Текст книги "Признание (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 7
Церемония

Несмотря на то, что именно Санкт-Петербург был центром Российской империи в моём мире, местная императорская семья выбрала главным городом Москву. Инаугурация проходила в Большом кремлёвском дворце, где собрались самые важные люди государства и многочисленные гости. Поприсутствовать на церемонии и поздравить Алексея Леопольдовича с восхождением на престол прибыла датская принцесса Сигрид, шведская принцесса Агнета, британский принц Роберт и князь Монако Маттео.

Внутреннее убранство зала для торжественных церемоний поистине поражало воображение. Белоснежные стены, украшенные золотом, такая же мебель, огромные люстры, яркий свет и бордовые дорожки, покрывающие пол там, где предстояло идти монарших особам. Остальная часть пола была выложена мраморной плиткой.

Цесаревич прошествовал к трону, рядом с которым стояла его мать и сел, а министр поднёс подушку с располагавшейся на ней короной империи. Женщина взяла корону в руки и надела её на голову сына.

– Правь государством мудро, сын мой! – заявила она, не сдерживая улыбки, а мы все выдохнули. Кажется, эпопея, длившаяся больше восьми месяцев, закончилась.

Внезапно изображение на экране сменилось, и теперь там появилось лицо брата усопшего императора Василия Леопольдовича.

– Дорогой мой племянник! – начал сбежавший член императорской семьи, обратившись к цесаревичу. – Я всё равно считаю, что был бы лучшим правителем, но прекрасно понимаю, что наше противостояние не пойдёт на пользу государству и жителям. Увы, цена престола – десятки, а может, и сотни тысяч жизней, ослабление государства и его возможная гибель. Такой вариант меня не устраивает. Поэтому хочу тебя поздравить и пожелать твёрдости на пути к достижению целей. Хотя, упорства тебе не занимать. Если буду полезен, я всегда на связи и готов отстаивать интересы государства за границей.

После короткого включения церемония продолжилась. Было видно, что присутствующие на торжестве были поражены бесцеремонным вмешательством Василия. Кто-то подался к выходу, ожидая опасности, и теперь заслужил презрительный взгляд со стороны цесаревича. Что приятно, часть знати окружила Алексея Леопольдовича, и была готова стоять за него до последнего вздоха. Выходит, у цесаревича всё-таки есть достаточно сильная поддержка.

– Фух! Обошлось! – шумно выдохнул Семёнов.

– Да, увидеть Василия Леопольдовича было неожиданно, – признала Сарычева.

– Главное, что не балет, – отозвался Сарафан. – Ненавижу смотреть «Лебединое озеро» по телевизору.

Сама церемония прошла достаточно быстро. Мне показалось, что организаторы решили не затягивать процесс и поскорее завершить дело, чтобы утрясти все формальности.

В честь восхождения на престол Алексей Михайлович объявил амнистию всем узникам, которые не совершали активных действий по свержению власти законного монарха. Они могут вернуться к прежней жизни, без каких-либо ограничений. Свободу получили несколько тысяч человек, которых свирепствующие имперские ищейки упекли в темницу до окончательного решения об их судьбе.

– Не понял, Тарасова отпустят? – удивился Макс.

– Очень надеюсь, что это так, – ответил Егор Алексеевич. – Где Катя? Она должна это услышать.

Новость вызвала эффект разорвавшейся бомбы. Уверен, Тихомирова оценит новость.

Только мы закончили трансляцию, как дверь в отделение отворилась, и на пороге появился мужчина лет шестидесяти на вид. Мы не сразу узнали в осунувшемся госте Тарасова.

– Николай Юрьевич! Вот так радость! – первым узнал старшего целителя Радимов и бросился его обнимать.

Да, узнать его было действительно сложно: Тарасов похудел, осунулся, зарос густой щетиной, а на голове и в бороде добавилось седых волос.

– Да, друзья. Я вернулся. Правда, не могу сказать, что в скором времени выйду на работу, – признался мужчина. – А где моя дочь?

– Папа! – закричала Тихомирова, бросившись к отцу.

Оказывается, Катя ещё не ушла домой, а ненадолго задержалась, чтобы заполнить журналы.

– Всё в порядке, доченька, – принялся успокаивать её мужчина. – Теперь я никуда от вас не уйду.

Конечно, Николаю Юрьевичу потребовалось несколько дней, чтобы прийти в себя, но заведующий был готов подождать.

– Если мы полгода прождали, то пару дней точно потерпим, – признался Радимов.

В этой ситуации было жаль только одного – Семёнов больше не будет приходить на замену, и неизвестно когда мы увидимся с ним в следующий раз.

Уже по традиции в июне мы на всё лето прощались со стажёрами, которым предстояло вернуться в академию. А с кем-то мы прощались навсегда. Пока в гимназиях звенели последние звонки для выпускников, в отделениях прощались с более взрослыми воспитанниками, которые за два года стали почти родными. Даже Семенюта примчалась попрощаться с нами. Особенно с Ниной Владимировной, которая больше года была её наставницей. Даже для Ключникова нашлось пару слов, хоть их прощание и выглядело прохладно. Если для Родиона это был всего первый год стажировки, то для Макса она заканчивалась.

– Если не распределят к вам, не забывайте, – начал Ключников, когда последняя смена подошла к концу. – Признаю, что я доставлял вам проблем, но старался быть хорошим человеком. Вон, после моего ритуала ни один младший целитель из нашей бригады не ушёл. И вообще, со всего отделения только Маевская ушла, но там иная ситуация.

– Максим, конечно, Семенюту я тебе никогда не прощу, но за спасение отделения тебе огромное спасибо, – произнесла Сарычева. – Я напишу максимально хорошую характеристику, но дальше всё будет зависеть от тебя. За последний год ты здорово повзрослел, набрался опыта, провёл не один десяток процедур, поэтому я считаю, что у тебя получится успешно защититься. Если судьба приведёт в наше отделение, будем рады.

– В любом случае нам нужен младший целитель, – заметила Уля. – Егор Алексеевич не зря держит место после ухода Маевской. Думаю, ждёт возвращения Макса уже в роли младшего целителя.

– Увидим, – пожала плечами Сарычева.

В первый день июня отделение наполнилось шумом из-за прибывших практикантов, поэтому исчезновение стажёров особо не заметили. Следующие две недели нам приходилось не только лечить больных, но и присматривать за молодёжью, которая только начинала набираться опыта, и большую часть времени выступала в качестве зрителей. А во второй половине июня нас ждало ещё одно событие.

– Коллеги, примите поздравления с нашим профессиональным праздником! – произнёс Радимов, когда обе бригады собрались на пересменку. Понимаю, что наш долг – всегда быть готовыми помочь, поэтому особенные поздравления бригаде, которая остаётся на дневное дежурство. Всех целителей приглашаю в полдень на традиционное торжественное собрание по поводу Дня чествования Асклепия. Всем, кого будут награждать, прошу быть при параде.

День чествования Асклепия проходил в Градовце с особым размахом. Пусть он уступал по масштабу Новому году и Всеобщему дню воинской славы, в кругах целителей оставался масштабным.

В этот день улицы города украсили эмблемы различных служб и отделений: белые крылышки на небесном фоне работников скорой помощи, зелёные ростки с листьями на белом фоне – символ отделения общей практики, пробивающийся из семени росток – символ Центра матери и ребёнка. Не забыли и о других отделениях.

Поздравить целителей приехали представители из медицинской коллегии. Причём, не только из Градовецкого отделения, но и из Москвы.

– Екатерина Николаевна, позвольте сегодня украсть у вас Мокроусова на пару часов. Я хочу, чтобы молодые целители присутствовали на торжественном собрании сегодня, – обратился к Тихомировой заведующий, а затем повернулся ко мне. – Костя, тебе тоже нужно поехать.

– Как скажете. Я после ночного дежурства посплю хотя бы пару часов, а затем буду готов к любым активностям.

– Коллеги, хочу вас предупредить о небольших изменениях в грядущей церемонии, – серьёзно начал Радимов. – В коллегии считают, что нужно дополнительно поддержать молодых целителей, которые только недавно закончили обучение. Особое внимание уделят тем, кто работает по распределению после академии. Участились случаи переводов молодых специалистов и увольнений из-за тяжёлых условий. Именно поэтому хотят ввести дополнительную мотивацию.

– Интересно, и как мы работали в своё время? – удивилась Сарычева. – Тридцать лет назад условия были ещё сложнее. А когда смута была после смерти императора Леопольда, я вообще молчу. Тогда целители буквально работали за еду. Хоть бы никогда такого не повторилось.

– У каждого поколения свои сложности, – заулыбался Радимов. – В общем, друзья мои, график позволяет вам попасть на церемонию в «Светлице», поэтому быть обязательно. Особо отличившихся целителей будут награждать грамотами.

– Интересно, а как будут определять кто больше всего достоин? – поинтересовался Мокроусов.

– Приоритет будут отдавать тем ребятам, которые попали по распределению в отдалённые уголки империи и маленькие посёлки. Им там сложнее всего, потому как приходится брать на себя самые сложные задачи и решать их самостоятельно. Не мне вам рассказывать, вы сами во время командировок видели как там живут.

– Ясно, можно особо не рассчитывать, – отмахнулся Артём.

Я даже не думал о награде, но всё равно красиво оделся, взял с собой Леру, потому как девушка тоже была с ночи и решила поехать со мной на такое мероприятие.

– Когда ещё выпадет возможность побывать в «Светлице»? – объяснила она своё решение.

Да, стоило оказаться внутри, чтобы понять почему там настолько дорого. Конечно, не так красиво, как в торжественном зале Большого кремлёвского дворца в Москве, но на голову выше, чем где-либо в Градовце. Могу только догадываться сколько денег коллегия выложила, чтобы организовать мероприятие для целителей и откуда она вообще взяли столько денег.

Мы с Лерой и Артёмом заняли место рядом с проходом почти в середине зала, а Радимов ушёл в начало и занял место рядом с начальством. Мокроусов сидел слева, у самого края, а Лера устроилась справа и крепко взяла меня за руку. По поведению девушки было видно, что она не привыкла находиться в таком обществе и волновалась.

– Ты прекрасно выглядишь. – шепнул я ей на ухо, отчего Ильменская заулыбалась. – И платье подобрали очень удачно.

– А вот с этим я готова поспорить. Оно безбожно давит, тело совершенно не дышит, и я под ним уже вся мокрая. Не дождусь, когда ты с меня его снимешь, – ответила Лера, заставив Мокроусова покраснеть. Артём явно услышал только часть фразы и неверно истолковал её смысл.

Торжественная часть началась с выступления нового главы Градовецкой медицинской коллегии, который сильно волновался и сыпал словами-паразитами.

– Понятно, да? – передразнил его Мокроусов, повернувшись к нам, когда мужчина передал слово гостям из Москвы.

А после торжественных поздравлений перешли к награждению отличившихся специалистов.

– С радостью приглашаю на сцену человека, который смог подхватить знамя и возглавить отделение общей практики Второй городской больницы Радимова Егора Алексеевича! За упорный труд, самоотдачу, выдающиеся лидерские и организационные качества, а также умение организовать работу отделения в экстренных ситуациях от имени медицинской коллегии хотим вручить Егору Алексеевичу благодарственное письмо.

Радимова чествовали бурными аплодисментами. Только с ряда, на котором сидели целители Первой городской больницы аплодировали далеко не все.

Как по мне, лучше бы не трепали нервы бесконечными отчётами и проверками, чем награждали потом благодарственными письмами.

На сцену пригласили десятка два целителей и работников из числа младшего целительского персонала. Что мне понравилось, благодарности получали даже санитары.

– А теперь мы хотим вручить особые награды, которые заслужили молодые целители нашей губернии. На сцену приглашаются молодые специалисты, которые вышли за пределы стандартных обязанностей и по собственной инициативе отправились лечить нуждающихся пациентов в самых отдалённых уголках нашей страны. Мокроусов Артём Петрович и Дорофеев Константин Юрьевич!

– Костя, это же мы! – выпалил Тёма, толкнув меня локтем в бок.

Мы не ожидали, что нас пригласят, но привычка занимать крайние места в ряду помогла нам поскорее выйти на сцену.

Помимо грамоты вручили и солидный денежный приз в размере сто тысяч каждому, но мы с Тёмой договорились отложить эти деньги на следующую поездку. В этом году вряд ли получится поехать, но жизнь ещё длинная, успеем побывать.

– Парни, это прямая заявка на Малые медали Асклепия через три года, – объявил Радимов, поздравляя нас с получением солидной награды. – Продолжайте в том же духе, и признание не заставит себя ждать.

– Да мы ведь не ради медали это делаем, – признался Артём. – Кто ещё поможет, если не мы?

– Но и отметить ваши старания тоже не будет лишним, – стоял на своём заведующий.

Теперь стало понятно почему он выдернул Мокроусова. Егор Алексеевич знал о награждении, или догадывался, но предпочёл не портить сюрприз.

А после вручения грамот и благодарственных писем пришёл черёд главных наград этого вечера. Мы не знали целителей, которых награждали серебряными медалями. «Малых Асклепиев» получили два целителя скорой помощи, целительница из приёмного отделения Первой городской больницы и две целительницы из Центра матери и ребёнка. Зато обладателя «Большого Асклепия» мы знали отлично.

– Для вручения золотой медали Асклепия приглашаю на сцену Семёнова Аркадия Афанасьевича!

Ещё одна приятная неожиданность! Семёнов всю жизнь посвятил целительству и заслужил такую награду. Тем более, что проработал заметно больше двадцати пяти лет.

Кто-то идёт к своим наградам достаточно быстро, как Радимов, а кому-то требуется для этого вся жизнь. Но самое главное, не количество медалей и грамот, а число спасённых жизней. Ведь всего одна процедура может кардинально изменить жизнь человека в лучшую сторону и дать ему шанс полноценно прожить отведённый срок.

– Костя, мне сегодня звонили из «Китежа». Просят приехать и посмотреть на декорации, – неожиданно вспомнила Лера.

– На обратном пути заедем, – пообещал я.

До свадьбы оставалось меньше трёх недель, а это значит, что началось время, когда нужно решить ещё кучу вопросов. Скучно точно не будет.

Глава 8
Свадьба

Изначально мы планировали скромную церемонию, на которой будем только мы и родители, но чем ближе была дата свадьбы, тем больше становился список гостей. Ещё зимой я пригласил тётю Лиду с семьёй, Лера позвала Есению, а с ней логично было звать и Родиона Анисимова, потому как они с Чудиновой были парой. Приглашение также получили Метлинская, Тихомирова, Мокроусов и Самошникова. Причём, Карина сразу предупредила, что будет не одна, а с Добромиловым. У них тоже дело шло к свадьбе, поэтому вопросов не возникло. В этой ситуации пришлось звать и Ключникова, который страшно обижался тому, что до сих пор не получил приглашения. Я решил пригласить ещё и Пал Дмитрича, который спас мне жизнь и многое сделал для нашей семьи. И, пожалуй, единственные гости, которых мы позвали оба – Егор Алексеевич и Ирина Николаевна Радимовы. Всего получилось ровно двадцать гостей, но Бородин настоятельно рекомендовал подготовить ещё два запасных места «на всякий случай». Мы решили довериться его опыту, и не прогадали.

Когда гости стали съезжаться перед церемонией, встал вопрос где их всех размещать. Пришлось снимать для всех номера в гостинице, потому как наши квартиры не могли вместить всех желающих, а это вылилось в очередные непредвиденные расходы. Я даже запустил руку в подарочные сто тысяч, которые откладывал на командировку. Всё равно в этом году уже не поеду, а до следующего года накоплю нужную сумму.

Невесту выкупали из квартиры Леры, а на событие пришли посмотреть дети со всего двора. И их ждало щедрое вознаграждение. Малышня провожала нас с полными карманами мелочи, которую щедро рассыпали родители. Они так сильно переживали, чтобы всё прошло гладко, что пришлось использовать успокоительную волну во избежание сердечных приступов.

Мы заказали выездную церемонию на набережной, поэтому из дома направились прямиком к месту встречи. Я ни разу не пожалел о таком решении. Мы с Лерой принесли друг другу клятвы верности на смотровой площадке, откуда открывался шикарный вид на Светлицу и другую сторону реки.

Уже после торжественной росписи мы заметили одинокую фигуру, бредущую по набережной. Я бы ни за что не узнал в худощавой сгорбленной фигуре Мартынова, если бы он не заметил меня первым.

– О! Дорофеев! Что это ты вырядился? – удивился Толик, который был явно не в себе. – А-а-а! И Мокроусов тут. Ну, конечно, сбежавшие крысы из отделения в сборе. Не хватает только вашего предводителя. Крысиного короля. А, хотя и он здесь!

Целитель залился истеричным смехом и отвесил поклон, приветствуя Радимова.

– Кто бы говорил о крысах, – ответил Артём. – Ты постоянно плёл интриги за спиной и оговаривал коллег.

– Ты меня с собой не сравнивай! – заорал Толик, вцепившись в пиджак Мокроусова, но хлёсткая пощёчина вынудила его ослабить хватку и шлёпнуться пятой точкой на набережную.

– Парни, давайте только без рук, – поспешил я вмешаться, пока не завязалась драка.

– Костя, какая же свадьба без драки? – рассмеялся Жилин. – Тем более, Мартышке грех не врезать за его слова и поступки.

– Ты опустился, Мартынов, – произнёс я, глядя целителю в глаза. – Ты приехал в Градовец молодым подающим надежды специалистом, а на деле оказался гнилым самовлюблённым изгоем. Меньше двух лет прошло с распределения, и вот я стою на этой набережной в окружении родных и близких людей, а ты совершенно один, потому как ты никому не нужен, даже самому себе.

– Костя это же твой друг из академии. Давай пригласим его на праздник с нами, – осторожно вмешалась мать.

– Нет, Мартынова на моей свадьбе не будет. Есть люди, которых нужно вычёркивать из своей жизни. Свои шансы исправиться он уже исчерпал.

Я взял Леру за руку и направился к машинам, а остальные последовали за мной, оставив Толика сидеть на набережной в одиночестве, которое никак нельзя было назвать гордым.

Мы не узнали «Китеж», когда приехали на торжественную церемонию. От суровых декораций не осталось и следа, а зал, в котором мы располагались, напоминал какой-то райский уголок. Яркий свет, белые с позолотой шторы, столы и стулья покрыты белоснежными чехлами, а по полу рассыпаны лепестки чайной розы. И в самом центре золотая арка в виде сердца.

– Где они такое сердце видели? – попытался пошутить Ключников. – Я, как целитель, вам ответственно заявляю: сердце выглядит совершенно иначе. Надо было мне доверить украшение, я бы тут навёл порядок.

– Боюсь, остальные гости не поняли бы твоих целительских изысканий, – ответила Лера, заставив окружающих улыбаться и самостоятельно фантазировать что такого мог бы придумать Макс.

Не обошлось и без незваных гостей. После торжественной церемонии, когда гости занимали места за столом, в зале появился Рома, мой двоюродный братец, с которым мы не виделись полтора года.

– Я так и знал, что Копыловы явятся, – хмыкнул отец. – Они ведь в любую дыру залезут.

Услышав эти слова, парень сжался и втянул голову в плечи. Отыскав в толпе меня, Рома направился через весь зал к нам с Лерой.

– Костя, я тут это… был проездом и хотел повидаться. Ну, отдать деньги, которые ты мне когда-то дал на такси и гостиницу. Прости, что помешал твоему празднику.

Прости? Рома знает такие слова? И вообще, поведение Копылова совсем не вписывалось в привычные рамки.

– Я уже и забыл о тех деньгах, так что оставь себе.

– Нет, я так не могу, – закивал головой парень. – Пусть тогда это будет подарок вам на свадьбу. Извини, что без цветов и не в костюме. Я ведь не знал. Мне просто сказали, что тебя можно найти здесь.

Только сейчас я обратил внимание, что парень в офицерской форме. Выходит, всё-таки осуществил свой план и поступил в академию.

– Оставайся на праздник. Всё-таки мы семья.

– Не хочу вас стеснять, – начал парень, но после повторного соглашения всё-таки согласился.

Когда до него дошла очередь поздравлять нас, Рома поднялся и начал речь:

– Я… Эм… В общем, Костя, Лера, сегодня ваш день, поэтому буду говорить о вас. Желаю вам создать крепкую и дружную семью, в которой все будут относиться друг к другу с уважением. Пусть в вашей семье царит счастье и гармония.

Потрясающие слова от человека, который раньше всегда говорил только о себе и плевать хотел на окружающих. Да, Роме следовало поступить в военную академию ещё раньше.

Следующим с поздравительной речью выступил тот, чьё появление в числе гостей вызвало недоумение у Леры. Пришлось рассказать ей пару историй о моём знакомстве с Горюновым, чтобы она согласилась пригласить Дмитрича.

– Признаю честно, приглашение на свадьбу Кости и Леры стало для меня большой, но приятной неожиданностью, – начал Дмитрич, вызывая смешки в зале. – Нет-нет, я не хотел сказать, что не верил в этого парня. Наоборот, знал, что он далеко пойдёт и заслуживает только лучшего. Для меня было большой неожиданностью получить приглашение, ведь мы давно не виделись и потеряли связь…

– А я хочу сказать, что Пал Дмитрич однажды спас мне жизнь, – вмешался я.

– Это обоюдно, потому как Костя был в бригаде врачей, который спасали меня после сердечного приступа. А ещё, он помог мне примириться со старым другом и довести до конца дело всей моей жизни.

Дмитрич повернулся к нам с Лерой и продолжил:

– Я благодарен судьбе за встречу с тобой и приглашаю вас с Лерой на презентацию моего изобретения. Как целителям, вам наверняка будет интересно узнать о кардиостимуляторе. Но вернусь к торжеству. У меня давно хранится парный артефакт, который я изобретал много лет назад. Увы, он мне не пригодился, но уверен, что вы найдёте ему применение.

Артефактор извлёк из внутреннего кармана пиджака какой-то странный механизм, который напоминал пару наручных часов.

– Достаточно надеть на запястье это небольшое устройство с дисплеем на ремешке, и оно будет показывать не только ваше сердцебиение, но и передавать данные о работе сердца вашего партнёра. А ещё, вы всегда будете знать где он находится. Ну, и чтобы артефакт оказался более ценным, я добавил туда часы, будильник и календарь.

– Всё, Костя, теперь Лерка точно будет знать где ты и с кем, так что можешь даже не пытаться заигрывать с пациентками, – рассмеялся Ключников.

– Вообще-то нелепые подкаты к пациенткам – твой конёк, – парировал я, вызвав смех в зале.

Мы подошли к Пал Дмитричу и поблагодарили его за подарок. Но надевать артефакты решили позже, в более спокойной обстановке.

Когда очередь дошла до тёти Лиды, она долго поздравляла нас и пожелала кучу всего хорошего.

– Мы всей семьёй долго думали что подарить. В итоге каждый решил подарить что-то своё. От меня – сервиз фарфоровой посуды, который наверняка пригодится в хозяйстве, от Витеньки – красивый рисунок, а дядя Миша…

– А дядя Миша дарит вам капитанский компас! – произнёс мужчина, – поднимаясь с места. – Это чтобы Костя никогда не терял дорогу домой, а Лере не приходилось подолгу ждать его.

Тётя Лида бросила на мужа взгляд, не обещающий ничего хорошего, и тот вмиг сдулся.

– Ну, и во время ваших командировок пригодится, а то куда вам только не приходится ехать! – выкрутился мужчина.

На самом деле, подарки были ерундовые, но мы ведь не ради этого приглашали их на наше торжество, поэтому мы поблагодарили каждого. Я прекрасно понимал, что семья тётки живёт небогато, а им ещё и ехать пришлось издалека, поэтому не ждал ничего особенного. Мы ведь не ради подарков собрали самых родных и близких людей. Вообще существует мнение, что сотни лет назад торжество проводилось для того, чтобы родственники жениха и невесты ближе познакомились друг с другом.

Коллеги дарили деньги, а конверты складывали в специальную коробочку с надписью «Семейный бюджет». А Метлинская с Добромиловым решили нас удивить.

– Мы с Кариной посоветовались, и решили подарить молодожёнам яркие эмоции и незабываемое путешествие, – сообщил Пётр. – Раз они так любят путешествия на Север, мы решили отталкиваться от этого и предложить им отдых, а не работу. Это увлекательное турне на двоих, которая включает в себя конную прогулку верхом, сплав на байдарках по горным рекам, туристический дневной переход и круиз на теплоходе. Всё мероприятие затрагивает два дня, поэтому у молодых будет время и отдохнуть, и повеселиться.

Когда все желающие поздравили нас, настало время для застолья. Только наполнив тарелку, я понял насколько проголодался за этот день. Дав нам немного перекусить, ведущий принялся за конкурсы и розыгрыши, а ближе к концу вечера настала церемония, от которой на глаза всех гостей наворачивались слёзы. Мать Леры расплетала девушке косы и давала наставления на взрослую жизнь.

Но уже через несколько минут незамужние девушки собрались в центре зала, чтобы принять участие в обряде бросания букета невесты. Тихомирова, Самошникова, Метлинская и Чудинова ждали своего часа.

Лера стала к ним спиной, взяла букет двумя руками и высоко подбросила его в воздух. Но на беду он попал в люстру, а затем срикошетил и попал прямо в руки Метлинской, которая инстинктивно закрыла лицо ожидая падения осколков.

– Вот так осколочек достался, – рассмеялась девушка, получив бурные аплодисменты гостей, а Добромилов заметно засмущался.

– Что же, с преемницей невесты разобрались, перейдём к следующему увлекательному занятию. Я раздам каждому гостю этого замечательного вечера лист бумаги и ручку. Попрошу подписать свой листок, а на обратной стороне написать коротенькое пожелание. Мы запечатаем эти пожелания в капсулу времени, а через несколько лет молодожёны откроют её и прочитают ваши записи. Может, они сделают это через год, или приберегут её до золотой свадьбы, а может, захотят сделать это уже завтра. В любом случае, это память.

Потом был праздничный торт, танцы и много приятных впечатлений. Ближе к полуночи гости начали расходиться.

– Костя, мне пора, – произнёс Рома, подойдя ко мне на улице. – Переночую в гостинице, благо ты мне подсказал хорошее местечко, а утром еду на Привольск.

– Рома, расскажи о себе, ты сильно изменился за эти полтора года.

– Жизнь многих меняет, – улыбнулся парень. – Чтобы измениться, мне действительно стоило пройти большой путь. Я ведь когда уехал из Градовца полтора года назад, вернулся в Привольск, поссорился с очередным неудавшимся отчимом, и понял, что нужно рассчитывать в жизни на себя. Поступать куда-то было уже поздно, поэтому я устроился в порт на работу, а весной уехал на Север и поступил в военную академию. Буду сопровождать наши корабли, курсирующие по Северному морскому пути, и соединяющие Китай с Северной Европой. Первый год обучения уже за спиной, вот только освободился на пару месяцев после практики. Загляну в Привольск, узнаю как мать, и обратно.

– Удачи тебе! – искренне пожелал я. – Рад, что ты нашёл своё место в жизни и заметно изменился.

– А в академии иначе нельзя, – заулыбался Копылов. – Там из любого разгильдяя и повесы человека сделают. Ладно, что уж, я признаю, что был не самым лучшим человеком, но теперь у меня новая жизнь.

Мы тепло попрощались с Ромой, и я был искренне рад тем изменениям, которые произошли в нём с момента нашей последней встречи.

– Минуточку внимания, друзья! – вмешался отец, когда мы садились в машину. – Мы благодарны детям за тёплый приём и уютные номера в гостинице. Мы тут со Светланой подумали, и решили, что свою первую брачную ночь молодые должны провести красиво. В своих однушках ещё успеют пожить, а сегодня пусть ночуют в замечательном номере с видом на летнее ночное небо. Их ждёт номер люкс в гостинице «Княжий Двор».

А это приятный сюрприз от родителей! Мы с удовольствием воспользовались предложением и поехали по названному адресу. Нас ждал большой просторный номер на самом верху гостиницы со стеклянной крышей, душем, огромной кроватью и полной звукоизоляцией. По крайней мере, администратор именно так преподнесла нам апартаменты перед тем, как выдать ключи.

– Как же я устала! – выпалила Лера, рухнув на кровать. – Корсет надавил, а туфли на каблуках – явно не моё. А из-за тонны лака голова чешется так, словно я её год не мыла.

– Давай в душ, а потом посмотрим по обстоятельствам? – предложил я.

Совместный душ – лишь на первый взгляд экономная вещь. На самом деле мы так увлеклись друг другом, что забыли о включённом кране. К счастью, в гостинице все расходы входили в стоимость аренды номера.

Мы проспали до десяти утра, и только ближе к обеду приехали домой, где нас ждали родственники, которые ещё не разъехались по домам, и друзья, которым не нужно было на дежурство.

Второй день прошёл куда спокойнее. Мы поехали на природу жарить шашлыки и рыбу на сетке. Отцы болтали о рыбалке, женщины устроили разбор вчерашнего празднества.

– А я узнала рецепт того потрясающего салата, – переходя на шёпот, произнесла мать, склонившись почти над самым ухом Ирины Тимофеевны. – Записывай, сваха.

Увы, всё хорошее заканчивается быстро. Мокроусов с Тихомировой умчались на дежурство, а через пару часов мы поехали на вокзал провожать моих родителей. Ильменские взяли билеты на следующий день, поэтому могли ещё погостить у нас. Когда ещё выпадет возможность побывать в Градовце? Учитывая, что ехать целые сутки, то явно нечасто.

– Лера, а сколько вам подарили? – поинтересовалась Ирина Тимофеевна, присев поближе к дочери.

– Мам, не знаю. Мы ещё не открывали коробку. Честно говоря, я даже не знаю где она.

– Как это? Может, в ресторане забыли? – забеспокоилась женщина.

– Да нет, нам бы уже позвонили, – успокоил я её. – Владелец ресторана – мой хороший знакомый, поэтому можно не беспокоиться.

– Мог бы и скидку сделать, – заметила женщина.

– И так декорации бесплатно вышли, а это тоже солидная сумма, – вступился я за Бородина. – И за разбитую люстру он отказался деньги брать.

– А вот и коробка! – обрадовалась Лера, заметив стоящий на слое украшенный коробок с подаренными деньгами.

Я не хотел тратить время на подсчёт денег, но по лицу Ирины Тимофеевны понял, что сумму подарили приличную.

Мы собирались воспользоваться подарком Метлинской и Добромилова, а потом поехать к родителям Леры на пару дней, но меня выдернули на работу.

– Костя, прости что мешаю твоему отпуску и медовому месяцу, но у нас тут неотложное дело, – объяснил Радимов. – Большая авария на фабрике, утечка газа, много пострадавших. Нужны все.

По дороге в больницу я заказал два торта, чтобы выставиться за свадьбу перед коллегами, которых не было на церемонии. Один торт предназначался детскому отделению, где работала Лера, второй – моему родному отделению общей практики. Но в этот день нам было не до сладостей, и попить чая с кусочком торта мы смогли только утром следующего дня.