Текст книги "Полный Шатдаун (ЛП)"

Автор книги: Рут Стиллинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

ГЛАВА 34

КОЛЛИНЗ

Что такого в том, что нас поймали с поличным? Или, в данном случае, почти.

О, да, ведь мы занимаемся сексом в неподходящее время и в основном в неподходящих местах. Я думаю, вот что происходит, когда вы не можете насытиться друг другом.

Понятия не имею, как, чёрт возьми, мы собрались, и я добралась до спальни Сойера до того, как Эзра вошел в дверь.

Натягивая кожаные штаны и лифчик, я закрываю глаза и морщусь. Чёрт. В спешке я совершенно забыла футболку Сойера.

Одетая в одежду, в которой Сойер заехал за мной после работы, я стою наверху лестницы, которая ведет прямо в его гостиную. Я слышу голоса, и один из них определенно принадлежит Эзре.

– Папа, почему твоя футболка на полу? – спрашивает Эзра.

Я съеживаюсь, прикусывая кулак в попытке избавиться от смущения, которое разрывает меня на части. Сойер прочищает горло, очевидно, так же смущенный.

– Я отжимался, и мне стало жарко. В любом случае, как Нейт?

Я предполагаю, что Нейт – тот друг, с которым он тусовался сегодня вечером.

– Хороша, – ответ Эзры краток.

– И о чём вы говорили? – подталкивает Сойер.

Господи, это всё равно что вырывать зубы.⁹

– В основном о "Никс". Он думает, что они лучшая команда на данный момент. Это не так, – уверенно добавляет он.

В кармане у меня жужжит телефон, и я вытаскиваю его.

Сойер

«Спускайся вниз, когда будешь готова, малышка. Я приготовлю нам что–нибудь поесть»

Нервы сводят меня с ума, когда я делаю первый шаг и направляюсь вниз по лестнице.

Когда я заворачиваю за угол, Эзра находится боком ко мне, сидит на диване лицом к телевизору и уткнувшись в свой телефон. «Клуб Завтрак» всё ещё на паузе, там, где мы его оставили.

Половица скрипит под моей ногой, и Сойер высовывает голову из–за арки, ведущей на кухню. На нем футболка, улыбка и...очки?

Голова Эзры поворачивается в мою сторону, его челюсть широко открыта, когда он пытается осознать то, что видит.

Я поднимаю руку в неуверенном жесте, как какая–нибудь чудачка.

– Привет.

Эзра бросает телефон рядом с собой и вскакивает с дивана, выглядя всё таким же растерянным.

– Ч–что ты здесь делаешь? – он смотрит на меня, а затем на Сойера, который перекидывает полотенце через плечо и идет ко мне, не сводя с меня глаз.

– Ну, вообще–то я пригласил Коллинз сегодня на ужин, поскольку ты встречался с Нейтом, – Сойер останавливается прямо передо мной и поворачивается к Эзре. – И нам нужно было кое–что тебе сказать, – он тянется ко мне и берет меня за руку.

Внимание Эзры переключается с его отца на наши соединенные руки.

– Подождите, у вас что, теперь что–то вроде отношений? – он делает пару шагов к нам, уголки его губ приподнимаются. – Я знал, что вы лжете, когда говорили, что не нравитесь друг другу. Друзья, чёрт возьми.

Сойер поворачивается к Эзре, невозмутимо приподнимая бровь, глядя на сына.

Я ухмыляюсь, поджимая губы.

– Ты прав, Эз, – говорю я, понятия не имея, почему я дала ему прозвище, но мне нравится, как оно звучит. – Мы с Сойером больше, чем друзья, и я пришла сегодня вечером, потому что мы хотели, чтобы ты узнал об этом первым.

В комнате воцаряется тишина, и на долю секунды меня охватывает паника, когда я вижу стеклянный блеск в его глазах.

Чёрт. Разве это не то, чего он хотел? Я чертовски надеюсь, что он не думает, что я здесь для того, чтобы заменить ему маму, потому что я никогда не буду ею. Я не хочу быть ею.

Однако моё беспокойство рассеивается, когда Эзра направляется прямиком ко мне, обнимая меня за талию, и я кладу подбородок на его макушку, когда он опускает её, отчего наш схожий рост становится ещё заметнее.

От него пахнет Сойером – свежо, чисто и успокаивающе.

Сойер отпускает мою руку и проводит грубой ладонью по подбородку, его зеленые глаза остекленели, совсем как у его сына.

– Означает ли это, что ты обязательно придешь к Алиссе и Дому на ужин и проведешь с нами всё Рождество? Нам даже не обязательно играть в настольные игры, если ты не хочешь.

Я обнимаю его за талию, моё мнение не изменилось с тех пор, как Эзра пригласил меня. Тем не менее, я заинтригована предлагаемыми играми.

– Конкретно, о каких настольных играх мы говорим?

Его лицо становится серьезным, когда он отстраняется.

– Мне нравятся Дженга и Clue, но я чертовски хорошо в монополии. Никто не может победить меня, даже папа. Верно? – он оборачивается через плечо, и Сойер слегка качает головой, пытаясь собраться с мыслями.

– Алисса была довольно близка к победе в прошлом году. Тебе просто везет, и ты всегда получаешь Парк–Плейс или Променад.

Эзра отпускает меня, уперев руки в бедра.

– Да, ну, так говорят все неудачники. Я выигрываю уже два года подряд.

Сойер складывает руки на груди, и Эзра поворачивается ко мне лицом.

– Но вы на самом деле вместе? – он указывает на меня. – Так ты девушка моего отца?

Я киваю один раз, этот ярлык всё ещё вызывает у меня мурашки, которые я всегда чувствовала рядом с задумчивым хоккейным капитаном.

– Да, именно так.

– Вы уже целовались? –

Сойер тут же заходится в приступе кашля, и я издаю единственный смешок.

– Я думаю, на сегодня вопросов достаточно, не так ли? – отвечает его отец, кивая головой в сторону лестницы. – Тебе не нужно доделать домашнее задание, ты ведь уже поужинал?

Эзра обреченно опускает плечи.

– Немного по математике, но она будет только послезавтра.

Сойер указывает в сторону лестницы.

– Это не значит, что ты должен оставлять это до последней секунды.

Игнорируя своего отца, Эзра снова переключает внимание на меня.

– Это значит, что ты переезжаешь к нам? Ты можешь взять с собой мотоциклы.

Я понятия не имею, что ответить, но стараюсь изо всех сил.

– Не думаю, что я перееду в ближайшее время.

Я бросаю взгляд на Сойера на короткую секунду, стремясь оценить его реакцию на моё заявление. Его лицо ничего не выдает, он только засовывает руки в карманы шорт.

– Но могу я время от времени оставаться у вас, если ты не против?

Эзра не колеблется.

– Конечно нет. Здесь очень скучно, а папа ничего не смыслит в мотоциклах, – по–видимому, удовлетворенный моим ответом, он направляется к лестнице, делает первые несколько шагов, а затем останавливается, глубоко задумавшись. – Я рад, что вы с моим отцом встречаетесь. Как я уже говорил, я не думал, что он найдет кого–нибудь после мамы.

Когда Эзра исчезает из виду, мы с Сойером в нескольких футах друг от друга, уставившись друг на друга.

– Я не знала, что ты носишь очки, – я первая нарушаю молчание, подхожу и снимаю с него серебряную оправу, примеряя её.

Сойер чешет грудь, наблюдая за мной.

– Ты действительно думаешь, что я собирался признаться в том, что мне нужны очки для чтения? Ты и так считаешь меня старым. Контактные линзы были моими лучшими друзьями, но теперь, когда я поймал тебя в ловушку, я собираюсь раскрыть все свои секреты.

Я прикусываю нижнюю губу, зрение затуманивается, поскольку мне не нужны очки.

– Сохранение этого секрета – твоя потеря. Ты в них чертовски горячий.

Он тихо усмехается и делает шаг вперед, возвышаясь надо мной.

– А ты выглядишь в них чертовски мило, – Сойер приподнимает мой подбородок, чтобы я посмотрела на него, и это быстро становится одним из моих любимых его занятий. – Где, чёрт возьми, ты была все эти годы, Коллинз? Ты была так нужна нам обоим, и теперь, когда ты здесь, я никогда не хочу тебя отпускать.

Он наклоняется, обхватывая руками мою задницу, и я издаю пронзительный визг, обвивая руками его шею.

Быть самой собой так освобождает, я словно прятала легкую девушку где–нибудь в шкафу, боясь выпустить её и рискнуть стать уязвимой.

Быть уязвимой рядом с Сойером совсем не рискованно – я чувствую это глубоко в своей душе.

Я наклоняюсь, его огромные очки сползают мне на кончик носа.

– А теперь ты выглядишь как непослушный учитель, который собирается отчитать меня за то, что я плохой мальчик, – шутит Сойер, хотя я на девяносто девять процентов уверена, что позже он заставит меня надеть их в постель.

– В любом случае, зачем ты их надел?

Он разворачивает нас, прижимая меня спиной к лестнице, и я обвиваю ногами его талию.

– Я же сказал тебе, что готовлю ужин, и мне нужно было проверить рецепт. В этих книгах всегда пишут таким мелким шрифтом.

Я притягиваю его губы к себе.

– Продолжай убеждать себя в этом, старина.

Сойер проводит губами по моим губам, и я уже думаю о пользе отказа от ужина.

– Знаешь, через несколько лет, когда твоим глазам понадобится небольшая помощь, я не буду дразнить тебя так, как ты меня.

Его руки крепче сжимают мою талию. Его намек на наше будущее подобен слону в комнате.

Я снова притягиваю его губы к своим, стремясь показать ему, что я в порядке и не схожу с ума, и мы сливаемся в долгом поцелуе, прежде чем прерваться, прижавшись головами друг к другу, мои пальцы теребят волосы у него на затылке.

– Знаешь, я здесь не для того, чтобы заменить Эзре маму, – говорю я, не в силах удержаться от мысли, которая крутится у меня в голове с тех пор, как мы сказали Эзре, что встречаемся.

– Я знаю, – отвечает Сойер на долгом вздохе, поднимая голову, чтобы изучить моё лицо.

Он снимает очки и просовывает их через перила, ставя на ступеньки у меня за головой.

– Ни я, ни Эзра не видим в тебе ничего, кроме того, кто ты есть. Я хочу, чтобы ты была для него именно тем, кем ты сейчас являешься – одним из его лучших друзей и кем–то намного круче его отца, – он замолкает на долю секунды. – И я хочу, чтобы ты была женщиной, которой я был одержим больше года. То, что ты со мной, не требует никаких ожиданий, малышка. Всё, чего я хочу, – это твоё время, любовь и знать, что ты полностью и на сто процентов моя.

Он целует меня, проникая языком в мой рот в знак искренности, такой же чистой и честной, как слова, которые он только что произнес. По правде говоря, на самом деле нет ничего сложного в том, чтобы быть с Сойером Брайсом.

И всё же, услышав, как он подтверждает это вслух, я избавляюсь от последних капель беспокойства, и с каждым прикосновением его языка к моему я всё глубже погружаюсь в его мир, довольная тем, что буду рядом с ним как можно дольше.

– Я так и знал! – раздается тихий голос сверху, и мы отрываемся друг от друга, оба смотрим вверх по лестнице.

Эзра стоит, уперев руки в бедра, на его лице самодовольная улыбка.

– Я знал, что вы целовались. Но просто для протокола, я больше никогда не хочу это видеть, – он исчезает из поля зрения, дверь спальни захлопывается за ним, сопровождаемый криком “Фу–у–у!”

Я поворачиваюсь к Сойеру и вижу, как его губы дрожат от смеха.

– Добро пожаловать в мир подростков с участием моего восхитительного сына Эзры Сойера Брайса.

ГЛАВА 35

СОЙЕР

Я в ударе.

Я просто в ударе в матче с Питтсбургом. Сегодня мы доминируем в игре. Как нашему вратарю, Арчеру практически нечего было делать на протяжении всей игры, а мы с Эмметом убирали за командой. Джек тоже в ударе. Его игра была безумной в начале этого сезона, но сейчас? Что ж, по сравнению с этим парнем карьера его отчима выглядит как простая разминка перед настоящей эпохой Моргана. Джек руководит шоу; мы все просто участвуем в нём. И что самое интересное? Парень скромный, занимается своими делом так, как будто это обычный рабочий день в офисе.

И когда он отдал невероятный пас Мэтту, обеспечив ему самый простой финиш в истории, я не могу отрицать, что гордость переполняет мою грудь. Конечно, я считаю Джека одним из своих лучших друзей, но нас разделяет более десяти лет, и в какой–то степени я ощущаю себя его старшим братом. Когда он присоединился к “Blades” в прошлом сезоне, было так много сомневающихся, и сегодня вечером он показывает всем им средний палец.

Он стукается кулаками с ребятами на скамейке запасных, и я проталкиваюсь вперед, пробиваясь к нему на центр льда.

– Э–э, что, чёрт возьми, это было? – я имею в виду передачу, которую он только что выполнил, и, судя по дерзкому выражению его лица, он знает, что это было что–то особенное.

Беру свои слова обратно. Скромный. Если бы.

– На прошлой тренировке я поспорил с Арчером, что смогу забросить шайбу и отдать голевую передачу, – говорит он, вытаскивая каппу.

Я наклоняю голову через плечо, ухмыляясь Арчеру и поднимая большой палец.

Он разводит руки в стороны, прежде чем упереться ладонями в бедра, запрокидывает голову к потолку и медленно качает ею.

– Чёрт, – выдыхаю я. – Похоже, моему вратарю больно. Сколько было поставлено на кону?

Я поворачиваюсь к Джеку, на лице которого дьявольская ухмылка.

– О, на кону были не деньги. Я сказал ему, что если выиграю, то он будет в паре с Люси на моей свадьбе. Я был уверен, что он не выиграет пари, и это показалось мне хорошей возможностью удержать его подальше от моей сестры в августе.

Я знаю, что 10 августа – дата, которую Кендра и Джек – нет, Джон – назначили для своей свадьбы, но имя Люси для меня ново.

Поскольку игра всё ещё на паузе, пока тренер Питтсбурга о чем–то спорит с судьей, я пользуюсь преимуществом и копаю немного глубже.

– Кто, чёрт возьми, такая Люси?

Дерзкая ухмылка Джека становится коварной.

– Лучшая подруга Дарси. Кендра подружилась с ней через мою сестру и попросила её быть подружкой невесты, – он наклоняется ко мне, прикрывая рот рукой, как будто думает, что кто–нибудь может услышать его сквозь двадцать тысяч ревущих болельщиков на этой арене. – Только не говори мне, что, когда я попросил Арчера быть шафером рядом с тобой, он не думал, что будет в паре с Дарси, подружкой невесты.

Я фыркаю и втягиваю голову в плечи.

– Пожалуйста, скажи мне, что Дарси ничего не знает об этом?

Он усмехается.

– Ты, должно быть, шутишь. Она бы надрала мне задницу, если бы знала, что я включил режим старшего брата–защитника. Она ненавидит подобное.

– Но ты всё равно собираешься им быть? – спрашиваю я, приподнимая бровь.

Он энергично кивает, незаметно указывая на Арчера.

– Я знаю, он считает её сексуальной, но, скорее всего, никогда не сделает шаг.

Ладно, я не совсем согласен с этим утверждением.

– Но я не собираюсь давать ему ни малейшего шанса залезть к ней в трусики, – он наклоняется ближе ко мне. – В прошлом сезоне в Колорадо он сказал мне, что ему нравится секс без обязательств, потрахался и ушел, – он снова усмехается, на этот раз жестче. – Так что, да, на случай, если он потеряет свой вечно любящий разум и подумает о том, чтобы сделать шаг к Дарси, он может попытать счастья с Люси и оставить мою сестру в покое.

Я хватаюсь за затылок и ищу подходящую реакцию, когда меня спасает рефери, возвращающийся на центр льда.

Я указываю Джеку за спину.

– Время игры. Давай посмотрим, сможем ли мы одержать самую крупную домашнюю победу в сезоне.

Установив рекорд домашних побед, я направляюсь в бар для игроков, готовый найти свою девушку и сына. На мне темно–синий костюм, который, я знаю, сводит её с ума. Я также надеюсь, что она сорвет его с меня сегодня вечером, как сделала в первый раз, когда я отвез её домой.

– О, чёрт возьми, Иисус, вместе с пастухом, – заявляет Арчер позади меня.

Не уверенный, что это вообще имеет смысл, я поворачиваюсь лицом к своему вратарю.

– О чём ты говоришь?

Он закрывает глаза и зажимает переносицу, издавая болезненный звук.

– Рядом с Коллинз.

Я ищу свою девушку в море людей и в конце концов останавливаюсь на розовых волосах и миниатюрной блондинке, стоящей рядом с ней.

– Иисус, мать твою, – подтверждаю я. – Джек не говорил, что Дарси будет здесь сегодня вечером.

Арчер массирует переносицу, глаза всё ещё закрыты.

– Не позволяй мне разговаривать с ней сегодня вечером. Держи меня подальше от неё ради моей же безопасности, ради всего Святого.

Мне не терпится добраться до Коллинз и Эзры, но Арчер давно не говорил о Дарси, и я подозреваю, что его недавняя вспышка гнева в отеле была как–то связана с девушкой, на которую он даже смотреть не может.

– Мы собираемся поговорить о том, что, чёрт возьми, происходит с Дарси Томпсон, или будем вечно танцевать вокруг этой проблемы?

Он опускает руку и медленно открывает глаза.

– Ничего не происходит, и я знаю, что так и должно оставаться. Просто я никогда раньше не хотел девушку, которую, я знаю, не смогу заполучить, и это нарушает моё душевное равновесие.

Я хлопаю его рукой по плечу; в основном это должно быть утешением, хотя одновременно и предупреждением.

– Пойдем, поговоришь со мной, Коллинз и Эзрой. Потому что, если ты позволишь своему члену управлять тобой, я на сто процентов уверен, что его отрежут.

– Да, да, ты прав, – он медленно выдыхает, как будто произносит ободряющую речь. – В море много рыбы, верно?

Я уже на полпути к бару, Арчер следует за мной, когда я обнимаю свою девушку за талию, разворачивая её лицом к себе.

Захватывающе.

На данный момент никто не знает, что мы официально вместе, даже Джек или Арчер, но меня уже не волнует объявление. Они сами поймут.

– Я всегда хотел кое–что узнать, – говорю я, утыкаясь лицом ей в шею, когда она хихикает от моего щекочущего дыхания.

– О, да? Что?

– Сколько времени тебе нужно, чтобы так идеально нанести подводку? – я отстраняюсь и смотрю на не1.

Она моя.

– Может быть, по тридцать секунд на каждый глаз?

– Не может быть. Наверняка требуется несколько попыток, чтобы сделать всё так идеально.

– Вообще–то... – Дарси перегибается через стойку бара, её ослепительная улыбка становится ещё ярче, когда она смотрит на нас. Арчера нигде не видно. – Когда ты овладеваешь искусством макияжа, это одна из самых простых частей.

Я смотрю на Коллинз, которая пожимает плечами, соглашаясь.

– Итак, вы, ребята, – Дарси указывает на нас. – Официально пара?

– Да! – голос Эзры доносится из–за моей спины, и я поворачиваюсь к нему лицом.

– Где ты был? – спрашиваю я.

Он достает телефон и открывает галерею.

– Разговаривал с Эмметтом Ричардсом. У него есть Ducati Superleggera, и он прислал мне пару фото. Это потрясающе!

Коллинз морщит нос, практически оскорбленная фотографиями.

– Фу, супербайки – это отвратительно.

Я обхватываю рукой её бедро, притягивая к себе.

– Кстати, о мерзости, я пойду посижу с командой, – Эзра вздрагивает и указывает на столик.

Я смотрю туда, куда он указывает, и нахожу Арчера, сидящего за столиком в конце зала и разговаривающего с брюнеткой и её подругой.

– Я не могу сегодня задержаться, мне рано вставать на работу. Предпраздничная суета в самом разгаре.

Коллинз возвращает моё внимание к себе, и я отвечаю ей поцелуем прямо перед тем, как моё внимание переключается на Дарси.

Делая глоток коктейля, она смотрит на моего вратаря поверх края своего бокала. Её внимание приковано к нему не более чем на секунду, но я замечаю это, и Коллинз тоже.

– Не ожидал увидеть тебя сегодня вечером, – говорю я Дарси.

Она перекидывает свои длинные волосы через плечо, её голубые глаза устремлены на нас обоих.

– Я переезжаю в новом году, и мне нужно найти жилье. Я люблю Джона и маму, но я ни за что не стану жить с ними. Джон полностью в режиме тренера и свадебного организатора, и с меня уже хватит, – она закатывает глаза и поднимает руку над головой, показывая, что больше не может этого выносить.

– Почему бы тебе просто не переехать к Дженне? – спрашивает Коллинз. – О, или ко мне? Мы могли бы быть соседками по комнате!

Я ничего не могу с собой поделать, когда моя рука напрягается на её бедре, и Коллинз смотрит на меня, приподняв бровь. Я молчу, зная, что сейчас не самое подходящее время говорить о совместной жизни. От меня не ускользнуло, насколько выросла моя девушка – небрежно попросит подругу переехать к ней – это большой шаг, который она не сделала бы несколько месяцев назад.

Но это все равно не мешает мне чувствовать себя неловко из–за того, что она живет с кем угодно, только не со мной и Эзрой. Я воздерживаюсь от признания в том, как безумно я в неё влюблен. Но готов предложить ей переехать ко мне?

Да, не забудь вытащить чеку из ручной гранаты, прежде чем бросить её в центр твоих совершенно новых отношений, Сойер.

Дарси выглядит так, будто на секунду задумывается над предложением Коллинз, и я задерживаю дыхание, молясь, чтобы она отказалась, и чувствуя себя при этом полным идиотом.

– О чём вы говорите? – Дженна бочком подходит к Дарси с содовой в руке.

Опершись локтем о стойку бара, Дарси подпирает подбородок ладонью, выглядя немного побежденной.

– О том, где, чёрт возьми, я буду жить, когда перееду сюда в следующем году. Коллинз только что предложила меня жить с ней, и не пойми меня неправильно, – она протягивает руку и благодарно проводит ладонью по руке моей девушки. – Я бы с удовольствием устраивала девичники перед просмотром женских фильмов. Но я просто...Я не знаю. Я вроде как хочу жить самостоятельно. Я надеюсь немного повеселиться на свиданиях и не хочу никому мешать.

– Когда ты говоришь ‘свиданиях’, я полагаю, ты имеешь в виду свидания на одну ночь? – отвечает Коллинз, переводя взгляд на меня, пока мы оба вспоминаем, с чего у нас всё началось.

Дарси многозначительно приподнимает брови, вызывая смешок у Дженны.

– Я слышала, что американским парням нравится доминировать, и я вижу в этом преимущества.

– Хорошо–ооо, – тренер подходит к Дарси сзади, уже поворачиваясь с гримасой на лице. – Я подошел к разговору не вовремя. Мне не нужно знать, чем будет заниматься моя падчерица, когда переедет в Штаты.

– Или, в данном случае, с кем, – продолжаю я, губы дрожат от смеха, когда я беру Коллинз под руку.

Джон прикрывает рот рукой, указывая на нас.

– Коллинз, верно? Я слышал, как Дарси говорила о тебе раньше.

Он ухмыляется, и я внутренне вздрагиваю. Я узнаю это выражение лица где угодно – он готовится отомстить.

– Ты, должно быть, та девушка, из–за которой мой капитан был бесполезен на льду в течение нескольких недель. Он весь изнывал от тоски; честно говоря, это было довольно мерзко.

Дарси из–за всех сил пытается проглотить свой напиток, в конце концов справляясь с этим.

– Изнывал от тоски?! Господи, кто бы говорил, Джон. Сколько месяцев ты бегал за мамой? Это было жалкое проявление одержимости, и мне это понравилось.

Мы все разражаемся смехом, как только Фелисити подходит к нам, и Тренер обнимает её за плечи, целуя в макушку.

– Привет, Ангел. Они тут насмехаются надо мной. Мне нужно, чтобы ты спасла меня.

Она сохраняет невозмутимое выражение лица, и сразу становится очевидно, кто главный в их браке.

– Ты снова сводишь всех с ума своими идеями по планированию свадьбы?

Его глаза загораются, и он собирается разразиться какой–нибудь болтовней, когда Дарси поднимает руку.

– Да, на этом я собираюсь остановить тебя, Джон. Нам не нужно напоминать о рассадке за восемь месяцев до свадьбы.

– Хотя, я думаю, это так мило, что Джек и Кендра поженятся в том же месте, что и вы, – Дженна удовлетворенно вздыхает, уставившись в пространство. – Я надеюсь, что однажды смогу выйти замуж в каком–нибудь прекрасном английском загородном доме, где будут чирикать птицы и жужжать пчелы.

– Что там с птицами и пчелами? – спрашивает Арчер, приобнимая Дженну за плечи, полностью отвлекаясь от Дарси.

С сияющим от счастья лицом, в котором я не совсем уверен, что оно настоящее, он оглядывает нас и пятится назад, когда смотрит на меня и Коллинз.

– Подождите, между вами двумя сейчас нечто большее, чем просто секс?

Коллинз со стоном утыкается в мой бок.

– Как всегда, джентльмен, – Джон качает головой, посмеиваясь.

Арчер протягивает мне руку.

– Поздравляю, приятель, – я пожимаю её, и он подходит к Коллинз, наклоняется и целует её в щеку. – Я по–прежнему храню ваш секрет, не волнуйся.

Она краснеет, и я быстро приподнимаю её за подбородок, запечатлевая нежный поцелуй на её губах.

– Для чего это было? – спрашивает она, и румянец на её щеках разливается ещё сильнее.

Я прижимаюсь лбом к её лбу, улыбаясь как гребаный дурак.

– Забавный факт: я испытываю собственнические чувства к своей девушке – в конце концов, я ждал достаточно долго – и с этого момента последним мужчиной, который поцелует тебя, всегда буду я.