Текст книги "Родная кровь"

Автор книги: Сергей Джевага

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 31 страниц)

Я растерянно осмотрел себя. А ведь и правда, выглядел я потрепанным жизнью наемником. Так и не сменил одежду после той битвы. Еще в магической куртке, на ногах тяжелые латные поножи, у пояса длинный меч. И хоть я пытался очистить снегом грязь и кровь с одежды, но так и не смог вывести подозрительные бурые пятна. В мирное время меня загребли бы в темницу без разговоров.

– Тем не менее это так, – сказал я. – Был на границе по поручению капитана Тоха Альена. Кстати, где я могу его найти?

– Документы! – потребовал стражник, пропустив мимо ушей вопрос– А вдруг ты имперский шпион? Или хуже того – служитель богов!

Воин нахмурился, схватился за меч слегка картинным движением. Я огляделся и скривился. Вот вымогатель! Люди проходили через ворота беспрепятственно. Остальные стражники сонно клевали носами, позевывали и лениво травили шуточки. На нас смотрели с любопытством и издевкой, шушукались. Стало ясно: этот или самый добросовестный, или просто хочет заработать.

Стражник протянул раскрытую ладонь, сердито топнул ногой. Я хмыкнул, извлек из кармана серебряную монету и бросил ему. Воин поймал ее в полете, быстро спрятал за пазухой. На толстощеком обветренном лице появилась хитрая улыбка.

– Теперь можно пройти? – спросил я нетерпеливо и потянул коня за повод.

Толстый стражник загородил дорогу, сердито напыжился.

– Ты не все документы показал, парень, – сказал воин и алчно облизнулся. Вновь протянул руку.

– По-моему, тебе не место в страже, – сказал я с непроницаемым лицом.

В душе вспыхнуло бешенство. Страна под угрозой войны, а такие твари наживаются. Увидел, что я не протестую и деньги водятся, вот и решил пощипать. Я сосредоточился и прошептал простенькое заклинание.

– Не твоего ума дело, – хохотнул стражник и внаглую потребовал:, – Гони деньгу, парень. А то не пустим. Будешь под стенами ночевать…

Тут он осекся, схватился за горло и захрипел. Глаза полезли на лоб, а щеки еще больше покраснели. Упал на колени, задергался, пытаясь освободиться из невидимого захвата. Дружки его почуяли неладное, переглянулись. Вытащили мечи из ножен и пошли ко мне.

– А ну стоять, твари! – страшным голосом взревел я. Шепнул еще одно заклинание. В ладони тут же вспыхнул небольшой огненный шар. Стражники попятились, подняли руки, оберегая глаза от чудовищного жара. «От чего ушли, к тому и пришли», – подумал я, с отвращением глядя на испуганные лица. Перевел взгляд на толстого воина. Морда посерела, по лбу градом катился пот. Уже и не хрипел, а сипел, задыхаясь. Я сжалился, заставил невидимые клешни разжаться. Стражник хватанул ртом воздух, рухнул мне под ноги.

– Кто командир? – спросил я с холодком в голосе.

Из рядов стражей несмело выступил тощий светловолосый мужчина, чем-то напоминающий Максимуса. Глянул со злостью, но опасливо покосился на огненный шар в моей руке и смолчал.

– Когда закончится смена, приведешь бойцов к капитану Тоху Альену, – жестко сказал я – И все подробно расскажешь. Правдиво! Иначе найду и сожгу к Мрону!

Командир отшатнулся, в испуге выпучив глаза. Стражи за его спиной охнули в один голос.

– Только не к Альену, господин! – проблеял воин. – Этот изверг нас выпотрошит. Он же оборотень!

– Именно к нему, – ласково сказал я. По бегающим глазам командира понял, что тот ищет способ увильнуть и не прийти. Или просто соврать. – А я проверю. Если не выполните… гм… просьбу, найду и накажу!

Пнул стонавшего у моих ног толстяка и уверенно пошел вперед. Стражники расступились, пропустили меня вместе с конем. Я чувствовал скользящие по мне ошеломленные взгляды, потом свернул на центральную улицу. Огненный шар потушил, сплюнул с отвращением. Сколько шакалов развелось! Именно в трудные времена и проверяются люди.

Я шел по улицам, осматривался, будто был тут в первый раз. Гент стал для меня родным за несколько лет учебы в университете, потом работы в мастерской Логана. Тут впервые я влюбился без памяти. Тут жили мои родственники, друзья и знакомые. Я знал каждую улочку, каждый закоулок и дом. И сейчас мне больно было видеть город таким. Шумные и оживленные ранее улицы стали почти безлюдными. Окна многих домов заколочены. Жильцы сбежали куда-то, оставив квартиры на разграбление возможным захватчикам и случайным ворам. Среди гор мусора бродили лохматые ободранные псы. И тишина… Не слышно было разговоров, смеха и пения, не гремел ремесленный район. Жуткое ощущение. Изредка попадались угрюмые и обозленные люди. Шли быстро, на меня старались не смотреть. Прошмыгивали вдоль домов, прятались в подворотнях. В окнах я видел чьи-то бледные лица. За мной следили, провожали настороженными взглядами.

Неожиданно я поймал себя на мысли, что рассматриваю город с совершенно иной стороны. Мозг отмечал, что улицы широкие и прямые, защищать их будет трудно. Никаких укреплений. Стена высокая и мощная, но если скифрцы прорвутся, то врагов ничто не остановит. Перебьют защитников, как куропаток в гнезде.

Я быстро преодолел несколько кварталов, на углу обнаружил новую конюшню. За десяток медяков уговорил конюха приютить мою лошадку на время. Подумал и дал еще двадцать. Мужик клятвенно пообещал следить за скакуном, словно за родным сыном, завел внутрь. А я повесил сумку с книгами на плечо, поправил ножны и задумался. Идти домой не было смысла. Там лишь пыль, грязь и груда вещей, что я так и не успел разложить по своим местам. Искать Тоха наобум тоже не хотелось. Брат мог быть где угодно. Лучше выспросить у кого-нибудь. Например, в трактире. Народ в заведениях всезнающий. К тому же нужно где-то переночевать, да и поесть не мешало бы.

Приняв решение, я отправился на поиски приличного трактира. По памяти нашел ближайший. Но тут меня постигло разочарование. Дверь оказалась заперта, на стук никто не отвечал. Я пожал плечами и отправился искать другой. Обошел полгорода, но все трактиры были закрыты. Начало темнеть, зажглись фонари. В желудке требовательно заворчало. Я поколебался, но направился в центр. Если уж и «Золотая шпора» закрыта, придется плестись домой, дышать пылью и грызть локти с голодухи. Но, к счастью, лучший трактир города оказался открыт.

Я поднялся по скользким гранитным ступенькам, толкнул резную лакированную дверь. Зашел и осмотрелся. Зал был небольшой, но уютный. Во всем сквозила роскошь и богатство. Даже освещение не свечное, а магическое. За все годы жизни в Генте я был тут лишь пару раз, и то когда друзья приглашали. Слишком уж дорогое заведение. Раньше было не по карману. Да и теперь я предпочел бы место попроще, но выбирать, похоже, не приходилось.

Посетителей было мало. Вели себя тихо, пили вино, ужинали. Я осторожно прошел между хрупкими на вид столиками, уселся за угловым. Тоже приобретенная привычка. Неосознанно постарался устроиться так, чтобы за спиной была глухая стена. Тогда никто не подберется и не приставит нож к горлу. Я повесил сумку на спинку стула, отстегнул ножны и положил на стол перед собой.

Подошел слуга, парень в белой шелковой рубашке. Лицо невыразительное, абсолютно незапоминающееся. Он посмотрел на меня с плохо скрываемой гадливостью.

– Что желает… господин?

– Господин желает поесть и поспать, – спокойно ответил я.

– У господина есть… э-э-э… средства?

Я достал из кармана два золотых и бросил на лакированную поверхность стола. Парень скривился еще больше, осторожно взял монеты и взвесил в руке. Лицо такое, будто держал в руках не золото, а ядовитых пауков. Ясно, принял меня за разбойника или наемника. Но мне, откровенно говоря, было плевать. Я устал и очень хотел отдохнуть.

– Кофе у вас водится? – спросил я.

– За отдельную плату, – сказал официант. – Один золотой. Цены подскочили, поставок почти нет.

Я чуть не присвистнул, но скрепя сердце отдал еще одну монету. Деньги нужно беречь, золота осталось не так много. Парень ушел. Я видел, как он украдкой бросал на меня осторожные взгляды. О чем-то пошептался с хозяином трактира, плотным щеголеватым коротышкой. Тот кивнул и шевельнул пальчиком. Слуга на цыпочках прокрался мимо меня, скрылся за входной дверью. Я сделал вид, что занят изучением ножен, незаметно улыбнулся. Похоже, и впрямь приняли за бандита.

Ужин мне все-таки принесли. Огромный поднос с кучей тарелок и мисрк. Над ними вился ароматный пар, пахло мясом и специями. Суп, жареная свинина, какие-то салатики и соусы, маленькие, еще горячие сдобные булочки. Я набросился на эти сокровища как коршун. Быстро опустошил тарелку с супом, налег на мясо и салатики. Вкус бы божественный, приготовлено отменно. Наконец желудок довольно заворчал, булькнул… Не прочь был поесть еще, но уже переполнился. Я откинулся на спинку стула, стал лениво ковыряться в тарелке. Капюшон накинул на голову, пусть буду таинственным злодеем.

Скрипнула дверь, и послышались тяжелые шаги. Посуда зазвенела, на меня упала огромная тень. Я бросил быстрый взгляд и улыбнулся. Вот так встреча! Даже искать не пришлось. Предо мной стоял Тох и рассматривал меня с плотоядным интересом. На меч не обратил никакого внимания: оборотень быстрее любого самого искусного воина. Позади мялся паренек-слуга, пытался выглянуть из: за плеча моего брата. Нервничал, боялся, как бы не началась драка.

– Уважаемый, тебе придется пойти со мной, – прорычал Тох, положив руку на оголовье огромной секиры. – Здесь не место таким, как ты.

– Где же мне место? – невинно поинтересовался я, едва сдерживая смех. Братец не узнал меня и корчил из себя слугу закона.

– Разбойникам место на виселице, – твердо сказал Тох и оскалил длинные, бслепительно-белые клыки. – А то развелось тут…

– Ну ты даешь! – не удержался и хохотнул я. – Богатым буду. А не слишком ли жестоко: брата – и на виселицу?

Снял капюшон и встал со стула, улыбнулся во весь рот.

– Эскер! – ахнул Тох.

– Он самый, – с удовольствием подтвердил я.

Брат бросился ко мне и заключил в медвежьи объятия. Я полузадушенно пискнул, похлопал его по огромной спине. Уже забыл, насколько силен брат-оборотень. Тох отстранился, осмотрел меня. На его широком лице появилось странное выражение. Вроде бы рад, что видит меня живым и здоровым, но, с другой стороны, терзается виной. Брат обернулся и грозно глянул на официанта. Тот едва не взвизгнул, сжался под хищным взором оборотня.

– Кувшин вина! – рявкнул Тох. – Быстро!

– Но это же разбойник, – попробовал возразить парень, указав на меня пальцем. – Вы же видите. Сущий бандит! И рожа злодейская. Таким не место в приличном заведении…

Тох медленно повернулся всем корпусом, упер руки в бока. Посмотрел на официанта сверху вниз, как бы невзначай потрогал длинным острым когтем нижний клык.

– Я тебе палец откушу, – пообещал оборотень, ухмыльнувшись.

– Н-но… – заикнулся непонятливый официант.

– «Но» будешь лошадке говорить. Принеси вина. И я даже скажу волшебное слово… – ухмыльнулся брат доброжелательно. Но тут же скорчил злобную рожу и бешено взревел: – Бегом!

Парня как ветром сдуло. Я усмехнулся. Ну надо же – рожа злодейская… Никогда бы не подумал, что про меня так скажут. Похлопал брата по плечу. Такое ощущение, что пошлепал по обросшему мхом валуну. Мышцы твердые, хоть и не выглядели таковыми.

– Успокойся, Тох! – примирительно сказал я. – Да и неохота мне вина. Я кофе заказал.

– Я их воспитаю, – проворчал брат уже потише. – Совсем распоясались. Рассказывай быстрее! Сгораю от любопытства.

Оборотень осторожно присел на стул. Тот отчаянно заскрипел, но выдержал. Тох с любопытством осмотрел остатки моей трапезы. Поддел последний ломтик мяса и отправил в пасть. Проглотил не жуя, порыскал взглядом. Презрительно фыркнул, увидев блюда с салатиками. Настоящий мужчина признает только сочный кусок мяса.

– Заказать тебе ужин? – спросил я с улыбкой и присел напротив.

– Не надо, – отмахнулся брат. – Я ел недавно.

– Как хочешь, – хмыкнул я. – Два раза не предлагаю.

– Ты рассказывай, рассказывай… – повторил Тох, посмотрев на меня с интересом. – Где побывал? Как все прошло? Ты когда в городе появился? И почему меня сразу же не нашел?

– Только что приехал, – ответил я. – Хотел тебя завтра с утра навестить. Но видишь, как сложилось, ты сам меня нашел.

– Мимо шел, – хмыкнул Тох. – А тут этот… крысеныш. Говорит: разбойник страшный в трактире, помогите, капитан. А времена смутные, сам знаешь. Вот и решил зайти навести порядок…

Брат умолк, приподнял косматую бровь: мол, жду рассказа. Я сделал вдох, попытался собраться с мыслями. Глянул на Тоха и улыбнулся. То же толстощекое лицо, заросшее жесткой черной щетиной, клыкастая улыбка хищника и карие умные глаза со скрытой смешинкой. Лишь теперь я понял, насколько соскучился по нему. Мне очень не хватало могучего брата.

Прибежал слуга, принес кувшин вина и кружки. Вслед за ним подошла миловидная девушка. Поставила предо мной маленький поднос с кофейником и чашками. Улыбнулась смущенно, сразу ушла. Я вдохнул бодрящий горьковатый аромат. Кофе – моя маленькая слабость. Налил в чашку, подумал и предложил брату. Но тот фыркнул, наполнил кружку вином. Я осторожно отхлебнул, подержал напиток во рту. Сделал еще глоток. В голове прояснилось, мысли понеслись с огромной скоростью. Мрон, как же хорошо!

Я рассказал брату о своих злоключениях. Историю с некромантом специально опустил, незачем Тоху забивать голову еще и этим. Да и самому вспоминать не хотелось. Но с момента пленения описал подробно. Битву расписывать не стал, ограничился лишь сухими отрывистыми фактами. Несмотря на то что многое я пропускал или отмечал лишь несколькими словами, рассказ занял около часа. Брат не перебивал, задумчиво цедил вино из кружки. Но я видел, что хмурится. Когда повествование дошло до встречи с Ашем, Тох вздрогнул, закусил губу. Но эмоции сдержал, дал мне закончить.

– …добрался до Гента, – сказал я устало. – Домой идти не захотел, решил поесть и зашел сюда. Остальное ты знаешь.

Тох задумчиво повертел кружку в руках, сделал большой глоток. Вытер капли с подбородка и вперил в меня взгляд.

– Вот оно как, – тихо сказал брат. – Занятно.

Я пожал плечами, налил себе еще кофе. Впервые за долгое время почувствовал себя в безопасности. В зале трактира царила полутьма, едва-едва мерцали шары магических светильников. Многие посетители успели поужинать, расплатились и ушли. Мы с братом остались практически наедине. Я ощущал странное спокойствие. Я был дома.

– Что скажешь? – спросил я немного погодя, дав Тоху возможность переварить новую информацию.

– А что я могу сказать? – фыркнул оборотень. – То, что ты поведал, немного проясняет ситуацию. Но не более. Гонец с пограничья лишь чуть-чуть обогнал тебя. Прибыл утром. И все наши начинания пошли коту под хвост. Имперцы выступили именно в тот момент, когда мы не ожидали. Да, у них будут большие потери. Но сейчас оттепель. Скифрцы перешли границу, уничтожили крепости. Если до первых серьезных морозов закрепятся в нескольких городах, выгнать уже не сможем.

– А они закрепятся? – спросил я.

– Несомненно! – рыкнул брат, ударив кулаком по столу. – Сам прекрасно знаешь. Ополчение не обучено, оружия мало. О боевом духе я вообще не говорю. Люди бегут, как крысы с тонущего корабля…

– Первый город на пути Александра – Лугар, – задумчиво пробормотал я. – А там много боевых магов.

– Наемников тоже хватает, – поддержал брат – Сегодня отправили им подкрепление. Полковник Эльд тоже поехал с ними. Высшие военные чины хотят дать генеральное сражение. Надеюсь, столица устоит.

– Я тоже надеюсь, – кивнул я – Но имперцы с легкостью разрушили несколько пограничных крепостей. А это кое о чем говорит. Кстати, что с ополчением Гента? Где тренировочный лагерь?

Тох поморщился, налил себе еще вина и осушил кружку одним махом. Я покачал головой, когда заметил, что глаза рата превратились в медвежьи. Оборотень устал и нервничал, все слабее контролировал свою звериную сущность.

– Нет больше ополчения, – пробубнил Тох и упер взгляд в столешницу. – Сообща мы приняли решение распустить людей. Лагерь разнесли по бревнышкам за пару часов.

– Как же так? – удивился я. – Кто будет защищать город?

– А вот так, – проворчал брат, помрачнев. – Пойми правильно, Эскер… Заставлять гентцев идти на стены – значит приговорить их к смерти. Они ничего не умеют. Да и не желают сражаться. Едва вышел приказ о роспуске – разбежались по домам. Было бы время до весны – выучили б и натаскали. Но сейчас наши обыватели просто смазка для мечей скифрцев. Решение далось нелегко, поверь. А защищать город будут наемники, стражники Патрика и те, у кого совесть еще жива.

– Мрон! – пробормотал я. – Тох, ты понимаешь, что это значит?

– Прекрасно, – кивнул брат. – Мы обречены. Если имперцы подойдут к стенам, долго не продержимся.

– А ты…

– А я буду выполнять свой долг! – твердо сказал Тох, сверкнув глазищами. – Во что бы то ни стало. Гент – мой город, я прожил в нем всю жизнь. И отдавать в руки скифрцев не желаю.

Во взгляде оборотня промелькнуло едва сдерживаемое бешенство. Я осторожно отодвинулся. Не то чтобы боялся брата, но маги-ликантропы плохо контролируют эмоции. Не хочется упасть под стол с рассеченным горлом. Когти у Тоха острые как ножи.

– Что посоветуешь мне? – задал я самый важный вопрос и затаил дыхание.

Приступ ярости прошел так же быстро, как и начался. Тох совладал с собой, задумчиво поскреб небритую щеку и проворчал:

– Я хочу попросить прощения.

– За что? – изумился я, едва не пролив остывший кофе на куртку.

– За то, что отправил тебя туда, – ответил Тох и отвел

взгляд. – Я потерял родного брата. И послал на смерть двоюродного.

– Пустяки, – отмахнулся я небрежно. – Забудь…

– Пустяки? – вновь взъярился Тох. – Ты попал в самое пекло, несколько раз чуть не погиб! Хлебнул боли сполна. А я сидел тут в тепле и уюте, дрессировал ленивых тварей.

– Тох! – воскликнул я.

– Что? – рявкнул оборотень.

Я внимательно посмотрел на него. В карих глазах плескалась горечь и боль. «Тох во всем винит себя, – осознал я. – В том, что Аш ушел к скифрцам. Ц том, что люди не желают отстаивать свою свободу. А я – еще один лишний повод казнить и истязать себя».

– Прекрати, – сказал я мягко. – Это война. А ты один из командиров. И если долг потребует, то пошлешь брата, отца, даже сына в бой. Я ведь жив…

Брат кивнул и обмяк на стуле. Тяжело вздохнул, схватил кувшин и поболтал – тот оказался пуст.

– Какая жалость, что не умею напиваться. Полный контроль над телом – не всегда хорошо, – проворчал Тох. – Где твой посох?

В груди кольнуло. Я вздрогнул, правая рука схватила воздух. Медленно, борясь с самим собой, положил руки на стол перед собой. Тоскливо. Чувствовал себя ужасно неуверенно без посоха. Но я уже взрослый и сильный, пора обходиться без палочек-выручалочек.

– Сломался, – глухо, с затаенной болью, сказал я.

– А твоя магия? – спросил Тох.

– При мне, – ответил я. – Только скорость потерял.

– Пустяки, – отмахнулся оборотень. – Самое главное – жив. Ты просишь моего совета? Вот что я тебе скажу, Эскер… Поступай так, как подсказывает тебе сердце. Хочешь – уезжай, хочешь – бери свой клинок и приходи на городскую стену. Я буду рад сражаться вместе с тобой.

– Это не те слова, какие я хотел услышать, – пробормотал я.

– Ты думал, я скажу тебе, что делать? – горько засмеялся оборотень. – Дело в том, что я и сам не знаю. Я договорился с

Патриком, будем сражаться вместе… Но заставлять никого больше не буду.

– Так неправильно, – убежденно сказал я.

– А я и не знаю, как правильно, – проворчал Тох. – Ты был прав, Эскер. В тот первый наш разговор, когда я уговаривал тебя помочь. Как в воду глядел. Ты шел по городу. Видел, что творится? Половина жителей сбежала, вторая надеется отсидеться. И никакими силами не выгнать их из уютных норок. Разбойники промышляют не только на трактах, уже внаглую бродят по улицам целыми ватагами. Я сбиваюсь с ног, пытаясь обеспечить хотя бы видимость порядка. Нескольких подчиненных пришлось повесить. Брали взятки, сами грабили и насиловали. И что я за командир, если не могу справиться с собственными солдатами?..

Брат затих, стал внимательно изучать поверхность стола. Я глянул на ликантропа и скрипнул зубами. Сломался? Нет. Но подкосило его серьезно. Мы помолчали немного, погрузившись в свои невеселые мысли.

– А кто теперь правит в городе? – спросил я.

– Собственно… я и Патрик, – слабо улыбнулся Тох.

– А как же мэр? – изумился я.

– Сбежал, – сухо сказал брат. – Все богачи тоже. Похватали свои деньги и умчались быстрее ветра, бросили на произвол судьбы рудники и мастерские. Остались лишь некоторые.

– Ясно, – протянул я. – Весело…

– Ага, – хмыкнул Тох. Опять помрачнел, спросил осторожно: – Так, значит, Аш стал графом?

– Да, – сказал я. – Цветет и пахнет. Счастлив с эль-фийкой.

– Хоть у него наладилось, – с облегчением произнес Тох. – Старший всегда умел устраиваться в жизни. Жаль, что мы враги.

– Переметнуться не хочешь? – спросил я с нехорошей ухмылкой. – Аш примет.

– Не хочу, – сказал Тох задумчиво. – У тебя ведь тоже была возможность остаться с ним. Почему ж не остался?

– Не знаю, – честно ответил я. – Хотя мне там понрави-

лось. Но не по душе статус пленника пришелся. Да и Катрин… брр…

– Да, – захохотал брат. – Тебя нельзя заставлять. Можно только просить. Упрямый как баран! Знаешь, как мы тебя за глаза в детстве дразнили?

– Просвети, – заинтересовался я и невольно подался вперед.

– Сундуком! – заржал Тох.

– А почему сундуком? – удивился я.

– Ты на себя глянь, – фыркнул оборотень – Сундук вылитый.

– Хм… – пробормотал я. – Не понял сравнения. Но ладно, неважно…

Мы проговорили с Тохом до поздней ночи. Вспоминали детство, студенческие проделки и общих знакомых, друзей. Аша старались не упоминать. Тема болезненная для обоих. Заказали еще кувшин вина. Я присоединился к оборотню, но выпил немного. Мы еще раз обсудили шансы Гента в войне, но так ни к чему и не пришли.

Уже за полночь Тох сладко потянулся, зевнул во всю пасть и встал со стула.

– Пора отдыхать, – объяснил брат. – Завтра еще много дел. Прибывает небольшой отряд наемников. Надо устроить сорвиголов так, чтобы никого ненароком не пришибли. Да и общие вопросы решать тоже надо.

Ноги и руки у меня затекли. В голове плавала сонная муть. Да, Тох прав, пора по койкам. Утро вечера мудренее. Завтра и решу, что мне делать. А теперь пора отдыхать. День выдался не из легких, весь зад отбил о жесткое седло.

– Где я смогу тебя найти? – спросил я и тоже поднялся.

– А Мрон его знает, – буркнул брат. – Буду носиться по городу. Спросишь в мэрии. Если меня не будет, обожди. Вернусь туда в любом случае.

Мы обнялись с Тохом и распрощались. Я повесил сумку на плечо и взял меч. Огляделся вокруг. Зал трактира опустел, посетители давно разошлись. Ни слуг, ни хозяина не видать. Испугались меня и оборотня. Магические шары едва тлели, создавая приятную золотистую полутьму.

– Господин, позвольте, покажу вашу комнату, – раздался за спиной приятный женский голос.

У лестницы стояла та девушка, что приносила мне кофе. Симпатичная, отметил я. На простую служанку непохожа, скорее, дочь хозяина. Одета в простое платье, личико добродушно-сонное. Я улыбнулся и кивнул.