290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Под лучами красного карлика(СИ) » Текст книги (страница 10)
Под лучами красного карлика(СИ)
  • Текст добавлен: 24 ноября 2019, 06:00

Текст книги "Под лучами красного карлика(СИ)"


Автор книги: Олег Белоус






сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 18 страниц)

Хозяин кабинета поднял взгляд на посетителей и широко улыбнулся. Вопреки собственным привычкам быстро поднялся с места и встретил посетителей у входа.

Закрыв дверь, Иван вытянулся в струнку и начал торопливо докладывать:

– Здравия желаю! Лейтенанты Капитанов и Машеров по Вашему…

Договорить он не успел, хозяин кабинета лишь махнул рукой, отметая попытку доложить по уставу.

– Здравствуйте, здравствуйте, герои, – пробасил весело и протянул руку.

Тиадар ограничился коротким поклоном, слегка привстав с кресла. Над правым плечом инопланетянина торчала рукоять меча. Видимо ему полностью доверяют, раз вернули холодное оружие, смекнул Иван.

По очереди крепко пожав приятелям руку, хозяин кабинета вернулся на место. Он был уже не молод, но рукопожатие осталось крепким словно у юноши. Устроившись в кресле, Капитан положил ладони на подлокотники и впился в космонавтов испытующим взглядом. Потом, жестом предложил приятелям присесть. Космонавты аккуратно опустились в удобные кресла. Несмотря на всю любезность хозяина, Иван чувствовал себя не в своей тарелке. Придя к какому-то выводу, Капитан расплылся в доброжелательной улыбке и поинтересовался:

– Не хотите, чаю или кофе?

Иван отрицательно покачал головой, а Алексей нетерпеливо выпалил:

– Кофе.

Капитан нажал на кнопку звонка, через пару секунд дверь открылась. В кабинете вошел робот-секретарь и остановился у стола:

– Пожалуйста, кофе, мне чай. Вам Ойе? – Капитан повернулся к тиадару.

Церемонно наклонив голову, инопланетянин ответил:

– Благодарю Вас, Ничего не нужно.

Капитан, повернувшись к секретарю добавил:

– Неси.

Робот медленно склонил голову и вышел.

– Как служба?

– Все хорошо, без происшествий, – осторожно ответил Иван.

Капитан медленно кивнул и, отведя взгляд, задумчиво уставился в кружку на столе.

От невероятного радушия начальства Ивану стало не по себе. Насколько он знал из рассказов старших товарищей, немногие удостаивались чести угощаться за столом Капитана. Тот слыл слегка высокомерным человеком, застегнутым на все пуговицы, и требовал от подчиненных безукоризненного, до последней запятой, выполнения устава Космической службы. А сейчас был не похож на себя и вел себя словно гостеприимный хозяин к которому пришли гости. При этом общался с молодыми космонавтами на равных, что само по себе являлось показателем немалой заинтересованности хозяина кабинета в итоге разговора. Невеликий опыт общения с руководством подсказывал. Это «жу-жу» неспроста. Капитану что-то необходимо от молодых космонавтов.

Через минуту дверь распахнулась, робот-секретарь вкатил в кабинет столик с кофейником, чашками, и несколькими тарелками с печеньями и бутербродами. Ароматный запах свежезаваренного кофе поплыл по кабинету, заставив Ивана пожалеть, что он отказался от напитка. Оставив угощение, робот удалился, плотно закрыв за собой дверь. Тишину в кабинете нарушало лишь тревожное гудение климатизатора.

«И все старания начальства из-за наших красивых глаз? – размышлял Иван, – Не смешите мои тапочки, они и так смешные. Мы нужны для чего-то. Вот только для чего?»

Капитан довольно прижмурился. Пока пили заказанные напитки, он лишь задумчиво улыбался и прихлебывал чай. Время от времени он бросал на приятелей задумчивые, оценивающие взгляды. Наконец с напитками покончено. Дождавшись, пока робот соберет чашки и тарелки, на стол и удалится за дверь, Капитан внимательно посмотрел на собеседников, губы его еще продолжали улыбаться, но глаза уже тревожно сузились. Нервно стиснув руки, он пододвинулся поближе. Иван насторожился, сейчас пойдет речь о том, ради чего их пригласили.

– Давайте поговорим в открытую. Не как начальник и подчиненные а как соратники, – несколько секунд Капитан молчал, пристально вглядываясь в лица космонавтов. Приятели синхронно наклонили головы. Капитан продолжил:

– Информация секретная и касается судьбы всего Ковчега. Поэтому я надеюсь на Ваше благоразумие. Пока официально о ней не объявят, прошу воздержаться от ее оглашения.

Капитан замолчал, уперев в собеседников вопросительный взгляд, и только получив в ответ новые кивки, продолжил:

– Три дня тому назад мы получили требование от правителя планеты Тиадаркерала – Главы комитета Вечных. Он хотел, чтобы мы немедленно улетели из их солнечной системы, в противном случае угрожал уничтожить Ковчег. Угроза реально, вы сами участвовали в бою с флотом тиадаров. Исполнить это требование немедленно мы не можем, нам необходимо как минимум несколько лет, что бы добыть нужный для перелета запас дейтерия. В ответ Совет Ковчега направил Комитету Вечных предложения о мирных взаимоотношениях и просьбу предоставить нам три года для того чтобы подготовиться к полету назад, к Земле. Без запасов дейтерия мы не сможем улететь. Вчера утром пришел отказ от нашего предложения и новые угрозы. И улететь мы не можем и оставаться нам не дают. У нас нет иного выхода, кроме как принять навязанный нам бой.

На секунду Капитан остановился, пристально вглядываясь в лица молодых космонавтов, на них явственно читался гнев, взгляд его ощутимо потеплел. Юные космонавты реагировали именно так как он предполагал. Сообщение подействовало на них аналогично красной тряпке на разъяренного быка. Ивану стало жарко, кровь прилила к щекам. Справа раздавалось злобное сопение набычившегося Машеры. Попади ему сейчас главарь тиадаров, порвет голыми руками… Молодежь Ковчега с детства воспитывали ярыми патриотами, и поэтому простить угрозу смерти даже одного человека и тем более всем ковчеговцам, они не могли и не хотели.

Капитан потер лоб ладонью, оценивающе взглянул на сидящих перед ним молодых парней. С удивлением Иван понял, что он нервничает.

– Перед вами ваш бывший пленник, а ныне наш друг тиадар Ойе, – продолжил Капитан задумчивым тоном, – Он добровольно согласился на сотрудничество с нами и рассказал много ценного… но главное сообщил, что старейшины его клана, уважаемого на Тиадаркерале клана Наемников, недовольны порядками на планете и ищут возможности добиться изменений. Они устали от практикуемого правителями планеты всеобщего террора и хотят лучшей жизни для себя и своих детей. Но нынешние правители планеты недоговороспособны, они не пойдут навстречу ни собственному населению, ни нам. Получается, что у нас и у клана Ойе общий непримиримый враг – Высшие. Нам известно местонахождение города Власти и при необходимости мы сможем нанести по нему удар, но этого недостаточно. Пока не разрушены воздушно – космические и ракетные базы, склады оружия массового уничтожения, космодромы и информационная инфраструктура, зубы дракона окончательно не вырваны. У врага останется возможность, ударить в ответ по Ковчегу и восстановить господство на планете. Чтобы свергнуть власть Высших нам необходимо знание координат баз противника, тогда мы сможем одним мощным ударом из космоса уничтожить их. Проводить разведку долго, и не факт, что сумеем выяснить все, что нам необходимо. Цена ошибки и потерянного времени очень велика. Как только Высшие восстановят космический флот, они безусловно повторят нападение на Ковчег. В приемлемые сроки получить нужную информацию мы можем только от старейшин клана Ойе, для этого нам необходим союз с ними.

– Мы Вас поняли, – произнес Иван, – а мы здесь при чем?

Хозяин кабинета замолчал, задумчиво хмыкнул и вопросительно посмотрел на приятелей:

– Если Вы не против, я закурю.

– Конечно, – кивнул Иван.

Капитан достал из стола белую пачку с пустой хрустальной пепельницей. Раскурив сигарету, с видимым удовольствием пыхнул. Пыхнув несколько раз дымом, немедленно затянутым под потолок климатизатором, задумчиво и оценивающе глянул на молодых космонавтов. Положив недокуренную сигарету в пепельницу, откуда продолжала виться тонкая струйка дыма, произнес немного смущенным тоном:

– Дело в следующем. Если мы попытаемся связаться по радио с кланом Ойе, на контакт скорее всего не выйдут, решат, что это провокация, да и перехватить могут радиопереговоры. Необходим личный контакт. Увидят землян в живую, поверят, что это все серьезно. Ойе согласен провести наших послов к старейшинам клана, но только при условии, что сопровождать его будете Вы, оба. От имени Совета Ковчега я предлагаю вам участие в экспедиции на Тиадаркерал для переговоров с кланом Ойе.

Алексей недоуменно уставился на Капитана.

– В смысле? – переспросил он.

– Я предлагаю вам отправиться на Тиадаркерал для переговоров. Ойе послужит вам проводником, – терпеливо повторил Капитан.

Сердце у Ивана забилось так, что жилки запульсировали на шее. Буря чувств нарастала в нем – смешанных, противоречивых. Он напряженно размышлял, как поступить. Пальцы машинально забарабанили по столу. С одной стороны лететь на Тиадаркерал, чужую планету, населенную безжалостными, готовыми убивать людей убийцами, отчаянно не хотелось. Да и маме он пообещал больше не рисковать. С другой стороны, это шанс начать переговоры и получить союзников в дельнейшей войне с Высшими. С другой стороны, можно ли доверять тиадару? Не завлечет ли он их в ловушку? Ответа на эти вопросы он не знал…хотя за несколько дней общения у него создалось благоприятное впечатление о пленнике.

Первый не выдержал Алексей:

– Кроме нас что, некому сопровождать его?

Капитан не успел ответить. В разговор вмешался инопланетник, до этого сидевший неподвижно, словно каменная статуя и безмолвно внимавший разговору:

– На мне долг крови перед Вами. Только Вам я доверяю.

– Ну вот видите, – развел руками Капитан и откинулся в кресле, – уперся, и не в какую. Говорит, что согласен на экспедицию только вместе с Вами.

Иван уже достаточно успокоился, чтобы разговаривать без эмоций. Откинувшись на спинку кресла, он вскинул руку и дождавшись разрешающего жеста хозяина кабинета, повернулся к снова застывшему, подобно статуе, тиадару. Несколько мгновений в кабинете стояла звенящая тишина, потом юный космонавт негромко произнес:

– У меня вопроса к Ойе. Почему мы должны довериться тебе? Мы чужие для тиадаров, а Высшие одного с тобой биологического вида. Разве ты не должен защищать свой народ?

Ойе окинул друзей тем же бесстрастным взглядом, в котором Ивану, однако, почудилась в нем какое-то тщательно скрытое чувство и ответил спокойным, размеренным голосом:

– Мы убили многих для Высших и верно им служили, а они не дали нам ничего, кроме презрительного молчания и убийства всех, кто только посмел усомниться в порядке ими насаждаемом! Мой брат был рожден родителями без очереди и Высшие убили и его и отца с матерью. В этом нет чести, а только кровь, за которую они должны ответить. В вас есть честь и воинский дух, в дружбе с вами нет бесчестья…в службе Высшим…есть.

– А почему ты тогда завербовался на космолет?

– Служить предназначение наемника, отказаться немыслимо, а на космический корабль я пошел чтобы получить разрешение жене завести ребенка, я рассказывал Вам об этом.

В разговор вмешался Алексей. Подавшись вперед, взглядом попросил разрешения. Он дождался согласного кивка и, глядя в слегка смущенное лицо Капитана негромко спросил:

– А в сопровождение переговорщикам космодесантников выделить можно?

Старый космонавт слегка поджал губы и отрицательно покачал головой. Ничего хорошего сообщить он не мог:

– Максимум что мы сможем незаметно для радаров спустить с орбиты планеты это три капсулы. Все что больше, они непременно заметят. Ищейки Высших на хвосте превратят попытку переговоров в смертельную авантюру.

В кабинете наступила звенящая тишина, прерываемая только еле слышным гулом климатизатора. Капитан несколько мгновений оценивающе смотрел на напряженные лица молодых товарищей, потом ободряюще улыбнулся:

– В искренности Ойе мы уверены. Теперь будет или нет экспедиция на Тиадаркерал решать Вам. Совет Ковчега посчитал, что Вы должны самостоятельно принять решение о вашем участии или отказе.

Иван пристально посмотрел в глаза Капитану переглянулся с задумчиво глядевшего вдаль товарища, глянул на безмолвного тиадара и неожиданно для самого себя решительно произнес:

– Я согласен.

– А ты? – Иван повернулся вместе с креслом к Машере.

На лице того вначале мелькнула тень растерянности, через несколько мгновений сменившаяся привычным самоуверенным и бесшабашным выражением. Качнув головой, он отозвался:

– Ну раз так, то и я согласен.

Лицо Капитана расплылось в облегченной улыбке, он довольно потер руки. Около глаз моментально появились множество лучистых, мелких морщинок.

– Отлично! Ну, что же, надеюсь, вы благополучно выполните задание Совета Ковчега. По мнению экспертов, единственный вариант, при котором Высшие не смогут обнаружить высадку, это спуск с орбиты планеты в капсулах с маскировкой на начальном этапе под крупные метеориты.

– Смотрите, – Капитан нажал на кнопку лежащего перед ним коммуникатора, крутанулся в кресле, поворачиваясь к экрану, на нем высветилась подробная карта Тиадаркерала. Иван повернулся вслед. Большую часть поверхности планеты окрашивали в тревожный красный цвет взаимно пересекающиеся зоны.

– Это – в руке Капитана блеснула лазерная указка, подсвечивая штрихованные участки, – районы находящиеся под наблюдением орбитальных и стратосферных спутников.

– Здесь – указка сдвинулась к небольшой, пульсирующей красным точке – город клана Ойе. Вас доставят на орбиту Тиадаркерала. Корабль полетит в режиме невидимости. На планету высадитесь за пределами контролируемых со спутников зон.

– Вот сюда, – указка скользнула по карте, показывая точку, отделенную от цели их путешествия раскрашенным синим нешироким морским заливом.

Капитан повернулся к космонавтом, несколько мгновений вглядывался в лица, затем повернулся обратно и продолжил:

– Оттуда отправитесь к городу наемников. Ваша задача вступить в контакт со старейшинами клана Ойе и вручить им аппаратуру связи. Мы уверены, что переговоры с помощью нашей радиостанции невозможно перехватить. Будьте готовы самостоятельно донести до тиадаров наши предложения. С завтрашнего дня приступайте к тренировкам. К девяти часам явитесь в колледж. Вас там будут ждать, – Капитан поднялся, давая понять, что встреча закончена.

– Разрешите еще вопрос, – поднимаясь с кресла, произнес Иван.

– Разрешаю, – доброжелательно кивнул Капитан.

– Что будет, если тиадары решаться на повторную атаку Ковчега? Мы выдержим?

Капитан грустно улыбнулся:

– Не беспокойся. Все корабли отозваны и стоят на боевом дежурстве. Плюс возможности лазерных батарей Ковчега. Мы не дадим им еще одного шанса уничтожить Ковчег.

Поднявшись с кресла Капитан первым протянул друзьям руку. По очереди крепко пожал и напоследок пожелал:

– Удачи, и до свидания!

Мама на удивление спокойно восприняла известие о новой поездке сына, возможно, потому, что в опасности сейчас находились все ковчеговцы. Слезы, конечно, лились но, в конце концов, она успокоилась и взяла с сына обещание не рисковать и быть осторожным.

На следующий день круговорот новых дел закружил Ивана. Время с раннего утра до ночи с краткими, только на сон и короткий отдых вечером, перерывами, заполнила учеба. Бесконечные занятия по конструкции, правила эксплуатации спускаемого аппарата и сверхлегкого вертолета сменяли тренировки на виртуальных тренажерах. После них – изучение правил выживания в дикой природе и стрелковое дело. Во время рискованной экспедиции космонавты могли рассчитывать лишь на себя, поэтому их старались по максимуму обучить всему, что могло пригодиться на чужой планете. Сил после занятий оставалось только доползти до кровати и уснуть мертвым сном. К удивлению молодых землян вместе с ними учился и тиадар Ойе. Под его руководством они изучали историю, традиции тиадаров и устройство государства Высших.

День выделили для изучения десантного костюма, способного защитить от пули и обогреть в холод, а в жару-охладить. Особенно понравился Ивану шлем, способный приблизить отдаленные предметы без всякого бинокля и одновременно выполнить функции прицела. Десантник в костюме становился, благодаря встроенным искусственным мышцам, сильным словно Геракл. А композитная броня делало его неуязвимым, как древнегреческого Ахилла. Два дня по вечерам они ездили на в отдаленную пещеру, переоборудованную под стрельбище, на тренировки с автоматом АК-386.

Прошло две недели. Космонавты успешно выполнили тестовые задания на тренажерах, имитирующих спускаемую капсулу и вертолет, а в на следующий день их экзаменовали в виртуальном тренажере имитирующем дикую природу Тиадаркерала. Решение преподавателей было единодушным: готовы! Тем же вечером директор колледжа, под общим руководством которого проводились занятия, крепко пожал парням руку на проходной. Подготовка закончилась.

По завершении курса обучения, друзьям предоставили трехдневный отпуск. На следующий день от случайно встреченного на улице одноклассника, пошедшего по врачебной стезе он узнал что за Настей негласно приглядывает медики. Боятся последствий перенесенного ею потрясения, как бы не наложила на себя руки. Иван немедленно набрал номер Насти. Пора попытаться забыть прошлые глупые обиды, но коммуникатор упорно молчал. Тогда парень отправил девушке сообщение с просьбой о свидании, вечером в парке у водопада, но ожидания остались напрасными. Настя так и не появилась. Отпуск пролетел моментально, как один день. Ранее утром четвертого дня он встретил на борту корабля, оснащенного по последнему слову земной техники и способном, по мнению инженеров Ковчега, обмануть следящие системы планеты тиадаров.

Следователям, несколько раз допрашивавшим ее, Настя так и не рассказала как с ней поступил ее бывший звеньевой. Как она очнулась на диване без нижнего белья, окровавленная. Стыдно и страшно… Ей казалось, что каждый прохожий косится на нее, что весь Ковчег знает, что она была с ревнителями, знает, как один из них с ней поступил… Девушка замкнулась в собственном горе, работа и сразу домой. Сообщение Ивана она видела, но не решилась на него отвечать. Показаться на глаза влюбленному в нее парню не решилась. Он ее любит, а она… Как стыдно за предложение примкнуть к ревнителям, за то, что обидела Ивана, а сама не сберегла себя. Весь вечер она пролежала на девичьей постели уткнувшись в мокрую подушку. Узкие плечи тряслись от горьких рыданий. Боже, какая она дура… Сама отвергла собственное счастье! Красив, не дурак, Герой Ковчега и любит ее! А она… она еще не знала как сформулировать отношение к парню, но то, что не безразличие, это точно. На столике рядом валялась вскрытая упаковка с снотворным и стакан с водой. Принять все разом чтобы покончить со всеми бедами разом, как намеревалась вначале, она так и не решилась. Лишь под утро истерзанная мрачными думами девушка забылось в коротком и тревожном сне.

Глава 6

На первый взгляд картина за бортом корабля ничем не отличалась от видов в окрестностях Ковчега, все те же колючие разноцветные искорки звезд и угольно-черная пустота космоса. Вот только стоило взглянуть в иллюминатор, направленный в условный низ – все менялось. Под ногами лежал, занимая добрую треть обзора, гигантский шар нежно-голубой расцветки. В космосе вверх и низ легко перепутать и казалось, что громадина планеты нависает над наблюдателем. С высоты орбиты она очень походила на Родину ковчеговцев. От этого сердце сжималось от восторга и сладкого ужаса. Вот она, цель путешествия землян, найденная в глубинах Вселенной пригодная для жизни планета.

Размытая линия терминатора[16]16
  Терминатор (астрономия) – линия светораздела, отделяющая освещённую (светлую) часть небесного тела от неосвещённой (тёмной) части.


[Закрыть]
делила выпуклый диск внизу, расплываясь по краям в слабой дымке атмосферы на два совершенно непохожих пространства. Слева ночная половина с хаотично разбросанными редкими искорками городов, справа дневная. По освещенной солнцем стороне густо плыли белые стайки облаков, а где они расходились, проглядывала чистая синь океана или виднелась желтизна континента с вкраплениями темно-зеленых пятен лесов. Там, где материки обрывались, у границы с водной стихией, чернело несколько гигантских проплешин бывших мегаполисов, которых больше никогда не увидеть такими, какими они были в пору расцвета. С момента их гибели прошли столетия, но до сих пор при взгляде из космоса циклопические останки было хорошо заметны.

Капитан корабля инструктировал будущих десантников. Его голос гулко разнесся в тишине, отдался эхом от стен громадного отсека. Иван слушал в пол-уха. Все что говорил капитан им неоднократно рассказывали. Куда больше его беспокоили вспотевшие ладони. Как он будет прощаться с командиром корабля? Время от времени он, стараясь действовать незаметно, вытирал их об штанины.

Инструктаж заканчивался, когда корабль, пролетев через все оттенки исчезающего солнечного света, от ярко-оранжевого до темно-алого, вошел в тень планеты. В грузовом отсеке стремительно потемнело, автоматически включилось лампы под потолком, ярко освещавшие пустое помещение с тремя отсвечивающими металлом здоровенными, намного выше человеческого роста, шарами посредине. Закончив инструктаж и пожав на прощание руки, капитан вышел из отсека. Надеюсь, подумал Иван он ничего не заметил. Громко стукнула, закрываясь, дверь шлюза.

Говорить больше не о чем, космонавты молча пожали друг другу руки. Ойе поклонился приятелям, будущие десантники разошлись по аппаратам. Алексей внешне выглядел спокойным, вот только рукопожатие его было крепче, чем всегда. По лицу Ойе, как обычно невозмутимому, понять какие чувства он испытывает, и есть ли они у него вообще, не представлялось возможным.

Иван подождал пока весь его небольшой отряд залезет в спусковые аппараты. Дважды бахнули, захлопываясь, входные люки, он последний протиснулся в проем, закрыл дверь, отрезая себя от космолета. Он остался один на один со спускаемой капсулой. Завозился, застегивая предохранительные ремни, продолжая размышлять о своем. Это первый спуск ковчеговцев на планету, к тому же не в космолете, а в спускаемом аппарате, изготовленном по найденным в архиве древним, еще двадцатого первого века, чертежам. Несмотря на уверения инженеров Ковчега что конструкция вполне надежна, от мысли об этом холодок страха пробегал по спине. Никто не сможет на сто процентов гарантировать надежность конструкции. Возможны три варианта: космонавты, благополучно достигнут поверхности, их собьет планетарная оборона и, как вариант, спускаемый аппарат не выдержит перегрузок, и люди вместе с тиадаром-наемником врежутся в поверхность планеты в виде хорошо прожаренного фарша.

Заученными до автоматизма движениями Иван включил компьютер аппарата, улегся в ложемент. Короткий тест, и на экране высветилась схема функционирования аппарата. Все в норме. Можно сказать, даже отлично. Он тронул сенсор связи на панели:

– Я – третий. Готовность один подтверждаю.

Где-то глубоко внутри появился маленький ледяной комок. Сейчас его никто не видел и, скрываться не от кого. Вначале затрясло тело, а потом руки и ноги мелко и противно задрожали. Он лежал, прочно пристегнутый ремнями к пилотскому креслу и трясся от страха. Лгать самому себе глупо, и он признался: да, я боюсь. Во время двух боев в космосе он держал себя в руках, но спуск в неуправляемом шаре, где он ничего не мог контролировать, по-настоящему пугал его. Интересно, мелькнула на границе сознания мысль, а как там Алексей и тиадар? Дрожат так же как я? Машера возможно и трусит, он же человек, только не показывает виду, подумал он с сомнением. А способен ли трусить тиадар? Может страх вообще неизвестен инопланетному существу?

– Как слышно, – раздалось в наушниках.

– Слышу хорошо! Готов к спуску!

– Удачи, десять секунд до выброса! С монотонностью метронома послышалось:

Девять, восемь, семь…

От этих слов ледяной ком внутри разросся в морозную сферу размером во все тело, заставив дрожать сильнее прежнего, пальцы судорожно сжали ручки ложемента.

Секунды растягивались тягучим киселем. Скорей бы старт взмолился Иван про себя. Он был уверен, что когда капсула стартует, станет легче. Когда ничего изменить невозможно и все предопределено, будет не до рефлексий.

– Один. Отстрел! – громоподобный удар, словно великан со всего размаху пнул капсулу вниз. Голову прижало к подголовнику ложемента, а глаза вдавило внутрь черепа так, что приборы на панели стали нерезкими, как будто покрытыми дымкой. Капсулу несколько мгновений нещадно трясло, пока она, наконец, не вырывалась в ледяную тьму космоса.

И тряска, и ускорение мгновенно пропали. В тесном отсеке спускаемого аппарата наступила гробовая тишина, в иллюминаторе показался краешек укутанной белоснежными облаками ночной планеты. Невесомость. Высота сто километров. Атмосферы еще нет, так, жалкие остатки, пара молекул на кубический сантиметр. Зато томительное ожидание окончилось и дрожь, вместе со страхом ушли.

Иван вжался в ложемент, его охватило странное спокойствие, словно все вокруг происходило не с ним, а с кем-то другим. Что должно случиться, то и произойдет, на этапе приземления от пилота ничего не зависит, подумал он. Сейчас он отрезан от Ковчега – даже на связь выйти не может, оболочка спускаемого аппарата покрыта тонким слоем специального, не пропускающего радиоволны пластика. Впрочем, понимание того, что, капсула на экране радара выглядит точно также, как среднестатистический каменный метеорит, немного успокаивала.

Капсула плавно летела вниз, вскоре ее вновь начало трясти и раскачивать как-будто в приступе Паркинсона. В иллюминаторе заблистали ярко-розовые языки плазмы. Потихоньку возвращался вес, от которого он успел отвыкнуть за время экспедиции к Тиадаркералу. Температура за тонкой преградой брони стремительно нарастала. Розовое пламя по мере погружения в атмосферу постепенно сгущалось, стало пурпурным, затем багровым, даже жаропрочное стекло иллюминатора покрылось желтоватым налетом. Капсула вошла в атмосферу подумал Иван и невольно скосил глаз на термометр: внешняя оболочка капсулы к этому времени нагрелась от трения об воздух и засветилась алым. Капсула с хрупким человеческим содержимым подобно метеору падала на планету, оставляя за собой в атмосфере искрящийся огненный шлейф.

Сейчас должен отстрелиться пиропатрон с основным парашютом, отстраненно прикинул Иван. Если он не раскроется, до земли долетят только хорошо прожаренные ошметки.

Сверху послышался громкое – Бум, заставив инстинктивно поднять взгляд, капсулу ощутимо тряхнуло, вжав космонавта в ставший на миг жестким ложемент, а падение за несколько кратких мгновений стремительно замедлилось. Аппарат повис под гроздью прозрачных парашютов, дрейфуя по ветру и постепенно снижаясь. Иван облегченно выдохнул, изо всех сил стиснутые кулаки разжались. Перегрузки и свечение раскаленного до состояния плазмы воздуха исчезли, а капсула начала слегка вздрагивать и покачиваться. Стал слышен шум разрываемого аппаратом воздуха. Это означало, что спускаемая капсула затормозился настолько, что движется со скоростью меньшей, чем звуковая. Слава богу, парашюты отработали штатно, подумал Иван и включил тепловизор.

Взгляд скользнул по горизонту. Спереди и сзади алели раскаленным металлом медленно опускающиеся шары с товарищами. Иван посмотрел вверх. Незнакомые звезды чужой планеты ярко и тревожно мерцали. На миг показалось, что падение остановилось и, капсула неподвижно зависла посредине необъятного воздушного океана. На высоте, из-под купола парашюта, многое воспринимается иначе, становятся заметны мелочи, которые не чувствуются, когда спускаешься на планету в виртуальном симуляторе.

Иван опустил взгляд вниз. Высотомер показывал почти два километра над поверхностью планеты. Как и планировалось, внизу царила ночь. Темно, как в черной дыре, но тепловизор, когда к нему привыкаешь, дает вполне отчетливую картину. Справа светилась длинная гусеница реки, по ее левому берегу темнел лес, а под капсулой белела обширная равнина.

Планету густо усыпали трассы космических и атмосферных спутников, поэтому время и район приземления выбрали с таким расчетом, чтобы в момент посадки их не было поблизости. Выбранное место находилось довольно далеко от цели путешествия, на расстояние двух дней полета от города Наемников. Но необходимость скрыть от врага факт появления землян на Тиадаркерале, перевесила риск продолжительного путешествия.

Равнина то, что и нужно для посадки, решил Иван. Значит, корректировать место приземления не продеться…

Поверхность медленно приближалась. Метров за сто до земли, чтобы уберечь космонавта от травмы, ложемент провернулся, подняв тело пилота в вертикальное положение. А еще через несколько мгновений, перед приземлением, двигатель мягкой посадки коротко рыкнул под ногами, ударив в подошвы и погасив скорость посадки почти до нуля. Несильный удар снизу и неподвижность. В тесном отсеке спускаемого аппарата наступила гробовая тишина, только слышалось, как глухо потрескивала, остывая, броня капсулы.

Приземлились! Иван облегченно выдохнул и отстегнулся от ложемента. Предохранительные ремни скользнули по телу беззвучными змеями, отлетели в сторону. Все кончилось. Рискованное путешествие в доисторическом раритете завершилось благополучно. Он неторопливо надел гарнитуру радиосвязи и выдал в эфир:

– Десант один вызывает Десант 2 и 3, как слышите? Как приземлились? – выдал Иван в эфир, откуда в ответ донеслись уверения, что приземлились штатно и все хорошо.

Теперь инструкция предписывала связаться с кораблем, ждущим на орбите, не пропускающий радиоволны пластик сгорел в атмосфере. Узконаправленный пучок радиоволн не могла перехватить никакая земная радиоаппаратура и ковчеговцы надеялись, что не сможет запеленговать и техника тиадаров.

– Десант один вызывает 3/гамму, как слышите?

– 3/гамма, на связи. Слышу хорошо. Как приземлился? – донесся знакомый голос командира доставившего их корабля.

– Приземлился хорошо, без замечаний! Десанты 2 и 3 вышли на связь. У них тоже без замечаний.

– Принято, – послышался довольный голос, – Вы приземлились туда, куда и намечалось по плану.

Теперь главное, по данным радиоперехвата вас не заметили, а точнее приняли за упавшие на планету метеориты.

Иван довольно ухмыльнулся, пока все по плану:

– Принято! Рад, что все правильно рассчитали! Какие будут рекомендации. Покинуть место приземления или дождаться расцвета?

Несколько мгновений в эфире было молчание, видимо капитан советовался. Затем снова послышался голос.

– Мы считаем что можно переночевать на месте, не стоит, пока не расцветет выходить из спускаемой капсулы. Местность, где вы приземлились кишит крупными хищниками, так что будьте поосторожнее.

– Принято!

– Что наблюдаешь вокруг? Как погода?

– Сейчас гляну! – слегка смутившись, что не догадался раньше глянуть, откликнулся Иван.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю