Текст книги "Научи меня любви, профессор (СИ)"

Автор книги: Рина Мирт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

3

04:10 того же дня, MIT | Тогда

Андреа сидела в переполненной, галдящей аудитории в чистой одежде с ещё влажными от душа волосами. Попав наконец-то в общежитие, она решила, что прохладный освежающий душ успокоит её и придаст сил, а таблетка аспирина, что она приняла после, облегчила головную боль. Несомненно, девушка чувствовала себя намного лучше.

Профессор запаздывал, что было так не похоже на него. Энди сидела в первом ряду и беспокойно косилась на кафедру. В последний раз она видела Артура летом, застав его прогуливающимся по одному из парков, находящимся на территории студенческого городка. Профессор был первым человеком с кем она познакомилась в MIT, точнее её ему представил Патрик – её спаситель.

Вспомнив мужчину, на её сердце потеплело.

После домогательства опекуна, Андреа сбежала из его дома, предварительно забрав документы и кое-какие деньги из заначки старого извращенца. Весь день она скрывалась на улице, а под покровом ночи пробралась обратно в мастерскую – там он уж точно не стал бы её искать. Она забралась в кузов огромного грузовика, хозяин которого должен был забрать тот утром, и закрылась изнутри. Ночью она не сомкнула глаз, вновь переживая случившееся, и прислушиваясь к тишине. Рано утром в мастерскую вернулись рабочие и её так называемые «братья». Энди старалась производить как можно меньше шума.

Владелец грузовика появился чуть позже, расплатившись с Миллером за его услуги, завел грузовик и уехал, увозя её навсегда из этого проклятого места. У неё был план: на следующей остановке выбраться из кузова, а там смотреть по обстоятельствам, ведь она понятия не имела куда грузовик держит путь. Но только девушка почувствовала, что они выехали на дорогу, ведущую из города, она невольно закрыла глаза и заснула, убаюканная ездой и звуком мотора.

Проснулась она от того, что кто-то открыл дверь кузова. Им оказался высокий и стройный мужчина среднего возраста с серебряными волосами. Энди поначалу сильно испугалась, но незнакомец представившийся Патриком, заверил ее, что не причинит ей зла. На вопрос, как она оказалась в его кузове, Энди расплакалась.

Успокоившись, она поведала мужчине, откуда она и от кого бежит. Все это время тот внимательно ее слушал, а в его глазах читалась неподдельная печаль. Патрик оказался дальнобойщиком и как раз ехал получать новый заказ в Форт Коллинз. Грузовик сломался по дороге и ему пришлось пригнать тот в автосервис к её опекуну.

Он пообещал позаботиться о ней, заверив, что Миллер больше никогда не приблизится к ней, а если и приблизится, то крепко об этом пожалеет. В качестве подтверждения своих слов он продемонстрировал Энди короткий дробовик.

Было решено отвезти её в Неваду, к его хорошей знакомой Мэл, которая могла приютить Энди у себя на долгий срок. Почти через двенадцать часов Андреа прибыла в мотель для дальнобойщиков, на окраине Лас-Вегаса, познакомившись с его хозяйкой, сухонькой пожилой женщиной с оранжевыми волосами и добрыми глазами, в которых светился лукавый ум.

Эти двенадцать часов были для Энди, возможно, самыми счастливыми за последние шестнадцать лет. Патрик всю дорогу рассказывал ей истории о работе, о приключениях, заставляя её искренне смеяться. Они останавливались несколько раз у закусочных, в которых он заказывал ей всякие вкусности и газировку, понимая что девочка была лишена таких маленьких волшебных вещей, делающих детство незабываемым.

Вдруг дверь в аудиторию открылась, возвращая Энди к реальности. К кафедре подходил совсем не профессор Арт. Её сердце упало: это был тот самый мужчина, перед которым её вырвало в коридоре. Девушка побледнела и вжалась в стул.

Аудитория затихла, все кто в ней был с любопытством разглядывали новоприбывшего.

– Добрый день, я профессор Фрилинг. Я буду вести у вас курс «Деловой этики» и многие другие курсы вместо профессора Гордона. – Произнес глубокий тягучий голос.

В зале прошелся ропот.

– С профессором всё в порядке? – Спросил кто-то с задних рядов.

Андреа почти физически могла почувствовать волну тревоги, которая прошла по залу после слов мужчины. Многие любили Арта, как среди студентов, так среди преподавателей.

– О, не сомневайтесь, с профессором все хорошо, он жив и здоров, если вы об этом, – в его тоне послышались нотки раздражения, возможно новый профессор не любил когда его перебивали.

Энди обратила внимание, что мужчина, стоящий сейчас за кафедрой, значительно отличался от того, с кем она столкнулась в коридоре, и не только внешне. С момента их встречи он, также как и она, сменил наряд на более элегантный. Теперь перед ней стоял уверенный в себе человек, от которого так и веяло каким-то необъяснимым величием. Он стоял прямо, засунув руки в карманы брюк, с гордо поднятой головой, всем своим видом давая понять, кто здесь главный.

– Он уволился из университета несколько дней назад, поэтому деканат связался со мной и предложил мне занять его место главы кафедры. – Закончил профессор.

После этих слов в аудитории воцарилась полная тишина. Большинство студентов были первокурсниками, как и Энди, и понятия не имели, кто такой Арт. Они, как испуганные птички, старались не двигаться и не дышать, потому что еще не знали, как себя вести. Были и те, кто учился здесь на дополнительных курсах, как и она или второкурсники, которые знали или хотя бы слышали о Артуре Гордоне. Последних эта новость повергла в легкий транс, они молча переваривали услышанное.

Профессор сделал небрежный жест рукой, оголяя левое запястье и мельком глянул на часы.

– Сейчас четыре двадцать, – проговорил он и нахмурился, – урок начинается ровно в четыре, я приношу свои извинения за опоздание. Обещаю, в свое время я вам верну эти двадцать минут времени, которые вы потратили, ожидая меня.

– По поводу опозданий, – продолжал он. – По уставу университета у вас есть полное право зайти в аудиторию в течении пятнадцати минут после начала занятий. Я не могу лишить вас этого, но хочу предупредить, я не люблю когда на мои уроки опаздывают, так что постарайтесь не пользоваться этим правом на моих курсах. Если вы видите, что опаздываете на урок более чем на пятнадцать минут, вы не войдете в эту аудиторию до положенного перерыва. По поводу посещаемости, – тут профессор сделал маленькую паузу, обводя взглядом присутствующих, – по правилам университета вы имеете право пропустить до трёх уроков без уважительной на то причины. Но я считаю, что мы все здесь уже взрослые и сформировавшиеся личности, поэтому я не буду проверять ваше присутствие, учитывая что вас тут около ста пятидесяти человек, а я один.

В то время, как он говорил, его взгляд блуждал по аудитории, всматриваясь в присутствующих и как бы анализируя для себя, какой эффект производят его слова. Его взгляд остановился на Энди, чуть задержавшись. Девушка перестала дышать: конечно, он ее узнал. Ее щеки побагровели, а в висках неприятно застучало, Энди втянула шею, пытаясь подавить желание подорваться с места и бежать из этой аудитории, из этого университета, из этого города.

Тем временем, мужчина продолжал:

– На первом уроке я обычно объясняю студентам силлабус* и оглашаю правила, которым я хочу, чтобы вы подчинялись. Эти правила касаются не только дисциплины, но и выполнения домашней работы и материала с которым вы будете работать. Но сначала, я как следует представлю вам себя, – с этими словами мужчина подошел к кафедре и вывел через проектор на экран адрес электронной почты.

Шрифт был огромен, для того, чтобы студенты с задних рядов тоже могли его увидеть.

– Как я уже сказал, меня зовут профессор Фрилинг, Гейл Фрилинг…

Так вот, что означали эти инициалы на носовом платке. Но что тогда с первой буквой E? Может Эдвард?

– На экране вы видите электронную почту, которую я создал специально для связи со студентами. Если у вас есть какие-либо вопросы по учебному материалу или вы не поняли тему урока, вы можете писать сюда, чтобы назначить встречу. Я проверяю эту почту трижды в день и поверьте, я отвечаю всем. Пожалуйста, воздержитесь от таких писем как, «прошу пересмотреть мою оценку» или просьб о дополнительных заданиях. Хочу предупредить сразу, я их не даю, а чтобы пересмотреть вашу оценку по той или иной работе вы можете заполнить форму на вашем учебном сайте и её рассмотрят в течение срока, указанного в уставе университета. У меня также есть емейл, который мне дает университет, как и у вас у всех, но я предпочитаю с ним не работать, из-за шифрования. Работы тоже не отправляйте по этому адресу, далее я объясню вам куда и как отправлять ваши работы.

Энди механически записала электронный адрес себе в тетрадь. Студенты засуетились, послышался шум открывающихся пеналов и шуршащих листов. Профессор воспользовался этой паузой и перешел от кафедры к обычному письменному столу. Отодвинул его ближе к экрану и сел посередине, на самый краешек, вытянув ноги. Руки же он скрестил на своей широкой груди, показывая этой позой, что он готов говорить. Энди поерзала на скамье, вся обратившись в слух.

– Родом я из Чикаго, но вырос в Вашингтоне. Имею степень бакалавра по «Философии истории» Стэнфордского университета. До этого я учился целый год в Государственном университете «Черные Холмы», на факультете Политологии, но я быстро понял, что это не мое. Вторая степень Пенсильванского университета по Этике. Честно, после получения своей второй степени я хотел оставить академическое поприще, но во время обучения я обнаружил в себе способность к преподаванию, когда был помощником одного из лекторов. Я писал докторскую и одновременно работал консультантом различных организаций в области деловой и профессиональной этики, чем я занимаюсь до сих пор. Это моя прямая специальность.

Андреа слушала его, затаив дыхание. Такой молодой, а уже имеет докторскую степень, интересно, сколько же ему лет? Должно быть чуть больше тридцати.

Тем временем профессор продолжал:

– И вот неделю назад, ко мне обратились с просьбой занять место главы кафедры «Гуманитарных наук» вместо профессора Гордона, это то предложение от которого сложно было отказаться, – произнеся это мужчина довольно улыбнулся.

Это была первая эмоция, которую увидели студенты на протяжении всего монолога. Ему несомненно льстило, что в таком молодом возрасте он занял почетное место заведующего кафедрой, чего многие пожилые профессора со всем их многолетним опытом исследований и обучения не могли добиться.

Пользуясь случаем, что в аудитории было еще около ста пятидесяти душ, Энди пялилась на профессора, рассматривая его фигуру в новом наряде, не боясь того, что он может обратить внимание на ее откровенное разглядывание, зная, что все так же сейчас смотрят на него.

Тут определенно было на что посмотреть. Теперь он был одет в элегантную черную рубашку и брюки, что несомненно раскрывало его фигуру с новой стороны.

«Черный ему идет», – подумала девушка.

На черном цвете так контрастно выделялась белизна его лица и кистей. Рубашка обтягивала его бицепсы, Энди закусила губу.

Определенно, новый профессор был горяч.

Примечания:

*силлабус – это рабочая программа для студента. В ней дается краткое описание курса, определены цели и задачи курса, а также основные знания и умения студентов.

4

Остаток урока Фрилинг объяснял силлабус, а точнее что они будут проходить и какой материал стоит читать перед каждым уроком, где загружать работы, которые он будет задавать, и когда будут проходить контрольные работы по пройденному материалу. Энди нахмурилась, на сколько она знала от Стива, который был единственным среди их компании гуманитарием, на этом курсе не было проверочных работ. Курс был обязательным для всех, восемьдесят процентов оценки составлял экзамен, и двадцать – работы который давал преподаватель, но как говорится, новая метла...

При слове «контрольные работы», в аудитории пробежал недовольный ропот, на что профессор лишь сверкнул взглядом и все затихли.

– И еще кое-что, – он сказал это небрежным тоном, – на своих уроках я люблю, когда идет дискуссия, а не только, когда говорю я. Поэтому, я рекомендую вам читать также дополнительную литературу, которая указана в силлабусе. Я понимаю, что я нахожусь в технологическом институте и большая часть из вас люди с рациональным складом ума, предпочитающие уравнения, но я вас заверяю, вам понравится это курс, он даст вам пищу для размышлений и раскроет ваши умственные способности с новой стороны. Я требую серьезного отношения и упорного труда к моим предметам, как и от гуманитариев, так и от технарей.

Первый урок подошел к концу и все дружно повскакивали со своих мест, на что профессор только нетерпеливо поднял руку, привлекая к себе внимание, и сообщил, что опаздывать на второй урок категорически запрещено, в связи с тем, что он еще хочет успеть объяснить первую тему этого курса.

Энди встала со своего места, глядя в пол. Она испытывала жуткую потребность выйти из этой аудитории и не встретиться с ним взглядом. Теперь, когда она стояла на ногах, она чувствовала себя еще неуютней, так как была открыта для обзора. Сейчас она проклинала себя за свою любовь и отчасти необходимость сидеть на первых рядах из-за своего роста. Она бросила взгляд в сторону профессора и с ужасом для себя отметила, что он смотрел прямо на неё. Девушка быстро опустила взгляд к себе под ноги, семеня к выходу.

Остаток пары прошел без инцидентов, профессор начал второй урок с вопроса к классу, что, по его мнению, есть мораль и этика. В дискуссии прошла большая часть урока, потом тот дал точное определение этим двум, как казалось, одинаковым понятиям. Энди записывала всё, что мужчина выводил на проектор. К её удивлению, записей было немного, в основном профессор говорил, приводя примеры. Он с головой ушел в тему и теперь изредка смотрел на девушку, не акцентируя внимание на ней, впрочем как и ни на ком в аудитории.

Андреа посмотрела на часы, висящие на стене: пара подходила к концу. Всё это время, слушая профессора, она думала подойти ли к нему и поблагодарить за проявленную заботу или пуститься наутек со всеми. Второй вариант был соблазнительней всего, она не представляла, как останется с ним один на один после сегодняшнего происшествия. Она вспомнила, что в корзине для белья лежит его платок. Ну теперь у неё будет возможность его вернуть, хотя она не представляла, с какими словами будет возвращать принадлежащую ему вещь.

Но вот пара закончилась и все двинулись к выходу, никто не собирался задерживаться в аудитории хоть на минуту, так как для многих, в том числе и для Энди, это была последняя пара.

Девушка хаотично складывала свои предметы в сумку, она кинула пенал, не убрав всех ручек в него, а закидывая их по отдельности. Её руки тряслись, помещение заметно пустело. Профессор, тем временем выключил проектор, но все так же стоял за кафедрой и смотрел во встроенный в кафедру компьютер перед собой. Энди не обратила внимания, что большая часть её сумки была уже за краем парты, сила гравитации потянула ту к полу, прямо между первым рядом и кафедрой преподавателя.

Сумка упала довольно шумно, а, так как она была открыта, из нее посыпались все пишущие принадлежности, которые Энди не сложила в пенал. Девушка замерла на месте, профессор оторвался от созерцания экрана кафедрального компьютера и обратил свой взор на источник шума, а потом плавно перевел его на неё.

– Простите, – пискнула Андреа.

Мужество покинуло её окончательно, она не хотела оставаться с ним наедине, но, видимо, у Вселенной были определенно другие планы. Она стремительно пошла вдоль ряда, чтобы обойти его и поднять свои вещи, было немыслимо перемахнуть просто через стол. Обычно так она и поступала в таких случаях, но не в этот раз, не пред ним. Из-за своего страха и дрожи во всем теле она была уверена, если она это сделает, то это выйдет потом в еще какой – нибудь унизительный инцидент. Уже второй раз за день перед этим мужчиной падает либо она сама, либо ее вещи.

Последний человек вышел из аудитории, оставляя их одних. Фрилинг, казалось, не собирался возвращаться к своему делу: пока Энди неуклюже семенила вдоль своего ряда, мужчина в два шага оказался у ее сумки.

Энди быстро подошла к профессору, опустившемуся на корточки, собирающим рассыпавшиеся ручки. Она тоже присела возле него, укладывая тетради. Их взгляды встретились, Энди втянула воздух и замерла, он смотрел прямо в ее глаза, улыбаясь лишь уголками губ. Она лишь смогла прошептать: «спасибо», когда он вложил ручки в её ладонь. Мужчина поднялся первым, протягивая ей свою изящную кисть, Энди подала руку больше автоматически, чем осознанно, чувствуя, будто её ударило током от его прикосновения, словно по венам пустили электричество. Сердце Энди стучало как бешеное, она одернула руку сразу, как оказалась на ногах. Профессор вновь нависал над ней огромной горой, своим ростом она доходила ему лишь до груди.

Собрав остатки мужества, она произнесла предательски дрогнувшим голосом:

– Спасибо вам большое, профессор, за это… – Она почувствовала, что начинает заикаться, – За все… за это, за сегодня. Я, я… Прошу п-прощения за сегодняшний инцидент в коридоре. – Энди почувствовала, что ее уши и шея горят огнем, она смотрела прямо перед собой, гипнотизируя пуговицу на рубашке профессора, не смея поднять взгляд.

– Как вы себя чувствуете? – О, этот голос, словно мёд, такой тягучий. Андреа распознала в его интонации неподдельный интерес.

– Уже л-лучше, спасибо.

Новая волна стыда от воспоминания накрыла ее, грозясь перерасти в паническую атаку. У нее опять появилось огромное желание бежать из MIT без оглядки.

– Всего доброго, профессор. – Энди не выдержала и подняла взгляд на мужчину. Он смотрел на нее с интересом, его глаза улыбались, а уголки губ были чуть-чуть приподняты. Девушка напряглась, в этом взгляде она почувствовала что-то знакомое, профессор определенно ей кого-то напоминал.

Он протянул свою руку:

– Всего доброго. Мисс?

Энди вложила свою ладонь в его, для рукопожатия, она просто утонула в его огромной руке. Девушка отметила для себя, что кожа его рук была очень мягкой.

– Донован, Андреа. То есть… Можете звать меня Энди. Энди Донован.

– Всего доброго, мисс Донован. – С этими словами он опустил свою руку, разрывая рукопожатие и вернулся к кафедре.

Андреа, вся пунцовая, пулей вылетела из аудитории и побежала в сторону общежития, думая о том, что ей пришлось пережить за этот день.

***

Вернувшись к себе, Энди застала Мэй на своей кровати. Вид девушки говорил о том, что она, точно так же, как и Андреа, страдает от вчерашней попойки: та лежала на спине согнув ноги в коленях, на лбу лежало влажное полотенце. Увидя, что кто-то вошел, девушка приподняла голову и слабо улыбнулась подруге, а затем плюхнулась обратно в исходное положение, слабо застонав и мученически прикрыв веки. Энди бросила сумку в угол и присела возле девушки.

– Ты как? – Спросила она, положив ей руку на плечо.

– Плохо, – прохныкала та.

– Как я тебя понимаю, – грустно начала Энди, – меня сегодня вообще вырвало в коридоре при всех. Какой стыд. – Она зажмурилась, прогоняя воспоминание.

– Что?! – Воскликнула Мэй, девушка вытаращила на нее глаза, потом опять страдальчески закрыла их, морщась.

– Где это случилось? – Прошептала она. – Ты в порядке?

– Ну, как сказать, – Энди замялась, она не знала стоило ли рассказывать, что её вырвало перед самым горячим мужчиной, которого она встречала в своей жизни, который к тому же является её преподавателем курса «Деловой этики» и по совместительству новым главой кафедры Гуманитарных Наук.

– Сейчас мне лучше, но мне ужасно стыдно, хорошо что мой позор никто не успел заснять на телефон, я бы этого не пережила, – от этой мысли Энди поёжилась.

– Я бы им всем их телефоны в задницы бы засунула, – прорычала подруга, – Я никому тебя в обиду не дам.

Андреа искренне рассмеялась. Тревоги и ужасы сегодняшнего дня потихоньку уходили на задний план, ведь этот день подходил к концу.

– Кстати, ты знаешь, что Арт Гордон ушел с кафедры? Вместо него теперь новый профессор, он сейчас вел у меня последнюю пару.

– Да ну? – Мэй аж подскочила на месте. – Что-то случилось? Когда он ушел? Вот черт, я записалась к нему на курс дополнительной дисциплины в следующем семестре.

– Профессор сказал, что всего пару дней назад, – начала Энди, – он сказал, что Арт просто уволился, с ним ничего не случилось. Наверное, по личным причинам.

– А какой он этот профессор, он строгий? Молодой, старый?

– Молодой.

– Красавчик? – В глазах девушки блеснул лукавый огонек.

– Не то слово, – против воли вырвалось у Энди, она прикусила губу.

– Ух ты, должно быть он действительно красив, раз ты это говоришь. Мне уже не терпится увидеть этого профессора, который сразил тебя.

Все суждения Мэй о красоте того или иного парня разбивались о скептицизм подруги. Конечно, Андреа иногда ходила на свидания, в основном её знакомила Мэй, уверяя, что ей надо развеяться и отвлечься от повседневности, ведь она желала своей подруге лишь добра.

Энди шутливо называла Мэй «свахой», но все равно иногда ходила на свидания, чтобы не обижать подругу. Некоторым она отвечала отказом на второе свидание, некоторые сами пропадали сразу после первого, видя что она не заинтересована.

После случая с опекуном, у неё были проблемы с физическим контактом: она категорически не терпела, когда к ней прикасались парни. Она еще ни разу не была с мужчиной, даже еще не целовала никого.

С началом жизни в MIT многое поменялось: Энди впервые завела себе подругу, с которой могла поделиться сокровенными девичьими тайнами, познакомилась со Стивом и Диего. Девушка надеялась, что возможно когда-нибудь она встретит того, кто действительно подходит ей, кто будет любить ее как человека и уважать как личность, с которым она сможет разделить постель.

– Ничего он не сразил. – попыталась оправдаться Энди, предательский румянец распространился теперь и на уши.

– Просто очень привлекательный и умный мужчина, учился в Стэнфорде… Ну хватит о нем, скажи, тебе нужен сейчас стол на ближайшие два-три часа, я хочу домашку сделать, мне завтра после учебы сразу на заправку ехать до ночи, в субботу я тоже работаю, и в воскресенье.

– Нет, дорогая, я буду здесь. Можешь занимать, я не буду сегодня уже учиться.

– Принести тебе что-нибудь? Аспирин? Мне немного помогло.

– Спасибо, и принеси мне воды.

Энди выполнила просьбу соседки, а после села учиться, обложившись учебниками, чтобы та не могла видеть её лица.

Мысли вновь возвращали ее к профессору: девушка воскрешала в памяти его черты. Как он смотрел на нее в коридоре и в аудитории, пытаясь припомнить, кого же он ей напоминал. Теперь ей придется видеться с ним каждый четверг, интересно, как ей удастся пережить этот семестр, Мэй была права, он действительно зацепил ее.

Андреа открыла один из ящиков стола на котором было написано: «Рей-Рей», и достала оттуда карандаш. Она почти закрыла ящик, как вдруг ее взгляд упал на небольшую черную книжку. Девушка вытащила ее из ящика. Эту книжку ей когда-то отдал Диего, он сказал, что у него уже сотни таких, поэтому ему вовсе не жалко отдать ту кому-то, тем более ей она может пригодиться записывать всякие заметки.

Черный переплет из настоящей кожи, листы приятно пахли типографией. Это был не ежедневник, не было никаких дат, только белая бумага и черная шелковая закладка. Девушка уже знала, как воспользуется этим подарком. Она еще ни разу в жизни не вела личный дневник.

Она сделала первую запись: «Профессор Гейл Фрилинг», мечтательно улыбнувшись.