Текст книги "Роль злодейки для финального босса (СИ)"

Автор книги: Рина Чар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Глава 37

Система всё-таки изощренно издевалась надо мной? Однозначно! Классический выбор без выбора!

Насколько я помнила, в оригинальном сюжете игры подобная сцена была одним из способов зайти на рут Аллиама, выведать секреты Дома Земли и, возможно, даже обрести в его лице верного союзника. Но мне вот это всё даром было не нужно, уж тем более никакие романтические отношения с местными психопатами!

– Это… так мило с твоей стороны, Аллиам, – в итоге выдавила я, титаническим усилием воли стараясь вернуть лицу подобие аристократического спокойствия. Внутри всё сжалось в ледяной комок. Признаю, я стремительно становилась параноиком. – Если ты так настаиваешь, я… с удовольствием составлю тебе компанию.

Его улыбка стала ещё шире, ещё ослепительнее, и что-то неуловимое, темное мелькнуло в самой глубине его изумрудных глаз.

– Превосходно! – он чуть не припрыгнул от радости, мгновенно растеряв великосветскую сдержанность, и засеменил вперёд, указывая путь. – Прошу, следуйте за мной, леди Агнесса.

Оранжерея оказалась совершенно другим миром. Влажный, густой воздух был до краев напоён дурманящими ароматами экзотических цветов. Невидимые птицы беззаботно щебетали в гуще сочной листвы. Солнечный свет, проникая сквозь витражные окна огромного купола, ярко освещал влажную землю, создавая радужные блики.

Красота, от которой в прямом смысле захватывало дух.

Я на миг застыла на пороге. Такое сказочное великолепие казалось неестественным и даже агрессивным в своей идеальности.

– Что-то не так? – мягко окликнул меня Аллиам.

Я перевела на него взгляд, заставляя сведенные мышцы лица расслабиться.

– Нет. Всё в полном порядке, – ответила я слишком поспешно. – Просто не ожидала такой… роскоши. Это место скрыто от посторонних глаз?

Эльф скромно опустил ресницы, но я чётко заметила, как он горделиво выпрямил спину. Да уж, создание такого масштабного уголка, даже с выдающейся магией Земли, должно было стоить титанических усилий и огромного расхода резерва. А парень, судя по всему, добился этого в одиночку и за весьма короткий срок.

Этот факт заставлял смотреть на него совершенно иначе – не как на милую плюшевую игрушку, а как на затаившую змею со скрытыми амбициями.

– Я польщён, – мурлыкнул он, изящно уклонившись от прямого ответа, – но я работал над этим местом не в одиночку. Сама природа помогала мне.

– Ты скромничаешь, – криво усмехнулась я, с опаской следуя за ним вглубь этого зелёного, удушающего лабиринта.

Аллиам привёл меня к уютной беседке, полностью увитой гибкими лианами с нежными белыми цветами в форме колокольчиков. Внутри, в тени листьев, стоял небольшой кованый столик с изысканным фарфоровым сервизом – таким тонким, что он казался почти прозрачным.

Эльф с безупречной галантностью отодвинул для меня стул и терпеливо дождался, пока я сяду, прежде чем опуститься напротив.

– Благодарю, – пробормотала я, чувствуя себя не в своей тарелке. Словно бабочка, приколотая булавкой к бархату.

Он плавными, выверенными движениями наполнил две чашки ароматным свежезаваренным чаем глубокого золотистого оттенка. Горячий пар поднимался тонкой струйкой, неся с собой запах дикого мёда, луговых трав и чего-то ещё.

– Это мой собственный, авторский рецепт, – доверительно пояснил он, бережно пододвигая мне чашку за тонкую ручку. – Очень помогает успокоить тревожный ум и восстановить истощенные силы.

Аллиам играл роль идеального хозяина. Любезного, обходительного, внимательного, сыплющего лёгкими, ни к чему не обязывающими комплиментами. Он певуче говорил о гармонии магии Земли, о её первозданной силе и мудрости, о вечной, непререкаемой красоте природы.

Его голос был убаюкивающим, гипнотически монотонным. Я сама не заметила, как под этот успокаивающий ритм мои плечи опустились, и я начала постепенно расслабляться, позволив накопившейся за день усталости взять верх. Возможно, это и вправду был тот редкий миг затишья, в котором я так отчаянно нуждалась после забега по подземельям.

– Итак, – наконец нарушила я этот сладкий гипноз, задумчиво покрутив чашку в руках. – Могу я поинтересоваться, что именно побудило тебя пригласить на эту светскую беседу именно меня?

– Разве один адепт не может просто проводить время с другим адептом? – парировал он, лукаво прищурив зеленые глаза. Прямого ответа снова не последовало.

– Может, конечно, – покладисто согласилась я, слегка наклоняя голову к плечу. – Просто мы с тобой… не так уж часто общались до этого момента.

Если не считать того раза, когда меня снова окружили злобные паразиты в коридоре. Но об этом я, конечно, благоразумно промолчала.

– Скажем так, вы мне очень интересны, леди Агнесса, – его улыбка снова стала ослепительной, обнажив идеально ровные, белые зубы. Он элегантно отпил из своей чашки. – Я искренне хотел бы узнать вас получше. Как вам вкус? Эти травы я выращивал собственноручно.

– Пахнет восхити…

Я поднесла фарфор к губам, но именно в этот момент мой взгляд, случайно скользнувший по самому дну чашки сквозь золотистую жидкость, уловил нечто.

Крошечное, почти невидимое пятнышко.

Оно вспыхнуло слабым, неоновым ядовито-зелёным свечением на фоне девственно-белого фарфора и тут же растворилось, бесследно смешавшись с чаем.

Но я успела! Я успела это заметить!

Внутри всё с оглушительным треском оборвалось и погрузилось в пустоту. Чашка в моих руках едва заметно дрогнула.

Память безжалостно обрушила на меня лавину знакомых пиксельных образов с экрана монитора. Одна из скрытых плохих концовок маршрута Аллиама. Если Главная Героиня становилась слишком назойливой, отвергала его чувства или узнавала слишком много секретов Дома Земли, этот "плюшевый мишка" поступал именно так.

Спокойный, тихий, элегантно обставленный уход в мир иной.

Эльф использовал безвкусный, мгновенно действующий яд из редкого хищного цветка, который сам же и выводил в этой самой оранжерее под видом лекарственных трав. Смерть от него всегда выглядела как внезапный сердечный приступ или загадочное полное истощение магического резерва. Никакой суеты, никакой крови, никаких следов. Чтоб его Бездной разорвало!

– Что-то не так, леди Агнесса? – заботливо склонил голову Аллиам, и в его мягком голосе не дрогнула ни единая нота. – Чай оказался слишком горячим?

Глава 38

Моя рука предательски дрогнула. Фарфоровая чашка с лёгким, звенящим стуком опустилась обратно на блюдце.

Я подняла на него медленный взгляд.

Эльф смотрел на меня с прежним безупречным выражением озабоченности. Но в самой глубине его изумрудных глаз, там, где должно было плескаться лишь дружеское участие, промелькнула хищная искорка.

Нетерпеливое ожидание. Любопытство. Извращённое желание увидеть, как именно развернётся спектакль, где единственным зрителем и режиссёром был он сам.

– Чай не по вкусу? Или, может, заварился слишком крепко? – мягко спросил парень.

По этой красивой, идеальной физиономии так и хотелось зарядить кулаком. Маньяк чёртов.

– Что ты туда подмешал? – хриплым шёпотом выплюнула я.

Вмиг моё настороженное отношение к нему сменилось такой лютой, обжигающей ненавистью, что я сама себя не узнала.

Крошечной капли, едва коснувшейся моих губ, оказалось достаточно.

Я резко рванула рукой, и чашка, описав короткую дугу, вдребезги разбилась о каменную плиту пола. Тёмные брызги травяного отвара разлетелись по светлому камню, как капли грязной крови.

– Ай-яй-яй, – укоризненно поцокал он языком, и в его голосе впервые прозвучала лёгкая, почти скучающая насмешка. – Как же неосторожно, леди Агнесса! Это, между прочим, очень дорогой сервиз. Тончайшая ручная работа. Таких больше нет.

– Тебе ли сейчас сокрушаться о посуде?! Что. Ты. Мне. Подмешал?!

– Любопытно, – оценивающе проговорил эльф, так и не ответив на мой прямой вопрос. – Даже не все маги высшего порядка могут разглядеть этот осадок. Как же это получилось у столь слабой, посредственной адептки Тьмы?

Я, как и он секундой ранее, многозначительно промолчала, сверля его ненавидящим взглядом.

Его маска добродушия на мгновение соскользнула, обнажив холодную злость и искреннее недоумение. Вероятно, раньше таких осечек с его жертвами не случалось. Но что толку от моей проницательности, если я заметила отраву слишком поздно?

Внутри начал расползаться парализующий холод.

– Что ж, давай заключим сделку, – деловито предложил он, вернув себе спокойное, участливое выражение лица. – Ты расскажешь мне кое-что очень интересное, а я, возможно, найду для тебя противоядие. Думай быстрее. Время уже пошло. Тик-так... тик-так.

Прямо перед моими глазами, заливая всё поле зрения тревожным фиолетово-красным светом, вспыхнуло системное предупреждение.

{ВНИМАНИЕ! Обнаружена смертельная угроза! Квест «Чаепитие с эльфом» ведёт к плохой концовке: «Тихий уход».}

{Варианты действий:}

{1. Отказаться и попытаться найти помощь извне. (Шанс на успех: 10%. Последствия: необратимое отравление ядом, смерть до прибытия помощи лекарей).}

{2. Попытаться силой забрать противоядие. (Шанс на успех: 30%. Последствия: открытый магический конфликт, тяжёлые раны, тотальная вражда с Домом Земли).}

{3. Перезагрузить сцену. (Доступно точек сохранения: 3/4).}

Очешуеть! Эта Система буквально приперла меня к стенке, хладнокровно вынуждая потратить одну из моих жизней на перезагрузку!

Мой взгляд затравленно метнулся в сторону увитой лианами двери.

Я, как загнанный в силки зверь, не находила выхода. Липкое отчаяние железным обручем сдавило горло. За что Система это делает со мной? За мою дерзость? За побег с ритуала? За то, что я выжила там, где должна была умереть? Или за что-то, чего я ещё не знала?

– Аллиам, давай начистоту, – произнесла я, огромным усилием воли заставив себя выпрямиться в кресле и глядя прямо ему в глаза, хотя в груди уже начало саднить от щемящей боли. Время поджимало. – Если я погибну здесь и сейчас, первым, кого заподозрят, будешь именно ты. Нас видели вместе в коридоре.

– И что с того? – рассмеялся он. Звук был таким же мелодичным, но теперь он насквозь сквозил такой ядовитой фальшью, как и всё в этом ушастом психопате. – Мало ли куда вы могли отправиться после нашей короткой беседы? В конце концов, вы известны своей… патологической неосторожностью.

– Ты магистрат и лекарей за дураков держишь? – сорвалось с моих губ. Ярость на какую-то жалкую секунду пересилила сковывающий страх.

– С вами же сработала простая хитрость, – беспечно пожал он плечами, наслаждаясь своим триумфом. – И даже если, в теории, на допрос призовут кристалл Правды… Думаете, леди, это на что-то повлияет?

Я болезненно нахмурилась, мысленно лихорадочно перебирая каноничные воспоминания об игре.

Обойти артефакт Правды могли лишь единицы, но суть была даже не в этом. В местной системе правосудия был важен принцип: магия выявляла только прямую, наглую ложь, но её всегда можно было обмануть изящной полуправдой или умалчиванием фактов. Оригинальная Героиня, помнится, тоже однажды недосказала, чтобы защитить друзей, и Кристалл оставался инертным.

Но здесь, сейчас…

Кто вообще станет тратить столь сложную, редкую и дорогую магию на расследование внезапной смерти какой-то неудачливой, всеми ненавидимой злодейки? Дело замнут в тот же день. Спишут на несчастный случай, на слабое аристократическое сердце, на неудачный сбой в магии Тьмы.

Я была всего лишь разменной пешкой, которую ему было так легко убрать с доски.

– Вы что-то для себя решили? – спросил эльф с вежливым, почти философским любопытством, будто интересовался моим выбором десерта к чаю. – Знаете, даже если со временем что-то и вскроется… Как это поможет лично вам, укрытой холодной, сырой землёй?

– О, это уже даже не угроза, – криво усмехнулась я, но смешок мой сорвался на булькающий хрип. Я глухо закашлялась.

– Это констатация факта, – беспечно пожал он плечами.

Паника медленно отступала, оставляя после себя лишь звенящую пустоту, которую стремительно заполняла жгучая, предсмертная ненависть.

– Так-так, время-то поджимает, – почти нежно, нараспев напомнил Аллиам. – Хотя, впрочем, можно дождаться и других симптомов отравления… О! А вот, кажется, и они.

Он радостно, как ребенок на утреннике, хлопнул в ладоши.

И в тот же самый миг в моей груди что-то с треском рванулось. Я судорожно закашлялась – в горле не просто запершило. Возникло жуткое ощущение, будто мои лёгкие до краев наполнились толченым битым стеклом и кипящим, огненным жаром.

Очередной приступ кашля оказался таким сильным, что я пополам согнулась над столом. А на бледную тыльную сторону ладони, которую я поднесла ко рту, густо брызнули горячие алые капли.

Глава 39

Кровь. Чтоб её…

Я смотрела на эти яркие алые пятна на собственной бледной коже и чувствовала, как реальность окончательно расплывается. Сердце то болезненно замирало, то пускалось в бешеный вскачь, отчего перед глазами роем плясали тёмные мушки. Я судорожно моргнула, пытаясь сфокусироваться, но мир качнулся, и мне пришлось вцепиться в край кованого стола, чтобы не рухнуть на пол.

«Дыши. Просто дыши», – мысленно приказала я себе. Вдох через нос, медленный, сиплый выдох через рот. Ещё раз. И ещё...

Ладони мгновенно вспотели, но пальцы при этом оставались ледяными. Я пыталась вернуть хоть какой-то контроль над телом, но тело будто больше мне не принадлежало. Взгляд то и дело обреченно возвращался к красным каплям.

– Что тебе от меня нужно? – прошипела я, поднимая на эльфа взгляд, затуманенный подступающей болью. Каждое слово давалось с титаническим трудом, раздирая горло.

– О, сущие пустяки! – он радостно потер руки, его глаза сияли неподдельным, почти детским весельем. – Скажи-ка мне, милая, что именно связывает тебя с деканом дар Рашерром? С этим призывателем Бездны?

Отравленный, заторможенный мозг едва справлялся с осмыслением вопроса. А потом до меня дошло. Он здесь из-за слухов? Эта грязь после нашей стычки с Люцианом расплодилась в Академии с пугающей скоростью.

– Адепт и декан, – выдавила я, слыша свой собственный голос словно сквозь толщу воды. – И точка.

– Только и всего? – его идеальное лицо искренне огорчилось, губы сложились в капризную дугу. – А мне казалось, между вами нечто… большее. Что-то тайное... М?

– Для «большего» нужно доверие. Общение. Хотя бы общие интересы, – огрызнулась я, чувствуя, как новая волна тошноты подкатывает к горлу. Почему все – и Элион, и Люциан, а теперь и этот психопат – прицепились? – Ты так не считаешь?

– Разве только это? – задумчиво проговорил он, изящно постукивая пальцем по столу. – А как же… страсть? Жажда? Такое тёмное, порочное влечение, которое могло возникнуть только между двумя истинными изгоями?

Я ошарашенно уставилась на него. Его слова, произнесённые с такой сладкой, хищной интонацией, казались абсурдными и отвратительными. Что он вообще нёс? И главное – зачем?

– Я ответила на твой вопрос? – прохрипела я, уже не пытаясь скрыть, как мне тяжело дышать. Каждый вдох обжигал расплавленным свинцом, и последующий выдох превращался в настоящую пытку.

– Ча-а-стично, – протянул он с наигранным разочарованием. – Ответь-ка тогда ещё на одну маленькую загадку…

Он плавно наклонился ко мне через стол, до неприличия сократив дистанцию. Его лицо оказалось совсем близко.

– Как у тебя получилось выйти из подземелий под южной башней? – игриво прошептал он. И этот вопрос напугал меня куда сильнее любых прямых угроз.

– Вы… выйти? Что?

Я едва не отпрянула, но сил на лишние движения уже совсем не осталось.

– Да-да-а, – пропел он, и в его голосе снова зазвучали весёлые, безумные нотки. – Ты прекрасно меня поняла, птичка. Видишь ли, там в последнее время стали появляться… нестабильные порталы. Находиться там стало смертельно опасно даже для магов-старшекурсников. Но ты, моя дорогая, как-то вышла оттуда. Более того, вышла целой и невредимой. И ещё…

Эльф замолк на полуслове, откровенно наслаждаясь производимым эффектом.

У меня начался новый приступ кашля – куда более сильный и жесткий. В глазах стремительно потемнело, в ушах зазвенело на высокой ноте. Всё нутро буквально горело заживо.

– Ой-ой, время-то истекло? – фальшиво-опечаленно воскликнул Аллиам, небрежно разливая остатки чая из своей чашки прямо на белоснежную скатерть. Он демонстративно посмотрел куда-то за мою спину, будто сверяясь с невидимыми часами. – Точно, почти, почти… Ну что, Агнесса? Теперь готова говорить правду?

– Ты… ведь никогда и не собирался давать мне противоядие, – со свистом выдохнула я, констатируя этот факт.

Я смотрела в его прекрасные изумрудные глаза и не видела там ни капли сожаления, ни единой тени сомнения.

Его брови грациозно поползли вверх, выражая искреннее удивление. Аллиам, казалось, всерьез задавался вопросом: почему она не умоляет? Не рыдает в голос? Не ползает на коленях, пытаясь купить свою жалкую жизнь?

А потому что я поняла всё, что мне было нужно. И к тому же я твердо усвоила: это ангельское личико переговоров не ведёт.

«Перезагрузка!»

Внутренний приказ отозвался в моей угасающей голове спасительным рёвом. Я крепко зажмурилась, изо всех сил вцепившись в эту единственную мысль.

{Ваш выбор: ПЕРЕЗАГРУЗКА!}

{Инициализация... Отсчет пошел: 3... 2... 1...}

Мир ответил немедленно: поплыл, содрогнувшись по всем осям.

Яркие краски оранжереи с шипением сползли вниз. Звуки птичьего щебетания исказились в гул, напоминающий скрежет ломающегося толстого стекла. Точно такое же чувство, как в самый первый раз при попадании. Только теперь к головокружению примешивалось горькое послевкусие на языке.

В груди продолжало болезненно скрестись, но это были уже лишь фантомные воспоминания, проникшие в самую глубину моего сознания. Я не готова погибнуть так жалко. Не на чужих условиях. И уж тем более не собиралась «упокоиться в холодной земле», как он так мило и поэтично выразился. Пусть упокаивается сам, остроухий паразит!

{Внимание! Загрузка последней контрольной точки завершена.}

{Остаток доступных перезагрузок: 2/4.}

Глава 40

Неоновые цифры, казалось, горели на периферии зрения с укором. Я потратила драгоценную попытку. Целую жизнь на этого… этого остроухого поганца!

Ситуация была критической. Но Система сама себя перехитрила. Она хотела не только получить от меня информацию, но и забрать мою жизнь. И в первой раз в этом преуспела, бесспорно.

Зато теперь мы остались в абсолютно равных условиях. Никто из нас не узнал ничего нового. Я и не планировала раскрывать ему подробности канона, но мне требовалось выиграть время. Кто знает, что эта садистская Система засчитала бы за «информацию»?

Мгновение спустя реальность со щелчком встала на место, и я снова сидела напротив него. Тот же изящный столик, тот же дурманящий аромат цветов, та же безмятежная, как летнее утро, улыбка на его ангельском лице. Его пальцы, до безобразия аристократичные, плавно протягивали мне ту самую злополучную фарфоровую чашку с золотистой жидкостью.

– Это мой собственный рецепт, – зазвучал мелодичный голос Аллиама, повторяя прошлый диалог слово в слово. – Очень помогает успокоить разум…

Я сделала дерганое движение, делая вид, что тянусь за салфеткой, отчего мой локоть задел носик пузатого фарфорового чайника. Тот описал в воздухе короткую дугу и разбился о каменный пол с печальным, пронзительным звоном. Тёмный отвар растекался лужей, стремительно впитываясь в пористый песчаник.

– Ой, прости, Аллиам, я сегодня такая неловкая! – истерично вскрикнула я с почти настоящим испугом.

Я прикрыла ладонью рот, широко раскрыв глаза в преувеличенном, комичном ужасе.

– Боже правый! Что я наделала! Я испортила твой прекрасный сервиз! Я просто в ужасе, я сегодня совершенно рассеянная!

Я отыгрывала эту роль на пределе возможностей – смущённая, виноватая, слегка истеричная и неуклюжая девица, с которой вечно случаются катастрофы. И точно ничего хорошего.

Краем глаза я наблюдала за его лицом, жадно ловя малейшую тень эмоций. Его безупречная улыбка застыла, стала неподвижной, точно нарисованная на фарфоре. В самой глубине изумрудных глаз мелькнула быстрая, точно бросок кобры, искра ярости и брезгливости. Правильное сравнение – змеёныш.

Впрочем, в следующее же мгновение эта жгучая неприязнь была успешно подавлена. Скрыта под толстым слоем безупречной, ледяной маски эльфийской учтивости.

– Ничего страшного, – ровно произнёс он, но его голос потерял каплю меда, став чуть более отстранённым. – Пустяки. К сожалению, это был весь чай… Но в наших чашках ещё осталось, – он с лёгким, мученическим вздохом взял свою уцелевшую чашечку и сделал маленький, демонстративный глоток.

– Мне ужасно жаль, – громко всхлипнула я, продолжая свой моноспектакль.

Я определенно открыла в себе неожиданные актерские таланты, которые были достойны самого пристального внимания. Как минимум Оскара! А если кто-то из Академии считал иначе, то он явно ничего не смыслил в искусстве выживания.

Встав из-за стола, я слегка пошатнулась для пущего правдоподобия. И наклонилась вперед, прямо к нему.

– Я… я хотела тебе кое-что рассказать. Можно… на ушко? Только шепотом?

Эльф удивился и нахмурился.

Мой запрос балансировал на грани оскорбления. Прикасаться к острым ушам эльфа, тем более приближать к ним свои губы, обдавая их горячим дыханием, дозволялось лишь самым близким родственникам или супругам. Это была самая чувствительная, почти сакральная зона.

– Это очень-очень важно, – прошептала я, позволив своему голосу натурально задрожать. И в нём звучала совершенно не наигранная дрожь – это было эхо моей недавней агонии. И нынешней ярости. – Я недавно побывала в тех подземельях под Южной башней… И там… там…

– Что там? – парень не удержался и сам подался навстречу, нарушая дистанцию. Его любопытство перевесило врожденную эльфийскую осторожность. – Что вы там видели, Агнесса?

– НИ-ЧЕ-ГО! – рявкнула я прямо ему в лицо, растягивая слово, представляя канат из его нервов. – Представляешь?! Не дошла даже до первого поворота! Только темные, склизкие стены. А я, как назло, панически боюсь темноты! Чтобы я еще хоть раз туда сунулась? Да ни в жисть! Лучше тебе вообще об этом не знать!

Последнюю фразу я прошипела уже сквозь сжатые зубы. И прежде чем этот идеальный «плюшевый мишка» успел отреагировать на мой словесный бред, я схватила свою чашку и резко выплеснула всё её отравленное содержимое ему прямо в лицо.

Горячая жидкость с плеском окатила его идеальные аристократические черты, мгновенно смывая с них маску доброты. Золотистые капли закапали с длинных светлых ресниц, потекли по скулам, и, что самое главное – несколько капель попало на его полуоткрытые в шоковом удивлении рот.

Впервые за весь этот попаданческий кошмар я искренне и злорадно надеялась, что противоядия в кармане у него прямо сейчас не припасено.

С волками жить – по-волчьи выть, Ваше Остроухое Величество.

Я отскочила от стола, всплеснув руками в комичном, карикатурном ужасе.

– Ох! Что это опять со мной?! Я себя сегодня просто не узнаю! Наверное, я и правда слишком переутомилась после лекций. Мне нужно срочно отдохнуть. Прям очень срочно-срочно! Не провожай, я дорогу до выхода прекрасно помню!

Он сидел совершенно неподвижно. Абсолютно обескураженный, ослепленный, с отравленным чаем, капающим с подбородка на дорогую, безупречную униформу Дома Земли. Шок эльфа был настолько глубоким, что даже его хваленый самоконтроль дал капитальный сбой.

Вероятно, подобное происходило с ним впервые в жизни. Жертва не падала в обморок от его улыбки, не ловила доверчиво каждое слово, не умирала тихо в кресле, а с криком плеснула ядом в его ангельскую физиономию. Как она вообще осмелилась?!

– Ко-неч-но, – наконец выдавил он по слогам. Его потемневший взгляд был расфокусирован и прикован к растекающейся луже на столе. – Отдыхайте, леди Агнесса. Искренне надеюсь, что вам станет… лучше.

– Я тоже на это очень надеюсь! – звонко бросила я через плечо.

И почти вприпрыжку бросилась вон из душной оранжереи, ни разу не оглядываясь, пока он не пришёл в себя и не потянулся за ядовитыми лианами.

По спине под мантией струился ледяной пот, ладони нещадно дрожали от переизбытка адреналина. Я только что потратила одну из своих жизней. Осталось всего две перезагрузки.

Коварный эльфийский маньяк! Как же я так глупо потеряла бдительность? Чёрт бы побрал всех этих остроухих с их сладкими, ядовитыми улыбками!

Я почти выскочила на главную аллею Академии, ещё до конца не придя в себя от пережитого, как вдруг прямо передо мной, точно соткавшись из вечернего воздуха, возник...