Текст книги "Герцогиня на полставки (СИ)"
Автор книги: Ольга Олие
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)
Оба парня до последнего надеялись, что слова наследника окажутся шуткой, недаром они косились на Дорша, наверняка ожидая его окрика и объявления о шутке. Но оба герцога холодно наблюдали за аристократами, ничем не выказывая ни нетерпения, ни желания возвращать ловеласов.
Дамы вздыхали так громко и наигранно, что мне пришлось уткнуться в шерстку шнырша, чтобы не расхохотаться. А тут, оказывается, неплохой цирк. Точнее клоуны, возомнившие себя великими актерами. Интересно, они реально считают, что всем их ужимкам можно поверить? Да там столько фальши, что хочется побыть Станиславским.
Наконец, оба парня ушли. Как только двери за ними закрылись, словно кто-то включил звук в телевизоре, до этого работавший бесшумно. Тут же все заговорили разом, обсуждая и осуждая в несдержанности ушедших. Мне с трудом удалось сдержать равнодушное выражение лица. И это те, кто только что фальшиво улыбался и не менее лицемерно сожалел об уходе таких замечательных мужчин. Фу! Как же мерзко. И это высшее общество?
– Ваша Светлость, когда можно удалиться к себе? – склонившись к жениху, спросила шепотом.
– Да хоть сейчас, если вы успели перекусить, – так же тихо отозвался наследник.
– Вы реально считаете, что здесь это возможно? – удивилась, вздыхая. – Покажете мне замок?
– С удовольствием, – кивнул жених. И уже так, чтобы слышали остальные, произнес: – Ваша Светлость, могу ли я пригласить вас на прогулку по замку?
– Буду весьма признательна, – отозвалась, скромно потупившись, как и полагается благовоспитанной девушке.
Мне подали руку, помогли встать. Так, рука об руку, мы покинули столовую. За спиной шептались, кто-то умилялся, некоторые называли нас красивой парой, я же, искоса поглядывая на жениха, украдкой вздыхала. Дорш довольно привлекательный мужчина, ответственный, серьезный, можно сказать, мечта любой девушки, но мое сердце молчало, даже не екнуло ни разу, находясь рядом с воплощенной мечтой многих красавиц. Почему? Что со мной не так?
Да, я сама его закрыла и заморозила, но ведь хоть какие-то эмоции должны были проявиться? Пугало то, что ничего я не ощущала, совершенно. И как мы жениться будем? Меня прошиб холодный пот, стоило представить, что нам придется вместе ложиться в кровать, заниматься любовью, чтобы зачать наследника. Может потом меня и оставят в покое, но нужен ли он мне будет? Ужасная жизнь, о сути которой смогла задуматься только сейчас.
– Вспомнили что-то неприятное? – мгновенно уловил перемены в моем настроении Дорш. Как бы мне ни хотелось промолчать, но показалось жестоко обманывать молодого человека.
– Задумалась о будущем, – вздохнула с нотками грусти. Мы остановились в галерее цветов.
Можно было бы назвать это оранжереей, если бы не изумрудный коридор с цветами в кадках около стены. Выставлены они так, словно это выставка уникальных растений, практически все оказавшиеся диковинками.
– И что же вас так расстроило? – не унимался Дорш. Его глаза пытливо уставились на меня. Эх, будь, что будет, но лучше сразу все прояснить сейчас, честно объяснив свои чувства, чем потом скрываться по всему замку в поисках одиночества.
– Представила наше с вами будущее. Понимаете, мне всегда хотелось большой любви, чтобы сердце замирало, чтобы душа пела и радовалась. Вы чудесный, наверное, я плохо вас знаю, но успела понять, подлости в вас нет. Но и взрыва эмоций у меня при виде вас тоже нет. Именно это меня и беспокоит. Да, как говорят многие, стерпится – слюбится. Но я так не хочу. Понимаете? – высказавшись, потупилась.
Каково же оказалось мое удивление, когда Дорш не то хмыкнул, не то хихикнул и притянул меня к себе, стараясь не повредить питомцу. Удивленно подняв голову, опешила еще больше. Мой жених улыбался, открыто и искренне. Его глаза сияли.
– Вы не обиделись? – на всякий случай уточнила осторожно, решив, что у меня обман зрения начался.
– Вы даже не представляете, какой груз сняли с моей души, – тепло отозвался юноша. На мое недоумение пояснил: – Говоря с Витанэ о договоре, мы не могли знать, что у него есть еще одна дочь. А о том, что Тиарита уже просватана, наверное, только глухой не слышал. Для нас было шоком, когда помолвка все же состоялась. И с того момента мы с отцом волновались только об одном: мечтали, чтобы вы не влюбились, так как оставлять девушек с разбитым сердцем я не привык. Но и жениться на вас я не смогу, так как у меня уже есть любимая девушка.
После слов Дорша я облегченно выдохнула, но тут же вскинулась и нахмурилась. Переходить дорогу кому бы то ни было я не собиралась, но и как быть дальше, не предполагала. Потому и задала вопрос, беспокоивший больше всего:
– И что теперь делать? Наверняка ваша настоящая невеста с ума сходит, узнав о привезенной вами невесте. Надо же ей все объяснить.
– Не беспокойтесь, она обо всем знает. Сейчас нам стоит набраться терпения и подождать хотя бы пару недель, пока мы найдем выход, – пообещал Дорш. Я повеселела, у меня словно с плеч свалился такой груз, из-за которого было сложно дышать.
Даже Фарт приподнял голову и довольно фыркнул, выражая свое одобрение, пока не понятно чем. Дальнейший осмотр замка прошел значительно веселее, мы говорили обо всем и очень много, Дорш рассказывал довольно интересно, особенно о каверзах, которые он с товарищами совершал раньше.
Несколько раз на пути нам попались парочки, наблюдавшие за нами. Вот же любопытные. Интересно, что они хотели увидеть? Впрочем, неважно, я действительно наслаждалась прогулкой. Сам замок мне понравился. Если честно, судя по фильмам и книгам, мне представлялась этакая серая и мрачная крепость, насквозь продуваемая ветрами, а на деле оказалось все совершенно по-другому. Светлые и просторные залы, покрытые позолотой. Лучи солнца, отражаясь в них, создавали причудливые разноцветные узоры. Кое-где на окнах винтаж с замысловатым рисунком. Мне показали любимое место на самом верху башни, сделанной будто из стекла. Во всяком случае она оказалась полностью прозрачная и высокая. По размеру, наверное, с двадцатиэтажку если не выше.
На самый верх мы поднимались на подъемнике. Сердце заходилось, адреналин бушевал в крови. Еще мы, создавалось ощущение, словно паришь в воздухе, ведь все было прозрачным. Я вцепилась в руку Дорша, так как испытывала иррациональный страх пополам с азартом. А оказавшись наверху, потрясенно выдохнула. Единственная комната тоже прозрачная, под ногами будто разверзшаяся бездна. Кажется, сделаешь шаг и полетишь вниз.
Потолок тоже прозрачный, облака так низко, протяни руку и коснись. Моя челюсть упала вниз, я ее даже задерживать не стала. Фарт так же, как и я, рассматривал такое чудо, то и дело махая хвостом.
– Это потрясающе, у меня слов нет описать такое… такую прелесть, – выдохнула и сделала осторожный шажок.
– Не стоит волноваться, конструкцию даже таран в свое время не смог пробить, – успокоил жених. Но, даже поверив его словам, от собственного ужаса отделаться не получалось, но в то же время я хотела дойти до середины комнаты и посмотреть вниз, пощекотать нервы.
Получилось. Дух захватило. Раскинув руки в стороны, закрыла глаза, представив, будто я лечу, парю в воздухе, касаюсь облаков. Картинка вышла настолько живая, что я счастливо расхохоталась.
– Я сюда прихожу, когда мне грустно и надо о многом подумать, – поделился наследник.
В этот момент я осознала, между нами лопнули все преграды, общаться стало не в пример легче и приятнее, не надо было напрягаться, сдерживаться, обдумывать каждое слово. Стало спокойно на душе, показалось, мы сможем подружиться безо всяких обязательств, это дорогого стоит.
Но все-таки душу омрачало недавнее событие, именно о нем, как бы ни хотелось забыть и простить, надо было все выяснить.
– Ваша Светлость… – начала разговор, но меня прервали:
– Зовите меня просто Дорш, – предложил жених, вызвав улыбку на моих губах.
– Тогда я Ари, – решила совместить свое прошлое имя с нынешним, все же первое для меня было привычнее.
– Договорились, – пожали друг другу руки. – Так о чем ты хотела поговорить?
– Мне не дает покоя покушение на меня. Оно слишком глупое. Так подставиться? Зачем? Я сколько ни думала, никак не могу понять, – честно призналась, Дорш тут же вздохнул.
– Даже трое сильнейших магов-менталистом не смогли снять блок и узнать, в чем же был подвох. Он обязательно должен быть, но понять его или угадать не получается, – поделились со мной мыслями.
– А если это было сделано с целью проверки моих навыков и в то же время это мог бы быть отличный способ заставить расслабиться. Наверняка у многих возникло бы подозрение, что предыдущих невест тоже убила она. Тогда настоящий преступник имеет все шансы избежать наказания, – такая идея мне только сейчас пришла в голову. Насколько она реальна, судить сложно.
– Все может быть именно так, как ты говоришь, но не стоит исключать возможности, что предыдущих невест все же могла убить она, но другим способом, – протянул наследник.
– Не сходится, – мотнула головой. – Тот, у кого выработался определенный стиль убийства не станет его изменять.
– Почему ты в этом так уверена? – удивился Дорш.
– Психология. Это как почерк убийцы, если у него за столько раз выработалась тактика, он не станет ее менять, – объяснила свою точку зрения.
– Логично, в общем-то… Но я все равно не понимаю, что такое нашло на Иллишу. Она всегда была спокойной и рассудительной, никогда ни с кем не ссорилась. А тут такая несдержанность, попытка убийства, – покачал головой юный герцог.
– Кому еще, кроме отца, хотелось бы получить Горный перешеек? – решила зайти с другой стороны.
– Хотелось бы многим, да только все прекрасно осведомлены – шансов нет. Только герцог Витанэ в случае нашей гибели мог бы претендовать на ту часть, из-за которой у нас и случилась война.
– А Император Иратии? – вдруг спросила, осмысливая свою мысль.
– Он здесь причем? —не сразу дошло до жениха. И тут же его глаза округлились. – Свадьба с герцогиней Витанэ. Теперь наследник вместе с супругой становятся законными наследниками герцогства, а значит, могут претендовать на часть Горного перешейка. И как мы сразу не сообразили?
– Войной они не пойдут, но попытаются провернуть свои дела по-другому, более подло, уничтожив сперва невест, а потом и самих хозяев. Мне кажется, на невестах они тренировались, ими легче манипулировать, ведь вы оба менталисты и прекрасно можете защищать голову от проникновения, значит… – я поперхнулась от сумасшедшей догадки. – Слушай, если на мне все-таки есть воздействие, не могут мне приказать убить сначала тебя, а потом… Хотя, снова не сходится, убив тебя, я сразу попаду в темницу, до герцога не смогу добраться. Черт! Что же эти неведомые они задумали?
– Не стоит напрягать мозг, мы с отцом обязательно что-нибудь да придумаем, – пообещал наследник. Благодарно улыбнувшись парню, еще немного полюбовалась на красоту.
Шнырш бегал по прозрачной поверхности и урчал от удовольствия. Все увиденное ему несказанно нравилось. Но вместе с тем он чутко прислушивался к нашему разговору. Снова мечущийся хвост выдал его эмоции. Мне казалось, он знает нечто такое, о чем пока не догадываемся мы с Доршем. Эх! Как же жаль, что он не может разговаривать, мне о многом хотелось бы расспросить зверушку.
Начало темнеть. На небе появились первые звезды. Вниз смотреть стало страшно, так как казалось, стоишь над бездонной бездной, не имеющей дна. Я попросила Дорша проводить меня в покои. Хотелось отдохнуть и снять с себя надоевшее платье. Все-таки тяжелая ноша у девушек, и это в самом прямом смысле. Платье, кажущееся легким и воздушным, на самом деле весило достаточно много, и ходить в таком для меня было очень сложно.
– Хорошо отдохнуть, – пожелал около дверей Дорш, поцеловав кончики пальцев. Присев в реверансе, ответила:
– И тебе приятной ночи, – после чего мы с Фартом вошли к себе. Застыв на пороге, бегло осмотрела наши покои. На первый взгляд все спокойно, служанки успели все здесь убрать, но тревога начала усиливаться. Да и шнырш вдруг повел ушами, принюхался и зарычал.
Что могло насторожить зверушку? Почему у меня самой душа не на месте? Неужели тут полный замок тех, кому я успела перейти дорогу? Интересно, когда успела, если только приехала недавно?
Питомец плавно стек на пол, оглянулся на меня, сверкнув глазами. Ага, это могло означать только одно: стой и не шевелись. Я и застыла, наблюдая за другом и волнуясь, чтобы с ним ничего не случилось.
Фарт приблизился к кровати, но запрыгивать на нее не стал, вместо этого махнул хвостом. И тут я не сдержала потрясенного возгласа. Сорвавшиеся искры с кончика хвоста вдруг окутали кровать, начиная увеличиваться и разгораться ярче, пока не создали непроницаемый кокон, внутри которого будто магнитом стало притягивать черную кляксу.
В комнате резко понизилась температура, стало нечем дышать. Я попыталась позвать Фарта, но он мотнул головой, указав на хвост. Ага, бедолага держит эту немыслимую конструкцию. А мне что делать? Бежать за помощью? Но оставлять питомца одного страшно. А вдруг что-то пойдет не так?
Пока я размышляла, ко мне ворвались оба герцога и глава охраны, но как ворвались, так и застыли на пороге. Дорш, заметив, что меня трясет и я обнимаю себя за плечи, быстро снял камзол и накинул мне на плечи. Вместо благодарности, посмотрела на него признательно и кивнула. Зубы выбивали дрожь, в данный момент я ужасно волновалась за зверька.
Глянув на черную кляксу, почти полностью покрывшую изнутри светящуюся пленку, еще больше ужаснулась. И тут же, глянув на жениха, спросила:
– Это ведь магия? Ее все могут видеть? И что это вообще такое?
– Проклятие черной смерти. А видеть его могут только одаренные выше второй ступени, – пояснил Сотер.
– Кто-то был уверен, что ты не маг, потому ничего не сможешь заметить, – рыкнул Дорш, стискивая мои плечи.
– Кто-то очень торопится. И мне не терпится узнать, что такого должно произойти, если за один день уже второе покушение герцогини, – раздался голос герцога. Он прозвучал, как гром среди ясного неба.
На этот вопрос, как до меня дошло позже, многие хотели бы знать ответ. Жаль, в данный момент спросить было не у кого, потому что, рассмотрев следы ауры и остаточные эманации, никто ничего не обнаружил, что еще больше встревожило присутствующих.
– Силен, гад, – процедил Сотер. – Но мы все равно найдем его.
– Ари, идем. У тебя теперь другая комната, – непререкаемым тоном выдал жених. Но я мотнула головой.
– Без Фарта никуда не пойду, я его подожду, иначе места себе не найду, пока он здесь с этой гадостью разбирается, – прошептала, ощущая сухость в горле.
Ждать пришлось долго. Остальные тоже остались с нами, наблюдая и готовясь в любой момент подстраховать питомца. Но он справился сам. Вытянув всю эту гадость, скомкал ловчую сеть, как мне объяснил Дорш предназначение этой искрящейся штуки, втянул ее в хвост и довольно облизнулся.
Правда мне пришлось брать его на руки, потому что его лапы разъезжались в разные стороны, он не мог стоять самостоятельно. Если бы я не видела его довольную мордочку, то сейчас точно сходила бы с ума от беспокойства за своего зверька, но меня успели просветить, что он переел, сейчас словно пьяный, который превысил свою норму и допился до зеленых человечков. От сравнения я хихикнула, но на душе стало значительно легче. В наши новые покои, куда нас провели мужчины, отнесла его на руках и сразу уложила в кровать.
Сама успела принять душ и тоже юркнула под одеяло, притягивая к себе мягкого пушистика. Сразу стало спокойно и уютно.
Глава 4
Утром я проснулась от того, что рядом со мной кто-то тарахтел прямо в ухо, а еще было жарко, но уютно. Не открывая глаз, прислушалась и улыбка непроизвольно выползла на лицо. Фарт. Он урчал, как кошка, но вместо мурлыканья получалось тарахтение. Зато уютное и умиротворяющее.
Погладив зверушку, попыталась снять его с себя, убрать хвост и встать. Но не тут-то было. Хватка стала сильнее, хвост обвился вокруг моей шеи, и не думая выпускать из своего захвата, словно питомец боялся, что я исчезну, растворюсь или сбегу, пришлось поглаживать моего пушистого охранника и шептать ласковые слова, чтобы он меня отпустил, естественная потребность все сильнее напоминала о себе.
Словно неохотно хвост все же исчез, а я бросилась по своим делам, пытаясь придумать, чем заняться. Желаний было много: посетить библиотеку, разобраться с тем, как отсрочить свадьбу, при этом не вызывая подозрений, а еще мне очень хотелось самой посмотреть Горный перешеек. Что там такого, из-за чего убивают людей. Нет, понятно, что проход на другую сторону, но вряд ли он будет открытый, наверняка же как-то замаскирован.
Недаром говорят, хочешь насмешить богов, расскажи о своих планах. Вот и со мной произошло то же самое. Не успела я умыться и одеться, подхватив шнырша, спуститься вниз на завтрак, как встретивший меня Сотер сообщил об отъезде обоих герцогов, их вызвали в срочном порядке к Императору, что уже не могло не вызвать подозрений. О свадьбе поговорить уже не получится. Что ж, надеюсь, библиотека в силе?
– Лорд Сотер, вы мне не подскажете, где здесь хранилище книг? Мне бы хотелось побольше узнать о мире, восполнить пробелы, чтобы в случае чего я смогла приготовиться к любым неожиданностям, – спросила главу охраны, а в ответ получила подозрительный взгляд. – Что такое?
– Хм, ты разве не знаешь, что в архивы могут входить только члены семьи иле Шонр? Пока тебе не дали допуск, защита тебя не пропустит.
– Библиотека под охраной? – выдохнула пораженно, абсолютно не понимая, что за тайны Мадридского двора. – И с чего такая предосторожность?
– Леди Канира, вы ведь умная девушка, должны были догадаться, – попенял мужчина.
– Лорд Сотер, вы не поверите, но моего ума не хватает сообразить, зачем на книги защиту вешать? Я еще могу понять магические книги, там да, всякое может произойти, но на обычные… – не договорив, я вопросительно посмотрела на собеседника. Фарт хмыкнул.
– А ведь вы и правда не понимаете, – не меньше меня удивился глава охраны. – В книгах семьи иле Шонр слишком много информации, не предназначенной для чужих. Истории мира до раскола на две части, утерянные заклинания драконов и эльфов, магия крови вампиров. Сведения настолько ценные, что если попадут в чужие руки, быть беде.
– И как я сама этого не сообразила? – я готова была хлопнуть себя по лбу. Это же элементарно. Хотя почему элементарно, до меня дошло позже, со мной очередную шутку сыграло чужое воздействие, будь оно неладно.
– У меня создалось ощущение, что вы вообще ничего не знаете о мире, в котором живете, – тон вкрадчивый, вопрос с подтекстом.
– Я знаю только то, что нам положено знать, в остальном же это не женского ума дело. Или вы считаете по-другому? – вопрос был с подвохом, и он это понял. Если скажет, что очень даже женского, то я первая над ним посмеюсь, так как мне уже сообщили, какие здесь устои, а если согласится, что женщине положено другими делами заниматься, то и спрашивать с меня нечего.
– Да нет, не считаю, но слишком многие моменты меня смущают, откуда же вы вдруг взялись, если о вас вообще никогда не слышали, – и взгляд такой проникновенный, наверняка еще и воздействовать пытался.
Я открыто посмотрела на мужчину, не отрицая, но и не соглашаясь. Несколько минут гляделок, после которых Сотер первым усмехнулся. Не убирая ухмылку с лица, он ровно и словно рассказывал о погоде, предупредил:
– То, что Дорш вам поверил, ничего не изменит, я буду за вами наблюдать, потому что чувствую: вы не так просты, как хотите показаться. Это вызывает подозрения. Особенно, когда я хорошо чувствую недосказанность. Причем весьма серьезную, в будущем она может причинить неприятности.
– С моей стороны намеренной подлости можете не опасаться. А вот за ментальное воздействие я не ручаюсь, – честно призналась, разведя руки в стороны.
– Все равно я глаз с вас не спущу, – с легкой угрозой пообещал мужчина.
– Буду вам признательна, вы же наверняка первым меня и остановите от необдуманных действий в случае чего, – открыто улыбнулась.
Мы оба прекрасно поняли, что я имела в виду. А еще я порадовалась, что у Дорша есть такой преданный друг. Он ведь действительно в лепешку расшибется, но встанет на защиту наследника даже ценой собственной жизни. Это дорогого стоит. В тот момент я не стала задумываться, что станет со мной, если вдруг по чужой прихоти меня заставят причинить зло, просто старалась об этом не думать, чтобы не портить настроение раньше времени и не настраиваться на плохое. Будучи по натуре оптимистом, даже с учетом того, что мне пришлось вынести, я все равно всегда верила в лучшее, и оно, как оказалось, верило в меня.
Глядя на невозмутимое и привлекательное лицо Сотера, которое не портил даже шрам над бровью, я заметила решительность в его синих, как море в шторм, глазах. Чтобы немного разрядить обстановку, решила задать другой вопрос:
– Лорд Сотер, вы не догадались кто вчера мне сюрприз в постель подбросил?
– Все на уровне догадок, сегодня мои воины проверяют аристократов, находящихся в замке. Некоторые успели нарваться на хамство, но мы привычные. Пока результатов поиска остаточного следа никакого. Но как мне стало известно, вчера пятеро уехали на охоту, здесь неплохие угодья, много дичи и зверья, – вздохнул глава охраны.
– На охоту на ночь глядя? – я была поражена. – А разве не с утра на нее ездят?
– С утра, но наши охотники заявили, что хотят поохотиться много дальше обычного места, а так как скакать далеко, решили выехать на ночь. Лошади у всех непростые, сломать ноги им не грозит. И вроде бы объяснение правдоподобное, но слишком уж все совпало, а в совпадения я совершенно не верю, – отчеканил собеседник.
– Я тоже, – вздохнула, оглядываясь вокруг и пытаясь понять, чем себя занять. На меня вдруг нашло такое сильное желание порисовать, что не удержалась от вопроса: – Скажите, лорд Сотер, а где я могу найти листы бумаги и грифель?
Спрашивать, зачем мне это нужно, мужчина не стал, вместо этого сообщил, что после завтрака мне все принесут в комнату. А потом подставил локоть и направился со мной в столовую.
Встретили нашу пару смешками и понятливыми взглядами. Мне оставалось поражаться, насколько высокая степень распущенности у народа. Они ведь наверняка уже приписали нам то, чего и в помине нет. Ни разубеждать, ни что-то доказывать никто ничего не собирался. Оправдания – первый шаг к ощущению вины, а мы ее не испытывали, так как ничем постыдным не занимались. Что думают другие, пусть останется на их совести.
Присев за стол, наполнили тарелки и приступили к еде. Питомец удобно устроился на моих коленях и сам прекрасно справлялся с едой. Мне было интересно наблюдать, как он орудует вилкой. Прямо как заправский аристократ.
Не я одна засмотрелась. Многие, находящиеся за столом, даже забыли, зачем сюда пришли, с умилением рассматривая необычного и умного зверька, прекрасно знающего правила этикета. В глазах некоторых девиц успела заметить откровенно завистливые и ненавидящие взгляды.
Интересно, это они позавидовали, что у меня такой друг есть, или у них нашлись тысяча и одна причина для другой ненависти? Наверное я никогда не пойму аристократов. Ведь по сути у них все есть, им не приходится работать, чтобы прокормить себя и не умереть от голода. Им не надо беспокоиться, хватит ли стипендии на съем квартир и на кусок хлеба, им не надо стыдливо прятать глаза, являясь в универ или на вечеринку в одежде с рынка, да еще и с латками, пусть и искусно поставленными. Они пытаются мериться количеством бриллиантов, и если не дай бог у кого-то окажется их больше, тут же включают режим ненависти. Это жизнь? Постоянная зависть, гонка на опережение в количестве драгоценностей. Не хочу такой жизни.
Раз у меня выпала возможность оказаться в другом мире, мне хотелось бы приносить пользу, работать, осваивать новые горизонты, а если у меня есть магия, то учиться ей, постигать неизвестное. Сейчас об этом рано говорить, когда где-то рядом бродит убийца, возжелавший избавиться от одной попаданки, забыв сообщить ей самой, чем же она так не угодила.
– А зачем вам листы, не поделитесь? – вывел меня из размышлений голос Сотера.
– На меня вдохновение накатило, хочу порисовать, – честно ответила, не став признаваться, что именно мне захотелось нарисовать.
После завтрака переоделась в брюки и тунику. Устроила на балконе стул в ожидании необходимого, попутно рассматривала пейзаж. Окна из моей комнаты выходили с другой стороны от входа, потому я прекрасно могла рассмотреть вдалеке пустошь, кое-где пробивалась трава, но само место больше напоминало пустырь. Вот и родилась мысль, что прекрасно вписалось бы на том месте.
Но сперва хотелось бы прояснить несколько вопросов. Именно для этого я и ждала Сотера, прекрасно зная, он лично принесет все необходимое. Так и оказалось. Через минут двадцать он действительно постучал, принеся требуемое. Я позвала его на балкон, кивком указала на пустошь и спросила:
– Почему на ней ничего нет? Столько пустого места пропадает зря, ведь можно было бы или лечебницу построить, или школу для детей.
– Школы у нас есть, лечебниц тоже хватает, сажать там невозможно, неплодородная земля. В том месте скопление нехорошей, темной силы, именно поэтому никто не желает рисковать и строить там жилье, – пояснил собеседник. Я улыбнулась. Как чувствовала, что сюда подойдет. Не сдержала улыбку.
А потом и вовсе потерялась. Я воочию представила себе Храм с куполами, а внутри алтарь, в который впитывается темная сила, преображается в светлую и выходит уже золотым сиянием. Знаю, мечты, но мне очень хотелось верить в подобное. Храм на моем рисунке больше получился похожим на Собор, но я не могла налюбоваться. Даже на душе светло стало, когда я разглядывала свой шедевр.
Даже в университете, как бы ни хвалили меня учителя, так точно, ярко с полной передачей линий и красок у меня никогда не получалось сотворить нужное. И это несмотря на то, что работала я одним грифелем, мой глаза будто рассматривали то, что я хотела передать.
– Интересное строение, – раздался за спиной голос Сотера, как оказалось, все время находящегося рядом.
– Собор. Мне в голову пришла мысль, а если на месте темной силы поставить или Собор, или Храм, а там установить алтарь со светлой магией. Ведь можно же как-то преобразовывать энергию? Вот как вчера Фарт сделал. Он же собрал всю тьму, а тут она бы перерабатывалась и служила светлым источником силы, может из-за наличия рядом темного, столько проблем. Люди стали слишком агрессивны, в них много ненависти, – я говорила с таким азартом, пытаясь убедить мужчину в своей правоте. Получится или нет, не знала, но надеялась на лучшее.
Сотер разглядывал рисунок, о чем-то напряженно думал, иногда искоса поглядывая на меня. Потом усмехнулся, хлопнул меня по плечу, как закадычного товарища, и выдал:
– А мне понравилась эта идея. К тому же давно пора проверить преобразователи, созданные наимудрейшим магом перед самой смертью, но пока не нашедшие применения из-за невозможности сосуда для переработки темной магии. Но про алтарь мы и не думали. В наших Храмах это священная реликвия, омрачить которую никто бы не посмел. Но с таким подходом вряд ли кто-то сможет обвинить в осквернении алтаря, его ведь можно сделать и камнем истинной сущности, – подмигнул глава охраны.
Чтобы лишний раз не вызывать подозрения, спрашивать, что такое камень истинной сущности, не стала. Почему-то мне показалось, здесь это обычное явление и незнание элементарных вещей только еще больше возбудит подозрение главы охраны.
– Я заберу ваши рисунки? – с надеждой спросил собеседник.
– Конечно, у меня еще листы есть, я чего-нибудь порисую, – слегка улыбнулась, снова берясь за грифель.
На этот раз я рисовала чудесный сад с диковинными птицами и растениями. Как он возник в голове, сказать сложно, может, память подкинула, может, образы сложились весьма странным образом. Я могла бы поклясться, что никогда не видела такой прелести. А с другой стороны, из головы она взяться не могла.
– Фарт, это не твои видения я реализовала? – развернувшись, уточнила у зверька и тут же едва не вскочила, столько боли было во взгляде, устремленном на нарисованный сад. У меня и язык не повернулся спросить, знает ли он, что это за место. И так понятно, что знает, и оно причиняет ему боль.
Я уже хотела вырвать лист из подставки, тоже установленной Сотером, но мой питомец оказался быстрее и ловчее. Он сам вытащил рисунок, скрутил его и тут же уменьшил, а потом ткнул в свой хвост и… Карман у него там, что ли? Скрученный лист бумаги просто исчез внутри хвоста. Я обалдело любовалась на сие действо, а потом снова отвернулась и стала рисовать обычные замки или дворцы.
Фарт сидел рядом и наблюдал, склонив голову на бок. В какой момент появился Сотер, я даже не заметила, настолько увлеклась. На душе стало спокойнее и даже радостнее. На миг мне представилось, как здесь по моим проектам строятся интересные сооружения. То, что в моем бывшем мире обыденность, здесь, как я поняла, диковинка. Вот бы мне немного везения и предприимчивости. Когда фарс со свадьбой можно будет прекратить, я могла бы открыть агентство по архитектурным эскизам. Могла бы на этом заработать, проектируя необычные дома для народа.
– Вы хорошо рисуете. И сооружения у вас необычные. Словно вы их сами видели, – попытался уличить меня в чем-то глава охраны.
– Видела, конечно, во снах, – ответила, ни единым словом не соврав.
Мне иногда снился мой прошлый мир. Но нет, возвращаться не хотелось. Там меня ничего не держало, зацепиться было не за что и не за кого. А здесь, если удастся разобраться с так называемым злым роком Дорша, есть возможность неплохо устроиться. Буду подрабатывать герцогиней на полставки. Иногда появляться в свете в виде герцогини, а в остальное время попробую замаскироваться и стать владелицей собственного агентства, если здесь, конечно, такое практикуется.
В этот момент я отчетливо поняла, насколько плохо знаю сам мир и его законы. Непростительное упущение. И мне срочно надо восполнить недостаток знаний. Интересно, если я заведу разговор с Сотером, каких собак он на меня еще повесит? Но попытаться определенно стоило.
– Интересные вам сны снятся, – задумчиво протянул собеседник. – Только даже младенцу известно, сны хоть и бывают реалистичны, но там никогда не появится ничего из того, чего никогда раньше наяву видеть не приходилось.
– Вы заблуждаетесь, – мягко возразила и тут же направила разговор в другое русло. – Скажите, а девушки имеют возможность открыть собственное дело?
