Текст книги "Роль злодейки для финального босса (СИ)"

Автор книги: Рина Чар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 18 страниц)

Глава 59. Паззл собран

Толкнув дверь комнаты в общежитии, я застала Мелаю в ее привычной позе: она сидела на подоконнике, подтянув одно колено к груди, и бездумно крутила в пальцах маленький, почти прозрачный вихрь, сотканный из уплотненного воздуха.

Девушка подняла на меня взгляд, ее губы привычно изогнулись в лукавой полуулыбке.

– Выглядишь так, будто только что продала душу Бездне и успешно выторговала сдачу, Агнес. Как прошла аудиенция с нашей змеиной королевой?

– Бьянка в деле, – отчиталась я и опустилась на свою кровать, сбрасывая туфли. Ноги гудели. – Она купилась на кресло Первого Советника.

– Наивная. Если то, что ты мне рассказала о грядущем, правда, то от кресла останутся только щепки, – хмыкнула Мелая, развеивая воздушный вихрь. – Значит, все фигуры расставлены?

– Почти, – подняла я на нее серьезный, не терпящий возражений взгляд. – Осталась ты, Мел.

Улыбка стерлась с лица моей напарницы, она медленно спустила ногу с подоконника и выпрямила спину. Вся ее расслабленность испарилась.

– Я? Я и так с тобой, Агнес. Мой ветер в твоем распоряжении. Я смогу скрыть нас иллюзиями, когда ты полезешь в эти свои проклятые подземелья, смогу отвлечь…

– Мне не нужен твой ветер, Мелая, – тихо перебила я.

Она застыла, приоткрыв рот. Лицо Мелаи побледнело, ее пальцы судорожно вцепились в край подоконника.

– О чем ты? Моя стихия – воздух. Я из Дома Ветра, если ты забыла.

– Перестань, – со вздохом ответила я и подалась вперед, опираясь локтями о колени. – Мы обе знаем, что это не так. Твой ветер – это жалкие крохи, которые ты выдавливаешь из себя, чтобы соответствовать ожиданиям своей семьи. Хочешь ли ты и дальше жить по чужой указке?

– Замолчи! – бросила она, ее голос сорвался на болезненный шепот. В ее глазах блеснули слезы гнева и грызущей обиды.

Я била по больному. Родиться с доминирующим даром Воды в древнем роду потомственных магов Воздуха считалось сродни жалкой ошибке. Ее стыдились. Ее прятали. Ей с детства внушали, что ее истинная сущность – это грязь, которую нужно скрывать под тонной слоев иллюзий и слабеньких воздушных потоков.

Мелая годами ломала себя, притворяясь той, кем не была, лишь бы ее просто перестали ненавидеть собственные родители. И если мне представится возможность, я обязательно избавлю этих высокомерных аристократических бездновых шакалов от их спеси.

– Я не замолчу, Мел, потому что у нас нет на это времени, – ответила я и приблизилась к ней вплотную, глядя прямо в ее расширенные. – Мне нужна Вода. Мне нужна та сокрушительная мощь, которую ты так старательно запираешь внутри себя. Я тоже очень долго договаривалась сама с собой, прежде чем идти на разговор с Бьянкой, – сопереживающе проговорила, присев на корточки перед ней и взяв за руку. – Анисса и Люциан – это Свет. Кайрэн – Огонь. Аллиам с Мариссой – Земля. Раймонд – Дух. Бьянка – Тьма. Элион – настоящий Ветер. Чтобы круг замкнулся, когда придется столкнуться с первозданной тварью Бездны, мне нужна твоя стихия.

Мелая отвернулась к окну, ее плечи мелко дрожали.

– Ты не понимаешь, Агнес, – глухо произнесла она. – Я не умею ей управлять. Я боялась этой силы всю свою жизнь. Каждый раз, когда я тянулась к воде, отец смотрел на меня с таким отвращением, словно я была ошибкой природы. Если я выпущу это… я не знаю, что произойдет. Я могу навредить.

– Единственное, кому ты сейчас вредишь, – это сама себе, – мягко проговорила я, присаживаясь рядом. – Твой отец – идиот, Мелая. Они все слепцы и глупцы. Ты добилась таких высот с посредственным Воздухом, представляешь, что ждет тебя с Водой? Пора выйти на свет и показать истинную мощь. Твоя стихия – это не позор. Это глубокий, яростный, но столь прекрасный дар. И прямо сейчас он – наш единственный шанс на выживание.

В ней боролись годы вбитых комплексов и отчаянное желание наконец-то сбросить эти удушающие цепи.

– Я не могу обещать, что у меня получится, – ответила она, быстро утерев слезы, более не отводя взгляд.

– Тебе не нужно ничего обещать. Просто позволь себе быть той, кто ты есть на самом деле, – ответила я и тепло улыбнулась, чувствуя, как узел в моей груди немного ослабевает. – К тому же, подумай о бонусах.

Мелая шмыгнула носом, с подозрением прищурившись:

– Каких еще бонусах? Смерть в сыром подземелье в компании монстра из детских страшилок?

– Нет, – усмехнулась я, хитро блеснув глазами. – О возможности раз и навсегда утереть нос одному невероятно заносчивому светлому аристократу. Представь лицо Люциана, когда он поймет, что девчонка-иллюзионистка, которую он вечно ни во что не ставил, обладает резервом воды, способным затопить половину, а может, и целое его хваленого поместья.

В глазах Мелаи на секунду застыло ошеломление, а затем на ее губах медленно, очень медленно расплылась ее фирменная, хищная и абсолютно безбашенная улыбка.

– Бездна... – выдохнула она, и в этом слове было столько предвкушения, что мне стало немного жаль Люциана. – А ведь этот напыщенный индюк лопнет от зависти. Он же привык быть лучшим из лучших... Придется подвинуть!

– Именно. И мы с удовольствием посмотрим, как треснет его идеальная картина мира, – рассмеялась я, сжав ее плечи. – Ну так что, напарница? Ты со мной? Без масок и иллюзий?

Мелая выпрямилась. Вся ее фигура словно налилась новой, неведомой прежде силой. Воздух в комнате вдруг стал влажным, пришло ощущение приближающегося шторма. Капля воды, невесть откуда взявшаяся, медленно стекла по стеклу.

– Я с тобой, Агнес, – твердо произнесла водница. – И клянусь, когда это всё закончится, я смою с этого светлого придурка всю его спесь. До поразительного блеска!

– Не сомневаюсь, а я буду рядом, – ответила я, обнимая подругу.

Круг стихий был собран. Я все-таки успела собрать команду, с которой можно было спускаться в кромешный ад. Сегодня все ключевые фигуры были рядом с Аниссой наверху, отрезая кукловоду все пути к отступлению.

– Что же...

Мне необходимо было хоть немного поспать, но сон упорно не шёл. Беспокойные мысли кружились в голове, а напряжение сковывало тело, не давая расслабиться.

Внезапно за спиной раздался тихий хлопок и едва уловимое шуршание ткани. Я застыла, не решаясь обернуться, продолжая лежать неподвижно.

Через несколько мучительно долгих секунд кровать слегка прогнулась под чьим-то весом – и меня, без единого слова, крепко обняли сзади. Тёплые руки легли на талию, а дыхание коснулось затылка, вызывая одновременно дрожь и странное, почти болезненное облегчение.

Уютное, столь родное тепло мгновенно окутало меня, и мои веки начали тяжелеть. Я отчаянно пыталась продлить этот миг, впитать каждую частицу его присутствия, запомнить всё в мельчайших подробностях: ритм дыхания, лёгкое прикосновение пальцев к плечу. Но его коварство не знало границ, и сон оказался сильнее.

Мы не проронили ни единого слово. В этом не было нужды. Завтрашний день таил в себе угрозу, и пустые обещания казались лишними. Всё, что имело значение сейчас, – размеренный ритм его сердца, который эхом отдавался в моём собственном, и надёжное прикосновение сильных рук, которые держали меня так бережно, будто я была единственным сокровищем в его мире, хрупким и бесценным.

В этой безмолвной близости, на грани сна и яви, я вдруг осознала: возможно, это последний раз, когда я чувствую его рядом. Но даже эта мысль не нарушила тишину – лишь заставила крепче вцепиться в его руку.

Глава 60. Разрушение

Небо над шпилями Академии налилось багрово-серым оттенком. До полнолуния оставались считанные часы.

Мы стояли в нише коридора, скрытые от посторонних глаз пологом тишины. Раймонд был бледен. Его обычно безупречная выдержка трещала по швам. Вертикальные зрачки то и дело затапливали радужку тьмой.

– Обещай, что не станешь рисковать впустую, – хрипло проговорил он. – Как только вытащишь его – сразу уходи.

– Я всё сделаю, Раймонд. Мы всё по тысячу раз обговорили, план идеален, – натянуто улыбнулась я, хотя внутри всё скручивало от дурного предчувствия. Хотя, может, я себе просто накручивала...

Раймонд вдруг отпустил меня, торопливо снял со своего указательного пальца массивный перстень с черным ониксом и вложил в мою ладонь, сжав мои пальцы своими.

– Если что-то пойдет не так. Если ты почувствуешь хотя бы малейшую угрозу, невзирая ни на что – активируй его, – непререкаемым тоном приказал он, заглядывая мне в глаза. – Он перебросит тебя в мое личное подпространство. Комната безликая, там нет окон и дверей, но там есть все необходимое. Это самое безопасное место во всех известных мирах. Я потратил достаточно времени, чтобы выстроить там абсолютную защиту. Даже если Академия рухнет и весь этот мир исчезнет в Бездне, это место уцелеет.

Я хотела возмутиться, сказать, что не собираюсь отсиживаться в бункере, пока они будут погибать наверху, но, увидев в его глазах проблески отчаянья, проглотила слова. Хоть он и говорил так, но лучше всего сначала выбраться из подземелья и только после активировать предмет. Иначе последствия могут оказаться непредсказуемыми.

Чтобы немного его успокоить, я молча кивнула и надела перстень на палец. Он тут же сжался, подстраиваясь под мой размер.

– Я вернусь, – твердо пообещала я.

Раймонд порывисто притянул меня к себе, впиваясь в мои губы поцелуем, в котором смешались отчаяние, горечь и бесконечная надежда. Мгновение. И вот он уже круто развернулся, его силуэт начал таять во мраке. Шаг. Ещё шаг. Он отправился в свой сектор, откуда, возможно, не вернётся. А я осталась, запоминая вкус его губ...

– Что ж...

Мой путь лежал вниз. В самые недра Академии.

Чем глубже в подземелья я спускалась, тем сильнее давили антимагические заглушки. Дышать становилось всё труднее.

Охрана у самого нижнего яруса оказалась отвратительнее, чем я могла предположить. Я здраво предположила, что ими управляли.

У меня не было времени на долгие танцы с бубнами. Я заставила себя сосредоточиться. Пальцы сами сомкнулись вокруг сгустка силы, подаренной Раймондом, и я, усилив свою стихию, слилась с тенями. Мир вокруг размылся до очертаний, а мои движения стали плавными, почти текучими.

Первая марионетка еще не осознала, что происходит, когда я появилась перед ней. Рывок – и моя рука метнулась к шее. Маг осел на пол, а его аура тотчас померкла.

Я отпрянула, не позволяя себе задерживаться.

Второй охранник, почувствовав неладное, обернулся. Благо их поставили друг к другу спиной. Его глаза вспыхнули золотым светом, пальцы сложились в замысловатый жест, готовя заклинание. Но я оказалась быстрее.

Активировав артефакт Мелаи, я выпустила воздушное лезвие, заряженное темной энергией. Оно пронзило его, тотчас обезвреживая. Маг рухнул, его аура рассеялась, оставив после себя лишь смрад.

На мгновение я остановилась, прислушиваясь. Сердце билось гулко, отдаваясь в висках, но разум оставался холодным. Я быстро осмотрела марионеток, убедившись, что нити перерезаны, и аккуратно убрала следы своей магии – не хотелось оставлять за собой маяки для преследователей.

Я влетела в ритуальный зал и замерла.

Всё было точно так же, как в моем видении. Огромная колба. Светящиеся руны. И парень, безвольно парящий в сизой жидкости.

– Держись, – прошептала я, подбегая к нему.

Разбить стекло оказалось чертовски сложно. Магические кабели сопротивлялись, выплескивая снопы искр, обжигая мне руки. Я потратила непростительно много времени, методично перерубая энергетические узлы один за другим.

В голове билась лишь одна мысль: «Только бы успеть. Только бы круг лучей сработал».

Что сейчас происходит наверху? Справляются ли ребята? Где Раймонд?!

Наконец, с оглушительным звоном колба треснула. Жидкость хлынула на каменный пол, увлекая за собой бесчувственное тело. Я едва успела подхватить парня.

Он был слишком бледным и находился в полубреду. Его глаза закатывались, из горла вырывались бессвязные хрипы.

– Давай же, пошли, – прошептала я и закинула его руку себе на шею, надрываясь от тяжести.

Активировать перстень здесь было нельзя. Заглушки, установленные кукловодом, мгновенно извратили бы пространственный вектор портала, и нас в лучшем случае расщепило бы на атомы, может, куда-нибудь перебросило бы в пустошь, а в худшем – забросило в саму Бездну.

Путь наверх превратился в бесконечную пытку. Ступени казались высотой с гору. Мои мышцы горели, дыхание срывалось на хрип. Парень то и дело сползал, и мне приходилось волочь не то что на себе по полу. Каждая минута казалась вечностью.

Когда мы наконец вывалились на из потайного хода, где антимагическое поле рассеялось, я упала на колени, судорожно глотая воздух. Не теряя ни секунды, я сорвала с пальца перстень Раймонда, вложила его в ледяную ладонь парня и сжала его пальцы.

– Живи, – выдохнула я, активируя артефакт.

Пространство мигнуло, и наследник Дома Духа исчез, перенесенный в безопасное место. Шантаж окончен. Раймонд свободен.

Я вскочила на ноги и изо всех сил помчалась к выходу на внутренний двор, откуда доносились страшные, раздирающие перепонки звуки битвы. Земля буквально ходила ходуном.

То, что я увидела, выскочив на брусчатку, заставило мою кровь заледенеть...

Поле боя было усеяно низшими и средними тварями Бездны. В центре, пригвожденный к земле каменными копьями и наполовину сожженный, валялся магистр Грегор Партариос. Декан светлого факультета. Идеальное прикрытие! Именно он, имея неограниченный доступ, методично втирался в доверие к Аниссе, дергал за ниточки всех кого не лень и готовил ритуал.

И сейчас, в отличие от оригинала, настоящий виновник пал.

Но это не принесло победы.

Над поверженным предателем, закрывая собой полнеба, возвышалось оно...

– Как же так... Как допустили... Как...

Глава 61. Выбор

Громадное чудовище, сотканное из клубящегося мрака и концентрированной скверны. Монстр, которого я видела в самых страшных кошмарах. И от этого монстра несло до боли родной магией, извращенной до абсолютной неузнаваемости.

Раймонд... Он почти превратился. Всё случилось в точности как в оригинальной, проклятой игре!

Я безумным взглядом обвела главных героев.

Ребята оказались разбросаны по всему периметру разрушенного двора. Элион лежал без сознания у обломков статуи, Марисса рыдала над ним, пытаясь залечить рваные раны. Бьянка, тяжело опираясь на колени, харкала кровью, но всё еще упрямо держала в руках сгусток тьмы, готовая поторговаться за свою жизнь. Аллиам, Люциан, Кайрэн и Мелая стояли плотным кольцом вокруг Аниссы, чье золотое свечение едва мерцало.

Похоже, Грегор успел призвать целый легион монстров из разлома. Он измотал их, прежде чем Раймонд…

Прежде чем мой Раймонд принял удар Бездны на себя.

– Как вы могли?! – сокрушенно, срывая голос, выкрикнула я. – Вы же должны были держать круг стихий! Как вы допустили это?!

Люциан вскинул на меня потерянный, окровавленный взгляд.

– Мы не смогли, Агнесса. Грегор пробил нашу защиту в самый последний момент. Раймонд... он добровольно впитал в себя проклятие Бездны, чтобы оно не досталось Аниссе. Он пожертвовал собой, чтобы закрыть разлом! И теперь нам нужно его...

– Нет! Нет, нет, нет! – в панике замотала я головой, отказываясь верить в этот каноничный финал. Злодеям – смерть, так, что ли?! Так почему же я тогда еще жива?!

Чудовище взревело так громко, что уцелевшие витражи в окнах Академии со звоном разлетелись вдребезги. И медленно повернуло к нам свою безликую, жуткую костяную морду. Внутри его полупрозрачной грудной клетки билось огромное черное, отравленное сердце. Если его пронзить концентрированным светом, как прописано в сценарии, то Раймонд окончательно погибнет.

– Не подходите к нему, расправьтесь пока с мелочью вокруг!

Я не знала, что делаю. Логика, сковывающий страх, инстинкт самосохранения – всё исчезло. Осталась только рвущая душу, потребность спасти его. Моего Раймонда. Моего личного финального босса.

Я сорвалась с места и побежала.

– Агнесса, стой! Ты не можешь так поступить! – истошно закричала мне вслед Мелая, но я уже ничего не слышала.

На бегу я погрузилась в себя, отчаянно нащупывая каплю его силы Духа, которую Раймонд влил в меня в лесу. Еще немного, и эта ниточка навсегда оборвется. Призвав свою Тьму, я потянулась к его Духу, раскрывая и выпуская эту энергию наружу. Она окутала меня с головы до ног плотным коконом, и я растворилась в магии Раймонда, став с ним на мгновение единым целым.

Это было безумно рискованно, и я до последнего сомневалась в успехе. Но пока он боролся там, внутри этой твари, я не могла отступить.

Монстр занес гигантскую когтистую лапу для смертельного удара, но внезапно замер, дернувшись. Теперь он не видел во мне врага, так как я источала его же собственную силу.

Не мешкая ни секунды, я подошла вплотную.

– Раймонд, – пыталась я дозваться мужчину сквозь рев. Мой голос отчаянно дрожал от слез, катящихся по щекам. Я прижала обе ладони к его покрытой шипами лапе, обжигая кожу о скверну. – Пожалуйста. Вернись ко мне! Ты же обещал. Рэйнар спасен, Грегор мертв, слышишь? Ты свободен! Тебе больше не нужно нести это бремя! Раймонд! Вернись...

Чудовище взревело. В глубине его пустых, черных глазниц на секунду вспыхнул знакомый свет его родной стихии Духа. Он услышал.

Но Бездна была слишком сильной. Свет погас, уступив место первобытному созданию. Монстр с яростным, глухим рыком отбросил меня. Я отлетела в сторону, больно ударившись спиной о каменные ступени.

– Кха! – воздух со свистом выбило из легких. Но куда больнее было то, что я теряла Раймонда навсегда.

Ледяное отчаяние сметало жалкие остатки разума.

– Умоляю, – закрывая лицо грязными, обожженными руками, я прошептала неизвестно кому. Системе. Богам. Неважно! – Пощади его! Кто-нибудь, пощадите его! Заберите мою жизнь, заберите мои оставшиеся перезагрузки, только верните его!

Внезапно послышался щелчок, как будто кто-то просто выключил рубильник питания.

Рев монстра исчез. Исчезли крики ребят на фоне, пропал едкий запах гари, исчезла моя физическая боль.

Земля ушла из-под ног.

Я распахнула глаза и обнаружила, что стою в абсолютном «нигде». Вокруг простиралась бесконечная пустота: ни неба, ни земли, ни верха, ни низа. Только пугающее, слепяще-белое пространство.

Передо мной с тихим гулом возникло огромное системное окно, сияющее золотом. Но на этот раз привычный текст не появлялся.

– Поздравляем. Время начало свой новый виток. Петля успешно завершилась, и время начало свой бег.

Окно разговаривало со мной! Ровным и абсолютно безэмоциональным голосом. Я не могла определить ни пол, ни возраст говорившего – только безликое, всемогущее нечто.

– Завершилась? – просипела я, отчаянно пытаясь сдержать рвущиеся наружу эмоции. – Почему тогда у Раймонда осталась та же самая проклятая судьба?! Я же всё изменила! Порталы закрыты, ректор повержен, а я освободила наследника. Я собрала этот чертов круг стихий! Почему он снова стал чудовищем?!

Система бесстрастно молчала. Идеальная белая гладь пространства не давала ответов на жалкое человеческое горе.

– Ты прошла игру, Агния. Сценарий апокалипсиса не свершится. Мир спасен от скверны. Взамен на твою единственную оставшуюся жизнь тебе предоставляется финальный выбор.

Перед моими глазами вспыхнули две строчки:

{1. Вернуться в свой исходный мир, на Землю, ровно в тот же самый миг, из которого вы исчезли.}

{2. Остаться в этой реальности в качестве Агнессы де Раймиры, наследницы Дома Тьмы.}

– Остаться? – с надрывом рассмеялась я. – Зачем мне здесь оставаться в качестве злодейки? Настоящая Агнесса мертва. Она умерла еще в детстве из-за своего слабого дара, а вы просто запихнули мое сознание в красивое тело с фальшивым прошлым, чтобы заткнуть сюжетную дыру!

– Твое тело и память полностью адаптированы. Ты можешь продолжить существовать в этой реальности как полноценная личность.

– Мне плевать на это тело и на этот мир! – выкрикнула я, всё же сорвавшись. – Будет ли Раймонд жив, если я останусь?! Зачем мне эта ваша реальность, если в ней нет ЕГО?!

Окно медленно, с легким треском моргнуло. На секунду показалось, что в его бесстрастности мелькнула тень сомнения.

– Он может выжить. Но твоей оставшейся системной жизни недостаточно для равноценного обмена. Массив поглощенной им скверны слишком велик.

Мое сердце замерло, дыхание перехватило. Тонкий луч надежды пронзил все мое сознание.

– Что нужно? Что я должна отдать? Забирайте! Всё забирайте!

– Нам? – ровно вспыхнуло окно. – Нам ничего не нужно. Но чтобы дар Рашерр выжил и очистился от скверны, ты должна отдать свою свободу.

– Что это значит? – нахмурилась я.

– Мы обратим его сущность вспять. Раймонд дар Рашерр вернет свой разум и человеческий облик. Он сможет жить и сможет покинуть эти стены. Но ты... Ты станешь Хранителем Академии Семи Лучей. Хранителем монстра, которого мы снова запечатаем глубоко в недрах земли.

– Что значит... он сможет выйти? А я? – едва слышно, севшим голосом вторила я.

– А ты – нет. Хранитель печати не сможет покинуть место заточения, пересечь границу Академии, иначе монстр вырвется вновь и уничтожит континент. Разве ты не хотела остаться в этом мире вместе с дар Рашерром?

Эти бездушные слова били точно в цель, хлестче любой плети.

Как жестоко, как изощренно меня разыграли. Я столько месяцев боролась с предрешенным сценарием, ломала код и нарушала правила, отчаянно стремилась к свободе, чтобы в самом финале на полном ходу уткнуться в глухую, непреодолимую стену.

Из системной марионетки – в вечную цепь для монстра. И всё это ради того, чтобы тот, кого я люблю, мог просто увидеть завтрашний день.

– А у вас невероятно жестокие игры, – ядовито усмехнулась я, стирая тыльной стороной ладони слезы со щеки.

Но мне не ответили, терпеливо ожидая моего окончательного решения.

Какой нормальный человек согласится на это? Кто в здравом уме добровольно променяет свою свободу, свой единственный шанс вернуться домой, к нормальной, спокойной жизни, ради роли вечной цепи для монстра? Зная при этом, что спасенный, любимый мужчина никогда даже не сможет коснуться её руки за пределами Академии?

Может, не стоит возвращаться? Забыть обо всем и попросить о встрече в следующей жизни?

Слёзы окончательно высохли. Внутри воцарилась пустота, точно такая же, в которой я сейчас находилась.

Я упрямо подняла голову, расправила плечи и посмотрела прямо в центр сияющего окна.

– Я выбираю...

Эпилог

– Я выбираю... остаться. Рядом с Раймондом.

Слова, брошенные в слепящую пустоту Междумирья, навсегда разделили мою жизнь на «до» и «после». Но самое смешное – я забыла об этом на долгие несколько лет.

* * *

Яркое весеннее солнце заливало парадный двор Академии. Воздух гудел от смеха, звона бокалов с легким эльфийским напитком и предвкушения свободы.

– Если ты наступишь на подол моей мантии еще раз, Д’Арк, клянусь, я утоплю тебя в главном фонтане, – прошипела Мелая, безуспешно пытаясь пригладить непослушные кудри. Девушка несколько лет назад неожиданно перевелась на другой факультет и раскрыла свой феноменальный дар, став лучшей на потоке.

Люциан, выглядевший в своем парадном камзоле как ожившая мечта любой аристократки, лишь снисходительно хмыкнул, привычным собственническим жестом притягивая водницу за талию.

– Мел, любовь моя, ты забываешь, что я превосходно плаваю. К тому же, мокрая мантия тебе к лицу.

Мелая закатила глаза, но вырываться не стала, лишь мстительно ущипнула светлого мага за бок, отчего тот тихо рассмеялся, перехватывая ее ладонь и переплетая их пальцы.

Чуть поодаль Анисса, сияющая мягкой улыбкой, поправляла серебряную заколку на лацкане Кайрэна. Огненный маг смотрел на нее с такой неприкрытой нежностью, что становилось даже немного неловко подглядывать за этой идиллией.

Даже вечно ветреный Элион сегодня выглядел почти прилично. Всё чаще он проводил время с эльфийкой, и Марисса строго следила, чтобы он не расстёгивал рубашку больше чем на две пуговицы. Не строил глазки первокурсницам. Всё-таки удивительно, как ему удалось завоевать её благосклонность?

– Снова витаешь в облаках, Агнес?

Я вздрогнула и обернулась. Рядом стоял Рэйнар. За годы он стал мне ближе брата. Мы понимали друг друга едва ли не с полуслова, точно нас объединяло что-то в прошлом. Но я упорно не могла вспомнить, что именно.

– Просто пытаюсь осознать. Время так быстро пролетело, не успела оглянуться, как всё уже закончилось, – улыбнулась я, поправляя платье.

– Не всё, – лукаво подметил Рэйнар, кивнув в сторону возвышающейся над двором трибуны. – Тебе еще диплом получать.

Мой взгляд невольно скользнул туда, куда я всячески старалась не смотреть.

Магистр Раймонд дар Рашерр. Декан Тёмных искусств стоял среди преподавательского состава, отстранённо наблюдая за адептами.

Внутри привычно и болезненно заныло. Все годы обучения я чувствовала одиночество и вину каждый раз, когда смотрела на него. Меня тянуло к магистру с непреодолимой силой, но между нами словно стояла невидимая стена. Он не подпускал меня. Отвечал ледяным спокойствием на любые мои попытки заговорить, отводил взгляд, обходил стороной. И всё же... Иногда, оборачиваясь, я ловила на себе его полыхающий огнем взор.

Друзья знали причину. Я точно это знала. Они отводили глаза, когда я спрашивала о том, что произошло. Как удалось закрыть самый крупный прорыв и отбиться от монстров?

Но в ответ я слышала только ложь:

«Ты сильно ударилась головой, Агнес. Магическое истощение. Всё наладится...»

Даже спустя день, месяц, год ничего не наладилось.

Единственное, что мне удалось узнать, – сам Раймонд запретил говорить. Почему он, если мы чужие друг для друга? Но именно он запретил вмешиваться в мое ментальное здоровье, заявив, что я должна вспомнить всё сама. Когда это должно произойти? Сколько еще ждать? Долго мне еще мучиться в неведенье?

– Агнесса Де Раймира! – торжественно разнесся над площадью усиленный магией голос ректора. – Заберите свой диплом, выпускница факультета Темных искусств!

Рэйнар ободряюще толкнул меня плечом. Я сделала вдох и шагнула к белокаменной лестнице, ведущей на трибуну. Прямо к ожидающему Раймонду.

Один шаг.

Звон разбивающегося стекла в подземельях. Тяжесть тела Рэйнара на моих плечах.

Второй шаг.

Обезображенное лицо декана Грегора. Запах серы и огромное количество монстров.

Третий шаг.

Громадный костяной монстр. Пустые глазницы, а в груди бьется ядовитое сердце.

Четвертый шаг.

Ослепительно белое Междумирье. Голос Системы:

«Ты останешься в этом мире. Ты будешь его цепью. Отныне ты – Хранитель».

Я замерла на середине лестницы. Мир вокруг качнулся и пошел рябью. Словно плотина, сдерживающая реку, рухнула в одно мгновение.

Воспоминания хлынули потоком, сбивая с ног, выжигая легкие. Я вспомнила всё. И то, как, очнувшись после битвы, я увидела перед собой живого, вернувшего свой человеческий облик Раймонда. Я вспомнила его полные отчаяния глаза, когда он понял, какую цену я заплатила.

И я вспомнила его последние слова перед тем, как он наложил на меня печать забвения: «Мы найдем решение, обещаю. Прошу, пойми... Не хочу, чтобы ты несла это бремя сейчас, моя душа. Я забираю твою память. Ты проживешь это время как обычная девушка. Хотя бы его. А когда прозвенит последний звонок... Мы встретим вечность вместе».

Из моих глаз хлынули горячие, злые слезы.

Я подняла голову и увидела Раймонда на краю трибуны. Его привычное ледяное спокойствие исчезло. В бездонных глазах отражалась целая буря эмоций... Вина и безграничная любовь – лишь малая часть того, что там читалось.

– Агнесса... – одними губами выдохнул он.

Этого хватило.

Сорвавшись с места, я взлетела по оставшимся ступеням. Я уже не замечала ни открывших рты преподавателей, ни шокированных адептов. Я видела только его.

С разбегу я запрыгнула на него, обвив ногами его талию.

Раймонд подхватил меня, впиваясь пальцами в мои бедра. Я обеими руками вцепилась в лацканы его сюртука, притянула к себе и яростно, страстно, с привкусом слез и долгих лет одиночества поцеловала.

Трибуна ахнула. На площади внизу раздался заливистый свист Люциана и радостный визг Мелаи.

– Ну наконец-то, каков эгоист!

Когда мы оба почувствовали, что воздуха не хватает, я отстранилась от его губ. Раймонд закружил меня, уткнувшись лицом в мои волосы, жадно вдыхая их аромат.

А я, придя в себя, сжала кулаки и принялась изо всех сил бить его в широкую грудь.

– Ненавижу тебя! – всхлипывала я, нанося удары, которые он даже не пытался блокировать. – Как ты мог?! Ты заставил меня забыть! Ты годами смотрел на меня так, будто я пустое место! Ты издевался надо мной! Ты должен был заставить меня вспомнить!

Раймонд перехватил мои запястья магией и заставил их прислониться к своей груди, туда, где бешено колотилось сердце. Его губы изогнулись в насмешливой улыбке.

– Я слишком долго ждал тебя, Агнесса. Тысячи жизней, что мне пару лет? – с легкой хрипотцой пророкотал он. – Я обещал, что найду решение. Мы с Райниром сдержим обещание. К тому же... Разве ты сама не кричала мне когда-то, что хочешь просто насладиться нормальной академической жизнью? Я лишь исполнил твое желание.

– Я не это имела в виду, проклятый ты ящер! – воскликнула я, задыхаясь от возмущения. Ментальная магия непредсказуема: никогда не знаешь, сколько памяти она заберет. В моем случае я забыла почти всё, что связывало меня с Раймондом. Осталась лишь пара стычек и начало нашего знакомства. – Не такой ценой!

Он внезапно посерьезнел. Его взгляд потемнел, зрачки окончательно затопила тьма, а руки, обнимающие меня, сжались до легкой боли.

– Больше никаких тайн. Никаких преград, – едва ли не с угрозой прошептал он, приблизившись к самому моему уху. От его голоса по позвоночнику побежали мурашки. – Твоя студенческая жизнь окончена, моя душа. Теперь ты моя. На вечность.

Я посмотрела в эти бездонные темные глаза, чувствуя, как внутри расцветает пламя. Пусть теперь я хранитель. Но он – мой дракон. Мы заперты в этой Академии, но, Бездна меня поглоти, это было лучшее решение за все мои две жизни.

Я лукаво прищурилась, провела пальцем по его подбородку и с вызовом усмехнулась:

– Вечность – это очень долго, магистр Рашерр. Стоит сначала проверить твою выносливость на длинной дистанции. Посмотрим, не растерял ли ты хватку за эти годы.

Раймонд глухо рассмеялся, открывая портал. В этом звуке было столько откровенного обещания, что у меня подкосились бы ноги, если бы он не держал меня в своих руках.

Игра окончена. Но наша история только началась.

Конец