Текст книги "Империя Семи Мечей (СИ)"
Автор книги: Самир Рамазанов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 29 страниц)
Вдруг на тропинке, где я оставил парня, раздался такой истошный, пронзительный и ультразвуковой крик, что я был уверен: его без микрофона услышали даже в центральной цитадели Империи.
– А-А-А-А-А-А-А! Помогите!!!
Я резко повернул голову. Мартин в ужасе стоял посреди грунтовой дороги, тыча дрожащим пальцем прямо в сторону наступающего леса. Его лицо под утренним солнцем стало белым как чистый пергамент, а губы тряслись.
– Мертвецы! Там мертвецы! – заорал он, заметив меня, вылезающего из кустов. – Господин бродяга, спасите! Их тут тысячи! Спасите меня!
Он в панике сделал широкий шаг назад, едва не выронив саблю из ослабевших пальцев. Я бросил быстрый взгляд на опушку ещё раз. Орда скелетов неумолимо приближалась, и вблизи она выглядела ещё более зловеще и детально, чем пару минут назад. Код игры работал на максимуме прорисовки.
Решение было принято за долю секунды. Страх – отличный мотиватор.
– Чёрт! Да ну его нафиг! – Я с треском выскочил из папоротников, на ходу едва не запутавшись в собственных штанах.
Весь мой былой геймерский пафос, тактический расчёт топа и аналитика вероятностей испарились без следа, уступив место главному, первобытному человеческому инстинкту. Выжить.
– Мартин, бежим!!! – рявкнул я так, что сорвал голосовые связки. – А-А-А-А-А, блядь, бежи-и-им!
Парня дважды повторять не пришлось. Он рванул с места с такой бешеной скоростью, что его старая кавалерийская сабля едва не вылетела из ножен на первом же шаге. Мы наперегонки понеслись по извилистой тропинке в сторону деревни, сверкая голыми пятками сквозь дыры в обуви.
* * *
Это был самый позорный, самый безумный и самый изнурительный забег во всей моей задротской жизни. Мы неслись во весь опор около двадцати минут, вообще не разбирая дороги и не глядя под ноги. Жёсткие ветки кустов с размаху хлестали по лицу, оставляя саднившие царапины, колючий папоротник цеплялся за полы плаща, а под подошвами то и дело попадались скользкие мокрые камни и выпирающие корни сосен. Несколько раз я терял равновесие и чудом не пропахал носом грязную жижу.
Мои лёгкие внутри грудной клетки горели настоящим синим пламенем. Во рту появился отчётливый, противный металлический привкус крови, а дыхание превратилось в хриплый свист. Полоска выносливости в углу обзора, несмотря на полную регенерацию после недавнего апа, снова судорожно замигала предупреждающим красным цветом, стремительно падая к нулю.
«`
┌─────────────────────────────┐
│ ⚡ Выносливость: 5… 3… 1… │
└─────────────────────────────┘
«`
Я физически, каждой клеточкой чувствовал, как моё тощее, абсолютно непривыкшее к реальным кардио-нагрузкам тело Изгоя умоляет остановиться, упасть в траву и просто сдохнуть. Но стоило мне на бегу обернуться через плечо, как любое желание передохнуть испарялось мгновенно.
Скелеты продолжали идти ровным, монолитным строем прямо за нами. Хладнокровные цифровые хищники. Им не нужно было переводить дыхание, у них не было лёгких или горящих мышц. Они не задыхались, не сбавляли заданный скриптом темп и не спотыкались о коряги. Они просто мерно, неумолимо двигались вперёд, выполняя заложенную в них программу – догнать и уничтожить живых. Их синие и жёлтые глаза зловещими огоньками горели среди густых деревьев, а бесконечные ряды костлявых тел неумолимо сокращали разделявшую нас дистанцию.
– Я больше… не могу… – набожно прохрипел Мартин, заваливаясь набок.
Он со всего размаху споткнулся о толстый корень и едва не полетел кувырком в овраг. Я из последних сил выбросил руку вперёд и намертво перехватил его за воротник куртки, утягивая за собой.
– Давай, шевелись, малец! Беги! – сипел я, захлёбываясь воздухом.
– Не могу! Ноги… ноги вообще не слушают!
– Можешь, блядь! Беги, кому говорю!
– У меня сейчас ноги отвалятся, Эндрик!
– Потом найдём, беги!!!
– Что?!
– Ноги твои потом найдём, шевелись!!!
Я сам уже не соображал, какую дикую чушь несу от зашкаливающего в крови адреналина. Мы снова побежали, шатаясь как пьяные. Мартин страшно задыхался, спотыкался буквально о каждую вторую корягу и безжалостно оставлял на острых сучьях куски своей добротной кожаной куртки.
– Они… они прямо за спиной… они догоняют… – хрипел он.
– Беги, придурок! Не оборачивайся!
Я снова дёрнул его за шиворот, буквально волоча за собой по грязи тропы.
– Ты же воином, блядь, стать хотел?! Настоящим рыцарем?!
– Да-а-а!
– Вот и тренируй ноги, салага! Это твой первый нормальный квест!
– Я… я вообще не так представлял себе рыцарские тренировки!!!
– Умрёшь тут в кустах – твой отец Бруно мне за твою шкуру ни единого медяка не заплатит, понял?!
– Да это… это вообще сейчас ни разу не смешно, Эндрик!
– А я, сука, и не шучу!!!
Вдруг сзади раздался резкий, пронзительный свист рассекаемого воздуха. Я даже не успел сообразить, что происходит, и обернуться. Что-то с огромной, страшной скоростью пронеслось в каких-то миллиметрах от моего правого уха.
ТУК!
Тяжёлая, покрытая налётом ржавчины стрела с широким наконечником с глухим стуком глубоко вонзилась в ствол сосны прямо рядом с моей головой. Острые щепки и куски коры брызнули мне прямо в лицо, оцарапав щёку.
Я на долю секунды замер на бегу от неожиданности. Шагающий рядом Мартин тоже задеревянел. Мы на ходу одновременно скосили глаза на вибрирующее в дереве оперение стрелы. Потом испуганно посмотрели друг на друга.
– БЕЖИМ!!!
– БЕЖИМ, БЛЯДЬ!!!
Мы с новой, безумной силой сорвались с места, выжимая из полоски стамины последние крохи. Костяные лучники из орды нежити выкатились на прямую линию и начали пристрелку по движущимся целям. Смертоносные стрелы с противным свистом одна за другой зачастили между деревьями. Одна с тихим шипением прошла прямо над моим капюшоном, едва не срезав макушку. Другая со звоном врезалась в каменистую землю прямо под сапогом Мартина, едва не пустив его кувырком. Третья с хрустом намертво застряла в ветке над нашими головами.
Я бежал уже на чистых остатках воли, практически ничего не видя перед собой от застилавшего глаза пота. Ноги стали абсолютно ватными, непослушными, дыхание окончательно сбилось в хриплый кашель, а в груди будто кто-то тяжёлым кузнечным молотом со всей дури бил изнутри по рёбрам. Я больше не чувствовал пронизывающего лесного холода, не ощущал липкой мокрой одежды и боли от бьющих по лицу веток. Я просто переставлял конечности, превратившись в бездумный беговой автомат.
И вдруг всё пространство перед моими глазами взорвалось спасительными, ярко-зелёными неоновыми строчками системных логов. Я от дикого, лавинообразного облегчения чуть было не разревелся прямо на бегу. Буквы мелко мерцали и двоились перед взором, но текст лога читался совершенно чётко и понятно.
«`
┌─────────────────────────────┐
│ ⚠️ ВНИМАНИЕ! │
│ Вы приближаетесь к границе │
│ защитного периметра │
│ фракции «Люди». │
│ │
│ 📏 До безопасной зоны: │
│ 1 километр │
│ │
│ ✨ Пассивный барьер: │
│ «Свет Первородного Клинка» │
│ │
│ ⚔ Мобы ниже 30 уровня │
│ не могут пересечь границу │
│ без объявления осады. │
└─────────────────────────────┘
«`
– Деревня… там деревня… – едва смог выдавить я сквозь пересохшие, потрескавшиеся губы это благословенное слово.
И действительно – сквозь редеющие, расступающиеся деревья впереди наконец-то показались первые родные соломенные крыши окраинных домов. Нижние Ключи! Я в тот миг готов был разрыдаться от счастья как ребёнок.
– Мартин! Малец, глянь вперёд! – Я из последних сил вскинул ржавый меч, указывая направление. – Деревня! На горизонте наша деревня!
Парень с трудом приподнял мокрую голову, всматриваясь сквозь просветы ветвей. Его испуганные глаза удивлённо расширились:
– Нижние Ключи… Господи, это они…
Сквозь редеющий лесной массив уже отчётливо виднелась высокая деревянная сторожевая башня деревенского патруля. До спасительного золотистого барьера оставались считанные сотни метров. Но позади нас весь вековой лес продолжал гудеть и содрогаться от мерного шага костей.
Я на секунду оглянулся через плечо. Из тёмной чащи на опушку уже вовсю выкатывались первые ровные ряды костлявых черепов с горящими синими глазницами. Их было слишком много. Просто нереально, чудовищно много для стартовой локации. Настоящая лавина из стали и костей.
Я снова резко развернулся лицом к спасительным домам.
– Ещё один километр, Мартин! Нам нужен всего один километр!
Парень жалобно, со слезами застонал на бегу:
– Я… я уже вообще не чувствую собственных ног, Эндрик! Они как чужие!
– Поднажми, придурок, если жить хочешь! Если сдохнешь тут – всё зря!
– Да я… я стараюсь, изо всех сил стараюсь!
– Старайся сильнее, сука! Ноги в руки и вперёд!
Мы вылетели из лесной тени на финишную прямую – широкую, открытую грунтовую дорогу, оставляя позади мрачный, оживший ивент-лес. До невидимого спасительного купола «Света Первородного Клинка» оставались считанные сотни метров.
Но прямо за нашей спиной орда скелетов уже плотной серой стеной выкатывалась на опушку, стремительно набирая ход. И, судя по тому, как яростно защёлкали их челюсти и как быстро они сокращали остаток дистанции, свой финальный, смертоносный рывок эти твари тоже собирались сделать прямо сейчас.
Я до хруста в суставах стиснул зубы и заставил свои ватные, отказывающие ноги двигаться ещё быстрее, выжимая из тела Изгоя абсолютный максимум. Ещё немного. Буквально пару шагов. Только бы добежать до золотистого света. Только бы успеть.
Глава 6. Призрак прошлого
– Эй, смотрите на этого лузера! Он снова целыми днями сидит в телефоне и пускает слюни!
Резкий, издевательский хохот больно ударил по ушам, эхом раскатившись под бетонными сводами. Следом прилетел тяжёлый, наотмашь пинок под рёбра. Обутый в жёсткую кожу ботинок с хрустом вмял ткань рубашки, заставив меня согнуться пополам прямо на заплёванном, липком линолеуме школьного коридора.
– Вставай, жирдяй! Кому говорят!
Я судорожно попытался приподнять голову, но перед глазами всё плыло, а к горлу подкатывал горький привкус рвоты. В мутном полумраке передо мной маячили несколько пар начищенных школьных туфель. А затем сквозь пелену слёз я увидел его холёную, породистую физиономию.
Ким. Самый ненавистный мне человек во всей старшей школе Сеула. Лидер местной золотой молодёжи.
Он издевался надо мной практически каждый день. Методично, изобретательно, с истинно азиатской жестокостью. Иногда просто ради глупого смеха перед толпой одноклассников, иногда потому, что ему становилось скучно на перемене, а иногда ему вообще не требовалась причина. Моя нынешняя, одинокая жизнь до двадцати трёх лет в сыром питерском полуподвале сейчас казалась мне недосягаемым, райским блаженством по сравнению с тем адским, замкнутым кругом, через который я прошёл в детстве.
Когда мне исполнилось пять, мои родители погибли в автокатастрофе. Единственным родственником, который по закону мог забрать сироту к себе, оказался родной дядя по материнской линии. Он тогда как раз подписал крупный контракт в Южной Корее и решил забрать меня с собой.
Так я оказался в Сеуле.
Чужак. Круглый сирота. Неуклюжий белый мальчишка, который из рук вон плохо говорил на чужом корейском языке и совершенно не понимал, почему люди вокруг смотрят на него так, будто он совершил что-то ужасное одним лишь фактом своего существования.
В школе меня презирали и буллили. Дома – искренне, глубоко ненавидели. Дядя оказался человеком строгим. Нет, не так. Если называть вещи своими именами – он был самым настоящим домашним тираном с отчётливыми садистскими наклонностями. Именно он год за годом, удар за ударом ломал меня, превращая в безвольного, забитого затворника, который боялся лишний раз открыть рот в комнате.
У него была одна странная, маниакальная одержимость. Мобильные MMO.
Дядя постоянно, лихорадочно перескакивал из одной хардкорной азиатской гриндилки в другую, отчаянно пытаясь доказать кому-то на форумах свой дутый виртуальный авторитет лидера. Только вот играть сам он категорически не умел. Ему катастрофически не хватало микроконтроля и терпения. Очень быстро ему становилось скучно, персонаж намертво застревал по уровню в очередном данже, а игра переставала приносить удовольствие.
И тогда играть начинал я. Точнее – меня заставляли. Силой.
– Если к вечеру этот аккаунт не получит тридцатый уровень и топовый сет из босса, ты сегодня не жрёшь, ничтожество.
Дядя чеканил эти слова ледяным, мёртвым голосом, словно речь шла не о живом племяннике, а о забагованном игровом персонаже. Тяжёлый, нагретый от работы смартфон с размаху прилетал мне в лицо.
– Садись.
Я послушно садился на табурет у стены.
– Играй.
И я играл. Часами напролёт. Иногда до самого рассвета, засыпая прямо у экрана. Если я не справлялся с таймингом, если мой аватар погибал на боссе или я упускал редкий респаун элитного монстра, дядя методично, страшно и жестоко избивал меня тонким бамбуковым стеком по спине. До кровавых рубцов. А после этого хладнокровно совал мне в трясущиеся пальцы горячий телефон.
– Ещё раз. С самого начала.
И я начинал заново, размазывая слёзы по экрану. В этих четырёх стенах я очень быстро понял одну простую, убийственную вещь. Чтобы выжить и банально получить ужин, я должен был стать хорошим игроком. Нет, не хорошим. Лучшим. Идеальным.
Я учился намертво запоминать любые скрытые механики кода. Считать фреймы анимации и чистый урон. Скрупулёзно изучать характеристики противников. До секунды предугадывать поведение рейдовых боссов. Находить лаги геодаты и текстурные баги. Проходить сложнейшие соло-испытания без чьей-либо помощи. Я превращал каждую игру в математическую задачу, которую жизненно необходимо решить. Потому что там, за экраном смартфона, меня ждала реальность, в которой ошибка стоила в миллион раз дороже проигранного матча.
Вряд ли в Корее кто-то поверил бы иностранному подростку-сироте, решившему пожаловаться на уважаемого инженера-экспата из крупной корпорации. Жаловаться было некому. Спасти меня было некому. Я жил в тихом, глухом и непрекращающемся ужасе, запертый в четырёх стенах. И единственное, что я научился делать в этой жизни идеально, – проходить игры. Любые. Любой сложности. С закрытыми глазами, выжимая из механик всё возможное и невозможное. Не ради фана. Ради выживания.
В восемнадцать лет, едва получив на руки паспорт, я сбежал обратно в Питер на жалкие, чудом уцелевшие крохи родительского наследства. Я оборвал все связи, стёр профили и просто исчез с радаров. Но некоторые вещи невозможно оставить позади вместе с городом. Глубокие шрамы на спине остались со мной навсегда. Как и параноидальная геймерская подозрительность. Как привычка просчитывать каждый свой шаг наперёд. Как панический страх проиграть. Как необходимость всегда, в любой ситуации иметь запасной план.
Мне до сих пор казалось, что где-то за моей спиной в темноте стоит дядя со своим бамбуковым стеком и молча ждёт моей очередной ошибки.
– Эй, бродяга! Мать твою!
Резкий, истошный голос Мартина с мясом разорвал кошмарное воспоминание.
– Очнись! Давай же!
Я в панике ничего не понимал, перед глазами всё плыло.
– Ты чё, вырубился прямо на бегу?!
Чья-то сильная рука грубо, наотмашь трясла меня за плечо.
– До ворот деревни осталось чуть-чуть! Слышишь?! Поднажми, давай! Скелеты уже на пятки наступят!
* * *
Я резко открыл глаза и шумно, со свистом втянул ртом воздух.
Лес. Клочья тумана. Сырая земля тропы. Холодный ветер в лицо. И запах…
Я брезгливо поморщился. Пахло точно не школьным коридором Сеула и не бамбуковым стеком. В нос снова с размаху ударил стойкий шлейф сырой земли, тухлятины и коровьего навоза, который намертво въелся в ткань моих собственных штанов.
– Фу, бля…
Надо мной склонилось перекошенное от дикого ужаса, измазанное в грязи лицо Мартина. Сын бармена буквально тащил меня на себе, волоча мою левую онемевшую ногу по траве.
– Ты меня слышишь вообще?! Вставай!
Я судорожно подорвался с земли, едва не повалив парня. Голова раскалывалась с такой силой, словно по ней действительно со всей дури приложили кувалдой. Перед глазами плавали жирные тёмные пятна. Я несколько раз бешено моргнул, силясь сфокусировать зрение, и тут же заметил в левом углу обзора полоску выносливости.
«`
┌─────────────────────────────┐
│ ⚡ Выносливость: 2 / 100 │
└─────────────────────────────┘
«`
– Вот же дрянь…
Теперь я отчётливо понял, что произошло. В этой новой, пугающе материальной реальности, когда полоска стамины падала практически до нуля, твоё тело не просто начинало двигаться чуть медленнее, как это происходило на экране монитора. Физиология Изгоя работала безжалостно: дыхание намертво сбивалось, мышцы превращались в вату и отказывались подчиняться командам, а мозгу банально не хватало кислорода для поддержания сознания хоста. И если продолжать бежать через силу – ты просто отключался. Ловил жёсткую гипоксию и падал мешком прямо на ходу.
Я быстро поднялся, шатаясь из стороны в сторону как пьяный. Почему я вырубился – я понял сразу, чистая биология. Но другое не давало мне покоя. Почему именно сейчас? Почему именно в момент потери сознания мне в голову с размаху ударило это проклятое воспоминание из корейского детства?
Я провёл грязной ладонью по лицу, стирая пот. Наверное, подсознание само провело чёткую, циничную параллель. И тогда, в Сеуле, меня заставляли превозмогать дикую боль и слабость ради выживания. И сейчас Система делала практически то же самое. Разница была лишь в том, что раньше за моей спиной высился дядя со стеком, а теперь меня гнала вперёд проклятая армия мертвецов.
– Сзади!!! – истошный, сорванный крик Мартина мгновенно вернул меня в суровое настоящее.
Парень испуганно указывал пальцем мне за спину. Я резко обернулся на пятках. Из лесной чащи, с треском снося кусты лещины, на открытую опушку с сухим, яростным щёлканьем костей вовсю выкатывался авангард орды нежити. Три Костяных копейщика четырнадцатого уровня уже на бегу заносили свои длинные ржавые пики, готовые насадить нас как жуков. А прямо за ними, сотрясая землю тяжёлыми, монументальными шагами, бежал огромный Мёртвый рыцарь семнадцатого уровня.
«`
┌─────────────────────────────┐
│ ☠️ МЁРТВЫЙ РЫЦАРЬ │
│ ▶ Уровень: 17 │
│ ▶ Статус: Элитный патруль │
└─────────────────────────────┘
«`
На нём висел полусгнивший, покрытый чёрными трещинами турнирный доспех. Когда-то в незапамятные времена этот воин, наверное, выглядел величественно. Сейчас же от его былой славы остались лишь ржавые стальные пластины, пробитая кираса и глухой шлем, из-под забрала которого яростно полыхали пустые глазницы. До них оставалось не больше двадцати метров. Расстояние стремительно таяло.
– Блядь… – выплюнул я сквозь зубы.
Я резко повернул голову вперёд и наконец увидел наше спасение. Прямо перед нами, всего в какой-то сотне шагов, накатанная грунтовая дорога упиралась в массивный деревянный частокол Нижних Ключей. На смотровых башнях панически, вовсю били в набат колокола. Стражники в кожаных доспехах испуганно метались по стенам, крича друг другу что-то лавинообразное, чего я в шуме крови в ушах уже не разбирал.
А прямо над нашими головами в раскалённом воздухе тускло, едва заметно мерцал бледно-золотой купол барьера. Граница безопасной зоны. Я впервые за всё это безумное утро почувствовал настоящий, горячий прилив надежды.
– Бежим!!! – рявкнул я, из последних сил заставляя свои онемевшие, ватные ноги двигаться.
Мартин на чистом адреналине припустил рядом, тяжело дыша.
– Ещё немного! Поднажми! – крикнул я ему.
– Я… я вижу!
– Тогда не отставай, малец!
– Да я и так не отстаю!
– Отстаёшь, сука! Быстрее!
– Потому что я, блядь, не герой из твоих гайдов!!!
– Потом обсудим, беги!!!
Мы сделали свой финальный, самый безумный рывок на финишной прямой. Сзади раздался резкий свистящий звук. Наш огромный геймерский опыт заставил меня уловить его буквально в самый последний микромомент. Один из костяных копейщиков с разбегу швырнул своё тяжёлое оружие нам вслед.
Я успел только инстинктивно пригнуть голову к самой земле. Ржавое копьё с оглушительным треском вонзилось в грунт точно между моих ног, едва не пустив меня кувырком по дороге. Я сильно споткнулся, взмахнул руками и лишь чудом не улетел лицом в жирную грязь.
– Чуть не проткнул, зараза костлявая!
– Эндрик! – истошно закричал Мартин, хватая меня за плечо. – БЕГИ!!!
Один шаг. Ещё один. Последний метр.
Мы с Мартином одновременно, рыбкой, в едином порыве перелетели через невидимую черту барьера. И в ту же самую секунду прямо за нашими спинами раздался оглушительный, шипящий треск. Звук был в точности похож на струю холодной воды, брызнувшую на раскалённую докрасна сковороду.
Я с размаху рухнул на живот и несколько секунд просто лежал неподвижно на траве, отчаянно пытаясь вернуть воздух в горящие лёгкие. Затем аккуратно, превозмогая слабость, обернулся через плечо.
Трое скелетов-копейщиков, несшихся за нами на полной скорости, с разгону со всей дури влетели аккурат в невидимый золотистый барьер безопасной зоны. Пространство вокруг их костных каркасов в ту же микросекунду взорвалось чистым, ослепительным белым пламенем священной магии. Раздался сухой, короткий хруст. Кости мертвецов мгновенно рассыпались в пыль. Трое скелетов исчезли буквально за мгновение, превратившись в три аккуратные кучки серого тлеющего пепла на дороге.
Я несколько секунд молча, ошарашенно смотрел на этот результат работы скрипта.
– Ого… Вот это я понимаю, защита периметра фракции.
Мёртвый рыцарь семнадцатого уровня, слава богу, успел затормозить буквально в паре сантиметров от невидимого купола. Его ржавые сапоги пропахали борозду в земле. Он замер на месте, глухо, утробно зарычал сквозь забрало своего шлема, а затем с яростью поднял огромный двуручный меч и со всей силы полоснул им по воздуху.
БАХ!
По идеальной поверхности барьера радиальными кругами разбежались золотистые искры магии. Но куполу было абсолютно плевать – ничего не произошло. Мертвец в бешенстве снова ударил мечом. Ещё раз. И ещё. Всё безрезультатно. Защитные скрипты безопасной зоны «Света Первородного Клинка» держали удар намертво, полностью блокируя любой урон мобов ниже 30-го уровня хоста.
Я медленно поднялся на локтях, переводя дух. Позади Мёртвого рыцаря вся лесная опушка уже стремительно заполнялась остальной ордой. Скелеты один за другим безмолвно выходили из чащи и дисциплинированно останавливались ровно на границе купола.
Сотни костяных тел. Ржавые доспехи. Треснувшие щиты. Острые копья, мечи и луки. Молчаливая армия мёртвых постепенно превратилась в огромную, зловещую серую стену на опушке леса. Они больше не пытались кричать, не рычали и не ломились вперёд на амбразуру. Просто стояли монолитом и упрямо ждали. Будто получили чёткий программный приказ Системы не пересекать эту черту без объявления глобального ивента осады.
– С-спаслись… – Мартин тяжело, мешком рухнул рядом со мной на траву и окончательно выпустил отцовскую саблю из ослабевших пальцев.
Я повернул голову и посмотрел на него. Парень лежал на спине, судорожно ловя ртом воздух и заворожённо глядя в чистое небо над Нижними Ключами. Его грудь ходила ходуном.
Я перевёл взгляд обратно на замершую в лесу армию покойников. Мой скрытый класс «Изгой» и проклятая репутация в минус две тысячи восемьсот по-прежнему висели надо мной невидимым, тяжёлым грузом. Для этой великой Империи Семи Мечей я всё ещё оставался отступником, врагом и целью для ликвидации стражей.
Но прямо сейчас, в эту секунду, всё это не имело абсолютно никакого значения.
Мы находились внутри обитаемой безопасной зоны. Под абсолютной, незыблемой защитой великой Системы.
Я медленно, преодолевая сопротивление мышц, поднялся на ноги во весь рост. Впервые за последние двадцать минут безумного бега я позволил себе сделать нормальный, глубокий и чистый вдох. Посмотрел на лежащего Мартина. Потом на замершую на опушке армию мертвецов. И в моей голове окончательно, кристально чётко оформилась одна жёсткая, холодная и яростная мысль.
Дядя ломал меня в моём сеульском детстве, превращая в безвольную скотину и заставляя проходить чужие игры исключительно ради своей личной выгоды. Он заставлял меня сутками сидеть за экраном, заставлял побеждать и выжимать из механик максимум просто ради того, чтобы выжить в реальности и не получить бамбуковым стеком по спине.
Но этот мир…
Я опустил взгляд и посмотрел на свои ладони. На багровую панель интерфейса Изгоя. На ржавый меч на поясе. На притихший лес за чертой. На прочную деревянную стену деревни за частоколом.
Это была моя любимая игра. И теперь я буду проходить её сам. По своим собственным, хардкорным правилам хоста.
И горе тому, кто встанет у меня на пути – будь то фанатичные культисты, армии скелетов, вся высокомерная Империя Семи Мечей или даже сама эта багнутая Система. Я выжму из этого мира всё.
