Текст книги "Аквилон. Маг воды. Том 6 (СИ)"

Автор книги: Саша Токсик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13

– Слушаю, Василий Петрович.

Я сел повыше, подложив подушку под спину. Слово «срочное» в устах человека, который никогда не бросался такими определениями попусту, заставило меня заинтересоваться.

– Я вчера провёл полдня в Торговом банке, – размеренно начал Громов. – Начну с хорошего. Закладная Мергеля аннулирована.

– Фальшивка? – заинтересовался я.

– Не совсем, но близко к тому, – ответил юрист. – Процедура переуступки была проведена с нарушениями, банк это признал. Те самые три пункта, которые вы мне назвали. Скорость переуступки, отсутствие уведомления и нарушение вашего приоритетного права. Управляющий поначалу упирался, но когда я положил перед ним выписку с датами и предложил обсудить это в суде, стал значительно сговорчивее.

Я усмехнулся. Громов среди банковских служащих чувствовал себя как щука в садке с карасями. С его репутацией, даже не надо было доводить дело до суда, услышав его имя те сразу выкладывали карты на стол и прекращали юлить.

– Хорошая работа, Василий Петрович. Но я так понимаю, это не всё.

Громов хмыкнул. За несколько месяцев он привык, что я не жду, пока мне подготовят почву.

– Банк аннулировал переуступку, но запустил официальную процедуру продажи закладной. По регламенту, с публикацией в «Синеозёрском вестнике». Срок выкупа для владельца, то есть для вас, четырнадцать дней. Если не воспользуетесь, закладную выставят на открытые торги.

– И Мергель будет первым в очереди, – кивнул я машинально, хотя мой собеседник и не мог этого видеть.

– Разумеется, – ответил Громов. – Его поверенный пасётся в банке ежедневно. Похоже, Мергель отступаться не собирается.

Где-то внизу Елена Павловна закончила наставлять Нюту и взялась за Федьку, судя по тому, что теперь гремела не посуда, а ведро, и голос из поучительного стал командирским. Я слушал эту кухонную перекличку и думал о том, что через две недели Мергель может получить право выставить из этого дома и Елену Павловну, и Нюту, и Федьку, и ведро заодно.

– И сколько они хотят?

– Сто восемьдесят тысяч рублей, – Громов помолчал. – Так что интерес Мергеля не удивителен. Это раза в два ниже рыночной стоимости. Урвать такую собственность, что может быть приятнее для дельца?

Слова Громова меня даже успокоили. Значит, мотив Мергеля не месть, а чистая выгода. Приятель Лазурин «подогнал» ему удачный вариант, чтобы досадить мне. А барон хочет на нём нажиться. В будущем поместье можно выгодно продать, или приобрести престижную недвижимость себе за полцены.

Почему успокоили? Потому что в этом случае Мергель ничего не знает про наш план с тестерами для воды, который ударит по его корпорации. А значит, не успеет подготовиться и противодействовать.

Низкая цена тоже объяснима. Лазурины подгадали так, чтобы платить по закладной копейки, но при этом жить в поместье, как в своем собственном. Полученные же за него деньги давно промотали.

Впрочем, низкой она была для Мергеля и ему подобных, а не для бывшего ныряльщика Данилы Ключевского. Даже то, что я подтвердил свой дворянский титул, богаче меня не делало.

– Сто восемьдесят тысяч за две недели, – повторил я вслух.

Громов помолчал. Он понимал, что мне нужно не сочувствие, а время на подсчёт.

Я прикинул в уме. Премия Купеческой гильдии Трёхречья за то, что я уничтожил пиратскую базу, двадцать тысяч. Вексель можно было обналичить в любой момент. Производство тестеров набирало обороты, Совсем скоро оно начнет приносить не только пользу, но и прибыль. Но живых денег здесь еще не было.

Русалочьи камни из пещеры визгунов стоили целое состояние, но их оттуда надо извлечь. К тому же, это обрушит рынок и потребует объяснений.

Арифметика не сходилась, и это было мягко сказано.

– Данила, – Громов заговорил осторожнее. – Я мог бы оформить кредит на ваше имя. Под залог будущих поступлений от «Атлантиса». Условия будут не лучшие, учитывая сроки, но…

– Нет, – я отбросил этот вариант сразу. – Брать один долг, чтобы закрыть другой, скверная стратегия. За такой срок ни один банк не даст нормальных условий, а ростовщики в Синеозёрске дерут три шкуры, как и везде. Не переживайте, Василий Петрович. Я с этим вопросом разберусь.

Громов не стал настаивать. За несколько месяцев совместной работы он усвоил, если я сказал «разберусь», значит разговор на эту тему закончен.

– Понял вас. Тогда есть еще одно дело. Помните, вы подавали заявку выкупа права собственности на Синюю Дыру?

– Конечно помню, – ответил я. – И что с ней?

– Городская управа дала согласие. Пятнадцать тысяч рублей за уступку прав фирме «Атлантис», документы у меня на столе, – доложил Громов и сделал короткую паузу. – Данила, с учётом того, что мы только что обсуждали, вы подтверждаете свое решение?

Вопрос был разумный. Пятнадцать тысяч из двадцати, которые лежали на счету. После подписания у меня останется пять тысяч рублей, и расстояние до выкупа закладной станет ещё длиннее.

Но я не из тех людей, кто мечется и меняет свои стратегические планы под влиянием обстоятельств

– Подтверждаю.

– Принято, оформлю сегодня, – на том конце зашуршали бумаги, и скрипнуло перо, Громов записывал. – Документы можете забрать через три дня, но это чистая формальность, озеро ваше

– Благодарю, Василий Петрович.

– Тогда у меня всё, буду ждать от вас новостей.

Связь прервалась. Я положил чарофон на тумбочку и лежал, глядя в потолок. Квадрат солнечного света сместился по стене и добрался до выгоревшего прямоугольника на месте картины, которую Лазурины увезли вместе со всем остальным.

Сто восемьдесят тысяч за четырнадцать дней. Я управлял десятками подводных городов, а теперь не мог наскрести на выкуп собственного поместья.

Впрочем, деньги всегда были вопросом возможностей, а за две недели можно сделать очень много.

* * *

Хлопнула входная дверь. Лёгкие быстрые шаги переместились по лестнице, к берегу. Нюта выбежала из дома и припустила к озеру, и бежала она так легко и охотно, что я усмехнулся.

Видимо Елена Павловна послала её звать Федьку на завтрак, и поручение это, судя по скорости исполнения, Нюту очень обрадовало.

Забавно: интерес у этих двоих был, похоже, взаимным, хотя ни он, ни она этого наверняка не осознавали. Что для их возраста было совсем не удивительно.

Через Шепот течений до меня донёсся тонкий голос Нюты. Потом Федька развернул лодку, русалочьи камни понесли её к причалу.

Меня не будили, дали выспаться после вчерашнего вечера, проведенного за журналами убитого мага. Я оценил тактичность Елены Павловны, но не стал испытывать терпения остальных. Оделся и направился вниз.

Я встал, оделся и спустился вниз.

На кухне было тепло, и даже жарко от натопленной печи. На раскрашенных изразцах печи плескались нарисованные волны и рыбы. Елена Павловна хлопотала возле неё со сковородкой. На столе дымились румяные расстегаи, а Нюта расставляла тарелки и чашки вокруг пузатого, пахнущего заваркой и мятой чайника.

Елена Павловна обернулась на мои шаги и тут же подвинула тарелку.

– Садитесь, садитесь, Данила, пока не остыло! Вот расстегаи с рыбой, Федькин вчерашний улов, а вот блинчики с яблоками, я вчера яблоневый сад нашла, пока вы вечером работали, представляете? Целый сад, за южной стеной, яблоки уже вовсю поспели, а никто не собирает!

Это она говорила, одновременно наливая мне чай, подвигая блюдце и помешивая что-то на печи. Деревянная ложка в её руке мелькала между чайником, кастрюлей и тарелкой Федьки, словно палочка дирижера.

Федька уже сидел за столом, уплетая расстегай за обе щеки, которые от энтузиазма раздулись как у хомяка. Елена Павловна подложила ему ещё один.

– Ешь-ешь, худенький как щепочка! Растущему организму питание нужно, пра-виль-но-е питание!

Федька кивнул, не отрываясь от еды. Нюта бесшумно подлила мне чаю и отошла к стене, где стояла наготове с полотенцем на плече. За стол она не садилась.

Я взял расстегай. Мягкое пышное тесто с нежной рыбной начинкой без единой косточки. Я откусил, начал жевать и все проблемы с закладной вылетели у меня из головы. Нет уж, за такие завтраки и за эту кухню я буду биться словно разъяренный Страж или того хуже, проголодавшийся Архимаг, так что у Мергеля с его поверенным нет ни единого шанса

По ментальному каналу от Капли пришёл мыслеобраз, Федькина лодка у причала, аккуратно привязанная тросом, и комментарий:

«Капля четыре раза отодвинула! Четыре! Бестолковый Федька!»

Для непоседливого водного духа, которая сама лишь недавно стала усваивать, что в мире существуют правила, это была серьёзная работа.

«Ты молодец!», – похвалил я. – «Ты мне очень помогла».

«Четыре раза помогла!» – серьёзно уточнила Капля.

Запоминать числа она научилась недавно и гордилась этим отдельно.

«Четырежды молодец!»

Капле это понравилось, и она забулькала, излучая волну довольства.

– Там рыба крупная, господин Ключевский, – Федька поднял голову, не прожевав. – Я к ней четыре раза подходил, а водовороты не пускают!

По каналу прилетело возмущение:

«Капля не пускала! Потому что опасно! А Федька жалуется!»

Знал бы Федька, что причина водоворотов также активно жалуется сейчас на него. Чем-то они с Каплей похожи, и скоро наступит время их познакомить. Я не сомневался в преданности Федьки, но опасался, что он разболтает про духа по юношеской восторженности.

А к такой новости современное общество пока не готово. Они даже элементалей квалифицируют как «речных монстров». Так что буду знакомить своего ученика с чудесами постепенно.

Завтрак подходил к концу. Я понимал, что даже при всем желании не смогу запихнуть в себя хоть что-то из еды. Разговоры смолкли сами собой. Самое время сообщить новость.

– Мне нужно сплавать в небольшое путешествие, – объявил я. – Два дня пути, вернусь не раньше чем через четыре-пять дней.

Елена Павловна замерла с ложкой в руке.

Я повернулся к Федьке.

– Поедешь со мной?

Федька замер с расстегаем в руке, не донёс до рта. Положил на тарелку, выпрямился на стуле.

– Поеду, господин Ключевский!

Я мог бы и не спрашивать. Наставник распоряжается, ученик выполняет, таков порядок. Но у меня были свои правила.

– А отец? Справится без тебя?

– Да я ему продуктов закупил, господин Ключевский! – Федька заговорил быстро, и уши у него начали краснеть. – Он сам себя обслуживает, несколько дней не проблема! Я могу ехать! То есть… если вы…

Голос у него подпрыгнул, и он поймал себя, попытался говорить солидно, как подобает ученику мага, но получалось неважно, потому что экспедиция с учителем к Глухому озеру это был целый мир, и спрятать восторг не получалось, как ни старайся.

– Тогда собирайся.

Федька кивнул, изо всех сил стараясь не подпрыгнуть на стуле.

Мне хотелось посмотреть на Федьку в настоящем деле. От уже натренировал базовые заклинания, умел оперировать энергией. Но пользоваться магией так, словно это продолжение твоего тела, можно лишь когда эта магия становится частью твоего выживания.

Была и практическая причина, о которой я не стал говорить вслух. Капля уплывёт со мной, а без неё оттаскивать Федькину лодку от центра озера некому, и одного дня без присмотра хватит, чтобы мальчишка решил проверить, что за водовороты такие мешают ему рыбачить.

Нырнёт, доплывёт до самого купола, а на дне ждали несколько Ловцов, быстрых и безжалостных. Рядом со мной ему было безопаснее, чем в любом другом месте.

– Батюшки светы! – Елена Павловна всплеснула руками, и деревянная ложка описала в воздухе полукруг. – На несколько дней!

Она не спрашивала куда и не спрашивала зачем. Она уже считала провизию, которая требовалась нам в дорогу.

– Нюта! Корзину из кладовой, большую! Хлеб вчерашний ещё свежий, заверни в тряпицу чтобы не черствел, чай надо упаковать обязательно, кружки, ложки…

Нюта вскочила и побежала выполнять. Елена Павловна уже считала на пальцах, что нужно упаковать, тревога из её голоса ушла, и он стал деловитым и уверенным. Я снова, в какой уже раз, порадовался своему выбору домоправительницы.

Поместье остаётся на ней, и оно будет в порядке.

* * *

За стеной что-то гулко звякнуло и покатилось по полу. Хотя я и предупредил Елену Павловну, что мы отправимся в путь лишь через несколько часов и никаких поводов для спешки нет, она развернула бурную деятельность.

Нюта активно помогала ей таскать посуду и в очередной раз переупаковывать корзины с провизией. Я не препятствовал. Дорога действительно была неблизкой, минимум двое суток в каждую сторону. Да еще непонятно, сколько придется задержаться на самом озере, чтобы его таинственная сущность проявила себя во всей красе.

Мне же перед отправлением осталось только переодеться в походное снаряжение.

Было и еще одно дело, которое не хотелось откладывать. Поэтому я вышел из ставшего вдруг шумным особняка, прошел несколько шагов по дорожке к озеру и вытащил из кармана плоскую коробочку чарофона.

Активировал кристалл и мысленно сконцентрировался на образе Нади Светловой.

Хотя я и раньше пропадал на несколько дней не выходя на связь, но сейчас решил предупредить её о своем отсутствии. Наверное, хотя я сам себе в этом не признавался, мне просто хотелось услышать её голос.

– Алло⁈ Данила? – обрадовалась она. – Сейчас, минуточку, я как раз собираюсь на перерыв.

В трубке зашуршало, словно она прижимала её к уху плечом. Щелкнул замок медицинского саквояжа, который она всегда брала с собой.

– А ты что звонишь, у тебя всё хорошо?

– Конечно, – я постарался развеять её сомнения. – Просто решил удостовериться, работает ли система талонов. Я, знаешь ли, в какой-то мере несу за неё ответственность.

– Прекрасно работает, – я почувствовал по интонации, что Надя улыбнулась. – Помнишь Зинаиду?

Я сразу вспомнил мощную женщину с ухватками императорского гренадера, которая пыталась преградить мне путь в Надин кабинет.

– Её трудно забыть.

– Так вот, вчера она записалась на приём, – по голосу я слышал, как Надя улыбается. – Сказала, что лучше точно будет знать, когда её примет доктор, чем по очередям тратить время. А ещё вчера я даже смогла спокойно пообедать. И это были не какие-нибудь бутерброды, а полноценный суп и второе. И всё сама, даже без напоминания!

– Вот это достижение, – поразился я. – А десерт был?

– А десерт я забрала с собой, – гордо ответила Надя. – И сегодня, между прочим, я тоже собираюсь пообедать вовремя.

В трубке зашуршало, а после я услышал щелчок ключа, словно Надя запирала дверь кабинета, придерживая чарофон возле уха плечом.

– Жаль, что не могу в этом поучаствовать, – искренне признался я. – Мне нужно уехать на несколько дней, по пустяковому делу.

Болтая, я дошел до самой пристани, и сейчас смотрел за тем, как мой катер и лодка Федьки покачиваются на волнах. Наверное, брать с собой и то и другое не имеет смысла, подумал я. Отправимся на катере, для двоих там места хватит с запасом.

– Надеюсь, в этом пустяковом деле не будут фигурировать какие-нибудь разбойники или пираты?

Надя постаралась сохранить шутливый тон, но я чувствовал, что она беспокоится.

– Откуда я найду пиратов? – засмеялся я. – Мне кажется, благодаря тебе их извели по всему Озёрному краю.

Она расхохоталась.

– Ну если только считать, что этих пиратов поймали на живца, – предположила Надя и добавила, – причем этим «живцом» была я.

– Так или иначе, теперь реки и озера безопасны.

Я услышал, что Надя остановилась. Просто вдруг изменилось её дыхание в трубке и уличный шум стал другим.

– Это связано с Машей? – я поразился её догадливости. – Ты нашел способ?

– Еще рано говорить что-то конкретное, – я не стал её обнадеживать зря, – но я думаю, что смогу серьёзно подвинуться.

– Сколько тебя не будет?

– Дней пять, – прикинул я. – Максимум, неделю.

– Столько она продержится, – Надя сделала паузу, явно прикидывая что-то в уме. – Я заходила к ней вчера после обеда. Она выглядела лучше. Скорее всего, это временное улучшение. Надежда на спасение может быть хорошим лекарством, но с эпидемией она не справится. Но недели две у нас точно есть.

Я вспомнил Машу под лоскутным одеялом в её тесной комнатке. Тысячи людей сейчас болели и умирали по всему Озерному краю, но именно эта хозяйка маленькой уютной таверны стала для меня живым воплощением творящегося здесь ужаса.

– Я успею, – коротко ответил я.

– Верю тебе.

В разговоре повисла пауза, словно то, что мы хотели сказать сейчас не нуждалось в словах. Молчание было красноречивее.

– Главное, вернись из своей скучной и пустяковой поездки целым, – сказала Надя. – Я буду ждать.

– Обещаю, – ответил я.

Холодный и рассудительный опыт Архимага подсказывал мне не давать обещаний. Невозможно гарантировать то, что от тебя не зависит. Жизнь непредсказуема, и в любой момент готова повернуться к тебе самой неприглядной своей стороной.

И всё же я сказал то, что хотел. Потому что я приложу все усилия, для того чтобы вернутся. Ведь теперь у меня есть человек, который этого по настоящему ждет.

– Удачи!

Я отключился, спрятал чарофон в карман и зашагал к дому. Пора было отправляться в путь.

* * *

Я переоделся в походное, застегнул жестковатую парусиновую куртку, которая за несколько носок уже обмялась и села по фигуре, и спустился по лестнице к озеру.

Каменные выдры вдоль ступеней провожали меня ровным синим взглядом лазуритовых глаз, сиявших ярче обычного благодаря активированному защитному заклинанию.

Я ожидал увидеть у катера гору мешков и Елену Павловну, которая объясняет, почему именно этот чайник необходим в экспедиции на Глухое озеро, и без него мы совершенно точно не способны обойтись.

Но у пристани стояли три плетёные корзины с крышками, перевязанные бечёвкой, и ничего больше.

Елена Павловна ждала возле них, стоя в тёмном платье, уже без привычного синего передника. Увидев меня, она тут же принялась объяснять, загибая пальцы.

– Вот, смотрите, Данила. В первой корзине всё на сегодня и на завтра, расстегаи, пирожки свежие, бутерброды я отдельно завернула, чтоб не помялись. Это скоропортящееся, съедайте в первый день! Во второй то, что подольше продержится, колбасу, грудинку копченую, сыр. А в третьей крупы, гречка и пшено, это чтобы вам самим приготовить если что.

Она перечисляла, а Федька уже перемахнул через борт катера, подхватил первую корзину и понёс в трюм, распределяя груз равномерно

– Я сварю, господин Ключевский, не пропадём! – Федька высунулся из-за борта и вытер лоб рукавом. – Кашу умею, похлёбку тоже! Я с детства готовлю, батя-то болеет, вот и привык сам.

Маг моего уровня мог неделями обходиться без обычной пищи, поддерживая тело энергией воды. Так что я даже не думал о запасе еды, планируя поездку. Но Федька пока так не мог, ему требовалась обычная еда. Да и восстанавливать силы после большого расхода энергии лучше обычной едой. Так что вся эта провизия и умение Федьки готовить было очень кстати.

Из дома вышли Нюта и Гаврила, проводить нас в дорогу. Нюта встала рядом с Еленой Павловной, чуть за плечом. Гаврила остановился в стороне, опустив большие руки вдоль тела, молчаливый и спокойный, как всегда.

Беспокойный владелец поместья им достался. Не успел прибыть, уже куда-то уезжает. Правда, если они и удивились, то вида не показывали.

– Если кто-то полезет в особняк, никому не открывать, – сказал я, обращаясь ко всем троим. – Охранная система работает, в этом вы уже убедились.

На самом деле серьёзного нападения я не опасался. Мергелю в этом нет никакой нужды, он думает что я получил отсрочку, но покупка у него в кармане. От случайных же воришек охрана защитит гарантировано.

– А моя лодка? – заволновался вдруг Федька. – Она тоже под охраной?

Не сказав ни слова я провел рукой перед собой. Театральный жест, но эффектный, а главное хорошо подходящий, чтобы привлечь внимание к воде. Там вдоль берега проплывали несколько моих боевых элементалей в виде водных змей. Я просто подсветил их и сделал видимыми.

Нюта взвизгнула, Елена Павловна сделала пару шагов назад подальше от берега и даже Гаврила сжал кулаки в защитном жесте. И только Федька смотрел на мои творения с восторгом.

– Это не живые существа, – пояснил я. – Просто вода, соединенная моей магией. Они не тронут вас, зато тем, кто попытается украсть Федькину лодку не поздоровится.

Я не стал добавлять, что если кто-то атакует усадьбу, а после попытается сбежать, назад мои элементали их уже не выпустят.

Все трое смотрели на меня теперь с новым выражением в глазах. Они и раньше понимали, что служат не простому человеку, а магу. Но только сейчас впервые стали осознавать, что это на самом деле означает.

Елена Павловна пришла в себя первой.

– А спички вы взяли? – опомнилась она. – Соль я положила, внизу! А спички у вас есть?

– Всё взяли, Елена Павловна.

Она сжала губы, сложив руки перед собой, и видно было, чего ей стоит не добавить ещё пару пунктов.

В этот момент по каналу связи булькнуло нетерпеливое «Данила! Капля ждёт! Когда уже? Скучно ждать!», потому что Капля, которая сидела в воде рядом с катером, невидимая для всех провожающих, ждать не умела совершенно. Я улыбнулся.

«Отправляемся».

«Капля плывёт! Далеко-далеко! Там новая вода!»

Я ступил на борт, запустил движитель, катер качнулся, ожил и пошел, набирая скорость.

* * *

Полчаса спустя мы миновали широкую часть озера и берега сдвинулись, обступив воду с двух сторон. На них простиралась равнина, ухоженные поля справа, яркий до нереального луг слева, на котором вдалеке были рассыпаны белыми и бурыми пятнами спины коров.

Корпус красного дерева резал волну ровно, медные части блестели на солнце, а движитель гудел мягко почти убаюкивая.

Федька сидел на скамье вдоль борта и косился на приборы, на румпель и на кресло рулевого с мягкой спинкой. Лодку с русалочьим камнем он водил давно и уверенно, но катер был другим, мощнее, быстрее и дороже всего, что четырнадцатилетний ныряльщик когда-либо держал в руках. Включая золотые украшения, которые он доставал со дна городских каналов.

Он молчал, даже боясь что-либо просить, но все Федькины мысли читались без слов.

– Садись за штурвал, – сказал я. – Управление тут такое же как в обычной лодке. Скорость держи ровно, не лихачь.

Федька пересел так быстро, словно боялся, что я передумаю. Руки легли на румпель, а кончики ушей вспыхнули, хотя сам он этого наверняка не замечал.

Принцип управления тот же, но отклик другой, катер мощнее в разы, и это чувствовалось сразу, по тому, как корпус отзывался на малейшее движение руки.

Я видел, как хватка на румпеле стала крепче, соблазн выжать всё был написан у него на лице, но он держал ровный ход, понимая, что на кону стоит моё доверие.

– Куда плывём, господин Ключевский? – голос звучал делоито, но глаза горели так, что деловитость эта никого бы не обманула.

– Пока вниз по течению. До развилки.

Федька кивнул, помолчал с полминуты, сосредоточенно глядя на реку, а потом не выдержал:

– Господин Ключевский, а правда, что вы на этом катере в речных гонках Кузьмича обогнали?

– Правда, – улыбнулся я. – Только не на этом катере, на обычной лодке из проката Волнова.

Он обернулся так резко, что катер вильнул.

– Из проката⁈

– Из проката. Волнов потом месяц всем рассказывал, что лучшие лодки на озере у него.

Федька выровнял курс и рулил дальше молча, переваривая услышанное.

По ментальному каналу от Капли пришла волна разочарования. Она плыла рядом и ей было скучно.

«Медленно! Капля быстрее умеет! Зачем так долго?»

«Пускай. Так надо, пусть научится», – ответил я.

Капля недовольно булькнула где-то под днищем и умчалась вперёд, нетерпеливая, как всегда.

Я убедился, что Федька справляется, откинулся на спинку скамьи и вытянул ноги.

Обшивка борта была тёплой от солнца. Берега медленно менялись: поля уступали лесу, деревья подступали ближе к воде, и тени от них ложились на поверхность тёмными пятнами.

Я думал о Навигаторах.

Единственная зацепка к ним оставалась прежней. Убитый мной в поединке маг, который создал себе лабораторию в заброшенном доме на окраине.

Десяток упоминаний, разбросанных по журналам с результатами экспериментов. Тайная организация, которая интересуется аномалиями, отправляет людей в экспедиции, собирает информацию.

«Навигаторы». Любопытное и пафосное название.

Кто-то выбирал наверное, гордился своей фантазией. Выглядело как игры подростков или скучающих провинциалов. Но эпидемия не была игрой. Да и техника, которую показал мне маг в поединке была определённо лучше всего, что мне довелось видеть у магов современности.

Я решил, что он самоучка, но сейчас стал понимать, что это искаженные древние знания. Частично утерянные, частично понятые неправильно. Но всё еще опасные.

Любопытное хобби. Во главе некий «учитель», которому маг подчинялся и отчитывался. Не коллега, не руководитель, не заказчик. Учитель. Кто-то, кого маг уважал и чьему авторитету подчинялся безоговорочно.

Организация, которая отправляет магов заражать водные источники, не была клубом чудаков с амбициями и пустыми карманами. В прошлой жизни я встречал подобные объединения, и те из них, которые действовали тайно, имели на то причины.

Кто же вы такие? Неведомый противник и одновременно интересная задачка. Люблю задачки, без них жизнь становится скучной.

Факты выстраивались в простую цепочку. Маг мёртв, но Навигаторы этого пока не знают. В его особняке я установил ловушку-сторожок, она пока не сработала.

Возможно, маг не сообщал коллегам о своём логове, что было бы разумно для человека, который занимается незаконными опытами. Но он не мог исчезнуть бесследно. Рано или поздно перестанет выходить на связь, и тогда его начнут искать.

Единственная известная связь мага в Озёрном крае, это барон Мергель. Значит, Навигаторы первым делом обратятся к нему. А за бароном присматривает Аглая, куртизанка, которую я нанял шпионить. Если у Мергеля появятся незнакомые визитёры, задающие странные вопросы, Аглая заметит и сообщит.

Важная деталь, на которую я обратил внимание. В дневниках не было ни слова про Аквилона или Данилу Ключевского. Значит, я стал для них сюрпризом, и они пока про меня не знают.

По сути, у меня было две независимых ловушки, и обе действовали одновременно. Первая, в особняке, сработает, если кто-то войдёт. Вторая, это Аглая в окружении Мергеля, которая расскажет о появлении новых людей.

После возвращения с Глухого озера нужно будет связаться с Аглаей. Она давно не давала о себе знать, что само по себе ничего не значило. У неё своя жизнь и, возможно, она пока не узнала ничего нового. Так что подкинуть ей ещё одну задачу не помешает.

Оставались три вопроса, и на каждый ответа пока не было. Кто этот «учитель», сколько людей в организации и какова их конечная цель. Наметив план действий, я отложил эти размышления на будущее и полез в каюту, готовить себе кофе.

Впереди было Глухое озеро.