Текст книги "Центр притяжения (СИ)"

Автор книги: Оксана Кас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

– А на себя почему зол?

– Потому что долго терпел. Я еще не уверен, что все получится, но… все равно бесит, что я вынужден разбираться с подобным. Хотелось бы, чтобы карма реально существовала и обрушила на Пак Манхи всю силу возмездия. Но в таком виде она не существует, так что придется все делать самостоятельно. И мне страшно, если честно. И на свой страх я тоже злюсь. Возможно, мне просто нужно поспать и завтра я приду в себя. Тем более – завтра много работы.

Глава 24
Теории

Вторник выдался крайне напряженным. Повезло, что хотя бы ездить никуда не пришлось: Хару занял кабинет в издательстве Sanho. Снова поблагодарил Сончоля за то, что тот когда-то настоял на своем, ведь сам Хару искренне считал, что ему кабинет не нужен, тем более – в Sanho, где он практически не бывает. А в итоге Хару там просидел весь день, принимая гостей.

Дольше всего он проговорил с начальником безопасности семьи Со. Этот мужчина понравился Хару искренней вовлеченностью в процесс. Ощущалось, что он больше всех мечтал закопать бывшего подопечного поглубже, но его работодатели не видели в этом необходимости.

Как понял сам Хару, к семье Со их бывший зять не лез, что ожидаемо. Намеренно портить ему жизнь… У Пак Манхи и Со Юнби все же есть общий ребенок. Хотя парня и лишили наследства, но портить жизнь его отцу, видимо, не решились. А Хару согласились помочь – уже радует. Правда, господину Со Хару тоже не все будет рассказывать.

После «безопасника» были разговоры с Сончолем, Им Минхёком, несколькими опытными журналистами, парочкой других людей, которые живут неподалеку и смогли прийти сразу. Хару каждому предлагал кофе и сладости, благодарил за внимание и вообще всячески пытался понравиться. Вроде недовольных не было.

План постепенно складывался. Пока Хару скорее консультировался, реальное задание дал лишь службе безопасности и журналистам.

Он был уверен, что на Манхи не получится найти ничего криминального. Главную ошибку этот тип совершил еще до рождения Хару, потом научился делать все чужими руками и тщательно скрывать факт своего участия в организации чего-то незаконного. Образ жизни он ведет вполне благопристойный, не считая того, что иногда может вести себя неэтично по отношению к сотрудникам. Но даже в издательском бизнесе сложно найти тех, кто открыто расскажет о чудачествах бывшего начальника, а уж в агентстве развлечений… там все на NDA, никто и слова плохого про него не скажет.

А это значит, что Хару придется действовать опосредованно. Первая уязвимая мишень – Пак Нахён. Любитель алкоголя и вечеринок, наглый избалованный тип, который каким-то чудом все еще не совершил в Корее ничего противозаконного… или совершил, но папочка смог это скрыть. Следить за ним постоянно – накладно, но журналисты могут попытаться нарыть больше грязных секретиков этого молодого повесы. Просить помощи у службы безопасности Со Хару не стал, разумеется. Он не знает наверняка, как господин Со отреагирует на попытки сделать грешки внука достоянием общественности. Ни сам господин Со, ни начальник безопасности не упоминали Нахёна в разговоре с Хару, так что и он не стал поднимать эту тему.

Вторая мишень – DarkSun. Иллюстратор не просто так отказался подписывать контракт, за его поступком точно стоит какая-то тайна. Пак Манхи эту тайну знал. Значит, Хару тоже может выяснить. А дальше… как минимум – наказать самого иллюстратора, как максимум – получить компромат на Пак Манхи.

Ну, и последняя цель – Хон Хесон. Несмотря на неуживчивый характер Пак Манхи, она работает с ним все это время. Но Хару уверен, что в Bee Хон Хесон не отказалась от своего желания крутить романы с подростками. Распутывать эту историю не совсем этически правильно, ведь Хару может этим навредить ее новым жертвам… или, напротив, спасти? В любом случае, если удастся «прижать» Хесон, появится шанс получить рычаги давления и на Пак Манхи – они ведь столько лет работают вместе.

Хон Хесон, DarkSun и сам Пак Манхи – это задачи службы безопасности. Журналисты займутся сбором информации по группам агентства Bee и всем имеющим отношение к этому лицам, плюс – Пак Нахён. Опять же – это однозначно «плохо» с точки зрения этики. То, что собирается проворачивать Хару, в теории помешает группам Bee нормально продвигаться и зарабатывать. Но и терпеть он больше не может: морально готов ответить Пак Манхи его же монетой, пусть ради этого ему и придется нарушить собственные принципы.

Вечером пришла Ким Ёнсо. С укладкой, в красивом платье и босоножках на высоком каблуке. Но общалась по-деловому, без флирта или подхалимства. Сроки ее немного испугали, но Хару объяснил ситуацию, что тут же вызвало у девушки боевой настрой. Хару стало немного стыдно – понимал же, что фанаты беспокоятся о благополучии любимых айдолов чуть ли не больше, чем о собственном…

Впрочем, Ёнсо тоже удивила, выдвинув условие:

– Я хочу отрисовать мерч Black Thorn. Ради согласия на официальное сотрудничество я готова даже не спать этот месяц, чтобы успеть в срок.

Хару нерешительно улыбнулся. Он не ожидал такого требования, но у него был готовый ответ.

– В общем… я давно подписан на вас через фейковый профиль… не скажу ник, не просите. У меня уже есть разрешение от продюсера Им, в феврале мы планировали сделать коллаборацию Black Thorn и HaruHaru в двух направлениях – наши отрисованные аватары в качестве лимитированного мерча, плюс постоянная линейка с розами, тоже в символике группы…

– Вы хотели пригласить меня? – дрожащим голосом спросила Ёнсо.

Хару кивнул:

– Даже контракт заранее приготовил. Я не думал, что мы будем приглашать вас для запуска, это сотрудничество планировалось именно на февраль. Но, получается, будем работать вместе по двум проектам.

Ёнсо прижала ладонь к губам, в глазах блеснули слезы. Хару снова стало немного стыдно. Ощущение было, что он дурит девчонке голову, хотя он действительно планировал обращаться к ней для отрисовки мерча… Да и «девчонке» этой немного меньше тридцати, насколько понял Хару.

Процесс обсуждения деталей занял около часа, потому что некоторые пункты технического задания пришлось немного изменить под стиль Ёнсо. Контракт подписали сразу, хотя Хару и пытался отправить Ёнсо посоветоваться с адвокатами. Но та сказала шедевральное «Я верю, что вы – хороший человек» и поставила размашистую подпись под контрактом. Чхе Хённа, кажется, в этот момент едва удержалась от желания хлопнуть себя ладонью по лбу.

Но вопрос решили в максимально сжатые сроки. При всем желании Ёнсо не сможет за месяц отрисовать то количество материала, которое планировалось первоначально, поэтому запуск будет не таким масштабным. Но он будет.

В конце переговоров Хару сделал Ёнсо несколько подарков. Он вручил ей альбом с автографами всех мемберов группы – парни вчера подписали. И подарил продукцию своего бренда – ежедневник и скетчбук. И, хотя для девушки это выглядело скорее милым жестом, сам Хару так извинялся за то, что нагло пользуется своим влиянием.

* * *

После первого мирового тура Хару много времени проводил в Encore, они тогда работали над Mystery Lover, доводили его до совершенства. И в то же время он снова начал теснее общаться с Дэхви, в итоге оказавшись в его рабочем кабинете.

Сложно сказать, с чего именно это началось, но практически всю концепцию студийного альбома Дэхви разработал Хару. Это не было запланировано, просто… так сложилось. Хару помог определить направление альбома, выбрать треки, дописать необходимое, изменить лирику, сделать аранжировку. Он же придумал тему фотосессии для обложки альбома и сюжет клипа.

Минсо тогда сказала что-то типа «раз сами все придумали – сами и креативный отдел координируйте». Креативный отдел все сделал. В смысле – люди там всегда подобным занимаются. Ты им даешь направление, а они создают структуру и украшают все деталями. В итоге получился сильный релиз хип-хоп исполнителя, который сразу же вывел Дэхви в топы корейских рэперов. Правда, еще было участие Дэхви в «Show me the money», что сам Хару считает главной причиной успеха… но Минсо думала иначе.

Она после завершения работы Хару с Дэхви пригласила его к себе и спросила – не хочет ли Хару заниматься этим на постоянной основе. То есть, быть фактическим креативным продюсером. Первое время – в том же формате, что и в случае Дэхви: он выступает как автор креативных идей, а Минсо и креативный отдел будут заполнять пробелы. Постепенно она его научит нюансам такой работы.

Тогда Хару отказался. Причиной была высокая занятость – он уже знал, что будет запускать свой бренд. В то время он еще думал, что после армии не захочет возвращаться в музыкальную индустрию, будет заниматься только бизнесом… но оказалось, что он плохо знает себя. Сейчас большую часть финансовых вопросов решают папа и дедуля. Хару часто приносит отчеты с просьбой объяснить всё «как тупому». Он ненавидит всю эту документацию. Вроде бы он всегда знал это о себе, математика была нелюбимым предметом как у Хару, так и у Антона. Но почему-то в возрасте двадцати лет ему начало казаться, что финансовые отчеты собственного бренда – это какая-то другая математика, интересная.

А на деле Хару привлекает исключительно креативная работа, вот здесь он способен и проявить себя, и искренне кайфануть в процессе. К счастью, ему повезло собрать хорошую команду… и родиться в семье, где практически все, кроме самого Хару, считают точные науки очень увлекательными.

Именно поэтому последние полгода, окончательно смирившись со своим «гуманитарным» мышлением, Хару всерьез задумывался о том, чтобы принять предложение Минсо. Ему ведь нравится музыкальная индустрия. Это быть айдолом ему не очень нравится, но это преимущественно из-за сасэнок и отсутствия свободы передвижения.

Минсо не планировала отправлять Хару на обучение, занимать много личного времени и сразу требовать полностью включаться в процесс. Она предлагала наблюдать, беседовать, высказывать предложения, а уже после того, как Хару вернется из армии, реально этим заняться. Но есть маленький нюанс.

Все дело в том, что у Минсо, как оказалось, есть некоторые творческие проблемы: она не знает, что делать с парнями-трейни. По ее словам, их собственная энергетика, навыки, внешность – это все светлые, юношеские образы, более-менее для сложного концепта подходит только Мухён. Остальные трейни – щенки золотистого ретривера, не иначе, для них любой концепт, кроме «милого парня по соседству» – это преступление против их врожденного обаяния. А милый мужской концепт у Минсо как-то не складывается. И у Роуна тоже с ним проблемы. В том смысле, что песен нет. Минсо предлагала Хару отвечать за креатив этой мужской группы – задать направление, а она уже постарается довести все до идеала. Ну и мотивировать Роуна – тоже обязанность Хару, разумеется.

Хару уже год думал о том предложении. Он все крутил в голове разные идеи, ему даже нравилось их обдумывать. Он планировал согласиться на предложение Минсо к концу года, когда он обновит ассортимент бренда и его «работа» там сведется к подписанию бумажек. Но из-за Пак Манхи придется начать раньше.

Потому что трейни New Wave должны вытеснить FL!P из топа мужских к-поп групп.

В музыкальной индустрии есть теория взаимного исключения похожих артистов. Лучший пример – эпоха ранней Бритни Спирс. Фирменное звучание ее первых альбомов было создано продюсером Максом Мартином, но обкатывал он этот звук не на Бритни, а на шведской певице Робин. Говорят, Робин была популярна в то время, но Хару, например, не слышал ни одной ее песни, пока Роун ему не включил. То есть, слава американской поп-дивы со временем затмила успех шведской артистки. Но важно то, что после Бритни началась бесконечная штамповка ее клонов: набожная блондинка, которая хранит невинность до свадьбы, при этом в ее песнях отчетливо проскальзывают намеки о желании любить по-взрослому. Опять же – Хару удивился, что образ Бритни Спирс, оказывается, был связан с этими понятиями, он ее знал уже в связке в фразой «It’s Britney, bitch», которая звучит не особо-то невинно. Но вернемся к конвейеру поющих блондинок. Ни одна из них не смогла затмить оригинал. Все девушки либо исчезали с поп-сцены, либо кардинально сменили стиль, как это было с Кристиной Агилерой, которая ушла сначала в сторону образа «плохой девочки», а потом вообще выпустила альбом, который жанрово ближе к джазу и соулу, чем к поп-музыке. Почему такое происходило? Однозначного ответа нет, ведь абсолютно все «клоны Бритни» продюсировались с целью отобрать корону у оригинала. То, что Бритни так и не скинули с пьедестала, пока она сама не убила свой образ, считается скорее удачей – просто ни у кого не получилось побороть ее превосходство. Но этот случай и породил утверждение, что на сцене не могут существовать два слишком похожих артиста.

В к-поп все немного иначе, но тенденция тоже прослеживается. Например, женские группы YG имеют минимальное отличие в концепте, они словно передают эстафету определенного поведения и звучания от поколения к поколению. При этом на к-поп сцене нет действительно популярных групп с похожей концепцией. Или вот случай с TWICE – они стали королевами милого стиля и одновременно с ними ни одна женская группа с милым концептом не смогла добиться и половины их успеха, сияли только те, кто заметно изменил подход TWICE к милоте, добавив что-то своё в образы и звучание. В случае мужских групп все несколько сложнее, потому что продвижение мальчиков очень зависит от фанатов. Но все равно все топ-группы имеют концепты, которые не слишком перекликаются между собой.

Да и случай Black Thorn показателен – сколько у них уже было клонов? После успеха «Dark side» концепт мистических плохишей запускали под разными соусами, не обращались к нему разве что самые крупные агентства, но в итоге все группы либо вынужденно сменили образ, либо едва-едва продают десять тысяч копий альбомов за один релиз.

FL!P обладают похожей властью в направлении милого мальчишеского концепта. Их главная сила – Нобу, который с возрастом совсем не изменился, его внешность не перестала быть кукольной, а поведение – детским. При условии, что Сухён уже постепенно избавляется от своего образа милашки, скоро у Нобу не останется заметных конкурентов.

Группа, правда, популярна преимущественно в Азии, для мировой публики их эгьё-мимика немного… «кринжовая», так сказать. Но они знамениты, входят в десятку финансово успешных мужских коллективов Кореи, в Японии собирают многотысячные стадионы.

Для Пак Манхи FL!P – главный источник дохода. У Bee есть еще женская группа, Taboo, но они дебютировали всего год назад, только-только начали окупать себя. Кроме того, обычно мужские группы приносят больший доход, особенно на продаже альбомов и мерча.

Нельзя сказать, что FL!P имеют какой-то оригинальный концепт. Образ «мальчиков по соседству» часто используется как минимум для дебютных альбомов. Крупные дебюты последних лет тоже используют эту эстетику, но пока не смогли перебороть гегемонию FL!P.

А Хару собирается это сделать. Он, правда, пока не знает – как, ведь отдельные идеи еще не сложились в цельный план.

Но во вторник поздно вечером он сидел в кабинете Минсо и слушал, с чего стоит начать. А уже в среду утром подготовил целый список вопросов для аналитиков, которые помогут ему придумать что-то дельное. По крайней мере – он надеется это придумать.

Вообще, в среду он работал почти весь день, погрязнув в бесконечном ворохе заметок, списков и разрозненных идей. С креативными идеями для Sanho и HaruHaru было как-то проще… но тем интереснее ему сейчас.

Глава 25
Сомнения

Чхе Хённа не особо верила, что мелкие проблемы Хару непременно связаны с Пак Манхи. Она единственная не знакома с ним лично, никогда не сталкивалась, поэтому у нее не было причин считать его автоматически виновным во всех существующих проблемах. Плюс характер у нее… Такой человек в теории заговора верить не будет.

Это заставляло Хару сомневаться в собственном решении: вдруг Чхе Хённа права и Пак Манхи давно забыл о Хару?

Но, сколько бы Хару ни думал обо всех мелких проблемах последних лет, он не находил причин не считать Пак Манхи виновным.

Против Sanho первое время интриговал не только Пак Манхи. Другие издательства действительно засылали к ним «корпоративных шпионов», цель которых была проста – выяснить, что собираются выпускать Sanho, чтобы запустить такой товар раньше. Но Сончоль заранее блокировал такие возможности и все важнейшие запуски удалось до последнего держать в тайне. Позднее такой же уровень секретности был перед запуском ежемесячного журнала. Но в остальном… издательства конкурируют между собой, с этим не поспоришь. Они пытаются переманить топовых авторов, стремятся получить выгодный контракт на перевод мировых бестселлеров, в сфере журналистики все охотятся за эксклюзивами. Но это всё это – рутинная возня, она происходит постоянно и никак не связана с мелким вредительством. Издательствам нет смысла строить друг другу козни, уводя поставщиков или расторгая контракты в последний момент. Причина максимально проста – финансовые затраты велики, а успех не гарантирован. Еще и репутация может быть подмочена.

С HaruHaru все еще проще. У Хару нет прямых конкурентов. Бренд слишком маленький и узкоспециализированный. Для крупных корейских производителей канцелярских товаров HaruHaru такой же конкурент как ресторан с тремя звездами Мишлен – крупной сети быстрого питания. Хару делает продукцию для гиков, которых хотят качественную бумагу, а не просто случайный блокнот. Он не будет выпускать тетради для студентов и художественные альбомы для учеников младшей школы, у него никогда не будет лицензий на обложки с популярными героями детских мультиков, а еще он не выпускает ничего, кроме бумажной продукции. У маленьких корейских канцелярских брендов просто нет денег на такие интриги – это ведь не особо выгодная ниша, здесь нет миллиардных доходов. Теоретически, Хару составляет конкуренцию японским «бумажным» брендам – там много тех, кто делает акцент на качестве бумаги. Но японцы не стали бы вкладываться в уничтожение бренда, который еще и запуститься не успел. Зачем тратить деньги на подкуп, если HaruHaru может разориться сам по себе? Плюс ко всему – это все еще бренд знаменитости, отношение к нему соответствующее. Даже некоторые сотрудники относятся к Хару так, будто он решил поиграть в бизнесмена, а годика через три-четыре закроет эту инициативу.

Вот и выходило, что Хару не видел других возможных виновных. Да и… глупо все это. Ну не могли Хару разорить те события, которые кто-то пытался провернуть в отношении HaruHaru. Это было похоже на мелкие пакости, а не на реальные попытки уничтожить конкурента. Главное – деньги. Если верить выпискам со счетов (незаконно полученных) бывших сотрудников, то кто-то прилично потратился на эти подлости. Конкуренты не будут вкладывать такие деньги, если максимальный результат – задержка старта производства.

Хару успокаивал себя этим. Он всегда считал, что жить нужно в соответствии с утверждением «твоя свобода заканчивается там, где начинается свобода других». В том смысле, что намеренно вредить посторонним – это плохо. Но, получается, придется. И делать это нужно через индустрию развлечений.

Хару давно знает, на что живет Пак Манхи. После развода он получил от семьи Со достаточно крупную денежную компенсацию, которую почти полностью вложил в покупку агентства талантов и студии звукозаписи. То, что осталось после этих покупок – так, мелочевка, на ежедневные расходы. Но. У Пак Манхи еще была недвижимость и собственные накопления. Накопления он в том или ином виде тратил на запуск групп FL!P и Taboo. Они не сразу начали приносить хороший доход, так что Пак Манхи должен был… поиздержаться. Семейный дом в Сонбук-дон, который находится рядом с домом Хару, Пак Манхи продал в начале прошлого года, но затем купил пентхаус в Каннам-гу, так что все деньги от продажи дома ушли туда. Еще у Пак Манхи есть коммерческая недвижимость, это старое офисное здание. Хару специально попросил водителя проехать мимо этого строения. Крупных арендаторов в таких помещениях быть не может – здание старое, выглядит неухоженным, еще и расположено неудачно, далеко от престижных районов Сеула. Скорее всего, денег от аренды едва хватает на содержание пентхауса… Вопрос еще – почему Пак Манхи до сих пор его не продал? Память об отце, который и покупал эту землю? Но ведь дом, в котором Пак Манхи жил, будучи ребенком и подростком, он продал… Скорее всего, просто нормальную цену не дают, а деньги за аренду по-прежнему капают. Вряд ли сам Пак Манхи занимается сдачей помещений в аренду, право может быть передано сторонней организации по долгосрочному контракту. И последний кирпичик капитала Пак Манхи – складское помещение неподалеку от издательства Sanho. Земля вместе со складом выставлена на продажу, цена… выше рынка. Но и проблем с арендаторами быть не может – в таких районах тяжело найти склады, желающие найдутся всегда. Еще у него точно должен быть пакет акций, но небольшой, иначе об этом было бы известно прессе.

Как лишить Пак Манхи доходов от офиса и склада, Хару не знает. Но они не могут приносить баснословные деньги, а отец и сын Пак живут на широкую ногу, посмотреть хотя бы на пентхаус, который откровенно велик для двух человек. А ещё Пак Манхи любит дорогие автомобили, у него коллекция из семи машин. На имена Пак Манхи и Пак Нахёна оформлены членские взносы в частные клубы. Оба одеваются дорого, питаются преимущественно в дорогих ресторанах, играют в гольф. Пак Манхи если и летает куда-то, то только на бизнес-джете, его даже супер-вип на регулярном рейсе не устраивает.

Согласно отчету службы безопасности, Пак Манхи содержит девушку, снимает ей квартиру, регулярно делает дорогие подарки. Тут все понятно, это было ожидаемо. До тех пор, пока она не выставляет ему чеки за услуги и просто живет за его счет – это законно, факт оказания эскорт-услуг доказать крайне сложно, так что тут даже пытаться не стоит. К Пак Нахёну в пентхаус ходят массажистки. У всех, к слову, есть все необходимые документы – массаж они тоже делать умеют. Но… вряд ли там только массаж. В Корее покупатели услуг проституток несут уголовную ответственность… ладно, это ближе к административной – штраф, сообщат на работу, после нескольких задержаний могут отправить в тюрьму на год, но это редкость. Плюс ко всему – с проститутками полиция Кореи разбирается примерно так же, как с сасэнками и преследователями: если нужно устроить облаву на мелкий «мотель с девочками» – это они с радостью, а если нужно реально что-то расследовать, пытаться поймать на горяченьком богатых клиентов – это они будут делать с явной неохотой. И непременно кто-нибудь стуканет куда нужно, чтобы клиенты вышли сухими из воды.

Пока вся собранная информация о личной жизни Пак Манхи и его сына лишь продемонстрировала Хару, что образ жизни его недруга крайне роскошный, будто он и не перестал быть частью богатейшей семьи Со. Офисы и склады не смогут покрыть его аппетиты, так что финансовые проблемы Bee сильно навредят Пак Манхи. Поэтому первоочередная задача – попытаться снизить уровень популярности FL!P.

У New Wave сейчас одиннадцать парней-трейни плюс Мухён. Мухён участвовал в шоу на выживание и сейчас дорабатывает свой контракт во временной группе, их прощальный тур заканчивается в последних числах августа, по контракту он сможет повторно дебютировать в собственном агентстве через три месяца, то есть – в декабре. Раньше все равно не получится все подготовить, так что Хару такой расклад полностью устраивает.

Мухён в группе будет гарантированно, он нужен как минимум для привлечения внимания к дебюту, как максимум – потому что за это время он действительно стал опытным исполнителем. И он достаточно популярен сейчас.

Хару пока не знает, сколько человек будет в группе, но Роун сразу сказал, что двенадцать – слишком много, кому-то придется отказать. Хару, чтобы лучше понимать, с кем ему предстоит работать, отсмотрел все отчетные выступления парней за полгода. Так как тренируются они уже давно, уровень навыков очень высок, выбирать практически бессмысленно, бездарей не осталось. Значит, в дело вступают внешность, личность и умение быть интересным для поклонниц.

Хару лично пришел к трейни с пиццей и напитками. Для разговора он установил камеру на маленький штатив и попросил менеджера Пён их снимать. Это уже дало трейни поднять, что подготовка к дебюту началась. В агентстве еще никто не знает, что Хару будет отвечать за концепт группы, поэтому трейни, скорее всего, восприняли его визит как часть предебютного контента: старший товарищ пришел поболтать с ними о жизни и славе.

Они такие дети… Хару даже не знал, как иначе их характеризовать. Веселые, из-за волнения очаровательно неловкие, кто-то молчаливый, кто-то болтливый, но все очень… очень дети. Доверчиво смотрят на Хару, рассказывают ему о своих тревогах, мечтают о дебюте в составе двенадцати человек и заранее знают, что такой исход маловероятен, ведь большие группы дебютируют редко.

Дружные.

Именно это удивило Хару больше всего. И это же подтвердили их наставники. Сложно сказать, как они сработаются с Мухёном, ведь того нет уже два года, но эти одиннадцать детей реально хорошо дружат. Для такого большого коллектива это редкость, обычно парни внутри делятся на небольшие группы, которые между собой пусть и не враждуют, но не особо-то близком общаются. А эти… Хару заметил, что есть условные «парочки лучших друзей», но они все равно ощущались цельным коллективом из одиннадцати парней.

Минсо права в том, что любой концепт, кроме «соседских парней», лишит их главного преимущества: природного обаяния.

Помог ли этот разговор Хару? Не особо. Он вообще несколько недель пребывал в очень странном эмоциональном состоянии. Обычно ему сложно принять решение, но после его принятия он уже просто действует. В этот раз… вроде все решил, но сомнения не проходили.

Из-за этого многие события словно смазались. Первый запуск блокнотов Хару прошел успешно. Так как это бренд знаменитости, продажи на старте были высокими, а после – ожидаемо упали… до момента, когда начали выходить обзоры блогеров, которым Хару разослал продукцию. После этого бренд начал стабильно продаваться в книжных магазинах и на сайтах.

К слову, типография Хару вообще без дела не простаивала, постоянно были сторонние заказы – мерч для Sanho, мерч для New Wave, периодически появлялись заказы на печать каталогов, корпоративной продукции вроде подарочных ежедневников и календарей. Хару заранее планировал брать такие заказы, без них не было смысла в покупке большой промышленной типографии, так что совсем без денег сам Хару не останется.

Хару думал, что будет счастлив, когда состоится первый запуск бренда… но он был слишком занят другими мыслями, поэтому радости не ощущал.

В это же время началась учеба в университете, Хару привычно взял два предмета. В августе вышел альбом, он очень хорошо продавался, хотя планка «In the dark side» так и осталась недостижимой. Хотя, как справедливо отмечают многие люди из индустрии, вряд ли к-поп в скором времени сможет вернуться к цифрам тех лет. Но даже три миллиона проданных копий – это большие деньги.

Группа продвигала титульник на музыкальных шоу в течение двух недель, проводила фансайны, шутила с фанатами и обещала скоро вернуться с новой музыкой. Их треки снова поднимались высоко в чартах, Mafia получила PAK. Все было хорошо. Но Хару словно и не жил, все размышляя о правильности своих поступков.

– Ты какой-то загруженный в последнее время, – заметил Шэнь ранним утром.

Они только что закончили промоушен, это был первый нормальный выходной за две недели и Хару не ожидал встретить кого-то на кухне в пять часов утра.

– Опять не спишь… не ешь… ходишь мрачный, – продолжил Шэнь, стоя над яйцеваркой.

Хару задумчиво наблюдал за его действиями, но с ответом не спешил. Шэнь его не торопил. После яиц он занялся перекладыванием кимчхи из огромного чана в более удобную емкость. Кимчхи обычно готовят из четвертинок капусты, в таком виде и хранят, но для еды эти четвертинки достают, нарезают кухонными ножницами на кусочки поменьше и кладут в более удобную тару. Вот Шэнь и занялся этим, даже перчатки надел, потому что кимчхи готовила бабуля Хару, а она перца не жалеет.

– Я ем, – ответил Хару, указывая на тарелку с омлетом.

– Ага, по будильнику, – хмыкнул Шэнь. – Все в порядке? Что-то случилось дома?

Хару вяло ковырялся в тарелке. Есть действительно не хотелось… причем уже давно. Пропажа аппетита из-за нервов тоже стала обыденностью, Хару просто заводил будильники и съедал то, что подвернется под руку. Так как ему что омлет, что булка, что пучок укропа на вкус одинаково неприятны, он ест через силу, мало.

– Дома все в порядке, – ответил Хару.

– Тэюн говорил, что есть какие-то проблемы в бизнесе…

– Там все уже решено. Деньги потерял, конечно, но адвокаты считают, что удастся вернуть большую часть. Просто… Это долгая история.

– Если ты считаешь, что кто-то после промоушена проснется от запаха вареных яиц… – многозначительно начал Шэнь.

Хару усмехнулся: ну да, вряд ли кто-то еще встанет в такую рань. Он отодвинул в сторону омлет и начал рассказывать о своей моральной дилемме. Говорил о том, что подозревает Пак Манхи в мелких кознях, что устал от этого, что решил действовать, а сейчас сомневается, ведь у него нет никаких доказательств вины этого человека. Мало того – еще несколько лет назад сам Хару бы не поверил, что вредит ему именно Пак Манхи, просто за это время предубеждения его окружения передались и ему.

А потом рассказал и о том, что уже согласился работать с Минсо, обучаться профессии креативного продюсера, начнет с группы парней… и переживает, что поступает плохо. Для этих мальчишек дебют – это мечта, а он… планирует, как бы поудачнее им дебютировать, чтобы FL!P гарантированно потеряли свою популярность.

Шэнь слушал внимательно, не перебивал. Он за это время нарезал кимчхи, доел омлет Хару, заварил чай. Потом вместе пили его вприкуску с корейскими сладостями.

– Во-первых, мне кажется, что работа креативного продюсера тебе идеально подойдет, – уверенно сказал Шэнь. – Ты и для нас нередко что-то прикольное придумывал, над песнями постоянно работаешь… не любишь соцсети, но каким-то волшебным образом всегда в курсе всех трендов… и вроде бы к-поп тоже не любишь, но все титульники более-менее заметных групп слушаешь. Но это я так, отошел от темы. У меня есть важный вопрос – а с чего ты вообще взял, что твое желание с помощью трейни снизить популярность FL!P – это неэтично?