Текст книги "Роль злодейки для финального босса (СИ)"

Автор книги: Рина Чар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 18 страниц)

Глава 30

Мы с Мелаей синхронно замерли, как две спугнутые лани. Я резко вскинула голову, вглядываясь в приоткрытое окно второго этажа, но густая крона старого дерева надежно скрывала обзор. Ничего подозрительного.

Я облюбовала это место не случайно: на первом этаже Академии с этой стороны окон не было вообще, глухая каменная кладка переходила в стекла только со второго. Услышать нас оттуда было крайне затруднительно – даже острый, как у оборотня, слух едва ли смог бы уловить больше, чем отдельные обрывки фраз или неясный шепот. Подглядывать тоже не представлялось возможным из-за раскидистых ветвей.

Но кто-то там явно находился.

– Хм, думаю, в той аудитории скоро начнётся лекция по основам стихий. Стулья двигают, – нарочито громко вздохнула я, глядя на небо, словно ответ крылся именно там. – Что ж, пора вставать, перерыв заканчивается.

– Возможно, – настороженно подтвердила Мелая. Было видно, что ей совершенно не хочется покидать наше безопасное укрытие.

Я отряхнула мантию от травинок, закинула сумку на плечо и вопросительно приподняла бровь, глядя на Мелаю.

– Я пойду попозже, – ответила она, словно прочитав мои мысли о том, что нам лучше не светиться вместе.

– Хорошо, – охотно согласилась я и уже повернулась, чтобы уйти, но тут же снова посмотрела на неё. Вполголоса, так, чтобы услышала только она, спросила: – К слову о декане... А ты случайно не знаешь, как именно дар Рашерр перемещается по Академии? Я его почти ни разу не видела в общих коридорах. Телепортация?

– Вряд ли, – пожала она плечами. – Преподавателям, конечно, разрешено пользоваться подобной высшей магией, в отличие от нас. Но зачем тратить резерв, если в Академии есть целая сеть скрытых ходов?

– О, вот как? – искренне удивилась я, хотя подобное клише уже мелькало в моей голове. – И тебе, конечно же, что-то об этом известно?

– Несомненно! – горделиво просияла Мелая, явно довольная тем, что смогла меня впечатлить своей осведомленностью. Она изящным пальчиком указала в сторону закрытого спортивного полигона и принялась увлеченно пояснять: – Например, если пройти до угла здания, там будет небольшой каменный выступ с заросшей тропинкой, которая, кажется, упирается в тупик. Но нет! На выступе есть едва заметная выемка. Если наступить на неё и влить каплю магии, откроется потайной ход, ведущий прямо в преподавательское крыло.

– И всё? Так просто? – нахмурилась я. В обители магов такие вещи должны быть скрыты куда надежнее. – Откуда ты вообще это знаешь?

– Так декан Светлых, магистр Партариос, постоянно пользуется этим ходом, чтобы срезать путь, – беспечно пожала она плечами. – Почему бы магистру Тьмы не делать так же, как и остальным?

В этот момент в голове ослепительной вспышкой взорвалось воспоминание.

Точно! Это ведь тот самый вход! В оригинальной игре Главная Героиня пару раз забредала туда по скрытой сюжетной ветке. Более того, именно у этого хода происходили самые драматичные события: если Анисса попадала там в беду, её должен был прийти спасать тот фаворит, с кем у неё был прокачан максимальный уровень романтических отношений.

– Спасибо за приятное времяпрепровождение, – сказала я, пряча свой вспыхнувший интерес за тенью прохладной улыбки. – И послушай... Ты не против, если наши беседы будут оставаться строгой тайной абсолютно для всех? Сама понимаешь, моя репутация сейчас далека от безупречной. И, откровенно говоря, мне бы очень не хотелось, чтобы ты попала под прицел травли из-за общения со мной.

Некстати вспомнилось, что Мелая по канону – бастард одного из влиятельных вельмож Великого Дома Ветра. Её положение и без того было невероятно шатким. Если она начнёт открыто общаться с опальной злодейкой, это лишь усугубит ситуацию. От агрессивных нападок чистокровных не укроюсь не только я, но и она.

В памяти тут же всплыл факт: в игре Мелая сама предложила Главной Героине держать их союз в тайне. Девушка-тень предпочитала оставаться за кадром вплоть до того момента, пока Анисса не поднялась на тот уровень власти, где ей уже не осталось соперников.

Как по мне – очень проницательно и дальновидно. А главное – безопасно. Хотя теперь я видела эту девчонку совершенно иначе и прекрасно понимала, почему алгоритмы Системы не смогли её прочесть. Она слишком умна для обычного второстепенного персонажа.

– Ты беспокоишься обо мне? – уточнила Мелая, и уголки её губ дрогнули в теплой, почти детской улыбке. – Я польщена, но я могу постоять за себя.

– Я в этом даже не сомневаюсь, – я улыбнулась ей в ответ одними губами.

Пусть я и правда верила в её таланты к иллюзиям, но нынешняя реальность может оказаться куда более жестокой.

– Договорились, – кивнула она, и на её лице вновь появилась хитрая улыбку, будто она уже задумала какую‑то многоходовочку. – Но я буду ждать твоих весточек, леди Агнесса. Мне понравилось наше общение, и я искренне надеюсь, что оно повторится.

Не дожидаясь моего ответа, она скользнула спиной в густую тень дерева, растворившись в воздухе.

Я изумлённо моргнула, всё ещё не осознавая до конца открывшихся перспектив. Мысли вихрем кружились в голове:

«Я что, только что наняла себе личного шпиона-информатора? Или это она виртуозно наняла меня? Искренне надеюсь, что меня не обдурили... Ну, или на худой конец, что я не сильно продешевила с оплатой».

Границы между нашими ролями оказались размыты, но этот негласный союз всё же был лучше, чем постоянное, параноидальное чувство, что за тобой круглосуточно подглядывают из каждого угла.

Первые плоды нашего сотрудничества взошли уже через несколько дней. Но весточку прислала не я.

В тот день Мелая уже поджидала меня у выхода из шумной лекционной аудитории. Она стояла у стены, слегка отвернувшись. Казалось, она полностью поглощена поправкой кожаного ремешка на форменном поясе. Её светлые волосы мягко колыхались от сквозняка.

Вокруг непрерывным потоком шли адепты, раздавались шаги, обрывки громких разговоров, смех и возмущенные возгласы. Привычная суета учебного дня плотно наполняла пространство коридора.

Но стоило мне поравняться с ней, как Мелая резким, неуловимым движением подалась ко мне. Её синие глаза всего на мгновение встретились с моими, и в них я успела прочитать тень неподдельного беспокойства.

Не говоря ни слова, девушка ловким движением бросила мне прямо в откинутый капюшон мантии небольшой, свернутый кубиком лист.

Я даже не сбилась с шага. Отойдя на почтительное расстояние от аудитории, я юркнула в неприметную нишу за статуей какого-то мага. Достала записку и быстро развернула её. Буквы, выведенные чёткими, слегка резкими движениями, чёрным по белому гласили:

«Бьянка в ярости после твоей дуэли с Мариссой. Распускает слухи, что ты использовала запрещённые тёмные приёмы. Ищет способ отомстить и выставить тебя виноватой перед Советом. Будь предельно осторожна сегодня на практическом занятии в лаборатории Тьмы».

Глава 31. Приключения любят дураков

Можно задать закономерный вопрос: и что же я сделала с этой поистине бесценной информацией от Мелаи? Придумала гениальный ответный удар? Решила сама заманить Бьянку в хитроумную ловушку? На худой конец, сама распустила нелицеприятные слухи?

Отвечу честно: ни-че-го!

Я просто сбежала. Точнее сказать, стратегически отступила, намеренно уйдя от неминуемого конфликта и отсрочив открытое противостояние – можно назвать это как угодно. Я не трус, просто жизнь такая. Просто не хотела рисковать своей жизнью ради разборок в лаборатории Тьмы. Особенно когда декан начнёт потешаться над абсурдностью ситуации.

Впрочем, просто спрятаться в своей комнате в общежитии я не могла. Найдут ведь и выломают дверь во имя торжества сюжета...

Если на мгновение забыть о Бьянке и её страстном желании со мной «полюбезничать», передо мной вставало всё больше вопросов. Персонажи… то есть, живые люди и нелюди этого мира – вели себя совершенно не так, как было предначертано каноном игры.

Если в случае с Элионом я лишь слегка удивилась (в глубине души чего‑то подобного стоило ожидать, его скрытность и двуличие бросались в глаза с самого начала), то поведение Мелаи действительно выбивало почву из-под ног. Она была не из тех, кто действует опрометчиво и без чёткого плана. Меня очень смутила её заминка, да и сама готовность так легко выйти из тени, перестав быть безликим инкогнито. Неужели Мелая действительно была готова открыться и выйти на передовую ради союза со мной? Странно. Очень странно! И жутко, потому что теперь я физически не могла просчитать её дальнейшие действия.

Был еще Люциан. С ним более‑менее можно было понять причину этих щенячьих взглядов и желания разобраться во всём. Он и в игре вёл себя чрезмерно нарциссично, искренне веря, что мир вращается исключительно вокруг его светлой персоны. Пусть оригинальная Агнесса и была тайно влюблена в Раймонда, но к Люциану она бегала по первому зову, как привязанная. А тут… Полный разрыв шаблона и ущемленное эго.

Но больше всего мой рассудок расшатывал именно декан Тьмы.

Игра продолжалась, квесты тоже. Я нашла компромисс: если я послушно выполняла мелкие, незначительные квесты Системы по сближению, то алгоритм сидел смирно и не сталкивал нас лбами слишком агрессивно. И какое-то время это даже работало.

После того злополучного случая в его спальне мы больше ни разу не оставались наедине. Всеми мыслимыми и немыслимыми способами я лавировала между квестами, злонамеренно избегая его: любых личных встреч и даже случайных взглядов в коридорах.

Но полностью исключить взаимодействие было невозможно. Мы виделись на его лекциях. Властитель, победитель... Узурпатор моего спокойствия!

Эти его многозначительные взгляды в мою сторону. Фразы с двойным дном, которые можно было истолковать как угодно… Доходило до того, что он чуть ли не каждый раз вызывал меня к доске отвечать теорию, как какую-то провинившуюся двоечницу. То ли в качестве изощренного наказания за побег, то ли сам не мог устоять перед желанием поиздеваться...

Как же он раздражал!

В такие моменты у доски я его люто, искренне ненавидела за эту непонятную игру, за то, как одним прищуром черных глаз он заставлял меня чувствовать себя абсолютно уязвимой. И тут же предательски краснела, когда ощущала его близость.

Моя женская интуиция и здравый смысл, слава Бездне, не выключались. Но моё новое тело рядом с ним откровенно саботировало, буквально крича о желании наброситься на эту язвительную, смертоносную булочку с заострёнными ушками.

Я держалась из последних сил.

Зато когда его не было рядом, наваждение спадало, и я начинала испытывать к нему что-то сродни сочувствию. Сопереживанию. Я желала ему помочь избежать каноничной участи. Если бы это было в моих скромных силах, я бы искренне хотела, чтобы он не превращался в финального монстра. В его глазах всегда читалась какая-то мрачность, будто он знал о грядущем Прорыве, всё понимал, но упорно нес это бремя в одиночку.

Так, стоп! Снова! Стоило только вспомнить о нём, как я напрочь забыла, где нахожусь и что делаю. Эти эмоциональные американские горки скоро окончательно сведут меня с ума!

Возвращаясь к насущному: вместо того чтобы покорно идти препираться с Бьянкой в лабораторию, я решилась на куда более отчаянный поступок. Вспомнив болтовню Мелаи, я отправилась на самостоятельное изучение потаённых ходов Академии.

Не дура ли я? Как есть дура. Я ведь не Главная Героиня, у которой есть сюжетная броня и которая успешно изучила эти катакомбы вдоль и поперёк!

Но сожалеть было поздно. В тот момент меня завлекла неприметная дверь за гобеленом, открывшаяся на удивление легко.

Я плутала по пыльным коридорам и наткнулась на несколько скрытых лабораторий. Вскоре я пришла к логичному выводу: раз я, с моим нулевым уровнем подготовки, так легко смогла их обнаружить, значит, они предназначались для адептов.

Скорее всего, это были изолированные учебные полигоны для экспериментальных исследований. И войти туда оказалось довольно просто. А вот выйти…

Мало того, что заброшенные лаборатории были под завязку напичканы охранными заклинаниями (я мстительно отметила для себя, что в любой действительно опасной ситуации буду прятаться именно в таких местах, где магия служит не только защитой, но и ловушкой для преследователей). Так ещё и само пространство здесь обладало жутким свойством: оно будто наглухо изолировало тебя от остального мира.

Вакуум. Ни твой крик не донесётся наружу, ни чужого шороха не услышать.

Если бы я не сообразила остаться стоять на самом пороге, не переступая мерцающий контур, то могла бы бесславно погибнуть от обезвоживания, ожидая, пока в этом крыле не начнутся какие-нибудь практикумы. Ну, или пока кто-нибудь всё-таки не решится поискать пропавшую «злодейку».

Я осторожно попятилась назад, в темный коридор. И на очередном слепом повороте у заброшенной мастерской резко замерла, почти забыв, как дышать.

Воздух вдруг застыл в лёгких, мгновенно потяжелев и погустев. Сердце прихватило так сильно – началась явная, паническая тахикардия, – что, казалось, его оглушительный стук мог выдать моё присутствие на сотню километров вокруг.

Откуда‑то сбоку, из кромешной темноты перекрестка, послышались шаги.

Неторопливые. Размеренные. Пугающе вальяжные. Этот звук глухим эхом отражался от каменных стен, и в каждом ударе каблука о пол мне чудилась неотвратимая, смертельная угроза...

Глава 32

Я лихорадочно огляделась в поисках хоть какого-нибудь укрытия. Взгляд упал на узкую нишу в стене – едва заметный, темный провал в старой каменной кладке.

Выдохнув сквозь сжатые зубы и собрав всю волю в кулак, я сделала несколько осторожных, почти бесшумных шагов в её сторону. Каждый сантиметр давался с неимоверным трудом, точно каменный пол под ногами стал вязким, как болото.

Приблизившись к нише, я задержала дыхание и буквально вжалась в холодную стену, стараясь сделаться как можно незаметнее – а может, и взаправду слиться с камнем, стать его частью, раствориться в шероховатой поверхности.

У меня получилось! Густые тени ниши поглотили меня, надёжно скрыв от посторонних глаз. По крайней мере, мне так отчаянно хотелось верить...

На мгновение я позволила себе сделать крошечный выдох, но трусливое напряжение всё ещё не отпускало – оно пульсировало в висках, стягивало мышцы железным обручем. Я затаила дыхание, прислушиваясь к шагам, которые теперь звучали совсем близко. Они эхом отдавались в пустом коридоре, будто метроном, отсчитывающий секунды до моего возможного разоблачения.

Смертельная опасность ощущалась буквально отовсюду. Казалось, малейшая оплошность – не вовремя моргнувший глаз или шорох ткани – могла стоить мне жизни. Спина касалась ледяной каменной стены, что немного успокаивало. Холод возвращал к реальности и дарил жалкое утешение.

Время тянулось мучительно медленно. Казалось, еще немного, и я просто сойду с ума от этого ожидания...

Как вдруг шаги остановились. Прямо напротив меня. Так близко, что их обладатель, если бы знал, где я нахожусь, мог протянуть руку и нащупать меня в темноте ниши.

– Хм, хм, хм, – задумчиво хмыкнул кто‑то, и звук этот прозвучал слишком близко. Слишком!

Я с силой, до боли зажала рот ладонью, чтобы не издать ни единого звука. Не выдать своё присутствие тихим всхлипом или предательским вздохом. Навык «Скрытность» сейчас работал на пределе, но Системных окон не всплывало – я была предоставлена самой себе.

– Ты чего там застрял? – донёсся приглушённый, раздраженный голос из глубины коридора, чуть дальше по пути. Судя по всему, второй собеседник только что показался из‑за поворота – именно там, куда я как раз намеревалась свернуть минуту назад.

«Вот уж точно повезло…» – мелькнуло в голове. Встреча в лоб была бы фатальной.

– Сейчас иду, – бросил первый. Его бархатный голос показался мне смутно знакомым, но в накатившей панике я не была уверена до конца. Наркотическое притяжение оригинала Агнессы затаилось, подавленное ужасом.

– Поторапливайся. Мне твою пойманную тварь ещё разделывать, – недовольно отозвался второй.

В его голосе слышалось что-то странное, неестественное, как если бы кто-то говорил через плотную маску или магическое устройство, искажающее звук. От этого он казался ещё более зловещим, отталкивающим и... нечеловеческим. Хотя, в моем нынешнем положении, любой встречный в этих катакомбах показался бы мне чудовищем.

– Мою? – спросил первый мужчина, явно съязвив. Эта характерная, ленивая манера речи...

– А чью же еще, мою? – тем же тоном ответил второй. – Ты портал со своей стороны закрыл?

Личность второго оставалась для меня загадкой, но его голос действовал на меня на каком-то инстинктивном, животном уровне. С каждым произнесённым им словом всё моё тело непроизвольно напрягалось, точно готовясь к смертельному удару. Голова невольно втягивалась в плечи, а глаза крепко зажмуривались. Жаль, что я не могла заткнуть еще и уши. Я мысленно корила себя за трусость и умоляла не двигаться, но эта реакция на опасность была сильнее разума.

– Это же моя прямая обязанность, – отозвался… Раймонд. Точно! Дракон! Как же я сразу не распознала его голос?

Но Бездна... Никогда прежде он не звучал так пренебрежительно, так угрожающе и в то же время так… смертельно холодно. Тембр, который я слышала в его комнатах, сейчас опустился на несколько тонов, став глубоким, утробным. Теперь это больше напоминало рык хищника, чем речь преподавателя. Он подавлял одной своей мощью, заставляя сжиматься внутренности, сковывая всё тело. Я чувствовала, как волоски на руках вставали дыбом, а по спине пробегал озноб.

Казалось, ещё немного, и само пространство вокруг нас расколется, выпустив наружу что‑то тёмное, древнее и неудержимое. Два чудовища вели свои дела, а я стояла между ними, боясь, что взрывная волна их силы захлестнет и меня, стерев в порошок.

Я молила всех богов, духов и саму Систему, чтобы он хоть немного отошёл подальше. Как же долго тянулось время! Каждая секунда растягивалась в вечность, а тело ныло от дикого перенапряжения. Мышцы свело судорогой, пальцы дрожали, а дыхание вырывалось короткими, рваными, беззвучными толчками.

– Не забывай об этом, дар Рашерр, – добавил второй мужчина. – Никогда не забывай, кому ты обязан своим положением.

– Ты не позволишь это забыть, – отмахнулся Раймонд. – Перепроверю плетения и вернусь. При открытии порталов эти пограничные места становятся более уязвимы для прорывов.

– Как знаешь, – холодно вторил незнакомец, которого я так и не смогла распознать.

Тяжелые шаги незнакомца постепенно стали удаляться, но я всё ещё не решалась пошевелиться, застыв каменной статуей. В голове роились тысячи панических вопросов:

«Что он тут делал? Не раскрыл ли он моё присутствие своим драконьим чутьем? Что вообще здесь происходит? Раймонд открывает порталы Бездны специально?! Зачем? И почему он так спокойно говорит о какой‑то пойманной твари, которую собираются разделывать?»

– Итак... – тихо, очень зловеще прошипел Раймонд, когда шаги второго мужчины окончательно стихли вдали.

От этого его нового, утробного голоса по спине в очередной раз прокатилась ледяная волна озноба. Я... я оплошала. Все-таки оплошала. Моя «Скрытность» не сработала против Высшего мага Тьмы.

– Если я ещё раз... Если я ещё хоть один раз учую чьи‑то любопытные, лишние уши здесь, то... – он выдержал значительную, театральную паузу, давая ужасу проникнуть в каждую клетку моего тела. – Кое‑кто совершенно случайно начнет считаться без вести пропавшим. И поверьте, никто не станет утруждать себя поисками.

В коридоре вмиг окутал пронизывающий холод, который пробирал до костей. Температура опустилась ниже нуля. Я инстинктивно перехватила себя за плечи, чувствуя, как по коже бегут мурашки, а волосы на голове колыхаются от морозного воздуха.

Магия, которую Раймонд в эту секунду явно не сдерживал, вырвалась наружу плотной, удушающей волной. Магия Духа. Магия его истинного, тёмного, чуждого этому миру происхождения. Она ударила по моим обнаженным нервам, как прямой разряд молнии, выжигая хладнокровие, заставляя меня судорожно всхлипнуть, задохнуться и бессильно осесть на пол ниши.

Я еще пыталась сдержать всхлипы, но горячие слезы уже текли по щекам, не переставая.

Он знал. И он не пощадит.

Глава 33

 Всем своим дрожащим существом я ощущала нависшую надо мной угрозу. Сама Смерть на мгновение заглянула в эту темную нишу и окинула меня безжалостным, ледяным взглядом. Впрочем... она решила всё же немного подождать, не сжимая в своих когтистых лапах мое и без того перепуганное до икоты сердце.

Каждый вдох давался всё тяжелее: магия Духа заполняла лёгкие, агрессивно вытесняя кислород.

Его чудовищная, первобытная сила поглощала каждый сантиметр подземного коридора, проникала в щели между камнями, змеями обвивала колонны. Магия касалась и меня – невидимые, колючие нити скользили по коже, тяжело ложились на плечи, точно пытались проникнуть внутрь, растерзать и жестоко наказать зарвавшуюся девчонку за любопытство.

Он знал, что я здесь.

Но ни Раймонд, ни я не сделали следующего шага, продолжая застывшими изваяниями находиться на своих местах, разделённые лишь тонкой, иллюзорной преградой, называемой стеной.

Как же это было страшно! До чертиков, до мельтешащих черных мушек перед глазами, до седых прядей на висках.

Впервые с момента попаданства я почувствовала на себе его истинную силу и мощь в полной мере. Он даже не пытался сдерживаться ради маскировки. Сейчас за тонкой стеной стоял именно тот самый финальный босс, хтонический монстр из игры, о котором игроки после победы еще долго переписывались на форумах.

Он наглядно напомнил мне, кто здесь истинный Властелин Тьмы. Не картонная, истеричная злодейка вроде меня... А существо, способное одним легким движением руки стереть меня с лица земли в кровавую пыль.

– Настоятельно рекомендую не пренебрегать моей добротой.

Он издевался?! Нет, это совершенно точно была холодная издевка...

– Дважды налево и один раз направо. Ровно десять минут на всё про всё, – тем временем продолжал Раймонд, и его голос шипел в темноте, точно как у гигантской, ядовитой рептилии.

«Ах ты ж… чертов дракон, – панически пронеслось в моей гудящей голове. – Истинную, чешуйчатую природу не спрятать под мантией декана, как бы кто-то ни старался».

– И ни ногой, ни даже мыслью больше здесь не появляться! Иначе в следующий раз...

Он намеренно оборвал фразу на полуслове, давая моему воображению возможность самой додумать свою изощренную кончину во всех красках. Раймонд сгустил туман своей давящей силы в последний, предупреждающий раз. Мое имя так и не прозвучало вслух. Со стороны казалось, что он угрожал абсолютно пустой стене.

А в следующую секунду всё исчезло. Давление спало так же внезапно, как и появилось.

Его вальяжные и нарочито неторопливые шаги отдалялись, затихали, пока совсем не растворились в тишине коридора.

Несмотря на снятую магическую удавку и прямой приказ убираться, я продолжала сидеть на грязном полу, боясь пошевелиться. Я до одури страшилась того, что это ловушка и он внезапно, бесшумно, с той же пугающей магией наготове вернётся.

Только когда звук шагов окончательно стих, а жжение в груди от нехватки кислорода стало невыносимым, я сделала первый, отчаянный судорожный глоток воздуха. Еще бы пара секунд, и я попросту потеряла бы сознание прямо в этой нише.

– Кха, кха-кха! – я надсадно пыталась откашляться, размазывая грязными руками слезы по лицу. Я даже не осознавала, что от ужаса на несколько минут буквально забыла, как дышать.

Мужчина-монстр ушёл, но животная настороженность никуда не делась, готовая в любой момент вновь взвинтить мои нервы до предела.

Осторожно выглянув из ниши, я окинула безумным взглядом коридор – пусто. Ни души, ни тени, ни единого намёка на недавнее присутствие двух опаснейших существ Академии.

Я подскочила с пола и бросилась бежать.

Я бежала по длинному, пустынному коридору, на автопилоте считая повороты:

«Дважды налево, один направо».

Мне казалось, что каменные стены сжимались, стремясь раздавить меня при каждом шаге, что сводчатый потолок опускался всё ниже, а спасительного воздуха становилось все меньше.

Дорога расплывалась перед глазами из-за пелены. Всхлипы уже было невозможно сдержать – они жалко вырывались наружу, смешиваясь с прерывистым, сиплым дыханием. Слёзы текли по щекам ручьём, и я даже не пыталась это остановить. Я просто бежала и ревела, снимая чудовищное нервное напряжение и отчаянно стараясь отбросить отголоски пережитого хтонического ужаса.

Я бежала от него. От этой первобытной силы. От леденящего осознания того, насколько он опасен. Я больше никогда не хотела видеть его таким! Как же я его ненавидела в этот момент! Но ненавидела не язвительного магистра Раймонда, а того жуткого чудовища, которое прямо сейчас открывало порталы в Бездну.

И совершенно некстати вспомнилось, как я последние дни клятвенно запрещала себе думать о нём. Но чем больше я избегала декана, тем больше он поглощал мои мысли. Заполнял собой каждый уголок сознания, точно паразитирующая тень, которая лишь бесконтрольно разрасталась с наступлением ночи.

Образ Раймонда всплывал в памяти в самые неудачные моменты: во время скучных лекций, когда нужно было сосредоточиться на словах преподавателя; во время квестов или разборок с адептами, когда я вдруг ловила себя на том, что отвечаю невпопад. Мой взгляд тем временем невольно искал его высокий, широкоплечий силуэт в толпе.

Но самое удушающее случалось ночью!

Когда сон никак не шёл, его образ – влажные волосы, идеальный пресс, насмешливый прищур – вставал перед глазами так ясно, как если бы Раймонд стоял прямо у моей кровати. Точно дьявольский призрак, инкуб, которого невозможно прогнать, как ни старайся!

– В Бездну все ваши игры! – сквозь злые слезы одергивала я себя, на бегу вытирая мокрые щеки рукавом формы.

Я искренне хотела вырезать его образ из своей памяти, стереть его ехидную ухмылку наждачкой… Но не могла. Он словно врос в моё подсознание, стал неотделимой, навязчивой, до безобразия пугающей его частью.

– Это точно какое-то проклятое наваждение! Да я бы в здравом уме никогда... Чёртова Система!

Я бежала до тех пор, пока ноги не начали предательски подкашиваться, а в груди не вспыхнула острая, колющая боль от долгого бега. Но даже тогда я не остановилась, потому что страх гнал меня вперёд и вверх по лестницам, прочь от того подземелья, где концентрированная магия и опасность всё еще сочились из каждого угла.

– Стоп, – тяжело, со свистом дыша, прошептала я.

Я остановилась посреди пустого холла первого этажа и опустила дрожащие руки на колени, согнувшись пополам, чтобы отдышаться.

– Система... Наваждение... Искусственная влюбленность злодейки... – шептала я, уставившись в пол. Глаза расширились от внезапного озарения. – Как же я раньше до этого не додумалась?!