Текст книги "Научи меня любви, профессор (СИ)"

Автор книги: Рина Мирт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

– Спасибо, – тихо произнесла Энди.

Но подруга не собиралась от неё отставать сегодня, и продолжила заваливать вопросами:

– Это он сейчас звонил? Что хотел?

– Я лечу с ним в Нью Йорк на неделю, – ответила она.

Мэй переваривала услышанное, некоторое время они молчали, пока она снова не обратилась к девушке:

– Ты права, такое должно быть в строгой тайне, – похоже до нее начала доходить серьезность ситуации, – это очень опасно для вас обоих, – задумчиво произнесла девушка, – но, чёрт возьми, это так романтично. – Ее лицо стало мечтательным, – Ты едешь с ним в Нью-Йорк и сто процентов у вас там будет секс. – Констатировала она.

От ее слов Энди покраснела до корней волос. Тем временем подруга продолжала:

– Тебя надо подготовить. Завтра же пойдем по магазинам, прикупим тебе сексуального белья и новых платьев. А потом сходим в салон красоты и сделаем тебе депиляцию воском.

– Мэй, пожалуйста… – произнесла девушка, сгорая от стыда.

Та обняла подругу.

– Я так за тебя рада. Я же вижу ты в последнее время вся светишься от счастья. Я только прошу, будь осторожна. Вы оба, будьте осторожны.

Энди обняла ее в ответ.

– Я постараюсь.

Так они и просидели некоторое время, думая о своем.

– Надо ложиться, завтра у нас по расписанию много дел, – заключила соседка.

Прежде чем окончательно пойти спать, Энди заглянула в электронную почту и сразу увидела письмо от Гейла:

«Аэропорт Логан, вылет в Нью-Йорк в воскресенье пятого августа в 11:06. Приезжай в терминал за два часа до вылета. Целую, Гейл»

Сейчас...

Объявление о скорой посадке самолёта отвлекло Энди от ее мыслей. Гейл оторвался от своего ноутбука и устало потер глаза. Он помассировал свои, затекшие от сидения в маленьком для него кресле плечи, и закрыл ноутбук, убирая тот в рюкзак под сиденье.

Мужчина посмотрел на часы, а затем он повернулся к ней и сказал:

– Мы сядем где-то через полчаса, пока подведут рукав, пока получим багаж, будет уже полвторого. Приедем в гостиницу, получим номер и мне придется тебя покинуть, возможно до вечера. Я узнал об этом до вылета. Кое-какие дела, связанные с семейным делом. Я потом все объясню за ужином. Сходи, погуляй. Нью-Йорк замечательный город. Я оставлю тебе свою визу. – Он немного помолчал и добавил, – Не обижайся на меня, моя сладкая.

– Сладкая? – ей определенно нравилось это прозвище.

– Самая сладкая, – Гейл приблизился и нежно поцеловал ее в губы.

22

4:00 p.m, Отель Viceroy, Нью Йорк | Сейчас

Войдя в вестибюль гостиницы Энди с трудом удержалась о того, чтобы не присвистнуть. Холл украшали мраморные колонны и пол с шахматным узором. Вся мебель, в том числе и стойка регистрации, была из дорогого полированного дерева, в котором она могла видеть свое отражение.

Они подошли к стойке, у которой стоял мужчина средних лет. Увидев Гейла, тот заулыбался и поприветствовал их:

– Мистер Фрилинг, рады снова вас видеть в нашем отеле, – мужчина повернулся к Энди и галантно наклонил голову, – мисс.

– Добрый день, Альберт, – Гейл кивнул мужчине и принялся заполнять форму, которую тот ему протянул.

Энди стояла столбом и смотрела лишь перед собой, от всей этой роскоши она почувствовала себя неуютно.

Альберт постоял молча некоторое время, учтиво улыбаясь, затем обратился к Гейлу:

– Мы все сделали как вы просили, – многозначительно произнес он, на что мужчина лишь коротко кивнул, не отвлекаясь от своего занятия.

Когда тот закончил, он положил свою ладонь на ее спину и нежно погладил. Это привело её в чувство. Гейл обратился к администратору:

– Альберт, это мисс Андреа Донован, моя спутница. Я хочу, чтобы в мое отсутствие она ни в чем не нуждалась.

– Разумеется. Я к вашим услугам, мисс Донован. Если у вас есть какие-либо вопросы или пожелания, обращайтесь ко мне, – услужливо проговорил администратор, – мое имя Альберт. Чтобы связаться с ресепшеном из вашего номера, просто наберите 100. – Мужчина вновь повернулся к Гейлу и произнес, – ваш багаж уже доставлен в номер. Миссис Дженкинс – менеджер по размещению – проводит вас. Всего доброго.

– Всего доброго, Альберт.

– До свидания, – пискнула Энди.

За их спинами стояла молодая женщина и приятно улыбалась, она обратилась опять—таки к Гейлу:

– С возвращением, мистер Фрилинг, – она послала ему ослепительную улыбку.

Энди непроизвольно сжала кулаки. Нет, она определенно должна была что-то с собой сделать, чтобы не реагировать так на других женщин, которые к нему обращаются.

Та продолжала:

– Пройдемте, я провожу вас в ваш номер.

Гейл галантно кивнул женщине и, когда она развернулась, взял Энди за руку, разжимая ее пальцы и сплел со своими. Девушка мельком глянула на него: на его лице была самодовольная усмешка. Конечно, он заметил ее реакцию на улыбку той женщины.

«Вот же наглец», – подумала она.

Они поднялись в лифте на двадцать седьмой этаж и попали в роскошный номер. Усилием воли девушка сдержала себя, чтобы не открыть рот.

И это все на зарплату профессора? Пусть и главы кафедры.

Номер состоял из нескольких комнат. Гостиная была оформлена в том же стиле, что и лобби отеля: стены были обиты деревянными панелями, пол был паркетным и настолько блестящим, что Энди боялась сдвинуться с места. Практически вся мебель, кроме дивана и двух кресел, была из дорогого полированного дерева. Напротив входной двери было панорамное окно с видом на Центральный Парк.

Внимание Энди привлек журнальный столик: на нём стояла, внушительных размеров фарфоровая ваза, в которой стоял огромный букет бордово-красных роз, источающий восхитительный аромат.

Эти цветы мне?

От осознания этого её сердце замерло, она уставилась на букет с широко открытыми глазами и не двигалась с места. Гейл внимательно следил за её реакцией, женщина терпеливо стояла позади них, не говоря ни слова. Андреа робко двинулась к цветам, чтобы рассмотреть их поближе, не замечая довольной улыбки мужчины.

«Какие красивые», – подумала девушка.

Она прикоснулась к лепесткам роз, а затем повернулась к Гейлу, который смотрел прямо на неё и весь светился от гордости.

– Тебе нравится?

– Да – тихо ответила ему девушка, робко улыбаясь, открывая его взору ямочки на щеках.

Женщина, которая до этого момента прикидывалась частью интерьера, подала голос:

– Давайте я покажу вам номер, – с этими словами она прошла в соседние комнаты, уводя пару за собой.

Все в этом номере дышало роскошью, которую она до этого момента видела лишь в фильмах: в спальне стояла огромных размеров кровать, застеленная белым шелковым бельём. Женщина показала Энди гардеробную, которая была размером с их с Мэй комнату. Помимо многочисленных полок в гардеробной было длинное в пол зеркало. Ванная комната была отделана мраморной плиткой серого цвета с огромной душевой кабиной и белоснежной ванной по соседству.

Гейл держался так, будто для него было обычным делом жить в таких номерах: его лицо было откровенно скучающим.

Закончив обход, женщина обратилась к ним обоим:

– Я могу быть вам полезна еще чем-нибудь?

– Да, – произнес тот, – я бы хотел, чтобы вы кого-нибудь сюда прислали, кто бы мог позаботиться о моем костюме. Его надо отгладить, в течение получаса он должен быть готов. Я также хочу, чтобы через полчаса мне вызвали такси, у меня встреча в городе. – Завершил мужчина.

Женщина лишь учтиво произнесла:

– Будет сделано.

Гейл вложил в ее руку купюру и она удалилась, оставляя их одних.

Как только дверь за ней закрылась, мужчина тут же подошел к девушке, заключая ее в объятья. Энди немного расслабилась в его руках.

– Спасибо за цветы, – робко произнесла она, – мне еще никто в жизни не дарил цветов.

– Для тебя, всё что угодно – проговорил мужчина. Он приподнял подбородок девушки и накрыл ее губы своими. Он целовал ее настойчиво, отчего она почувствовала, что ее соски затвердели, а сердце вновь упало куда-то вниз живота.

Мужчина оторвался от ее рта и принялся целовать её лицо приговаривая:

– Надеюсь, я прощен?

– Мммм, – лишь смогла выдавить из себя Энди.

Раздался стук в дверь. Гейл нехотя оторвался от девушки и пошел открывать, стучавшим оказался гостиничный служащий, который пришел за костюмом.

Профессор вытащил из своего чемодана два чехла, в которых, как догадалась Энди были костюмы и передал его служащему.

– Погладьте их оба – приказал.

– Слушаюсь, сэр.

Дверь за ним закрылась. Гейл достал свой бумажник из кармана брюк и протянул ей кредитную карточку – Американ Экспресс.

– Вот, возьми. Ни в чём себя не ограничивай.

Энди смущенно опустила взгляд, она не знала как себя вести в этой ситуации. Все—таки она приехала сюда не для того, чтобы тратить его деньги.

– Гейл, – тихо начала она, – мне не нужны твои деньги.

Она не могла поднять на него глаза. Тем временем тот спокойно подошел и вложил кредитку ей в руку со словами:

– Это не обсуждается.

Мужчина помолчал немного и потом сказал:

– Мне надо в душ, я и так опаздываю, – с этими словами он поцеловал её в лоб и двинулся в ванную комнату.

Она спрятала кредитку к себе в рюкзачок, и пошла разбирать вещи.

Гейлу заняло всего десять минут принять душ, когда он вышел, в дверь постучали, возвращая ему его костюмы. Он удалился с ними в гардеробную, чтобы одеться. Энди оставила его там одного и удалилась в гостиную вся красная от смущения: она догадалась, что под халатом мужчина был абсолютно голым. Она вновь подошла к цветам и понюхала их, пытаясь отвлечь себя от постыдных мыслей.

Еще через десять минут тот вышел к ней, одетым в черный костюм, который был сшит по его фигуре. Несмотря на то, что он совсем недавно был в душе, его волосы были аккуратно уложены.

– Чем займешься пока меня не будет, можно спросить? – спросил мужчина, поправляя запонки.

– Пойду в Центральный парк – ответила ему девушка, и закусила нижнюю губу, оглядывая его с ног до головы восхищенным взглядом.

– Если встретишь там кого—нибудь местного, то обязательно спроси: «Куда зимой деваются все утки?», – насмешливо произнес он.

На немой вопрос Энди он прокомментировал свое высказывание с важным, как ей показалось, видом:

– Сэлинджер. Над пропастью во ржи.

– Извини, я не подкована в литературе, – тихо произнесла Энди. Её уши горели огнем, иногда рядом с ним она чувствовала себя такой невежественной.

Мужчина взял ее руки в свои и заглянул ей в глаза:

– Все в порядке, я вовсе не считаю тебя глупой, – он помолчал, а потом виновато добавил, – я должен идти. У меня тут важная встреча, я предупрежу тебя, когда она закончится и мы пойдем куда-нибудь вместе. Обещай, что не будешь скучать, моя сладкая.

– Обещаю, – улыбнулась Энди.

Он поцеловал ее на прощание, а после вышел из номера.

23

Энди сидела в уютном ресторанчике напротив Гейла и не могла отвести глаз от причудливого деревца, состоящего из одних огоньков, которое было подвешено над барной стойкой. Кроме них в ресторане была еще компания из шести человек и одна пожилая пара. На миниатюрной сцене играл одинокий саксофонист, его чарующая музыка успокаивала Энди: вечер подходил к концу, и она одновременно боялась и ждала того момента, когда они вернуться в отель. Больше, конечно, боялась.

С того момента, как профессор покинул номер, Энди, прежде чем отправиться в Центральный парк, справилась у менеджера Альберта, где она поблизости может найти дешевый книжный магазин, и отправилась туда за Сэлинджером.

Она видела Нью-Йорк при посадке и Центральный парк выделялся на нём огромным зеленым пятном. Туда она и решила отправиться в первую очередь и каким приятным совпадением оказался тот факт, что их гостиница оказалась поблизости.

Андреа всегда любила природу и живые растения: до того как она переехала в Бостон у неё не было возможности наслаждаться чем-то подобным. Всю юность она провела в мастерской опекуна и видела лишь одни железяки, а потом она вдоволь насмотрелась на пустыню в Неваде. Казалось, она могла часами гулять по всяким паркам и аллеям и вдыхать свежий воздух.

Пока она бродила по парку, она думала о профессоре Фрилинге. Он не переставал её удивлять и чем больше она с ним виделась, тем загадочнее тот становился.

Надо было быть идиоткой, чтобы не понять, что Гейл был при деньгах и сегодня она убедилась, что при больших. Но откуда они у него были? Да, конечно, профессора в университетах зарабатывали неплохо, учитывая, что он был еще независимым консультантом по профессиональной этике и мог получать хорошие деньги от фирм. Но что-то подсказывало ей, что он был из богатой семьи, плюс он упоминал сегодня в самолете что-то о семейном деле.

Но если у его семьи есть какой-то бизнес, то зачем он пошел в преподаватели?

Мужчина удовлетворил её любопытство за ужином:

– Моей семье принадлежит инвестиционная фирма, которую основал мой дедушка. Я являюсь одним из контролирующих акционеров, а моя мать заседает во главе совета директоров. Сегодня было как раз одно из таких заседаний, но моя мать не смогла приехать. Она знала, что я буду в Нью-Йорке, тут у нас один из главных офисов, и попросила меня прийти вместо неё, хотя все это время была с нами на связи по телефону. – Последнюю фразу мужчина проговорил с усмешкой.

– Но если она была на связи, зачем тогда ты? – Удивленно спросила Андреа.

– Потому что она всё надеется, что я оставлю преподавательское поприще и сяду в её кресло. – Весело проговорил мужчина, ему видимо доставлял удовольствие тот факт, что он делал все по своему.

– Я могу у тебя кое-что спросить? – Робко начала Энди и, получив утвердительный кивок, продолжила, – Почему ты просто не продолжил семейное дело, а стал преподавателем?

Гейл помолчал некоторое время, взвешивая свой ответ: он не хотел раскрывать ей всю правду о себе. Сам тот факт, что он рассказал о существовании компании уже беспокоил его: ему не хотелось, чтобы Энди оценивала его как денежный мешок. Он планировал рассказать ей об этом позже, но из-за прихоти матери пришлось объясняться с ней сейчас. Хорошо, что не пришлось рассказывать, что его мать еще и сенатор и по этой причине жаждет, чтобы её сын занял место главы совета директоров вместо неё, а она могла бы и дальше писать свои законы. Она любила политику больше всего на свете, но и не хотела отдавать семейное дело в руки кому попало.

Он решил быть честным со своей девушкой и наконец ответил:

– Хотелось добиться всего самому. Чтобы люди ценили меня за мои поступки, а не за мое происхождение. Я ведь не выбирал в какой семье родиться, как и никто, в принципе. Я с детства был очень любознательным, любил читать. Книги побуждали меня задумываться, для чего мы живем. Мой дядя, когда навещал нас, постоянно рассказывал мне факты из истории. Он казался мне таким умным и всезнающим, я хотел быть как он. – Последнюю фразу он произнёс с горечью.

– Как же ты попал в хоккей? – изумлённо спросила Энди. В то как мужчина описывал своё детство не вписывается история с хоккеем.

– Отец отвел, когда мне было четыре года, – спокойно произнес он, – хотел, чтобы я преуспел в спорте. Хоккей очень помог мне в свое время в борьбе с гневом. – Мужчина запнулся, но он уже не мог остановить свой поток слов, – Когда родители разошлись я был очень зол. И вымещал злость на льду. – Заключил он.

Андреа видела, что ему было неприятно говорить об этом и не стала больше спрашивать о его семье. К ней вновь вернулись беспокойные мысли о предстоящей ночи и она перевела взгляд на причудливое деревце.

– Потанцуй со мной, – предложил Гейл, неожиданно вырывая ее из раздумий.

– Потанцевать? – Энди моргнула.

– Да, – мужчина уже поднялся с места, протягивая ей руку. Ей ничего не оставалось как принять ее.

Они подошли к миниатюрной паркетной сцене и профессор встал перед ней, беря ее за талию.

– Но я не умею танцевать, – испуганно прошептала девушка.

– Я тоже, – с улыбкой ответил он, – просто двигайся. Я буду вести.

Саксофонист чуть отступил, давая им больше пространства, и Гейл начал движение. Он двигался грациозно, в его движениях не было скованности, в отличие от нее: она вся напряглась. Мужчина смотрел на неё сверху и из-за освещения казалось, что его глаза искрят.

– Ты прекрасна в этом платье, – тихо сказал он, отчего её щеки порозовели. Она надела новое шифоновое платье песочного цвета с юбкой колокольчиком.

Энди прижалась к нему, сливаясь с его телом и двигалась с ним в такт. Пожилая пара тоже присоединилась к ним на сцене. Старичок смотрел на свою жену с таким обожанием, отчего Энди улыбнулась, думая: «Вот это и есть любовь». Они подмигнули молодежи и отстранились на почтительное расстояние от них, продолжая танцевать.

Вдруг, Энди почувствовала бедром восставшую плоть Фрилинга. Она подняла голову и встретилась с ним взглядом, в котором читалось желание, нервно закусив нижнюю губу.

– Может, вернемся в гостиницу? – голос Гейла стал низким.

Она лишь слабо кивнула ему в ответ. Фрилинг сделал жест официанту, чтобы тот принёс счет.

Мужчина быстро расплатился и они вышли на улицу. Энди вдруг почувствовала, что по ее телу побежали мурашки, но далеко не от холода. Гейл увидел, что она продрогла и набросил на неё свой пиджак. Он заметил такси и свистнул водителю так, что у неё зазвенело в ушах. В машине они ехали молча, Энди мяла края своего платья: ее одолевал страх. Заметив, что она нервничает, мужчина положил свою огромную ладонь на ее голое колено, посылая теплые электрические импульсы через своё прикосновение и предавая свое возбуждение ей.

Энди была уверена, что, если бы не лифтер в гостиничном лифте, то мужчина набросился бы на неё там. Пока они поднимались на свой этаж, Гейл поглаживал её бедро, слегка задрав юбку, так, чтобы лифтер не видел, заставляя её сгорать от желания. Когда дверь их номера наконец-то закрылась за ними, они кинулись в объятия друг друга, лихорадочно целуя куда попало.

Она пыталась освободить мужчину от его рубашки, но от сильного волнения она не могла справиться с пуговицами. Не в силах больше терпеть, Фрилинг одним движением разорвал дорогую рубашку, отчего пуговицы рассыпались по полу. Энди впала в ступор от его действия, но он не дал ей опомниться и подхватил ее на руки, покрывая лицо поцелуями. Девушка сбросила с себя туфли вслед за его рубашкой и сцепила ноги вокруг мужской талии.

Мужчина медленно двинулся с ней в сторону спальни, по дороге сбрасывая обувь.

24

Гейл мягко опустил Энди на кровать, не разрывая поцелуя, и устроился сверху удерживая вес тела на локтях. Андреа расцепила ноги и согнула их в коленях.

Правую руку мужчина запустил ей в волосы, пропуская ее локоны между пальцев, левой рукой он гладил висок девушки круговыми движениями в такт своему языку. От его действий вся её кожа покрылась мурашками, сердце бешено билось, грозясь выпрыгнуть из груди. Тем временем профессор Фрилинг продвигался все ниже к шее, он трепетно целовал нежную кожу, мягко дотрагиваясь до неё поочередно то языком, то губами.

Энди гладила его голые плечи дрожащими пальцами, кожа мужчины была горячей. Она охнула, когда почувствовала его губы на своей ключице. Гейл чуть переместил центр тяжести, и, не прерывая поцелуев, стянул лямки ее платья, оголяя грудь. Энди прерывисто дышала от накрывающего её наслаждения и страха, ее начала бить крупная дрожь. Мужчина почувствовал это и прервал ласки, он чуть приподнялся, упираясь руками в матрац.

– Что-то не так? – его голос звучал хрипло от возбуждения, а глаза смотрели на неё с тревогой и обожанием.

– Н-Нет, Гейл, все хорошо. Просто я… – Она отвела взгляд, ее щеки покраснели, – Я никогда этого не делала – прошептала она.

Мужчина замер: он конечно догадывался о её невинности, но больше склонялся к тому, что у неё не так много опыта. Мысль о том, что он станет её первым мужчиной волновала его в той же степени, что и пугала.

Не дав ему среагировать, Энди произнесла:

– Это не значит, что надо остановиться.

Мужчина резко выдохнул и потянулся к губам девушки. Он провел языком от подбородка до впадинки между ключицами, вновь опускаясь к ее груди. От его дыхания её соски затвердели, а нежная кожа вокруг них покрылась мурашками. Гейл взял ее груди обеими руками и начал массировать их, вырисовывая между ними влажные узоры языком. Энди застонала, когда он взял один из ее сосков в рот, и выгнулась ему навстречу.

Гейл поднялся, дергая складки ее платья на себя и окончательно освободил девушку от ее красивого наряда. Он вновь склонился над ней, возвращаясь к ласкам с того места, где остановился. Мужчина целовал её ребра, поглаживая согнутые колени, провел языком до впадинки пупка. Гейл переместился на пол у подножья кровати, становясь на колени. Он стянул с неё трусики, отчего Энди непроизвольно сжала колени вместе. Профессор погладил лодыжку успокаивающим движением, разводя её ноги, и подтянул таз девушки к краю кровати.

Энди сжала ладонями простыни, сердце пропустило удар в предвкушении. Гейл поставил её ступни себе на широкие плечи, посылая ей многообещающий взгляд, от которого она часто задышала. Он накрыл ее лоно своей огромной ладонью, запуская пальцы во влажные складки, создавая слабое трение.

– Какая ты… – Гейл выдохнул, – Мокрая…

Он переместил свою руку так, чтобы она накрывала нежную кожу лобка, касаясь клитора большим пальцем и начал кружить вокруг него. Энди застонала.

Он гладил ее там, целуя внутреннюю сторону бедра в такт вращению, пока девушка сжимала и царапала простыни, переживая совсем новые для нее ощущения. Внизу нестерпимо пульсировало, требуя разрядки, она намокала все сильнее.

– Да… Еще… – Взмолилась она.

Услышав ее мольбу, глаза мужчины вспыхнули огнем. Он убрал руку от клитора и ступни Энди со своих плеч, вставая с колен. Взяв её под ягодицы он поднял и притянул её к себе, впиваясь в губы девушки страстным поцелуем. А потом резко бросил ее вновь на кровать так, что она приземлилась головой на подушки. Одним рывком он раздвинул её ноги, устраиваясь между ними и завёл ее руки над головой, держа за запястья.

Его губы вновь опускались вниз, оставляя на разгоряченной коже дорожку поцелуев. Отпустив запястья, его ладони двинулись ниже, вдоль ее рук, пока вновь не накрыли ее груди. Гейл поднял голову, чтобы проследить за её реакцией: глаза девушки были закрыты, она судорожно кусала губу, прерывисто дыша через нос и сжимала подушку в своих ладонях.

Андреа ахнула, подскочив на месте, когда его рот накрыл ее женское естество. Язык Гейла проник в истекающий соками ход девушки, круговыми движениями собирая влагу. Его ладони нежно сжимали её груди, сдавливая соски между средним и указательным пальцем.

Девушка застонала в голос, когда его язык переключился на ноющую и жаждущую прикосновений бусинку клитора. Она запустила руки в волосы мужчины, притягивая его лицо ближе.

– Не останавливайся! – Застонала она и откинулась на подушку, выгибаясь навстречу лицу мужчины.

Энди чувствовала знакомую нарастающую пульсацию и приятное тепло, скапливающееся внутри неё. Девушка посмотрела на своего любовника, который встретил ее подбадривающим взглядом. Тепло разрасталось все сильнее, достигая своего пика и Энди накрыло волной экстаза: перед ее глазами все поплыло, рассыпаясь на мелкие кусочки, заставляя ее тело слегка подрагивать в руках мужчины.

Когда она пришла в себя, Гейл нависал над ней оперевшись руками в матрац, мужчина улыбался, а его глаза горели торжеством.

– Понравилось?

– Да. – Прошептала Энди.

Он вновь наклонился к ней и нежно поцеловал в губы, углубляя поцелуй и давая ей попробовать себя на вкус. Энди разорвала поцелуй и притянула мужчину еще ближе к себе, обнимая его широкую спину, параллельно облизывая и покусывая мочку его уха, вырывая у него глухой стон. Она чувствовала через ткань штанов доказательство его желания.

Она приблизила свои губы совсем близко к его уху и тихо прошептала:

– Я хочу тебя… Возьми меня, пожалуйста.

Она почувствовала, что от ее слов по его коже прошла волна мурашек. Профессор Фрилинг повернул голову и посмотрел в глаза девушке, его глаза смотрели на нее с нежностью, в которой не было ни грамма похоти.

– О, Энди, – тихо, почти шепотом, проговорил он, – ты не представляешь, как долго я мечтал об этом моменте. – Сказав это, мужчина осыпал ее лицо легкими поцелуями.

Он отстранился от девушки, расстегивая брюки и отбрасывая их в сторону вместе с трусами. От зрелища, что предстало перед взором Энди, у неё перехватило дыхание и округлились глаза. На секунду она подумала, что не сможет вместить его в себя: его орган был огромен, как и он сам. Мужчина вновь припал губами к её промежности, срывая у нее хриплые стоны, поднимаясь все выше к лицу и накрыл её собой. Он раздвинул её бедра шире, продолжая целовать её чувственный рот.

Энди почувствовала как он направляет головку члена к её промежности, отчего её сердце лихорадочно забилось, отдавая мучительными ударами внизу живота. Он прервал поцелуй и посмотрел ей в глаза.

– Будет немного больно.

С этими словами он вошел в нее резким толчком, отчего Энди вскрикнула, заглушая его гортанный стон.

Немного больно? Да её словно пронзили тысячами иголок.

Мужчина замер внутри неё и вновь прильнул к ее губам, нежно целуя. Он взял левой рукой ее за волосы, нежно оттягивая голову в бок и прильнул губами к ее уху, вновь начав движение внутри неё.

Он медленно, плавно погружался в девушку одновременно, целуя и посасывая мочку её уха. От боли Энди зажмурилась и закусила губу, чтобы переключиться на другую боль, но это не помогло, девушка захныкала.

– Шшшшш.

Гейл накрыл ее рот своим, подавляя всхлипы поцелуем. Андреа открыла глаза: по векам, утопая в висках, катились непрошенные слезы. Мужчина вытер их подушечками больших пальцев.

Внутри она была узкой, но от стресса она сжалась еще больше, причиняя себе и ему физическую боль.

– Расслабься, моя хорошая, – прошептал мужчина ей на ухо.

Он облизал ушную раковину, прокладывая вниз по шее дорожку из поцелуев, погружаясь в девушку до основания. Энди пискнула и отвернулась: она сдерживалась из последних сил, чтобы не разрыдаться, настолько ей было больно, это не укрылось от мужчины. Он снова замер, давая ей привыкнуть к его размерам внутри неё.

Он повернул её лицо к себе и посмотрел ей в глаза.

– Расслабься, Энди, – голос мужчины дрожал от возбуждения, стенки влагалища туго сжимали его член, – прими меня в свое лоно.

Зрачки девушки расширились, он почувствовал, как она ослабляет давление.

– Я… – голос мужчины дрогнул, – я весь твой. Прими меня.

Девушка обхватила ладонями его лицо и притянула к себе, качнув бедрами ему навстречу, побуждая мужчину двигаться.

Он также плавно двинулся назад, практически выходя из нее, чтобы вновь погрузиться, постепенно растягивая её. Она снова намокла, облегчая трение члена внутри неё, девичье тело с каждым толчком потихоньку подстраивалось под мужчину, и это сводило его с ума. Он ускорил ритм, судорожно хватая ртом воздух.

Рваное дыхание Энди превратилось в гортанные стоны, от которых у Гейла слетели тормоза: он вбивался в девушку со всей силы, вдавливая её в матрац. Он был близок к разрядке, но знал, что Энди еще не кончила.

Он потер её клитор, мягко надавливая и вызывая тем самым оргазм. Мужчина впился в неё губами заглушая ее крик и встречая ее экстаз: Андреа выгнула спину, крепко сжимая его член. Гейл резко вышел из неё в последнюю секунду, и обильно излился девушке на живот с громким стоном.

Силы покинули их обоих: профессор упал рядом с девушкой и притянул к себе, восстанавливая дыхание. Отдышавшись, он повернул её лицо к себе, ища губами её губы и слился с ней в долгом и нежном поцелуе, сжимая её в объятьях.