Текст книги "С тобой не соскучишься (СИ)"
Автор книги: Ольга Бондаренко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)
– Не бей меня. Мне больно. Мама! Где ты? Почему не говоришь со своей Лейсе?
Пьяный Фаддей чуть было не изнасиловал Лейсе. Он уже грубо толкнул её на постель, слепая провидица могла лишь беспомощно плакать, закрывая лицо, как ребенок, прозрачными своими руками. На её счастье, Нана оказалась рядом. Она заменила младшую сестру.
–Фаддей, – с вызовом крикнула женщина. – Не тронь Лейсе. Она умрет, и ты лишишься дохода. А если тебе нужна женщина, то лучше ложись со мной. Не пожалеешь. Я горячая женщина!
Мордатый Фаддей сально поглядел на Нану и отпустил слепую провидицу. Нана поспешно вытолкнула её из комнатушки, где в ту зиму она ютилась с сестрой. Другие нищие подхватили и увели плачущую Лейсе.
Но, став любовницей Фаддея, Нана по-прежнему не могла полностью защитить сестру. Лейсе начала болеть, еще больше похудела. Летом она еще продержалась, а осенью стало плохо совсем. Возобновились головные боли, Лейсе сильно кашляла. Фаддей не желал ничего слышать. Нана хотела убежать от Фаддея с Лейсе, думала, надо сесть в любой поезд и уехать. Она стала подворовывать деньги у пьяного Фаддея, копила на билеты. Но Лейсе не дала уехать, говорила, братья её ждут под землей. Местом жительства нищих летом была большая пещера за городом. Да и куда могла уехать Нана с сестрой. У покойной мамы родителей не было, она с сестрой выросла в детдоме. Где живет сестра мамы, Нана не помнила. У бабушки Дианы тоже была где-то сестра. Но жива ли она, где её искать, этого Нана не знала. Однако насчет брата Лейсе оказалась права.
Как-то с поезда сбросили избитого парня. Это был Тимур. Лейсе почувствовала это. Она ночью забеспокоилась, верной сестры не было рядом, её вызвал к себе их господин Фаддей, Нана не могла покинуть его до утра. Лейсе плакала и рвалась к проходящей недалеко железной дороге. Её отвели туда, нищие любили слепую девушку, а Фаддей был пьян. Он уснул, ублаженный темпераментной Нанкой.
Недалеко от железнодорожного полотна раздавались стоны, потом умолкли, но Лейсе шла туда, ведомая своим провидческим даром. Местные бомжи там нашли сильно избитого парня и потащили в пещеру. Лейсе сразу узнала его, хоть и не могла видеть. Сердце подсказало ей. Это был их Тимур. Измученная тяжелой жизнью, болезнями, слепая девушка сидела возле брата, держала его за руку, не давала умереть. И Тимур выжил. Но Тимуру пришлось подчиниться Фаддею. Хоть и слаб был брат после болезни, но в его присутствии Фаддей боялся бить слепую провидицу. Черт знает этих восточных людей, зарежет потом где-нибудь, – так думал Фаддей. Потом появился и Ираклий. Ему сообщил Тимур, что нашел сестер. Братья пытались увести своих сестер от Фаддея. Не удалось. Он не отдавал Лейсе. Его верные люди охраняли день и ночь слепую провидицу. Еще бы, Фаддей сколько денег получал, используя её дар. Да и она не шла, говорила все, что мама сама сюда за ней придет и отведет к папе. А на Ираклия Фаддей имел виды. Врач все-таки, пару раз оказывал помощь головорезам Фаддея, к нужным людям возили несколько раз Ираклия, он обрабатывал ранения. Фаддею такие люди были нужны. Некоронованный король нищих считал, что прибрал братьев к рукам. Они бы ушли от него, они сильные, но невозможно было забрать Лейсе. И дело было не только в Фаддее. Слепая девушка упорно отказывалась уходить. Ждала маму. Нана грешным делом думала, что надо послушаться и подождать еще. Ведь благодаря Лейсе она осталась у Фаддея и встретила братьев. Может, отец появится. К сожалению, братья не знали, что с отцом, где он, жив ли? Во время военных действий потерялась и невеста Ираклия. Война добралась и до города, где жил Илларион. Тимур и Ираклий там были. Но не нашли ни отца, ни брата, ни Стелы, ни маленькой Лейсе.
Когда дом снесло ракетой, лишь благодаря случайности, все остались живы. Невеста Ираклия сказала, что надо на время перебраться к её родителям, в деревню, там должно быть спокойнее. Надо уходить прямо сегодня. Папа как-то странно молчал, иногда только его полубезумный взгляд падал на дымящиеся развалины. Тимур и Ираклий отправились в больницу за сестрами, будущая невестка осталась возле убитого горем папы. Ни Наны, ни Лейсе уже не было в больнице, кто-то сказал, что сестры отправились на вокзал. Братья бросились туда. Знакомые подтвердили, что Лейсе забежала в поезд, что следом за ней бежала и Нана, что этот поезд уже ушел. Вернулись Тимур и Ираклий к родным развалинам только вечером. Возле дома никого не было. Какой-то солдат, сказали соседи, издевался над папой. Он увел в глубину сада, следом за ними бросилась невеста Ираклия. Больше их не видели. Слышали только выстрелы. Нану и Лейсе никто не видел, они не приходили. Испуганные соседи спрятались, услышав выстрелы. Боясь найти убитыми родных людей, братья все же обыскали весь сад. Папа и будущая невестка как сквозь землю канули. Нигде не было сестер. Потом кто-то в городе сказал, что видели сестер у Стелы. Братья нашли жену Иллариона, её дом уцелел, но сестер здесь уже не было. Стела ничего не знала, сказала только, что Лейсе все просила уехать. Может, и уехала Нана с ней. К Иллариону они собирались. Только и в соседнем городе уже шли военные действия. Тимур и Ираклий еще несколько дней искали своих родных, потом покинули город. А после и республику.
Вот и все, что могли рассказать братья про своих родных.
Осенью состояние младшей сестры стало совсем плохим. Порой она кричала от боли, отказывалась говорить. Фаддей теперь отсылал куда-нибудь братьев, когда Лейсе работала, опять стал бить её, аккуратно, чтобы не было синяков, пользуясь тем, что девушка была безответна. Лейсе очень боялась его. Получив очередной толчок в спину, она брала чью-то протянутую руку и, преодолевая боль, читала будущее.
– Если бы ты не увела от Фаддея Лейсе, он убил бы когда-нибудь её, или она сама бы умерла, – закончила свой невеселый рассказ Нана. – Мы все очень благодарны тебе за нашу Лейсе. Мама говорила правильно: хорошо Лейсе, хорошо и нам.
– А где твои братья сейчас? – спросила Вера. – Ведь Лейсе больше нет у Фаддея. Они вполне могли бы вырваться оттуда.
– Нет. Они все там же. Они пока не уверены, что наша Лейсе в порядке. Они хотят её видеть. К тому же, они без нас никуда не уедут. Да и некуда нам ехать. Наш дом разрушен. Можно, я схожу к ним вечером, – ответила Нана.
– А Фаддея ты не боишься?
– Там же мои братья.
– Я пойду с тобой, – сказала Вера после минутного молчания. – Я помогу вам. Нана, а что с отцом вашим? Ничего о нем не слышно?
– Не знаю, – расстроенно ответила Нана. – Когда я встречалась с Лейсе, она сказала, что ты его приведешь к нам.
– А мне она говорит, что я и к маме её скоро отведу, – улыбнулась Вера.
Нана ничего не ответила
Вера не знала, что этот разговор слышал муж. Он пытался запретить Вере идти на встречу с братьями Наны, но та была упряма. Тогда Олег сказал:
– Скажи Нанке, чтобы привела их всех сюда. У меня есть хорошая мысль. Они – восточные люди. Знаешь, а ведь если им помочь, они верны мне будут, как собаки. Как Нанка тебе верна. Пристрою, пожалуй, я Нанкиных братьев.
Олег сдержал свое слово. И причина была не только в том, что ему нужны были верные люди. Нанка к тому времени стала любовницей Олега. Олег умел быть щедрым и благодарным.
Глава 19.
Вера ни одного дня не имела общей спальни с мужем. Так решил Олег. Веру это устроило. Женившись на молодой женщине, муж не собирался расставаться с любовницами. Про любовниц мужа Вера догадывалась. И не очень печалилась. Ей не хотелось ложиться в постель мужа. Уже с первых дней брака она понимала, что совершила ошибку, сгоряча согласившись стать женой Олега. Женщина успокаивала себя, что в браке можно быть и друзьями. А если Олег заговорит о разводе, она согласится. Но данное мужу слово, что у неё никогда не будет любовника, она держала. И дело было не только в честности. Олег вытащил из одной передряги мамочку, Дульцинею... Заплатил её громадный долг. Вере пришлось просить об этом мужа. Тот обещал дать денег, при условии, что Вера никогда от него не уйдет, никогда не возьмет себе любовника. Жена согласилась, теперь Вера платила по счетам матери.
Когда Нана уже несколько недель проработала в доме Веры, то как-то, вернувшись поздно ночью, застала такую сцену.
Олег пришел домой поздно. Удивился, что нет Веры. Стал ей звонить. Вытащил телефон и обнаружил сообщение: "Стою в огромной пробке. Вера". Муж успокоился и не стал звонить. Нана торопливо накрыла ему стол. Олег ел да похваливал. Потом стал заигрывать с Наной.
– Нанка, ты замечательно готовишь плов. А может, и ты такая же горячая и острая штучка, как твои блюда.
Олег подошел и обнял Нану. Та кокетливо повела глазами.
– Еще лучше, – ответила она.
– Тогда пойдем.
Ни он, ни Нана не слышали, что в дом тихо вошла Вера. Она стояла и слушала. Потом также тихо вышла, спустилась вниз, посидела во дворе на скамеечке, потом поднялась и позвонила в дверь. Открыла ей смущенная, растрепанная Нана. Вера, сославшись на усталость и головную боль, быстро поздоровалась и ушла спать. Ей было неприятно. И дело было не в Олеге. В Нане. Она считала её почти подругой. А тут совсем другое. Нет, наверно, никогда у Веры не будет рядом друга, надежного человека, такого, как папка. Но Нана сама зашла в её спальню. Вера читала книгу при неярком свете ночника.
– Вероника Богдановна, я знаю, вы не спите. Я хочу поговорить с вами, – тихим голосом начала Нана.
– Слушаю, – подняла тонкие брови Вера.
– Я не могу больше работать у вас.
– Почему?
– Вы мне помогли, спасли Лейсе. Я не должна отвечать неблагодарностью.
– А что случилось?
Нана замялась.
– Говори, – глянула в упор красивыми серыми глазами Вера.
– Олег Сергеевич. ... Я не могу... Он ваш муж... Я переспала с вашим мужем.... – выпалила служанка, решившись, наконец.
– Я знаю, – без тени улыбки подытожила Вера. – Олег с первых дней хотел затащить тебя в постель.
– Я очень виновата, – зачастила Нанка. – Я поступила отвратительно. На востоке меня за это убили бы. И правильно бы сделали.
– К счастью, мы не на востоке.
У Веры полегчало на душе после признания Наны. Женщина вдруг улыбнулась и спросила:
– И как тебе?
– Что? – не поняла Нана.
– Мой муж. Понравился?
Нана опустила глаза, потом промолвила:
– Да ничего. Мне все мужчины нравятся. Я не могу без мужчины. Хотя у меня были и получше, – ляпнула Нанка и смутилась.
Вера засмеялась.
– Знаешь, Нана, я тебя благословляю. Спи с Олегом.
– Вы что такое говорите? Вероника Богдановна, – Нанка была поражена
– То и говорю. Сама сказала, что бывают и лучше. Но если тебя Олег устраивает, зачем куда-то бегать....
– Ой, – протянула Нанка, словно о чем-то догадавшись...
– Все нормально, – улыбнулась Вера. – Знаешь, Нана, мне все равно, кто спит с моим мужем. Лучше ты, чем Артурчик ему кого подсунет.
– Вы что не против? – не могла поверить служанка. – Вы на меня не сердитесь? Прощаете?
– А что? Тебе не нравится мое предложение?
Нечаянно высказанная мысль все больше нравилась Вере. Пусть Нанка будет любовницей мужа. Дома. Под боком. Меньше Олег к Вере будет заходить.
– Нана, ведь мой муж не противен?
– Нет, вы что, Вероника Богдановна. Он интересный мужчина, совсем негрубый, обходительный.
– Вот и спи с ним, – смеялась Вера. – Сказала же, разрешаю.
– Ну а как же вы? Ведь вам тоже нужен мужчина.
– Нужен, – вырвалось у Веры. – Но только не он.
Она прикусила язык. Но умная Нанка все поняла. Так Нана с благословения Веры стала постоянной любовницей Олега. Служанка теперь регулярно делила свою постель с старшим Переметьевым. Но Вере стала еще преданней. На Нану, было, польстился и Артурчик, но получил от Олега. Вера сделала так, чтобы Артур не в лучший момент попался на глаза брату. Артур все понял, уходя, зашипел:
– Когда-нибудь, Верка, ты поплатишься за все.
– Иди, гнилой, – презрительно бросила Вера. – А то скажу Олегу, что у тебя СПИД. Ты знаешь, твой брат мнительный. Близко к нашему дому не подпустит. И анализы замучаешься сдавать.
Артур вздрогнул при этих словах, поспешил уйти.
После этого вечера Вера распланировала судьбу братьев Наны. Они выросли в интеллигентной семье, нечего им жить среди нищих. Женщина напомнила мужу, что тот хотел помочь Тимуру и Ираклию.
– Да они торговать совсем не умеют, – недовольно ответил муж. – Я пробовал их поставить на лотки. Ничего у них не получается. Мне на базаре нужны надежные люди. Нет у меня для них работы. В охранники тоже не годятся. Пусть на стройку идут, там всегда гастарбайтеры требуются.
– Да там условия чуть лучше, чем в пещере, – возмутилась жена. – А Ираклий все-таки врач по профессии.
– Врачи на мою фирму не требуются.
– Тогда я сама их пристрою, – сгоряча пообещала жена.
– Попробуй, попробуй, – усмехнулся муж. – Когда у тебя ничего не выйдет, скажешь. Похлопочу я, на какой-нибудь стройке.
Одно дело сказать, другое сделать. Вера легко решила вопрос с Тимуром. Она узнала от Наны, что тот любит возиться с землей, неплохо в свое время растил цветы в родном дворе. Он стал сторожем и садовником на даче Веры. Олег согласился с этим назначением. Кроме того, скоро должны были выписать Лейсе, муж резко заявил Вере, чтобы в его доме слепой девушки не было.
– Вот пусть она с братом и живет на даче, – подумала Вероника и решила посоветоваться с Наной.
Та обрадовалась решению своей хозяйки.
– Как хорошо. Лейсе никто не будет беспокоить. А уж Тимур с неё глаз не спустит. И мы всегда с ними сможем встретиться.
А вот Ираклия никак Вероника не могла пристроить.
– Ладно, – думала Вера. – Пусть и он живет на даче. Где подработать, найдет. Те же самые стройки.
Но помощь неожиданно пришла со стороны мужа. Олег вечером смотрел телевизор о несчастных актерах советского кино, которые оказались невостребованными и начал недовольно говорить о неприспособленности интеллигенции к жизни.
– Надо же, – удивлялся тот, – торговать даже не умеют. Не знают, чем заняться. Интеллигенция!
– А почему они должны уметь торговать? – разозлилась неожиданно Вера, которой в разговоре послышался намек на неё саму. – У тебя спину прострелило, что-то к Иосифу Антоновичу, обычному врачу, побежал. А зачем? Лечил бы спину на базаре. Или бы Иосифу Антоновичу предложил там подработать. Ведь ему маловато платят. Пусть бы подработал у тебя на лотке.
– Иосиф Антонович – врач от Бога, – возразил муж. – Такому грех на базаре торговать.
– А Нанкиному брату можно? Он тоже врач. Между прочим, Ираклий окончил аспирантуру. Помог бы ты ему, Олег, с работой.
– Работа врача – не проблема, – ответил муж. – Они везде требуются. Жить где твой протеже будет? Тоже к себе на дачу поселишь?
– И поселю, – пообещала женщина.
Именно Иосиф Антонович, который считался почти что семейным врачом всех Переметьевых, обмолвился во время шашлыков на даче Веры – праздновали день рождения Олега, что здесь, недалеко от дачи, есть детская инфекционная больница. Старый главврач умер, никого не могут найти на его место. Зарплаты просто мизерные у врачей. Уж кого только не искали, З-жье рядом, все предпочитают ездить в город, к современному оборудованию, а там деревянные бараки еще дореволюционных времен. Правда, главврачу дают при больнице комнатушку.
– Нана, – сразу же крикнула Вера. – Пойди сюда. Ваш Ираклий ведь врач?
– Да, – ответила служанка.
– Документы у него сохранились?
– Да, диплом есть, только трудовая книжка осталась там...
– А где сейчас Ираклий?
– На том конце деревни дом кто-то себе строит. Ираклий на подсобных работах.
– Спасибо, – ответила Вера. – Иди, Нана.
– Вот, Иосиф Антонович, ведь пропадает врач, и не просто врач. Аспирантуру окончил, – грустно сказала Вероника. – На строительстве дач подрабатывает. Может, и прав Олег: не умеет интеллигенция постоять за себя.
Иосиф Антонович сокрушенно покачал головой, но ничего не сказал.
Вечером, когда отбыли все гости, (умотался даже Артурчик: ему Лейсе сказала, что в нем поселился огромный червяк и жрет его тело, братец назвал её слепой дурой, а Лейсе еще что-то тихо добавила, и Артурчик поспешно уехал) Вера не отстала от мужа, пока тот не пообещал провентилировать этот вопрос: возьмут без прописки Ираклия на работу или нет? Потом подмигнула Нанке, уходя в свою любимую комнатушку на чердачном этаже, где её ждала Лейсе:
– Проси сама за брата. Олег не должен тебе отказать. А я хоть спокойно поговорю с Люси. Девочка хорошо выглядит. Пополнела, порозовела. И голова не болит. Только мамой перестала звать меня, – грустно завершила Вера и тут же улыбнулась: – Интересно, что наша Люси такое сказала Артуру, что тот моментально сбежал.
– Я знаю, – засмеялась Нана. – Это я попросила Лейсе так сделать.
– Ты о чем? – подняла свои тонкие брови Вероника.
– Лейсе сказала, что его квартиру сегодня обворуют. Вот Артур и рванул в З-жье.
Вера весело засмеялась.
А через неделю Ираклий приступил к обязанностям главврача детской инфекционной больницы. Об этом похлопотал Олег Переметьев. Старший брат Лейсе получил временную регистрацию. Иосиф Антонович, ближе познакомившись с Ираклием, узнав, что он учился в аспирантуре, вспомнил его несколько статей в медицинских журналах, тоже решил помочь устроить судьбу своего коллеги, зарегистрировал его у себя. Для Ираклия, который с радостью согласился на эту работу, главным преимуществом было служебное жилье. Теперь и него был свой угол. Он даже начал мечтать забрать брата и сестру к себе, но Вера сказала:
– Не дури, Ираклий. У тебя всего одна маленькая комната. Живи спокойно. Никто твоих родных на улицу не гонит. А Лейсе на даче лучше. Она отдыхает, много бывает на свежем воздухе. К ней бабушки-соседки приходят, дети прибегают. Люси с ними играет. И потом, куда ты её собачару денешь?
Да, недавно у Лейсе появилась большая собака. Не поводырь. Обычная дворняга, но огромных размеров. Её кто-то выбросил из дачников, возвращаясь в город. Собака сама выбрала слепую девушку. Тимур в тот день пошел в магазин. Взял с собой сестру, он не оставлял её одну на даче. Боялся: вдруг Фаддей явится за ней. Когда брат с сестрой шли через заброшенный парк, что был недалеко от дачи, то из кустов выбежала огромная палевая собака, тощая, со свалявшейся шерстью. Она, увидев людей, жалобно взвизгнула, бросилась к Лейсе и принялась жалко тявкать и облизывать её руки.
– Собачка, хорошая собачка, – протянула слепая девушка. – Меня нашла собачка. Тимур, возьмем её с собой. Это наша собачка.
Брат молчал. Дача чужая. И так хозяин хмурился, когда Вероника Богдановна поселила их здесь. А теперь еще и собака. Но как отказать слепой сестре, которая редко когда что просила, он не знал. А Лейсе чуткой рукой уже набирала номер Вероники на мобильнике, который им оставила хозяйка:
– Вера, здравствуй. Нет, ничего не случилось с твоей Люси. Верочка, меня узнала собачка. Хорошая собачка. Добрая. Она руки мне облизала. Можно она со мной будет жить?
В детском голоске слепой провидицы было столько радости, надежды, что Вера тут же согласилась.
– Конечно, моя девочка, – ответила она. – Возьми с собой собачку, моя Люси. Придумай ей имя. Играй с ней.
Когда через неделю Вероника приехала навестить свою Люси и её брата, то её громким лаем встретила огромная животина, бегающая по двору.
– Ничего себе собачка, – только и обмолвилась Вероника, смело протягивая руку и гладя лобастую голову. – Как тебя зовут?
Собака доверчиво подставила голову.
– Тим, – ответил Тимур.
– Ну, Тим, давай знакомится, – сказала Вера, почесывая её за ушами. – Дай лапу, Тим, на счастье мне...
К удивлению Веры псина подняла лапу.
– Ах ты, умница, – умилилась Вероника, пожимая огромную собачью лапу . – Да ты ученая псина.
Олег тоже одобрил появление собаки.
– Давно пора было завести, – сказал он, когда пес, посаженный к его приезду на цепь, громко и свирепо облаял его, рвался, хрипел, не желая пропускать на дачу. – Хорошо, что злой. Никого не подпускает. Молодец!
Надо сказать, что Тим признавал лишь пятерых людей. Лейсе он считал за ребенка, охранял её, играл с ней, носил мячики, тыча мокрым носом в руки слепой девушки, чтобы та в очередной раз бросила его. Нану и братьев снисходительно терпел, мог и гавкнуть на них. Веронику собака признала хозяйкой – она выполняла все её команды. А братьев Переметьевых Тим терпеть не мог. Артуру как-то порвал штаны. После этого младший Переметьев к радости Веры и остальных обитателей дачи перестал там бывать.
Ираклий согласился с Верой, что младшей сестре лучше оставаться на даче. Это же самое твердил и Тимур. Лейсе молчала и улыбалась светлой детской улыбкой. Она набиралась сил после трудной бездомной жизни среди бомжей. Нанка на предложение старшего брата жить с ним разумно сказала, что будет продолжать работать у Веры. Ей нетрудно, а Олег Сергеевич платит очень хорошо. И где она, в конце концов, найдет работу с жильем и хорошо оплачиваемую, не имея никакой специальности.
Жизнь потекла относительно спокойно. Вера, пристроив своих подопечных, опять стала скучать. Все чаще она уезжала на дачу. И не только поговорить с Лейсе. Все было гораздо хуже. Опять подступила тоска.
Тимур, после того как Олег помог устроить Ираклия на работу, испытывал огромное чувство благодарности не только к Вере, но и к её мужу. Олег был доволен сторожем, он прекрасно понимал, что тот будет ему предан до последнего. Этим и пользовался муж Веры. Он приказал Тимуру приглядывать за женщиной. И теперь, когда Вероника сбегала на дачу, Олег знал, что сторож будет за ней следить. Именно от него он узнал, что жена, отсиживаясь по трое суток в деревне, не только проводит время со слепой девушкой, Вера попивает, Олег забеспокоился. Он раскричался на жену, та виновато молчала, даже не оправдывалась. Это было хуже всего. Опять начала гаснуть веселая жена Переметьева. Но больше всего Олег боялся, что Вера начнет пить, как начинала пить Андриана. Старший Переметьев решил, что жене надо работать. Он сказал об этом Вере. Та не ответила. Скука и тоска вновь одолевали её со всех сторон. Стакан вина или рюмка коньяка ненадолго прогоняли мрачные мысли, после спиртного спалось хорошо. Это и пугало – Вера сама боялась стать алкоголичкой. Но торговля её не интересовала. Ей очень хотелось ребеночка, особенно после знакомства с Люси. Но только не от Переметьевых. Вероника ненавидела Артура, не любила мужа. Она не хотела, чтобы перемешалась кровь Рычаговых и Переметьевых.
– Не дай Боже, – думала молодая женщина, – осмелюсь, рожу, а ребеночек мой копия Артурчика будет. Я не смогу любить его тогда. От кого бы мне родить? С кем бы муженьку наставить рога? Да это еще дурацкое обещание... Может мне тайком сходить на искусственное оплодотворение?
И все же дело было не в обещании. Лишь от одного женщина хотела бы родить. Никита Колечкин, от которого она ушла по своей глупости.
Глава 20.
Вероника никогда не интересовалась, как муж зарабатывает деньги. Но догадывалась, что не всегда честным путем. Нередко фирма «Северные зори» разоряла и поглощала более мелкие предприятия. К чести Олега надо сказать, что, порой разорив то или иное небольшое предприятие, хороших и толковых людей он брал на работу в свою фирму. С грустью Олег Переметьев начал констатировать, что брат его мало интересуется делами. Вера права, паразит – Артур, любит прожигать жизнь. Но Олег обещал матери не бросать брата. Вот и создавал работоспособную команду, собирал вокруг себя надежных людей. Никак только не мог найти человека, который мог бы заменить его полностью, хотя бы на время отдыха хозяина.
Олег все чаще думал о своей жизни. И был недоволен. Он работал как проклятый, нажил большие деньги. Зачем? У него нет детей. Есть младший брат, есть молодая жена. Именно благодаря Вере, Олег стал трезвее смотреть на выходки младшего брата. Нет, ему нельзя оставлять деньги. Артур не рвется желанием заниматься бизнесом. Олегу нужен надежный помощник. Может, привлечь Веру. Да, она молода, красива, умна, с ней можно появиться в любом обществе, она поддержит любой разговор. Как первые дни после женитьбы с ней было весело, не соскучишься, вечно она чего-нибудь придумывала. Олег ни минуты не жалел, что женился на дочери генерала Рычагова. В их жизни было всякое. Олег знал, что Вера его не любит, она честно об этом говорила, а он отвечал, что его любви хватит на двоих. К жене Олег испытывал необычайную нежность, несмотря на частые ссоры первого года жизни. Он создал ей все условия: деньги, драгоценности, новая перестроенная дача, никаких забот. Муж не учел одного, что молодая жена с её энергичным характером заскучает. А грустная Вероника ему не нравилась. Поэтому он и разрешил ей поработать. Школа, это так, пустяк. Вера не знает, что Олег согласился на её работу в той элитной школе после одного заключенного пари. Его приятель, отец Сережки Кирьянова, пожаловался, что никак не приживется в их школе учитель литературы.
– Никто наших оболтусов долго не может выдержать. И платят в нашей школе лучше, чем в обычной, и кабинеты оборудованы, а все равно никто не хочет работать.
– Моя бы жена выдержала, – похвалился Олег, сидя за бутылкой коньяка с другом и выпив не одну уже рюмку. – У неё, знаешь, какой характер.
– Какой? – поинтересовался друг.
– Противотанковый. Ей бы армией командовать. Правду говорю, на себе испытал, – Олег вспомнил отсидку в туалете. – Она с твоим оболтусом мигом бы справилась.
Слово за словом, поспорили, Олег дал согласие на работу Веры. Она об этом споре и не знала. Считала, что сама приняла решение. Олег с удовольствием вспоминал этот год, что работала Вера. Жена была весела, оживленна. Приятно было возвратиться домой. Сколько он посмеялся над её рассказами, даже переживал вместе с ней, когда её одиннадцатиклассники пошли сдавать обязательный в тот год ЕГЭ по русскому языку. Ничего, сдали.
Год прошел, и Олег настоял на уходе Веры. Та ушла и загрустила.
– Зря ты запретил ей работать. Дело твоей жене надо, – говорил сосед Кирьянов. – А то сбежит от тебя.
– Твой оболтус окончил школу?
– Да.
– Что тогда Верке делать в вашей школе?
– А что? – смеялся друг.– Пусть учит других балбесов. У неё ловко это получается. Сколько она моего парня чихвостила, а он её любимой учительницей именовал.
– Её любимой учительницей, – отозвался Олег. – А меня нищим олигархом в газетах окрестили.
– Вот-вот, и газетам есть пища, – смеялся банкир.
– Пусть газеты твою новую пассию обсуждают лучше. Ты вроде жениться собрался?
– Есть такие планы. Хорошая женщина. Деловая. И оболтус одобряет новую маму. Дочь тоже за, давно, говорит, пора мне найти половину. Так что женюсь в ближайшее время.
– Вот, свою жену и заставляй работать, – прекратил Олег этот разговор.
Потом у Веры появилась новая забота – стала опекать слепую девушку. Против этого муж ничего не имел. Благотворительность всегда нужна. Слепая Лейсе и у него вызывала жалость. Вспоминалась почему-то Андриана. Как она там? Именно в эти дни Олег, терзаемый совестью, увеличил ей содержание. Человеческие чувства пробуждала в нем несчастная Лейсе. И Вера ожила опять. Лейсе благотворно влияла на жену. Именно в те дни Вероника вроде стала соглашаться родить ребенка. Не кричала откровенно, как прежде, что дети ей не нужны, думала все о чем-то. "Значит, скоро согласится!" – решил муж.
Надо честно признаться, не очень-то получалось с физической близостью у Олега с Верой. И причина не в Олеге. Сама Вера была холодна в постели, явно уклонялась от супружеских обязанностей. Олег сначала думал, что она просто его не любит, но жена не завела любовников, это его удивило: неужели дело только в данном обещании. Более того, не похоже было, чтобы жена хотела бросить его, Вера была надежным человеком, хорошим другом. А когда в доме появилась горячая темпераментная Нана, то Олег решил, что жизнь наладилась. Вера смотрела сквозь пальцы на его ухаживания за Нанкой. И все никак не мог понять мужчина: знает жена или нет? А, в целом, его все устраивало.
И до Нанки Олег часто изменял Вере. Но в её верности был уверен. И дело было не только в глупой Дульцинее, из-за которой жена дала слово, что никогда не уйдет от мужа, не изменит ему. Олег прекрасно понимал, что ради матери Вера не пошла бы ни на какие жертвы. Она не знает, что было на самом деле. Не Вере, а Олегу надо было клясться в верности, настоящим-то должником был Артур. Олегу, когда он раскопал всю эту истории, самому стало противно. Именно, оберегая жену, он молчком заплатил долг Дульцинеи и первый раз крупно поругался с Артуром.
После свадьбы дочери Дульцинея сначала часто появлялась в З-жье. Дочь её потерпела, потерпела и быстро спровадила от себя. Дульцинея нашла выход, она поселилась у подруги – матери Олега. Матушка вскоре умерла, Дульцинея осталась утешать младшего сыночка. Где, когда теща снюхалась с Артуром? Бог их знает. Вера думала, что она открыла глаза мужу на связь Дульцинеи и Артура. Нет, не так это. Олег давно об этом знал. Младший брат преподнес эту историю следующим образом: ему было очень плохо после смерти мамы. Тетя Дуся его пожалела.
– Пожалела, – с иронией произнес Олег. – В постель к тебе залезла. И тебе было все рано с кем...
– Мне было очень плохо, – опустил глаза братец.
– Слава Богу, – подумал Олег, – Вера не в мать. Но неужели Артуру приятно со старухой.... Хотя не такая уж и старая теща. Она Верку-то совсем молоденькой родила. Интересно, а с какими чувствами сама Дульцинея ложилась к молодому мужику в постель?
Олег не знал, что Дульцинея думать не умеет. Но при этом считает себя красавицей и умницей. Как использовать эти качества родственницы, Артур моментально придумал.
Олег под влиянием Веры стал меньше давать денег младшему брату.
– Начинай работать, – говорил он. – Фирма разрослась. Мне помощники нужны.
Брат отмалчивался. Раньше было проще. Для матушки старший брат денег не жалел и не проверял, на что их тратит младший. А тут не стало Корнелии Львовны, и ежемесячные суммы Олег сократил, пригрозил, что и из различных историй вытягивать не будет братца. А деньги Артуру были очень нужны. Он привык жить на широкую ногу. Да и в это время он начал употреблять наркотики. А они стоят больших денег. Вот Артур и нашел быстрый способ обогащения.
Как-то Дульцинея застала молодого любовника горько плачущим. Артур признался ей, что сделал большие долги.
– Попроси у брата, – посоветовала Дульцинея. – Олег всегда давал тебе деньги.
– Я просил. Но ты знаешь свою дочь. Вера не дает брату выручить меня, – Артур помолчал, потом сказал: – Олег даже моим друзьям запретил мне давать деньги. Все боятся Олега.
Дульцинея промолчала минуту, потом воскликнула:
