Текст книги "Хозяин оков XVI (СИ)"

Автор книги: Павел Матисов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

– Занятно…

Караван встал в очередь на проверку возле входных врат в Нидал-Турул. Эльфийская бюрократия оказалась поистине невыносимой! На одного гостя они тратили по несколько часов. Солнечные гады словно специально тянули время. Может, в этом и крылась задумка: отвадить посетителей от Белых Пещер.

Мы простояли в очереди более суток. И вскоре узнали, что самое худшее еще впереди. Нас досконально проверили, полностью обыскали и допросили. Солнечные эльфы глядели на нас словно на биомусор. На вопросы не отвечали, намеки на взятки игнорировали. Делали свою работу с видом, будто им приходится возиться с мерзкими насекомыми.

На Дзартен порой косились. Ночных эльфов здесь не жаловали. Но Кшанти ходила в ошейнике в статусе раба, так что такое положение Солнечных устраивало.

– Зачем вы притащили в благочестивый Нидал-Турул эти мерзкие создания? – вопросил один из инспекторов, поморщившись.

– Люди не настолько и мерзкие…

– Речь о гоблинах.

– Ах, гоблины! Прекрасные работники. Трудолюбивые и исполнительные. Я слышал, что в Белых Пещерах пользуются спросом рабы Земляные эльфы. Это так?

– Допустим.

– Глубинные Гоблины могут делать ту же самую работу: прокладывать шахты, рыть тоннели и копать подземные жилища! При этом они неприхотливы и просты в обслуживании, да и стоят заметно дешевле. Попробуй излови Земляных эльфов в Сумеречном Лесу!

– Ваши доводы звучат отчасти разумно. Начальство вынесет вердикт насчет вашего пребывания в Белых Пещерах. Ожидайте в транзитной зоне, – кивнул напыщенный Солнечный инспектор.

Транзитная зона выглядела как огороженный высокими каменными стенами закуток с кабаками, постоялым двором и несколькими лавками. Всюду заправляли Солнечные эльфы. Цены здесь были в несколько раз выше стандартных, так что лопоухие драли втридорога. Охотно зарабатывали на гостях, ожидающих вердикта командиров.

Лишь ближе к вечеру к нашей стоянке вышел чопорный Солнечный инспектор:

– В допуске в Белые Пещеры каравану лицензированного работорговца Кхорна Мьярдоша отказано. У вас есть трое суток, чтобы покинуть транзитную зону.

– Что? Какова причина отказа? – вопросил я.

Однако ушастый не посчитал нужным объясниться. При этом сразу нас из города не изгоняли. Давали возможность потратить свое золото в транзитной зоне, а оно улетало здесь семимильными шагами. Меня, правда, подобные мелкие расходы не сильно волновали, но все равно столь презрительное отношение и несправедливость уязвили честолюбивую душу купца Мьярдоша.

Мы остановились на постоялом дворе, чтобы передохнуть и решить, что делать дальше. В Белые Пещеры доступ каравану оставался закрыт.

– Ксарг их дери! Сжечь всех Солнечных, во славу огня! – бушевала Ниуру. – Меня уже достали бесконечные проверки и хмурые рожи. Смотрят на нас как на гурдьи лепехи! А кухня Солнечных – полная лажа! Мох, грибы, улитки и слизни!

– А мне понравилось рагу из слизней… – заметила Ульдантэ равнодушно.

– Да и грибная настойка ничего, – утер я следы выпивки. – Не грибной эль Фарилеха, но пещерные эльфы знают толк в хорошем пойле!

– В любом случае мы не можем бесконечно тут сидеть, – заявила Дзартен. – У тебя есть план?

– Золото – ключ к любым вратам! – усмехнулся я. – Надо только найти нужный замок…

Весь следующий день я провел, бегая по инстанциям и пытаясь достучаться до разных инспекторов. Заводил вежливые беседы, намекал и открыто предлагал взятки. И один раз Солнечный эльф по имени Ууринго даже взял мое золото, не меняя выражения лица. Однако в Пещеры нас так и не пропустили. Солнечный кидала нашелся!

Эльф перестал выходить на связь, так что вернуть золото назад или как-то отомстить я не мог. Средства потихоньку таяли. Я же не думал, что надо брать с собой целое состояние, лишь бы проникнуть в Пещеры. Золото утекало словно вода сквозь пальцы.

От нечего делать я даже зачаровал горнопроходческий артефакт и поставил в одном укромном местечке. Магическое устройство достаточно споро разрушало связи в каменной кладке стены, при этом не привлекая внимания. Слишком слабым было воздействие, так что магический фон оставался в пределах нормы.

Конечно, если артефакт обнаружат, нам придется худо, но и сидеть без дела в каменном мешке я физически не мог.

Правда, даже если мы переберемся из закрытной транзитной зоны в город, не факт, что долго там продержимся. Без специального пропуска нас схватит первый же патруль.

Но я рассчитывал каким-то образом раздобыть купеческую лицензию для Белых Пещер. Не все ж такие кидалы как Ууринго. Должны найтись и благопристойные честные Солнечные эльфы, ценящие культуру взяточничества, кумовства откатов и лоббизма. Которые держат свое слово.

К счастью, редкое событие подарило нам шанс проявить себя. Черный Штард показался на небосклоне. Не думал, что буду когда-нибудь приветствовать Гиблую Ночь и болеть за мертвяков!

Глава 18

Ожидание в транзитной зоне не прошло даром. От нечего делать я зачаровал горнопроходческий артефакт и поставил в одном укромном местечке. В глухом закутке, где таверна примыкала к крепостной стене.

Магическое устройство достаточно споро разрушало связи в каменной кладке стены, при этом не привлекая внимания. Слишком слабым было воздействие, так что магический фон оставался в пределах нормы.

Конечно, если артефакт обнаружат, нас могут вычислить, но и сидеть без дела в каменном мешке я физически не мог. Необходимо хоть что-то предпринять.

Правда, даже если мы переберемся из закрытной транзитной зоны в город, не факт, что долго там продержимся. Без специального пропуска нас схватит первый же патруль.

Но я рассчитывал каким-то образом раздобыть купеческую лицензию для Белых Пещер. Не все ж такие кидалы как Ууринго. Должны найтись и пристойные честные Солнечные эльфы, ценящие благородную культуру взяточничества, кумовства, откатов и лоббизма. Те, кто верен данному слову.

Либо отправить ночью диверсанта, чья аура будет под Туманным Скрытом. Здание Солнечной Инспекции располагалось как раз поблизости – по ту сторону стены. Жаль, что Безликих эльфов мы с собой не захватили. Но и так можно попробовать прокрасться.

Гиблая Ночь – отличный вариант для тайной вылазки. Купеческие пропуска Белых Пещер выглядели как серебряные и золотые жетоны в зависимости от репутации торговца. Золотые давали право прохода в самые дальние поселения. Серебряные – только в несколько ближайших подземных городов.

Разумеется, мы хотели заполучить в свои руки сразу золотой пропуск. Далеко не факт, что нам удастся подделать записи в инспекции и внести туда свои данные. То есть, пропуск-то мы в теории могли выкрасть, а вот базу данных подделать вряд ли.

К счастью для нас на Тардисе не существовало беспроводной связи и интернета. Любой патруль, досматривающий нас, удовлетворится наличием золотого жетона. Только если кто-то дотошный попадется и подаст запрос в канцелярию инспекторов, тогда могут вскрыть обман. В общем, много спорных нюансов, из-за которого мероприятие могло пойти крахом, однако сидеть сложа руки и ждать дождя в Пустошах – не в духе благородного спасителя угнетаемых эльфов Хорана Мрадиша.

– Славная ночка! – произнес я с усмешкой союзникам. – Ждем подходящего момента и отправляем диверсанта. Лия, ты справишься с задачей?

Конунг Арьяджи сухо кивнула.

– Превосходно. Я наложу на тебя полный Скрыт и спрячу ауру от магического чутья. Используй свою древесную броню для маскировки. В ней тебя эльфы не узнают. Твоя задача – прокрасться в здание канцелярии испекторов и выкрасть золотой пропуск, не подняв шума. Желательно сделать так, чтобы пропажу не заметили.

– Будет исполнено.

– Остальным: помогаем отражать натиск упырей на стенах, соблюдаем закон Гиблой Ночи. Главное, не бейте в полную силу, – напомнил я. – На вас маскировка Скрыта. Сами в курсе, каким рангом вас видят со стороны – такую силу и демонстрируйте. Особенно рядовой Ниуру!

– Че сразу Ниуру? И какого ксарга я рядовой, во славу огня⁈

– Не умеешь ты сдерживаться, моя пылкая женушка. Так и быть: повысим тебя с рядового до десятника!

Красная закономерно не согласилась со столь низким званием, но хотя бы мой наказ запомнила.

Каменный мешок транзитной зоны слегка выдавался вперед в сравнении с другими участками городской стены. Словно прыщ на чистой эльфийской заднице. Возможно, так сделали специально, чтобы мертвяки лезли в первую очередь сюда. Упыри ведь шли по пути наименьшего сопротивления. Где ближе чуяли мясо – туда и неслись.

Но в любом случае Нидал-Турул имел достаточно длинную крепостную стену, раскинувшуюся полукругом вдоль подножия горной вершины. Упыри будут штурмовать стену на всем протяжении. Где-то меньше, где-то больше. Нам необходимо продержаться и не вызвать лишних подозрений.

Я изображал неодаренного торговца, так что на стены не лез – отправил подчиненных помогать с нечистью. Некоторые упыри были довольно проворными. Либо цеплялись за малейшие выемки в стенах, либо их когти были настолько острыми, что они могли втыкать их даже в камень. Сравнимые с зачарованной сталью.

Постепенно ночь заполнилась ревом упырей, лязгом оружия, звоном доспехов и глухими разрывами заклинаний. Я ждал подходящего момента, когда можно будет деактивировать артефакт. Горнопроходческая сеть вносила последние штрихи. Осталось буквально несколько сантиметров кладки. Ее можно разрушить одним хорошим ударом, но следовало все проделать тихо.

Купеческие караваны направили охрану на стены для защиты транзитной зоны. Эльфы-защитники оставили свои посты на них, допустив на укрепления. Если бы я знал, что почти все наблюдатели свалят, может и не стал бы возиться с подкопом. Лиетарис смогла бы перебраться через стену, используя свою ловкость и грацию Воительницы. В сгустившемся сумраке ее бы вряд ли заметили.

Но раз уж решили использовать пролом в стене – будем действовать согласно плану.

Гиблую Ночь украшало дикое рычание восставших из небытья монстров, изредка прорезались крики раненых и стоны умирающих. Напряжение на стенах возрастало, как мне показалось.

Союзники свой участок стены держали спокойно, а вот на остальных участках упыри напирали.

– Что-то нечисто, – заметила вернувшаяся с разведки Лиетарис. – Я проверила ситуацию на стенах рядом с транзитной зоной. Чем ближе к нам, тем больше концентрация мертвяков. Как будто их сюда что-то притягивает.

– Хм-м, – нахмурился я.

– Спасайтесь! – раздался отчаянный выкрик одной из купчих, которая, как и мы, не сумела сразу въехать на территорию Солнечных эльфов. – Пустите меня в город! Я заплачу полновесным золотом! Заберите гурдов, только впустите внутрь!

– Старая, ты че орешь, как оглашенная, – обратился я к немолодой женщине, за которой следовал караван из навьюченных гурдов и парой телег. – Защитники справятся. Не первая Гиблая Ночь и не последняя.

– Ты ничего не знаешь о Нидал-Турул. Эльфы оставили нас в транзитной зоне на убой! Мертвяки сожрут всех до единого!

Я не стал продолжать беседу с явно неадеватной дамочкой, но сказанное взял на заметку. Купчиха соглашалась отдать все свои драговенности, золото и товары, лишь бы ее пустили в город. Она явно что-то знала или о чем-то догадывалась. Солнечные эльфы были теми еще расистами в отношении людей, считая нас скотом или даже чем-то похуже.

Доклад Лиетарис тоже не выходил у меня из головы. Укрывшись в глухом местечке, я нарушил свою маскировку и воспользовался магией. Сформировал сразу несколько Магических Линз и внимательно осмотрелся. Чутье подсказывало, что не все так просто с Гиблой Ночью, однако чувствительности мне не хватало, поэтому пришлось прибегнуть к специализированным плетениям.

Магические Линзы подтвердили догадки. В глубине Нидал-Турул пульсировали некие Темные эманации. Отчасти это напомнило мне о Черном Сердце, но лишь отчасти. Я сомневался в том, что феномен имеет схожую природу. Скорее всего, это приманка для упырей. Мертвяки благодаря ней слетались в одно конкретное место. Не все, но большая часть.

Находилась слабо пульсирующая приманка где-то в районе здания инспеции. Точнее сказать было сложно из-за помех, да и план города мы не знали досконально.

– Тварей лезет все больше! Мы не успеваем их сжигать! – донесся до меня крик Ниуру.

Упыри стройными рядами штурмовали стены транзитной зоны, грозя перебраться на ту сторону и похоронить всех присутствующих. Хозяева таверны и разных лавок втихую свалили отсюда. Солнечных эльфов вывели из опасной зоны. Очевидно, горожане действовали согласно заранее оговоренному плану. Все знали о том, как действовать во время Гиблой Ночи.

В голове вдруг щелкнуло. План созрел в одно мгновение. Придется скорректировать схему действий.

– Вот мрази Солнечные! – сплюнул я. – Решили натравить мертвяков на гостей в транзитной зоне. Как у нас говорят: не рой яму другому – самого в ней закопают…

[Ууринго]

Гиблая Ночь не застала эльфов врасплох. Солнечные действовали согласно стандартным протоколам. В Нидал-Турул хранился древний артефакт, о котором знали очень немногие даже среди знатных жителей. Ууринго как старший инспектор был в курсе артефакта. Не знал, где он точно хранится и как конкретно работает, но представлял, для чего применяется.

Артефакт приманивал к себе диких восставших мертвяков. Они слетались на зов словно мотельки на огонь. Когда-то с его помощью пытались заманивать упырей в специальные ловушки, но затем Солнечные эльфы изменили подход.

Выстроили особую транзитную зону, в которой содержались гости и купцы, желающие въехать в Белые Пещеры – богатое подземное королевство, куда желали попасть многие. Эльфы пускали лишь избранных. Остальные вольны были тратить накопленное золото во внешнем контуре.

Гиблая Ночь – время, когда никакие подготовки и прогнозы не помогали. Ты мог выстраивать самые мощные и высокие укрепления, однако твари все равно проникали внутрь, обходили или перелезали. Некоторые мертвяки обладали настолько острыми когтями, что прорезали ходы даже в камне. Проникали сквозь городские стены, врывались в дома беззащитных эльфов и поедали живьем.

Стихия Света хорошо уничтожала упырей, но Гиблая Ночь все равно уносила жизни защитников Нидал-Турул. И тогда умные правители города решили переложить знамя борьбы с упырями на гостей города.

Раз они столь остро жаждали заслужить поощрение от Белых Пещер, им давался уникальный шанс проявить себя. Лучших даже иногда награждали золотым пропуском. Если кто-то выживал в бойне, конечно.

Запертые в транзитной зоне людишки сражались отчаянно, не щадя живота своего. Порой им удавалось выстоять, но чаще мертвяки брали верх. Довершали разгром упырей приходившие позднее Солнечные стражи.

Погибших людишек Ууринго было не жаль. Все равно плоскоухие долго не живут. Какая им разница помрут они сегодня или завтра? Мир ничего от этого не потеряет. А людишки новых нарожают. Плодились они со скоростью гоблинов. Если их не прорежать иногда, не выпалывать сорняки, людишки заполонят все материки, и даже Белые Пещеры с Сумеречным Лесом не выстоят.

Так что пускать кровь иногда полезно. Справятся они с мертвяками – хорошо, нет – тоже неплохо. Меньше надоедливых гостей Белых Пещер – меньше мороки для инспекторов.

Ууринго частенько пользовался своим служебным положением, взимая плату с доверчивых людишек. Достаточно пообещать им, что ты попробуешь решить вопрос, и они тут же расставались с золотишком. Ууринго их даже и не обманывал особо. Он пробовал замолвить словечко, но результат в подавляющем числе случаев оказывался негативным.

Солнечный эльф оставался до последнего, разбираясь с делами новоприбывших. Возился с делами и дописывал отчеты. В этом плане Ууринго был крайне дотошным и педантичным эльфом.

– Ууринго, ты идешь? – поторопил его один из напарников. – Канцелярию тоже эвакуируют. Ты же знаешь, что скоро в транзитной зоне станет жарко.

– Уже иду. Артефакт запустили?

– А ты как думаешь? Поторопись!

Коллега оставил Ууринго и двинулся на выход. Эльф не стал задерживаться. Забросил дела в металлический шкаф и запер на замок. Бывали случаи, когда нежить прорывалась через баррикады и достигала здания канцелярии. Ведь именно сюда ее и приманивали. Сотрудники и инспекторы привыкли к эвакуациям.

Ууринго не обладал магическими силами и не славился навыками бойца. У инспекторов имелся законный отвод от участия в Гиблой Ночи. С упырями расправлялись другие. Инспектора же заманивали и держали в транзитной зоне людишек, так что их работа тоже имела значение.

Солнечный инспектор покинул здание. Стояла глухая ночь. Наверху нависал Черный Штард, едва видимый на небосклоне даже острым эльфийским взглядом. Уличный мрак разгоняла парочка жалких магических светильников. Сколько уж Ууринго ругался в администрацию города, но чиновники так и не сподобились улучшить освещение.

Стража постепенно подтягивалась к стенам возле транзитной зоны, готовясь перехватить упырей, которые прорвутся через заслон из живого человеческого мясного щита.

– На этот раз отличный улов собрался, не правда ли, Ууринго? – заметила чопорная инспекторша-эльфийка. – Семь караванов, шесть делегаций и несколько десятков переселенцев.

– Поработали на славу, – кивнул эльф.

– Как думаешь, выживет кто-либо из них?

– Судя по крикам – вряд ли, – прислушался Ууринго. – Главное, чтобы Мьярдоша сожрали. Додумался же гоблинов сюда притащить. Ужасно настырный тип, без капли уважения к эльфам!

– Как и все людишки, – фыркнула Солнечная эльфийка. – Пойдем отсюда. Похоже, они уже столпились у врат, а значит дело движется к развязке…

– Точно…

Ууринго покрепче прижал портфель с документами и поправил ножны с коротким зачарованным клинком на поясе. Хоть он и храбрился, но находиться здесь в подобной ситуации было страшно. Стража могла пропустить ушлых мертвяков мимо себя, а встретиться ночью на улице с упырем инспектор не желал.

Они двинулись по улице прочь от канцелярии. Но в какой-то момент чуткий слух эльфа уловил странный скрежет. Как будто кто-то скребся о камень.

– Слышишь? – остановился он на секунду.

Обостренный слух сыграл с эльфом злую шутку. В противном случае Ууринго бы пошел дальше, однако любопытство заставило его притормозить.

Скрежет сменился приглушенным хлопком. Посыпались камни со стороны основания мощной и высокой крепостной стены, которая разделяла внутренний город от транзитной зоны.

Мелькнула бледная тень. Ууринго разглядел силуэт в странных доспехах, которые как будто бы напоминали кору дерева и лианы. Детали в полумраке даже острое эльфийское зрение рассмотреть не дало. Неизвестный на большой скорости ушел в сторону и скрылся за одним из уличных прилавков, словно бы его и не было.

А затем случилось ужасное: из глухого закутка стены повалили упыри. Мертвяки неслись сплошным потоком. Коллега отчаянно закричала и побежала прочь.

– Стража! – рявкнул Ууринго и обнажил клинок.

Руки его дрожали. Солнечный эльф попятился в сторону сбежавшей коллеги. Как эльф он обязан был защитить эльфийку. Да и разумом он сразу отметил, что вряд ли успеет скрыться.

Упыри бежали намного быстрее него. Некоторые твари неслись на четырех конечностях. Были они раньше зверьми или людьми при этом не имело значения. Штард создавал поистине чудовищные образы. В город словно бы явилась сама смерть.

– Прорыв в стене! – раздались крики сверху.

Несколько Лучей Света ударили со стороны защитников города. Однако прорвавшаяся на улицы орда мертвяков была настолько обширна, что замедлить ее солдатам и одаренным не удалось.

Ууринго быстро отступал, но один из упырей его нагнал. Судя по всему, существо раньше было человеком, либо эльфом. Уши монстра сгнили, так что сложно было сказать точно. В этом заключалась своеобразная ирония: смерть уравнивала что Солнечных эльфов, что жалких короткоживущих людишек.

Ууринго отчаянно махнул клинком. Удар вышел хорошим. Зачарованная сталь вошла от плеча и прорезала плоть почти через весь торс. Вот только опытный боец с упырями бы знал, что следует рубить голову, конечности или целить в темный осколок. Нанесенная им рана бы убила живого, но мертвяк еще представлял опасность.

Монстр навис над эльфом и махнул когтистой рукой. Горло Ууринго обожгло острой болью. Что-то мокрое полилось на его изысканный кафтан и белую рубашку. Кровь брызнула фонтаном.

Сопротивление Ууринго иссякло. Эльф повалился спиной на мостовую, схватившись за пробитое горло руками. Сверху его придавил подраненный им же упырь.

Краем глаза Ууринго увидел движение в ночи. Тот самый силуэт, что проник через пролом в стене первым! Инспектор осознал, что неизвестным являлся не мертвяк, а некто разумный. Тот, кто провел упырей через проход. А может и сам проделал дыру в крепостной стене!

Ууринго попытался крикнуть, чтобы привлечь внимание стражи, однако издал лишь невнятный хрип. Никто кроме него не заметил вторгшийся через пролом древесный силуэт. Предупредить о вторжении он не сумел.

Широкие челюсти звериного упыря распахнулись и поглотили Ууринго. Тварь пожрала скальп инспектора, содрав волосы и одно из длинных ушей. Кричать эльф не мог, так что только булькал от боли, животного ужаса и обиды на несправедливость этого мира.

Один из других шустрых мертвяков все-таки нагнал его коллегу дальше по улице. Пронзительный крик эльфийки оборвался резко. Послышался хруст перемалываемых костей. Твари лакомились добычей.

Ууринго еще долго оставался в сознании, испытывая неимоверные муки. Мертвяки разбрелись по улицам города в поисках добычи. Часть сражалась со стражей, часть проникла в дома, некоторые отправились прямиком в канцелярию, привлеченные древним темным артефактом.

Лишь двое остались доедать добычу в лице инспектора Солнечных эльфов. В конце концов сознание покинуло измученное тело Ууринго, погрузившись во тьму. Душа инспектора отравилась в Колесо Перерождения. Гиблая Ночь собирала свою кровавую жатву.