355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Роберт Ньюкомб » Пятая волшебница » Текст книги (страница 7)
Пятая волшебница
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 12:51

Текст книги "Пятая волшебница"


Автор книги: Роберт Ньюкомб



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 39 страниц)

Ему показалось, что при упоминании о муже в глазах женщины мелькнула некоторая напряженность, но даже если и так, она тут же исчезла.

– Думаю, не так скоро, мой принц, – герцогиня, раскрыв веер, принялась изящно обмахивать им глубокое декольте роскошного платья, открывающее соблазнительную ложбинку на груди. – К несчастью, у герцога случился внезапный приступ… Кишечное расстройство. И, если ты не возражаешь, называй меня просто Наташей, пожалуйста.

Продолжая игру веером, она кокетливо улыбнулась Тристану. Будь это не герцогиня Эфиры, принц, возможно, охотно откликнулся бы на ее откровенный призыв. Но сейчас… Нет, он не станет делать этого. Во всяком случае, не сегодня.

– Может быть, стоит отправить в вашу резиденцию кого-нибудь из придворных целителей, чтобы оказать герцогу помощь? – вежливо осведомился он, придя к выводу, что разумнее всего придерживаться темы ее супруга. Сложив на груди руки, Тристан как-то внезапно осознал, что под шнуровкой жилета грудь у него ничем не прикрыта. – Это самое малое, что мы можем сделать для близкой подруги моей матери.

Улыбка Наташи обнажила великолепные жемчужные зубы.

– Благодарю тебя, мой принц, но у меня есть предчувствие, что, как только я вернусь домой, болезнь оставит моего супруга столь же быстро, как и возникла.

Она слегка наклонила голову. Может, в ее словах имелся какой-то скрытый смысл? Ну, как бы то ни было, Тристан его не уловил. Герцогиня снова присела в глубоком реверансе.

– А теперь прошу извинить меня, мой принц. Мне не хотелось бы опаздывать к королеве. Я уже несколько месяцев не была при дворе, и она даровала мне редкую честь личной аудиенции. Но я буду с нетерпением ждать продолжения нашей беседы после окончания церемонии. Не окажешь ли ты мне любезность подсказать, как удобнее добраться до покоев королевы? – От веера женщины повеяло запахом ее терпких духов.

– Разумеется, герцогиня, – ответил Тристан.

Оглянувшись, он жестом подозвал лейтенанта королевской гвардии, весьма импозантного в своей парадной форме. На его фоне принц выглядел в особенности неприглядно, и все же Наташа по-прежнему не отрывала от него взгляда.

Лейтенант энергично отсалютовал Тристану.

– Проводи герцогиню в покои моей матери, – приказал принц.

Наташа протянула ему руку. Мысленно вздохнув, Тристан снова скользнул губами по затянутой в перчатку руке и коротко поклонился.

Сейчас поведение герцогини стало еще более откровенным. Она оглядела принца с ног до головы многообещающим взглядом, игриво прикоснулась кончиком языка к изящной родинке у левого угла рта, повернулась и удалилась в сопровождении лейтенанта, слегка покачивая бедрами.

Тристан все еще провожал их глазами, когда рядом с ним раздался иной голос, на этот раз мужской – звучный и низкий.

– Когда хорошенькая женщина заигрывает с тобой, это, может быть, ничего и не означает, но только откровенный глупец откажется от возможности выяснить истину.

Резко повернувшись на звук знакомого голоса, Тристан увидел Фредерика из дома Стейнарров, своего зятя и одного из лучших друзей, в сопровождении небольшого отряда королевских гвардейцев.

– Репутация этой дамы далека от безупречной, – с многозначительной улыбкой добавил молодой офицер, провожая герцогиню взглядом.

Тристан и Фредерик познакомились во время освоения принцем премудростей военного ремесла и сразу же понравились друг другу. С самого начала капитан королевской гвардии не стал обращаться к принцу официально, а говорил с ним на равных, и, возможно, именно эта, окрашенная глубокой привязанностью, непочтительность сделала Фредерика одним из его ближайших друзей. Очень высокий, плотный, с коротко подстриженными каштановыми волосами и густой бородой, зять Тристана напоминал огромного медведя и всегда выглядел так, будто форма ему тесновата. Но под блестящей кирасой билось отважное сердце настоящего воина. У принца не было брата, но если бы брата можно было выбирать, он, не задумываясь, предпочел бы всем остальным Фредерика.

Ничего удивительного, что очень скоро Фредерик взял на себя личную ответственность за военное обучение наследника престола. Со стороны же Тристана было вполне естественным представить друга своей сестре Шайлихе. Молодые люди почувствовали взаимную симпатию; королевская семья одобрила этот союз, и свадьба, едва ли не самая пышная и веселая за всю историю Евтракии, была сыграна год спустя после их знакомства. Еще годом позже Шайлиха забеременела, и вся страна радостно ожидала прибавления в королевском семействе.

– И давно ты тут стоишь? – поинтересовался принц, смущенно улыбаясь и особенно остро чувствуя неуместность своего облика рядом с парадной формой воинов.

– Достаточно давно, чтобы понять, что ты не поддался ни на одну из ее уловок, – отозвался Фредерик. Он подошел к Тристану поближе и понизил голос, чтобы его не могли услышать гвардейцы. – Мне сообщили, что у тебя был тяжелый день, но я и предположить не мог, что ты будешь выглядеть таким… утомленным. Однако дама не промах! Уверен, еще немного, и она начала бы срывать с тебя одежду.

– Нет уж, уволь, – Тристан покачал головой. – У меня и без нее хлопот хватает.

– Да, я уже знаю об этом. – Улыбка сбежала с губ молодого офицера, сменившись выражением искреннего беспокойства. – И полагаю, не я один. Не в деталях, конечно, но достаточно, чтобы понять – семь достойнейших мужей королевства, собравшихся за дверями королевской библиотеки, испытывают крайнее недовольство твоим по ведением. Шайлиха очень сильно за тебя тревожится.

Появление Фредерика почему-то вновь настроило принца на бунтарский лад.

– Давай пройдемся, – предложил он, забыв о настоятельном требовании Верховного мага не сходить с места, пока его не позовут. – Неплохо бы слегка размять ноги.

Зять Тристана прищурил глаза с видом явного неодобрения.

– А что скажет на это Виг? Ты ведь ему уже немало досадил сегодня!

– Разве он не является Верховным магом Синклита, всевидящим и всезнающим? – В голосе принца отчетливо прозвучал сарказм. – Если он сумел отыскать меня в Оленьем лесу, то уж наверняка найдет и в небольшом старом замке, известном ему, как свои пять пальцев, – круто раз вернувшись, Тристан взял кувшин с вином и два кубка с подноса проходившего мимо слуги, протянув один из них Фредерику. – Не знаю как тебе, а мне необходимо подкрепить силы. Пошли!

Медленно проходя рядом с зятем по отделанным мрамором коридорам, принц радовался тому, что оказался вдали от суеты и снова, хоть и на короткое время, предоставлен самому себе. Он быстро осушил кубок, за ним второй; капитан гвардейцев последовал примеру друга. Спустившись по лестнице, они оказались в одном из множества великолепных садов королевы Морганы. На небе сияли звезды и три красные луны, во тьме громко квакали древесные лягушки. «Уж очень все вокруг мирно и спокойно», – мелькнуло в голове Тристана.

Он налил себе еще вина и взглянул на Фредерика.

– Так ты говоришь, что маги весьма обеспокоены? – спросил принц.

– Да, и мы с твоей сестрой, между прочим, тоже. И думаю, у нас есть для этого серьезные основания. Иногда мне кажется, будто ты о своем Озорнике заботишься больше, чем о родных. Не хочешь рассказать поподробнее, что с тобой приключилось?

В любой другой ситуации Тристан охотно поведал бы другу о необычайных ощущениях, испытанных им сегодня.

Но сейчас что-то его останавливало. Тем более что принц и сам до конца не понимал, что именно произошло с ним в подземной пещере.

– Знаешь, я, наверно, не смогу объяснить тебе всего, даже если очень постараюсь, – ответил Тристан. – Сейчас мне нужно немного расслабиться и забыть об этом, прежде чем Виг, главный из мучителей, снова начнет меня допытывать. Ты же знаешь, он может вцепиться в человека почище, чем клещ. Конечно, намерения у него самые добрые, как и у других магов Синклита, но иногда мне больше всего хочется побыть просто Тристаном, обыкновенным гражданином Евтракии, а не принцем, – он заговорщицки улыбнулся, чувствуя, что от выпитого вина начинает шуметь в голове. – К сожалению, слишком часто удовольствие мне доставляет именно то, что запрещено. А если Виг не найдет меня у дверей в библиотеку, на мою голову в самом деле обрушатся громы и молнии.

Тристан с улыбкой отставил в сторону кувшин и с немалой силой, как это было у них принято, хлопнул зятя по плечу.

Может, все дело было в вине, а может, в чувстве здорового соперничества во всем, что касалось физических упражнений, всегда незримо витающем над приятелями. В любом случае, Фредерик воспринял жест принца как вызов, с готовностью улыбнулся, отцепил плащ и нанес ответный удар с такой силой, что тот выронил кубок и рухнул на землю.

Спустя считанные мгновения приятели возились, словно расшалившиеся школяры. Тристан, вскочив на ноги, обхватил Фредерика сзади, но тут же снова оказался на траве. Капитан гвардейцев попытался прижать противника захватом, но мгновенно сам попался на ловкий финт, и принц с ехидной ухмылкой склонился над ним, окатив струей вина из кувшина.

Они расхохотались так сильно, что повалились в лужу пролитого вина и принялись кататься по земле, ломая росшие вокруг цветы. В конце концов оба, измазанные с головы до ног, уселись друг против друга, по-прежнему заливаясь неудержимым смехом.

Фредерик первым справился с собой и встал на ноги.

– Да уж, вижу, сегодня с тобой никто справиться не в состоянии. Когда маги наконец доберутся до тебя, останется одно – уповать на Вечность. Но ты, наверно, запамятовал: меня ждут совсем в другом месте. Этим вечером я очень занят, и развлекаться тут с бездельником вроде тебя мне больше некогда! – с видом притворного превосходства, прекрасно понимая, что и сам выглядит не лучше, он сверху вниз посмотрел на грязный жилет Тристана, его измазанные красным штаны и набросил на плечи плащ. – Может, тебе стоит переодеться? – заботливо произнес он. – Ты, наверное, забыл и об этом, но сегодняшний вечер устроен как раз в твою честь. – Капитан гвардейцев взмахнул мускулистой рукой в сторону сияющих огнями окон дворца. – Сегодня нас ждет грандиозный праздник, но можешь поверить, это ничто по сравнению с самой коронацией. – Фредерик покачал головой, глядя на непокорного члена королевской семьи, сидящего у его ног. – Побыстрее приведи себя в порядок, – добавил он, вспомнив о магах Синклита. – Думаю, этим вечером еще до окончания репетиции произойдет много такого, от чего ты окажешься далеко не в восторге. А теперь – удачи тебе, принц-грязнуля. – Фредерик шутовски раскланялся и зашагал в сторону лестницы.

Тристан проводил его взглядом. «Славный человек достался в мужья моей сестренке», – подумал он.

Однако прекрасное настроение принца заметно пошло на убыль по мере того, как он приближался к Палате прошений. Нарядные люди, которых к этому времени заметно прибавилось, бросали на него еще более удивленные взгляды. Вновь чувствуя себя словно в заточении среди всех этих праздных людей, Тристан покорно опустился в ожидающее его кресло и с тревогой вперил взгляд в высокую дверь библиотеки.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Виг пребывал в весьма скверном настроении. И причина этого крылась не в недовольстве сегодняшним поведением Тристана, а в том, что он не сумел предвосхитить его поступки. Подсознательно Верховный маг чувствовал, что именно принц способен найти Пещеру, в которой никто не бывал уже на протяжении столетий. Но то, что это произойдет так скоро, да еще в преддверии его вступления на трон… Вдобавок – Филлиус. Появление одного из охотников за кровью, о которых ничего не было слышно более двух столетий кряду, одновременно с находкой принца вряд ли было случайностью, и именно это вызывало сильнейшее опасение мага за будущее Евтракии.

Сейчас Виг стоял перед членами Синклита и королем Николасом в одном из подземных помещений королевского дворца, предназначенных для обсуждения проблем первостепенной важности. В то время как все остальные думали, что маги совещаются с королем в библиотеке, Верховный маг перенес его в это тайное место, поскольку не мог допустить, чтобы предстоящий разговор был кем-нибудь подслушан или прерван.

Он обвел взглядом сидящих вокруг овального полированного стола магов Синклита и короля. Николас сохранял обычную величественную осанку, но было видно, как сильно он встревожен; время от времени монарх непроизвольно оглаживал темную, подернутую серебром бороду. На нем уже было парадное бархатное одеяние – темно-голубое, отделанное горностаем, – в котором ему предстояло участвовать в репетиции церемонии. Рядом с традиционными серыми одеяния магов Синклита парадное платье короля выглядело еще более роскошным. Вид Парагона, удерживаемого на шее Николаса массивной золотой цепью, подействовал на старого мага успокаивающе.

«С чего же начать? – Его одолевали тревожные сомнения. – То, о чем я сейчас поведаю, многое изменит в жизни этих людей». Он уже набрал в грудь воздуха, но король, не в силах долее сдерживать беспокойство, заговорил первым.

– Виг, – негромко начал он, – я догадываюсь, что эта наша встреча чрезвычайно важна, учитывая тот факт, что до начала репетиции осталось менее двух часов, – Николас обвел взглядом собравшихся. – И поскольку принц весь сегодняшний день отсутствовал, можно сделать вывод, что причина, по которой ты попросил нас собраться в столь неподходящее время, как-то с этим связана, – он наклонился вперед, и Парагон закачался на его шее. – Я спрашивал Синклит, где был мой сын, но ответом мне служили лишь потупленные взоры. Скажи, Верховный маг, моему сыну что-либо угрожает?

– Нет, мой господин, с ним и с Шайлихой, которая весь сегодняшний день провела со мной, все в порядке, они здесь, во дворце, и ожидают твоих распоряжений. – Виг перевел взгляд на свои длинные пальцы, все еще не придя к окончательному решению, каким образом приступить к делу. – Однако что касается их безопасности, да, пожалуй, и безопасности нас всех, тут мне пока затруднительно дать положительный ответ.

Не успел никто и рта раскрыть, как Виг вышел в соседнюю комнату, вернувшись с боевым топором охотника за кровью, и бросил оружие на стол, оцарапав полированную поверхность.

Прерывая изумленные возгласы собравшихся, Верховный маг продолжил:

– Если кто-то из вас забыл, хочу напомнить, что не стоит прикасаться к желтоватым пятнам на лезвии, – он перстом указал на орудие убийства, тяжело опустился в свое кресло с высокой спинкой и испустил долгий вздох.

В зале стало тихо, как в склепе.

Николас в изнеможении прикрыл глаза. Он, казалось, собирался обрушить на Вига град вопросов, но потом, видимо, собрал остатки терпения и решил дождаться его объяснений. Лица магов покрыла смертельная бледность.

Тритиас считался в Синклите следующим по могуществу за Вигом. Кроме того, он был ближайшим другом Верховного мага и знал его дольше, чем кто-либо из остальных.

– Где? – только и вымолвил он.

– В Оленьем лесу, – ответил Виг.

Он не сомневался, что этот вопрос будет задан прежде всего, как не сомневался и в том, кто именно его задаст. То, где был найден топор, имело большое значение, и оба прекрасно понимали это.

– Надо полагать, ты убил его? – спокойно продолжал Тритиас, переведя взгляд с топора на Верховного мага.

Разумеется, – с печалью в голосе отозвался Виг. – Но есть еще кое-что, что вам следует узнать. На левом предплечье охотника, с внутренней стороны, я обнаружил красное родимое пятно, – он помолчал. – Это был Филлиус.

Маги обменялись недоверчивыми тревожными взглядами. Тогда Виг заговорил снова.

– Что касается черепа, насаженного на топор, могу сказать одно – он несомненно принадлежал магу, но кому именно, сейчас уже не определить. Полагаю, из уважения к этой первой жертве Филлиуса оружие следует уничтожить, а череп захоронить у обелиска среди останков прочих безымянных героев. Из предосторожности я предал тело Филлиуса огню, как мы всегда поступали в подобных случаях. Но хочу добавить еще вот что. Мне известно, что все вы, и ты, Николас, в том числе, слышали об исчезновении нескольких «магов резерва», которые произошли в последнее время. Не знаю, действовал ли Филлиус в одиночку, но, по крайней мере, теперь есть какая-то ясность относительно этих печальных событий.

Слайк, сидящий слева от короля, поднял взгляд на Верховного мага; в его зеленых глазах металось множество вопросов.

– Охотники за кровью не были защищены «чарами времени». – На лице мага проступило выражение ужаса. – Ты думаешь, что возможно…

– Не знаю, – Виг умышленно перебил Слайка; он догадывался, о чем тот хочет спросить, но в данный момент предпочел уклониться от неизбежной дискуссии. – Либо он каким-то образом сумел выжить на протяжении более чем трех столетий и остаться незамеченным, в чем я сильно сомневаюсь, либо его недавно вызвал к жизни тот, о ком нам ничего неизвестно. В любом случае дальнейшее обсуждение пока бессмысленно, – старик сложил перед грудью руки и решительно обвел взглядом остальных, памятуя о том, что он – Верховный маг, и твердо решив, что разговор пойдет так, как он сочтет это нужным. – Кроме того, мне еще предстоит сообщить вам о другом сегодняшнем событии, последствия которого представляются мне гораздо более опасными.

Виг постарался собрать все свое мужество. «Эти маги были моими друзьями на протяжении столетий, – с болью думал он. – Как у меня повернется язык рассказать им правду? Вечность, как король воспримет то, что узнает о своем сыне?»

Призвав на помощь все свое хладнокровие, он решил, что не стоит больше ходить вокруг да около. И сказал предельно просто:

– У меня нет никаких сомнений в том, что сегодня принц Тристан обнаружил Пещеру Парагона и проник в нее.

После этих слов воцарилось мертвое молчание; потом члены Синклита заговорили все разом, что было весьма необычно для магов. Виг уже хотел было призвать собравшихся к тишине, но король внезапно с такой силой опустил свой кулак на стол, что топор подскочил на нем и с грохотом рухнул обратно. Мгновенно все смолкли.

Николаса била нервная дрожь. Проявляемое им терпение по отношению к сыну, по-видимому, иссякло.

– Виг, будь любезен, объясни, откуда тебе это известно? – спросил король едва слышным шепотом, так непохожим на обычный раскатистый голос.

– Мне очень жаль, мой господин, но тут не может быть никаких сомнений. Еще даже не встретив принца, я почувствовал, что его кровь неуловимо изменилось. И это ощущение становилось все сильнее по мере того, как я к нему приближался. А когда я увидел Тристана, какие-либо сомнения рассеялись окончательно. От него исходило лазурное свечение, которого мне не приходилось видеть с того дня, когда принц появился на свет. Я вообще не видел ауру такой интенсивности с тех пор, как разбил чашу, поставив точку в судьбе волшебниц Шабаша.

«За три с лишним века мы в первый раз открыто говорим о волшебницах, – подумал Виг. – Очень странное ощущение – осознать то, что они вновь столь внезапно вторгаются в нашу жизнь».

Он перевел взгляд на магов. Только двоим из них, Мааддару и Тритиасу, удалось взять себя в руки и сохранить хотя бы видимое спокойствие. Николас тяжело откинулся в кресле; непосильный груз придавил ему плечи.

Мысль о том, что на этом неприятные новости еще не закончились, заставила старого мага содрогнуться. «Все равно что сыпать соль на раны», – с горечью подумал Виг. Он поднялся и встал за креслом, опершись руками на его спинку, на которой было вырезано его имя.

– Сожалею, но мне придется сообщить еще кое о чем. – На мгновение Верховный маг стиснул зубы. – Одежда принца вымазана красным. Тем самым красным. И здесь также не может быть ошибки. Это значит, что Тристан либо окунался в подземное озеро, либо, по крайней мере, омыл какую-то часть тела его водой. Нет нужды напоминать, насколько это может быть опасно для нас. Мы вступаем в неизвестность, и ведет нас туда абсолютно несведущий человек с «одаренной» кровью, которого тем не менее мы все очень любим. – Он помолчал, глядя прямо в глаза Николасу, для которого прежде всего и предназначались последующие слова. – Нужно постараться сохранить это чувство, какие бы тяжкие испытания ни ждали нас впереди.

Как Верховный маг и надеялся, выражение лица короля несколько смягчилось.

– К несчастью, принц, скорее всего, видел туннель Древних провидцев, а может, и попытался в него проникнуть, – продолжал Виг, нахмурив брови. Никто из вас не почувствовал какого-либо нарушения магической завесы, охраняющей вход в туннель? – Маги не отвечали. – Хорошо. Однако должен признаться, сам я ощутил некоторое колебание завесы. Возможно, потому, что находился ближе всех к Пещере. Одновременно могу с уверенностью подтвердить, что целостность завесы не нарушена и Манускрипт по-прежнему в неприкосновенности.

– Останется ли аура вокруг Тристана навечно? – спросил Верховного мага король, и в его обычно властном голосе прозвучали нехарактерные нотки тревоги и даже какой-то робости.

– Нет, мой господин, – с сочувствием отозвался Виг. – Аура исчезнет не позже чем через несколько дней. Если, конечно, принц снова не отправится в Пещеру. Думаю, все согласятся со мной, что в данных обстоятельствах ему ни в коем случае нельзя этого позволить, – маг крепко стиснул спинку кресла длинными пальцами. – Еще хорошо, что голубое мерцание не видно никому, кроме меня. Сам Тристан его тоже не замечает. Отсюда следует, что мы должны сохранить это в строжайшем секрете.

– Стал ли принц проявлять повышенный интерес к магии? – осведомился Эглоф. – Насколько мне помнится, контакт с водой подземного озера порождает неутолимую жажду знаний в этой сфере. Если я не ошибаюсь, об этом упоминается и в самом Манускрипте.

Эглоф закрыл глаза, видимо, пытаясь извлечь из своей необъятной памяти текст Манускрипта. Все понимали, что сейчас ни в коем случае не следует его прерывать. Эглоф, известный среди них как несравненный знаток Манускрипта, мог дать ответ практически на любой вопрос, касающийся содержания этой книги.

– Верно, – сказал он наконец, поднимая веки. – В Манускрипте действительно упоминается об этом, в одной из последних глав раздела Закона.

– Именно это и является последней недоброй новостью, которую мне приведется сообщить вам сегодня, – медленно произнес Верховный маг. – Да, дело обстоит именно так, жажда знаний горит во взоре принца, его разум обуревают тысячи вопросов. И, учитывая природу рождения Тристана, боюсь, эта жажда, в отличие от ауры, так быстро не исчезнет.

Виг внимательно глядел на короля, чтобы понять, справится ли Николас с только что обрушившимися на него ужасными известиями. Выход из создавшегося положения был только один, и все собравшиеся прекрасно понимали это.

– Мой господин, – мягко произнес Верховный маг, – по-моему, пора открыто, ничего не скрывая, поговорить с Тристаном. Думаю, что в интересах страны придется за претить принцу даже приближаться к Пещере. И еще – вплоть до самой коронации следует держать твоего сына под неусыпным наблюдением.

Такое решение напрашивалось само собой, но принять его должен был именно Николас. Виг и остальные маги молчали, ожидая, что скажет король.

Тот с усилием расправил плечи, поднял голову и, вновь обретя королевскую осанку, посмотрел в глаза старого мага.

– Верховный маг, – спокойно сказал король, – ступай и приведи сюда принца..

* * *

Пребывавший в глубокой задумчивости Тристан вдруг почувствовал, что кто-то коснулся его плеча. Обернувшись, он увидел Вига. Старый маг умел приближаться совершенно бесшумно.

– Твой отец хочет, чтобы ты предстал перед нами, – произнес он. Встретившись с неумолимым взглядом Вига, принц понял, что иного выхода нет. Сердце его упало.

– А как же репетиция церемонии? – тем не менее спросил он. – Ведь совсем скоро всех нас будут ждать в Тронном зале.

Отговорка, конечно же, была весьма слабой, но придумать ничего лучше Тристану не удалось.

– Репетиция может подождать, – ответил старик. – Она состоится, можешь не сомневаться, только чуть позже. Ведь церемония все равно не начнется без тебя, твоего отца и членов Синклита, не так ли?

Принц угрюмо шагнул к двери из красного дерева, но Виг остановил его.

– Поступим иначе, – старик оглядел Тристана с головы до ног и, обнаружив, что тот, хотя это и казалось совершенно невозможным, стал еще более грязным, чем был днем, сокрушенно подумал, что вряд ли внешний вид сына улучшит настроение короля. – Следуй за мной.

С этими словам маг направился в противоположную сторону, пересекая Палату прошений. Принц с мрачным видом поплелся за ним по пятам.

В коридорах дворца толпилось множество людей – подготовка к церемонии шла полным ходом. При виде Вига все почтительно уступали ему дорогу. Однако Верховный маг, казалось, не замечал никого и ничего вокруг. Пройдя длинным, с отделанными мрамором стенами коридором, они с принцем оказались в той части королевского дворца, куда Тристан заходил сравнительно редко.

Наконец старик остановился перед тяжелой деревянной дверью, обшитой по краю медными полосами. Дверь отворилась по знаку мага, и Виг; сопровождаемый принцем, вошел в большое, отделанное дубовыми панелями помещение, вдоль стен которого висели длинные полки, уставленные книгами. Никогда прежде Тристан в этом помещении не бывал, но, как он недавно вспоминал, в огромном дворце было много комнат, куда он не заглядывал ни разу в жизни. Старик закрыл дверь и, прищурив глаза, бросил на нее взгляд; замок защелкнулся. У принца мелькнула мысль, что, может быть, эту дверь могли открывать только маги. Виг подошел к одной из панелей стены и нажал на завитки, которые казались частью резного орнамента. К удивлению Тристана, секция панели начала медленно и бесшумно поворачиваться, обнаруживая скрытое в стене углубление.

– Не забывай, нас все-таки ждут, – проворчал маг и первым вступил в углубление, по размерам напоминающее кладовую на кухне. Когда принц присоединился к нему, Виг потянул за свисающий из отверстия в потолке бархатный шнур с кисточкой на конце. Вращающаяся панель послушно закрылась за ними.

Внезапно у Тристана возникло ощущение падения, хотя, оглядываясь по сторонам, он видел, что по-прежнему стоит на полу. Тем не менее движение вниз ощущалось совершенно определенно. Принц вопросительно взглянул на старика.

– Опять магия?

– Вовсе нет, – отозвался старик, не сдержавший легкой улыбки. – Просто новое изобретение для удобства перемещений. Здесь используется сила воды, а не магия. Одно из любимых увлечений мага Мааддара – он называет это устройство гравитационной кабиной. – Улыбка сбежала с лица Вига, в его голосе вновь зазвучали характерные властные нотки. – А я-то думал, ты сегодня успел понять, что магия – вовсе не панацея для решения всех проблем. Но ты не ошибся, мы опускаемся. Причем намного ниже уровня первого этажа. – Маг помолчал. – Ты должен поклясться, что будешь хранить в тайне все, что увидишь и услышишь, начиная с этого момента. В том числе и существование этой кабины.

– Но ниже первого этажа в этой части дворца ничего нет, – недоверчиво протянул Тристан. – Все подземные помещения – кухня, буфетные, комнаты слуг – находятся далеко отсюда. Уж что-что, а их расположение мне известно неплохо!

Едва принц закрыл рот, как движение внезапно прекратилось, и отделанная дубом панель, служившая дверью странного средства передвижения, вновь начала поворачиваться.

Когда она открылась достаточно широко, маг сделал рукой приглашающий жест.

– Значит, говоришь, ниже первого этажа в этой части дворца нет никаких помещений? Ты так в этом уверен? Тогда попробуй-ка убедить в этом их!

Тристан выглянул в открытую дверь и в совершенном изумлении воззрился на Вига, но старик уже вышел наружу, подав знак следовать за собой.

Они очутились в огромном овальном помещении, выложенном прекрасным светло-голубым лендиумским мрамором, от которого во все стороны расходились более десятка кажущихся бесконечными коридоров. Зрелище и само по себе было впечатляющим, но куда больше поражало множество находившихся здесь людей – принц понял, что это были маги, облаченные в свободные серые одеяния. Однако он заметил одну особенность – эти маги не заплетали свои волосы в косички.

Как и большинство жителей королевства, Тристан, конечно, хорошо знал всех магов Синклита, но ни один из находящихся здесь знаком ему не был. Учитывая это обстоятельство, а также то, что у них отсутствовали традиционные косички, принц счел, что, возможно, это маги низшей ступени или, как их называли в Евтракии, «маги резерва». Но ему никогда даже в голову не приходило, что их может быть так много, и он понятия не имел, чем они тут занимаются. Все эти маги, казалось, спокойно направлялись по своим делам, негромко переговариваясь друг с другом.

Проходя мимо старого мага, каждый отвешивал почтительный поклон.

– Виг, где это мы? – ошеломленно прошептал Тристан.

Принц стоял, словно пригвожденный к месту. Ну и денек сегодня выдался – одно впечатление удивительнее другого; хотя, по правде говоря, с него их давно уже было более чем достаточно.

– Мы называем это место Редут Синклита – здесь мужчины с «одаренной» кровью обучаются магии. Надеюсь, ты будешь вести себя здесь как подобает. – Они зашагали по одному из коридоров, и старик продолжал на ходу свои пояснения: – Редут был создан в конце Войны с волшебницами, с целью поддержки и развития нашего искусства, – маг обратил на Тристана свой ястребиный взор. – Надеюсь, ты помнишь, что я рассказывал тебе сегодня о направлении магии под названием Закон? – Вопрос был, в общем-то, излишний.

– В конце войны мы были близки к гибели. В стране свирепствовали голод и эпидемии, процветала преступность. Королевская гвардия оказалась выкошена почти подчистую, это же можно было сказать и про магов. Серьезнейших проблем было столько, что ни какой Синклит собственными силами с ними не справился бы. Тогда-то мы и создали в катакомбах, размещающихся под королевским дворцом в Таммерланде, Редут – чтобы обучать здесь магов, которые потом направлялись в разные уголки страны. Они должны были способствовать установлению мира и порядка в деревнях и городах Евтракии, причем мирным, а не насильственным путем. И эта практика продолжается до сих пор.

Все маги, которых ты видишь здесь, уже прошли обряд посвящения и дали клятву. Мужчина с «одаренной» кровью, желающий обучаться магии, занимается этим здесь под нашей опекой, дабы мы имели возможность убедиться, что он изучает лишь наше направление магии, выдержан, ответственен и с уважением относится к прошлому. – Бровь старика знакомым движением взлетела вверх. – Собственно говоря, я упоминаю как раз те качества, которых тебе в последнее время явно не хватает, – с этими словами маг направился в сторону одного из коридоров.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю