Текст книги "Центр притяжения (СИ)"

Автор книги: Оксана Кас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц)

******* *рыдающий смайлик*

* Люблю стримы Хару. И развлечет, и расскажет что-нибудь интересное, и пару мемов создаст, а чтобы не расслаблялись – заставит задуматься над своим поведением. Жаль, что он так редко проводит стримы.

** Боюсь, что ему и за этот достанется от агентства… Айдолы редко могут быть настолько откровенными. Мне кажется, его накажут.

*** Надеюсь, что вы ошибаетесь…

* * *

Сообщения Хару в DaySay через день после стрима:

Не переживайте, меня не накажут. Пожурили за то, что я поднял эту тему, но бить палками за такое в нашем агентстве не принято.

Хочу еще раз подчеркнуть: мы никого не виним. Наши эмоции – это наши эмоции, мир не обязан подстраиваться под наши желания и мы как достаточно взрослые люди прекрасно это понимаем. Нам никто не отказывал в сотрудничестве, нас не оскорбляли и не унижали, даже не придумывайте что-то подобное. Просто перестали присылать приглашения на варьете и интервью. Мы сами понимали, что, случись камбек осенью или зимой, продюсеры различных шоу стали бы всячески юлить, чтобы и нас не обидеть, и свое шоу под удар общественного недовольства не подставлять.

Я рассказал вам об этом потому что мне самому было немного обидно: мы готовили эти синглы, думая о том, что роуз будет приятно получать от нас новую музыку в период, когда мы сами не рискуем делать камбек. Мы знали, что не выпустим альбом раньше лета, почти через год после предыдущего. Долгий срок. А в итоге появились различные спекулятивные теории о том, что Black Thorn списали со счетов, что теперь будут продвигать только женские группы и вообще мы, бедные-несчастные, очень страдаем из-за произвола агентства. Это не так. Мало того – сейчас у нас просто прекрасные отношения с продюсерским составом, нам охотно идут навстречу и всегда с радостью рассматривают наши предложения.

Роуз мы тоже ни в чем не виним. Вы не могли знать всего, что происходит с группой в то время, когда выключены камеры. Мы не объясняли причину выхода синглов без продвижения, так что волнения понятны. В общем, я рассказал об этом, чтобы все объяснить, а не для того, чтобы обвинить кого-то в чем-то. В том числе – я не обвинял роуз в излишней суете.

Ну, и чтобы закончить на положительной ноте, вот вам фото, которое стоит у меня на заставке: я очень удачно сфотографировал, как Джелли и Куки вместе играют. Правда ведь – они милашки?

Комментарии на форумах в связи с публикаций Хару:

* Вчера нам объяснили ситуацию, а сегодня уже отчитали за то, что мы опять устроили скандал из ничего…

** Заслужили, что уж сказать. Столько шума из-за одного стрима устроили…

* Я обожаю этого мужчину. Сначала провел с нами воспитательную беседу, потом показал котиков и сбежал в закат.

** Ну коты у него действительно классные. И фотография красивая. Я тоже ее поставила себе на экран телефона. Хотя, если честно, мне больше понравился интерьер, чем котики. Как красиво у Хару обставлен дом – так много натурального дерева и природных оттенков, при этом интерьер совсем не скучный.

*** Кстати – да. Я тоже отметила, что на заднем плане видно крутое кресло-маятник и высокий стеллаж с книгами и безделушками.

* Хару – настоящий мастер вирусного контента. Давайте начистоту: за два дня он снова вывел группу и себя в топы обсуждений как внутри Кореи, так и за ее пределами. Обсуждают все – подбор песен, как он их спел, как он выглядел, играя на гитаре. Много разговоров возникло вокруг всей этой ситуации с синглами и причин публикации этих синглов. Мне кажется, еще никогда азиатские и ино-фанаты не были настолько солидарны во мнениях – Хару рассказал то, что обычно скрыто от фанатов, но это сделало его группу понятнее, ближе и человечнее. И в довершение он еще много интересного рассказал о том, как жили парни все это время. Пожаловался на то, что ходил в клуб и ему там не понравилось. Рассказал, как ему нравится учится в университете. Похвастался покупками. И мне представить страшно, что сейчас творится в ресторанчике, в котором Хару заказал «закуску с морепродуктами к пиву».

** Я вообще склоняюсь к мнению, что Хару ничего не делает просто так. Подбор песен, темы для разговоров, да даже фото с котиками, которое он опубликовал сегодня – он манипулирует роуз настолько изящно, что я могу им только восхищаться. Он всегда, говоря о важном и потенциально скандальном, смягчает тему чем-то милым или просто мемным.

*** Я же говорю – мастер. Мне лично очень интересно: он делает это интуитивно? ему дают советы маркетологи агентства? или он обладает знаниями о том, как правильно манипулировать мнением фанатов уже сейчас?

**** Склоняюсь к варианту – интуиция и помощь агентства. Ему все же девятнадцать, он просто не успел бы наработать нужный багаж знаний для того, чтобы понимать, как работает медиа. Но представьте, что будет, когда он выжмет из учителей Hanmin всю информацию про PR и маркетинг?

***** OMG…

* * *

Сообщение на корейском форуме:

Просветите меня, пожалуйста: о каком списке невест Хару все постоянно говорят? Что я пропустила? Он собирается женится?

* Ахаха, нет, он не собирается жениться. По крайней мере – в ближайшее время. А невест ему выбирают роуз.

** Ничего не поняла. Зачем роуз выбирают ему невест?

*** Потому что принцу нужна принцесса.

**** А нормальное объяснение есть?

* Мне тоже интересно – что это за список невест такой, о котором все говорят?

** Радует, что хотя бы не одна я не в курсе событий.

* Помните, как Хару ходил на благотворительный аукцион? Вот после этого кто-то опубликовал длинный пост. Ссылку на другой ресурс здесь вставлять нельзя, но могу отправить в личку. Смысл в следующем: Хару из «старой» семьи, он старший сын. Такие парни обычно женятся относительно рано, до тридцати, выбирают девушек из похожих семей. И почему-то у многих роуз есть уверенность, что невеста у него будет еще и очень богатой. Кто-то собрал информацию обо всех девушек из богатых семей, которые подходят Хару по возрасту и на момент публикации поста имеют открытые профили в социальных сетях. Сейчас многие из них закрыли свои соцсети, но их фотографии все еще можно найти на некоторых форумах. Там все девушки симпатичные, к слову. Ну, и после того поста практически тотализатор открылся – роуз азартно спорят, кто лучше подойдет Хару. Для большинства, впрочем, эта ситуация скорее смешная.

** Божечки… серьезно? Это даже звучит невероятно: фанатки выбирают айдолу невесту. А что сами девушки? Что-нибудь написали по этому поводу?

*** Большинство просто молча закрыли свои соцсети, остальные делают вид, что ничего не произошло. Надеюсь, что эти влиятельные девицы хотя бы Хару не отчитывали за тот бардак, что устроили его фанатки.

**** Девушек немного жаль, но это очень смешно. Вот представь: ты живешь свою шикарную богатую жизнь, а тут какие-то ненормальные начинают писать тебе в социальных сетях, что ты должна выйти замуж за парня, которого ты можешь и не знать лично. Ахаха.

***** Так как Хару всего девятнадцать, многие «подходящие ему по возрасту» девушки еще учатся в школе. Пятеро – в одной частной школе. Не удивлюсь, если они сейчас на грани формирования школьного клуба «Кто такой Хару и почему мы должны стать его женами?».

****** Я едва не умерла от смеха. Мне особенно нравится, что «жены» во множественном числе.

******* Это же Хару. Зачем ему одна? Пусть сразу гарем устраивает. А то придумали – и богатые, и красивые, все у них есть. Пусть хоть за внимание мужа будут сражаться. Как раз их приданого хватит, чтобы отгрохать шикарный особняк для гарема прямо в центре Сеула. UPD: Я шучу, разумеется. Почти уверена, что девчонки из этого списка сами могут себе устроить небольшой гарем из парней-айдолов.

* множество смеющихся смайликов от самых разных пользователей*

Глава 6
Дети

«Тетка» следовала за группой на все музыкальные шоу, нередко кричала что-то Сухёну, но уходила очень быстро. У охраны агентства не было полномочий ее задерживать, а полицию даже вызвать не успевали. Так что в мае почти ничего не изменилось – они все так же были вынуждены вздрагивать из-за криков однозначно ненормальной женщины. Теперь-то они знают наверняка: она убийца. Сначала кролики, потом могут быть и люди.

Хару переживал. Особенно – за Сухёна и Шэня, хотя…кто ее знает, эту Тетку.

А еще Хару злился на агентство. Не на то, что они делают сейчас – тут претензий нет, они используют по максимуму все возможности, доступные частной охране в данной ситуации. Его бесило, что причиной этой ситуации стали решения продюсерского состава. Тщательно выверенный образ Сухёна – милого и невинного макнэ… тут не нужно быть гением, чтобы понять, для кого такой образ создают. Итог – очень неприятные сообщения в DaySay Сухёна от фанатов. Там нет угроз и оскорблений, но ему слишком часто пишут фразы, которые звучат крайне странно. В к-поп индустрии такое называется «бейбить мембера» – это когда фанаты относятся к айдолу как к ребенку, который нуждается в постоянной заботе. У Хару таких фанаток крайне мало, у него в комментариях извращенки другого типа: гораздо чаще ненормальные просят их наказать, иногда с детальным описанием – чем и как именно можно это сделать. У Шэня, Ноа и Тэюна сердобольных фанаток, советующих носить теплые носочки и пить больше водички, тоже нет. У Сая и Юнбина такие есть, но теряются в общей массе обычных девчонок. А вот у Сухёна…

Сообщения в своем DaySay Сухён показал Хару сам. Они и раньше нередко зачитывали вслух самые смешные и нелепые сообщения фанаток, но тут была немного другая ситуация. Полиция предположила, что Тетка наверняка подписана на Сухёна и может присылать ему личные сообщения в приложении. Это могло бы позволить найти ее настоящее имя. Но Сухён ответил, что за Тетку можно принять каждую третью женщину, подписанную на его аккаунт. И потом уже показал, что именно ему пишут.

Там было очень много советов. Например, он должен следить за фигурой, не брать пример с хёнов и не качать мышцы, ведь он нравится им именно таким ребенком, какой он сейчас. Ему нужно лучше следить за кожей, чтобы она оставалась такой же нежной. Не нужно взрослеть. Не нужно пробовать алкоголь. Не материться. Не курить. Быть всегда милым и вежливым. Хорошим мальчиком. И дело было даже не совсем в том, что они пишут. Дело в том, как они формулируют фразы. Ощущение, что это сюсюканье с маленьким ребенком.

Когда читаешь все это сплошным потоком, появляется крайне брезгливое ощущение. Хару и не подозревал, что всё это время творилось в социальных сетях Сухёна. Оказалось, такие сообщения были всегда, просто их количество сильно выросло с декабря, когда он выступил на рождественском фестивале в красно-белом костюме кролика. А с того момента, как он стал ведущим музыкального шоу, это стало чем-то нормальным как для его социальных сетей, так и для сообщений в платном приложении.

Тут уже Хару не выдержал. Его эта ситуация жутко раздражала, вызывала внутренний протест. Что он и высказал в беседе с продюсерским составом. Не грубо, конечно, он не так воспитан, но все же… Это раньше Хару не до конца понимал, к чему может привести образ «невинного макнэ», а вот продюсеры знали заранее, что станет итогом их стратегии продвижения Сухёна, если он добьется популярности. И, несмотря на все творящееся безобразие, на раскадровках будущих японских клипов у Сухёна оставалась все та же роль милашки.

Продюсеры Хару нормально не ответили, только Минсо сказала, что это было классической стратегией развития, которая – очевидно – дала свои результаты. Спорить с Хару она не стала. Зато ему ответил Сухён, но уже после того, как Black Thorn вернулись в танцевальный класс.

– А меня ты спросил, чего хочу я? – спросил он Хару, едва сдерживая слезы. – У меня только начало получаться! Кто даст гарантии, что я сохраню свою популярность, если перестану придерживаться этого образа? Тебе легко рассуждать, у тебя эталонная внешность, а я таким похвастаться не могу! Я не хочу ничего менять!

Хару ответил прежде, чем успел подумать:

– То есть, тебя устраивает текущая ситуация?

– Да! – зло ответил Сухён. – Пусть так, зато меня знают и любят!

Он стоял весь красный от едва сдерживаемых слез. А Хару молча смотрел на него. Было немного стыдно, но гораздо сильнее он злился. Злился на то, что Сухён так легкомысленно относится к проблеме, что его не заботит, что большая часть его нынешних поклонниц очевидно неадекватны, что это может привести к серьезным проблемам.

Хару тронул за плечо Шэнь, он покачал головой, когда Хару на него посмотрел:

– Оставь его, Хару.

– Тебе сложно понять, – упрямо повторил Сухён. – Ты не мечтал об этом с раннего детства. Ты не понимаешь, что для меня значит то, что есть сейчас.

Хару прикрыл глаза и тяжело вздохнул. Ему сложно принять сам факт того, что Сухёну нормально спокойно относиться к подобным сообщениям. Хару-то из-за своих фанаток-извращенок периодически ловит приступы брезгливости, а тут… Он не знает возраста всех, кто пишет ему сообщения, так что возникают только одни ассоциации. С педофилией. И, какой бы ни была работа айдола, с таким Хару не может примириться. И как Сухён может так нейтрально это принимать?

Шэнь теперь уже силой развернул Хару и повел к выходу. Хару не то, чтобы сопротивлялся, но пошел неохотно. В коридоре он раздраженно дернул плечом, заставляя Шэня его отпустить и обратился уже к нему:

– То есть, тебя эта ситуация устраивает? Между прочим, из-за этого же образа появилась эта Тетка и тебе прислали ту посылку.

– Не устраивает, – спокойно ответил Шэнь.

Он плотно закрыл дверь танцевального зала, отрезая остальную группу от них, подошел к кулеру с водой, налил себе стаканчик. Хару недовольно прислонился к стене рядом с дверью. Шэнь, налив воды, пить не стал. Он крутил стакан в руке, как будто пытаясь что-то разглядеть в абсолютно прозрачной жидкости.

– Для Сухёна сейчас твои слова – как попытка отобрать то, что он с трудом получил, – сказал Шэнь, – Тебе действительно будет сложно это понять… Ты пришел в индустрию ради денег и, если бы было совсем невмоготу, придумал бы другой способ заработать. Ты и сейчас не делаешь ставку на долгую карьеру. Группе только год, а вы с Тэюном старательно учитесь, обсуждаете возможность купить в складчину коммерческую недвижимость для получения стабильного дохода. Для вас «айдол» – это не призвание, а просто работа. Иронично, что вы оба практически созданы для медийного успеха… Но такие, как я или Сухён, или даже Сай – мы мечтали о сцене и славе с детства. Образ милого ребенка позволил Сухёну осуществить его мечту. Как думаешь, способны ли фанаты со странными наклонностями заставить его отказаться от мечты? Я понимаю тебя, но ты часто не понимаешь нас. Знаешь, если мне сейчас предложат контракт Calvin Klein с условием съемки в нижнем белье, я побегу туда, теряя по дороге остатки одежды. А ты выбиваешь себе условия, чтобы не показать ничего лишнего. Хотя очевидно, что тебе есть, что показать.

Хару молчал. Он понимал, что Шэнь прав, но…

– Речь ведь уже идет о безопасности…

– Насколько я помню, твоим сасэнкам не помешал тот факт, что ты не похож на беззащитного ребенка, – спокойно ответил Шэнь, – Айдол по умолчанию находится в опасности, ты никогда не знаешь, кому посчастливится получить самого ненормального сталкера. Я понимаю, что тебе сложно принять тот факт, что Сухён не хочет ничего делать с количеством сумасшедших… Но можешь ли ты сказать про себя, что никогда ничем не жертвовал ради успеха?

Хару опустил взгляд. Возможно, Шэнь прав. Но… Тетка кажется опаснее сасэнок Хару: те хотя бы не убивали кроликов.

– Я почти уверен, что роль макнэ уже начала тяготить Сухёна, – еще тише сказал Шэнь, – Ему скоро девятнадцать, мы тут все участвуем в соревновании – кто самый сексуальный, а он вне этого конкурса, у него другие задачи. Очевидно, что это мало кому понравится. Но признать это сейчас он не способен. Хотя я уверен, что он уже думал об этом.

– Хочешь сказать, что я еще и ударил по больному? – немного раздраженно уточнил Хару.

– Ты сам это сказал, – спокойно ответил Шэнь и наконец-то отпил из стакана.

Хару мотнул головой и сказал:

– Мне нужно остыть. Я пойду в зал.

– Хорошо, я проведу тренировку без тебя, – примиряюще ответил Шэнь.

В два глотка допил остатки воды, смял стаканчик и выбросил в ведро. Ушел первым, мягко закрыв за собой дверь танцевального зала. А Хару медленно побрел в сторону тренажерного зала.

Занимаясь на беговой дорожке, Хару часто тренировал заодно и стабильность вокала. Проще говоря – пел. Получалось не всегда, потому что было как-то неудобно мешать другим заниматься, но в этот раз тренажерный зал был пуст. Хару сам включил освещение, подключил свой телефон к телевизору и колонкам тренажерного зала, выбрал нужный плейлист. Думать о произошедшем пока не хотелось, поэтому бегать и петь – неплохой способ отвлечься и очистить голову. В современных стриминговых приложениях обычно есть текстовый дубляж самых популярных треков, а телевизор всегда висел ровно напротив беговых дорожек.

Но где-то минут через пять в тренажерный зал спустился Тэюн, Хару даже не сразу его заметил, но остановился, когда заметил какое-то движение в отражении экрана телевизора.

– Мы с тобой недостаточно сильно мечтали о славе. Я тоже высказался и тоже решил остыть. Но давай об этом потом поговорим, ладно? – задумчиво обронил Тэюн.

Хару кивнул. Тэюн включил соседнюю беговую дорожку, начал с быстрого шага, потом перешел на бег. Все это – подпевая песням вместе с Хару.

Тренировка действительно неплохо прочищает мозги. Они хорошенько размяли и мышцы, и голосовые связки, потом провели очень короткую силовую тренировку, немного поработали с отработкой ударов тхэквондо – в тренажерном зале были и шлемы, и защитные перчатки. Не разговаривали, каждый думал о своем. Но, когда тренировка подошла к концу, сели на скамейку для силовых упражнений, лицом к дверям зала, чтобы их случайно никто не подслушал. Музыка все еще играла, но гораздо тише. А у спортзала хорошая звукоизоляция – в коридоре никогда не слышно, как айдолы здесь бегают и поют, хотя так делают не только Black Thorn.

– Что думаешь? – печально спросил Тэюн. – Мне вся ситуация кажется очень… тревожной.

– Мне тоже, – кивнул Хару. – Но я думаю, что Шэнь в чем-то прав.

– А что Шэнь тебе сказал? Лично я спорил с Саем, который был… весьма эмоционален. Шэнь все же более рациональный человек.

– Сказал, что я не прав. Для Сухёна его нынешнее положение – осуществление мечты, не мне его судить и не мне требовать что-то изменить. Тебя лично пугает Тетка?

Тэюн пожал плечами:

– Не знаю. Она ненормальная, это факт. Но о себе я не переживаю – если что, смогу дать отпор даже крупному мужчине. А вот за Сухёна… Кто знает – вдруг она его в мешок запихнет и увезет в неведомые дали? Как в сериалах – платок к носу и в машину. Что на платок капают, чтобы вырубить?

– Хлороформ, – ответил Хару. – Насколько я знаю, его сейчас не так-то просто достать.

– В отношении сасэнок я уже не уверен, что им что-то может быть сложно достать.

Они оба синхронно вздохнули, признавая правоту этого утверждения, и на какое-то время замолчали.

– Помнишь, мы ведь с момента дебюта знали, какая роль будет у Сухёна? – спросил Тэюн.

Хару кивнул:

– Помню. Мне это еще тогда показалось странным. Для кого это? Для латентных педофилов? Нет, сейчас-то я знаю, что многим любителям эгьё-контента сама мысль секса с айдолом-милашкой кажется кощунственной.

– Они просто мечтают запереть этого милашку в комнате с мягкими стенами, тортиками и множеством игрушек, – мрачно добавил Тэюн. – По крайней мере, у меня создалось именно такое впечатление.

Хару снова тяжело вздохнул.

– В любом случае, мне кажется, что у нас ненормальных фанаток все же поменьше, чем у Сухёна, – сказал Тэюн.

– Да? А я вот сейчас задумался. Тогда, в августе, когда мне пришлось переехать, – напомнил Хару. – Это ведь какое-то сумасшествие было. Следили за мной две сасэнки, одна ломилась в дом, другая записывала все происходящее, а потом пошла драться с бутылкой наперевес… Или те идиотки, которые преследовали нас в аэропорту. Сколько было случаев, когда они подкупали персонал, нарушали закон, сами себя подставляли, и все ради возможности посидеть рядом с кем-то из нас в самолете. Что они собирались делать эти несколько часов, находясь на соседних креслах? Я вот сильно сомневаюсь, что такие целеустремленные дамы ограничились бы молчаливым восхищением и просьбой о совместной фотографии. Скорее всего, полет превратился бы в кошмар наяву.

Тэюн печально кивнул:

– Ну да, ненормальных сасэнок хватает и у нас.

– Вот и выходит, что главное отличие моих ненормальных в DaySay – это то,что они просят меня отшлепать их за плохое поведение, а ненормальные Сухёна – отшлёпать его.

Тэюн тихо засмеялся.

– Я, наверное, действительно перегнул палку, – вздохнул Хару. – Просто… Сухён, по ощущениям, нам всем кажется самым уязвимым в группе. И не только потому что он макнэ, просто он… такой эмоциональный.

– Ну да, мы по сравнению с ним те еще сухари, – кивнул Тэюн.

Это действительно так. Все остальные участники группы не особенно часто показывают свои настоящие эмоции, особенно,если они чем-то расстроены. Хару до сих пор бывает сложно сдерживать злость, как это было и сегодня. Но все же он просто говорит о том, что его злит, а Сухён гораздо хуже сдерживает первые проявления эмоций. Это и темперамент, и наследственность. Мама Сухёна как-то полушутя рассказывала, что в их семье муж плачет чаще, чем она – любой фильм с душещипательными моментами заканчивается горкой бумажных платочков рядом с местом, где сидит ее супруг, тогда как она на все это реагирует абсолютно спокойно. В корейской культуре нет жесткой стигматизации слез у мужчин. Это все равно считается проявлением слабости и инфантильности, но не настолько, чтобы мужчина, который плачет из-за увольнения, считался бы нюней и размазней. В семье Сухёна тонкая душевная организация его отца – это повод для беззлобных шуток, но никак не прямого осуждения.

А вот для Black Thorn Сухён действительно стал самым младшим и нуждающимся в защите. Еще, правда, все стараются быть осторожнее с Юнбином, он тоже та еще «нежная фиалка»… возможно, к Сухёну они относятся еще более бережно из-за того, что он макнэ. Сложно сказать наверняка.

– Ты думаешь, что мы тоже пытаемся его заключить в комнату с мягкими стенами? – уточнил Тэюн спустя несколько минут молчания.

– С его позиции – вполне вероятно, – ответил Хару. – И он, и Минсо правы в одном – стратегия продвижения через милоту сработала. Сейчас Сухён четвертый по популярности в группе… Третий, если учитывать только Корею. У него рекламные контракты, рост количества поклонниц…

Тэюн снова тяжело вздохнул.

– Но я все равно за него переживаю. И, если честно, еще и за Шэня. То, что он макушкой пыль с потолка собирает, вовсе не наделяет его абсолютной защитой от ненормальных убийц кроликов. А если она подберется ближе и ножом его пырнет? – сказал Тэюн.

Хару непроизвольно поежился. О таком он старался даже не думать.

– Наверное, в этом и есть главное отличие Тетки от остальных сасэнок, – сказал Хару. – До этого мы опасались неловких ситуаций, возможных… так сказать – телесных домогательств. То есть, неприятно, но не смертельно. Но эта Тетка грозилась убить Шэня…

Тэюн печально кивнул.

Их разговор прервали – зашел Сухён. Он осторожно прикрыл за собой дверь и подошел к ним.

– Вас нет уже третий час. Ты на меня обиделся? – это Сухён адресовал уже Хару.

Хару даже стало немного стыдно. Знает же, что макнэ-лайн только что в рот ему не заглядывает.

– Нет, не обиделся, – Хару постарался улыбнуться. – Я понимаю, почему тебе это важно. Больше настаивать не буду. Но… я думаю, что ты уже и сам понимаешь, что долго это продлится не может. Тебе самому-то как в таком положении? Только вот честно.

Сухён отвел взгляд. Ну, это лучше тысячи слов. Логично предположить, что парню в его почти девятнадцать лет не особо приятно быть «самым милым и маленьким», тогда как остальных постоянно называют «сексуальными и дерзкими мужчинами». Но… Пока Сухён популярен, он будет продолжать играть роль. А любить его будут, пока внешние данные будут отвечать заданным параметрам юного и невинного малыша.

– Когда захочешь прекратить это – скажешь, – спокойно добавил Хару. – Но ты понимаешь, что смена образа в твоем случае не произойдет так же быстро, как у Юнбина? Тебе придется «постепенно вырасти» на глазах у фанатов.

Сухён молча кивнул. Но через несколько секунд ответил достаточно дерзко:

– Пока меня больше пугает то, что будет с моей карьерой, когда я больше не смогу придерживаться этого образа. А Тетка…

– А Тетка, как мы недавно осознали, является большей угрозой для Шэня, – сурово добавил Тэюн.

Сухён вскинулся и затравленно посмотрел на Тэюна.

– Но он тоже большой мальчик. И, раз так отчаянно защищает твое право поддерживать фантазии твоих фанаток, значит, как-нибудь справится и со своей безопасностью, – недовольно сказал Хару. – Больше эту тему поднимать не буду. Вашу точку зрения я понял, но и свою не изменил: безопаснее было бы начать выход из образа сейчас. Но, раз ты не хочешь – продолжай.

Сухён обиженно надул губы, словно маленький ребенок, на что Хару рассеянно добавил:

– Иногда я сам не понимаю, когда ты серьезен, а когда играешь.

Сухён виновато улыбнулся. Все же насколько по-разному взрослеют люди. Хару в пятнадцать выглядел на восемнадцать, а Сухён в восемнадцать – на пятнадцать. Такими темпами, он и до двадцати трех сможет косить под ребенка.