Текст книги "Мастер драгоценных артефактов 6 (СИ)"

Автор книги: Олег Сапфир

Соавторы: Александр Майерс
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

А теперь ещё и прислали за мной убийц. Причём довольно сильных. Будем считать, что мне повезло так легко с ними справиться.

Значит, я всё делаю правильно. Раз меня решили убрать – значит, я мешаю. А мешать таким людям – одно удовольствие.

Эту изоляцию надо прорвать. И чем скорее, тем лучше.

Одно только не давало мне покоя. Чутьё подсказывало, что тем, кто заварил всю эту кашу, инсектоиды никаких хлопот не доставляют. Иначе с чего бы им запирать нас в одной клетке с этими тварями?

Не просто так они нас тут держат. Ох, не просто так…

* * *

Мастер Хольд нёсся через площадь, придерживая полы мантии и расталкивая зазевавшихся прохожих. Опять чрезвычайная ситуация! Опять! Как будто мало ему было забот.

Площадь бурлила обычной суетой – сновали люди, ржали лошади, катились кареты и повозки, гружёные товаром. В самом центре площади на гранитном постаменте возвышался старый танк – ржавая громадина с длинным стволом, памятник тем временам, когда подобные машины ещё были кому-то нужны.

Бронетехнику давно запретили по всему миру, но кое-где такие реликвии выставляли именно как исторические предметы.

Впереди появилась Контрольная башня – исполинская, широкая, она подпирала небо своей вершиной и была видна почти из любой точки города.

Точнее, была видна её вершина. До сего момента.

Хольд как раз поднял голову, когда верхушка башни осветилась яркой вспышкой и разлетелась вдребезги. Каменные обломки посыпались вниз, грохоча по мостовой. Толпа шарахнулась во все стороны с криками, кто-то заголосил, лошади встали на дыбы.

Хольд замер посреди площади, задрав голову, и почувствовал, как холодеет внутри.

– Твою-то мать, – выдохнул он. – Это нехорошо.

Он смотрел на дымящийся обрубок башни и понимал: ему конец. Это надо было умудриться так облажаться, чтобы разнесло верхний ярус самой Контрольной башни!!!

А ведь приказ отдал он. Велел через артефакт связи вернуть беглеца.

Ему донесли, что беглец ускользнул на Брошенные земли. Человек этот был опасен – не просто отступник, а тот, кто сознательно и упрямо шёл против правительства. Такого нельзя было упускать.

Поначалу Хольд даже обрадовался. Брошенные земли – идеальная ловушка, оттуда не выбраться. Можно было и беглеца перехватить, и заодно навестить того самого выскочку, что вздумал воевать с их зимой.

Двух зайцев одним выстрелом. Прикончить беглеца, а после сравнять с землёй владения дерзкого графа. Скот, вздумавший сопротивляться пастырю, должен быть уничтожен!

Мастер отправил сразу троих сильных магов, чтобы они гарантированно разобрались с проблемой.

Но что-то явно пошло не по плану…

Верхушка Контрольной башни не могла просто так взорваться. Такое просто так не случается.

Хольд стиснул зубы.

Выходит, скот оказался зубастым.

Он-то думал, что посылает трёх волков на беззащитную овечку. А выяснилось, что под овечьей шкурой скрывается опасный хищник.

– Ну почему я, – простонал Хольд, глядя на падающие с высоты обломки. – За что мне это?

Он постоял ещё мгновение, собираясь с духом, поправил мантию и поплёлся к башне.

Сегодня ему предстоял очень, очень непростой разговор с герцогом…

Глава 9

На подземном этаже имения было прохладно и тихо.

Я сидел над телом старика, разложив на каменном столе десяток кристаллов, и по очереди прикладывал их к его коже.

Поднёс один к почерневшей шее – кристалл едва слышно загудел, вбирая остатки той дряни, что убила мужика. Приложил другой к вискам – проверить, не осталось ли отпечатков заклинаний в голове.

Со стороны, наверное, я сейчас выглядел как заправский некромант. Не хватало только чёрного балахона, свечей по углам да зловещего хохота. Стою над трупом, что-то бормочу, касаюсь покойника разноцветными камушками.

Я откинулся на спинку стула и потёр глаза.

А может, у меня всё-таки паранойя?

Мысль эта нет-нет да и всплывала. Иногда мне и впрямь казалось, что весь мир сговорился меня преследовать. Наблюдатели, убийцы из порталов…

А что, если я просто себя накручиваю? Может, у меня какая-то травма? Может, мне вообще к магу-менталисту записаться, чтоб мозги прочистил?

Я ведь как-никак умер и переродился в чужом теле. Такое бесследно не проходит. А что, если и сам граф Шахтинский изначально был слегка ушибленный на голову? Вдруг я унаследовал вместе с телом ещё и сдвиг по фазе?

– Тьфу ты, – буркнул я и встал, чтобы размяться.

Прошёлся туда-сюда, разминая затёкшую спину. Взрыв порталов, конечно, был реален. Убитые маги реальны. Мёртвый старик вот он, лежит. Так что паранойя паранойей, а гости-то настоящие.

Лестница за спиной скрипнула. По ступеням спустились Катарина и дед Макар. Ведьма поглядывала на разложенные кристаллы, старый управляющий держался поодаль, будто труп мог его укусить. Хотя со мной ни в чём нельзя быть уверенным.

– Господин, – осторожно начал Макар. – Может, пора уже наверх? Подышать свежим воздухом?

– Да нет, я тут занят, – отмахнулся я, не отрываясь от камней. – Работаю.

– Просто уже восемь часов прошло, – тихо произнесла Катарина. – Мы за тебя переживаем.

– За меня не нужно переживать, – хмыкнул я. – Лучше переживай за тех, у кого портал взорвался. Вот им сейчас точно не помешает сочувствие, моральная поддержка и вот это всё.

Катарина нахмурилась.

– Ты про те столбы света? С чего ты вообще взял, что это были порталы?

Я развернулся к ней и приподнял бровь.

– А что это, по-твоему, было? Северное сияние? Ты вспышку видела перед тем, как столбы появились? Сначала розовый цвет, потом синий. Это обычный портал уровня магистра, собранный по схеме Маргарота. У них седьмой, восьмой и сорок третий блоки как раз такими цветами и подсвечиваются. На отправляющем артефакте в эти блоки обычно ставят морганиты и аквамарины.

Я взял со стола розоватый кристалл и покрутил его в пальцах.

– Правда, там не только камни завязаны, ещё куча плетений, накопители, иногда даже призванные сущности… Но я, увы, не специалист в других школах магии, так что перегрузить и рвануть смог только камни. Зато как специалист по артефакторике камней скажу прямо: во многих порталах защиту недооценивают просто до неприличия. Камни считают расходниками, укреплять их ленятся. А зря! Расходники, как видишь, тоже прекрасно взрываются. Причём вместе со всем комплексом.

Я замолчал и оглядел слушателей.

Тишина. Катарина смотрела на меня остекленевшим взглядом, будто прикидывала, на каком именно слове потеряла нить. А Макарыч и вовсе как будто впал в прострацию – стоял, приоткрыв рот, и даже как будто дышать перестал.

Кажется, я слегка перегрузил аудиторию.

– То есть, – Катарина помотала головой, приходя в себя, – ты хочешь сказать, что взорвал их портальный комплекс на той стороне? Целиком?

– Да, сто процентов, – кивнул я. – Отдача по такой схеме уходит прямо в источник. Так что где-то у них сейчас дымятся руины и бегают перепуганные маги. Не переживай, что не всё поняла. Может, память крови тебе потом чего и подскажет насчёт порталов. Или, если хочешь – проведу тебе лекцию, часа на четыре. Правда, зачем оно тебе – ума не приложу.

– Нет-нет, – замахала руками ведьма. – Спасибо, как-нибудь потом.

– Как знаешь, – я пожал плечами начал собирать кристаллы со стола. – А что у нас там с погодой?

Макар встрепенулся, радуясь, что разговор свернул на понятную тему.

– Да вроде без изменений, господин!

– Правда? Ну, пойдём поглядим.

Я накрыл тело старика холстиной и двинулся к лестнице.

Снаружи меня встретил натуральный погодный дурдом.

Я вышел на крыльцо и замер. Вокруг моих владений творилось что-то невообразимое. С одного края небо затягивало тучами и валил снег, с другого – стеной стоял ливень. А между ними висела серая муть, не пойми что, будто небо само не могло решить, какое нынче время года.

– Без изменений, говоришь? – я обернулся к Макару. – По-моему, изменений тут выше крыши. Вон, целых четыре сезона за раз пытаются ужиться.

Управляющий смущённо кашлянул в кулак.

Всё сходится. Раз я подорвал им башню, значит, их артефакт или что там у них, который наслал сюда зиму, сбоит. Погода пошла вразнос – верный знак, что контроль над регионом дал трещину. И это отличная новость.

Плохая новость шла следом.

– Макарыч, – сказал я, не отрывая взгляда от неба. – Распорядись, чтоб со складов начали вытаскивать летнюю одежду. Раздайте людям.

– Летнюю, господин? – опешил старик. – В такую-то стужу?

– Зима на днях исчезнет из наших краёв. Так что лучше подготовиться заранее.

А ещё нужно готовиться к тому, что с отступлением холодов изо всех щелей полезут инсектоиды. И будут они очень злые и голодные.

Тут даже гадать не приходилось. Взрыв, который я устроил в лесу, без последствий не останется при всём моём желании. Столько энергии разом выплеснулось на округу, для местной живности это самый настоящий пир. Есть твари, которые эти остаточные следы энергии чуют за версту и слетаются на них, как мухи на… ну, на то самое.

Инсектоиды – в их числе. Они просто дуреют с этой прикормки.

– Значит так! – я хлопнул в ладоши. – Собираем несколько отрядов. Дадим жукам подойти к той поляне и устроим торжественную встречу. Это лучше, чем позволить им расползтись по округе.

– Ты уверен, что они клюнут? – Катарина недоверчиво покосилась на меня.

– Абсолютно, – усмехнулся я. – Против бесплатной кормёжки не устоит ни один жук.

Ведьма фыркнула, а дед Макар побрёл в дом отдавать распоряжения насчёт летней одежды.

Я ещё постоял на крыльце и глубоко вдохнул сырой воздух.

Зима уходит. А значит, всё только начинается…

* * *

Катарина сидела перед косметическим столиком и неторопливо расчёсывала волосы, разглядывая своё отражение в зеркале.

Гребень скользил по чёрным прядям, а она думала о том, что ни капли не жалеет о своём решении. Остаться у этого странного владения в его глуши – со стороны затея выглядела чистым безумием. Но вот прошло время, а она сидит в тёплой комнате и чувствует себя лучше, чем за все прежние годы скитаний.

Она взяла баночку с кремом и осторожно нанесла немного под глаза. У неё вообще было столько косметики, сколько, наверное, не у каждой графини.

Наставница когда-то вбила ей в голову простую истину: даже если ты ведьма и природа наградила тебя красотой, приукраситься лишним не бывает.

Все эти баночки и кремы появились у Катарины не сразу. Граф выдавал ключевым людям деньги на личные нужды, и её одаривал куда щедрее прочих. Поначалу Катарина не потратила ни монеты – привыкла обходиться малым, да и совестно было.

Другим-то деньги были почти без надобности – у них и так всё имелось.

А Леонид всё допытывался, почему она ничего себе не купит, чего жмётся. В итоге чуть ли не силой заставил её сделать первую покупку, стоял над душой, пока она выбирала косметику у заезжего торговца.

Это было приятно. Не то, что она могла свободно тратить деньги, а забота со стороны графа.

Катарина отложила гребень и улыбнулась отражению.

А ещё ей здесь было совсем не скучно. Никогда прежде вокруг неё не творилось столько всего разом.

Взять хоть последние дни. Тот взрыв у порталов до сих пор стоял перед глазами – столько энергии, выплеснувшейся в один миг, она не видела за всю жизнь. А ведь ведьм не зря считают бездонными бочками, способными переварить сколько угодно силы.

Она поднялась, задула свечу и забралась под одеяло.

Завтра-послезавтра они отправятся в поход против жуков, что непременно полезут на остатки магической бури. Всем велено выспаться и быть в форме. Катарину даже от ночных дежурств освободили – хотя граф вообще ни разу не заставлял её стоять на посту. Ведьма сама набивалась, потому что совестно было отсиживаться, пока другие мёрзнут.

Иногда всё-таки выходила, но недалеко, не покидая пределов имения. Так, на всякий случай. Понадобится срочно помочь – она рядом.

С мыслями о графе Катарина и уснула.

Ей приснился странный сон.

Она стояла посреди огромного каменного зала, на вид очень, очень древний. Стены уходили ввысь и терялись в темноте. По камням тянулись ведьмовские знаки, а на стенах висели амулеты – из костей, корней и потемневшего металла. Катарина сразу поняла, что создавали их разные руки. Вероятно, разные поколения и даже разные народы.

Она прошлась по залу, оглядываясь. Ни страха, ни тревоги не испытывала, только любопытство.

Опять память крови? Похоже на то.

Зал тянулся далеко, и в самом его конце Катарина увидела стол. Огромный, каменный, весь покрытый резными символами. От него веяло такой силой, что у неё по коже пробежали мурашки.

Место силы. Катарина сразу это поняла – благодаря наставнице, которая когда-то описывала подобное, и, как ни странно, благодаря Леониду.

Он тоже однажды сказал: может случиться, что ты попадёшь в Зал Памяти. Это высшая ведьмовская способность, редчайший дар. И если увидишь там место силы – коснись его, не раздумывай.

Это и было оно. Место силы её ведьмовского рода.

Вокруг стола стояли стулья, и на большинстве из них сидели полупрозрачные фигуры. Призрачные ведьмы. Они молча смотрели на неё, не двигаясь и не говоря ни слова.

Одна – суровая седая дама. Другая – женщина лет тридцати пяти в нежном платье, но от неё исходила такая угроза, что казалось, взмахни она рукой – и высохнет целый океан.

Одно место за столом пустовало.

Катарина медленно опустилась на стул.

Стоило ей сесть, как по вырезанным на столешнице узорам потекла кровь. Камень вспыхнул светом. Под потолком закружились сухие листья, вдоль стен вспыхнуло пламя и побежало по всему залу. Где-то заголосили птицы, множество птиц разом, а потом сквозь их крик прорвался тяжёлый рёв – так мог реветь только дракон.

Катарина невольно вцепилась в край стола.

Седая ведьма подняла палец и указала в центр столешницы. Женщина в лёгком платье вскинула руку и ударила в камень потоком силы. Над столом вспыхнуло пламя – зелёное, синее, жёлтое, переплетённое в один клубок. И в этом пламени начали проступать картины.

Катарина смотрела. Это точно был не её мир – по небу плыли летающие замки, между ними летали диковинные существа и перемещались люди на сияющих платформах.

Память ведьм, что жили давным-давно на другой планете.

Картинка сменилась.

Катарина увидела человека, лежащего на поле боя. Израненный, в разодранной одежде. Вокруг него столпились люди – маги в дорогих мантиях и воины в тяжёлой броне. Человек этот выглядел иначе, черты лица не те, но Катарина смотрела не на лицо. Она видела его душу – и знала наверняка.

Это был Леонид.

Маги расхаживали вокруг, посмеиваясь. Один из них что-то сказал остальным, вызвав дружный хохот, потом поднял ладонь, над которым появился сгусток чёрной энергии. Маг протянул сгусток поверженному графу – мол, бери.

Леонид усмехнулся в ответ.

Катарина вся сжалась. Она не понимала, зачем ей это показывают. Его сейчас убьют, шансов нет, он один против целой толпы, израненный и обессиленный.

Леонид покачал головой, а затем поднял руку, в которой сжимал кристалл.

Из камня во все стороны ударили лучи. Под изодранной одеждой графа вспыхнули десятки других кристаллов – они заливали его тело светом, затягивали раны, вливали силу.

Он вскочил, будто и не валялся только что при смерти. Из пространственного кольца в его ладонь скользнул меч, сплошь усеянный самоцветами.

Первый рыцарь не успел даже вскинуть щит – голова слетела с плеч. Второй, третий, четвёртый падали один за другим. Воин с двумя клинками бросился на него сбоку.

Граф не был мастером меча, и этот противник заставил его отступить. Воин с двумя мечами рассмеялся и поманил Леонида к себе.

А он подбросил клинок в воздух, и тот завис, а потом сам ринулся в бой. Ошеломлённый рыцарь отчаянно отбивался от зачарованного клинка, но в конце концов тот залетел со спины и пронзил рыцаря насквозь. Граф просто стоял и смотрел, как его оружие делает свою работу.

Меч метнулся дальше, убивая одного противника за другим. Маг попытался поставить щит – кристаллы на клинке вспыхнули, и щит лопнул, будто мыльный пузырь. Кто-то из воинов бросил копьё – оно застыло в полёте, развернулось и вонзилось в горло тому, кто его метнул.

Когда всё закончилось, Леонид оглядел усеянное телами поле, сунул меч обратно в кольцо и просто побрёл прочь, будто ничего особенного не произошло. Кажется, он даже что-то насвистывал себе под нос.

Призрачные ведьмы за столом довольно закивали.

Женщина в платье шевельнула рукой, и картинка исчезла. Седая ведьма жестом привлекла внимание Катарины и указала в сторону от стола – мол, смотри туда.

Рядом со столом закрутился торнадо из тёмной энергии, и из него шагнула ещё одна фигура – полупрозрачная женщина лет сорока в брючном костюме. Она поклонилась всем сидящим, заняла своё место и коснулась пламени.

Возникла новая картина.

Штурм башни. Катарина почему-то сразу поняла всё, что происходит – знание приходило вместе с образами.

Эта ведьма была наёмницей. Её наняли, чтобы участвовать в осаде башни некоего артефактора, который до того разозлил ассоциацию магов, что те решили стереть его в порошок.

По башне било всё, что только можно. Магические снаряды, огненные штормы, гроздья молний. А башня отвечала. Из её бойниц вырывались лучи такой мощи, что защитные барьеры нападавших лопались один за другим. Маги гибли десятками. Их щиты не выдерживали, а вот башня стояла как ни в чём не бывало.

Из окон спрыгнули десятки големов, обвешанных магическими камнями с ног до головы. Они врезались в ряды врагов и принялись рвать их на части. Звенела сталь, кровь заливала землю.

Группа сильнейших магов собрала всю мощь в один удар – чудовищный огненный поток обрушился на башню, пламя взметнулось до небес. А когда дым рассеялся, башня стояла без единой царапины.

Ведьмы за столом снова закивали, переглядываясь.

Картина дрогнула. Теперь Катарина видела ту самую наёмницу лежащей на земле – со сломанной ногой, в дорогом артефактном доспехе, который не спас её от гнева башни. Она из последних сил ползла прочь, оставляя за собой кровавый след.

По полю боя шёл Леонид – внешность его была другой, но Катарина всё равно понимала, что это он.

Он неспешно добивал уцелевших магов, переступая через тела, а потом подошёл к раненой ведьме. Наклонился, разглядывая её, и улыбнулся. В руке блеснул камень – и Катарина сжалась, ожидая удара.

Он бросил камень ведьме на грудь. Тот вспыхнул, и сломанная нога начала срастаться, боль отступила. Это оказался целительный кристалл.

– А ты зачем вообще сюда полезла? – спросил Леонид, качая головой. – Давай, уходи отсюда.

Катарина уже вообще ничего не понимала. Она сидела за призрачным столом, вцепившись в холодный камень, и голова у неё шла кругом.

Из вихрей тьмы у стола появились новые фигуры – одна за другой, шестнадцать ведьм. Они заняли места и вместе коснулись пламени, показывая уже общую память.

Сначала – мирные картины. Одна ведьма варила зелья над котлом. Другая стряпала ужин, у её ног вертелись дети. Третья лежала в объятиях мужчины, и они занимались любовью – Катарина покраснела при виде этого.

А потом пространство вздрогнуло. Все ведьмы, побросав дела, высыпали на улицу.

Катарина увидела луч.

Где-то далеко, у самого горизонта, в небо бил столб энергии такой мощи, что даже здесь, в чужом воспоминании, ей захотелось вскочить и бежать без оглядки. Это был всего лишь отпечаток чужой памяти, а Катарину всё равно пробрал ужас.

Луч уходил вверх, пробивал облака и тянулся дальше, в космос.

Женщина в лёгком платье повела рукой – и картина сменилась. Теперь Катарина смотрела глазами другой ведьмы, стоявшей на совсем иной планете. И тот же луч пронёсся мимо – далёкий, но всё равно чудовищный, рассёкший небосвод.

Подошла ещё одна ведьма, показала своё. И ещё. И ещё.

Луч видели с разных планет, из разных уголков вселенной, глазами десятков ведьм. Половина космоса стала свидетелем этой вспышки.

Картина замедлилась почти до полной остановки, и Катарина увидела, что в самом сердце луча, в этом столбе неистовой мощи, парил камень. Всего мгновение, один удар сердца, но она разглядела его ясно. Обычный на вид кристалл, гранёный, тускло мерцающий изнутри.

Она поняла – он был причиной всего. Всего этого света, пробившего половину вселенной.

А значит, и здесь тоже был замешан Леонид.

Тот самый человек, что копается себе с камушками, иногда ребячится, как подросток, и заставляет её покупать себе кремы.

Вот с какими камнями он работал когда-то. Вот какую силу держал в руках.

У Катарины перехватило дыхание. Она хотела что-то сказать, но не находила слов.

Зал вздрогнул. По стенам побежали трещины, амулеты закачались и стали осыпаться. Катарине резко сделалось дурно – тело будто наливалось свинцом, воздуха не хватало. Седая ведьма поднялась и стукнула посохом о каменный пол.

Всё рассыпалось. Стол, стены, призрачные ведьмы – всё обратилось в песок и взвилось бурей, унеслось прочь.

Катарина резко открыла глаза.

Она лежала в своей постели, мокрая от пота, сердце колотилось как бешеное. А прямо над ней склонилось знакомое лицо.

– Ну как? – спросил Леонид, с любопытством разглядывая её. – Опять у тебя там что-то интересное творилось? Расскажешь?

Катарина смотрела на него и не могла отвести глаз. Аура была та же самая. Тот же отпечаток души, что она видела в пламени над призрачным столом – и на изрытом поле боя, и в башне, и в том жутком луче, пробившем небо.

А глубоко-глубоко в его ауре тлел след чужой энергии. След прикосновения к тому самому могущественному камню, что когда-то расколол половину вселенной.

Слова вырвались сами собой, прежде чем Катарина успела подумать:

– Кто ты?

– В смысле кто? Я – граф Леонид Шахти…

Он осёкся на полуслове. Склонил голову набок, вглядываясь в её лицо, и по губам его расползлась медленная улыбка.

Он понял, о чём она спрашивает на самом деле.

– А-а, – протянул он и выпрямился. – Понятно. Ну, если тебе так интересно… Верховный гранд-магистр десятого ранга, Говорящий с Камнем, хранитель Гранёного Престола и артефактор драгоценных камней, единственный и неповторимый – Альдарион Тенерис. К твоим услугам, красавица.