355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Олег Царев » КГБ в Англии » Текст книги (страница 1)
КГБ в Англии
  • Текст добавлен: 5 октября 2016, 02:09

Текст книги "КГБ в Англии"


Автор книги: Олег Царев


Соавторы: Найджел Вест
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 29 страниц)

Олег Царев, Найджел Вест
КГБ в Англии

В книге использованы фотографии из архивов Службы внешней разведки.

Оценка издательством событий и фактов, изложенных в книге, может не совпадать с позицией авторов.

За сведения и факты, изложенные в книге, издательство ответственности не несет. Использованные в этой книге цитаты из архивных документов 20–40-х годов приводятся с сохранением лексики, в том числе профессиональной, и стиля подлинников того времени.


Введение

Многие из нас осуществляют разведывательные операции интуитивно и почти ежедневно, часто не подозревая об этом. Когда вы спрашиваете у секретаря, какое у начальника сегодня настроение, то вы получаете информацию о неизвестном точно таким же способом – через третье лицо, имеющее доступ к такой информации, – каким пользуются профессиональные разведчики. При этом вы не испытываете угрызений совести не только потому, что этот вопрос носит невинный характер, но в первую очередь потому, что вы лично не хотите попасть под горячую руку раздраженного шефа и, вполне возможно, надолго впасть у него в немилость.

В международных отношениях личная заинтересованность трансформируется в понятие национальных интересов, а немилость другой стороны – в угрозу национальной безопасности. Впрочем, моральная сторона профессиональной разведывательной деятельности выглядит довольно просто: если ты имеешь какие-то секреты от меня, то я считаю себя вправе знать, не представляют ли эти секреты угрозу для меня. Ты же, как и я, вправе защищать свои секреты, в том числе законом. Именно поэтому разведчик все время действует в системе двойных стандартов: в своей стране он почти герой с лицензией на незаконную деятельность за ее пределами, в чужой стране он уж по меньшей мере лицо нежелательное. И по этой же причине судить о том, насколько правомерна разведка как род деятельности с этической точки зрения, в отвлеченном смысле общечеловеческой морали бесполезно. Она есть и будет до тех пор, пока существуют государства.

Глава 1
Создание и первые шаги

После Октябрьской революции 1917 года в заново создававшемся советском государственном аппарате специального разведывательного органа предусмотрено не было. Однако это не значит, что разведывательная деятельность не велась вообще. Быстрый переход России в состояние гражданской войны и вовлечение в нее иностранных государств, предоставлявших белой гвардии оружие и базы на своих территориях, а также принимавших прямое участие в интервенции, – все это с неизбежностью поставило вопрос о разведке.

С первым разведывательным заданием за границу, как это зафиксировано в истории советской разведки, был направлен секретный сотрудник ВЧК Алексей Фролович Филиппов. В январе – марте 1918 года он под видом корреспондента несколько раз выезжал в Финляндию с целью выяснения там политической обстановки и настроений на русском флоте, стоявшем в финских портах, и в его командовании – Центробалте, располагавшемся в Гельсингфорсе. Филиппов, в прошлом издатель газеты русских деловых кругов «Деньги» и владелец собственного банкирского дома, сообщил важные сведения о намерении финского правительства сохранять нейтралитет, о брожении на русском флоте и проникновении туда анархистов, о готовящемся нападении финских шюцкоровцев на военные склады в Выборге и т. д. Он сумел убедить царского адмирала Развозова взять на себя командование балтийским флотом и перейти с ним на сторону советской власти.

Примеры разведывательных сообщений Филиппова свидетельствуют о государственном мышлении этого человека и упреждающем характере его информации.

«Ф.Э. Дзержинскому (лично и конфиденциально).

После беседы с Председателем народных уполномоченных Маннером у меня сложилось твердое убеждение, что правительство Финляндии желает сохранить строгий нейтралитет и не будет предпринимать каких-либо действий, могущих вызвать вмешательство в их дела любой иностранной державы».

«Германские войска планируют приступить к захвату Балтийского флота, базирующегося в финских портах. Без этого даже взятие Петрограда не дает им желанной победы. Необходимо убедить каждого из команд кораблей, находящихся в этой стране, в важности общего выступления, так как немцы боятся только флота».

«Положение русских войск в Финляндии самое отчаянное. Германия намерена оказать военное давление на Петроград с севера и оттеснить Россию от моря с целью захвата больших запасов продовольствия в Гельсингфорсе и Выборге. Планируется захват немецкими войсками Аландских островов. Необходимы экстренные меры».

«Балтийский флот почти не ремонтировался из-за нехватки необходимых для этого материалов (красителей, стали, свинца, железа, смазочных материалов). В то же время эта продукция практически открыто направляется из Петрограда в Финляндию с последующей переправкой через финские порты в Германию. Центром таких преступных сделок является кафе петроградской «Европейской» гостиницы, а пунктом отправления Гутуевский остров и соединительная ветка с финляндскими железными дорогами».

«Небывалое и ничем не оправданное произвольное понижение курса российского рубля в Финляндии влечет за собой большие бедствия для русского населения. Финляндия закупает по низкой цене наши рубли, а затем сбывает их Германии. Кроме того, платежи за идущие из России в Финляндию товары производятся в искусственно обесцененных рублях, что ведет к отливу денежных знаков за границу, в то время как Россия не получает необходимой ей финской валюты. Предлагаю поступить так, чтобы все расчеты проходили в обязательном порядке через Российский Госбанк».

С осени 1918 года разведывательные функции осуществляли пограничные чрезвычайные комиссии, но в весьма скромных пределах близлежащей территории. 19 декабря 1918 года ЦК РКП(б) принял решение о создании Особого отдела (ОО) ВЧК для борьбы с контрреволюцией и шпионажем в армии и на флоте – главных действующих силах гражданской войны. В «Положении об особых отделах ВЧК» от 6 января 1919 года Особому отделу предписывалась организация и руководство агентурной работой за границей и в оккупированных иностранными державами и занятых белыми частями районах России.

Однако минул еще почти год, прежде чем пришло осознание необходимости вести разведку не только на оккупированных территориях, но и в некоторых городах Запацной Европы, «ибо, – как говорилось в резолюции Всероссийского совещания руководителей особых отделов, состоявшегося в декабре 1919 года, – руководство внутренней контрреволюцией осуществляется из-за границы, где белогвардейские центры беспрепятственно ведут свою работу непрерывно и систематически».

Но только весной 1920 года в Особом отделе ВЧК было создано специальное разведывательное подразделение – Иностранный отдел (ИНО), – и в повестку дня был поставлен вопрос об организации резидентур за рубежом. В Инструкции по ИНО ОО указывалось на необходимость создания резидентур в советских заграничных представительствах. Резидента полагалось знать только главе миссии! В помощь резиденту назначались 1–2 оперработника. В те страны, где не было официальных советских представительств, предполагалось направлять нелегальных агентов ИНО, в случае же необходимости направлять их также и в те страны, где действовали «легальные» резидентуры. В самый канун польской кампании заместитель начальника Особого отдела ВЧК В.Р. Менжинский приказом от 27 февраля 1920 года уточнил контрразведывательную часть разведывательной работы:

«Отправить контрразведчиков за кордон, вменив им в обязанность изучить все пути, по которым поляки выводят свою агентуру в наш тыл; наиболее опытным контрразведчикам, переходившим уже фронт, поставить задачу проникнуть в неприятельскую разведку».

Таким образом, к весне 1920 года, шаг за шагом реагируя на практические потребности защиты советской власти, руководство ВЧК выделило из работы военной контрразведки чисто разведывательные функции, придав им направления, которые присущи любой развитой разведывательной службе современного мира: легальное, нелегальное и контрразведывательное.

Однако развертывание разведывательной работы на бумаге не поспевало за развитием событий. За разгромом белых армий последовало поражение в войне с Польшей. Английский ультиматум заставил советское правительство приостановить Наступательные действия и позволил Англии, Франции и США использовать возникшую паузу для переброски в Польшу оружия и боеприпасов. Отвергнув ультиматум, руководство РСФСР двинуло Красную Армию на Варшаву. Польские войска предприняли контрнаступление и заняли Западную Украину и Западную Белоруссию. «Слабейшим местом нашего военного аппарата является, безусловно, постановка агентурной разведки, что особенно ясно обнаружилось во время польской кампании. Мы шли на Варшаву вслепую и потерпели катастрофу, – говорилось в документе, принятом в сентябре 1920 года Политбюро ЦК. – Учитывая ту сложившуюся международную обстановку, в которой мы находимся, необходимо поставить вопрос о нашей разведке на надлежащую высоту. Только серьезная, правильно поставленная разведка спасет нас от случайных ходов вслепую…»

Для выработки мер по реорганизации разведки Политбюро создало специальную комиссию в составе Ф.Э. Дзержинского (председатель комиссии), И.В. Сталина, Д.И. Курского и др. На основе предложений этой комиссии в ВЧК был подготовлен приказ № 169 о создании Иностранного отдела ВЧК, подписанный Дзержинским 20 декабря 1920 года. В нем говорилось:

«1. Иностранный отдел Особого отдела ВЧК расформировать и организовать Иностранный отдел ВЧК.

2. Всех сотрудников, инвентарь и дела Иностранного отдела Особого отдела ВЧК передать в распоряжение вновь организуемого Иностранного отдела ВЧК.

3. Иностранный отдел ВЧК подчинить начальнику Особого отдела тов. Менжинскому.

4. Врид. [1]1
  Временно исполняющий должность.


[Закрыть]
начальника Иностранного отдела ВЧК назначается тов. Давыдов, которому в недельный срок представить на утверждение Президиума штаты Иностранного отдела.

5. С опубликованием настоящего приказа все сношения с заграницей, Наркоминделом, Наркомвнешторгом, Центроэваком и Бюро Коминтерна всем отделам ВЧК производить только через Иностранный отдел.

Председатель ВЧК Дзержинский»

С момента подписания этого приказа – 20 декабря 1920 года – разведка органов государственной безопасности СССР, а ныне Служба внешней разведки России, и ведет свою историю.

В первозданном виде Иностранный отдел был малочислен и прост в организационном отношении. Он состоял из начальника и двух помощников, канцелярии, бюро виз (на ИНО в то время была возложена задача обеспечения паспортно-визового режима), агентурного и иностранных отделений.

Первым начальником разведки был назначен, как это следует из пункта 4 приказа № 169, Давыдов. Его настоящее имя было Давтян Яков Христофорович. Он был профессиональным революционером. В 1908 году в Петербурге его арестовала полиция, но выпустила под залог, и он выехал в Бельгию, где учился в Брюссельском политехническом институте. В тоды Первой мировой войны Давтян был помещен немцами в лагерь для интернированных и вернулся в Россию только после революции. Участвовал в Гражданской войне. Затем выполнял ряд ответственных поручений по линии Народного комиссариата иностранных дел, в частности выезжал во францию с миссией Красного Креста для возвращения русских воинов на родину. Давтяна лично знали Ленин и Дзержинский. В 1920 году он занимал пост заведующего отделом Прибалтийских стран и Польши в НКИД. Дзержинский считал его наиболее подходящим человеком на должность руководителя разведки. Став им под фамилией Давыдов (в целях конспирации, так как фамилия Давтян была известна иностранцам), он продолжал одновременно работать в НКИД. В 1922 году Давтян оставил разведку в связи с назначением полпредом в Литву и с тех пор работал только по дипломатической линии.

На посту начальника ИНО Давтяна – Давыдова на короткое время сменил Могилевский, а затем Михаил Абрамович Трилиссер (1922–1930). Он также был старым партийным подпольщиком. Провел 8 лет на каторге и в ссылке. В годы Гражданской войны был военным комиссаром и руководителем ЧК в Сибири и на Дальнем Востоке. В 1918 году с ним произошел уникальный случай, когда он попал в плен к бандитам и был ими повешен. Но напавшие в момент казни партизаны отбили Трилиссера и сняли его с дерева, на суку которого он уже висел. К удивлению партизан, а потом и врачей, Трилиссер оказался еще живым. В годы, когда Иностранным отделом руководил Трилиссер, происходило становление советской разведки. Отличительной чертой этого периода было осуществление вербовок «под чужим флагом», широкое привлечение к работе в разведке эмигрантов и, в силу малочисленности кадровых сотрудников, организация самостоятельных агентурных групп и использование агентов-вербовщиков.

Трилиссер разработал «Положение о Закордонном отделении (резидентуре) Иностранного отдела ВЧК», в котором были сформулированы основные задачи, естественным образом вытекавшие из создавшейся ситуации:

«Вся разведывательная работа в иностранных государствах проводится с целью:

– выявления на территории каждого государства контрреволюционных групп, ведущих деятельность против РСФСР;

– тщательного разведывания всех организаций, занимающихся шпионажем против нашей страны;

– освещения политической линии каждого государства и его экономического положения;

– добывания документальных материалов по всем указанным направлениям работы».

Борьба с контрреволюцией за рубежом, так называемая «белая линия», рассматривалась-руководством советской разведки в качестве главной задачи вплоть до конца 30-х годов, пока не была окончательно подорвана деятельность РОВСа (Российский общевоинский союз).

Белая эмиграция тоже не сидела сложа руки. В архиве руководителя агентурной работы белоэмигрантской разведки Владимира Григорьевича Орлова имеется справка об организации разведывательной деятельности против советской власти. В ней говорится, что после окончания Гражданской войны разведывательный центр был перенесен в местечко Стренски-Карл овцы под Белградом и разведкой руководили генералы Миллер, Шатилов и Станиславский. С 1923 года разведцентр, как и все руководство белоэмигрантских организаций, обосновался в Париже, и в последующие годы им руководили генерал Кутепов и князь Трубецкой, причем Кутепов ведал главным образом подрывной работой – организацией бунтов и восстаний «против коммунистов», Сергей Николаевич Трубецкой руководил информационно-разведывательной деятельностью. «Во главе казачьего дела, – пишет далее в справке Владимир Орлов, – был поставлен генерал Краснов. Все три подчинены Великому князю Николаю Николаевичу». Сам Орлов заведовал агентурной сетью в Европе с выходом на разведслужбы Англии, Франции, Германии и лимитрофов (так назывались сопредельные с Россией на Западе государства). Содержание агентурного аппарата обходилось белоэмигрантам в 50 600 фр. франков в год.

В 20-х годах ИНО (именуемое с 1922 года ИНО ОГПУ) сумел осуществить агентурное проникновение практически во все наиболее активные белоэмигрантские формирования: Народный союз защиты родины и свободы (Савинков), Российский общевоинский союз (РОВС), «Братство русской правды» (БРП), Национально-трудовой союз (НТС) – и контролировал каналы их связи с агентурой в СССР. Известны совместные операции КРО (контрразведывательный отдел) и ИНО ОГПУ «Синдикат-2» (вывод в Россию Савинкова) и «Трест» (проникновение в монархические организации и вывод в СССР английского разведчика Сиднея Рейли). Но совершенно неизвестны другие важные операции советской разведки по так называемой «белой линии»:

– вывод под видом беженцев из Москвы и Харькова в Прагу, Львов и Париж группы разведчика Алексеева H.H. Группа проникает в организации Петлюры, Скоропадского и Савинкова, дает информацию о заброске их эмиссаров в Россию;

– в окружение руководителя агентурной сети белоэмигрантов Владимира Орлова (он же фальсификатор многих «документов» Коминтерна и ВЧК-ОГПУ) проник агент ОГПУ Николай Крошко и получил часть архива Орлова, а также информировал о его фальсификаторской деятельности. Орлов в результате оперативной комбинации был привлечен к судебной ответственности немецкими властями и выслан из Германии (см. главу «Письмо Зиновьева»);

– бывший лейтенант русского флота под видом агента английской разведки Керра (в действительности советский разведчик ВИКТОР) прибывал в Берлин для изучения антибольшевистской деятельности через посредство эмигрантских организаций и завербовал руководителя «Братства русской правды» Александра Николаевича Кольберга (также фальсификатора, специализировавшегося на подделке подписей советских и коминтерновских руководителей).. Кольберг полагал, что работал (за деньги) на англичан, в действительности же работал на ИНО ОГПУ (см. главу «Письмо Зиновьева»).

При первостепенной, важности работы по «белой линии» ИНО уделяло большое внимание внешнеполитической, или, как она тогда именовалась, дипломатической, а также экономической и, с 1925 года, научно-технической разведке. Эта разведывательная деятельность осуществлялась как «легальными» резидентурами, которые создавались в зарубежных странах по мере установления с ними дипломатических отношений, так и нелегальными резидентурами. Первая «легальная», то есть действующая под легальным прикрытием посольства, резидентура была открыта в 1922 году в Германии, которая первой среди западных стран признала СССР. Поэтому, а также потому, что из Германии было удобно вести разведку в Польше, Румынии, Чехословакии, Болгарии и лимитрофах, Берлин на долгие годы приобретает первостепенное значение как западноевропейский центр ИНО ОГПУ. Оттуда тянулись агентурные каналы в Париж, Вену, Лондон, Рим.

В начале 20-х годов берлинская резидентура получила целый ряд Ценных сведений:

– о позиции западноевропейских стран на Генуэзской конференции;

– о планах Петлюры по срыву намерений правящих кругов Европы признать СССР;

– о подготовке группой белых офицеров из армии Авалова покушения на жизнь большевистских делегатов на Генуэзской конференции (было перехвачено донесение петлюровцев в Высший монархический совет);

– о намерении Савинкова, действовавшего под именем Гуленга Возновича, возглавить охрану советской делегации в Санта-Маргерите (Генуэзская конференция) и осуществить покушение на Ленина;

– о деятельности немецкой полиции против советского посольства в Берлине;

– об операциях французской разведки в Кронштадте;

Последовавшая в середине 20-х годов полоса признаний СССР западноевропейскими государствами создала условия для мирного развития страны.

В то же время изменение международного положения, СССР способствовало созданию «легальных» резидентур в странах Западной Европы. Иностранный отдел, входивший в то время в Секретно-оперативное управление ОГПУ, также претерпел изменения – усложнилась его структура. В Закордонном отделении ИНО, которое курировал лично Трилиссер, для руководства резидентурами было создано шесть секторов:

– северный – резидентура в Стокгольме и ее филиалы в Копенгагене, Гельсингфорсе, Ревеле, Риге и Любаве;

– польский – резидентура в Варшаве и ее филиал в Данциге, работавшие также на территории Восточной Пруссии, Галиции и Прикарпатской Украины;

– центральноевропейский – резидентура в Берлине и руководимые ею филиалу в Париже, Риме и Брюсселе, а также резидентура в Лондоне, которой вменялось в обязанность руководство разведывательной работой в США;

. – южноевропейский и балканский – резидентура в Вене с филиалами в Праге, Будапеште, Белграде, Софии, Бухаресте и резидентура в Константинополе с ответственностью за работу в Египте и Алжире;

– восточный – работа на территории Турции и Персии через прлномочные представительства на Кавказе, а с территории Дальневосточной Республики – против Японии, Китая и частично США;

– американский – резидентуры в Нью-Йорке и Монреале.

Хотя первая резидентура ИНО ОГПУ начала функционировать в Лондоне с 1924 года, некоторые разрозненные документальные свидетельства говорят о том, что попытка направить в Англию резидента была V предпринята еще в 1922 году. В архивах разведки сохранилась копия письма ГПУ секретарю ЦК РКП(б) В. Куйбышеву от 9 сентября 1922 года, в котором говорилось:.

«ГПУ просит Вас подтвердить назначение уполномоченным ГПУ в Лондоне в составе Лондонского представительства РСФСР тов. Красного с правом привлечь для выполнения технической работы не свыше четырех работников. Вопрос о назначении тов. Красного в Лондон словесно согласован с тов. Красиным».

Помощник Куйбышева Василевский запросил в ГПУ характеристику на Красного к заседанию Оргбюро ЦК РКП(б) 18 сентября 1922 года и получил ее в следующем виде:

«Тов. Красный б. член СДКПЛ с 1904 года, работал все время в Польше и за партийную работу был осужден два раза, каждый раз по 6 лет каторги. Отбыл же наказания 7 лет каторги и 2 с половиной года концлагеря. Судился тов. Красный вместе с тов. Дзержинским. Чистку партии тов. Красный прошел в Вене. Был в Советском Будапеште и Верхней Силезии. Работа тов. Красного заключалась в редактировании газет и пр. изданий. Тов. Красный старый и выдержанный работник.

ЗамПредГПУ Уншлихт».

Юзеф Яковлевич Красный (Ротштадт) в свои 45 лет действительно имел большой опыт подпольной партийной работы. Его знакомство с Дзержинским не ограничивалось только тем, что они сидели на одной скамье подсудимых. В более поздней литературе Красного относили к числу соратников Феликса Эдмундовича по революционной борьбе. Между ними существовали, по всей видимости, и хорошие личные отношения. С.С. Дзержинская в книге «В годы великих боев» писала, что Дзержинского арестовали на хорошо знакомой ей квартире Красного. «Арестовав Красного, – писала Дзержинская, – полиция устроила там трехдневную засаду».

В партийной характеристике ничего не говорилось о том, что Красный уже приобрел опыт разведывательной работы: на момент, отправки его в Лондон он возглавлял Объединенную резидентуру ИНО ГПУ и Регистрационного управления Генштаба Красной Армии в Вене. Замыкаясь в организационном отношении на Берлин, венская резидентура, кроме всего прочего, служила базой для разведывательной работы на Балканах (см. выше). В письме Трилиссеру от 27 марта 1922 года Красный писал:

«Мой аппарат на Балканах довольно большой и имеется возможность расширить его по желанию. Некоторые связи очень ценны, например, есть у меня кое-кто бывающий в доме Врангеля, другой тип хорошо знаком с генералом Климовичем – начальником разведки при Врангеле».

В июне 1922 года Трилиссер вызвал Красного в Москву, где был решен вопрос о направлении его в Лондон. Каких-либо сведений о пребывании его в Англии не обнаружено, но о том, что он завершил свои дела в Вене и подал прошение о визе в английское посольство, упоминается в письме из Вены от 12 октября 1922 года. Косвенно это подтверждается также и дальнейшей специализацией его жены – Елены Адольфовны Красной, которая в 1925–1928 годах ведала английским сектором в ИНО ОГПУ, о чем свидетельствуют подготовленные ею оперативные, отчетные, аналитические и информационные документы о политике Англии. Сам Красный вскоре разведку оставил и занялся организацией Польского коммунистического архива, а также созданием Центроиздата.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю