Текст книги "Хозяйка проклятой таверны (СИ)"

Автор книги: Ольга Кобзева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 24 страниц)

Глава 34

Час. Меня хватило на это время, спустя которое я просто упала на пол. Сознание растворилось в зыбком мареве. Чувствовала, как меня бережно подняли и куда-то понесли. Ощущала горечь какого-то пойла и мягкие уговоры выпить все до капли.

За этот час клятву верности успели принести несколько десятков эйров. Тех, кто хотел этого сам. Остальных пока изолируют, об этом успела договориться с Тольситором. Я не одна, – повторяла себе эту фразу, падая в пучину тяжелого сна. – Я не одна, мне есть на кого положиться…

Проснулась и тут же подскочила, нетерпеливо обшаривая взглядом покои, где оказалась. На роскошные комнаты наследницы не тянет, скажу прямо.

От резкого движения повело, снова все завертелось перед глазами.

– Эйра Айранир, – с поклоном ко мне шагнула взрослая женщина. – Вам рано подниматься – слишком велико истощение. Прошу вас, прилягте. Нужно выпить настой болихолора и поесть, непременно сытно.

– Кто вы?

Женщина вскинула на меня удивленный взгляд.

– Я Лазалия, ваша кормилица, – медленно, пораженно выдохнула она.

Блин!

– Лазалия, неси свой настой и завтрак. А еще позови сюда эйра Артонир! – за грубым тоном старалась скрыть свою неосведомленность личностью кормилицы.

Объяснять, почему я не узнала кормилицу не стала. Не сейчас. Понимаю, женщина в замешательстве, возможно даже обидится, но у меня сейчас есть дела поважнее.

Эйтан словно ждал под дверью. Он пришел даже раньше, чем принесли завтрак. Я только и успела допить вязкую горькую дрянь.

– Амари! – просиял белозубой улыбкой парень. – А, настой болихолора, – понятливо кивнул на отставленный мной бокал. – Редкая гадость, – поморщился он.

– Эйтан, что с ранеными? Что с Брюссиром?

На секунду, лишь на секунду Эйтан позволил себе прищуриться, но я поняла, что мой явный интерес к эйру Шараеш от парня не укрылся.

– Он тут, неподалеку, в соседних комнатах. Ранен довольно серьезно, возможно, придется отнять левую руку, слишком сильно повреждены связки. Лекари делают все возможное.

Закрыла глаза, принимая эту информацию.

– Те, кто не принес клятву… где они?

– Тольситор запер всех в храме. Приставлена постоянная охрана. Знаешь, Амари… – Эйтан замялся. – А ведь раньше ни одному правителю эйры массово не приносили клятвы верности, более того клятвы вечного служения. Это… необычно и от того пугающе. Клятва лишает воли, все, кто ее принес своей жизнью отвечают за исполнение.

– Как же тогда Амадей заставил их повиноваться? Или все они жаждали смены власти?

– Амадей умеет убеждать, Амари. К тому же, демонстрация изменившихся способностей, тех, какими раньше обладал лишь правящий род вкупе с доказательствами твоей гибели сделали свое дело.

– И что, эйры ропщут? Тревожатся, что оберну клятву против них? – тяжело откинулась на подушку.

– Некоторые.

Принесли завтрак. К моему удивлению и радости это был целый поднос тяжелой пищи. Жареная рыба и полусырое мясо, овощи, припущенные на огне, хлеб, сыр, пирог.

– Составишь мне компанию? – спросила Эйтана, кивая на угощение.

– Тебе нужно хорошо поесть, – замялся он.

– Эйтан, ты ведь не думаешь, что я смогу съесть это все одна? – рассмеялась, оглядывая принесенное богатство. – Где я, кстати? Как-то не похоже на мои покои.

– Это лекарское крыло.

Парень все же опустился на табурет рядом, принимаясь за еду вместе со мной. Запивать завтрак предлагалось все тем же горьким настоем. Но, должна признать, силы он восстанавливает, не без этого.

– Ты изменилась, Амари, – прожевав, заявил Эйтан. – Даже не знаю, осталось ли хоть что-то от той наследницы, которую я знал. Жесткая, непримиримая… без колебаний отдающая приказания.

– Мне пришлось! – резко перебила я. – Ты и сам знаешь, что пришлось! Знаешь, через что вынуждена была пройти! Я выпала посреди зимнего леса в одном тонком платье и домашних туфлях, Эйтан! А в это время Амадей расправлялся с моим отцом! Едва успела прийти в себя, как тот, кто был рядом с детства пришел добить, пусть и не по своей воле. Так что закончим этот разговор!

– Как прикажете, эйра Айранир, – склонил голову парень.

– Не надо, – попросила тише. – Не делай этого, не отдаляйся. Кстати, а где Ойрир? Тот, кто мучил Дараху и руководил моими поисками зимой?

– В портальном зале я его не видел, – задумался парень. – Ойрир – правая рука Амадея, Амари, думаю, рядом с ним. От него стоит ожидать только плохого. К тому же, Ойриру Амадей обещал увеличение резерва, за это тот пойдет на все, можешь быть уверена в этом.

– Увеличение резерва? – даже есть перестала. – Разве это возможно?

– Незаконно, но возможно. Во время смерти одаренного айшалис, сильного одаренного высвобождается огромное количество энергии. Существует запрещенный черный ритуал, при котором часть этой силы можно впитать. Амадей стал сильнее как раз после убийства твоего отца, Амари. Мне кажется, он сумел провести обряд, возможно, этим и объясняются его новые способности, – словно виновато закончил Эйтан.

– Как это мерзко!

– Мерзко и запрещено законом. Если удастся доказать, что Амадей провел такой ритуал, его ждет кара Богов, Амари.

– Кара его ждет в любом случае! Долго прятаться этому негодяю не удастся!

– Я именно про кару Богов, Амари. Ни одно наказание не сравнится с нею.

– Хочешь сказать, это не образное выражение? – подалась вперед.

Парень тяжело вздохнул. Видимо, это что-то такое, о чем известно даже малым детям, но не мне.

– Кара Богов – страшнейшее, что может ждать айшалис, если он виновен, Амари, – принялся терпеливо объяснять. – Осужденные Богами жаждут смерти, как избавления. Льяра и Ахор редко действую сообща, но в особых случаях, когда баланс сил висит на волоске, а ритуал отъема энергии как раз способен подорвать мировой баланс, Боги объединяются, чтобы вынести вердикт и назначить свое наказание. Несколько веков назад был подобный случай. Эйр Приор. Не помнишь? Он вел уединенный образ жизни, долгие годы никто не знал о творимых им бесчинствах. Приор сумел продлить свою жизнь за счет силы убиваемых айшалис. Он прожил более пятисот лет, Амари, и при этом не старел, никак не менялся. Приор убил шестнадцать своих жен, пока его не остановил собственный сын. Тогда эйру было вынесено наказание самими Богами. Тело его навечно заковано во льдах Живого моря. Говорят, Приор жив и до сих пор и будет жить вечно. Все, как он хотел. При этом каждый его день, каждый час и минута наполнены невыносимыми страданиями. Разум Приора не помутится, он будет осознавать все, что с ним происходит и проживать свое наказание день за днем.

– Если ты прав, и Амадей действительно убил отца ради силы, он заслуживает все, на что обрекут его Боги! – кровожадно выпалила я, не удержавшись от дрожи от рассказа Эйтана.

Завтрак завершился вместе с тяжелым разговором. Вернулась Лазалия с несколькими помощницами. Тут же, в небольшом закутке лекарской палаты установили ширму. Приводить себя в порядок пришлось теплой водой из тазика. Волосы мне просто расчесали. Яркие пряди горели особенно сильно, как, уверена, и мои глаза. Выбрав из предложенных нарядов самый удобный, переоделась. Эйтан все это время ждал за дверью. На все про все ушло минут пятнадцать. Торопилась, как могла.

– Первым делом хочу увидеть Брюссира. После – к не принесшим клятву. Есть упертые? Те, кто вовсе не согласен на смену короткой власти Амадея?

– Как не быть, есть, – согласно кивнул Эйтан.

– Таковых отделить и охранять особо тщательно!

– Уже сделано, Амари.

Эйтан вдруг замер посреди коридора, взял меня за руку.

– Ты изменилась, Амари, – тихо произнес он. – Очень изменилась. А вот я нет. Знай, что ты все также можешь рассчитывать на меня, на мою помощь и поддержку. Всегда.

– Между нами… были какие-то договоренности? – сглотнув, предположила я.

– Только моя искренняя симпатия к тебе, Амари, – говоря это, Эйтан поднес мою ладошку к губам и слегка коснулся костяшек пальцев.

Глава 35

Брюссир лежал, обмотанный бинтами. Вокруг бледного до синевы мужчины поблескивал прозрачный купол.

– Регенерирующее поле, – пояснил Эйтан в ответ на мой вопросительный взгляд. – В Орегоре лишь один лекарь, который способен на это – эйр Даррейн. На наше счастье, он на твоей стороне.

– Этот лекарь принес клятву верности?

– Нет, эйра Айранир, – раздался насмешливый голос за спиной. Резко обернулась, встречаясь взглядом с молодым мужчиной лет сорока. Яркие серебряные пряди в волосах подсказали, что передо мной айшалис. – Прикажете и меня запереть? – вопросительно выгнул он бровь.

– Как он? – кивнула на Брюссира, игнорируя пока вопрос лекаря.

– Состояние крайне тяжелое, – улыбка исчезла из голоса эйра. – Полнейшее истощение, серьезные травмы конечностей, особенно левой руки. Повреждения внутренних органов, множественные переломы костей, обширные ожоги.

– Он… выживет?

– Организм сильный, борется. К сожалению, дать восстанавливающие настои не выходит, эйр Шараеш не способен сейчас глотать. Более того, его гортань и пищевод повреждены, несколько дней понадобится на минимальное восстановление.

– И чем же вы его лечите?

– Я подпитываю его своей силой, эйра Айранир, но многого я дать не в состоянии, ведь эйр Шараеш не единственный пострадавший, а мои возможности не безграничны. Раны его обработаны, кости сложены и вправлены, только вот левая рука вызывает серьезные опасения... К тому же, эйр Шараеш под постоянным регенерирующим полем, как вы видите. Стану удерживать поле сколько смогу, на сколько хватит сил. Сегодня-завтра точно.

– А потом? Пары дней для выздоровления ведь недостаточно?

– Простите, эйра Айранир, но я не всемогущ. Вся надежда на организм и силу самого эйра. И потом, если придется отнимать руку…

– Эйр Даррейн! – перебила, не в силах слушать, что у молодого Брюссира отнимут руку. – Я… у меня однажды вышло поделиться силой. Это помогло одному человеку поправиться. Мы можем попробовать?

Брови лекаря удивленно взлетели вверх.

– Ни разу не слышал, чтобы силой делились добровольно, – заметил он. – Вы точно понимаете, что предлагаете, эйра Айранир?

Не понимаю, – хмыкнула про себя. Я вообще мало что понимаю, к сожалению.

– Амари, ты не должна! – зашептал Эйтан. – Даже если выйдет, это слишком… интимно, да к тому же опасно. Ты не можешь собой рисковать!

Посмотрела внимательно на лекаря, на Эйтана, перевела взгляд на Брюссира – бледный, заостренные черты лица, запавшие глаза. Он ведь пошел первым, шагнул в тот портал, не беспокоясь о себе. Дал клятву верности.

– Когда я принимала у вас всех клятву верности, я давала в ответ свою – заботиться о каждом, Эйтан!  – заявила парню довольно резко. –  Я все же попробую помочь! – сообщила лекарю, решительно шагая к кровати Брюссира.

Присела на край, осторожно протянула руку сквозь прозрачное поле. Оно меня легко пропустило, лишь на секунду почувствовала легкий электрический разряд. Взяла в руки перебинтованную ладонь мужчины. Пальцы ледяные, – отметила невольно. Растерла немного, разгоняя кровь по конечностям.

– Что мне нужно делать? – вопросительно посмотрела на лекаря, ожидая хоть каких-то инструкций.

– Вы должны настроиться на него, эйра Айранир. Почувствовать биение силы у него в крови.

Закрыла глаза, прислушиваясь. Ладонь переместила на грудь Брюссира, повела ею, находя то самое место, где смогу почувствовать ток силы. Да! Получилось! Под рукой я ощущала лопающиеся пузырьки, они бурлили в крови мужчины, переплетаясь между собой. Свою силу я ощущала, как огонь, как искры, как электрический заряд. Мне предстояло перемешать всё в безумный коктейль. Справлюсь. Должна.

Потянула носом воздух, жадно, глубоко, одновременно настраиваясь, нащупывая тоненькую ниточку своей силы, буквально вытягивая ее из груди. С каждым новым сантиметром нить все больше стала напоминать оголенный провод под напряжением. Мне предстояло переплести эту нить с пузырьками Брюссира.

Сидя с закрытыми глазами, я ясно видела переплетение наших сил. Яркое, искристое. Непокорное поначалу, с каждой секундой оно поддавалось все лучше. Моя сила, проникая в кровь мужчины шипела, бурлила, но все же подстраивалась, принимая привычную для эйра форму. Но и его пузырьки замирали, успокаивались, тянулись ко мне.

Услышала резкий вдох. Открывать глаза не стала, боясь нарушить то хрупкое состояние единения, которого удалось достичь. Мою ладонь сжала холодная рука. Крепко сжала.

Губы невольно растянулись в улыбке. Получается. Он будет жить.

– Хватит! Амари, хватит! Это уже слишком! – затормошил меня Эйтан. – Амари!

Нет, не хватит! Я вдруг увидела порванные связки на руке Брюссира. Разорванные нити нервов, осколки костей, глубоко, у самого плеча.

Моя нить метнулась туда, замещая собой нарушенные соединения. Вставая на пустые места, подстраиваясь, ловя ускользающие осколки, выправляя, восстанавливая баланс.

Я не остановилась, пока не почувствовала во рту вкус крови. Металл во рту заставил резко распахнуть глаза, встречаясь с горящим взглядом Брюссира. Его рука сжимала мою так крепко, словно воедино спаялась с нею.

Повела глазами – вокруг нас было два купола – регенерирующий, привычный, тот самый, который установил лекарь и еще один. Огненно-красный, практически непрозрачный, искрящий молниями и огненными всполохами.

– Эйра Айранир, – хрипло, на грани слышимости произнес Брюссир. – Вам ничего не грозит, уберите защитную сферу.

Он раскашлялся, на губах выступила кровь.

– Я не знаю как, – прошептала так же тихо, с ужасом понимая, что нить, соединяющая нас с Брюссиром никуда не делась, она все еще тянется от меня к нему, вытягивая из меня силы.

– Это… ваша сила, эйра, – рвано давал указания Брюссир. – Просто… заберите… ее.

Мужчина бессильно закрыл глаза, а я сосредоточилась и представила, что втягиваю силу обратно. И купол, и нить.

С тихим звоном купол лопнул, оглушая криками Эйтана и лекаря, неслышными до сих пор.

– Амари! Как ты? – схватил меня в охапку парень, вздергивая наверх. – Амари, ну как ты могла? Даже десяток Шараешей не стоит твоей жизни! О, великая Льяра, Амари, ну как же ты меня напугала!

– Вот, эйра Айранир, выпейте! – Лекарь подсунул бокал с напитком, обжигающим знакомой горечью.

– Спасибо, – поблагодарила, выпив залпом. Прижала тыльную сторону ладони к губам на секунду, пережидая, пока горечь хоть немного не растворится во рту. – Простите, что заставила волноваться. Эйр Даррейн, это хоть было не напрасно? Брюссиру лучше?

– Лучше, эйра Айранир, – проворчал лекарь, священнодействуя над лежащим мужчиной. – Не просто лучше, он напитан силой под завязку, а его рука… Даже не представлял, что такое возможно. Думаю, ее точно удастся сохранить! Вы больше не должны так поступать, эйра Айранир! – строго посмотрел на меня лекарь. – Связь, что вы сумели образовать с эйром Шараеш, слишком глубокая! Вы практически растворились в нем! Будь его повреждения более серьезными… эйра Айранир, вам нужно вести себя более осмотрительно, уж простите за эти непрошенные наставления.

– Я… постараюсь.

Шагнула, пошатываясь.

– Тебе нужно прилечь, – заявил Эйтан, придерживая.

– Нет. Мне нужно узнать, что с советом и встретиться с эйрами, принесшими клятву. А еще мне нужно как можно скорее объявить всем, что я жива и вернулась! Эйтан, найди старшего рода Шараеш, – уже выйдя из лекарской, попросила я. Раз старший в их роду хранит какую-то реликвию, имеющую прямое отношение к правителю, непременно следует разобраться, что там за артефакт.

– Амари, ты уверена? – парень с волнением заглядывал в глаза.

– Все нормально. Сейчас еще чудо-эликсира выпью и вообще, как огурчик буду!

Глава 36

Сказать, что новый совет не обрадовался чудесной вести о том, что я жива, значит значительно преуменьшить эффект от моего появления в зале совета.

Входила в высокие двери уверенно, уже зная, что двенадцать айшалис заседают и наверняка решают, как быть с внезапно объявившейся наследницей. В окружении десяти эйров, принесших мне клятву, дрожать и бояться глупо, – так я себе и твердила, высоко вскидывая голову и распрямляя плечи.

– Здравствуйте, уважаемые эйры! – мой уверенный, громкий голос отразился от свода и стен, заставляя каждого из собравшихся обратить на меня внимание.

– Эйра Айранир, – склонились трое.

Трое из двенадцати!

Остальные выжидали.

– Всё? – выгнула бровь, замирая неподалеку от входа. – Остальные не хотят поприветствовать свою правительницу? Истинную хранительницу искры Богов!

Дала мужчинам около полуминуты на принятие решения. Ничего не изменилось. Настороженные взгляды, перешептывания – вот и вся реакция.

– Простите, эйра, – взял слово один из тех, кто не захотел меня приветствовать. Скользкий даже на вид. – Нам нужны доказательства, – мерзко ухмыльнулся он.

– Их есть у меня, – пробормотала едва слышно. – На колени! – грохнула, ловя обалдевший взгляд слизняка. – Ползи в мою сторону! – добавила, видя, как он опускается на колени, не в силах противиться приказу, отданному персонально ему.

Противно. Мерзко и противно было и отдавать этот приказ, и смотреть, как убеленный сединами мужчина, скрипя зубами, ползет в мою сторону, не в силах побороть силу приказа. На секунду в глазах потемнело. Не так уж и много сил у тебя, Амаргария! – стараясь дышать глубже, подумала я. – Держись! – отвесила себе мысленный подзатыльник.

– Назовись! – снова обратилась к подползшему эйру, устанавливая зрительный контакт.

– Эйр Пафелл Ойрир, – без промедления назвался он.

– Вот как? – удивилась, услышав знакомое имя рода. – А Иолан Ойрир тебе кем приходится?

– Иолан – мой сын.

Напомню, Иолан – тот подонок, который руководил моими поисками зимой, кто запугивал Дараху и отдавал приказ убить меня, если кому-то попадусь.

– Яблочко от яблони, значит, – выдохнула, собирая руки в замок. – Эйр Артонир, – обернулась к Эйтану. – Будьте добры создать необходимые условия для содержания уважаемого совета. Порознь, чтобы ничто не могло нарушить их уединения. Позаботьтесь и об их безопасности и охране, пожалуйста.

– Будет исполнено, – кивнул Эйтан. Уловила волнение у него во взгляде.

Да, Эйтан, да, вот-вот свалюсь. Но последний приказ отдать мне все же необходимо. Буквально соскребла остатки силы, переводя взгляд на всех членов совета, не успевших отойти от шока и решить, как им действовать.

– Не препятствовать аресту! Не применять силу во дворце! Повиноваться эйру Артонир, как мне! – хлестала словами, встречая один взгляд за другим.

Оттарабанила, мельком убедилась, что воздействие нашло свои адресаты и тут же повернулась к выходу.

За дверью заметила знакомое лицо – эйр Лафаер. Мужчина был немного бледен, но в целом вполне бодр. К счастью, Итор догадался, что происходит. Едва я шагнула за дверь, эйр подхватил меня под руку и едва ли не на себе доволок до ближайших жилых покоев.

– Спасибо, эйр, – прошептала, тяжело опускаясь на низкий диванчик.

И снова горечь настоя, хороший кусок мяса с кровью и недовольное бурчание ворвавшегося главного лекаря.

– Да вас же не нужно убивать, эйра Айранир! Вы и сами прекрасно справитесь с этой задачей! Не стоило прогуливать занятия с наставником, уважаемая эйра! Особенно те, на которых вам должны были рассказывать основы связи жизненных сил и силы айшалис!

Несмотря на слабость и дурноту, открыла глаза, встречаясь взглядом с раздраженным взглядом лекаря.

– Вы правы, эйр Даррейн. Вы совершенно правы! Прошу вас, помогите мне исправить это грубейшее нарушение с моей стороны, помогите мне восполнить зияющие пробелы в знаниях!

– От чего, эйра Айранир, мне кажется, что вы потешаетесь надо мной? – прищурился лекарь.

– Уверяю вас, эйр Даррейн, это не так!

– Что ж, думаю, я сумею выделить некоторое время для занятий с вами. Скажем, ранним утром, еще до завтрака.

– Завтрак, эйр Даррейн – основа основ, не стоит им пренебрегать, – изрекла наставительно, уязвленная высокомерным тоном лекаря. – Однако я буду рада вашей помощи, – заверила, снова откидываясь на подушку. – Два часа, Эйтан. Разбуди меня через два часа, – попросила парня, не открывая глаз, тут же проваливаясь в вязкую дрему.

Следующие несколько суток не делились для меня на день и ночь. Пара часов сна, когда это возможно, и снова в бой!

Клятвы тех, кто готов был ее дать, допросы пособников Амадея, уроки, обучение владению силой, восстанавливающий настой, назначение нового совета, короткий сон... И снова по кругу.

Предстать перед горожанами удалось на третьи сутки. Платье для меня приготовили шикарное, сразу стала казаться старше. Решили, что сначала я покажусь на главной площади, возможно, толкну речь. Небольшую совсем. А после проеду в сопровождении доверенных эйров по столице.

Толпа собралась знатная. Люди затемно занимали места вдоль основной дороги и на площади у помоста. Эйры рекомендовали мне показательно осудить парочку тех, кто поддержал Амадея, но я отринула эту идею. Во-первых, Амадей все еще не схвачен, а он, на минуточку, все еще действующий правитель. Разжаловать его можно либо казнив, это если прям кардинально, либо по решению совета эйров и с одобрения Богов. Вот в это одобрение мы и уперлись, потому что совет эйров, конечно же, я собрала заново из верных мне эйров.

Тот, что действовал при Амадее, пока в подвалах под охраной. Поначалу их в покоях оставили, только приставив стражу, но выяснилось, что у знатных эйров везде свои люди. После двух попыток побега и гибели молодого служки, бывшие члены-заседатели и перебрались в подвалы дворца.

Новый совет еще никогда не был таким молодым, как сейчас. Но, какая правительница, таков и совет! Единственный представитель старшего поколения – Итор Лафаер – глава рода, отец и дед. Остальные намного моложе, многие эйры и вовсе еще не связаны ни с какой эйрой.

Брюссир ни в какую не захотел отлеживаться в это непростое время. Стоило ему почувствовать себя хоть сколько-нибудь сносно, мужчину попросту не удалось удержать в лежачем положении в лекарском крыле. Руку он держал подвязанной, но отнимать конечность главный лекарь уже не планировал. Остальные повреждения эйра потихоньку восстанавливались, изрядно подстегнутые вливанием моей силы.

Брюссир по пятам следовал за мной. Точнее, не следовал, скорее, он меня сопровождал. Не оставлял одну, без своего присмотра. Для вида я то и дело возмущалась, пару раз не очень убедительно отсылала его прочь, но правда в том, что мне и самой было легче и спокойнее, когда Брюссир был рядом. Видеть его бледное лицо с заостренными чертами, усаживать за стол вместе с собой и не волноваться, где он, поел ли, отдохнул ли.

Вот и сейчас на огромном помосте, выстланном широкими досками и устланном алыми тканями, мы стояли плечом к плечу. Эйтан, Лафаер, Тольситор, Отрис – все они тоже были здесь. Но для меня важно было присутствие именно Брюссира, хоть я и старалась отрицать это даже для самой себя.

Короткая речь, обращенная к горожанам, небольшая демонстрация возможностей, распущенные и развевающиеся волосы, горящие глаза… Люди смотрели на меня, как на чудо. Словно я не носительница искры Богов, а сама Богиня. На площади, стоило мне сбросить капюшон, воцарилась звенящая, оглушающая тишина. Сотни, тысячи обращенных ко мне глаз, светящихся надеждой. И все, как один, опустились на колени, стоило мне заговорить. Нет, я этого не приказывала. Просто они поверили, что я Айранир, последняя истинная наследница правящего рода, последняя носительница искры Богов.