355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Отто Скорцени » Неизвестная война » Текст книги (страница 7)
Неизвестная война
  • Текст добавлен: 21 октября 2016, 23:49

Текст книги "Неизвестная война"


Автор книги: Отто Скорцени



сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 38 страниц)

Глава шестая
Неизвестные факты о миссии Рудольфа Гесса 10 мая 1941 года

Война могла закончиться в марте 1940 года – Личность Гесса – Горячий сторонник соглашения с Великобританией – Представитель и преемник Гитлера – Старательная подготовка рейда – Напрасные желания гаулейтера Боле – Профессор Гаусхофер – Не воевать на два фронта – 11 мая 1941 года – Встреча Гитлера с Дарланом – «Американский вестник» от 1943 года – Гесс верил, что он сможет наладить контакты с герцогом Гамильтоном – Предложения Гесса от имени фюрера – Обманутый впадает в депрессию – Расхождения в часто представляемых тезисах – Почуял ли Гитлер ловушку, или Гесс двинулся в путь, имея его согласие? – Гитлер отказывается от обмена на Гесса в 1943 году – В Нюрнберге.

После кампании на Балканах, перед десантом на Крит, по радио сообщили странную информацию. Вечером 11 мая 1941 года я узнал, что Рудольф Гесс – второе лицо государства (Геринг был тогда только третьим) – вылетел накануне в Англию.

В официальном коммюнике сообщалось, что состояние его здоровья в последнее время было неудовлетворительным и «он страдал галлюцинационными расстройствами», а также что «этот инцидент не окажет никакого влияния на войну немецкого народа с Великобританией».

Мы были удивлены, потому что никто из нас не думал, что Рудольф Гесс мог быть предателем.

Ни я, ни мои товарищи весной 1941 года не думали, что война будет такой долгой и безжалостной и гражданское население перенесет такие же лишения, если не большие, как мы, солдаты. Я не был одинок в своих мыслях насчет поступка Гесса, полагая, что его полет в Англию не был приступом безумия, как сообщалось официально, а, по всей видимости, он совершил попытку прекратить бессмысленную войну между европейцами.

Мы вступили в войну без эйфории, но были полны решимости обеспечить всем немцам возможность жить в одном государстве. Возможно, эту проблему лучше бы было решить посредством дипломатических переговоров, однако этот путь оказался ненадежным.

Во время войны заместитель государственного секретаря правительства США Самни Уэлэс, [62]62
  Уэлэс беседовал с Чемберленом, Даладье, Муссолини, Риббентропом, Шахтом, Герингом и Гитлером. Сегодня мы знаем, что была возможность заключить мирный договор в 1940 году. Но шанс организации международной мирной конференции под председательством президента Соединенных Штатов был упущен.


[Закрыть]
посланный в Европу со специальной миссией президентом Франклином Рузвельтом, на момент пробудил надежду. Гитлер согласился с идеей проведения мирной конференции, но после возвращения Самни Уэлэса в Америку этот проект был сорван государственным секретарем Корделом Халлом. [63]63
  Детали этой интриги и окончательного срыва конференции Халлом были раскрыты в апреле 1961 года профессором К. Тэнсиллом в коммюнике, опубликованном в еженедельнике «Крестоносец».


[Закрыть]

Конечно, в мае 1941 года эти детали не были обнародованы. Однако нам было известно, что уже после войны с Польшей, 6 октября 1939 года, Гитлер предложил подписать мирный договор. Мы также знали, что его заместитель – человек достойный и верный. Гесс принадлежал к людям замкнутым, и не было оснований подозревать его в психической неуравновешенности. Вероятно, он поверил, что должен выполнить великую миссию, – думали мы и были недалеко от истины.

Гессу, осужденному на пожизненное заключение и находящемуся в тюрьме более тридцати лет, сегодня уже восемьдесят. Охраняемый попеременно советскими, американскими, английскими и французскими солдатами, он является единственным узником крепости Шпандау. [64]64
  Рудольф Гесс, осужденный Международным военным трибуналом в Нюрнберге на пожизненное заключение, в 1987 году покончил жизнь самоубийством.


[Закрыть]
Несмотря на симпатии западных держав, посредничество британского парламента и многочисленные петиции от известных людей всего мира, советское вето осталось в силе.

Несколько лет назад были обнародованы многие обстоятельства одиссеи Рудольфа Гесса. Иные, наверное, самые важные, остаются неизвестными для общественности.

Прежде всего, кем был узник Шпандау? Рудольф Гесс происходил из хорошей мещанской семьи, его мать была англичанкой. Родился и провел детство в Александрии; был воспитан «по-английски». Во время первой мировой войны он храбро сражался в немецкой авиации, затем закончил Мюнхенский университет. Там он вступил в ряды национал-социалистской партии. После путча 9 ноября 1923 года Гесса вместе с Гитлером заключили в тюрьму, находящуюся в крепости Ландсберг. Там Гитлер продиктовал ему часть книги «Моя борьба».

В 1933 году Гесс стал министром рейха без портфеля, в 1935 году его официально сделали преемником Гитлера, который в 1939 году публично назначил Гесса своим заместителем в партии.

Он всегда принадлежал к сторонникам союза Германии с Великобританией. Я абсолютно убежден, и некоторые известные историки разделяют мое мнение, что Гесс полетел в Англию как специальный посланник, чтобы вести переговоры о мирном договоре накануне начала войны со Сталиным.

Многие историки считают, что Гитлер не знал намерений Гесса. Однако экспедиция министра долго и старательно готовилась: перелету предшествовало двадцать пробных вылетов с радиосопровождением – на специально оснащенном самолете «Мессершмитт-110», под личным наблюдением инженера Вилли Мессершмитта. Но ведь все знали, что в 1938 году фюрер запретил Гессу пилотировать самолеты.

Вопреки утверждению некоторых, Гитлер не был удивлен, когда ему сообщили, что Гесс полетел в Шотландию в замок лорда Дугласа Гамильтона.

Перед вылетом Гесс оставил адъютанту письмо для Гитлера, в котором написал: «Если моя миссия будет неудачной, я готов к тому, что Вы откажетесь от меня… Вы можете объявить, что я совершил этот поступок во время психического расстройства». Я лично не видел этого письма, но фрагменты из него цитировались английским историком Джеймсом Лизором в его книге, посвященной Гессу. Безусловно, это письмо отражало душевное состояние Гесса в момент начала мероприятия, которое не было ни действием военного преступника, ни действием сумасшедшего, а только лишь миссией посланца мира.

Известно, что в 1940–1941 годы велись переговоры с целью заключения мирного договора на Западе. В переговорах участвовали немецкие и английские официальные лица или специальные представители, такие как Ричард Батлер, ассистент лорда Эдварда Галифакса в британском министерстве иностранных дел, или же дипломаты нейтральных государств, в частности, посол Швеции в Лондоне Бьерн Притц. Эти переговоры проходили в Швейцарии, Мадриде, Лиссабоне и Анкаре.

Одним из самых активных сторонников мирного договора с Англией был Эрнст Вильгельм Боле [65]65
  Гаулейтер Боле являлся также руководителем Зарубежной организации национал-социалистской партии.


[Закрыть]
– председатель Союза зарубежных немецких организаций. Он родился в Англии, воспитывался в Южной Африке, закончил Кембридж. Боле сделался пылким пропагандистом мирной концепции, которую фюрер [66]66
  Остановив в мае 1940 года своим приказом танковую армию, которая могла бы раздавить в Дюнкерке британский экспедиционный корпус, Гитлер произнес перед генералами речь о значении Британской империи для Запада. Сэр Безил Лидцел Харт приводит послевоенное высказывание фельдмаршала Герда фон Рундштедта: «24 мая 1940 года Гитлер удивил нас своим восхищением Британской империей, необходимостью ее существования и значением для мировой цивилизации… Его окончательный вывод – необходимо заключить почетный мирный договор с Англией».


[Закрыть]
часто выражал как публично, так и в частных беседах: «Британская империя и Римский Костел являются главными столпами, на которых зиждется Западная цивилизация».

Я познакомился с Боле в Нюрнберге, где его судили по делу так называемого «процесса Вильгельмштрассе», то есть за поддержку преступных идей нашего министерства иностранных дел. Интересно, что этот агностик нашел опору в католической религии – его камера была украшена иконами святых. Чтобы получить разрешение на это, потребовалось вмешательство отца Сикстуса О’Коннора, монаха августинского ордена, капитана американской армии и католического капеллана тюрьмы. Это духовное лицо вызывало симпатию почти у всех заключенных, поэтому о нем я еще расскажу.

Действия гаулейтера Боле не имели позитивного результата. Возможно, Гесс встретился с Гамильтоном во время Олимпийских игр в Берлине в 1936 году. В то время британское общественное мнение считало, что необходимо пересмотреть Версальский договор и реорганизовать Европу, чтобы вернуть немецкому народу полагающееся ему место на континенте. Эту идею высказал Эдуард VIII во время своего краткого правления. В качестве герцога Виндзорского он вместе с герцогиней нанес визит канцлеру Гитлеру – так же, как и прежний руководитель лейбористской партии Ллойд Джордж, один из авторов Версальского договора. В то время в Лондоне сторонников союза с Германией было значительно больше, чем может показаться. Несомненно, шумные демонстрации «чернорубашечников» сэра Освальда Мосли приводили к обратному эффекту, нежели способствовали взаимопониманию между британским и немецким народами, что, впрочем, признал сам сэр Освальд в книге «Моя жизнь», опубликованной в 1968 году. Тем не менее, такие люди, как лорды Ротмэй, Ридесдейл, Бивербрук, Наффилд, Кемсли, адмирал сэр Бэрри Домвайл и герцог Гамильтон считали, что война с Германией противоречит интересам народа и Британской империи.

Некоторые лидеры лейбористской оппозиции задавали себе вопросы о подлинных целях «крестового похода против гуннов».

Когда началась война и наша дипломатия практически перестала действовать, инициативу перехватили заговорщики, и после этого кровавую машину для перемолки народов на Западе становилось все труднее остановить. В то время «Дейли Мейл» уже не хвалила Гитлера на своих страницах пером «почтенной четы королевства» лорда Ротмэя. Британская ментальность переменилась. Гесс знал это, но он помнил, что многие люди в Лондоне считают начавшуюся войну абсурдной.

Главным советником Рудольфа Гесса по вопросу соглашения с Лондоном был его старый друг, профессор Гаусхофер, создатель понятия «геополитика» и главный редактор журнала «Геополитика», внимательным читателем которого был Гитлер. [67]67
  Гесс был слушателем профессора Карла Гаусхофера в Мюнхенском университете. Однако свою миссию он готовил с помощью профессора Альбрехта Гаусхофера – сына Карла Гаусхофера – именно его личность связывают с побегом Гесса. В августе 1940 года Альбрехт вместе с отцом согласились с планом Гесса о заключении мирного договора с Великобританией.


[Закрыть]
С конца сентября 1940 года у заместителя фюрера появился длинный меморандум профессора Гаусхофера под названием «Возможности заключения мирного договора с Англией». Не исключено, что Гитлер читал этот меморандум и беседовал с Гессом.

Упоминавшийся уже Джеймс Лизор цитирует беседу Гесса с Гаусхофером, составленную последним. Так, профессор обратил внимание Гесса на тот факт, что среди влиятельных англичан «Риббентроп играет ту же роль, что Даф Купер и Черчилль у немцев». По мнению профессора, возможно установить разумные контакты с британским уполномоченным министром в Будапеште О’Молли, сэром Самуэлом Хоэром, находящимся в Мадриде, и лордом Лотианом – послом Великобритании в Вашингтоне (последнего Гаусхофер знал очень давно).

Что касается Гитлера, он хотел реализовать на Западе то же, что ему удалось в августе 1939 года на Востоке. Чтобы избежать войны на два фронта, он намеревался заменить пакт, подписанный со Сталиным, на определенные соглашения с западными державами, а не только с Великобританией.

Знаменательно то, что 11 мая 1941 года – в тот день, когда Рудольф Гесс должен был обсуждать условия мирного договора с Великобританией, – Гитлер принимал в Бергхофе адмирала Дарлана, главу правительства маршала Петена, и секретаря президента Жака Бенуа-Мешина. Французы получили несколько предложений и заверения в том, что их страна «будет играть важную роль на Западе». Было слишком рано, особенно принимая во внимание Италию, подписывать мирный договор и гарантировать существование французской колониальной империи. Одновременно Гитлер делал жест доброй воли и говорил адмиралу, что «его мир не будет миром реванша».

Из этого можно сделать вывод, что фюрер не только знал о полете Гесса, но и предоставил своему официальному уполномоченному право говорить от его имени. Это было в начале аферы. В действительности полету предшествовали долгие переговоры, и Гесс был уверен, что он будет принят значимыми персонами Великобритании, хотя формально его не приглашали.

Убедительное объяснение полета было дано в мае 1943 года одним американским журналом в статье, подкрепленной документами. Согласно мнению анонимного автора, в январе 1941 года Гитлер зондировал возможность непосредственных переговоров с Великобританией с намерением заключить долгосрочный мирный договор. Я цитирую этот американский ежемесячник, так как он печатается и сейчас, [68]68
  Речь идет об американском периодическом издании «Американский вестник» («The American Mercury»).


[Закрыть]
а его статьи в мае 1943 года подвергались цензуре: «Гитлер обратился не к британскому правительству, а к группе влиятельных британцев – в том числе и герцогу Гамильтону, – принадлежавшим к распущенному уже англо-немецкому обществу. Посредником был дипломат, имевший международное признание».

Фамилия дипломата не раскрывается. Из этого анонимного сообщения следует, что британцы ответили на немецкие предложения уклончиво. В течение четырех месяцев обе стороны дискутировали «осторожно и взвешенно» до момента, когда англичане отказались провести переговоры в одной из нейтральных стран. Они также отвергли предложение назначить посредником Эрнста Боле, когда турецкая и южноамериканская пресса сообщила, что он получил задание осуществить «важную и секретную зарубежную миссию».

Тогда на сцене появился Рудольф Гесс. Он как заместитель фюрера имел все полномочия, дающие право заключения мирного договора от его имени. 10 мая 1941 года он вылетел в Шотландию в замок герцога Гамильтона в Дангвиле, вблизи которого находился небольшой частный аэродром. Его там ждали. Однако эмиссар, прыгнув с парашютом, приземлился в 16 километрах от замка и вывихнул ногу в лодыжке. Он не имел понятия, кем в действительности были люди, допрашивающие его.

Вот что сообщает упоминавшийся уже американский журнал в мае 1943 года: «Первое известие в январе 1941 года было перехвачено британской спецслужбой, которая с этого момента держала все дело в своих руках».

Когда командование истребительной авиации Королевских ВВС заметило неопознанный «мессершмитт» (он неправильно отвечал на радиосигналы), дежурный офицер, руководящий центром, крикнул командирам истребителей, расположенных в Шотландии: «Ради бога, скажите им, чтобы его не сбивали!» Поэтому Гесса сопровождали два неприятельских истребителя, одного из которых он заметил. Если бы он не прыгнул с парашютом, а совершил посадку на частном аэродроме Гамильтона, тайну можно было бы сохранить. Однако министр рейха приземлился на поле фермера Дэвида МакЛина, и тот привел Гесса на свою ферму. Гесс сказал, что его зовут Альфред Горн и попросил, чтобы о нем уведомили герцога.

Может быть храбрый шотландский крестьянин, наблюдавший с вилами в руках приземление Гесса, принадлежал к тому же клану, что и Дональд МакЛин, который сообщил важные секреты в области атомных исследований Советам. Его начали подозревать слишком поздно; в 1963 году он убежал в СССР. Вот интересная тема для любителей исторических анекдотов. Но меня волнует другой вопрос.

Гамильтон, в то время подполковник Королевских военно-воздушных сил, находился на своем командном пункте. На звонок по телефону он ответил, что не знает никакого Альфреда Горна. Увидев на следующий день Рудольфа Гесса, визита которого не ждал, Гамильтон не мог скрыть своего изумления. Те, кто ожидали Гесса на небольшом аэродроме, были высокопоставленными сотрудниками британской разведки и контрразведки (Intelligence Service), а также офицерами тайных служб, готовящих ловушку.

Так или иначе, но Гесс-Горн находился пока в руках членов Home Guard (отряда местной обороны), которым передал его МакЛин. Военные вынуждены были вмешаться и забрать его из местной резиденции этой организации. После первого допроса в казармах Мэрихилл в Глазго эмиссара перевезли в военный госпиталь.

Возвратимся к материалу, опубликованному в американском журнале:

«Гесс предвидел, что во время долгих переговоров он будет встречаться с наиболее важными политиками. Все произошло значительно быстрее. Черчилль послал к нему супершпиона предыдущей войны, сэра Айвона Кирпатрика, советника британского посольства в Берлине в мирный период. Он должен был выслушать предложения Гесса и передать их непосредственно британскому правительству…»

Гитлер (здесь я кратко излагаю текст статьи, опубликованной в 1943 году) предлагал прекращение военных действий на Западе, вывод немецких войск со всей оккупированной территории (кроме Эльзаса, Лотарингии и Люксембурга), а также эвакуацию немецких частей из Югославии, Греции и практически со всего бассейна Средиземного моря.

Взамен он добивался доброжелательного нейтралитета Великобритании в отношении немецкой восточной политики. Все страны, принимающие участие в боевых действиях или нейтральные, должны были отказаться от военных репараций.

Гесс должен был подчеркнуть необходимость ликвидации коммунизма, с которым Германия собиралась справиться самостоятельно. Для этой цели требовался весь военный англо-французский промышленный потенциал, до момента перевода хозяйств этих стран на мирные рельсы. Гесс беседовал с министром снабжения, лордом Вильгельмом Бивербруком (с которым был знаком лично), лордом Джоном Симоном и «иными членами Военного совета». Он не виделся с Черчиллем, но тот сразу же известил об этом деле Рузвельта. Ответ на предложения Гесса был, конечно же, отрицательным.

Когда Гесс понял, что с самого начала его подло обманывали, а Великобритания в действительности является союзником Советов, он впал – как нас информирует в журнале анонимный автор – в состояние депрессии, и «ложь на тему его так называемого безумия оказалась почти правдой».

Когда он узнал, что броненосец «Бисмарк», ранее потопивший «Гуда», тоже пошел ко дну (27 мая 1941 года), то проплакал весь день. Несомненно, что фантастический и рыцарский характер его рейда не позволил многим комментаторам понять его сути, поэтому их сообщения на эту тему звучали неправдоподобно.

Британские приготовления к войне, искусно закамуфлированные под взаимодействие с целью обсуждения мирного договора, Германия не приняла бы на веру, но ведь оставались предыдущие контакты, установленные, в частности, с Галифаксом и Батлером, а также мирные предложения 17 июня 1940 года британского министерства иностранных дел шведскому послу Притцу.

Никто не сомневался в честности Гесса – ни враги, ни друзья. Он никогда не произнес бы фамилии Гамильтона, если бы не был убежден, что герцог действует от имени высших британских властей. Показания свидетелей совпадают по этому вопросу – Гесс потребовал немедленно уведомить о себе Гамильтона, человека, который смог бы устроить встречи с высокопоставленными собеседниками.

Я оскорбил бы герцога Гамильтона, написав, что он помогал британским тайным службам. Его изумление при виде Гесса было подлинным, и, как нам сообщает «Американский вестник», «в фальшивой переписке его подпись была подделана» – ее можно сравнить с предвоенной подписью, которая находилась в Берлине.

Ознакомиться с этой перепиской было бы, конечно, интересно. Будем надеяться (хотя вероятность этого небольшая), что она когда-нибудь будет опубликована.

Если бы герцог Гамильтон и другие британские важные персоны переписывались с немцами, в частности, с Гессом, то они после этого полета предстали бы перед судом и были бы осуждены за поддержание контактов с врагом. Но этого не произошло. Поэтому я верю тезису американского журнала, который сообщает в 1974 году, что факты, раскрытые в 1943, предоставлены «наблюдателем, имеющим хорошую репутацию» и доступ к исключительно надежным источникам. [69]69
  Статья (май 1943 года) была опубликована со снимком, представляющим «видение Рудольфа Гесса»: длинные ряды гробов и трупов немцев и англичан. Кроме того, Гесс говорил об этом видении 10 июня 1941 года во время беседы с лордом Симоном, продолжавшейся два с половиной часа, что стало известно лишь 25 марта 1946 года в Нюрнберге. В этот день защитник Гесса доктор Альфред Сейдл приложил текст этой беседы от 10 марта 1941 года к процессуальным актам. Возникает вопрос, не получил ли автор сенсационной статьи информацию непосредственно от лица, которое вело переговоры с Рудольфом Гессом? Почему в «Американском вестнике» опубликовали этот документ – во время войны! – и почему ни правительство, ни официальные лица не заявили протест в отношении этой статьи?


[Закрыть]

Дата публикации тогдашних сенсаций была не случайной. В конце апреля 1943 года Черчилль настаивал, чтобы высадка западных союзников произошла не на Сицилии, а на Балканах. Он хотел, чтобы этот регион «избежал советского господства» и чтобы Югославия, Венгрия, Чехословакия и юго-восточная Германия были бы заняты англо-американскими войсками. Рузвельт придерживался иного мнения. Любопытной подробностью является тот факт, что в 1941 году британский премьер сделал вид, что он желает подписать пакт с Советами, и привлек Гесса в Лондон, чтобы отвергнуть немецкое предложение. Немного позже, весной 1943, Сталин прислал находящемуся в Анкаре Францу фон Папену предложение о заключении мирного договора.

Следовательно, узник Шпандау действовал с добрыми намерениями. Бесспорно, он оказался жертвой махинаций противника. Добровольно прибывшего с мирным предложением Гесса Черчилль сделал военнопленным, а затем к нему отнеслись как к военному преступнику.

Гесс сказал сэру Айвону Кирпатрику: «Я прибыл с посланием мира и гуманизма. С ужасом я думаю о продолжении войны и бесполезной резне, которую она повлечет за собой».

Позицию Гитлера можно понять. Вероятно, что после многочисленных неудавшихся попыток открыться на Запад фюрер перестал в них верить. Возможно, ему стало известно нечто такое, что вызвало подозрения, и на что Гесс, имевший меньше интуиции и более доверчивый, не обратил внимания. Гитлер вынужден был его дезавуировать.

Французский историк Ален Дэко представляет в своей работе «Dossiers secrets de l’Histoire» [70]70
  В вольном переводе: «Тайные свидетельства истории».


[Закрыть]
иной тезис. Он анализировал позиции Гитлера и Геринга до, во время и после полета Гесса. Он цитирует факты и свидетельства, касающиеся, в частности, метеорологической службы, а также службы информации и немецкого радиоперехвата. Он пришел к выводу, что Гесс полетел в Шотландию с согласия Гитлера, а письмо, оставленное им, должно было помочь фюреру в дезавуировании акции в случае ее провала. Он пишет:

«Когда в августе 1943 года Гитлер приказал Отто Скорцени освободить находящегося в заключении Муссолини, он намекнул на Рудольфа Гесса и сказал, что в случае неудачи операции откажется от Скорцени подобным образом».

Позволю себе поправить автора. Действительно, Гитлер предупредил меня, что вынужден будет отказаться от меня в случае провала операции, но ни разу не намекнул на личность или действия Рудольфа Гесса.

30 июня 1943 года в Варшаве был арестован командующий Армией Краевой, генерал Стефан Грот-Ровецки. Армия Краёва подчинялась непосредственно польскому эмиграционному правительству, во главе которого находился генерал Владислав Сикорски, погибший через несколько дней в авиакатастрофе вблизи Гибралтара при странных обстоятельствах. Преемник генерала Грота генерал Тадеуш Бур-Коморовски также попал в плен в начале октября 1944 года. Командующий 9-й немецкой армией генерал Смило фон Люттвиц сообщил поляку, что он сам и его штаб считаются военнопленными, а не партизанами. В конце войны немецкие власти передали генерала Бура швейцарской делегации Международного Красного Креста.

В 1955 году Бур опубликовал в Париже книгу «Подпольная армия», в которой сообщил, что планировалось обменять генерала Ровецкого на важного немецкого военнопленного. Он пишет: «Немцы взамен Ровецкого требовали выдачи Гесса; однако на это не согласилась Англия».

В начале моего пребывания в Нюрнберге восемнадцать главных подсудимых содержались в том же крыле тюрьмы, что и свидетели. Каждый день во время пятнадцатиминутной прогулки я видел прохаживающегося по двору Рудольфа Гесса. Распоряжение по соблюдению тишины было очень суровым, поэтому я не мог заговорить с ним, чтобы хотя бы ободрить. Однако я даже на минуту не мог подумать, что вижу душевнобольного человека, наоборот.

Он ходил прикованным к американскому солдату. Когда меняли направление шага, он пользовался привилегией своего статуса «психически неуравновешенного» и совершал несколько резких и неожиданных движений, подлинной целью которых было сбить с толку охранника и заставить его комически вращаться вокруг себя. В конце концов становилось непонятно, кто из них является узником.

По прямой Гесс маршировал уверенным шагом, спокойно и достойно, с поднятой головой, не обращая внимания на идущего за ним солдата, который, казалось, был его слугой.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю