Текст книги "Мастер Начертаний (СИ)"

Автор книги: Оливер Ло

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

– Молодой господин, я прибрался.

На его заискивающем лице мелькнула привычная угодливость, и сутулые плечи согнулись ещё ниже. Меч в его руке говорил о другом. Каждая гиена была убита одним ударом, и ровные разрезы легли так чисто, что туши осели на камни аккуратными расслабленными кучами, будто звери улеглись сами. Духовный зверь второго ранга, тварь, которую группа из четырёх внешних учеников загоняла коллективно, а Лян Цзи перебил стаю один, пока Син Вэй стоял в стороне и разглядывал каменную стену.

Син Вэй даже не обернулся, продолжая разглядывать каменную стену впереди.

– Убери тела с прохода, – бросил он, не отрывая взгляда от кладки.

Лян Цзи метнулся выполнять, и прежняя покорная повадка вернулась к нему между двумя шагами, будто меч в его руке и горка трупов вокруг принадлежали другому человеку. Он оттащил туши за задние лапы к краю прогалины и встал за плечом Син Вэя, пряча меч в ножны.

Перед Син Вэем возвышалась каменная стена, врезанная в склон горы. Тёсаная потемневшая кладка уходила вверх на два человеческих роста и смыкалась с породой. По центру стены была вырезана арка, а над аркой, на замковом камне, застыла фигура тигра, припавшего к земле перед прыжком. Резьба была глубокой, и в каменных полосах на загривке зверя поблёскивала ци, которую питала формация из символов на обеих стойках арки. Проход за аркой был закрыт каменной плитой, и по её поверхности переливалось тусклое мерцание, похожее на рябь на воде.

Син Вэй подошёл вплотную к плите и положил ладонь на камень. Двадцать два канала отозвались одновременно, ци потекла в каменную поверхность, и формация под его пальцами вздрогнула. Символы на стойках арки вспыхнули и принялись считывать входящий поток, мерить его плотность и характер. Син Вэй нахмурился и надавил сильнее, выводя ци на поверхность ладони золотистым рисунком. Контуры тигриной морды проступили на коже, и формация на арке отозвалась, символы замерцали ярче, каменный тигр над проёмом засветился тёплой медью.

Плита дрогнула и сдвинулась внутрь. Каменные пазы скрипнули, и проём открылся, обдав Син Вэя потоком сухого воздуха из глубины.

– Идём, – сказал Син Вэй и шагнул в темноту, не оглянувшись.

Лян Цзи бросил последнюю тушу на край прогалины, подхватил свой мешок и юркнул следом. Каменная плита за их спинами пришла в движение, сдвинулась обратно и встала на место с гулким щелчком, отрезав дневной свет.

По обе стороны арки, на тёмном камне стойки, медленно проступили контуры. Слева от тигра вспыхнул силуэт извивающейся змеи с раздвоенным хвостом, и чешуя её мерцала голубоватым отсветом. Справа из камня выплыли очертания дракона с рогатой головой и когтистыми лапами, и линии его тела горели тёплым золотом.

Ни Син Вэй, ни Лян Цзи не видели, как каменная арка за их спинами засияла всеми тремя фигурами, потому что плита уже закрылась, и оба шли по коридору вглубь горы, оставив снаружи стаю мёртвых гиен.

Глава 22
Храм трех стражей

Коридор за аркой уходил вниз так круто, что Мин едва успел упереться ладонью в стену, заскользив по камню и тормозя подошвами. За спиной с гулким щелчком сомкнулась каменная створка, и в тот же миг по стенам пробежало голубоватое свечение, обрисовавшее линии.

Мин остановился, щурясь на узор. Месяцы работы с кистью и камнем приучили его глаз ловить то, мимо чего другие проходили, не задумываясь. Линии складывались в формацию, и хотя ни одного из этих символов он прежде не встречал, принцип читался по косвенным следам. Замыкающий контур шёл по периметру, внутри гнездились рабочие символы, а ци-поток тёк слева направо, проточив в камне за столетия едва заметные канавки. Мин научился читать направление энергии за долгие ночи возни с отбракованными плашками, и сейчас эти трещины указывали вниз, к плите под ногами, через которую тянулся поперечный шов.

Мин подобрал осколок и швырнул на плиту. Камень стукнул, откатился, формация мигнула и погасла, потому что мёртвый камень без ци её не интересовал. Из отверстий по обе стороны шва тянуло сквозняком, и Мин представил, что вылетает из этих дырок, когда по плите шагает практик с работающими каналами. Он перешагнул через шов, ступив на узкий выступ у стены, где формация прерывалась.

Следующую ловушку Мин обнаружил через десяток шагов, третью ещё через столько же. Каждая была устроена по-своему, и каждую он обходил, читая рисунок ци-потоков по камню. Четвёртая, пожалуй, оказалась самой изобретательной. Плита на полу запускала формации сразу на обеих стенах, и Мин прополз под линией срабатывания, распластавшись по камню. Ушибленное ребро отозвалось, несмотря на съеденную им пилюлю, и он зажмурился, пропуская вдох.

– Строили, видимо, для коротышек, – пробормотал он, поднимаясь. – Или для тех, кому колени не дороги.

У пятой Мин задержался. Формации покрывали обе стены и потолок, смыкаясь в арку над проходом в просторный зал. Переливчатая плёнка перегораживала проём, и ци-линии на стойках пульсировали ленивым ритмом. Мин разглядывал рисунок, привычка вглядываться в каждый штрих, наработанная ночами над пробными плашками, дала о себе знать. Один из символов на правой стойке отличался от остальных. Основная формация ложилась равными линиями одинаковой глубины, а этот врезали грубее, будто торопясь, с перехлёстами в двух местах. Вставка питалась от отдельного ответвления, и её можно было отключить, не трогая остального.

Мин достал нож и процарапал две поперечные линии через питающий канал вставки. Ци-поток дёрнулся и иссяк, вставленный символ погас, плёнка в проходе стала прозрачнее. Мин шагнул сквозь арку, и покалывание прошло по коже лёгкой волной.

Каменный зал за аркой уходил в полумрак, колонны по обеим сторонам поддерживали высокий свод, а пол был выложен стёртой мозаикой. Мин сделал три шага, и плита под ногой щёлкнула.

Из колонны на уровне груди вылетел с хлопком каменный шип, пронёсся через зал и впился в противоположную стену. Следом из другой колонны выскочил второй, под иным углом. Мин нырнул за ближайшую опору и присел на корточки, вжавшись в камень спиной, а воздух уже свистел от летящих игл, и сверху сыпалась крошка.

– Чай мне, конечно, никто не предложит, – сказал он, закрывая глаза рукой от крошева.

Обстрел прекратился, и Мин осторожно выглянул из-за колонны. По полу валялись обломки, опоры щерились свежими выбоинами, а мозаика тускло мерцала, обещая запустить всё заново при следующем шаге. Мин пригляделся к камню. Формации у основания колонн соединялись линиями только с определёнными рядами плит, а соседние ряды оставались тёмными. Проход существовал, нужно было лишь ступать по тёмным плитам и обходить светлые.

Он двинулся вперёд, аккуратно ставя ступни на гладкий камень и перешагивая через мерцающие ряды. Дошёл до середины зала, когда пол под ногами содрогнулся.

Удар пришёл внезапно, снизу, от фундамента, и Мин качнулся, широко расставив ноги. Колонны загудели хором, формации на стенах вспыхнули. Каменные плиты потолка поехали по невидимым пазам, а правая стена со скрежетом двинулась навстречу левой. Зал складывался, и грохот нарастал до гула, от которого дрожали зубы

– Очень дружелюбное место, – с досадой выплюнул Мин.

Он оглянулся к арке, проход уже перекрыл опустившийся блок. Впереди дальний выход сужался, и Мин побежал, плюнув на мозаику и ловушки. Плиты щёлкали под ногами, формации вспыхивали, но иглы уже не вылетали, колонны сдвинулись с мест и ломали собственные механизмы. Потолок опускался, стены ползли навстречу друг другу, и в правой стене, между двумя блоками, мелькнула узкая щель, за которой темнел боковой проход. Единственное место, где можно было оказаться не раздавленным.

Он нырнул в щель боком, и камень ободрал ему спину сквозь куртку. Ребро отозвалось раскалённой иглой, в горле застрял хрип, но Мин продавил тело между сходящимися стенами. Блок полз за ним, зазор таял, и Мин упёрся ладонями в противоположный камень, оттолкнулся и вывалился в боковой проход. Стены за спиной сомкнулись с влажным хлопком.

Мин лежал на спине, глядя в низкий потолок маленькой каморки и тяжело дышал. Порез на щеке открылся, и тёплая струйка ползла к уху. Грохот за стеной утих.

– Храм решил перестроиться именно тогда, когда я зашёл, – сказал он вслух, переводя дыхание. – Вероятно, это совпадение. А вероятно, я просто настолько везучий.

Он сел, отряхнул с волос пыль и осколки, ощупал ребро сквозь куртку, морщась от прикосновения.

– Ну хоть в лепешку не превратился. В следующий раз подумаю дважды, чем соваться в непонятные древние храмы.

* * *

В другом крыле храма, отделённом сотнями шагов, Шань Яо шла первой, и водяная ци обтекала её тело прозрачной плёнкой, окрашивая воздух вокруг голубоватой дымкой. За ней двигались Цю Хан и Лин Шу, оба в бирюзовых поясах Павильона Тихих Вод.

Цю Хан, широкоплечий парень с тяжёлой челюстью, держал перед собой сферу уплотнённой ци, и от неё на стены ложился мягкий свет. Лин Шу, тонкая девушка с волосами, собранными в тугой узел, прижималась к правой стене и оглядывалась через каждые несколько шагов, потому что коридор не внушал доверия.

И повод имелся. Стены здесь покрывали формации водяного аспекта, от которых по камню текли тонкие ручейки, собиравшиеся в лужи на полу. На перекрёстках висели иллюзорные водовороты, голубоватые воронки света, искривлявшие пространство вокруг себя. Шань Яо проходила сквозь них, раздвигая ци ладонью, и водовороты расступались перед ней, признавая родственный аспект.

– Осторожнее, – бросила она через плечо. – Ступайте ровно по моим следам, здесь иллюзорные формации, и если потеряете направление, я вас не найду.

– Поняла, – откликнулась Лин Шу и шагнула вперёд, наступив на каменную плиту, которая провалилась под её ногой на палец вниз.

Щелчок разнёсся по коридору. Формации на стенах вспыхнули, ци-потоки взревели, Шань Яо обернулась, но было поздно. Стена между ней и спутниками пришла в движение. Каменный блок выехал из кладки справа, перегораживая коридор, а за ним из левой стены двинулся второй. Коридор перестраивался, потолочные плиты ездили по пазам, и проходы открывались в новых местах. Лин Шу отскочила назад, Цю Хан рванул вперёд, но кладка легла между ними и Шань Яо с глухим ударом, отрезав свет ци-сферы.

– Шань Яо! – донёсся приглушённый камнем голос Цю Хана.

– Не двигайтесь! – крикнула она. – Ждите, пока перестройка прекратится, и ищите обходной путь! Не трогайте плиты!

Ответом стало молчание длиной в один вдох. Потом стена за её спиной раздвинулась, открывая проход в широкий зал, и оттуда потянуло сыростью. Водяная ци здесь была такой густой, что дрожала в воздухе видимой рябью. Из этого мерцающего марева один за другим выступили водяные духи, сгустки ци в форме человеческих фигур с размытыми лицами и конечностями, которые текли и перестраивались при каждом движении. Шань Яо досчитала до пяти и бросила, потому что шестой уже тянулся к ней полупрозрачной рукой.

Она выставила ладонь, и ци хлынула из неё направленным потоком. Ее уровень подготовки давал возможность выводить ци наружу, а родовой водяной аспект, унаследованный по материнской линии от старейшины Павильона, превращал этот поток в оружие. Ци вышла из её ладони сжатой плетью и хлестнула ближайшего духа поперёк корпуса. Фигура разлетелась брызгами, каждая из которых искрила остаточной энергией, но тут же собралась заново, потому что в месте, насыщенном родной ци, водяные духи восстанавливались почти мгновенно.

Шань Яо отступила на шаг и сменила технику. Ладони сложились в печать, которую в Павильоне Тихих Вод учили только третьем году обучения внутренних учеников, и она произнесла название одними губами, по привычке, вбитой матерью на тренировочной площадке их семьи.

«Печать приливной волны» ударила из обеих ладоней одновременно, и направленная волна водяной ци прокатилась по залу, сминая духов и вбивая их в стены. Камень за ними покрылся изморосью, а фигуры расплескались по кладке тонкой плёнкой.

Тишина продержалась пару вдохов. Потом плёнка задрожала, и духи начали собираться вновь.

Шань Яо переступила через лужу и вытянула вперёд правую руку. Ци, циркулировавшая по замкнутому контуру её каналов, ускорилась, и вокруг запястья закрутилась спираль водяной энергии, набирая обороты. «Водоворот бездонной глубины», техника рода Шань, требовала особой концентрации и замкнутого контура. Спираль раскрутилась до визга, воздух в зале загудел от вращения, и Шань Яо швырнула вихрь в гущу собирающихся силуэтов. Он прошёл сквозь них, разрывая ци-тела на клочья и рассеивая остаточную энергию настолько тонким слоем, что собраться из неё заново уже было невозможно.

Зал опустел, и Шань Яо опустила руку. В ладонях ещё билась отдача, контур гудел от расхода, но она стояла ровно, потому что дочь старейшины Шань не гнётся, даже если смотреть некому. Перед ней коридор уходил вглубь храма, и водяная ци в нём была ещё гуще. Шань Яо поправила пояс, вытерла ладонь о рукав и двинулась дальше.

* * *

По ту сторону горы Син Вэй шёл, не сбавляя шага, и коридор, в который они вошли через арку с тигром, оказался шире того, что достался Мину, а формации здесь стояли плотнее, на каждом втором шагу. Первая ловушка выплюнула в него поток раскалённой ци, едва Син Вэй перешагнул через порог. Он даже не поднял руку. Двадцать два канала выбросили ответный импульс, и на ладони Син Вэя проступил золотистый контур тигриной морды, «Печать Золотистого Тигра», семейная техника клана, переходящая по мужской линии.

Огненный поток врезался в тигриную печать и рассыпался. Стена, из которой ударила ловушка, треснула по всей длине. Син Вэй шагнул вперёд и ударил ладонью в кладку рядом с формацией. Печать прошла сквозь камень, формация лопнула, и кусок стены обрушился на пол облаком пыли, открыв полость, в которой тускло мерцал разрядившийся духовный кристалл.

Лян Цзи тенью шёл за его спиной, стараясь держаться ровно в двух шагах позади, чтобы не попасть под обломки и при этом казаться достаточно близким для прикрытия, хотя прикрывать Син Вэя ему ещё ни разу не приходилось. Глаза его шарили по стенам, и когда очередная формация мигала в ответ на приближение Син Вэя, Лян Цзи каждый раз вжимал голову в плечи. Каждый раз зря, потому что молодой господин не утруждал себя разбором ловушек, он просто шёл сквозь них.

Вторая формация выбросила шипы из пола, и Син Вэй раздавил их волной ци, не дав им подняться даже на ладонь от камня. Третья попыталась обрушить потолок, и Син Вэй снёс перекрытие ударом печати, оставив над головой кратер. На четвёртой и последующих он перестал даже взглядом скользить по символам. Мин обходил каждую ловушку с кропотливым вниманием начертателя, а Син Вэй прошёл весь коридор, ломая ловушки грубой силой, и за ним тянулась дорожка из обломков и осыпавшихся формаций.

– Молодой господин, – подал голос Лян Цзи, когда они вышли в просторный туннель с высоким потолком. – Может, стоит быть чуть осторожнее? Вдруг какая-нибудь из этих формаций…

– Какая? – Син Вэй даже не обернулся. – Эти ловушки рассчитаны на учеников, которые еле наполнили десяток каналов. У меня двадцать два, и моя печать пробивает формации третьего порядка. Здесь нет ничего, что может мне угрожать.

Лян Цзи промолчал и ускорил шаг, потому что Син Вэй уже шагнул в следующий коридор, и формация на входе вспыхнула ему навстречу. На ладони снова разгорелся тигриный контур, проход содрогнулся, и ещё один кусок кладки осыпался на пол.

* * *

Каморка, в которую Мин вывалился из схлопнувшегося зала, оказалась квадратной комнатой в четыре широких шага от стены до стены, с потолком чуть выше его роста. Выхода не было, лаз, через который он протиснулся, исчез за сомкнувшимися блоками, и Мин стоял в запертой коробке из тёсаного камня.

Чернильница за пазухой мелко подрагивала, и Мин прижал её ладонью, унимая вибрацию. Видимо, она тоже чуяла, во что они вляпались. Потом он поднял голову и осмотрел стены.

Все четыре стены от пола до потолка покрывали символы начертания, вырезанные в камне с такой точностью, что Мин невольно забыл вдохнуть. Ни одного из этих символов он не знал. Здесь не было ни одного из тех символов, что попадались в библиотечных свитках Обители, или хотя бы даже упоминались вскользь. Знаки были старше всего, что Мин видел в жизни, и линии их складывались в рисунок, логику которого он не мог ухватить ни с первого взгляда, ни со второго.

Мин прошёлся вдоль стен, водя пальцами по вырезанным штрихам, и привычка вглядываться в каждую линию включилась сама, потому что отключить её он не мог, даже если бы захотел. Линии на стенах ложились по разным осям. Две стены сходились правыми углами, на одной из них штрихи шли горизонтально, на другой вертикально. Третья стена несла диагональные линии. А четвёртая, напротив входа, оставалась пустой, отполированной до блеска без единого штриха.

Мин остановился перед этой четвёртой стеной и перевёл взгляд на остальные. Три стены с символами, одна чистая. Формация была разнесена по трём поверхностям, и каждая стена содержала фрагмент общего рисунка. Если мысленно совместить все три, линии пересекутся в точках, образующих узор. Мин закрыл глаза и попытался наложить рисунки друг на друга в воображении.

В его сознании сложился разорванный на части контур замыкания, и эти части лежали на разных стенах. Чтобы собрать его целиком, нужно было понять, какие линии с какой стены стыкуются между собой. Внутри сидели управляющие знаки, тоже разнесённые по поверхностям, и Мин угадывал их назначение только по структуре штрихов и углам пересечений. Грамматику начертания он усвоил сам, по библиотечным свиткам и долгим ночным разборам, и понимал, как символы связываются между собой, но сами знаки здесь были словами на неизвестном языке, а немая стена ждала ответа.

Мин понял замысел. Они задавали условие, четвёртая требовала решение. Нужно было вычислить, какой символ замыкает всю формацию, и нанести его на чистую поверхность. Это была загадка, проверка на понимание структуры.

Конечно, будь он сильным практиком, то мог бы спокойно пробить стену, но в его арсенале не было подходящей техники, а талисманы защиты пробивной силой не обладали.

Мин провёл ладонью по гладкому камню стены и усмехнулся. Задачка, пожалуй, решаемая, ночами в каморке он сам восстанавливал недописанные символы, которые бросали из-за неверного штриха. Он вычислял недостающие элементы из логики соседних знаков.

Только в библиотечных свитках и на плашках были знакомые двенадцать символов, а здесь незнакомых было с полсотни, и каждый нужно было сперва «прочитать» по структуре штрихов, а потом уже встраивать в общую картину.

– Полдня, – сказал Мин, прикидывая объём работы. – Может, больше, если я ошибусь в первых допущениях и придётся пересобирать. Но в целом… я никуда не тороплюсь.

Он сказал это пустоте перед собой, и стены тут же дрогнули.

Кладка пришла в движение. Левая стена с горизонтальными символами поехала вправо, правая с вертикальными в противоположную сторону, неумолимо, под протяжный скрежет. Потолок тоже опустился на палец, замер на миг и снова просел. Комната сжималась, и скрежет камня о камень заполнил тесное пространство, отражаясь от стен.

Мин посмотрел на сходящиеся стены и усмехнулся, покачав головой, потому что вселенная, по всей видимости, не терпела, когда ей озвучивали сроки.

– Чтоб я еще раз сказал свои мысли вслух… – гневно пробормотал он, бегая глазами по символам, которые уже медленно утекали от него.

Понравилась история?

Жми лайк, и читай продолжение здесь: /work/594841