Текст книги "Признание (СИ)"

Автор книги: Сергей Баранников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Глава 10
Медовый месяц

– Приветствую вас на борту нашего судна, – начал капитан. – Ваше увлекательное приключение начинается с прогулки на теплоходе. Мы поднимемся вверх по течению Светлицы и будем ждать вас в порту Усть-Каменска. Ориентировочное время плавания составляет шесть часов. Желаю вам приятного плавания.

Капитан явно не был настроен общаться и хотел поскорее справиться со своими обязанностями.

– А что нас ждёт дальше? – поинтересовался тучный мужчина, протирающий лицо носовым платком. Я успел отметить, что он страдает от одышки из-за нагрузки на сердце. Можно было подумать, что его проблемы спровоцированы лишним весом, но детальная диагностика подсказала, что реальная причина куда глубже. Лишний вес, скорее, следствие низкой подвижности, спровоцированной сердечной недостаточностью и сокращением подвижности. Одна проблема тянет за собой другую, и тем самым усиливает причину, из-за которой у мужчины начались проблемы.

Что удивительно, физическое состояние совершенно не волновало ни этого господина, ни его спутницу. Не удивлюсь, если они оба воспринимали это как должное. А я не торопился вмешиваться. Непрошенный совет хуже лыкуса в полнолуние. Если созреет, пусть обращается к целителю.

– Дальше мы отправимся в пеший поход до Семёновска, где вас ждёт верховая прогулка на лошадях, – вмешался в разговор наш проводник. – А на следующий день сплавимся на байдарках по бушующим порогам Черноглинки и вернёмся в Берестовье.

– К чему идти пешком? – возмутился мужчина, убирая в карман мокрый от пота платок. – Разве нельзя было доплыть туда?

– Черноглинка слишком мелкая для судоходства. Ещё и пороги. Корабль не сможет добраться до Семёновска. В лучшем случае сядет на мель. Но не стоит волноваться, мы дойдём до посёлка пешком. Только так, отказавшись от привычных комфортных условий, выбравшись из душных салонов авто и кают корабля, вы сможете прочувствовать окружающую вас красоту.

– Мне кажется, для некоторых членов нашей экскурсии эти чувства будут не самыми приятными, – поделилась со мной своими наблюдениями Лера.

Корабль отчалил от берега, когда вся группа была в сборе. Пришлось простоять лишних сорок минут, ожидая забывших о пунктуальности гостей, но мы с Лерой никуда не спешили. Устроившись в гамаках, наслаждались отдыхом на тёплом летнем солнце. Но я не позволял себе особо расслабляться, потому как предчувствие говорило мне, что дар целителя непременно понадобится в ближайшее время. И я даже представить себе не мог, что это произойдёт так быстро.

Буквально через полчаса после начала плавания часть нашей команды начала страдать от морской болезни. Бортовой целитель оказался молоденьким стажёром, которого взяли в плавание совсем недавно. На экспедиционном судне такую халатность никто бы не допустил, а вот на круизном теплоходе просто закрыли глаза. Парень явно паниковал и не знал что ему делать, поэтому пришлось брать ситуацию в свои руки.

Самый оптимальный способ помочь в сложившейся ситуации – снизить чувствительность вестибулярного аппарата, воздействовать на блуждающий нерв и успокоить пациента. Конечно, можно было отправить страдающих от укачивания в целительный сон, но начинать следовало ещё с берега. Сейчас уже слишком поздно что-то менять, потому как человека может вырвать во время засыпания, и это самое плохое, что только можно придумать. Он попросту не будет контролировать себя и захлебнётся рвотой, если вовремя не прийти на помощь.

Я подходил к каждому, кто с бледным лицом стоял у борта корабля, массировал виски и наполнял тела энергией, которую потом отправлял в нужном направлении.

Мне уже не нравилась организация экскурсии, где приходится хорошенько попотеть за свои же деньги. Судя по всему, тучный господин разделял мои взгляды, но причины для недовольства у нас были несколько разные. Если мне приходилось использовать свои профессиональные навыки, то этот тип хотел отдыхать и получать яркие впечатления, ничего для этого не делая.

Через обещанные шесть часов мы прибыли в Берестовье, и практически сразу выдвинулись в поход. Мы с Лерой переоделись перед выходом, выбрав удобную одежду. Всё ненужное оставили в каюте, а в рюкзаки спрятали только тёплую одежду, аптечки, немного еды, воды и пару приспособлений, который пригодятся в каждом походе.

– Нам нужно добраться до палаточного городка засветло, потому как ночью идти слишком опасно, – объяснял нам гид, пока мы шли по узкой протоптанной тропе, растянувшись в цепочку. Судя по всему, это был популярный маршрут, истоптанный до нас сотнями других туристов. Вот только очень скоро тропинка зарастала травой, и приходилось пробираться по бездорожью.

Хорошо, хоть не придётся тащить палатку на себе. Я не слишком уверен в своих силах, а дополнительные нагрузки только создадут проблемы. Должны же они понимать, что здесь не опытные туристы, готовые к изнурительным походам, а люди, рассчитывающие на отдых.

Маршрут оказался сравнительно небольшим, всего двенадцать километров, но с рюкзаками за спиной и без удобных дорог пройти его оказалось не так-то и просто.

Первый час мы двигались очень бодро и преодолели четыре километра, но после привала сил особо не прибавилось, ещё и идти пришлось вверх. Карабкаться на крутые холмы с рюкзаком на плечах – ещё то занятие. Я украдкой восстанавливал энергию всем участникам нашего похода и заметил, что следующий с нами целитель занят тем же. Мы переглянулись с ним, застав друг друга за работой и кивнули.

– Рад, что с нами в группе есть коллеги по цеху, – признался мужчина, подойдя ко мне во время очередного привала. – Как бы ни складывался поход, поддержка никогда не бывает лишней.

– Можешь рассчитывать на нас, если потребуется помощь, – ответил я.

– Сразу видно опытных специалистов. Где работаете?

– Детское отделение и отделение общей практики, – отозвалась Лера.

– Хорошая подготовка. Значит, часто приходится работать в экстренных ситуациях.

– Хотелось бы сказать, что нечасто, но выбирать не приходится, – пожал я плечами. Как я выяснил позже, целителя звали Ярослав, и он был всего на три года старше.

– Всё, я больше не могу, – выпалила девушка из нашей группы, опустившись на склон очередного холма.

Пришлось сделать остановку. Пока Яр накачивал её энергией, я выудил из рюкзака и протянул девушке шоколадный батончик.

– Сладкое даст быструю энергию. Вместе с поддержкой целителя получится мощная смесь.

– Спасибо, – поблагодарила страдалица и расправилась с угощением.

Для нас с Лерой вынужденная остановка тоже стала спасением. Да, мы привыкли стоять на ногах по десять часов к ряду, но шагать в гору с рюкзаками на спине – это что-то новое, к чему организм был явно не подготовлен.

Через два часа мы всё-таки выбрались на вершину одного из самых высоких холмов в окрестностях.

– Знаете зачем мы сюда поднимались? – поинтересовался наш экскурсовод таким тоном, словно мы взобрались на лифте на вершину небоскрёба, где нас ждало продолжение самой запоминающейся вечеринки.

– Чтобы мы выбились из сил и больше никогда не пользовались услугами вашего агентства? – предположил тучный мужчина.

– Отсюда открывается великолепный вид на окрестности, – словно не услышав его, продолжил гид. – Посмотрите назад, вдалеке видно очертания Берестовья. Вы даже можете рассмотреть Светлицу и впадающую в неё Черноглинку. А теперь посмотрите в другую сторону – нам осталось совсем немного, потому как больше половины пути мы уже преодолели. Наконец, оглянитесь вокруг и насладитесь моментом.

Да, действительно было красиво. Оно стоило того, чтобы карабкаться наверх и потратить столько усилий.

Когда мы спускались с поросшего травой холма, спутница тучного мужчины поскользнулась на траве и сорвалась с тропинки в глубокий овраг. Пришлось оказывать ей помощь. Помимо царапин от шипов терновника и свезённой коленки пришлось заниматься вывернутой лодыжкой.

– Вы ответите за это! – негодовал аристократ, размахивая кулаками, чем только мешал целителю сконцентрироваться. Поняв, что на него попросту не обращают внимание, мужчина переключил внимание на проводника. – Я этого так не оставлю! Ждите судебный иск на вашу фирму. Я закрою эту контору и выжму всё до копейки, чтобы вы знали как связываться со мной.

– Успокойтесь, я обработал рану, опасности для здоровья нет. Но сегодня лучше не опираться на эту ногу, чтобы дать ей время полностью исцелиться.

– Вы предлагаете мне успокоиться? – ещё больше разошёлся он. – Я заплатил деньги за отдых, а не за то, чтобы страдать от морской болезни, таскаться по холмам и ломать ноги.

– Вы же знали что вас ждёт, мы озвучивали программу ещё до поездки, – робко вмешался проводник, обращая гнев мужчины на себя.

– Кто он такой? – поинтересовался один из участников нашей экспедиции, но все пожимали плечами.

– Это Шабанов, – склонившись к нам, прошептал целитель, с которым мы познакомились во время пешего перехода.

– Очередная важная шишка? – догадалась Лера.

– Смотря с какой стороны посмотреть. Для нас – определённо. А для аристократов – мелкая сошка. Но строит из себя величину.

– Обычное дело, – улыбнулась девушка.

Сопровождавший нашу группу целитель оказался опытнее своего коллеги с теплохода, поэтому справился без лишней помощи, но ногу девушки пришлось перевязать, и дальнейший путь она проделала в бандаже. Из-за этого наша скорость сильно упала. К палаточному городку мы подошли когда уже смеркалось.

И это было ещё одно удивительное место. Здесь было всего три деревянных дома из брёвен, а всё остальное место вокруг них занимали места под палатки. Мы видели, что две группы туристов уже расположились в палатках, но мест оставалось ещё достаточно много. Наша группа состояла из проводника, целителя и двенадцати участников и нуждалась в семи палатках. Нам их выдали бесплатно, потому как аренда уже входила в цену билета, но если добраться сюда своим ходом, можно арендовать палатку. И цена вполне доступная – всего тысяча за двухместный вариант.

Мы устроились у оборудованного кострища и попытались развести огонь, но нас поджидала очередная проблема.

– Спички отсырели, – виновато произнёс наш проводник, тщетно пытаясь разжечь костёр.

– Предоставьте это дело профессионалам! – заявил Шабанов, демонстративно оттолкнув нашего гида в сторону.

Мужчина протянул руку к углям и призвал огромную волну пламени, ударившую в цель и подняв целый столп пламени, умчавшийся ввысь. Все вокруг невольно отшатнулись, некоторые даже попадали на землю. Я машинально прикрыл рукой Леру и закрыл глаза, чтобы не ослепнуть.

– Кажется, профессионализмом тут и не пахло, – мрачно прокомментировала выходку повелителя стихий моя жена.

Шабанов, который только начал улыбаться, радуясь выпавшей возможности похвастать силой, заметно нахмурился. За весь вечер он больше не заговорил с нами, только бросал недовольные взгляды. А вот его спутница была благодарна за помощь, потому как ближе к ночи нога начала отекать и сильно болеть, а я решил помочь, сняв отёчность и болезненные ощущения.

С приходом сумерек появилась новая проблема – полчища комаров, которые совершенно не боялись ни хлопков, ни костра и легко пробирались в палатку. Спасением стала смесь трав, которую я приготовил в мешочке. Стоило мне разжечь огонь и смешать в тигеле высушенные и нарубленные базилик, кошачью мяту и полынь, как комаров сдуло напрочь. Разузнав о чудодейственном средстве соседи по палатке, а потом и половина палаточного лагеря направилась к нам за помощью. В эту ночь мы стали настоящими героями.

А наутро нас ждала конная прогулка. Я готов был поспорить, что и здесь не обойдётся без травм, но к великому счастью всё прошло гладко. Если не считать затёкшей спины, шеи и ноющих ягодиц.

А вот сплав на байдарках стал настоящим испытанием силы, выносливости, умения чувствовать баланс и работать в паре. Мы разбились по два человека, но если я рассчитывал, что в паре будет кто-то опытный, то сильно ошибался. Грести через пороги нам предстояло самостоятельно. Даже не помню сколько раз мы переворачивались, получали веслом от соседей и сталкивались с препятствиями. Вымокшие, уставшие, с синяками на руках мы с большим трудом добрались до Берестовья. Но если относиться ко всему с юмором, можно пережить и не такие проблемы. Мы провели всего два дня в этой поездке, но я готов поспорить, что многим она запомнится надолго. На борт «Летучего» мы поднимались вымотанными, но воодушевлёнными. Хотя, это касалось не всех. Спутницу Шабанова доставили на борт корабля на автомобиле. Аристократ с кулаками набросился на проводника, когда узнал, что от Семёновска до Берестовья была грунтовая дорога, по которой можно легко проехать на машине. Правда, для этого приходилось делать крюк километров в десять, но это всё ещё легче, чем бродить пешком по холмам.

– Это туристический маршрут, – виновато пожимал плечами парень, искренне не понимая причины негодования тучного аристократа.

Это путешествие научило меня тому, что нужно тщательно изучать предлагаемый маршрут и не соглашаться ни на какие экскурсии, если они требуют серьёзной физической подготовки.

– После такого отдыха ещё неделю отдыхать придётся, – пожаловалась Лера, когда мы вернулись домой.

– Завтра точно никуда, а вот через два дня хочу тебя пригласить на одно важное мероприятие.

– Если не придётся грести по бурной горной реке, или лазать по холмам, я согласна.

– Нет, там всё проще. Приготовь вечернее платье, потому как мы идём на презентацию нового изобретения Дмитрича.

С тех пор как Горюнов завершил разработку своего изобретения, прошёл почти год, но он всё медлил с официальной презентацией. Как я понял, причиной тому была бумажная волокита. Изобретение следовало зарегистрировать, дождаться одобрения Палаты артефакторов, провести испытания, и только потом официально презентовать для широкой публики. К счастью, Пал Дмитрич успешно преодолел все испытания и довёл дело до конца.

Мне раньше приходилось бывать в Градовецкой академии артефакторов, только по другому поводу. Как сейчас помню, лекцию профессора Жжёнова, посвящённую очередной промышленной революции, которая по его мнению вот-вот должна была захлестнуть весь мир. Вот только по непонятным причинам революция захлёбывалась. Теперь у меня нашёлся другой повод – презентация Горюнова.

– Костя! Лера! Рад вас видеть, – просиял Дмитрич, стоило нам появиться на пороге, и повернулся к своим коллегам. – Знакомьтесь с моими друзьями. Это целители из Второй городской больницы.

– О, решили воочию убедиться как наши изобретения оставляют людей с вашим даром на страницах истории? – решил сострить мужчина в чёрном фраке с длинными торчащими в стороны рыжими усами. Надетые на него белые брюки совершенно нелепо смотрелись с тёмным верхом. Хотя такой наряд и считался вполне допустимым, но в этом случае был подобран совершенно нелепо.

– Наоборот, хочу посмотреть что нового придумали светлые головы. Может, найдётся что-нибудь полезное, что упростит или повысит качество оказания помощи пациентам.

– О, я вас помню! – вмешался другой мужчина, который по комплекции напоминал более ратника, чем изобретателя. – Вы были на лекции профессора Жжёнова в прошлом году и поставили его в неловкое положение.

– Асклепий мне свидетель, я этого не хотел, – ответил я с улыбкой.

– Бурдюков Семён Филиппович, – представился богатырь. – Сочту за честь знакомство с вами. Хотелось бы услышать ваше мнение по поводу моего изобретения…

– Старый ты меховой бурдюк! – перебил его Горюнов на свой манер. – О своих изобретениях будешь заливать потом, а сейчас не порть мой вечер. Идёмте, уже все собираются!

Пал Дмитрич намеренно не дал нам сесть рядом с Бурдюковым, словно оберегал от назойливого внимания.

– Честно говоря, мне здесь немного неуютно, – призналась Лера. – Я чувствую себя, словно попугай в клетке, который нужен только для красоты.

– Не обращай внимания, большинство этих людей скептически относятся к целителям, разделяя идею, что скоро всё будет подчинено артефакторике.

– Вдвойне приятно слышать это от целителя, – произнёс мужчина в нелепом костюме, который умудрился сесть у нас за спиной.

– Погодите, но ведь артефакторы создают механизмы с помощью дара? – поинтересовалась Лера.

– Совершенно верно! – не почувствовав подвоха, произнёс изобретатель. – Мы ощущаем дух механизмов, видим как всё работает на тонком плане и чувствуем где нужно внести изменения, чтобы работало лучше. Для вас это просто груда металла со странными очертаниями, а для нас – нечто живое и понятное.

– Но если вы используете дар для создания механизмов, а некоторые изобретения невозможно произвести без дара, выходит, ваши попытки отменить одарённых – не более, чем пустое сотрясение воздуха? Вы ведь не можете отменить сами себя.

На несколько секунд мужчина завис, а затем посмотрел на Леру с уважением, которого я не видел во взгляде артефактора раньше.

– Моё почтение, вы разбили мои доводы в пух и прах. Константин Юрьевич, вам очень повезло с женой.

– Я знаю, – ответил я, сжав руку Леры, а она расплылась в улыбке. Теперь девушка чувствовала себя намного увереннее.

Официальная часть началась, поэтому разговоры в зале смолкли, а всё внимание было обращено на сцену, где выступал Горюнов.

– Вот эта вещь, – произнёс Пал Дмитрич, взяв в руки кардиостимулятор без верхней крышки, что позволило увидеть его внутреннее устройство. – Верный помощник для людей, страдающих от сердечной недостаточности, брадикардии и ряда других сердечных болезней. Многие коллеги говорят о том, что благодаря нашим открытиям целители скоро будут отброшены на задворки истории, но я хочу сказать, что вы глубоко ошибаетесь. Что бионические протезы, широко используемые в имплантации, что моё изобретение, требуют помощи целителей для установки и обслуживания, потому как части устройства крепятся напрямую к мышцам. В данном случае речь идёт о сердечной мышце. Установить эти устройства без помощи целителей не просто опасно, а я бы сказал – невозможно.

– Придёт время, мы создадим механических помощников, которые возьмут это на себя, – послышался голос с галёрки.

– Возможно, когда-нибудь такое время настанет, – согласился мужчина. – Но я уверен, что целители будут нужны всегда.

С презентации мы вернулись вдохновлённые. После официальной части мы остались на фуршет и успели познакомиться со многими интересными людьми. И что любопытно, мы больше не чувствовали себя лишними. А вечером, когда мы уставшие вернулись домой, тишину нарушил звонок телефона.

– Костя, я слышал, ты уже в городе? – поинтересовался Радимов и, не дожидаясь моего ответа, продолжил: – Нужна твоя помощь. Сможешь подменить человека в поликлинике? Я знаю, что ты в отпуске, но мне больше некого попросить о помощи. Всего два дежурства.

– Конечно, Егор Алексеевич. Можете на меня рассчитывать, – ответил я, понимая, что заведующий не будет выдёргивать меня из отпуска просто так. Значит, у него есть на то острая необходимость.

Глава 11
Конфликт

Погода сегодня выдалась не по-летнему прохладной. Ночью прошёл сильный дождь, а наутро похолодало. Да и ночи в конце июля здесь куда прохладнее, чем в родном Привольске. Ха! Я уже стал считать родным город, в котором родился прежний Константин. Так скоро совсем забуду о своей прежней жизни.

«Осмотрись там хорошенько и разберись что к чему», – всплыл у меня в памяти совет Егора Алексеевича, когда очертания поликлиники замаячили впереди. Что он хотел этим сказать? Я не стал строить из себя доку и решил уточнить, но заведующий ушёл от ответа. Возможно, в этот момент рядом с ним был тот, кому он не хотел раскрывать карты.

Зачем мне осматриваться? Я так уже бывал в прошлом году, и знаю что там и как. Или Радимов забыл? Не думаю, что такой человек может что-то забыть. Выходит,

Вид поликлиники произвёл на меня приятное впечатление. Может, причина кроется в том, что сейчас лето: светает гораздо раньше, на деревьях листья и к половине восьмого утра уже нет тумана, который стелется в рассветные часы над Светлицей и достаёт даже до этого района.

Да и общее настроение у людей было куда лучше. Кто-то догадался поставить целых шесть лавочек, по три друг напротив друга, и самые тяжёлые пациенты разместились на них. Но хватало и тех, кто был вынужден стоять.

– Доброе утро! – произнёс я максимально дружелюбно и направил во все стороны волну энергии, чтобы поддержать людей, которые явно заранее пришли занять очередь за талонами. Сделали бы уже запись к целителям, было бы проще. А так приходится людям вставать в четыре утра и спешить к поликлинике, чтобы проторчать тут несколько часов. С другой стороны, никогда не знаешь когда что-то заболит, поэтому бывают случаи, когда пациент даже не планирует поход в поликлинику, но иного пути нет.

В регистратуре меня отправили в кабинет к старшему целителю Старостину. Выходит, будем принимать вдвоём. Наверняка на меня сбросят самых лёгких пациентов, а старший целитель будет работать с более сложными проблемами.

– Что ты ломишься сюда? – встретил меня в кабинете недовольный голос старшего целителя, едва я постучал и потянул ручку двери. Только войдя в кабинет я заметил недовольную мину на его круглом лице.

Ухоженный, гладко выбритый, использует дорогой парфюм, причём, расходует его куда больше, чем следует. Вполне возможно, чтобы произвести впечатление или перебить запах пота. Взгляд уверенный в себе и слегка наглый.

– Что ты уставился? – задал новый вопрос хозяин кабинета. – Выйди из кабинета, я позову, когда будет можно войти. Кто вас вообще пустил в такую рань?

– Я от Егора Алексеевича, – спокойно произнёс я, не пошевелившись.

– От какого… А-а-а… От Радимова? – забавно было наблюдать за трансформацией коллеги. Возмущение, недоумение, удивление, а потом и страх. Похоже, наш заведующий здесь имеет большой вес. – Так что ты сразу не сказал? Да, это хорошо… Но получилось как-то нехорошо. Но ты ведь сам знаешь, ходят тут без конца со своими проблемами, заглядывают в кабинет, а до начала приёма ещё пятнадцать минут.

– Так мы затем и работаем, чтобы их проблемы решать, – с улыбкой произнёс я, и без приглашения повесил куртку в шкаф для одежды.

– Угу… – протянул мужчина, бросив на меня недовольный взгляд. – Ну, рассказывай. Давно работаешь?

– Два года почти, – округлил я, потому как до середины моей отработки остался всего месяц. Экватор, как называли эту отметку некоторые молодые целители.

– Молодой ещё, жизни не видел, – махнул рукой мужчина. – Ладно, я сам разберусь с больными, а ты сиди и помалкивай. Если понадобится помощь, я дам тебе знать.

Не понимаю, и зачем Радимов меня вообще сюда отправил? Старший целитель может справиться и своими силами, я только время трачу. Или в этом и заключалось задание Радимова? Неужели он направил меня сюда в качестве разведчика?

От размышлений меня отвлекла первая пациентка, которая заглянула в кабинет.

– Разрешите? – робко поинтересовалась женщина.

– А если не разрешу, уйдёшь? – хмыкнул Старостин. – Проходи уже, всё равно никуда от вас не денешься.

Я посмотрел на часы и увидел, что сейчас была одна минута девятого, то есть рабочий день уже начался. Интересно, и всех пациентов целитель встречает таким образом? И кто ему позволял обращаться с пациентами в такой манере? Не иначе, как это его знакомая, потому как других объяснений такому поведению у меня нет.

– Как вы со мной разговариваете? – мгновенно вспыхнула женщина, развеяв мои сомнения.

– Малой, забирай эту себе, мне тут не нужны мозгоклюйки, – поморщился целитель.

Я на какое-то мгновение даже растерялся от такого поведения, но всё-таки пригласил женщину в процедурную, потому как целитель уже пригласил следующего пациента. Да, и сюда добралось сокращение младшего медицинского персонала. Без их помощи работать стало куда сложнее, потому как нагрузка на целителей возросла, а иногда мы физически просто не справляемся.

– Я прошу прощения за своего коллегу, – начал я. – Вы не могли бы описать проблему, с которой пришли?

– А вы сами не видите? – расстроено шмыгнула носом женщина. – У меня лишний вес. И если поначалу это доставляло лишь эстетические проблемы, то сейчас начались проблемы с ногами, появилась одышка, быстрая утомляемость.

– Вам нужно придерживаться диеты, вести активный образ жизни, заниматься спортом. Но силовые нагрузки пока под запретом. Давайте для начала уберём из рациона всё сладкое, мучное, солёное, жирное и жареное, сконцентрируемся на лёгких физических нагрузках, а потом проследим за динамикой.

– Господин целитель, да разве я не пробовала? – отозвалась женщина. – Всё бесполезно.

– Да что ты с ней возишься? – закипел Старостин, заглянув в процедурную. – Она если и бегает, то только от дивана к плите, чтобы чего-нибудь перекусить. Не трать вообще своё время.

– Простите, но вы целители, и обязаны оказать мне помощь. Особенно, если речь идёт о моём здоровье! – вспыхнула в ответ женщина.

– Покажите мне где это написано, – встал в позу Старостин.

– А зачем мне это нужно? Пусть ваше начальство и показывает, – женщина вскочила с места и направилась к выходу. – Спрошу у заведующего поликлиникой. Может, он знает?

– Истеричка! – крикнул ей вслед целитель.

– Хам! – послышалось из коридора, а потом дверь громыхнула с такой силой, что могла посыпаться штукатурка.

– Где таких сумасшедших только берут? – проворчал мужчина. – Я вообще считаю, что перед посещением поликлиники пациентов нужно проверять в больнице для душевно больных и пускать на приём только со справкой, что пациент адекватен.

– Глядя правде в глаза, это вы спровоцировали женщину, – заметил я, не собираясь молчать.

– Ой, не начинай! Меньше пациентов – тебе же спокойнее. Она пришла сюда не за помощью, а чтобы кому-нибудь мозг ложечкой выесть, вот пусть и идёт где-нибудь себе жертву ищет. Вон, Василевский получает сто двадцать тысяч за заведование поликлиникой, пусть свои деньги отрабатывает.

Разумеется, работа у нас не заладилась с самого начала. Старостин попытался сбросить на меня всю бумажную волокиту, но я не собирался выполнять его работу, отчего старший целитель волком смотрел на меня, но ничего сделать не мог. Я знал, что ничего толком он сделать не может, потому как протекция Радимова связывает ему руки.

– Не с того ты начинаешь работать, малой, – начал он, когда очередной пациент вышел из кабинета, давая возможность переброситься парой слов. – В моё время младшие даже рот не смели открыть без разрешения наставников, а ты ещё меня судить пытаешься.

– Не знаю как было в ваше время, не застал. Зато точно знаю, что в моё время пациентам не хамят. Мы для чего здесь работаем? В чём смысл нашей жизни? Ради чего целительский дар нам дан?

– О, как ты далеко завернул! – рассмеялся Старостин. – Пытаешься смысл жизни понять и объяснить происхождение дара? Я тебе так скажу – тебе просто повезло. Ты вытянул счастливый билет, что не удалось миллионам других людей, так что радуйся, что ты в числе тех десяти процентов избранных и наслаждайся жизнью.

От дальнейших споров нас отвлекло появление дежурной.

– Господа, вас обоих вызывают к заведующему, – произнесла женщина таким тоном, будто случилось нечто ужасное. Я не стал интересоваться причиной вызова, думаю, она и так понятна.

Когда мы вошли в кабинет, заведующий молча уставился на нас, а затем указал на кресла, не проронив ни слова.

– Как вы объясните такое поведение? – поинтересовался Василевский, как только мы заняли места. – Поступила очередная жалоба. Марк Альбертович, в вашем случае это уже седьмая за месяц, идёте на рекорд.

– Вы же знаете, для меня эти переаттестации – как глоток свежего воздуха. Хоть ненадолго отдохну от неадекватов.

– Может, вам тогда место работы сменить? Заодно и отдохнёте от назойливого внимания пациентов? – повысил тон заведующий. – Я понимаю, что ваши связи в коллегии делают переаттестацию простой формальностью, но моей больнице эти проблемы не нужны. Я каждую неделю на планёрках слышу, что наша поликлиника худшая по количеству жалоб во всей губернии.

– Такая у вас работа – получать нагоняи от начальства, – пожал плечами Старостин.

– Моя работа заключается в том, чтобы организовать эффективную работу поликлиники, а не выслушивать замечания. Марк Альбертович, вы испытываете моё терпение. Если подобные инциденты не прекратятся, я буду вынужден разорвать контракт в связи с несоответствием занимаемой должности.

– А это уж не вам решать соответствую я или нет, – оскалился старший целитель. – На это у нас есть коллегия.

– Не забывайте, что главный целитель здесь я, и мне решать кто будет работать в этой больнице, – стал в позу Василевский. – Я не хочу проблем, поэтому закрываю глаза на некоторые ваши проступки, но всему есть свой предел. Понятно, что вы оба напишете объяснительные, но мне бы хотелось услышать из ваших уст что случилось в кабинете.

– Очередная неадекватная пациентка, – отмахнулся Старостин.

– Марк Альбертович, и что же вам так везёт на неадекватных пациентов? – всплеснул руками заведующий. – К остальным нашим целителям они заглядывают раз в месяц, а то и реже, а у вас по несколько неадекватов в день.

– Остальные терпят, а у меня достаточно уважения к себе, чтобы не пресмыкаться, – заявил старший целитель.

– Дорофеев, а вы что скажете? Вы были свидетелем конфликта. Давайте позовём вторую сторону конфликта и разберёмся лицом к лицу.

Вот мы и подошли к главному моменту нашего разговора. Кажется, Василевский заранее запланировал этот вопрос, и подвёл к нему только сейчас, разыгрывая весь этот спектакль для большей драматичности. Ещё и женщину попросил остаться, пригласив её в самый важный момент. Всё-таки заведующие – ещё те сценаристы, которым приходится учиться, чтобы держаться на плаву. Взять того же Радимова. Теперь я полностью уверен, что Егор Алексеевич отправил меня на приём не просто так.

И тут вырисовывается нехорошая ситуация. С одной стороны, нужно прикрыть коллегу, которого занесло, и он позволил себе переступить черту дозволенного. А с другой – должна восторжествовать справедливость. Одно дело, когда пациент пришёл на приём и получил не самое лучшее обслуживание – целитель тоже человек и мог где-то недосмотреть. Можно попытаться сгладить углы, исправить ошибку коллеги и постараться решить ситуацию миром. Но отношение к человеку должно быть уважительное. Женщина пришла за помощью, а получила хамское отношение. И это явно не тот случай, когда иначе человеку не доходит. Здесь налицо нежелание целителя работать. Готов поспорить, этот случай не единичный.

– Константин Юрьевич, вы меня слышите? – поинтересовался заведующий. – Я хочу услышать от вас как всё было.