Текст книги "Вампир, я не твоя (СИ)"
Автор книги: Олеся Айдарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц)
Глава 30 Разве его остановит какой-то засов?
Полина
Ехать в деревню, где собрались готовые на подвиги люди, только вначале показалось хорошей идеей. Как только толпа сомкнулась вокруг нас кольцом, отрезав путь назад, я была уже не так уверена.
Ещё бы – собрались сплошь мужчины, так и норовящие ткнуть вилами в лошадиный бок. И только Дориан, похоже, не видел в этом проблемы.
– Мне бы старосту, – расслабленно попросил он, будто меню в ресторане.
Не обращая внимания на шепотки и тихие разговоры подданых:
– Сам…
– Сам явился. С кралей.
– Ильку нашёл.
– Милорд. Рады видеть вас в здравии, – высокий полноватый мужик вышел вперёд и отвесил поклон.
В толпе же хмыкнули:
– Конечно, в здравии. Чё ему, нечисти, сдеется?
– Мы с кузиной тоже рады видеть всех вас, – произнёс Дориан самым что ни на есть светским тоном. – Планировали заехать на днях с визитом. Однако случилось происшествие… Совершали прогулку мимо леса и нашли вот этого ребёнка. Ваш?
– Наш-наш, – снова закивал староста.
– А где родители? – Дориан покрутил головой не то приглядываясь, не то принюхиваясь.
– Так… – замялся староста.
– Сирота он! – выкрикнули слева из толпы.
– Отец на войне ещё погиб, мать в лесу сгинула, – добавили откуда-то справа.
– В лесу? И давно? – насторожился Дориан.
– Третьего дня, – смущённо ответил староста. – Мы на волков, конечно, думаем.
– Только рановато для волков-то, милорд, – произнёс чернобородый мужик, который стоял совсем рядом.
– Рановато, – поскрёб подбородок Дориан. – А указ мой соблюдаете? В лес по вечерам не ходите? После полудня домой поворачиваете?
– Соблюдаем, милорд, – произнёс глухим голосом староста.
– Скоро совсем запретите в лес ходить! – снова крикнули из толпы.
И гораздо тише добавили:
– Только и ждёте, когда мы все тут загнёмся.
– Давайте по порядку, – не реагируя на упрёки, предложил Дориан, – есть семья, готовая принять мальчика? Или предлагаете мне его на воспитание забрать?
Что?!
– Я бы может и не против.
Не смей! Не привязывай меня к этому миру! Это нечестно! Для доходчивости ущипнула графа за бок.
– Однако мы с кузиной по этому поводу ещё не советовались, – дал заднюю Дориан. – К тому же мой замок сейчас – не лучшее место. Самая захудалая лачуга со знаком семёрки, нарисованным углём на стене, во стократ надёжнее… Ну так что, есть ли у мальчика родственники?
Толпа затихла. Ни шепотков, ни возгласов. Люди, кажется, боялись даже пошевелиться.
– Есть у него… и дядька, и тётка, – ответил староста, когда пауза начала слишком уж затягиваться. – Только у них самих семеро по лавкам. Оттого и не углядели.
Меня начала мучить совесть, но я понимала: с родными ребёнку будет лучше, чем в замке с потенциальной беглянкой и графом-вампиром.
– Умгу, – вздохнул Дориан. – Отнесите мальчика к дяде.
С этими словами он ухватил подмышки сонного малыша и передал его в уже протянутые руки. А потом сунул руку за пазуху, вытащил пухлый позвякивающий мешочек и бросил его старосте.
– И от этого четверть отдайте. Оставшееся разделите поровну на каждую семью… А по поводу леса и грядущей зимы заеду завтра ввечеру. Поговорим обстоятельно.
Толпа одобрительно загомонила.
– Благодарствуем, милорд, – снова поклонился староста.
И все поклонились. Даже смельчаки с окраин и чернобородый мужик. Вилы с топорами и те как-то поникли.
– Тогда доброй ночи, – аккуратно развернув лошадь, граф выехал из расступившейся толпы.
По дороге в замок мы не разговаривали. Выехав на просёлочную дорогу, Дориан пришпорил лошадь, и та разогналась в такой галоп, что там дышать можно было через раз, не то, что вести задушевные беседы.
В замок граф практически влетел:
– Мёртон, новости?
– Никаких, милорд. Как прогулялись?
– Плодотворно. Убил хастроподу.
Мёртон присвистнул.
Я не понимала, о какой такой хастроподе речь. В дороге так растрясло, что теперь хотелось лишь одного – выпить холодной воды и лечь в кровать и уснуть.
– Это не всё, – Дориан вытащил сухой листик из пряди, упавшей на лоб. – Деревья начали просыпаться. А в Ружнице пропала женщина. И видимо, не просто пропала, раз её малолетний сын за ней в чащу пошёл.
Страж выразительно промолчал. Дориан же сузил глаза:
– А где Уиззи? В замке её нет.
– В саду, наверное, – неуверенно ответил Мёртон. – Она что-то лопотала про свежие цветы для миледи.
Подтверждая его предположение, в холл вошла румяная улыбчивая служанка с букетом из георгинов:
– Милорд, миледи, – поклонилась горничная.
– Уиззи, позаботься, пожалуйста, о миледи, – произнёс граф, намереваясь куда-то идти.
– А вы? – спросила, но не потому, что интересовалась планами графа.
Просто хотелось определённости. Хотя бы на ближайшие сутки.
– Разберу бумаги в кабинете, – ответил Дориан сначала, как нормальный человек, но тут же растянул губы в медовой улыбке. – Однако если пожелаете провести время как-то иначе… вы знаете, где меня найти.
И снова этот взгляд, проникающий в душу. Невыносимый. Бесстыдный и жаркий. От которого я вся мгновенно покраснела до состояния свеклы.
– Хорошего вам… разбора бумаг, – подхватив запылившиеся юбки, побежала к лестнице, опережая и графа, и Уиззи.
Пока отмывалась в ванной и ужинала в одиночестве в комнате – да, ужинать вместе с графом я передумала, – опасалась, что вампир вот-вот заявится. Снова будет приставать или просто подшучивать, рассказывать что-то своим обворожительным голосом, касаться невзначай, и… смотреть на меня так, будто видит абсолютно нагой.
К счастью, Грейворк не пришёл.
Перед тем, как улечься в кровать, естественно, закрыла дверь на задвижку. Но разве его остановит какой-то засов? Поёжилась и укрылась по самый нос пуховым одеялом.
Сил на то, чтобы и дальше бояться появления ужасного во всех смыслах мужчины, просто не осталось… и вскоре меня окутала плотная тьма.
Дориан
Больше суток без сна сделали своё дело – Полина быстро заснула. Да так крепко, что не услышала, как я вошёл в её комнату…
Глава 31 Изысканная сервировка
Дориан
Сделать это было несложно – по всей видимости, Уиззи забыла запереть оконную задвижку, и если в любую другую ночь такая небрежность грозила бы горничной потерей места работы, то сегодня оказалась мне на руку.
Полина спала.
Усевшись на край кровати, я всё ещё перебирал мысли последнего часа: письмо от короля так и не пришло… придётся сообщить вилланам нерадостные вести… командующий с Границы уехал только вчера, и если к исходу пятого дня гонцы так и не явятся в замок, придётся созывать ополчение.
Не давала покоя и последняя встреча с колдуном. Да, Лиар передумал уничтожать потомка одного из создателей этого мира. Но теперь она нужна ему живой. Значит он объявит на неё охоту…
И значит я просто должен присвоить её окончательно раньше него.
Я вдруг представил себе, как это будет – запах её тела изменится… взгляд затуманится… длинные волосы разметаются по шёлку… с губ сорвётся тихий, умоляющий стон…
Желание настолько захватило, что я подцепил край одеяла и потянул его вниз. Вздохнул нетерпеливо, увидев, что из всего многообразия ночных рубашек её выбор пал на хламиду из плотного хлопка, а потом... осторожно отложил в сторону край покрывала, раскрывая её до пояса.
Полина не проснулась. Грудь мерно поднималась в такт длинному глубокому дыханию. Так и хотелось коснуться. Приникнуть всем телом и поцеловать, исследовать её тело губами, касаясь почти невесомо, вдыхая нежный тёплый аромат…
…её крови.
– Тьма, – резко отпрянул от манящего тела.
Как ни странно, жажда отрезвила.
Это не любовь. Лишь похоть, усиленная жаждой, которую следовало бы лучше контролировать. Ибо я разумная нечисть и знаю: если потеряю контроль, рискую стать рабом Лиара – очередной игрушкой в его пакостных руках… Решено. Сделаю это завтра, когда буду не столь взбудоражен.
Поднялся с кровати. Взял угол одеяла и укрыл свою жену, стараясь не разбудить её.
Выйдя из комнаты, пошёл по замку в поисках Уиззи. В этот раз она нашлась в библиотеке. Остановившись в дверях, попросил:
– На завтрашнюю ночь предложи миледи шёлковую рубашку и красное платье.
– Да, милорд, – кивнула торопливо горничная.
Хотел уже запереть двери, однако Уиззи остановила:
– А вы сейчас в кабинет?
– Да, а что? Ты хотела там прибраться?.. Отдохни, Уиззи, ты и так ночами напролёт что-то протираешь и бесконечно скребёшь эти полы.
– Хорошо… Ой, если хотите, я могла бы принести вам ужин.
– Не трать время. На сегодня я сыт.
Остаток ночи провёл в кабинете, составляя и отправляя письма всем своим старинным друзьям и боевым товарищам. Какая бы чертовщина ни творилась при дворе, в предстоящих событиях мне явно не помешает помощь людей, которым можно доверять.
На рассвете уснул, как обычно, крепко, без снов.
Проснулся задолго до вечерней зари. Привёл себя в порядок и оделся в дорожный костюм. Следовало поторопиться, ведь с наступлением темноты во дворе ружницкого старосты меня будут ждать вилланы окрестных деревень. А я очень не люблю опаздывать.
Полина
На закате я подошла к окну. Будто что-то притянуло меня туда.
Внезапно из внутреннего двора выехал всадник в чёрном плаще. Граф Грейворк. Я узнала его, несмотря на скрывающий лицо капюшон, и... хотела уже порадоваться – граф уезжал в Ружницу, возможно, на всю ночь, – но вместо веселья почему-то почувствовала какое-то… томление.
Неужто, скучаю по нему? Быть не может.
Отвернувшись от окна, наткнулась взглядом на Уиззи. Та стояла у раскрытого шкафа, осматривая платья – вероятно, готовилась морально начать пытку тугим корсетом и кринолином.
– Уиззи, а ты умеешь читать?
– Да, миледи. Я не окончила прихрамовую школу из-за войн… – горничная запнулась, – кое-какие обстоятельства помешали, только и успела, что научиться читать и писать.
– Ты не окончила школу из-за войны?
– Да, миледи, – кивнув, служанка закусила губу. – Правда, милорд не велел вам об этом рассказывать. Он хочет сам посвятить вас в историю Эрхейвена и Синдурра.
– Синдурр – это соседняя страна? Туда шёл тракт, у которого раньше стояла Морна.
Бровки Уиззи удивлённо подпрыгнули:
– Миледи, мне не велено говорить с вами об этом.
– Ясно, – отступила, не желая причинять неприятности служанке. – Ну а читать меня ты научишь? Многие ваши буквы я знаю, чего не скажешь о значении слов…
– Да, миледи. Только в библиотеке не найдётся букваря, уж поверьте, я часто прибираюсь там.
– А детские книжки найдутся? Сказки – это ведь не история страны?
– М-м… да, – неуверенно ответила Уиззи.
– Так ты согласна? – искренне обрадовалась.
Оказавшись в Вархилле, я каким-то образом перестроилась на его язык, легко понимала местных и говорила. Как это случилось, для меня самой оставалось загадкой. Но это касалось лишь устной речи. Чтение же, как и письмо, сами собой «не включились», оставляя пробелы во внутренней «мозговой прошивке», будто неактивные функции в смартфоне.
Однако если я не хочу больше ошибаться, (как вчера с устаревшими картами), придётся учиться.
– Можем приступить хоть сейчас. Только если наденете то, что милорд пожелал, – Уиззи вынула из шкафа вешалку с чем-то пышным и красным.
– Идёт, – тот факт, что служанка торгуется, слегка покоробил, но ведь и я могла выдвигать встречные условия: – Но тогда я надену платье лишь к возвращению графа.
– Пойдёте в библиотеку прямо в ночной рубашке? – снова подняла бровки Уиззи.
– Что насчёт халата?
– Миледи, это недопустимо! – бровки горничной взяли новую высоту.
– Тогда принеси, пожалуйста, несколько книг прямо сюда.
– Да, миледи, – разложив красное платье на кровати, горничная отправилась в библиотеку.
Следующие несколько часов пролетели незаметно. Для начала я попросила служанку выписать в столбик наиболее часто употребляемые слова, чтобы получился эдакий туристический разговорник. Некоторое время их заучивала.
Затем мы открыли первую сказку, напоминающую по смыслу нашего колобка, и начали разбирать текст слово за словом, предложение за предложением. При этом пришлось вникать не только в тонкости перевода. Местные слова писались иначе, чем произносились, заразы.
– Ну ничего, я вас поборю.
Через три часа у меня рука занемела, но я упорно прописывала пером – самым настоящим гусиным – фразу «и покатился он дальше», стараясь при этом запомнить нюансы с окончаниями. И даже не догадываясь, что скоро мои мучения с эрхейвенской грамотой сменятся другими мучениями.
– Миледи, – Уиззи отошла от окна, за которым разбушевался осенний ветер. – Милорд вернулся.
– Уже? – приподнятое настроение внезапно сменилось тревогой.
– Да и… надо одеваться. Скоро он придёт сюда.
– Ладно, – сложив бумаги и книги стопкой, вышла из-за стола.
Через четверть часа стоя у зеркала я не узнавала себя. Платье оказалось ужасающе прекрасным – слишком яркое и дорогое, оно обтягивало лиф, как перчатка, но вместе с тем оголяло плечи и имело возмутительно глубокое декольте. Волосами и теми прикрыться не дали, их Уиззи перевязала на затылке красной атласной лентой.
– Может успеем ещё переодеться во что-то поскромнее? – я не могла спокойно смотреть на себя.
Щёки горели, тягучий жар, зародившийся в груди, медленно и неотвратимо растекался по телу. Чуть тронешь – и вспыхнет.
– Миледи, это платье выбрал милорд, – произнесла Уиззи так, как умела только она, безучастно-услужливо.
– Ясно, – сглотнула, догадываясь, что это значит.
Сегодня граф не планирует долгих разговоров, раз приказал столь изысканно сервировать меня.
От этих мыслей стало жарче. Хотя куда ещё больше-то?
А от резкого стука в дверь внутри натянулась струна.
Уиззи отперла двери, впуская графа.
– Ой, – всплеснув она руками: – Милорд, я сейчас уйду. Только кое-что заберу.
С этими словами горничная плотно закрыла дверь за спиной Дориана, ринулась к комоду, вытащила стопку не то полотенец, не то белья. И снова ойкнула, когда под её ногой что-то хрупнуло.
– Надо же, орешек раздавила, – озадаченно призналась Уиззи. – Подождёте, пока замету, или..?
– Уиззи, – холодно перебил её граф. – Завтра заметёшь.
Согласно кивнув, служанка вихрем умчалась из комнаты.
А мы остались вдвоём…
На мгновение показалось, что весь воздух в комнате закончился, а стены начали сдвигаться, сжимая пространство. Будто намеренно усугубляя ситуацию, Дориан задвинул засов и пошёл на меня медленным хищным шагом.
Плакали свечи, потрескивал камин, отбрасывая тёплые оранжевые блики на пушистый ковёр и бархатные портьеры. И всё же тепла не хватало, меня всю от голых рук и до самой шеи пробирал нервный озноб.
– Поли-ина, – позвал он тихим бархатным голосом.
Закрыла уши. Ибо знала уже, насколько опасны его соблазнительно глубокие обертоны, способные заморочить и подчинить…
Глава 32 Плакали свечи…
Полина
Не ответила. Огненные блики танцевали на ковре, я же хранила молчание. Ведь что бы сейчас ни сказала – он не услышит. Не захочет услышать. Я не понимала, что происходит с ним в такие моменты, как сейчас… как в первую ночь, и как тогда, в трапезной… он просто становился другим. Одно я знала наверняка – теперь до него не достучаться.
И ещё – нельзя смотреть в его глаза, миндалевидные, томные, с вишнёвыми радужками, в которых плескались отсветы огня… Нельзя. Иначе не выдержу, поддамся.
Тогда всему конец. Я застряну здесь навсегда…
– Бессмысленно противиться, Полина.
Понимала, что бессмысленно. Что я могу сделать, будучи пленницей в его замке, и в его мире?.. Быстрый взгляд на его лицо запечатлел циничную полуулыбку, обнажившую кончики клыков.
И всё же надежда не покидала.
Я обязательно ещё что-нибудь придумаю, пусть только уйдёт из моей комнаты и оставит одну. Главное продержаться. Глянула на стену, у которой стояли высокие напольные часы с маятником и гирьками, и с грустью вздохнула.
Стрелки показывали одиннадцать ночи. Всего лишь одиннадцать!
– Верно мыслишь… так много времени до утра, – произнёс он многообещающе. – Знала бы ты, сколько можно успеть за одну ночь.
– Не представляю, – убрала руки от ушей, ибо всё равно не спасали, вместо этого демонстративно отвернулась к зашторенному окну.
– О, могу рассказать
Наверняка Лорд Грейворк имел в виду нечто пошлое, но так как его разговорчивость оттягивала ужасающую развязку, я решила воспользоваться возможностью. Даже если это грозило выслушиванием скабрезных фантазий вампира:
– Сделайте милость, поведайте о своих полуночных подвигах.
– Что ж, – судя по голосу, Грейворк едва сдерживал улыбку: – Однажды я успел взять штурмом этот замок.
– Так вы его присвоили? – брезгливо повела плечом. – Это многое объясняет.
– Полагаешь, пред тобой жестокосердный варвар-захватчик? А если скажу, что выполнял приказ короля? И, пожалуй, стоит прояснить: когда-то эти башни принадлежали Грейворкам.
Знаю, видела гербы на щитах в заброшенной части замка.
– Хотя никогда и не интересовали меня. Мне и в столице было неплохо: я родился на улице Знати, окольцовывающей королевский замок, а рос и учился и вовсе при дворе, – неторопливо рассказывал вампир, будто играл со мной, питая самые сладкие ожидания, чтобы в какой-то момент растоптать все мои надежды. – Король Лерой мне, как брат.
Поэтому вы ждёте от него письма?
– Наверное, я предпочёл бы счастливо состариться на королевской службе, предаваясь развлечениям двора. Однако сев на трон, юный монарх вдруг захотел воссоединить целостность Эрхейвена. Он решил вернуть под наши флаги земли Рейфорг.
Так вот из-за чего была та война.
– Лероя можно понять: леса тут обильны, поля плодородны, а недра таят бесчисленные сокровища. К тому же, по мнению магов, планеты удачно встали, магические потоки синхронизировались, – иронично усмехнулся граф. – В общем, грех было не воспользоваться возможностью отбросить нечисть за реку… Пришлось отбивать у монстров родные края.
При упоминании монстров по спине пробежал холодок и засосало под ложечкой. Вспомнились и живые деревья, и хастропода, и сон, в котором я летела над жутковатыми землями, населёнными разномастными уродливыми тварями.
– Конечно, победили мы не только и не столько благодаря людским силам, – продолжил рассказывать граф. – Помог нам маг. Мы месяцами оттесняли вражеские войска. А знаешь, сколько времени ушло на штурм этого замка?
Выждав несколько драгоценных секунд, я отрицательно мотнула головой.
– Три часа.
Всего?.. Это намёк?
– Потребовалось несколько часов и небольшая жертва с моей стороны. Ведь с магией всегда так, Полина: ничто не даётся просто так… Однако долг порой превыше наших желаний, – вздохнул лорд Грейворк. – И какое счастье, когда долг и желания совпадают.
С этими словами вампир медленно обошёл меня:
– Ты мне нравишься, – тихо произнёс он, останавливаясь близко-близко за спиной.
Одна его рука легла на талию, затянутую в красный шёлк. Ледяные пальцы другой обожгли обнажённое плечо. Надо сказать, все платья, которые он подарил мне, имели глубокие декольте и оставляли открытыми плечи. Не оставляли они лишь простора для воображения.
– И как часто вы признаётесь в симпатии к еде? – процедила, чувствуя, как холодная ладонь вампира поползла от плеча к шее.
Лорд Грейворк коротко усмехнулся:
– Рад, что сегодня ты в игривом настроении, – кончик его пальца скользнул вдоль сонной артерии, отчего я внутренне содрогнулась.
Он хочет обратить меня! Прямо сейчас!
– Вы же обещали… – напомнила, немеющими губами, с ужасом понимая, что волнистые волосы вампира уже коснулись моего виска, а шею обжигает горячее дыханье.
– Обещал, – голос его стал хриплым, теперь в нём чувствовалось нетерпение вкупе с желанием как можно скорее утолить дикую жажду. – Но и ты обещала подумать и впредь не делать глупостей.
– Прошу, не сейчас! – я стремительно шагнула вперёд, вырываясь из плена рук графа.
Не желая оставлять его за спиной, тут же обернулась.
– Время не ждёт. Мне тоже сложно… сдержаться. Да и, признаться, не хочется, – гнул свою линию граф, подходя практически вплотную.
Он не отступит. Но каким будет его следующий шаг?!
Чёрт дёрнул поднять на него взгляд. Лорд Грейворк улыбался, под чёрной линией ресниц пугающе блестели багровые глаза.
Его руки вдруг снова потянулись к моей шее, заставив рефлекторно отступить назад.
– Осторожно, позади камин, – заботливо предупредил вампир, вцепляясь почему-то не в шею, а в ленту, что связывала мои длинные волосы.
– Вы знаете толк в охоте, – поддела его, одновременно злясь на себя за недогадливость.
Могла бы пятиться хотя бы к окну! Теперь же я оказалась в кольце его рук, ощущая, как полыхающие поленья обдают спину опасным жаром.
– Перестаньте считать себя дичью, – парировал Грейворк, распутывая узел моей ленты в основании шеи. – Как моя жена, вы заслуживаете должного почтения.
Захотелось рассказать этому монстру, в чём на самом деле заключается супружеское почтение! Особенно хотелось остановиться на поступках мужчины, который решил завоевать сердце женщины (по каким бы причинам ни было принято такое решение).
Но граф вдруг принялся вытягивать ленту из моих волос, так медленно и осторожно, что я вновь вздрогнула – на этот раз от приятного, хотя и мимолётного ощущения гладкого атласа на коже.
Моя реакция не осталась незамеченной.
Обхватив за талию, лорд Грейворк властно прижал меня к себе, так сильно, что даже сквозь несколько юбок чувствовалось касание его коленей и бёдер. Кончики его пальцев заскользили вдоль ключицы, окончательно запирая моё дыхание и рвущиеся из груди слова возмущения.
– Вот видите, – прошептал он, – вы чувственная натура, и супружеская близость может быть для вас весьма приятной. Только скажите… да.
– Нет. – ответила твёрдо, глядя на серебряную пуговицу его чёрного замшевого камзола. – Нет. Ни за что и никогда. Я не стану вашей женой. Даже если вы возьмёте меня силой. Даже если обратите в вампира… я никогда, слышите? Никогда не буду считать наш союз истинным браком! Потому что настоящие браки заключаются не на бумаге и не в постели, а на небесах. И только по обоюдному согласию.
Закончив свою пафосную речь, решительно отступила в сторону, мазнув голым плечом по замшевому рукаву графского камзола. И поскольку его сиятельство меня не остановил, сделала ещё несколько шагов. Чем дальше от камина и от графских объятий – тем спокойнее.
– Позволите Эрхейвену сгинуть? – сокрушённо произнёс Дориан.
– Я помню о вашем дурацком брачном сговоре. Даже в существовании магии и чудищ убедилась, – меня замутило, как и всякий раз, когда я задумывалась о том, что целые селенья и города живут по соседству с нежитью… скрадывая бессилие, облокотилась о кроватный столб. – Но разве я виновата? Не понимаю, почему вы слепо верите старинной легенде? Почему считаете, что только женившись на мне, защитите Рейфорг?
– Потому что лишь рядом с вами моё тело обретает сверхспособности. И есть подозрение, что брак, – граф глянул исподлобья, – истинный брак… закрепит их во мне навсегда.
– Есть подозрения? – не сдержала усмешки. – Вы сами-то себя слышите?
– Предлагаете действовать наверняка? Взять вас собой на битву?
– М-м…
– Не отвечайте. Это исключено. Вы человек, даже с самой продуманной маскировкой вас найдут и сожрут в первую же минуту боя.
– Вы правы, ехать с вами плохая идея.
– Полина, осталось совсем немного. Однажды я почти одолел источник зла, в прямом смысле взял Лиара за горло.
– Кто такой Лиар? Король Синдурра – страны, которую населяет нечисть?
– Кто вам сказал про него?
– Один из ваших людей упомянул, а мне это имя показалось знакомым.
– Кто? – через миг Дориан был рядом, угрожающе нависая надо мной. – Умоляю, скажите, кто это был? Это важно!
– Почему?
– Потому что я запретил своим людям говорить с вами о нечисти и Лиаре.
– Что такого в этой информации? – я инстинктивно попятилась от графа.
Дориан так же инстинктивно шёл за мной.
– Во-первых, решил, что лучше меня никто не посвятит вас в события нашего мира.
– Спорный тезис.
– Во-вторых, в сложившейся ситуации я вынужден раз за разом проверять верность своих людей.
– Думаете, тот, кто нарушил ваш уговор, отравил мою воду? – снова отступила в сторону.
– Возможно, – Дориан сделал маленький шаг в том же направлении.
Это напоминало игру в догонялки с ограничением по шагам. Вот только победит в ней не самый изворотливый, а тот, у кого терпение лопнет.
– Я не скажу, кто это был. Ведь этот человек мог просто проговориться. А если для вас «честь» – не пустое слово, вы не станете наказывать невиновного, – на этот раз я отошла далеко, к самому столу.
– Вы правы, не хотелось бы, – согласился Дориан, оставшись на месте.
– Ну так что, расскажете о великом и ужасном Лиаре?
– Это долгая история.
– Сами говорили: у нас вся ночь впереди, – выразительно глянула на часы, стрелка которых медленно вползала на половину двенадцатого.
– Хорошо, устраивайтесь поудобнее, – граф дружественно указал рукой на мягкий стул.
– Договорились. Только у меня к вам ма-аленькая просьба, – весьма обрадовалась, ибо с моих плеч (пусть и временно) свалилась огромная проблема.
– Для вас всё, что угодно, – печально улыбнулся граф.
Я же неловко улыбнулась:
– Развяжите, пожалуйста, узел моего корсета. Кажется, Уиззи сегодня превзошла саму себя.
– Да, женщины почему-то особенно жестоки к существам собственного пола, – горько усмехнулся Дориан.
– Не соглашусь. Знаете, я не сторонница всех этих обобщений, – поворачиваясь к графу спиной, убрала распущенные волосы вперёд, открывая спину и шею.
Вампир приближался неторопливо, неслышно… и всё же я кожей почувствовала, когда именно он ко мне подошёл. Ощущение лёгкого приятного покалывания невесомо опустилось на спину и голые плечи. Тем временем жёсткие пальцы слегка потянули за узел и принялись распутывать его.
Ту-дун… ту-дун... – стучало сердце, отмеряя мгновения.
Голова приятно кружилась…
Терзая маленький узел, граф вздыхал и периодически тянул его на себя, но тонкие шнурки, сжимающие моё тело, почему-то не поддавались.
А когда поддались, и я наконец-то почувствовала малую толику свободы внизу живота, лорд Грейворк вероломно обхватил рукам мой лиф чуть ниже груди, притянул к себе, склонился и… поцеловал в основание шеи.
И… мне не захотелось вырываться. Не хотелось прерывать касание нежных губ, расставаться с тем лёгким вуальным ощущением, что теперь сгустилось до состояния заряженного поля и проникло под кожу, прошивая тело тончайшими молниями…
Что я творила?
Нечто непоправимое!
Впрочем, я не успела даже выстроить заново оборону из принципов и доводов, Дориан развернул меня к себе. Причём довольно резко и жёстко. Закружилась голова, и подкосились ноги. Но упасть мне, конечно, не дали – замшевый плен, который я чувствовала под головой, на плечах и груди, теперь превратился в надёжную опору.
Но хуже всего был плен его взгляда! Растерявшись в начале, теперь я оказалась пойманной и буквально во все глаза любовалась сияющими огненно-красными бликами, перекатывающимися внутри багровых радужек.
Естественно, граф воспользовался ситуацией.
– Полинн… – прошептал он жарко прежде, чем его губы накрыли мои…
