Текст книги "Гори ярко (ЛП)"

Автор книги: Патриция Бриггз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

– Он ничего не мог сделать, – горячо возразила Анна, не в силах вынести нападок на Бойда. Бойд помог ей освободиться от стаи Чикаго, благодаря ему она встретила Чарльза. – Лео был его альфой и держал всех под контролем. Бойд не настолько доминантный, чтобы бросить ему вызов или ослушаться прямого приказа. Бойд защищал тех, кого мог. Если бы его не было, случилось бы ещё больше плохого с теми, кто не мог защитить себя сам.

– Ты действительно в это веришь, – удивленно проговорил Чарльз. – Это хорошо. – Он вздохнул и уставился взглядом куда-то в темноту за окном. Ещё одна машина въехала на подъездную дорожку маррока, все члены стаи собирались. То, что они приехали сюда, а не разъехались по домам, говорило о том, что все обеспокоены смертью Эстер.

Вышедшие из машин волки старательно отводили взгляды от пикапа.

Чарльз заговорил, когда они снова остались в темноте одни.

– Иногда я думаю, что ты можешь быть права. Но в основном я считаю, что любой доминант должен защищать тех, кто не может защитить себя сам. Думаю, Бойд смотрит на вещи точно так же.

Если честно, Анна перестала думать о своей первой стае очень давно. И судя по голосу Чарльза только она смогла забыть. Она хмыкнула, повторив звук, который издал Чарльз ранее.

– Доминантный волк защищает стаю ценой своей жизни, Анна, – сказал Чарльз. – От любого врага. Если он считал, что не справится с Лео, то мог позвонить моему отцу. Бойд мог позвонить в любой момент.

– Он не мог ослушаться Лео, – упрямо повторила Анна, она видела, как он пытался. – Лео запретил.

– Его волк не мог ослушаться прямого приказа, – согласился Чарльз настолько мягко, что Анна вздрогнула, хотя он обращался не к ней. Но она знала этот мягкий тон.

Чарльз закрыл глаза и глубоко вздохнул. Когда заговорил снова, тон, наводивший ужас, отступил, и его взгляд посветлел.

– Мы не просто волки, Анна, – сказал он. – Бойд – ещё и человек, и человек должен быть главным. Он мог ослушаться, заглушив своего волка. Это было бы трудно, но он не новообращённый оборотень. Он мог это сделать. Просто не пытался.

Анна прикусила губу. Бойд мог вмешаться раньше? Неужели это что-то меняло? Нет, подумала она с некоторым облегчением. Она тоже могла кое-что сделать, если бы только знала, что именно. Когда она вступила в стаю Брана, то поняла, что все способности в мире не помогут, если не знаешь, как ими пользоваться.

– Теперь он знает, что к чему, – продолжил её муж с низким рычанием, словно читая ее мысли.

– Чарльз? – огорченно спросила Анна. Чарльз не очень умел быть тактичным. У нее остались шрамы от жизни в стае Лео, но и для остальных это не было прогулкой. Бойд был почти так же сломлен, как и она, хотя этого тогда не понимала. Чарлзу не стоило говорить Бойду, что он подвёл свою стаю.

– Не я, – признался Чарльз. – Отец. Бран натаскал его, а затем поставил Бойда во главе стаи. Бойд был недостаточно силён, чтобы контролировать территорию, особенно учитывая, насколько стая ослаблена. Но отец решил, что Бойд быстрее придет в себя, если ненадолго станет вожаком стаи. И отец оказался прав. – Его телефон уже давно перестал звонить. – Как выяснилось, Бойд оправдал ожидания, и отец оставил его во главе стаи.

– Звучит… странно, – недоуменно сказала Анна. – Бран всегда считает, что благо многих перевешивает благо одного.

Чарльз мрачно усмехнулся.

– Мы тоже подвели ту стаю. Подвели тебя. Я или отец должны были заметить все раньше, но не заметили. Оглядываясь назад, мы оба отмечали странности, которые должны были проверить, но не проверили. Бойд мог сломаться под тяжестью своей неспособности защитить стаю от собственного альфы, но отец дал ему возможность отработать свою вину действиями. Бойд должен знать, что он может позаботиться о своей стае, что он стал лучше. – Чарльз сжал губы и задумчиво добавил: – Я ничуть не сомневаюсь, что Бойд Гамильтон больше никогда не будет стоять в стороне, пока кого-то обижают.

Но как заметила Анна, это не мешало ее мужу до сих пор на него злиться.

– Итак, – спросил Чарльз бодрым тоном, – ты собираешься наказать его, заставив говорить о том, как он тебя подвёл? Или позволишь ему поговорить со мной об этом?

Она бросила на него понимающий взгляд.

– Что для него лучше?

– Ты заставишь его чувствовать себя виноватым. Я же только разозлю.

Анна рассмеялась – и смех этот был лишь слегка натянутым. Она должна бы настоять на своём, но ей не очень хотелось вести этот разговор.

– Ладно, – уступила она. – Действуй.

И она оставила его одного в пикапе, чтобы он сделал звонок там, где она не могла бы его подслушать.

* * *

Бойд ответил, как только Чарльз перезвонил.

– Гамильтон, – сказал он, и в голосе его слышалась настороженность.

– Ты знаешь, кто наш покойник? – спросил Чарльз, наблюдая за Анной, пока та не закрыла за собой входную дверь.

– Да, – быстро и с облегчением ответил Бойд. Он не был идиотом и, вероятно, ожидал, что станет разговаривать с Анной, даже если звонок с телефона Чарльза. – Его звали Райан Кейбл. Когда-то… на заре проблем Лео он привёл пятерых военных, чтобы их тайно обратили. Были намеки, хотя и не говорилось прямо, что они из спецназа. Только бывший бета – Харви Адлер – а также я, Джейсон и ещё несколько человек знали… – Он помолчал. – Думаю, из членов стаи, присутствовавших той ночью, в живых остался только я.

Чарльз подумал, что сейчас не стоит отклоняться от главной темы. В тоне Бойда звучало что-то, что говорило о том, что он предпочёл бы быть среди мёртвых.

– Райан Кейбл.

– Извини, – сказал Бойд без сожаления в голосе. – Пытаюсь вспомнить детали. Это было давно. Думаю, дело было в начале девяностых. Только началась война в Заливе, во всех нас кипел патриотизм. Лео сказал нам, что в армии есть люди, знающие об оборотнях, и один из них попросил у него помощи. Лео согласился, и его контакт прислал нам пятерых на обращение. Это было дело совершенно секретное, как с нашей стороны, так и с их.

Братец волк недовольно заворчал. Именно такие ситуации и вынудили Брана вывести оборотней на публику. Шантаж теперь был бесполезен.

Бойд тихо застонал.

– Поверь, я знаю. Но до того момента Лео был хорошим альфой. Только оглядываясь назад, я понимаю, что он уже тогда начинал меняться, и это, вероятно, стало поворотным моментом. Все мы иногда нарушаем правила. Все. – Это означало, что и сам Бойд ошибался. – Лео сказал, что это необходимо для военных действий, и мы чувствовали, что он говорит правду.

– Не все пятеро выжили, – подсказал Чарльз.

Возможно, Бран смог бы обратить пятерых людей, так чтобы они выжили, хотя Чарльз знал, что тот никогда бы этого не сделал. Запрещено обращать кого-то против воли. Чаще всего человек, который не мог бороться за свою жизнь в процессе обращения, не выживал и в качестве оборотня.

– Я их предупреждал и отговаривал, – сказал Бойд, – но Харви в красках описал им, что значит обратить человека в оборотня. Несколько из них выглядели довольно напуганными, но все они согласились продолжить. – Он помолчал. – Интересно теперь, что было бы, если бы они отказались. Если дело было совершенно секретным, возможно, их бы убили, попытайся они отказаться. Так или иначе, только Кейбл выжил при обращении. Лео и Харви передали мертвецов и Кейбла тем кураторам. Я помню, что Харви не понравились эти люди. Он сомневался, что они военные. Лео сказал Харви что-то, что его успокоило, но я не знаю, что именно.

– Думаешь, Лео получил за это деньги?

– Я более чем уверен, – ответил Бойд. – Последние несколько лет мы изучали старые бухгалтерские книги. Бран попросил нас поискать имена людей, которые платили Лео за то, что мы не могли подтвердить как законные расходы. Лео взял пятьдесят тысяч авансом и ещё двадцать после того, как мы передали Кейбла. В своих заметках он жаловался, потому что рассчитывал получить ещё восемьдесят. По тридцать тысяч за каждого успешно обращённого оборотня. Но треть аванса у нас осталась в любом случае. Я отправил финансовые файлы и опросы членов стаи – всё, что мы собрали о деятельности Лео – Брану, когда он попросил меня об этом. Около месяца назад.

Повисло молчание, пока Чарльз переваривал не только слова Бойда. Его отец попросил стаю Чикаго прислать ему их файлы, но эта информация так и не дошла до Чарльза, который всегда занимался всеми финансами стаи, за исключением шестимесячного периода в прошлом году, когда их взяла на себя Лия.

Тогда Лия потеряла кучу их денег. Почти двадцать процентов их чистого капитала. Чарльзу потребовалось две недели, чтобы восполнить потерю. Хотя это не было соревнованием.

– Когда твой отец попросил нас отправить информацию ему, – продолжил Бойд, верно истолковав молчание Чарльза, – он сказал, что собирает все сведения и подключит тебя, как только появится цель, на которую можно тебя нацелить. Кажется, он думал, будто ты всё ещё злишься из-за Лео и того, что тот сделал с Анной. Бран не хотел, чтобы ты отправился убивать, пока не будет уверен, что понял всю картину целиком.

– Понимаю, – пробормотал Чарльз. Бран не сообщил Бойду фактов, а лишь дал ему возможность прийти к собственным выводам. Чарльз почти не сомневался, что выводы были неверными. Интересно, почему отец не захотел показывать ему бухгалтерские книги.

– Я звонил Брану, прежде чем позвонить тебе, – нейтральным тоном заметил Бойд. – У него эти файлы.

– Маррок в отъезде, – осторожно ответил Чарльз. – Это информация ограниченного доступа и не должна выходить за пределы стаи.

– Понял. – Бойд задумчиво хмыкнул. – Хочешь, я отправлю тебе по электронной почте файл по этой сделке и все банковские данные, которые у нас на неё есть? А затем я вышлю весь этот ворох целиком с курьером и продублирую на диске. Если Кейбл умер на вашей территории, значит, у Брана больше нет времени всё раскладывать по полочкам.

– Я буду признателен за информацию, – сказал Чарльз, потому что Бойд прав. Он выследит того, кому отец передал эти файлы, и тогда ему не придётся тратить время на лишнюю работу, которую кто-то уже сделал. Но если он не сможет этого сделать, то, по крайней мере, посмотрит на файлы.

Где-то в этих файлах скрывался след к человеку, который заплатил за обращение Райана Кейбла. Проследить финансовый след той давности трудно, но если какой-то из номеров счетов совпадал с номером из его досье на правительство, то у него будет имя. Кто-то завербовал Кейбла и его мёртвых друзей, и имелся большой шанс, что это был тот же человек, который заплатил за его обращение.

– После того как Кейбла обратили, – продолжил Бойд, – тот, кто им управлял, использовал его как курьера. Он появлялся, встречался с Лео и на следующий день уезжал. Три или четыре раза в год. Достаточно часто, чтобы я помнил его в лицо и мог кивнуть при встрече, но не настолько часто, чтобы я помнил его имя. Если у нас и были настоящие разговоры, я их не помню. Я могу спросить у остальных выживших членов стаи и посмотреть, не сможем ли мы восстановить даты, когда именно он приезжал. Возможно, кто-то вспомнит о нём немного больше. В конце концов, Лео почти не обращал внимания на подчинённых волков. А они многое видели, что ему следовало бы скрывать.

– Я был бы благодарен за всё, что вы сможете найти, – сказал Чарльз.

– Я не знал Эстер, – добавил Бойд. – Но я слышал о её истории. Она умерла такой смертью… Я сделаю всё, что смогу.

Чарльз взял магический пистолет, из которого в него стреляли.

– Лео когда-нибудь работал с ведьмой?

– Пока я был в стае – нет, – без колебаний ответил Бойд.

– У него было оружие, особенно эффективное против других оборотней?

– Нет, – ответил Бойд, на этот раз медленнее, и голос его стал хриплым. – Кроме Джастина. Но я знаю о наркотике, который был разработан с использованием волков, которых Лео обратил и продал как подопытных кроликов.

Чарльз глубоко вздохнул и заставил братца волка осознать ситуацию, в которой оказался Бойд: постепенное стирание всех правил, пока всё, что оставалось членам той стаи – это цепляться за своего альфу, потому что идти им было некуда. Но братец волк всё равно считал, что Бойд должен был сделать больше. И, скорее всего, так же считал и сам Бойд.

Чарльз утешил его, как мог.

– Ты усвоил, чего не следует делать, – сказал он. – Учи других. Двигайся вперёд. Отступление назад никому не идёт на пользу.

– Как Анна? – с нетерпением спросил Бойд. В его голосе не было сексуального подтекста, просто он хотел знать, что ему удалось помочь Анне выбраться из того ада.

– Она хотела ответить на этот звонок, – с усмешкой отозвался Чарльз.

– Чёрт, – выругался Бойд, но затем рассмеялся. – В следующий раз позвоню на её телефон.

– Она будет рада тебя слышать, – сказал Чарльз и снова взглянул на колдовское оружие. – Я собираюсь отправить тебе фотографию ведьмовской пушки, которая оказалась достаточно эффективной против меня. – Он объяснил, как оружие к нему попало. – Возможно, кто-то из твоих подчинённых волков видел то, чего не видел ты.

Ведь Лео почти не обращал внимания на подчинённых волков. А они многое видели, что ему следовало бы скрывать.

– Я проверю, – теперь спокойней произнес Бойд. – Если они не знают, у них могут быть идеи, где искать. Я не припоминаю ничего о ведьмах. Но Харви чуял ведьму за сотню ярдов. – Бойд помедлил, затем медленно произнёс: – Возможно, Харви был прав той ночью, если ведьма была близко.

– Держи оружие в тайне, в пределах стаи. Я не хочу, чтобы все ведьмы планеты пытались выяснить, как убивать оборотней ради забавы и наживы.

– А как же смерть Эстер и нападение на стаю маррока?

Чарльз невесело рассмеялся.

– Я бы сохранил это в тайне, если бы мог, но подозреваю, что члены твоей стаи уже получают звонки от друзей и знакомых. Сохранять секреты стало труднее, чем пятьдесят лет назад.

– Я знаю, – с чувством согласился Бойд. – Я перезвоню, если услышу что-то интересное.

– Договорились. – Чарльз отключился. Он уже хотел выйти из машины, но остановился и снова взял телефон. – Отец, – сказал он, как только включилась голосовая почта. – Не знаю, в какую игру ты играешь, но давай я расскажу тебе, что случилось сегодня, со всеми важными деталями, которые мне известны.

Глава 6

Чувствуя себя неуверенно и неуютно, Анна вошла в дом Брана. Она хотела пойти в свой собственный дом, чтобы справиться с нахлынувшими воспоминаниями без посторонних. Несмотря на поздний час, в доме было шумно от множества голосов и пахло древесным дымом из камина. Еще по машинам снаружи она поняла, что все, видимо, решили собраться у маррока, вместо того чтобы разойтись по домам и лечь спать, как поступили бы разумные люди.

Даже зная, что ее ждет, она едва не развернулась и не ушла. Только мысль о том, что Чарльз решит, будто случилось нечто ужасное, заставила ее двигаться дальше.

Она задумалась, часто ли Брану хочется развернуться и уйти от всего этого? Скорее всего – да, потому что именно так он и поступил на этот раз.

Одна мысль о том, что Бран не вернется, оставит стаю и одичалых – да и вообще всех оборотней Северной Америки – на попечение Чарльза, едва не вызвала у нее приступ паники. Конечно же, он вернется. Он помешан на контроле. Бран ни за что не уйдет надолго.

Анне просто придется подождать до его возвращения, чтобы пойти в свой тихий дом.

В доме Брана всегда было многолюдно и шумно, только спальни и кабинет хозяина оставались укромными уголками. Анна знала, что в большинстве стай дом беты бывает почти таким же оживленным. Но большинство членов стаи, даже если они были опасны, боялись Чарльза. И только на этой неделе Анна по-настоящему оценила возможность иметь дом, который был убежищем, а не клубом для стаи.

Анна вошла в большую комнату, где собрались члены стаи. Все замолчали и уставились на нее, как только она переступила порог. Наверняка кто-то подслушал ее разговор с Чарльзом о мертвом оборотне, которого она знала когда-то. Они сложили два и два и получили четыре – она видела это по их лицам.

Все волки, включая Лию, готовы были броситься на защиту Анны. Отчасти это объяснялось тем, что она была омегой, но отчасти и тем, что они были ее друзьями и семьей. Жизнь бок о бок с оборотнями имела свои преимущества.

Проблема была в том, что Анне не нужна защита – разве что от них самих. Их беспокойство и то, что они знали о том, что она когда-то была жертвой, вынуждали ее снова испытывать чувства жертвы.

– Привет, Анна, – весело сказала Кара. Ее спасительница вышла из кухни с тарелкой, полной печенья с арахисовым маслом. – Мы с Лией испекли печенье.

По лицу подростка почти ничего нельзя прочитать, только был заметен насмешливый блеск в глазах. Кара, как самая младшая в стае, часто терпела чрезмерную опеку от окружающих.

– В холодильнике лежало тесто, но Лия сказала, что предпочитает печенье с арахисовым маслом.

Анна закатила глаза от тактики Лии. И тут же пожалела о своем поведении, отчасти потому, что поклялась себе не опускаться до уровня Лии. Но главным образом потому что Лия как раз в этот момент вошла в комнату и поймала ее с поличным.

Лия насмешливо приподняла бровь.

Анна покачала головой в ответ и взяла печенье с тарелки, потому что они вкусно пахли, она была голодна, а в глазах Кары появилась неуверенность. Каре нравилась Лия, но она прекрасно видела ее игру. И знала, что обычно Анна скорее посмеивается над ними, чем обижается.

В печенье не было шоколада, но оно все равно было вкусным. Особенно потому что небрежный разговор о печенье отвлек каждого оборотня в комнате от обсуждения того, что Анна стала жертвой.

– М-м-м, спасибо, – сказала Анна, и Кара с облегчением улыбнулась ей.

Подошел Тэг и взял печенье с тарелки Кары.

– Спасибо, милая, я возьму еще одно. Твое печенье всегда стоит того, чтобы зайти в гости еще раз. – Анна подумала, что он намеренно не уточнил, к кому обращено его ласковое обращение – к Лии или к Каре.

Он откусил большой кусок и посмотрел на Анну сверху вниз. Он был выше Чарльза, который и сам был очень высок, и весил фунтов на пятьдесят больше, чем ее супруг. Но самой примечательной деталью в нем были волосы. Ярко-рыжие космы свисали почти до пояса спутанными дредами. Пышная борода была на оттенок темнее, ниспадала на грудь такой массой, которой мог бы позавидовать участник группы «ZZ Top».

– Для протокола, – мягко сказал он легким тоном, который всегда казался таким неподходящим этому зверюге, – мы никому не позволим тебя обидеть.

И этими словами свел на нет отвлекающий маневр с разговорами про печенье с арахисовым маслом.

Тэг кивнул остальным в комнате, и раздалось тихое рычание, которое до того, как Анна стала оборотнем, ассоциировалось у неё с группами мужчин, наблюдающих за игрой любимой футбольной команды, когда судья принимает неверное решение. Сейдж сидела на спинке дивана у камина, она перестала жевать печенье и поморщилась.

Безмолвная поддержка Сейдж помогла Анне проглотить застрявший в горле кусок печенья и сказать с невинной серьезностью:

– Для протокола, Тэг. Я тоже не позволю никому тебя обидеть.

Мгновенно напряжение в комнате спало. Тэг распахнул глаза, его взгляд просветлел, пока он обдумывал, не оскорбила ли она его. Затем он откинул голову и расхохотался, словно койот.

Когда по всей комнате послышались смешки, Анна задумчиво оглядела присутствующих.

Эстер и Джонси были мертвы. Все нападавшие, ступившие на территорию стаи, погибли, но за теми людьми стояли большие деньги. Кто-то мог позволить себе вертолет.

А все в стае только и делали, что болтали об Анне и о том, что случилось с ней в стае Лео. Но все это было в прошлом. Она не была уверена, что это говорит об остальных, но точно знала, что хочет переключить их внимание на другую тему.

– Сейчас дело не во мне, – сказала она всем. – Дело в том, что кто-то явился на нашу территорию и убил Эстер, что напрямую привело к смерти ее пары. Возможно, мы убили тех, кто ступил на нашу землю, но они приложили немало усилий, чтобы забрать Эстер. Мы убили не всех. И мы не знаем, не вернутся ли другие.

– Нужно ли нам разослать предупреждение? – спросил Асил. – Всей стае в целом, но также и одичалым. Похоже, враги выбрали Эстер, потому что она жила в изоляции.

Асил знал о записке Джонси и искал предлог, чтобы отправиться и поговорить с одичалыми. Он обходил стороной правду о том, что ему было известно, используя уклончивые слова «может быть» и «похоже». Анна мысленно отметила, что нужно обращать внимание, когда Асил использует такие слова.

– Я думаю, что стоит предупредить одичалых, – сказала Анна прежде, чем Лия успела возразить. – Лучше зря поднять панику, чем потом сожалеть. Если случится второе нападение, мы будем готовы. Лия, ты знаешь всех старых волков, которые живут на горе. Как думаешь, нам это сделать?

Лия оглядела комнату и нахмурилась.

– Ты же знаешь, Бран не любит афишировать, где они живут и кто они такие. Слишком многие из них до сих пор имеют врагов, которые будут рады узнать, где их найти, когда они… уже не так дееспособны.

– Мы с Чарльзом можем это сделать, – сказала Анна. – Он их знает.

Лия нахмурилась сильнее.

– Это займет несколько дней. Они разбросаны по всей нашей территории. Думаю, нам нужно разбить эту работу на пары.

– Я знаю большинство из них, – сказал Асил. – И никто из них не захочет нападать на меня. Анна и Чарльз возьмут одну группу, а мы с тобой – другую.

«Это не сработает», – подумала Анна. Лия боялась Асила, и она ни за что не поедет с ним. Или с Чарльзом.

– Три группы, – быстро сказала Лия. – Даже если некоторые ответят по телефону, мы не справимся быстро. – Она нахмурилась, посмотрела на Анну и Асила, а затем улыбнулась.

«Ой-ой», – подумала Анна.

– Они знают меня и знают Чарльза. Если они не знают Анну, то поймут, кто она и что она, когда встретятся с ней. Каждый из нас возьмет группу. Анна, ты возьмешь с собой Асила, чтобы мне не пришлось потом объяснять Брану, как это я позволила тебе уехать, чтобы тебя убили. – Лия улыбнулась Анне, показывая, что знает о том, что Анна сама может о себе позаботиться. И была довольна собой.

То, что Лия с огромным удовольствием отправляет Анну с Асилом, который не перестанет флиртовать с Анной, потому что это бесит Чарльза, не означало, что она была не права.

– Жюст? – Лия огляделась, пока не нашла взглядом тихого мужчину, сидевшего в кресле в углу комнаты.

Жюст родился четыре или пять сотен лет назад во Франции и был довольно замкнутым. Он присоединился к стае позже Анны, когда Бран предложил европейским волкам переехать. Анна мало знала о нем, потому что он был неразговорчив, но он выживал веками во Франции, не пав жертвой Зверя из Жеводана, так что должен быть крепким орешком.

– Я могу поехать с Чарльзом, – сказала Сейдж, и Лия тут же оживилась.

Анна видела, как в голове Лии проносятся мысли, так же ясно, как если бы та произносила их вслух. Между Сейдж и Асилом что-то было, и они хотели держать это в тайне. И если Лия сможет отправить ее с Чарльзом, а Асила с Анной… что ж. Если полетят искры, это будет не ее вина, верно?

Анна открыла рот, чтобы сказать что-нибудь, хоть возразить, хоть согласиться. Но Тэг заговорил прежде, чем она успела вляпаться в неприятности.

– Я запущу телефонную сеть, – объявил Тэг. – Поскольку мы не знаем, чего хочет наш враг, нужно убедиться, что все жители города в курсе, что стоит вести себя осторожно и следить за незнакомцами.

Лия не отреагировала, и Анна поняла, что она и не собиралась этого делать. Как и Брану, Лии было наплевать на людей, даже на тех, кто жил в ее городе. Но Бран заботился обо всем Аспен-Крике.

– Нужно, чтобы кто-нибудь из стаи круглосуточно дежурил на заправке, – предложил Асил. – Если наши враги рыскают по лесам, им где-то нужно брать топливо. Я понимаю, что Трой и Эврика находятся на разумном расстоянии, но все равно было бы глупо с нашей стороны не вести наблюдение.

– Я могу выйти в первую смену, – сказала Пегги.

Вся стая обернулась и посмотрела на темноволосую, жизнерадостную, невысокую женщину. У Пегги была пара-человек, и ради безопасности она вступила в стаю маррока. Женщины-оборотни были редкостью, и от них более или менее (в зависимости от стаи) ожидали, что они найдут себе в пару мужчину-оборотня. Прежний альфа Пегги начал преследовать их, поэтому они собрали вещи и переехали в Аспен-Крик. Собраться и переехать не было для них проблемой, Пегги прекрасно вырезала по дереву и продавала свое искусство через интернет, а ее пара была дальнобойщиком.

– Я живу через дорогу от заправки, – объяснила она. – Я знаю все машины, что там останавливаются, и я все равно поздно ложусь спать. Когда Кэрри в рейсе, я обычно сплю днем. Она вернется только на следующей неделе. Ребята, которые работают в ночную смену, меня знают, так что я не буду пугать их так, как некоторые из вас.

И так у Анны не осталось возможности оспорить план Лии.

* * *

Чарльз остановился перед дверью дома отца, в одной руке держа колдовское оружие, а в другой – корзину с фруктами, которую они везли в подарок Эстер. Он заставил себя сосредоточиться, пообещав братцу волку, что они разберутся с этим делом, а потом отступят…

Отступят? Братец волк никогда не отступал.

Бывали недели, когда братец волк просто молча сидел внутри, наблюдая. Смерть Эстер сильно потрясла его. А это значило, что Чарльзу нужно следить за своими мыслями и держать гнев в узде.

Ему нужно увести Анну в мир и тишину комнаты для гостей.

Братец волк знал, что Чарльз имел в виду, но позволил себя успокоить. Вероятно, потому он упомянул Анну.

Анна ждала его, когда он проходил мимо самой большой из трех общих комнат в доме, где сейчас было полно оборотней. Она выскользнула из комнаты и последовала за ним на кухню, в которой сейчас никого не было.

В кухне стоял запах арахисового масла, а на столешнице стояли тарелки с печеньем.

– Завтра мы едем предупреждать всех одичалых, – поморщившись, сказала Анна, забрав у него корзину. Мгновение она просто смотрела на нее, а потом огляделась и поставила на ближайшую ровную поверхность.

Он решил, что это было хорошей идеей. Так почему же Анна ведет себя так, словно в этой ситуации есть что-то, что ему не понравится?

Не останавливаясь, она продолжила объяснять, как они планируют усилить оборону, чтобы максимально обеспечить безопасность всех, кто находится под его присмотром.

– Тэг говорит, что попытается связаться с одичалыми, но нам повезет, если удастся дозвониться до одного или двух.

Чарльз кивнул. Он понимал старых волков, которые не слишком доверяли современным технологиям. Бран настоял, чтобы у всех были телефоны на случай чрезвычайных ситуаций. Но если его нет рядом, он не мог настаивать, чтобы они отвечали на звонки.

А поскольку смысл был в том, чтобы Анна и он встретились со всеми лично, то чем меньше одичалых ответит на звонки, тем лучше.

– Десять дней – долгий срок для поддержания повышенной боеготовности, – заметил он.

– Глупо запирать сарай, когда коровы уже разбежались, – согласился Тэг, входя на кухню. – Но было бы еще глупее не запирать его, если у нас еще осталось несколько коров внутри.

– Иногда я рада, что не понимаю, как работает твой мозг, – сказала Сейдж, идя за Тэгом.

Чарльз решил, что будь он на месте врага, то подождал бы две недели или два месяца, если время не играет роли, прежде чем предпринимать новую атаку. Может, ему повезет, и враг проявит нетерпение.

Он надеялся, что через десять дней отец вернется, и это станет его проблемой. Предатель станет проблемой Брана. И артефакты, которые сейчас лежат в кузове его пикапа, тоже станут проблемой Брана.

Мертвые тела в его грузовике, скорее всего, все равно останутся на попечении Чарльза.

«Это фигура речи», – сказал он братцу волку, прежде чем у того возникли какие-то идеи.

– Это колдовское оружие? – спросил Тэг.

Чарльз поднял пистолет и протянул его Тэгу.

– Разве это разумно? – спросила Сейдж.

Тэг нацелил ружье на корзинку с фруктами и нажал на спусковой крючок.

– Возможно, нет, – признал Чарльз с сожалением. Хотя с корзиной ничего не случилось.

Тэг убрал левую руку от рукояти, держа пистолет за ствол правой, и встряхнул онемевшей рукой.

– Больно, – сказал он. – Так оно работает? Кажется толку от него немного.

– А тебе не кажется, что испытывать оружие, о котором ты ничего не знаешь, в доме – немного глупо? – спросила Сейдж.

При этих словах раздалось послышался недовольный крик, и Лия влетела на кухню с пустой тарелкой в руках. Тэг поспешно положил оружие на стойку и попытался выглядеть невинно.

Лия фыркнула, но вместо того чтобы отчитать Тэга, спросила у Чарльза:

– Ты собираешься торчать здесь, пока вся стая не свалит за тобой?

Не отвечая ей, Чарльз снова поднял пистолет и нахмурился. Он вынес корзину на улицу и поставил на крыльцо, заметив что Тэг, Сейдж, Лия и Анна вышли за ним. Он прицелился в корзину с фруктами, после чего нажал на курок. Тошнота подкатила к горлу, по телу пробежало покалывание, фрукты и корзина растворились в отвратительной, зловонной массе серой грязи, не повредив крыльцо, на котором стояли.

Все они на мгновение застыли, глядя на результат. Чарльз потёр палец, чувствуя, как медленно проходит онемение.

– Судя по всему, нужна кровь ведьмы, – невозмутимо заметила Лия. – Спасибо, что экспериментировал с этой штукой на моей кухне, Тэг. О, и я это убирать не буду. Когда закончите, приходите в гостиную.

Она ушла, прихватив две оставшиеся тарелки с печеньем. Сейдж и ухмыляющийся, ничуть не раскаивающийся Тэг последовали за ней.

Анна взяла мусорный мешок, пока Чарльз искал совок и рулон бумажных полотенец.

– Так почему же с тобой этого не произошло? – спросила она напряженным голосом, резко встряхивая мешок и раскрывая его.

– Я крепче корзины с фруктами, – предположил Чарльз, возвращаясь на улицу разбираться с месивом.

– Очень смешно, – сказала она надломленным голосом, и он понял, что юмор, возможно, был не самой лучшей идеей сегодня. Анна протянула дрожащую руку и коснулась месива, от которой пахло фруктами, гнилью и кровавой магией.

«О моя любовь», – подумал он и спокойно произнес:

– Я не знаю, Анна. – Чарльз оторвал бумажное полотенце и наблюдал, как она вытирает грязную руку. – Возможно, магия моей матери изменяет действие пистолета, и моя кровь делает его сильнее. Магия моей матери близка к ведьминой, но больше связана с круговоротом земли. Может быть, ее кровь дала какую-то защиту. Не знаю, почему я жив и невредим. Но я в порядке.

Анна глубоко вдохнула и кивнула. Потом засунула скомканное бумажное полотенце в мешок, после чего подержала его открытым, чтобы Чарльз просто столкнул месиво в мешок.

– Что сказал Бойд? – спросила она.

– Мы тоже хотим знать, – послышался голос Лии. – Не отвечай, пока не вернешься в дом.