Текст книги "Анатомия архитектуры. Семь книг о логике, форме и смысле"

Автор книги: Сергей Кавтарадзе

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 30 страниц)

Иерусалимский храм

Казалось бы, придя наконец в Землю обетованную (то есть обещанную Богом), евреи сразу должны были построить настоящий, «стационарный» храм. Но нет: почему-то во всех религиях полноценные культовые здания, а не просто места для приношения жертвы и поклонения идолам возникают только там, где уже сформировалось государство. Может быть, причина просто в том, что строительство и содержание храма и штата жрецов при нем – дело дорогое, требующее сбора налогов специальными государственными людьми, мытарями. А возможно, потому, что глава настоящего государства в те времена сам становился фигурой сакральной, иногда даже богом, как в Древнем Египте и Древнем Риме, без его магического участия ни хлеб не родился, ни скот не множился, ни стихийные бедствия не укрощались. Именно такому руководителю и подобало строить храм. Так или иначе, а народ Израиля пережил еще целую эпоху Судей (то есть племенных вождей, имевших право вершить правосудие), а Ковчег Завета все покоился в Скинии, правда, как считается, регулярно обновляемой. И только с появлением настоящей царской и, следовательно, государственной власти встал вопрос о строительстве полноценного каменного храма. Впрочем, первому из еврейских царей, Саулу, было еще не до зодчества. Его, по свидетельству Библии, почти всецело поглотила ревность к воинской славе Давида; и, как победитель Голиафа ни демонстрировал свою лояльность, Саул никак не мог отказаться от идеи погубить воина-псалмопевца. Давид же, в свою очередь, оказавшись на троне, озаботился строительством, но Господь устами пророка запретил ему осуществление этого плана: слишком много войн приходилось вести выдающемуся воителю, что наверняка осквернило бы Храм. Однако именно Давиду было указано место его будущего расположения. По прямому повелению ангела царь выкупил площадку для будущего строительства у некоего иевусеянина Орны, умудрившегося устроить свое гумно на горе Мориа, в том самом месте, где когда-то пытался принести в жертву сына своего благочестивый Авраам. Кроме того, во главе пышной процессии, с песнями, плясками и великим весельем, Давид успел лично доставить Ковчег из города Гаваона в Иерусалим и начать заготовку строительных материалов, прежде всего кедровой и кипарисовой древесины, в чем ему очень помогла дружба с северным соседом – царем тирским Хирамом, обещавшим поставки ценных стволов в обмен на зерно. Но честь считаться строителем Первого храма досталась Соломону, сыну Давида.

И начал Соломон строить дом Господень в Иерусалиме, на горе Мориа, которая указана была Давиду, отцу его, на месте, которое приготовил Давид, на гумне Орны Иевусеянина.

2 Пар. 3: 1

Соломон сохранил добрые отношения с Тиром, и царь Хирам взялся помочь ему в богоугодном деле, причем не только материалами, но и квалифицированной рабочей силой: прислал умелых каменотесов и, главное, архитектора, тоже Хирама. Был ли он тезкой царя или однофамильцем, Библия умалчивает. Известно только, что он был сыном вдовы из рода Неффалимова.

И послал Хирам к Соломону сказать; я выслушал то, за чем ты посылал ко мне, и исполню все желание твое о деревах кедровых и деревах кипарисовых; рабы мои свезут их с Ливана к морю, и я плотами доставлю их морем к месту, которое ты назначишь мне, и там сложу их, и ты возьмешь; но и ты исполни мое желание, чтобы доставлять хлеб для моего дома.

3 Цар. 5: 8, 9

Строительство шло семь лет. Камни на площадку доставлялись уже обработанными, и на то была важная теологическая причина: еще Моисею запрещалось складывать жертвенник из обтесанных камней. Тогда считалось, что для святого дела не годятся материалы, оскверненные прикосновением железа. Видимо, строители Храма Соломона, понимая, что из бесформенного материала достойного здания им не построить, пытались обойти этот запрет, обрабатывая валуны вдали от места применения. Кроме того, такое решение сохраняло на стройплощадке благоговейную тишину.

Рис. 5.6. Франсуа Ватабль. Храм Соломона. Гравюра. 1546 г.[144]144
  Гравюра: FrancoisVatable
  Источник: Franciscus Vatablus. Biblia. His accesserunt schemata Tabernaculi Mosaici, [et] Templi Salomonis, quae praeeunte Francisco Vatablo Hebraicarum literarum Regio professore doctissimo, summa arte [et] fi de expressa sunt. Index rerum [et] sententiarum quae in iis continentur. Hebraea item, Chaldaea, Graeca [et] Latina nomina virorum, mulierum, populorum, idolorum, urbium, fl uviorum, montium caeterorumque locorum quae in ipsis Bibliis leguntur, restituta, cum Latina interpretatione, [et] ipsorum locorum descriptione ex Cosmographis. Paris: R. Estienne, 1546.
  Храм Соломона представлялся людям в XVI веке таким, как на гравюре Франсуа Ватабля. Правда, как мы увидим ниже, только тем, кто внимательно читал Библию. Иным же он виделся круглым в плане.


[Закрыть]

Как и Скиния, Храм в Священном Писании описывается очень подробно, и все же нам трудно представить себе, как он выглядел. Обычно, в реконструкциях, его изображают близким к вавилонской архитектуре, с характерными зубчатыми украшениями на фасаде, о которых упоминает и Библия. Впрочем, общая композиция Храма достаточно очевидна. В целом она, естественно, повторяла очертания Скинии: большой двор, а в нем – вытянутое в плане помещение, разделенное завесой на святилище и Святая святых. Ковчегу, как и раньше, предназначалось кубическое по форме пространство, куда лишь раз в год, в Йом-Киппур (Судный день, самый важный из иудейских праздников), мог входить первосвященник. Это помещение получило название «давир». В святилище вновь расположились светильник, жертвенник для воскурений и стол для хлебов предложения. Рядом с большим жертвенником, вместо сосуда для омовений, во дворе установили «море» – огромный чан с водой на 12 медных быках. В отличие от Скинии, у Храма появился притвор и вспомогательные помещения по бокам, стоящие рядом, но не соприкасающиеся со священными стенами храма. Отделка здания была очень богатой – снаружи мрамор, внутри кедровое и кипарисовое дерево, обшитое золотыми листами.

Храм, согласно Библии, начал строиться через 480 лет после бегства израильтян из египетского плена, на четвертом году царствования Соломона, и был закончен за семь лет. Скорее всего, до Рождества Христова оставалось еще 950 лет, хотя есть и иные подсчеты.

Как и положено, в ходе специального ритуала здание было помазано елеем и освящено. Торжественная процессия внесла в давир Ковчег Завета – как тогда казалось, навсегда. Божественное облако вновь, как когда-то в Скинии, наполнило святилище и Святая святых. Храм стал домом Бога, что неоднократно подтвердил и сам Господь, являясь Соломону. Таким образом, израильтяне обрели Храм, освященное место, где приносятся жертвы и молитвы Господу, – Его дом и дом Имени Его. При этом вратами небесными Храм Соломона, по-видимому, не считался. И вправду, зачем стремиться в небо, если сам Господь обещал «жить среди сынов Израилевых» (3 Цар. 6: 13)?

Казалось бы, что могло помешать зданию, которое Господь признал своим жилищем, сохраняться до скончания времен? Тем не менее Храм дважды был разрушен и после второго раза уже не восстанавливался. (К чести сынов Израилевых, обвиняют они в этом прежде всего себя и собственные грехи.) В первый раз, в 586 г. до н. э., Храм погубил царь Навуходоносор. Евреев вновь угнали в рабство, опять на чужбину, на этот раз в Вавилон. Именно там, как считается, и появились первые синагоги – не храмы, но места для молитвенных собраний. Впрочем, жить на чужбине в этот раз пришлось сравнительно недолго. На могущественную державу нашлась еще более сильная. Персидский царь Кир II Великий, основатель династии Ахеменидов, завоевал Вавилон, как и множество других государств, включая и земли Израиля. Это был настоящий строитель империи, не просто подчинявший себе многочисленные народы, но и устанавливавший разумный порядок. В том числе и в области божественного, ибо он методично возвращал народам их богов, водворяя соответствующие статуи и утварь в разоренные вавилонянами храмы. Евреям также было разрешено вернуться в свои земли и восстановить поруганную святыню. Кир даже выделил деньги на строительство и велел вернуть жрецам священную утварь, в том числе золотую, когда-то захваченную Навуходоносором. Очевидно, персидский монарх был заинтересован в дружеском расположении народа, живущего у границ с могущественным Египтом. Организация строительства была поручена пользовавшемуся доверием Кира Зоровавелю, потомку Давида. Правда, несмотря на происхождение, Зоровавель стал для евреев не царем, а скорее князем.

Так говорит Кир, царь Персидский: все царства земли дал мне Господь Бог небесный, и Он повелел мне построить Ему дом в Иерусалиме, что в Иудее. Кто есть из вас, из всего народа Его – да будет Бог его с ним – пусть он идет в Иерусалим, что в Иудее, и строит дом Господа, Бога Израилева, того Бога, Который в Иерусалиме.

Езд. 1: 2, 3

Кир не дожил до восстановления Храма. Израильтяне неосмотрительно отказались от помощи соседей-самаритян, также желавших принять участие в богоугодном деле. Самаритяне обиделись и занялись саботажем, что надолго затянуло строительство. В результате Второй храм был закончен только в 516 г. до н. э. Он получился гораздо скромнее Первого храма, средств на роскошную отделку не хватило. Кроме того, после разрушения Первого храма исчезла главная святыня – Ковчег со скрижалями Моисея. Впрочем, существует утешающая иудеев версия, согласно которой он навечно скрылся в недрах горы Мориа, где пребывает и поныне.

Много позже, примерно в 20 г. до н. э., иудейский царь Ирод Великий начал реконструкцию Храма. Она велась постепенно, службы и жертвоприношения не прерывались, и потому, хотя в результате миру явилось совершенно иное сооружение – покрытое мрамором, украшенное золотом и серебром, очень красивое (в Талмуде сказано, что тот, кто не видел его, никогда в жизни не видел красивого здания), – его продолжают называть Вторым храмом. Таким образом, говорят о Первом и Втором храмах, но в то же время исторически различают Храм Соломона, Храм Зоровавеля и Храм Ирода. Увы, и это сооружение в 70 г. после Рождества Христова было разрушено до основания, на этот раз по повелению римского императора Тита, боровшегося с очередным иудейским восстанием.

Утратив Храм Ирода, иудеи остались без храма вообще. С их точки зрения, дом Бога может быть только один и место ему в центре Иерусалима, на горе Мориа. Синагога, конечно, сакральное здание, также подражающее устройству Скинии, но храмом считаться не может. Скорее, это место для молитвенных собраний. В принципе, синагогой можно сделать любое помещение. Для этого у стены, обращенной к Иерусалиму, нужно расположить специальный шкаф, хранящий свитки Торы (первые пять книг Библии) и символически замещающий Ковчег Завета. Шкаф называется Арон-кодеш. Подобно Кодеш кодашим (Святая святых) Скинии и Храма, он отгораживается специальной завесой – парохетом. Еще желательно иметь возвышение, с которого будет читаться Тора. На этом сходство с храмом заканчивается: в синагоге не приносятся жертвы, это не врата небесные и не дом Божий, хотя, конечно, на все Его воля: захочет – будет присутствовать.

Рис. 5.7. Кристиан ван Адрихем. Второй храм. Фрагмент плана Иерусалима. Гравюра. 1584 г.[145]145
  Гравюра с подкраской: Christiaan van Adrichem
  Источник: Adrichem Christiaan van. Ierusalem, et suburbia eius, sicut tempore Christi fl oruit cum locus, in quibus Christi passus est: quae religiose à Christianis obseruata, etiã nũ Venerationi habentur. Descripta per Christianum Adrichom Delphum. Köln: In offi cina Birckmannica, 1590.


[Закрыть]

В этом плане христиане надежно обезопасили себя от угрозы утратить храм. Для большинства из них – и православных, и католиков, и представителей многих других Церквей (скажем, Армянской апостольской церкви) – храмом является любое освященное сооружение, в котором есть алтарь, престол и где, следовательно, возможно таинство евхаристии – бескровной жертвы с пресуществлением хлеба и вина в Тело и Кровь Христовы. И деревенская церквушка, и огромный столичный собор с равным правом именуются домом Божиим, а во время службы являют собой и врата небесные. У католиков есть самый главный храм – собор Святого Петра в Риме. То же можно сказать и о патриарших соборах в православии. Однако их утрата не оставила бы народы без храма вообще. Правда, среди христиан есть протестанты, не признающие таинств и, следовательно, идеи храма в принципе. И хотя их культовые сооружения внешне часто похожи на традиционные церкви, в действительности это просто дома для молитвенных собраний.

Если отдельную церковь сравнить со свечой, то все храмовое пространство христиан можно представить себе в виде поля, усеянного разновеликими зажженными свечами, ни одна из которых не горит ярче другой. Совсем не так обстояло дело в иудаизме, но почти на том же стоит храмовая теология мусульман.

Ш. М. Шукуров. Образ храма. М.: Прогресс-Традиция, 2002. С. 41.

Рис. 5.8. Мечеть Укба. Современный вид. Кайруан, Тунис[146]146
  Фотография: weetoon66
  Источник: http://www.flickr.com/photos/33176558@N00/5509026248 (последнее обращение 27 марта 2015).
  © 2010 weetoon66 /flickr/ CC BY-SA 2.0/ Desaturated from original
  Мечеть Укба (Великая мечеть Кайруана) основана в 670 г. Здание в его нынешнем виде построено при эмире Абу Ибрагим Ахмаде в 863 г.


[Закрыть]

Что касается мусульман, то может показаться, что мечеть в чем-то более родственна синагоге, чем христианской церкви, и храмом в полном смысле не является. На внешний взгляд это, прежде всего, место общей молитвы (слово «масджид» – «мечеть» по-арабски – дословно означает «место земных поклонов»). Домом Бога мечеть определенно быть не может. Сложнее с функцией врат небесных. Как и все синагоги, все мечети мира ориентированы на единственное, самое священное место на земле. Для иудеев это скала Мориа в Иерусалиме, где когда-то возвышался Храм, а для мусульман – Заповедная мечеть в Мекке, чей двор заключает черный куб Каабы. В какой стороне находится Мекка, в мечети указывает стена киблы со специальной нишей – михрабом. Такая ниша, безусловно, символические врата в Иной мир; были даже михрабы, на стенах которых изображалась приоткрытая дверь. Божественный свет незримо изливается оттуда на всякого приносящего жертву словом молитвы.

Однако на самом деле мечеть не является храмом прежде всего потому, что она – лишь его часть. С точки зрения мусульманина, весь мир может сделаться храмом. Центр его и Святая святых – Кааба, естественно.

Рис. 5.9. Михраб мечети Омейядов. 706–715 гг. Современный вид. Дамаск, Сирия[147]147
  Фотография: Bernard Gagnon
  © 2006 Bernard Gagnon / Wikimedia Commons / CC BY-SA 3.0/
  Источник: http://commons.wikimedia.org/wiki/File: Mihrab,_Umayyad_Mosque.jpg (последнее обращение 27 марта 2015).


[Закрыть]

Сама по себе форма ниши с ее сводом, подобным небесному своду, и ее пятой, аналогичной земле, превращает нишу в нерушимый символ «пещеры мира». А эта пещера – место явления ‹…› Божества, будь то эпизод внешнего мира в целом или мира внутреннего, священной пещеры сердца. Все восточные традиции признают важность этого, и апсида римских базилик – всего лишь ее мирская версия, с императором, поставленным на место божества.

Титус Буркхардт. Искусство ислама. Язык и значение / пер. с англ. Н. П. Локман. Таганрог: Ирби, 2009. С. 95.

Всякая обращенная к ней мечеть, где бы она ни находилась, есть фрагмент общей всемирной «композиции», образующей единое храмовое пространство. Более того, и место, где мечети нет, также легко превращается в незримый зал сакрального здания Храма-Вселенной. Во власти любого правоверного мусульманина превратить в мечеть хоть весь мир. Для этого достаточно простого приспособления – молитвенного коврика: в урочное время намаза он становится замкнутой ритуальной ячейкой, отгороженной от внешнего мира. На него «входят» – встают правой ногой, а сходят левой. При этом расположение коврика (а он, как и мечети, всегда обращен к Мекке; есть даже коврики со встроенными компасами, хотя удобней был бы ГЛОНАСС или GPS) придает ориентацию и всему окружающему пространству.

(Вся) земля была сделана для меня местом совершения молитв и средством очищения.

Изречение пророка Мухаммада (хадис), по «Сахиху» ал-Бухари

Таким образом, и христиане, и мусульмане создали себе равноценные замены Первому храму, возведенному по велению самого Господа на горе Мориа в Иерусалиме. Впрочем, в какой-то мере тот Храм сохранился и для евреев, поскольку никогда не исчезал из их памяти. Рассеянные по всему миру или собирающиеся у Стены Плача (единственной реально сохранившейся части Храма), – неустанно оплакивая утрату, они поддерживают его виртуальное существование. Вероятно, в их мечтах и молитвах он предстает еще более величественным и совершенным, чем был когда-то в материале. Может быть, в этом и есть высшая мудрость и тайное объяснение того, почему было допущено его разрушение: остался бы Храм в глазах иудеев столь же прекрасным, если бы и сегодня стоял в центре столицы современного государства, а люди в странных одеждах с золотыми табличками на груди целыми днями жгли на огромном мангале туши быков, козлов и баранов?

О почитателях храма Соломона

Однако иудеи не единственные, кто остался верен Храму на скале Мориа, пусть разрушенному, но сохранившемуся в умах и сердцах. Когда в 1119 г. из Франции в захваченный крестоносцами Иерусалим прибыл очередной отряд доблестных рыцарей, часть из них король нового христианского государства поселил в своем дворце на Храмовой горе, то есть все там же – на скале Мориа. Связанные родственными узами, эти воины, опекаемые знаменитым аббатом Бернаром Клервоским (святым Бернаром), решили создать особое братство – орден, совмещавший принципы как рыцарского, так и монашеского служения. Главной целью новой организации должна была стать защита паломников, во множестве стекавшихся на отвоеванную у мусульман Святую землю. Дороги тех лет кишели разбойниками, и сопровождение караванов профессионально обученными, защищенными прочными доспехами и славными своим бесстрашием рыцарями, пусть поначалу их отряд насчитывал всего несколько человек, было делом не лишним. Как полагалось в то время, прежде чем приступить к совершению подвигов, рыцари выбрали себе объект возвышенного служения. Но не Прекрасную Даму и даже не Деву Марию. Они решили назваться рыцарями Храма – тамплиерами.

Рис. 5.10. «Два рыцаря на одном коне». Печать ордена тамплиеров. Гравюра. 1891 г.[148]148
  Рисунок: Herbert Railton
  Источник: Loftie W.J. The Inns of Court and Chancery. London: Seeley and Co., Ltd., 1908. P. 1.
  Официальная печать ордена тамплиеров, существовавшая до 1146 г. Латинская надпись на ней гласит: «Печать воинов Христа». Изображены два всадника на одном коне – то ли бедняки, у каждого из которых есть деньги только на пол-лошади, то ли пропагандируют сами знаете что…


[Закрыть]

Дело, бесспорно, благородное, однако есть нюанс. Большинство христиан стремились в Иерусалим, чтобы защитить от мусульман храм Гроба Господня, возведенный над местом казни и погребения Иисуса Христа. Тамплиеры же посвятили свой орден Храму Соломона, близ которого разместилась их штаб-квартира, то есть святыне Ветхого, а не Нового Завета. Сейчас уже трудно судить, повлияло ли это обстоятельство на необычную и в конце концов трагическую судьбу ордена и его членов, но есть версия, будто бы тамплиеры, в отличие от других христиан, нашли общий язык с местными евреями-каббалистами и те передали им некоторые секреты: во-первых, как выжить в пустыне (пить кипяченую воду и обрабатывать раны изобретением арабских алхимиков – аль-кахлем, то есть алкоголем); и, во-вторых, как зарабатывать деньги (например, организацией системы международных финансовых переводов, когда большие суммы не нужно брать с собой в опасное путешествие, а достаточно обменять их у тамплиеров на «дорожные чеки» и просто получить ту же сумму у рыцарей ордена в другом городе). Отчасти благодаря умению оказывать такого рода – банковские – услуги, отчасти вследствие многочисленных пожертвований, в считаные годы нищенствующий орден храмовников превратился в фантастически богатую организацию. Не прекратилось процветание ордена и после поражения христиан на Святой земле. Сеть принадлежащих тамплиерам замков и храмов раскинулась по всей Европе, и в них продолжались таинственные обряды, возможно не вполне христианские, ведь они родились в служении ветхозаветному храму.

В 1307 г. французский король Филипп IV Красивый дал приказ арестовать всех членов ордена. Считается, что двигало им не столько благочестие и стремление соблюсти чистоту христианской веры, сколько желание присвоить несметные богатства этих рыцарей. В пятницу, 13 октября, была проведена грандиозная полицейская операция, в результате которой множество тамплиеров были арестованы и подверглись страшным пыткам. Они покаялись в ужасных вещах: в богохульстве, в плевках на распятие, в поклонении голове какого-то Бафомета (это сейчас в Интернете легко найти картинки с перевернутой пятиконечной звездой и вписанной в нее козлиной головой, а тогда слово-то было, а что оно значит, адепты эзотерических бизнесов еще не придумали), в том, что ритуально целовали новичков в пупок и в копчик или заставляли целовать себя… К сожалению, факт применения жестоких пыток лишает нас возможности судить о правдивости этих признаний. Так или иначе, после проведения многочисленных судебных процессов большинство членов ордена, включая его главу великого магистра Жака де Моле, были казнены, а сам орден прекратил свое существование, по крайней мере легальное.

Рис. 5.11. Церковь Храма. XII век. Лондон, Великобритания. Гравюра. 1891 г.[149]149
  Рисунок: Herbert Railton
  Источник: Loftie W. J. The Inns of Court and Chancery. London: Seeley and Co., Ltd., 1908. Фронтиспис.
  Церковь Храма, освященная в 1185 г. патриархом Иерусалимским Гераклиусом и хранящая впечатляющие надгробия самых отважных рыцарей ордена храмовников, – большой подарок для сочинителей мистических и исторических детективов, таких, например, как Дэн Браун, автор «Кода да Винчи». Храм был построен английскими тамплиерами на территории комплекса, в который входили также жилые помещения и залы для военных упражнений. Поначалу возвели круглую часть, затем прибавили вытянутую. Получившийся план напоминает храм Вознесения Господня в Иерусалиме с утраченной ныне базиликой Константина. Впрочем, при желании в круглом здании можно увидеть и отражение образа Храма Соломона. Церковь восстанавливалась дважды: архитектором Кристофером Реном после Большого лондонского пожара (1666) и еще раз в XX веке, после нацистских бомбардировок. На рисунке показано, как церковь Храма выглядела в 1891 г., до того, как пострадала во время Второй мировой войны.


[Закрыть]

Рис. 5.12. Казнь тамплиеров – Великого мастера Жака де Моле и Жоффруа де Шарне. Книжная миниатюра. XIV век. Британская библиотека, Лондон. Объект хранения: Royal 20 C VII f. 48[150]150
  Книжная миниатюра: Virgil Master и его мастерская
  Источник: http://www.bl.uk/catalogues/illuminatedmanuscripts/record.asp?MSID=8466 (последнее обращение 5 апреля 2015).
  © http://www.bl.uk/catalogues/illuminatedmanuscripts/reuse.asp -CC0 1.0 Universal (CC0 1.0) Public Domain Dedication
  История ордена тамплиеров закончилась трагически. Великого мастера Жака де Моле и его сподвижника Жоффруа де Шарне по приговору суда сожгли в Париже, на острове Сите, недалеко от собора Парижской Богоматери. Казнили и многих рядовых членов ордена. В манускрипте «Французские хроники Сен-Дени» («Chroniques de France ou de St Denis»), или «Большие французские хроники» («Grandes Chroniques de France»), где собраны записи монастырских и придворных летописцев с 1270 по 1380 г., эти события не только описаны, но и зарисованы.


[Закрыть]

Тамплиеры не оставили после себя какого-либо специального архитектурного наследия, скажем «тамплиерского стиля», хотя, как считается, они во многом способствовали развитию готики, щедро финансируя строительство грандиозных соборов. Вместе с тем храмовники пронесли через века и передали духовным наследникам виртуальный образ главного храма – Храма Соломона. Эстафета была подхвачена спустя примерно три века таинственным обществом, чье существование и сегодня не дает покоя всем, кто верит в могущество и всесилие тайных заговоров. Речь, конечно, идет о вольных каменщиках – масонах, построивших на архитектурных образах свою философию и свои ритуалы. Трудно сказать, каково было бы отношение самих тамплиеров к масонам, которые объявили себя продолжателями традиций храмовников, как в области следования рыцарственным идеалам, так и в служении Храму Соломона, точнее, в стремлении воссоздать его духовно. Что касается права на наследование идеологии тамплиеров, то оно, вероятно, было передано через тайные рыцарские общества Шотландии. Зато формы организации заимствованы у гильдий средневековых строителей. Настоящие масоны – это и есть каменщики (maçon – «каменщик» по-французски), то есть люди, способные обтесать природные валуны, придать им правильную форму, а затем сложить из обработанных с лазерной точностью камней величественный собор безупречной геометрии. А масонские ложи – это (в прошлом) строительные «бытовки», где вольнонаемные труженики из разных городов собирались после работы, чтобы пообщаться и обсудить последние новости. Такие масоны – обычные строители – называются оперативными, чтобы не путать их со спекулятивными, теми, кем уже несколько веков пугают доверчивого обывателя.

Сложно сказать, были ли масоны когда-либо способны организовать эффективный заговор, в чем их традиционно подозревают уже несколько столетий. На внешний взгляд их организация больше похожа на социальную сеть в эпоху отсутствия Интернета, своего рода проводник прогрессивных идей и идеалов. Такая сеть может способствовать организации людей тогда, когда бурные политические события уже на зрели. Однако трудно представить, чтобы братья могли заставить историю развиваться вопреки объективным законам общественного развития, по планам, заранее намеченным в недрах разрозненных масонских лож.

Рис. 5.13. Первый президент Соединенных Штатов Америки Джордж Вашингтон в ритуальном облачении вольного каменщика. Литография. Ок. 1866 г. Библиотека Конгресса США, Вашингтон[151]151
  Литография: Strobridge & Gerlach lithographers
  Источник: http://loc.gov/pictures/resource/pga.02796/ (последнее обращение 27 марта 2015).
  Да, это правда – президентами Соединенных Штатов Америки действительно часто становились масоны. На портрете хорошо видны символические атрибуты вольных каменщиков: мастерок, запон (фартук), столбы Храма Соломона, шахматный пол.


[Закрыть]

Главным героем масонских ритуалов стал их коллега-архитектор, тот самый библейский Хирам, сын вдовы из рода Неффалимова, строитель Храма Соломона. В развитие библейского сюжета в масонской среде появилась легенда о подлом убийстве зодчего то ли подмастерьями, то ли менее квалифицированными рабочими. Согласно этой легенде, завистники подстерегли его прямо во дворе строящегося здания и потребовали открыть какой-то секрет (скорее всего технологический, но, может быть, и просто пароль, позволявший в день зарплаты получить сумму, предназначенную работникам более высокого разряда). Хирам отказался выдать тайну, потому его и убили, используя валявшиеся здесь же инструменты каменщиков – уровень, линейку и молоток. Легенда даже придумала злодеям имена: один из вариантов – Джубела, Джубело и Джубелум. Ритуалы масонов символически повторяют это трагическое событие, как и последовавшие за ним, согласно продолжению той же истории, поиски тела, обретение его под акацией (ставшей у масонов символом вечной жизни), непростое извлечение уже разложившихся останков и их перезахоронение с почестями. Как известно, масоны пользуются и другой тематической атрибутикой – кожаными фартуками (запонами), белыми перчатками, а их эмблематика включает те самые инструменты, которыми убили несчастного сына вдовы.

Рис. 5.14. Чертеж Иерусалимского храма, выполненный сэром Исааком Ньютоном. 1728 г.[152]152
  Рисунок: Sir Isaac Newton
  Источник: Newton I. The Chronology of Ancient Kingdoms, Amended: To which is Prefix’d, a Short Chronicle from the First Memory of Things in Europe, to the Conquest of Persia by Alexander the Great. London: Printed for J. Tonson, J. Osborn, T. Longman, 1728. Pl. II. P. 346.
  Исаак Ньютон, по-видимому, тоже был членом ложи. По крайней мере, несмотря на совершенные им величайшие открытия, он считал, что собственной мудрости ему недостаточно, и пытался найти зашифрованные тайны мироздания в планах Иерусалимского храма.


[Закрыть]

Помимо орудий своего труда, ставших орудиями убийства, Хирам оставил масонам и другие символические предметы, которые, в отличие от предыдущих, упоминаются в Библии. При строительстве мастер украсил вход в Храм двумя бронзовыми колоннами – 35 локтей в высоту (локоть в Библии: 45–55 см), с капителями в 5 локтей. Далее, с точки зрения современного архитектора, он поступил достаточно странно, а именно дал колоннам имена. Правая была наречена Йахим, что означает «да утвердит Он», а левая – Боаз («в Нем Сила»). Говоря простыми словами, речь идет о долговечности и прочности сооружения, гарантированных самим Господом. Обычай не привился, и большинство несущих конструкций в мировой архитектуре до сих пор безымянны. Однако поименованные опоры Храма Соломона навеки утвердились в символическом арсенале вольных каменщиков. Среди тайных масонских знаков два столба, наряду с циркулем, угольником и молотком, встречаются очень часто.

Рис. 5.15. Карлскирхе. Архитектор Иоганн Бернхард Фишер фон Эрлах. 1716–1737 гг. Вена, Австрия[153]153
  Фотография: Francis Frith. Вторая половина XIX века
  Источник: https://commons.wikimedia.org/wiki/File: Frith,_Francis_(1822–1898)_-_n._2330_-_The_Karl%27s_Church_-_Vienna.jpg (последнее обращение 27 марта 2015).
  Уже знакомые нам столбы Храма Соломона сразу наводят на мысль о масонах.


[Закрыть]

Рис. 5.16. Вид Биржи со стороны Большой Невы в Санкт-Петербурге. Архитектор Тома де Томон. 1810 г. Гравюра с раскраской И. В. Ческого по рисунку М. И. Шотошникова[154]154
  Гравюра: И. В. Ческий
  Источник: http://commons.wikimedia.org/wiki/File: Sthotoshnikov,_Chesky_-_View_of_Bourse_from_Bolshaya_Neva_1810s.jpg (последнее обращение 27 марта 2015).
  Приехавший в Санкт-Петербург шотландский архитектор Тома де Томон, в общем-то, и не скрывал принадлежность к ложе. Ростральные ко лонны – это колонны, украшенные носами кораблей (rostrum – «нос корабля» на латыни).


[Закрыть]

Естественно, каждый каменщик должен что-нибудь строить, и масоны тоже считают себя не чуждыми искусству зодчих и заняты символическим возведением Храма Соломона. Каждый новый член ложи рассматривается ими как необработанный камень. Цель пребывания в рядах организации – нравственное самосовершенствование. С восхождением на более высокий «градус» брат признается все более «обтесанным» и, следовательно, достойным занять место в умозрительной кладке.

Так или иначе, но и перед реальной архитектурой у масонов есть определенные заслуги, хотя, как и всем создателям вселенских проектов, им редко удавалось построить что-либо достойное в материале. Вообще, стоит отметить, что перегруженные многозначительной символикой произведения, создававшиеся именно как масонские, обычно довольно безвкусны и с эстетической точки зрения заметно уступают творениям главного идейного оппонента – Церкви. История, впрочем, знает несколько выдающихся архитекторов-масонов, например англичанина Кристофера Рена, француза Этьена-Луи Булле и русского Василия Баженова, но их постройки хороши именно тогда, когда ничем не отличаются от сооружений современников не братьев.

Рис. 5.17. Дом Пашкова в Москве. Архитектор В. Баженов. 1784–1786 гг.[155]155
  Фотография. Конец ХIX века
  Источник: http://loc.gov/pictures/resource/ppmsc.03852/ (последнее обращение 27 марта 2015).
  Абсолютной уверенности в том, что авторство дома Пашкова принадлежит Василию Баженову, до сих пор нет. Зато принадлежность архитектора к масонской ложе практически не подлежит сомнению.


[Закрыть]

Помимо Хирама, масоны нашли себе и еще одного коллегу, на этот раз куда более высокопоставленного. В принципе, согласно масонским «конституциям», им все равно, каких религиозных взглядов придерживается брат. Основное требование – быть верующим и верить в Единого Бога. Атеисту или язычнику путь в масоны закрыт. Нам же важно, что Высшее Существо – Бога – масоны называют Великим архитектором Вселенной (или Великим геометром; отметим, что архитектура и немыслима без геометрии). Иначе говоря, весь мир уподобляется ими огромному прекрасному зданию, строящемуся по единому проекту в согласии с божественной наукой – геометрией. Не правда ли, тем, что подразумевает обязательность демиургического замысла, это напоминает учение Платона о Едином? И, как отмечал великий философ, такое творение, учитывая его авторство, просто не может не быть совершенным. Оно идеально упорядоченно, детали и формы подчинены строгой иерархии, пропорции гармоничны. Лишь человек, как всегда, портит эту кар тину. Для масона поэтому строительство храма в себе, или, иначе, преобразование в священный храм грешного внутреннего мира, равно как и коллективное возведение идеального (то есть виртуального) Храма Соломона – это средство исправить ситуацию, войти в гармонию с прекрасным творением Высшего Существа.

…Циркуль изображает небесный свод, а угольник землю. Земля – место, где человек выполняет свою работу, а небо символически связано с местом, где чертит свой план Великий Строитель Вселенной.

Тома де Томон

Цит. по: Шевченко В. Г. Произведения Тома де Томона: Каталог коллекции. СПб.: Издательство Государственного Эрмитажа, 2010. С. 138.

Рис. 5.18. Пример масонской символики. Виньетка для книги[156]156
  Гравюра
  Источник: Metham L. P. Masonic Orations. London: Georg Kenning, 1889. P. 121.
  В масонской символике буква «G», помещенная между инструментами архитектора – циркулем (символом неба) и угольником (символом з емли), – означает: «Бог – верховный архитектор Вселенной».


[Закрыть]

Однако нас в данной книге интересует и оборотная сторона медали. Идея о Боге как о Высшем архитекторе буквально до небес поднимает и статус самого зодчества. Архитектура преодолевает собственные пределы, значит больше себя самой. Своей мифологией масоны отметили тенденцию, развивавшуюся со времен Ренессанса. Отчасти благодаря им деятельность зодчего вновь стала подразумевать не только решение утилитарных проблем, но и гармонизацию самой Вселенной, пусть поначалу в масштабах храмовых комплексов, дворцовых ансамблей или градостроительных планов. Можно сказать, что в глазах людей той эпохи Господь создавал гармонию свыше, а архитекторы вторили ему на земле, стараясь попасть в унисон.