, на несколько тонн! Он размером с камаз, серьезно! Клыки стальные и когти красным металлом отдают. Зверюга! Бес!

– А Класу что?

– Как обычно! Двуруч свой достал, из под кожи металл полез, он на рыцаря похож стал. А как только отмашку дали – там такая мясорубка была – жесть! – парень всплеснул руками и принялся рассказывать: – Медведь его одной лапой – хрясь! Тот снарядом в стену впечатался. Я думал сейчас порвет его, а Клаус двуручником своим как давай махать! Кровища, шерсть с мясом во все стороны! Камеру раза три кровью заляпало!

– Коля, давай вот не тяни, – буркнул здоровяк и пальцами разломил фисташку. – Что в итоге?

– Ну, когда там от медведя один позвоночник остался, Клаус вроде как победу начал отмечать! Меч над головой, поднял, красовался, а потом просто на землю рухнул. И все.

– Блин, как все? Шамиль не признал поражения?

– Нет. Мне шепнули потом, что там… – тут николай нагнулся к столику и прошептал: – Говорят, Шамиль ему в кишечнике что–то натворил. Ну, электролиты и что–то там. В общем, типа проклятья целительского. Как же… Сдвиг пэ аш крови что–ли…

– И?

– Ну, Клаус в больничке, Шамиль девяносто шестой, – пожал плечами русый парнишка.

Четвертый приятель, рыжий худощавый паренек, сидевший рядом и молча попивавший пива хмыкнул, пригубил из кружки и глянул на Казанцева, что сидел все с тем же угрюмым выражением лица.

– Эдик, выкладывай! – произнес он и толкнул друга в плечо. – Что у тебя случилось? Опять Морозовы?

– Ниче у меня не случилось, – буркнул Казанцев. – Просто настроения нет.

– Может в караоке? – тут же спросил Николай. – Поорем в микрофон, душу отведем. Может девок каких подцепим, а?

– Горлопанить? Трезвым? – глянул на него Эдик.

– Ну, можно тогда в стрипуху, – подал голос здоровяк. – Подбухнуть, потискать, поглазеть…

– Не хочу, – еще сильнее помрачнел Эдик.

– Ну, тогда давай в гараж заскочим! Возьмем пару тачек, погоняем по городу. Можно номера скинуть и как тогда на красной площади боком круги нарезать! – подал идею русый.

Эдик тяжело вздохнул, а слово взял рыжий.

– Не мучайте его. Видите, случилось у него что–то, – произнес он. – А у нас какие корни проблем?

– Бабки? – подал голос Николай.

– Бабы, – с усмешкой произнес Дмитрий.

Рыжий глянул на Казанцева, снова слегка толкнул его в плечо и произнес:

– Выкладывай! Не держи в себе, это вредно.

Эдик глянул на него, взял полный бокал и осушил его почти на треть.

– Точно бабы, – хмыкнул здоровяк.

– Ля, Эдик, только не говори, что ты опять к Свиридовой… – начал было русый, но его тут же толкнул в бок здоровяк.

Повисла пауза, которую нарушил рыжий парнишка.

– Отшила?

– Да, я по людски. С цветами, колье вымутил с бриллиантами, а она… – тут он тяжело вздохнул. – А она с типчиком пошла.

– Ну бабками ее не удивить. пятьдесят седьмой номер явно при деньгах.

– Что за тип?

– Не знаю, – сморщился Казанцев. – Грязь какая–то простолюдинская. Я сейчас вспоминаю и… Да, точно он. Меня предки напрягли, Морозова младшего напрячь. Так, попугать. Он же и вмешался.

– Простолюдин? Он в сотне чтоли? Кто он такой? – начал заводиться Николай. – Страх потерял?

– Со свиным рылом, в калашный ряд, – пробасил здоровяк. – Кто он такой вообще?

– Не знаю, – отмахнулся Эдик и снова припал к кружке.

– Ну, так в чем проблема? – хмыкнул рыжий. – Что, в первый раз ухажеров отваживаешь? Ты знаешь кому звонить. К тому же, он реально берега попутал. Это дело аристократии. А он…

– Может тоже голубых кровей? – засомневался Дмитрий. – Надо провентилировать, чтобы не получилось как с Рубцовым.

– Димас дело говорит, – закивал русый. – Узнать точно, а потом можно и ноги поломать, чтобы не лез куда не просят.

Эдик поставил кружку, оглядел друзей, а затем кивнул. Рука достала из внутреннего кармана пиджака телефон, и он принялся копаться в контактах.

* * *

Мы с Мариной возвращались уже затемно. Фонари вдоль аллеи зажглись, бросая на асфальт желтоватые круги света. Мы шагали по этим островкам света, а вечерний летний ветер приятно обдувал нас прохладой. Марина шла рядом, засунув руки в карманы шорт, и рассказывала про очередную тренировку в бассейне.

– Помнишь, как Сергеич орал на всех, когда кто–то опаздывал хотя бы на минуту? – усмехнулась она. – А ты всегда приходил за пятнадцать минут до начала.

– Привычка, – пожал я плечами. – Лучше подождать, чем выслушивать его лекции о дисциплине. Он же любил за каждую лишнюю минуту давать отжимания… Один раз только опоздал на десять минут, и больше старался этого не делать.

– Ты вообще всегда был таким… правильным, – Марина покосилась на меня, и улыбнулась. – Никогда не срывался, не спорил.

– Просто не видел смысла. – пожал я плечами. – Тренер всегда прав. У нас с ним были одинаковые цели. Выиграть чемпионат.

– А мне тебя иногда не хватает, – она сказала это как–то слишком тихо, но я расслышал.

Я не знал, что ответить, поэтому промолчал. Марина вздохнула и отвернулась к окнам домов. Где–то еще горел свет, но жильцы уже готовились ко сну. Многим завтра на работу, в школу, в садик.

– Как у тебя с твоей магией? – спросила она.

– Так себе, но вроде бы что–то начало получаться, – ответил я, достал из кармана ключи от дома и заставил их подняться от руки. Не знаю почему, но хотелось немного показать себя.

– Ничего себе, – усмехнулась она. – А еще? Что–то можешь? Ну, там огонь, вода или как там вообще все это устроено?

– Не–а, больше не умею… пока, – произнес я и вздохнул. – Там вообще все странно. Я думал мне основы магии будут давать, а тут… Какая–то общепознавательная теория.

– А почему так?

– Не знаю… – не то, чтобы я об этом не задумывался, но мне как–то со всеми этими приключениями только сейчас удалось плотно заняться магией. – Может потому, что я в классе с восьмилетками? Для них такое рано.

– А ты бы какую стихию хотел? Ну, там огонь или ветер?

– Вода, наверное, – после нескольких секунд раздумий ответил я.

– Почему именно вода? Потому, что хорошо плаваешь? – глянула на меня Марина и слегка толкнула плечом.

– Просто с ней как–то привычнее, – признался я. – А так… даже не знаю. Многие, кто смогли дойти до прямого телекинеза силой так и остаются… Просто одаренными.

– Ты боишься! – расплылась в улыбке девушка.

– Ничего я не боюсь, – буркнул я, а внутри что–то шевельнулось.

– Точно тебе говорю, ты боишься остаться просто одаренным! – авторитетно заявила Марина. – Я же тебя как облупленного знаю!

– Да, не боюсь я этого, – отмахнулся я.

Однако червячок внутри шевельнулся. Не то, чтобы прям я боялся именно этого. Страх был, но это было… Это был страх остаться снова у разбитого корыта. Страх того, что все окажется пшиком, моей силы не хватит на проявление стихии и я просто так и буду одаренным. И вот, что было страшно, так это быть… обычным человеком?

Мы свернули в переулок. Короткий путь к общежитию, где жила Марина. Обычно здесь было пусто, но не сегодня. За нами увязалась компания. Трое парней, судя по голосам. Я услышал смешки и сальное бормотание. И они даже не скрывали своих намерений.

– Эй, красавица, куда торопишься? – крикнул кто–то из них.

Марина сжалась и подошла ближе. Я же не стал этого терпеть, остановился и обернулся. Трое мужиков, лет двадцати пяти. Один из них, коренастый, в кожаной куртке, ухмылялся во весь рот.

– Да ниче так телка у тебя, парень, – он кивнул в мою сторону. – Может, поделишься?

Я шагнул вперед, загораживая Марину.

– Я маг, – сказал им спокойно. – Если попытаетесь что–то сделать, будет только хуже.

Коренастый расхохотался. Из–за его спины вышел четвертый. Высокий, худой, с бледным лицом. Он улыбался.

– И что? – произнес он. – Я тоже.

Дальше болтать было бессмысленно. Драки уже не избежать. Так чего бежать? Справиться с тремя бедолагами будет не сильно сложно, но проблема как раз заключалась в этом коренастом бледном парне. Судя по тому, как он жонглировал огнем с зажигалки, магией владел он лучше меня.

Они начали заходить по обе стороны, оставив мага по центру.

– Лучше бы ты не геройствовал, парень, – ухмыльнулся самый низкий из них. Все дернулись одновременно.

Первый удар пришелся в челюсть. Я не успел среагировать. Коренастый врезал мне с размаху, и я отлетел в сторону. Марина вскрикнула от страха и неожиданности.

Я тяжело поднялся. Губа раскололась, во рту появился металлический привкус крови. Двое бросились ко мне, третий потянулся к Марине. Я рванул вперед, но коренастый парень перехватил меня, схватив за плечо.

– Куда собрался? – ухмыльнулся он.

Я дёрнул его телекинезом, резко, без подготовки, едва найдя нужную звезду внутри себя. Но все же, мне удалось его удивить. Парень отлетел метра на два и врезался спиной в стену. Второй замахнулся, но я успел уклониться и толкнул его силой и упал на асфальт.

Высокий маг стоял в стороне и смотрел с интересом. Потом поднял руку. Воздух вокруг меня взорвался огнем. Я инстинктивно отпрянул, но пламя обожгло рукав куртки. Запахло паленой тканью. Ну вот! Еще и одежду испортил!

Он был опытнее. Гораздо опытнее.

Коренастый снова полез в драку. Я отбил удар локтем, развернулся и толкнул его телекинезом в сторону. Но высокий уже готовил новое заклинание. Я почувствовал, как воздух вокруг сгущается и как будто становится холоднее.

Мгновение и ледяная игла пронеслась мимо моего уха врезавшись в кирпичную стену. Я попытался сконцентрироваться, но на меня набросились двое. Один схватил меня за руку, второй ударил в живот.

И тут же раздался крик Марины.

Я крутанулся на месте. Высокий маг держал её за запястье. На лице расплылась безумная улыбка маньяка. Марина пыталась вырваться, но он только сильнее сжал пальцы.

– То, что случится с этой девкой, будет на твоей совести, – сказал он спокойно и на кончике его пальца появилось синее пламя. Не как у моего козявочного соседа, а куда мощнее, как при сварке. – Не стоит лезть к девушкам, которые уже заняты.

Он усмехнулся, и до меня дошло о ком идет речь. Ольга. Это из–за неё.

Высокий поднял свободную руку. Огненный шар сформировался на кончике пальца из пламени, и начал быстро раскручиваться. Марина замерла.

Внутри меня что–то щелкнуло. Странно, но, как будто все звезды в моем «Галелее» слились воедино, образовав одно большое размытое пятно.

Мир вокруг потускнел. Краски исчезли, всё стало чёрно–белым. Звуки пропали. Я попытался вдохнуть, но воздух куда–то делся. Как будто я снова под водой или в вакууме. Хорошо, что перед этим я успел сделать вдох.

Покрутив головой, заметил вокруг себя, примерно метр в диаметре, какую–то едва заметную линию, отделяющую пространство, в котором я стоял, от внешнего мира.

Высокий замер. Его рука дрогнула. Огненный шар погас.

Я шагнул вперед.

От авторов: Дорогие друзья! Козявочник-пиромант благодарит вас за интерес к книге!