Текст книги "С тобой не соскучишься (СИ)"
Автор книги: Ольга Бондаренко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)
Никита безошибочно уловил этот момент, женщина поверила ему. Он посадил дочку в её кроватку. Его руки опять обняли женщину, нашли её губы.
– Верка, ты моя навсегда, – предупредил мужчина. – Не вздумай еще себя чьей-нибудь женой объявить.
Вера прижалась к нему, забыв даже спросить, почему умирает Лейсе. Она потом, чуть позже поговорит об этом, сейчас ей тоже хотелось, как и Никите, тепла и ласки. Теперь у неё и дочери был надежный защитник.
Резкий звонок телефона заставил их вздрогнуть. Звонил отец Веры. Он был расстроен. В армии ожидается большое сокращение войск. Несговорчивый генерал Рычагов скорее всего будет отправлен в отставку.
– Пап, – говорила Вера, – ты, главное, не расстраивайся так сильно, приезжай домой, дома поговорим... Пап, здесь Никита... Да, ты был прав. Папа! Никита придумает что-нибудь.
– Богдан Анатольевич, – взял трубку Никита. – Не расстраивайтесь, правильно Вера говорит. Как, кому вы нужны? Нам нужны! Я вам найду дело. Приезжайте. Когда будете? Дней через десять. Хорошо. Да, отдаю трубку Веронике. На, Вера, отец хочет сказать тебе что-то важное.
– Вера, – прозвучал в трубке голос отца. – Я всегда говорил тебе, что твой Колечкин – порядочный человек. Надо ему верить. И сама ничего от него не скрывай. Ты самую главную новость ему уже сказала?
– Нет, пап, пока не сказала, я потом расскажу все.
– Дай трубку зятю! Сам скажу! Можно?
– Можно, – засмеялась дочь.
Вера отдала трубку мужчине.
– Никита, не упусти Верку. Не дай Боже, сбежит дура. А она... она... она... Нельзя ей сбегать. Сама пусть всю правду тебе говорит. Ладно, зятек, береги моих девчонок! Вот поговорил с вами, сразу легче на душе. Прорвемся!
Генерал отключился. Колечкин вопросительно смотрел на Веру.
– Что не договорил твой отец? Что он хотел сказать?
– Никита, папка хотел сказать, – засмеялась Вера, в глазах которой запрыгали озорные искорки, – чтобы я с тобой не спала в одной постели. Это всегда кончается беременностью.
– А, – протянул Никита, – я знаю это. Вот она моя Маруська, самое надежное доказательство, – он поцеловал девочку, что опять сидела у него на руках. – Но отныне спать будем вместе. Вспомни, как хорошо нам было на твоей даче.... Я так любил проснуться и почувствовать, что ты рядом, поцеловать тебя в любой момент... Вер, а ничего нет перекусить, я, честно сказать, хочу есть...
– Ну что же, – улыбнулась Вера, – идемте, я вас буду кормить. Маруська разгулялась, скоро каши запросит.
– Идем, – согласился Никита. – Я давно хочу есть. В самолете кусок в горло не лез, все думал: здесь ты или нет? Корми мужа, жена. Так, Марусенька?
Девочка смеялась и что-то лопотала на своем языке.
После ужина мужчина отдыхал, он устал от долгого перелета, запутался со сменой часовых поясов, присел на диван и задремал. Вера подложила ему подушку: "Ложись, Никита, ложись, отдохни", – принесла одеяло, укрыла Никиту. Укачивала и Марусю, которая сбилась с режима и ни в какую не хотела спать. Проснулся мужчина по местному времени ни туда, ни сюда. Оглянулся испуганно. Из спальни доносился лепет Маруси, голос Веры. Облегченно вздохнул.
– Постель с тобой всегда кончается беременностью, – вспомнил он. – Впереди у нас целая ночь.... Может, и сегодняшней ночью...
Он не закончил мысль, вскочил, кинулся к Вере:
– Вера, ты говорила... когда говорила... – мужчина запутался в словах, – словом, говорила про беременность... про постель... Вера, я правильно тебя понял, я только сейчас понял... Ну скажи, не томи...Что ты говорила?
– То и говорила, – улыбнулась Вера. – Три месяца уже.
Она погладила свой плоский еще живот.
– Какой я дурак, я только сейчас это понял, – Никита покаянно подошел к женщине. – Верка, я тебя люблю. Ты моя женщина. Мать моих детей. Давай я тебе помогу, покачаю дочку, а ты отдохни.
Наступала полночь. Давно спала Маруся. Но не до сна было Вере и Никите. Оба они соскучилось по ласке, все сдерживаемые чувства прорвались, Никита целовал без конца свою женщину, она отвечала тем же.
– Вера, а будущему ребеночку мы не навредим? – беспокоился мужчина.
– Мы постараемся, – отвечала Вера. – Но я столько ждала тебя. Я столько времени была одна.
– Я постараюсь быть осторожным, – шептал мужчина, не в силах оторваться от любимой женщины.
Уставшие, оба они уснули, так и не поговорив толком обо всем. Утром Никита проснулся, словно его толкнули. Он резко поднял голову. Где Вера? Он уже один раз проспал её. Слава Богу, любимая женщина была рядом. Вот она лежит, спит, улыбается во сне. Никита всегда любил наблюдать за спящей Верой. И сейчас он не изменил этому правилу. Его любимая светлая Вера была с ним. Вот именно светлая. Она опять светилась. Даже выкрашенные темно-рыжие волосы не меняли этого ощущения. Вера открыла глаза, сразу потянулась к мужчине.
– Никита, скажи, что я не сплю, что это ты рядом.
– Не спишь, – засмеялся мужчина. – Мы рядом. А ты не исчезнешь?
Вместо ответа Вера обвила его шею своими нежными руками. Слова были не нужны, говорили чувства. Проснулась Маруся. Вероника поспешно встала к ней, махнув рукой мужчине:
– Поспи еще.
– Нет уж, – ответил Никита. – Я один раз уже поспал. Встаю вместе с вами. Обязательно!
Вероника смеялась, она переодевала девочку.
– Дай мне мою дочку, – сказал мужчина.
– А ты уверен, что твоя? – прищурилась женщина.
– Уверен, – смеялся мужчина. – Такие рыжие только от меня родятся.
Вера посадила малышку на кровать и вышла из комнаты. Маруся пыталась заплакать, скривила свое личико, пухлые губки обиженно задрожали, но Никита начал ласково говорить с ней. Девочка прислушалась, плакать передумала, внимательно изучала новое лицо, потом улыбнулась.
Весь день Никита играл с девочкой. Ему было интересно наблюдать за малышкой. Радовалась Вера, глядя на их быстро наладившееся общение. Лишь после обеда, когда уснула дочка, Никита и Вера спокойно поговорили обо всем, рассказали все новости друг другу. Они говорили долго. Вера рассказывала, как принесли ей кормить первый раз Марусю, как она увидела её рыжие волосики и поняла, что родила дочку Никиты.
– Знаешь, я даже обрадовалась, – сказала женщина. – Это означало конец моего брака с Переметьевым. Я готовилась к разводу, скандалу, крику, всякое могло быть... Готова была остаться без денег... Я бы со всем справилась. Но я не могла подумать, что Олег умрет. Я сразу поняла, что он умер не без помощи брата. Я приняла решение: Артур не должен увидеть Марусю. Он нашел бы способ и с ней расправиться.
– Я знаю, – говорил Никита. – Олег словно чувствовал свою смерть, он не доверял уже брату. Перед смертью твой муж просил меня не спускать с брата глаз, если что с ним случится, просил позаботиться о тебе и о девочке. Он тоже боялся, что Артур убьет Марусю. Но Олег считал, Маруся – его дочь. Так думал и я. Поэтому не решался отойти от Артура в те дни, боялся, что он подошлет к тебе убийцу, и держал его постоянно в поле зрения. А потом стал ему почти другом. Так было легче его контролировать. В одном себя виню, что сразу, как мне стало известно о смерти Олега, я не бросился к тебе в больницу. Я рассчитывал, что увезу тебя сразу с похорон, увезу к себе, несмотря ни на что. Я подготовил квартиру, о которой не знал Артур. В роддом я не шел, чтобы не навлечь подозрений Артура. Я очень себя ругаю за это. Выпутался как-нибудь. Но уже тогда бы знал, что Маруся моя.
– Артура нет, – вдруг проговорила Вера. – Наследница его денег по-прежнему Мария. Она по всем документам дочь Переметьева Олега.
– Документы переоформим: Маруся – только моя дочь. А наследовать нечего, – ответил Колечкин. – Артур спустил все. Успел. Я ему помог. И Артура нет. Ты одна осталась из Переметьевых. Ты – тоже наследница по закону, Вера, как вдова Олега Переметьева.
– Нет, – ответила Вера. – Ни я, ни Маруся не будем наследниками, настоящая наследница – Андриана. И это её деньги. На деньги её отца создал Олег свои "Северные зори". Я случайный человек на пути Переметьевых, глупая дура, вышедшая замуж в порыве обиды. Я совсем не умела думать тогда. Жаль только, что Андриана ничего не получит.
– Ты и сейчас такая же дурочка, – улыбнулся Никита, целуя свою женщину. – Ты думаешь, я зря все эти месяцы был другом Артурчика. Большая часть денег Олега у меня. Мне порой казалось, словно еще кто-то помогает мне обобрать Артура.
– Богатый Буратино, – улыбнулась Вера.
– Это все должно было вернуться, по моим замыслам, к тебе и Марусе. Только жизнь вносит коррективы... Недаром мне казалось, что кто-то помогал мне...
– Нет, – перебила Вера. – Деньги Переметьевых – грязные деньги. Мне не надо ничего. И ты бы от них держался подальше.
– Ты права, – невесело усмехнулся Никита. – Я возвращаю все Андриане.
– Ты что-то не договариваешь, – посмотрела Вера внимательно.
Освобожденный под залог Артур тут же вывел следственные органы на Андрея Горчичникова. Тот был взят под стражу.
Эти сведенья Андриана выяснила от Колечкина Никиты. Дальше она действовала сама. Никита узнал это позже, от Горчичникова, который требовал взамен на какие-то сведенья, чтобы ему предоставили свидание с Колечкиным, управляющим фирмы "Северные зори". И Никита встретился с ним. Андрей Горчичников предъявил свои требования к Колечкину:
– Я знаю, кто успешно обобрал покойного Артура, – сказал он Колечкину. – Это ты. но все деньги вернешь Андриане.
– А если не верну? – спросил Никита.
– Значит, у тебя и твоей семьи появится враг. Ты – умный мужик, я уважаю тебя. Я согласен был сначала, чтобы часть денег осталась у тебя, но Мария Переметьева – не дочь покойного Олега. Так сказала мне Андриана.
– Ты встречался с Андрианой?
– Да, она добилась свидания. От неё я знаю, что ты ищешь дочь Рычагова и хочешь жениться на ней. Это твое дело. Женись. Но денег Переметьевых у вас не будет. Ни у тебя, ни у Верки, ни у Марии. Истинный хозяин "Северных зорь" – я. Переметьевы работали на меня. И ты тоже. Неужели не догадался?
– Догадался. А Вере ты ничего не хочешь оставить? Она тоже была женой Олега, – спросил Колечкин. – Она имеет право на часть денег. Неужели Олег ничего не заработал за все годы?
– На Верку мне плевать. Хотя, честно сказать, уважаю я эту бабу. Она умная, смелая. Обдурила моих мужиков на У-ком шоссе. И потом, у неё есть деньги.
– Нет, – ответил Никита. – У неё по документам только дом в деревне. И тот от деда! По завещанию, наследница денег Переметьевых – её дочь. Олег признал девочку.
– Вот видишь, даже ты не знаешь всего о Верке. Говорю, умная баба. Есть у неё деньги, которые она не довезла до меня. Там приличная сумма. Передай ей, что это и есть её наследственная доля от Переметьевых. Спасибо пусть Андриане скажет. Что удивлен? Смотри, женишься на Верке, она и тебя обведет вокруг пальца. Все понял?
– Все, – ответил Никита. – Но у меня есть условие.
– Ишь, какой прыткий, – недовольно пробурчал Горчичников. – Ладно, говори.
– Это безопасность моей семьи и семьи Андрианы. Ты оставляешь их в покое.
– А какое тебе дело до Андрианы?
– Вера не бросит её. А я, ты это знаешь, женюсь на Веронике.
– Ладно, – пробурчал Горчичников. – Живите спокойно. Но не ты, а Андриана вам выговорила покой. И деньги должны вернуться к Андриане.
– Можно, еще один вопрос?
– Спрашивай.
– А тебе-то какое дело до Андрианы. Не верю я в бескорыстие. Особенно твое.
– Ты Верку любишь?
– Люблю.
– Вот тебе я и ответил. Я тоже когда-то любил Андриану. И сейчас люблю. Это единственное хорошее чувство у меня, с которым я ничего не могу сделать. Оно сильнее меня. Жаль, что не увел Андриану у Переметьева. Думал, я все больше по тюрьмам да бегам. Какая ей жизнь со мной? Пусть живет с Олегом в тепле и богатстве. Зря я так сделал. Увел бы, может, все было бы по-другому. Сломали её Переметьевы, сломали. А какая была женщина! Далеко твоей Верке до нее! Так что живите все спокойно. Андриана вам этот покой купила и оплатила, – и неожиданно добавил: – Ты уж, Колечкин, последи за капиталом Андрианы, пока я в местах буду отдаленных. Ты головастый.
– Хорошо, я найду надежного человека, – сухо ответил Никита.
– Сам не хочешь?
– Нет.
– Почему?
– Мне надо создавать свое дело.
– Ну что же, пробуй.
Никита долго думал об этом разговоре. Можно было бы не послушать Андрея, нарушить данное слово, тем более, что через месяц Горчичников был убит. Но Вера права – грязные это деньги. И раз распорядился Горчичников, значит, пусть так и будет. А Никита создаст свое дело. Кое-какие средства у него есть, о чем не знал ни Артур, ни Горчичников. Это все было зарегистрировано на Люську Артюховскую, ныне Людмилу Кирьянову.
Глава 3
3 .
Андриана хорошо и давно знала Горчичникова. Это был известный среди криминальных кругов человек. Жестокий, расчетливый. Никто не знал его слабое место. Он был влюблен в Андриану, жену Олега Переметьева, через фирму которого «Северные зори» они отмывали свои капиталы. Только с Андрианой у Горчичникова проявлялись человеческие чувства. Он не мог сказать ей грубого слова, не мог кричать в её присутствии, и самое большее, что позволял себе, поцеловать ей руку. Как-то Андрей осмелился и признался, что любит Андриану. Но Андриана, воспитанная в строгости восточной матерью, отказала ему в любви. Сначала она была верна только своему Олегу, а после Андрей попал в тюрьму. Все трагические события в доме Переметьевых, связанные с Андрианой, разыгрались в его отсутствие. А был бы Горчичников на свободе, может, Олег и не решился бы с первой женой развестись. Когда Горчичников вернулся из отдаленных мест, у Переметьева Олега была молодая жена. «Живите пока», – процедил сквозь зубы Андрей. Потом он был в бегах, не до Олега и его молодой жены стало ему. Но, узнав про трагедию Андрианы, тайно навестил женщину. Глядя на постаревшую, несчастную Андриану, Горчичников принял решение. Судьба новой семьи Олега была решена. Горчичников решил мстить за искалеченную жизнь Андрианы. Вот только любимая женщина не рассказала Андрею о злой роли Артура Переметьева в её судьбе. Его убить она мечтала сама.
Первой жертвой Андрея Горчичникова должна была стать Вера. Именно поэтому деньги должна была передать она. Но Веру спасло её звериное чутье и господин случай. Кому-то мешал Горчичников, его машину заминировали. Только и Андрею Бог улыбнулся в тот день. Не поехал сам на встречу, велел привести Верку и деньги. Вместо этого погибли люди Андрея. Велось следствие. Переметьев рыл рогом землю. Горчичников временно отложил исполнение своих планов. И тут он узнал, что Олег собирается стать отцом. Поэтому было решено лишить его жизни в самый радостный для него момент, а его молодую жену оставить без средств к жизни – что-то дрогнуло в душе, не решился Горчичников убить только что родившееся дитя, пожалел и мать, молодую дуру, сунувшуюся в осиное гнездо зачем-то. А потом решил предоставить их Артуру. Пусть Верка помыкается с ребенком без больших денег Олега, без его заступничества. Поэтому его брату была дана полная свобода. Горчичников не сомневался, что тот уничтожит свою невестку. Он так и думал, что нет в живых ни Веры, ни Маруси, что сделал свое черное дело Артур, только притворяется, что ищет Верку. И Горчичников успокоился. Он равнодушно смотрел, как управляющий ловко обирает Артура. Теперь Горчичникову было на это плевать. Он отомстил за Андриану, разрушил, уничтожил семейство Переметьевых. Артуру ни к чему деньги. И так скоро помрет от своих наркотиков. А когда Колечкин все деньги Переметьевых приберет к своим рукам, то Горчичников предложит подарить это ему. Способы давления всегда найдутся. Андрей все хотел вновь встретится с Арой, узнать, как она живет, но только вскоре Горчичников был опять арестован. Кто-то его сдал. Рано ли, поздно ли, но это станет известно Андрею, и тогда кому-то будет очень плохо.
Неожиданно свидания с ним добилась Андриана. С грустью смотрел Горчичников на эту красавицу с восточным типом лица. Немолодая, сидящая в инвалидной коляске, Андриана была еще интересной женщиной, хоть и стала увядать её яркая красота. Но надо признать, что выглядела женщина сейчас лучше, чем в те дни, когда он навестил её после тюрьмы.
– Ара, ты помолодела, хорошо выглядишь. Зачем же я тебе понадобился? – спросил Андрей Горчичников, целуя руки женщины. – Может, хоть теперь скажешь, что любишь меня или любила когда-то. А может, поженимся?
– Нет, не в мужья тебя звать собралась, – ответила Андриана. – Я теперь только другом могу быть.
– Что-то я не верю, что ты хочешь быть моим другом.
– Правильно, что не веришь, – согласилась Андриана. – Я просто хочу кое-что тебе рассказать. Помощи попросить. Издалека начну, с нашей молодости.
И Андриана рассказала обо всем: о том, как её, пьяную, изнасиловал Артур, как она скинула его ребенка и не могла иметь больше детей. Сказала о своем предположении, что в аварии, из-за которой она не может ходить, виноват Артур, что жизнь она сохранила, лишь благодаря Вере. С веселым смехом говорила первая жена Олега Переметьева, как вторая жена наставила ему рога и родила ребенка от другого мужика, и, уже не улыбаясь, грустно говорила Андриана, как не дает до сих пор покоя Артуру живая Вера и Маруся...
– Так что, вторая жена Олега с ребенком жива? – прервал ее рассказ Игорь.
– Жива, конечно жива, – ответила женщина, – а благодаря ей, живу и я. Сам говоришь, хорошо выгляжу.
– Я думал, враки, что Вера тебя вытащила из горящей машины, – задумчиво произнес Горчичников.
– Ну, за это я ей спасибо и не говорила, – ответила Андриана. – Тогда я хотела только умереть. Но хорошо, что не умерла. Вера сейчас живет со мной. Ты понимаешь, она пришла ко мне за помощью после смерти Олега. Я пожалела её. А теперь каждый день благодарю Бога за то, что он привел Веронику ко мне. И не одну. Она и дети вернули мне жизнь. Так что, Андрей, Верку ты не трогай. Это сейчас моя семья. Кроме того, Верка все-таки дура, считает, что всем рулит Артур. Он, конечно, редкостный гад, достаточно умный, но настоящий хозяин, я-то знаю, это ты. Ты всегда им был.
– Так ты приехала просить за Веру? – недоверчиво спросил Игорь.
– Зачем за неё просить? – удивилась Андриана. – Она живет себе и живет. Никому не мешает. У меня они с дочкой сейчас. Мы вместе перебивались, как могли, этот год. Ведь Артур пытался лишить меня содержания. Так и сказал, что калекам не надо много есть. Думал, помру без денег. Но он не знал, что Верка пошла работать, хоть и ребенок крошечный, всего несколько месяцев. Кормила она меня весь год, по больницам возила, да и весь дом на ней был. Все решения она принимала. А я с детьми все больше. Мне с ними хорошо... Правда, выяснили мы недавно, что управляющий Артура, Колечкин Никита, тайно от своего хозяина перечислял мне деньги, только не по почте, а на карточку... Кстати, это от него у Верки дочь... Они поженятся вскоре, – и Андриана опять засмеялась. – Хорошо Верка насолила всем Переметьевым – наследника их чужого мужика родила. За меня отомстила. Но я не за этим приехала. Я приехала сказать, что тебя взяли из-за Артурчика. Он сдал тебя. Не спрашивай, откуда знаю, все равно не скажу...
– Ты понимаешь, что этими словами ты подписываешь приговор Артуру? – спросил Горчичников.
– Понимаю, – ответила Андриана и четко, разделяя слова друг от друга, произнесла. – Я хочу, чтобы мразь, по имени Артур Переметьев, умерла. Я сама мечтала убить его, но отдаю тебе... Это он и только он виноват в моей искалеченной судьбе. Из-за него сижу в инвалидном кресле. Да, имей в виду, когда прикажешь расправиться с младшим Переметьевым, у Артура СПИД. А то заразятся мужики еще...
– Что? – Горчичников даже привстал.
Только из-за этого уже Артур был обречен.
– Андрей, – попросила напоследок Андриана. – Верку не трогайте. Девка и так настрадалась. Пусть живет. Её дочка меня бабушкой зовет. Я люблю их.
На лице женщины заиграла счастливая улыбка, когда она вспомнила малышку.
– Пусть живет, – ответил Горчичников. – Ара, а почему ты в первую встречу не рассказала мне всей правды об Артуре.
– Я же сказала, что мечтала сама убить его.
– А теперь?
– А теперь у меня есть Вера с маленькой Марусей, а еще Майка со Славочкой. И Тейса, Алик. Дети зовут меня бабушкой Арой. И мне нравится быть бабушкой. Ты представляешь, я утром еще лежу, рано просыпаюсь, а девочки с Аликом научились ходить, от мамок убегут и ко мне в постель лезут: "Бабуська, бабуська!" Целуют, обнимают... Бабушка Ара не хочет быть убийцей. Как тогда детям в глаза смотреть?
Андрей улыбнулся, видя просветленную улыбку на лице любимой женщины. Она никогда не была такой, даже в дни жизни с Олегом.
– Ладно, бабушка Ара, – ответил он, – я все понял. Только пообещай мне, когда твои внучки подрастут, будут спрашивать про твоего дедушку, скажешь, что его звали Андреем Горчичниковым.
– Скажу, – засмеялась женщина. – Переметьевых я не хочу видеть в роли дедушки. А ты всегда красивый был. Так и скажу, что Славочка вся в тебя.
– А почему Славочка.
– Тебе скажу, от остальных скрываю. Это моя любимица.
И Андриана подробно рассказала про других обитателей дома.
Через сутки после этого разговора Артур был повешен в тюремной камере. Колечкину Никите было поставлено условие – вернуть деньги Андриане. Через несколько месяцев в тюремной больнице умер Горчичников. У него обнаружилась скоротечная форма рака. Андриана забрала его тело и похоронила. Внучкам так и говорила: "Дедушку вашего хороню".
Глава 34.
Через три дня Никита, Вера и маленькая Маруся вылетели в П-в. Генерал, услышав, что Лейсе умирает, пытался отложить все дела и полететь с дочерью, но не получилось. Ему пришлось задержаться.
Лейсе была совсем плоха. Она уже не вставала. Речь не отказала ей, стали отказывать руки, ноги, они не слушались, не подчинялись хозяйке, словно жили своей жизнью. От боли слепой девушке кололи наркотики. Часто Лейсе впадала в бессознательное состояние. От нее не отходил старый Андрон. Бывший врач-онколог лучше других понимал, что дочь доживает последние дни. Часто сидела рядом Гуля, когда надо делала уколы. Бросил все дела Ираклий, приехал в П-в, хоть и тяжело ему было видеть бывшую невесту, и Гуля не обрадовалась этой встрече. Худенькая Тейса при его появлении не отходила от матери, глядя волчонком на угрюмого мужчину. А Лейсе все чаще звала пропавшего на огромных просторах страны Иллариона. Тимур нашел человека, который остался вместо него на даче, приехал и сидел, не отходя, возле любимой сестры, гладил её руку. Нанка хлопотала по хозяйству, помогала Майке, следила за маленьким Аликом, которого очень полюбила, удивлялась брату, который не мог простить невесте, что она родила. Но ребенок же не виноват. Тем более Алик, он вообще не известно чей. А Тейса...
Андриане тяжело было видеть умирающую девушку, она, навестив её с утра, оставалась в своей комнате, играла с детьми: с подвижным Аликом и любимицей своей Славочкой. У Ары в эти дни стали болеть ноги, невыносимо болеть, и женщине казалось, что боль усиливается, когда она рядом с Лейсе, которая упорно звала её бабушкой. Ара же иногда думала, что она к Лейсе испытывает чувства, какие, наверно, испытывают женщины к своим дочерям. А теперь её взрослая дочь умирала. Оставаясь одна, Андриана потихоньку плакала. Жаль, что не было Веры, с ней стало бы легче.
Бог услышал мысли женщины, Никита разыскал Веронику, они прилетели. Лейсе, словно, ждала её, пришла в себя, открыла глаза.
– Ну вот, я позвала тебя, и ты здесь, – девушка улыбнулась белыми от боли губами.
Вера сидела и гладила её голову: "Моя девочка, моя Люси". На руке женщины был необычайно красивый ажурный серебряный браслет – подарок Никиты. Лейсе как-то нащупала его, её худенькие дрожащие пальчики осторожно обежали его, слепая девушка забеспокоилась.
– Откуда это у тебя, Вера? Где ты взяла? Это мой браслет. Мамин. Ты его нашла?
– Мне Никита его подарил, – осторожно ответила Вера, не желая расстраивать девушку. – Он его купил.
– Нет, – ответила Лейсе, – этот браслет мама мне дала. Я его потеряла, когда жила у Фаддея. А ты его нашла. Дай мне.
– Конечно, моя Люси, возьми, – Вера сняла дорогое старинное украшение.
Она не видела лиц братьев Люси, что смотрели на изящную безделушку. Лейсе надела браслет и успокоилась.
– Мамочка, ты вернулась к своей Лейсе, – проговорила девушка. – А то в последние дни я не слышала тебя от боли. Я сейчас, мама, поговорю с тобой. Нет, Гуля, отойди от меня со своим шприцем. Не набирай лекарство. Да, мне больно, но ты уколешь меня, я опять пропаду, я не успею поговорить с мамой. А мама что-то мне хочет сказать важное.
Слепая девушка закрыла глаза и замолчала. Гуля все-таки сделала укол. Лейсе уснула и проспала долго. Она проснулась утром просветленная, очень красивая, неестественно красивая. И старый Андрон сразу понял – это все. Дочери уже нет с ними.
– Папа! – заговорила слепая провидица. – А сегодня мне хорошо. Знаешь, почему? Я была с мамой. Она отпустила меня ненадолго к вам. Она хочет с вами поговорить. И я помогу вам и ей. Родные мои, подойдите все ко мне. Мы сейчас с мамой говорить будем.
– Мы и так все здесь, – сказала Нана. – Мы всегда теперь с тобой.
– Вера, а ты уйди, – попросила Лейсе женщину. – Мам не хочет говорить при тебе.
Вера вышла. Лейсе обратилась к своим родным, оставшимся с ней. Речь её начинала путаться, все они старались помочь девушке, не расстраивать её. Но умирающая провидица медленно, но упорно шла к какой-то своей цели.
– Дайте мне руки ваши, – продолжала Лейсе. – Я хочу, чтобы вы все поговорили с мамой. Потом мы все вместе позовем Иллариона, и он придет. Папа, где твоя рука?
– Я здесь, моя маленькая дочка, – глухо ответил старый врач.
– Ираклий, возьми папину руку. Потом ты, Нана. Гуля, уйди, пожалуйста, не обижайся только, я люблю тебя, но ты другая, ты наша, но другая. Тимур, бери руку Наны. Тейса, ты куда, не уходи с Гулей, стой. Возьми мою руку. Я давно догадалась обо всем. Та самая сильная, ты сегодня примешь от меня древнее знание. Но ты не умрешь. Вера все сделает, чтобы ты жила долго. А где Андриана? Где Майя? Мама велела их не отпускать.
– Я здесь, – ответила странным голосом Андриана, не отрывая взгляда от браслета на руке слепой девушки.
– Я сейчас ухожу, – ответила Майка.
– Нет. Ты мне нужна. Ты и бабушка Ара. Ара, – попросила Лейсе, – возьми Тейсу за руку. А ты, Майя, держи Нану. Вы не бойтесь. Не сошла с ума ваша Лейсе. Просто завтра я умру. А Иллариона с нами нет. Мама велела его позвать. Но это мы сделаем потом. Закройте все глаза. Сейчас с вами будет мама говорить. Вы увидите её.
Все послушались слепую девушку. Каждый в этот момент видел что-то свое. Но в каждом видении была мама. Перед глазами старого Андрона появилась молодая Фаина, студентка первого курса. Тихая, скромная светловолосая девушка, выросшая в детдоме. Она обняла уставшего, немолодого Андрона своими воздушными руками:
– Я жду тебя, родной мой. Мы скоро будем вместе. Видишь, твои отец и мать тоже здесь, – она показала на родителей Андрона. – Но ты не спеши, родной мой. Когда будут все дети пристроены, тогда и приходи. Мама тебя просит все вспомнить... Доделать то, что не успела она. Ты нашел её сестру?
С отчетливостью понял старый Андрон, что подходит к концу его жизнь. Ненадолго он переживет свою несчастную дочь. Старик не испугался. Там, за таинственной чертой, ждала его жена. Там родители. И жаль, что нет с ними Иллариона. Иллариону нужно сказать, что его дочь Лейсе теперь зовут по-другому. Тейса её зовут. Она с недавних времен дочь Гули... Гуля спасла их, старого Андрона, Тейсу, дочь Стелы и неизвестного младенца, Алика. Гуля заслужила счастье...
Фаина повернулась к Андриане. Андриана видела женщину, похожую на Лейсе и немного на Майку. И эта светловолосая женщина просила:
– Вспомни, вспомни и ты. Ты Андриана, он Андрон...
Потом Андриана увидела свою покойную мать, мама тихо говорила:
– Помни, дочка, все помни, не бросай детей Фаины и Андрона... Ты им теперь мать... Он Андрон... Ты Андриана...
Перед взором Ираклия появилась мать, строгая, грустная, словно маленького погладила сына по голове:
– Не мучай себя, сынок, не ломай себя, не сможешь ты простить Гулю, и не надо, у неё другое счастье, и у тебя тоже. Нанкиному счастью, смотрите не помешайте, она самая живая среди вас... Она отказалась от счастья, ради вас... Помогите ей...
Нана видела, как мать благословляет её.
– Дочка моя, как я любила тебя, как ждала, как мечтала о девочке. Ты у меня, умница, хватит жить чужим домом, ищи свой, деток рожай. Ты еще успеешь. Ты не стесняйся, говори всем, что хочешь иметь свою семью. Ты женщина, женщина должна иметь мужа и детей... Ты слепой сестре была матерью, ты не бросила отца, братьев, твоей любви на всех хватит. Тимуру хорошую жену найди.
Тимура мама обнимала.
– Спасибо, сынок, я знаю, ты любил меня больше всех моих детей. Тебе труднее всех было без меня. Но ты молодец, ты любил больше всех и нашу малышку Лейсе. Все у тебя хорошо будет.
Майка робко стояла среди этих людей. Зачем Лейсе приказала остаться? Она приказала вспомнить маму. А Майке совсем не хотелось вспоминать женщину, что родила её. Она хорошо помнила свою мать: светловолосую, голубоглазую, красивую, пьяную и злую. Перед глазами женщины всплыло видение. Она, еще девочка, смотрит на фотографию, на ней две молодые девушки: мама и её сестра, которую Майка видела только ребенком. Она не помнила эту женщину, только её мягкие добрые руки. Как же звали мамину сестру? Это очень важно.
Тейса вдруг вспомнила те страшные дни, когда не стало её настоящей, родной мамы. Вспомнила свою красивую маму. Перед её глазами появилось то, что её детское сердце приказало забыть, а оно почему-то вернулось. Девочка увидела тетю Дину, мамину сестру, она привезла маленькую девочку из деревни к маме, когда немного стало спокойнее в городе. Но это было временное затишье. Утром начался ракетный обстрел. Мама, Тейса и тетя Дина с маленьким сыном выбежали из дома, они хотели спрятаться в погребе, но взрыв оглушил их. Когда девочка пришла в себя, мама лежала, не шевелясь, из уголка губ текла кровь. Тетя Дина лежала, зажимая свой живот. Плакал лежащий на земле Алик. Тетя Дина слабеющим голосом попросила: "Беги отсюда, девочка, спасайся, дом сейчас рухнет. Ты возьми Алика и беги к людям. Они помогут. А я останусь с твоей мамой". Тейса как воочию видела мертвую маму, это была не мама Гуля. Настоящую маму звали Стела, тетя Дина, что велела взять ей маленького Алика, была ранена в живот, она говорила из последних сил. Это была мама Алика, она умирала.
– Иди к людям, девочка, неси Алика им. А мы здесь останемся здесь с твоей мамой. Ты не плачь. Иди!
