Текст книги "Первый Орден. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Рома Романенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 25 страниц)

Символы сходу атаковали мастера, не позволяя ему подготовится. Такие же лучи, какими пользовался я, в количестве более десяти, устремились к сухой фигуре библиотекаря под совершенно разными углами. Они создавали совершенное поле атаки, уклониться ото всех было невозможно. Однако библиотекарь продемонстрировал чудеса реакции. Мгновенно начертив свой символ, он поглотил один из лучей и ушел в созданную брешь. Это дало время для создания нового шара эйдоса. Не прошло и секунды, как шар принялся хлестать жгутами, больше похожими на канаты, в сторону соперников. Символы так же не отставали, стремительно перемещались по залу. Я лишь успевал заметить остаточные образы. Перед моими глазами разворачивался сюр, где невозможно увидеть врага, а лучи развивали скорость, с которой мне не сравнится, однако всех их перехватывали жгуты эйдоса мастера.

Действие продлилось не больше минуты. Каждый символ был уничтожен, а Хоган даже не запыхался. Я не был уверен, что выстою хотя бы против одного соперника, мастер же уничтожил двенадцать таких, менее чем за минуту.

– Ну как тебе мои скромные умения?

– СКРОМНЫЕ?? Да это же искусство. Я поражаюсь вашему самообладанию, мастер!

– Не преувеличивай, мне тоже есть куда расти. Это испытание отнюдь не боевое, оно проверяет степень твоего контроля над эйдосом, что безусловно нужное умение, если хочешь стать заклинателем.

Что мне оставалось сказать? Банальности типа «Очень хочу» были совершенно очевидны и не менее бесполезны. Когда мы вышли из сферы я мог лишь упасть на колени и упереться лбом в пол, моля мастера принять меня в неофиты.

– Поднимись, малыш. Как ты знаешь, практиков пути Магии в Спарте единицы. Почти все они уже выбрали себе путь. Я приветствую твое желание быть заклинателем. Даже в пустыне иногда идет дождь, если мне суждено начинать твое обучение с абсолютного нуля, значит я так и поступлю. Ступай, тебе скоро на турнир. После него возвращайся и начнем.

* * *

Вновь меня настигла вспышка портала, приглашающего на финальную часть турнира. Краткое мгновение перехода на уже знакомую землю арены знаменовала мое согласие. Нужно быть полнейшим дураком, чтобы не согласится на участие в таком событии. Здесь тебе и возможность оценить свои силы, и узнать новые стили соперников, и главное – награды. Как материальные, так и умственные.

Прибытие других участников растянулось на добрых пятнадцать минут. Это дало мне время восстановится в поверхностной медитации. Затем слово взял Гуннар.

– Приветствую финалистов нашего маленького турнира, а так же всех зрителей. – Толпа разразилась аплодисментами, а мастер Гуннар галантно поклонился. – Сегодня начинаем выяснение сильнейшего!

– Однако вас всего 29 воинов. Хорошее число, но его слишком мало для общепринятого турнира. Что скажешь, друг Креон, если мы усилим турнир нашими учениками?

Толпа загудела. Особо недовольными были те братья, кто вылетел в прошлом раунде. В каком это смысле? Мы честно не прошли отсев, а теперь кого то добавляют в турнир по блату?! Магистр колебался недолго и кивнул в знак согласия. Спустя минуту число участников пополнили трое.

Первым был мой старый добрый знакомый командир Маркус. Грозный воин, в чьем мастерстве я уже успел убедится неоднократно, но это даже хорошо, что выбрали его. Тут я хоть немного знаю, чего ожидать. Вторым оказался не менее лысый, чем магистр, его прямой ученик. Пожалуй, если поставить их рядом, различия будут небольшими. Те же бледно – желтые одеяния, те же четки, та же лысина. Третьей была ученица Гуннара.

– Отлично, теперь вас ровно 32. Начнем же формирование пар.

Магистр Креон выступил вперед, приложил руку с четками к губам и принялся читать молитву. Спустя минуту сам воздух арены треснул, будто разбитое зеркало. Это создало целых четыре арены, в которых могли параллельно сражаться сразу восемь человек. Удивились все, кроме ученика магистра.

– Правила таковы! Сражение ведутся до потери боеспособности, либо до сдачи. Я надеюсь, такого не случится, но происходит всякое. Турнир не будет продолжаться до выявления абсолютного чемпиона. Мы понимаем, что победить старших и более опытных скорее всего не под силу малышам. Поэтому турнир проводится до выявления пяти чемпионов.

– Проигравший свой бой в первый раз не будет исключен из турнира. У него появится шанс побороться за последнее, пятое победное место в общей битве всех проигравших. Четверо же победителей автоматически получают награду, как и тот, кто последним окажется стоять в общей битве.

– Касаемо наград, ими станут три вещи. Первое – бесплатное личное занятие с мастером Гуннаром, – толпа возбужденно загудела. Кто знает, какие умения и техники находятся в запасе у могучего воина, ставшего Невозмутимым. Так просто этот статус заслужить невозможно, нужно обладать великими навыками. Великими с точки зрения мальцов Обители Спарты. Впрочем, он учился рядом с Магистром Обители, одно это уже говорит о многом. – С мастером Гуннаром… или его ученицей, – магистр красноречиво посмотрел в мою сторону.

– Второй наградой станет возможность получить собственное жилье в городе. Вам больше не нужно будет ютится в казарме и делить скудные ресурсы на все расположение. Обеспечение таких жителей в Обители является более щедрым, чем остальных воинов. Обычно чтобы заслужить собственное жилье, практик несколько лет откладывает средства.

– Третьим призом станет возможность пройти со мной к Олимпу! Те пятеро, что заслужат победу в турниру, отправятся со мной к подножию Великой Горы. Если пожелают, конечно, – ехидно хмыкнул Гуннар.

А кто бы не пожелал?? Пожалуй именно третья награда была самой желанной для каждого из нас, но и самой опасной. Великий Олимп находился далеко, во многих лигах отсюда. Опасностям, подстерегавшим путника в Безграничных Землях нет числа. Спарта очень редко отправлялась в поход к Олимпу, и даже тогда бОльшая половина воинов не возвращалась. Однако каждый прямо светился желанием получить такое право. Потому что такой поход, если его пережить, практически гарантированно поднимал шансы практика на Пути Мироздания. Это огромный опыт, с помощью которого можно значительно вырасти.

– Начнем, пожалуй, – громкий голос Невозмутимого оповестил о начале финального турнира. За ним грянула толпа, создавая впечатление надвигающегося шторма.

Магистр вытащил откуда то огромный куб, в который не промедлил засунуть ладонь. Несколько секунд спустя всех нас сместило в отдельный сектор участников. Здесь мы могли спокойно наблюдать за всеми сражениями прямо из первых рядов. Удобно, и еще одно преимущество перед всеми остальными. Тем временем Магистр вытащил ладонь из куба, в ней оказался клочок свитка. Креон поднес к губам этот клочок, прошептал несколько слов и одного из участников переместило на поле боя.

В числе первых восьми, попавших в жеребьевку, был и я сам. Против меня настороженно выступал среднего роста, хорошо сбитый, с развитой мускулатурой обладатель сразу двоих мечей. Поначалу он смотрел в сторону оппонента настороженно, однако увидев мага, еще и с перевязанной рукой, моментально расслабился.

– СРАЖАЙТЕСЬ!! – прогремел крик мастера Гуннара, вместе с которым на меня стремительно полетел мечник. На его лице блуждала улыбка. Парень чувствовал легкую победу, однако я был с этим категорически не согласен.

Глава 45

«Мало того, что соперником оказался маг, так он еще не успел окрепнуть после атаки мастера. Вот ведь легкий жребий!»

Так думал парень с мечами. Прочитать эти мысли было совершенно несложно, они буквально были написаны у него на лице. Они сквозили в легкой пружинистой походке, не собранной, но расслабленной. Хотя воин двигался демонстративно медленно, его атака все равно выглядела довольно быстрой. Парень рассчитывал сокрушить меня стартовым натиском. Первый же выпад в голову я не без труда заблокировал посохом, сказывалось отсутствие практики боя левой рукой. Пока посох удерживал один з мечей перед лицом, второй предательски устремился в брюшную полость. А парень не страдает милосердием: страшная рана и скверная смерть. Но такие несложные атаки уже не доставляют мне проблем. Используя инерцию от удара я сделал шаг назад и продолжил его перекатом через голову.

Парень поддался азарту и начал было преследование убегающей жертвы, но я еще не закончил движение. В конце переката, отталкиваясь правой ладонью от земли, немного скривился от боли, но это все не важно. А важно то, что посох постелился в контратаку над землей. Не ожидавший контрвыпада парень едва не пропустил удар в колено. Впрочем, до финальной части турнира не доходили слабаки. Быстро крутнувшись вокруг своей оси, парень остановил наступление и отбил посох.

Удар был настолько сильным, что посох предательски вылетел из руки. Победная улыбка вновь посетила лицо соперника. Загородив собой улетевший на несколько локтей в сторону спасительный посох, он вновь неспешно двинулся в атаку. «Что может сделать маг? Он даже простейшим правилам фехтования не обучен, да к тому же и без оружия. Ему конец»

В сложной ситуации разум работает намного быстрее, чем на отдыхе. Благодаря расслабленности воина я успел сотворить технику «Каменного тела», базовое защитное заклинание, и обратился внутрь себя. Глубоко, намного дальше. чем обычно. Туда, где не так давно я обнаружил источник силы. Еще с самого первого дня в Обители я сотни раз пытался практиковать «Нить Тысячи Миль», и лишь недавно в этой технике произошел некий прорыв. Прав был мастер Хоган: на турнире придется показывать все, что можешь.

Как бы ни был медлителен мечник, в итоге он приблизился вплотную. Небрежные, вроде отмашки, удары не достигали цели. Хотя я не воин, но не стоит так уж сильно меня недооценивать. Похоже, в мозгу парня наконец то это отложилось. Акцентированные атаки доставляли куда больше проблем. Корпус, корпус, подбородок, подсечка, взмах ногой. При этом боец грамотно все время закрывал мне путь к посоху и откровенно красовался на публику. Когда я не успевал уклонится, приходилось принимать удары прямо на руку. Благодаря магии она сейчас превратилась в сгусток камня, от которого откалывались большие куски. Но я не обращал много внимания на это, всей душой и разумом пытаясь дотянуться до посоха.

Мысли материальны, разум материален. Разум может воздействовать на мир не хуже солнца, воды или воздуха. Это твердо уложилось в памяти из свитка техники, однако я никогда еще не двигал предметы силой мысли. И вот сейчас я приказывал посоху вернуться ко мне. Раз за разом, снова и снова. Более десяти попыток не увенчались успехом. За это время соперник уже почти сломил сопротивление Каменного тела, как вдруг посох наконец услышал меня.

Очередной удар должен был стать победным. Маг выглядел уставшим, на лице проступила испарина. Жалкая защитная техника лишь продлила мучения, впрочем, воин был не против. Так у него оказалось чуть больше времени для демонстрации своего навыка мастерам. Воин не испытывал наслаждения в избиении младенцев, однако если уж так выпал жребий, нужно и такое дело делать правильно. Очередной удар должен был стать победным. Каково же было удивление толпы, когда лежавший в стороне посох повернул «голову» в сторону драки и стремительно полетел к владельцу. Но больше всех удивился мечник. Он так и не успел совершить свой финальный удар, вместо этого получил выпад в спину. Забавно вскинув руки, боец бесконтрольно полетел вперед, где его уже ждал увесистый апперкот. Маг левой поймал посох, правой же зарядил от всей души прямо в подбородок. Воин моментально сменил траэкторию на вертикальную. Поднимался он уже не таким уверенным в себе. Похоже, что то для себя решив, он принял решение драться в полную силу.

– Капля дождя! – прокричал парень.

Одновременно с выпадом обеими мечами в мою сторону полетели две капли воды. Казалось бы, какая в них угроза? Однако чувства прямо вопили об опасности. Я не стал их игнорировать.

– Коготь тигра! – моментально передо мной выросло небольшое каменное укрепление. Обе капли впитались в него, не возымев никакой пользы.

Воин не сдавался. Он принялся концентрировать эйдос. Его было так много, что я понял – это его финальное движение. Сейчас решится все, либо победа, либо полный разгром. Я не стал прерывать его подготовку, хотелось опробовать свои силы. Спустя несколько секунд это свершилось.

– Кровавый дождь!

Это было сильное движение. Боец полностью выдохся и остался стоять на ногах только с помощью морально – волевых качеств. Этим движением он отбросил Измененных во время штурма дважды. Благодаря ему в той части города бойцы продержались до подхода подкрепления. Этим движением он убил десятки врагов. Сейчас же против него стоял всего один, к тому же маг.

– Коготь тигра! – я себе не изменял. Не так много техник есть в моем арсенале. Пока над головой стремительно создавалась свинцовая туча, грозя мне локальным армагеддоном, я влил половину эйдоса в технику и быстро зачитывал «Стальную жемчужину». Насыщение энергией было таким сильным, что в двух локтях вокруг земля, пусть немного, пусть самую малость, но колыхнулась. Из недр всплыли сразу три когтя и сомкнулись над моей головой. Защита не была идеальной, именно поэтому я спешил с заклинанием. Хвала Богам, у меня получилось.

Техника мечника настигла меня во всеоружии. Множество капель дождя впитывалось в когти. Каменные колонны дрожали, от них откалывались кусочки, осыпая на голову крошку. Несколько капель пришлось прямо по мне, однако Стальная жемчужина справилась. Через минуту все закончилось.

Техники исчезли, вокруг меня земля превратилась во вспаханное поле. Лицо, немного бледное от усталости – это все, чего смог добиться своей техникой молодой мечник. Напротив меня все еще стоял мечник. На бумаге мечник, на деле же выжатый лимон совершенно без сил. Парень еще попытался создать какое то сопротивление, но смог заблокировать сего 2 удара в корпус. Третий снизу вверх в бороду отправил его в изящное сальто.

Пара секунд понадобилась магистру, чтобы принять решение о победителе, затем нас обоих перенесло на места для учаснтиков. С десяток человек смотрели в мою сторону с различными эмоциями. Некоторые заинтересованно, некоторые скептически. Похоже я привлек немного внимания. Но не будем сейчас об этом, нужно подготовится к следующему бою. Я сел на предоставленный стул и принялся за восстановление эйдоса.

Раненная рука во время боя получила несколько новых ударов, что не способствует выздоровлению. Впрочем, они были незначительными. Куда более важным было восстановить столько сил, сколько возможно. Сейчас не до просмотров боев потенциальных соперников. Кто бы не выпал мне жребием, каждый из братьев не будет слабым. Полностью отрешившись от внешнего мира, я принялся за медитацию.

И все таки я не успел. Полный объем эйдоса набрать не получилось. Спокойное положение тела с лежащим посохом на коленях не изменилось даже когда меня вновь призвали на арену для следующего раунда. Лишь ликующая толпа оповестила меня о том, что сейчас начнется драка.

Моим новым соперником был уверенный и даже с виду опытный боец. Лицо и грудь его пересекало немало шрамов, что говорит о большом боевом опыте. На плече мужчины красовался внушительный боевой молот. Мда, будет очень непросто. Соперник не стал относится ко мне пренебрежительно, кивнул, как бы признавая мои способности, я ответил ему тем же.

С криком магистра одновременно заорала неистовствующая толпа, обладатель крайне серйозного аргумента осторожно двинулся в мою сторону. Первый же удар молотом о землю спровоцировал маленькое землетрясение. Почва заходила ходуном от приданной ей инерции. От ног воина ко мне двинулась бодрая змейка трещины. Лишь чудом мне удалось успеть отскочить с пути удара, иначе нога рисковала провалиться в расселину. А это равносильно поражению – мастер во владении молотом просто измочалит недвижимого соперника. Здесь единственным верным выходом кажется только движение. Долго придется танцевать вокруг него, пока он устанет.

Так думал я и ошибался. Пробные выстрелы посоха, которые теперь совершенно не нагружали меня, оппонент отбил красивым пируэтом молота в руках. Даже не подозревал, что можно сотворить что то подобное молотом! На развороте с дистанции в десяток локтей, мужчина сотворил смертоносный стальной свет молота. Такой быстрой и убийственной атаки до сих пор мне видеть не удавалось. Лишь ценой огромной концентрации удалось выстрелить лучом большой плотности. Он, как нож в масле, прорезал себе путь на ту сторону, где раздался мелодичный гонг. Свет молота тем временем распался аккуратными половинками и ушел в стороны, вновь вызвав небольшое землетрясение.

Соперник красиво стоял на одной ноге, коленом второй он принял остатки моего луча, молот указывал прямо в лицо соперника. Такое чувство, что добрый пудовый инструмент в руках мужчины не весил ничего. Держать так кувадлу вытянутой рукой, сколько же сил нужно иметь? Тем временем наступил новый раунд. Собравшись с силами, могучий воин решил ударить настоящей техникой.

Не сговариваясь мы оба принялись за концентрацию эйдоса. Я чувствовал, что грядет какой то мощный удар. Судя по количеству витающей в воздухе силы, удар будет из очень непростых. Так не лучше ли помешать сопернику завершить движение. Я собирал все доступные силы, молотобоец занимался тем же. Спустя несколько секунд рядом с ним появилась призрачная, едва видимая наковальня. Все же, он успел первым.

Мужчина принялся с любовью и задором совершать удары молотом по призрачной наковальне. Каждый зритель арены из тех, кто следил за этим боев, сразу понял, что работа в кузнице – привычное дело для этого бойца. Удары получались не то чтобы с акцентом на силу, но точными, в чем то даже изысканными. Ощущение будто мастер кует оружие посетило зрителей. Я так же закончил концентрацию силы и отправил в атаку свое сильнейшее движение – тройной коготь.

Собранные вместе с единым острием, когти являли большую опасность. Подул слабый ветер, маленькие камешки стремились присоединится к пролетающей технике. Такой удар на скорости пожалуй мог бы увязнуть даже в крепостной стене Спарты, таких соперников как, памятный искаженный медведь, мой коготь пожалуй не убил бы, но покалечил гарантированно.

Могучий удар приближался к молотобойцу, а тот все бил в свою наковальню. Воин заметил угрозу, стремительно летящую в атаку, но не прекратил своего занятия, лишь только ускорился. И вот, в момент когда казалось бы атака увенчалась успехом, меня ждала неожиданность. Вокруг воина отчетливо проступил золотистый колокол в четыре человеческих роста. Этот колокол при попадании прогнулся, как воздушный шар и пошел волнами, но сдержал основной удар когтя. Камни выдали всю свою силу и осыпались. Тем временем колокол закончил дрожать, собрал все колебания в один единственный шар. Миг – и произошел звуковой удар такой мощи, что на мгновение даже искажающая техника магистра едва заметно, но все же всколыхнулась. На арене же происходила вакханалия.

Творца колокола отбросило как тряпичную куклу. Воин совершил больше пяти оборотов по земле, пока не смог сгруппироваться и погасить инерцию молотом о землю. Длинная борозда в десять локтей четко указала его путь. Воин тяжело отходил от последствий столкновения техник. Когда он поднялся, стало видно, что левая нога в ближайшее время ему не помощница – лишь богам известно, каким образом она не оторвалась, видимо в полете ее приложило собственным же молотом.

Я не мог увидеть всего этого, потому что основная сила звукового удара пришлась по мне. Всего несколько мгновений было для подготовки к удару, ни о каком отражении даже мысли не проскочило. Все, что я успел сделать – это с силой вонзить посох в землю, более чем на половину его длины, и со всем возможным усердием ухватится за него.

Такое импровизированное «заземление» спасло меня от повреждений, подобных сопернику, но он добился своего. Когда звуковая волна проходила сквозь меня, я орал, как резанная свинья. Я орал, как человек, которого жгут на костре. Как другой человек, с которого сдирают кожу. Глаза брызнули кровавыми волнами и хвала богам, что не выпали целиком из черепа. Барабанные перепонки лопнули, закрыв слух сплошным неимоверно громким шумом. Голова превратилась в один большой горящий сгусток боли.

С виду этого не скажешь, но ситуация была крайне плачевной. Хотя у противника была очень сильно поврежденная нога, я не мог ни видеть ни слышать, и страдал от контузии. Очень тяжело дался простой подъем на ноги. Если бы я не удержался за посох, вряд ли получилось бы даже это.

Что делать?? Как продолжать сражение?? Какое к черту сражение? Мне бы полежать часок, скрутившись калачиком! И уберите кто нибудь уже этот гул, мозг раскалывается!!!

Стоп!! На кону путешествие к Олимпу!! Я жив, руки-ноги целы и даже ничего не разрублено. Я….. я МОГУ сражаться!!

Собравшись с мыслями я устремил внутренний взор к воображаемому Олимпу, к его невообразимой высоте, к тайнам, которые он хранит. К тайнам, которые я обязательно должен исследовать. И вместе с этими мыслями громогласный гул в голове отдалился до уровня приемлемого шума. Я встал уже поудобнее и сделал то единственное, что еще позволяла ситуация – вонзил ступни в почву.

На сей раз было намного легче – я знал чего ожидать. Искажающая техника магистра ограничила круг восприятия лишь этой ареной. Никаких шевелений на дальних границах сознания, полная тишина. Лишь шаги противника отчетливо слышны. Молотобоец, выразительно подволакивая ногу, приближался для того, чтобы завершить сражение.

Спокойно, даже расслабленно стоящий маг, с уже выдернутым посохом истекал кровью из глаз и ушей. Большая часть головы и балахона была покрыта ею, он ничего не видел и не слышал. Зрители списали его со счетов. Хотя ученик кузнеца выглядел не наилучшим образом, кривясь от боли, он мог продолжать сражение. Но что мог противопоставить ему маг с кровоточащей головой?

– Очень любопытная техника, – подал голос мастер Гуннар. – У вас все же есть кто то настолько перспективный, что смог воплотить неплохой звуковой удар. И это на стадии до Кокона. Может, не все так плохо в Спарте, как ты говоришь, друг?

– Все отнюдь не так просто, не корми себя иллюзиями, брат, – ответ магистра был резок. – Как видишь, таких у нас единицы. Этот малец прошел в финал, где всего восемь бойцов. Трое среди которых – наши ставленники.

– Господа, мне кажется, или маленький маг все еще продолжает сражение? – скептически произнесла мастер Алкмена.

– Хм…. Ты права, он еще не потерял волю к победе. Однако без чувств что он может сделать?

Тем временем я призвал всю доступную концентрацию. Сейчас необходимо было использовать каждую унцию силы. Только так я мог сохранить рассудок, не потеряться в боли и постоянной какофонии. Очевидно, состояния «слуха» я не могу поддерживать долго. Прошлый печальный опыт привел меня к быстрому старению, а избавление от него…. БРРРР! Врагу не пожелал бы пережить такое. Нужно показать все, что я могу в оставшееся время. И пусть я проиграю, но проиграю с честью.

Противник наконец доковылял до цели на расстояние прямого удара. Мужчина бесхитростно взмахнул пудовой кувадлой для размашистого бокового правого удара, но внезапно его лицо изменило удивление. Маленький маг не совершил ничего необычного, всего лишь поднял руку. Правую руку, четко подставляя ее под удар в запрещающем жесте и каким то образом кувадла остановилась, погрязла в самом воздухе. Тем временем маг не терял время и нанес четкий подсекающий удар в самое больное место соперника – в травмированную ногу.

Лишь благодаря выдающейся реакции мужчина успел отвести ногу назад, с линии удара и со всего маху получил удар в здоровое колено. Он упал лицом в песок и получил бы завершающий в голову, но вовремя откатился в сторону. Острие посоха лишь вонзилось туда, где голова была мгновением ранее и двинулось, четко повторяя траекторию движения молотобойца. Мужчине пришлось прикрывать глаза молотом от ослепляющей пыли.

Прошла минута. Мужчина, откатившийся далеко за радиус охвата посоха тяжело поднимался на ноги. Теперь и вторая была травмирована, хотя несомненно, не так сложно, как первая. С намного большей опаской мужчина посмотрел на противника. Народ на арене же полностью превратился в зрение – ни одного стороннего шума не раздавалось среди зрителей. Даже мастера Обители проявляли некоторый интерес к схватке.

Маг стоял как простой столб. Слегка опирался на посох, воткнутый рядом, подле ног и смешно склонил голову набок, явно прислушиваясь к чему то. Если бы не тот факт, что уши парня безнадежно кровоточили, он не мог слышать физически, это понимал каждый. Но спокойно с легким выражением лица стоял и прислушивался. Ученик кузнеца принял еще одну попытку закончить сражение. На сей раз он собрался с силами и оттолкнулся от земли, исполняя сокрушительный удар с воздуха. Таким ударом можно было переломить хребет почти любому обитателю оранжереи.

Парень вновь показал свою непонятную технику. Вверх устремилась правая ладонь, воздух сгустился, на сей раз даже больше, чем прежде. Над головой мага явственно проступила мистическая ладонь. Она выдернула кузнеца из воздушного полета и со всего маху, повинуясь команде, шмякнула воина о землю у ног мага. К сожалению, сил у парня не хватало на длительную демонстрацию своего навыка. То ли сил, то ли умения в технике, то ли качества самой техники. Как бы то ни было, к сожалению мага и к счастью кузнеца, ладонь исчезла. Парень отнюдь не стушевался и вновь предпринял попытку завершающего удара посохом в место падения врага.

Кузнец вновь поднимался, все так же за границей размаха посоха. Маг вновь стоял столбом.

– Отдаю тебе должное, младший. Ты достоин того, чтобы участвовать в турнире, хотя многие братья так не считают. Отличный бой, за него я благодарю тебя. Однако ты сейчас в жалком состоянии. Давай закончим это представление!

– Эхо Мисона!

Из-под молота ученика прыснули искры. В полете они обернулись большими, в половину кулака, углями. К моменту, когда угли подлетели и окружили Антареса, каждый из них принялся всасывать весь окружающий эйдос, нагреваясь при этом. Маг пытался противодействовать чудовищной технике, но что может сделать маг без источника своей силы. Не прошло и трех мгновений, как магистр остановил бой, признав молотобойца победителем.

– Довольно, младшие! Вы достойно сражались, теперь же отдохните. Следующий бой….

Тем временем другой диалог состоялся между сильнейшими персонами.

– Наставник, я чувствую нечто отдаленно знакомое в этом парнишке.

– Что ты имеешь в виду?

– Я не знаю, как это описать. Он практикует познание Земли, значит во многом похож на меня. Ему только предстоит пройти путь, уже оставленный мною позади.

– И зачем тогда тебе начинающий, слабый, еще и поврежденный человек? Понимаю, его мистическая рука может производить впечатление, но все же? Он не может долго ее удерживать и она не совершенна, почему мы говорим о нем?

– Наставник!! Я прошу Вас разрешить ему следовать с нами в Коринф. В дороге я выясню, в чем его особенность.

– Он не может видеть и слышать, это очевидно. Как ты предлагаешь ему передвигаться многие дни по Безграничным Землям?

– Я же говорила – он постигает Твердь. Мы найдем решение. В конце концов, мы так редко встречаем магов! Позвольте мне хотя бы так помочь парню. Иначе в Спарте из него ничего не выйдет!

Давление на юную ученицу внезапно выросло в пять раз. До такой степени, что девушка кашлянула и сплюнула кровью, напугав рядом сидящих других участников турнира.

– Не заговаривайся, дитя! Я сам выходец из Спарты. По твоему я ничего не стою??

– Впрочем, если ты так хочешь, будь по твоему. Надо же баловать хоть иногда свою ученицу. Он твой, делай с ним все, что захочешь. Лишь бы малец не отбился от похода. Бегать за увечными по Безграничным Землям я не собираюсь. Там опасно, и ты знаешь насколько. Впрочем как и «почему».

Глава 46

Пока приводили в порядок арену, пока помогали выйти соперникам, прошло некоторое время. Достаточное для того, чтобы зрители осознали что то для себя. Младший кузнец и младший маг показали уровень, недоступный абсолютному большинству зрителей. Хотя мастера на отдельной трибуне не выглядели удивленными, все остальные увидели и что называется «ощутили» разницу между собой и участниками. И разница эта была не в пользу зрителей. Что говорить, даже некоторые из оставшихся участников задумчиво чесали бороды и другие части лица.

Меня домой отвела Латона, как выяснилось постфактум через несколько дней. Сил не оставалось совершенно никаких, проклятая техника кузнеца высосала почти все силы. Оставалось лишь покорно переставлять ноги в полубредовом состоянии. Совершенно потерялась ориентация в пространстве, разум закрылся от внешнего мира, всех его раздражителей и не мешал отвести меня куда угодно. Пока мы совершали небольшое путешествие, и какое то время после него, я не слышал, не видел и не воспринимал происходящего вокруг. Мой разум был занят восстановлением краха внутри.

Внутренний покой, как называл это учитель Сатоку, был раздроблен. Здесь все так же находилось мое небольшое Пламя и осколок Камня Пустыни. Никуда не делась призрачная стена, поставленная как будто несколько лет назад мастером Майроном, однако все это как будто плыло перед глазами. В один момент я мог видет все отчетливо, во второй глаза застилал туман, в третий все меняло свое расположение, будто маленький кубик катился по ступеням и перемешивал все, что внутри. Ощущение дезориентации, беспомощности и слабости не покидало.

Стало немного легче лишь когда мы прибыли «домой». Я вновь очутился в своей комнате, ощутил родной запах, знакомую тяжесть из угла комнаты, протянул к ней руку. Латона правильно истолковала мое движение и, усадив меня, вручила в руку недавно купленный посох. Только ощутив приятную и знакомую тяжесть в руке, постоянный водоворот внутреннего мира немного устаканился. Я не хотел казаться неблагодарным и орать на провожатого, поэтому лишь губами произнес «Спасибо». Затем начался основательный процесс восстановления.

Не знаю, сколько времени прошло. Худо-бедно получилось восстановить спокойствие. Посох попервах служил якорем к реальности мира. Иногда как палка у слепого, иногда как рычаг восприятия, он помогал мне ориентироваться в пространстве. Постепенно хаос во внутреннем мире прекратился. Так же помогли медитации: на основе последних боев я старался усвоить новые знания, впечатления и опыт. Понемногу порядок восстановился, жизнь вошла в знакомое русло.