Текст книги "Центр притяжения (СИ)"

Автор книги: Оксана Кас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)

А еще письменный стол. Его не было при заселении, но потом кто-то увидел, что Хару по вечерам пишет что-то от руки – и вот в номере, прямо у окна с видом на море, поставили маленький письменный стол, а к нему – небольшую настольную лампу. Это немного портило общий интерьер, но было очень кстати – писать стало удобнее.

Хару каждый день созванивался с родными, но говорил мало. Это место вообще располагало к тишине, а о своих впечатлениях он расскажет уже дома. Данби он тоже написал. Соврал. Извинился за ссору, хотя сам виноватым себя не чувствовал. Просто за время отдыха понял, что пока не готов расставаться. Возможно, потому, что, глядя на знойную итальянку, вспоминал свою корейскую вредину.

Вечером, накануне отъезда из отеля, Хару обнаружил в номере письмо, подписанное региональным представителем сети отелей Aman. Хару ненавязчиво предложили отдохнуть в других отелях сети, например, в Aman Venice. Если он готов изменить свои планы, то для него найдется сдвоенный номер в этом отеле на середину сентября, нужно просто сообщить об этом через своего представителя. Проще говоря, руководство отеля в курсе, что в середине сентября Хару будет в Венеции с Тэюном и предлагает ему сменить отель. Это очень щедрое предложение, ведь в марте, когда Хару бронировал отели, в Aman Venice не оставалось свободных номеров на сентябрь. Тем более – двухместных. Дорого, конечно… но, как сейчас понял Хару, этот сервис стоит таких денег.

За неделю отдыха там Хару понял, почему есть чуть ли не секта любителей этой сети отелей.

Он хорошо отдохнул, набрался сил и теперь жаждал новых впечатлений. Мыслями он уже был в машине, ехал по Италии. Но сначала – Париж.

Удобного прямого рейса Бали-Париж не было, да ему и самому хотелось вернуться в Сеул, сменить чемодан, так сказать.

В Париже немного не повезло с погодой, но он и не для экскурсий прилетел. Здесь были запланированы ужины с рекламодателями, отношения с которыми напоминали скорее дружеские… ну, насколько вообще можно считать друзьями французов-семьянинов, с детьми и успешным бизнесом, и корейского айдола, которому и тридцати еще нет.

Париж был Хару почти родным, он бывал здесь и во время мировых туров, и когда приезжал для участия в неделе моды, и для рекламных съемок. Он даже на Эйфелеву башню поднимался. В этот раз планировал прогуляться по парку, но с погодой не повезло.

Как случалось с ним уже не впервые, в день его отъезда из Парижа дождь закончился. Но сейчас это уже не огорчало. Скорее, приятно было сидеть в поезде и смотреть из окна на красивые пейзажи, освещенные солнцем. Впрочем, до Милана путь был неблизким, так что Хару и вздремнул, и успел прочитать целую книгу.

Для заранее спланированного путешествия по Италии Хару подучил итальянский. Опять же – примерно на уровне французского, когда он может спокойно заказать себе еду и понять, сколько нужно заплатить, но вот философские беседы ему будут совершенно непонятны. Тэюн, к слову, поступил примерно так же, поэтому уже в Милане начались шутливые споры о том, «кто закажет обед на итальянском».

Хару за время пребывания в Париже не растерял того расслабленного состояния, с которым вернулся из Индонезии. Он словно парил на облаках эмоциональной стабильности, будто действительно познал дзен и мелкие неприятности его не заботили. Ну, подумаешь – дождь в Париже. Подумаешь – он закончился в день отъезда. Это такие мелочи, мир все равно прекрасен.

Но Милан и, главным образом, Тэюн вывели его из этого состояния. И вот они уже вместе хохочут над какими-то шутками, обсуждают вкус миланской пасты и, что уж скрывать, перемывают косточки общим знакомым.

Венеция, впрочем, их оглушила. Они приехали на поезде, вокзал Венеции сразу открывал вид на главный канал – и то, что вокруг, казалось каким-то… ненастоящим. Словно они вошли в декорации исторического фильма. Представитель отеля Aman Venice ждал их прямо у вокзала, трансфер до отеля – современный катер – уже был готов отвезти их в нужную сторону.

Больше всего удивляло то, что венецианский Aman и Aman на острове Майо вообще не были похожи на отели одной сети. Хару отдыхал в месте, которое словно растворялось в джунглях и шуме морского прибоя. В Венеции же они жили в историческом здании, слышали звуки города, звон колоколов, плеск воды в каналах. И кухня здесь была средиземноморской.

В номере, который выделили Хару, было две спальни и одна общая гостиная. В спальне Хару стоял письменный стол и гитара. Его одежду развесили и отпарили, а у Тэюна отдельно уточняли – могут ли они так сделать. В гостиной на столе всегда стояла ваза со свежими фруктами. В Индонезии это казалось само собой разумеющимся – это ведь тропический курорт, – но в Венеции стало окончательно понятно, что персонал знает, кто способен умять все содержимое вазы за пару часов веселой болтовни.

Все два дня пребывания в городе их сопровождал экскурсовод отеля. И это был не какой-то случайный человек, а бакалавр истории искусств. Ему не было и тридцати, но из-за короткой бородки он выглядел старше своих лет. Он прекрасно владел английским языком, но так же охотно обучал Хару и Тэюна нюансам итальянской речи. Парень родом не из Венеции, родился на юге Италии, об искусстве говорил эмоционально, как о любимой женщине. Активно жестикулировал, постоянно улыбался. Практически сразу отношения с ним стали чуть ли не дружескими, они шутили, вместе обедали в городе, выбирали сувениры, слушая объяснения, какая маска что значит. За экскурсовода, которого словно специально подобрали для двух молодых парней, впервые приехавших на экскурсию в Венецию, Хару был особенно благодарен отелю.

Уезжать из Венеции было даже немного грустно, причем главной причиной грусти был их веселый экскурсовод, с которым разговоры об искусстве не казались скучными и совсем не походили на типичные экскурсии.

Но и поездка на автомобиле выдалась на славу. Арендовали они, разумеется, кабриолет. Кто вообще поедет в путешествие по Италии в машине без откидного верха? Гуляли по маленьким городкам, купались в озерах, которые встречались на пути. Останавливались в заранее забронированных отелях всего на одну ночь. Багажник их автомобиля наполнялся сувенирами, бутылками местного вина, а они сами стремительно набирали вес из-за пасты и килограммов свежих фруктов. Тэюн сильно загорел, Хару прятался от солнца всеми возможными способами, но все равно в финальной точке обдирал с рук облезающую кожу – не уследил. Огорчало ли его это? Не особо.

Это было прекрасное путешествие, хотя ежедневное вождение автомобиля немного выматывало. Сначала Хару планировал после Италии полететь в Россию, но теперь был рад, что не стал ничего бронировать. Он устал от впечатлений и теперь ему точно нужны эти несколько дней дома, в привычной обстановке.

Но отдохнул он хорошо, практически за все годы без отпуска.

Глава 29
Частный клуб

Сначала Хару немного боялся, что ему будет сложно расслабиться во время отпуска. Он уже привык постоянно что-то делать, больше пары дней никогда и не отдыхал. А в итоге – даже вернувшись в Сеул – не особо хотел возвращаться на работу.

Хотя снова начал заниматься спортом по утрам. В Индонезии он про тренировки не забывал, в Париже и Венеции соблюдал режим, по утрам проводя в зале хотя бы минут сорок. Но все их путешествие по Италии было сплошным чревоугодием с нерегулярными физическими нагрузками в виде плавания или неспешной прогулки в горку, где вид лучше. За неделю он, конечно, не растолстел, но на первой же танцевальной тренировке точно пожалеет, если не начнет заниматься спортом сейчас.

Еще он закончил ремонт в своем кабинете на втором этаже. Там не было свободных стен – две с большими окнами, другие две полностью заставлены книжными полками. Но душа требовала яркости, поэтому цветными обоями оклеили внутреннюю часть книжных шкафов. На специальных подставках Хару расставил венецианские маски и другие сувениры, купленные во время отпуска или мирового тура, между книг – небольшую коллекцию черных кошек и пантер: большая часть была подарена фанатами, но парочку симпатичных фигурок Хару купил сам.

Он иногда работает в этом кабинете. Очень редко, потому что все еще живет в общежитии, да и… не так уж много у него работы: обычно на разбор дел Sanho и HaruHaru уходит до трех часов в неделю, если не считать отдельных периодов. Но было что-то особенное в фразе «у меня есть кабинет». К тому же… Хару нравилось ощущать себя преемником прадедушки. Он бы никогда не признался в этом вслух, но постоянные сравнения с таким человеком ему льстили.

За время отпуска в Индонезии и сейчас, дома, Хару многое осмыслил. Нельзя сказать, что он полностью избавился от сомнений, но в отношении многих его решений решимости прибавилось. Да и… кое-что произошло.

Еще когда он прилетел из Индонезии, глава службы безопасности семьи Со отправил ему некоторую информацию. Был проверен «денежный след» двух уволенных сотрудников HaruHaru. Переводы на карты этих мужчин были сделаны с карт подставных лиц, разумеется. Но в одном случае всю цепочку переводов удалось проследить до помощника Пак Манхи, который обычно занимается всеми «серыми» схемами. Хару отдельно предупредили, что суд не примет эти доказательства, они получены не совсем законным путем и сами по себе являются косвенными. Без дополнительных улик это не тянет даже на штраф… в смысле – на штраф для Пак Манхи. Уволенных сотрудников можно привлечь к суду, но сложностей много, основная – объяснить, откуда вообще Хару узнал, что этих людей подкупили.

Но даже так Хару стало как-то спокойнее: он не параноик, просто Пак Манхи хорошо шифруется.

Когда Хару отдыхал в Италии, произошло еще кое-что неприятное, но ему даже не стали об этом сообщать, проблему решили адвокаты Чо, Сончоль и Чхе Хённа. Были взломаны социальные сети HaruHaru. Все старые посты удалили, подписчикам разослали сообщения с вредоносными ссылками. Заявление в полицию написали адвокаты Чо – они могут так поступать от лица Хару. Странички в социальных сетях были заблокированы через полтора часа после взлома самими площадками, через сутки доступ вернулся к сотрудникам HaruHaru, проблемы были только с иностранными социальными сетями, и то не со всеми. Как бы там ни было, но к возвращению Хару в Сеул все уже работало в штатном режиме, он узнал обо всем гораздо позже, потому что его папа и дедушка не позволили испортить ему отпуск информацией о ситуации, которую можно было решить без его участия.

Он сам, к слову, так и не решил, как к этому относиться. Вроде бы круто, что он отдохнул без всех этих разборок, а вроде… его же фирма, ему и с проблемами разбираться. Но акцентировать на этом внимание Хару не стал, потому что понимал позицию родных: он в отпуск отправился впервые за несколько лет, их желание уберечь его логично.

Тем более – история со взломом не закончилась. Хару тоже пришлось пойти в полицейский участок для дачи показаний, хотя ему и нечего было рассказывать. Потом он поговорил со службой безопасности. Процесс доступа к аккаунтам всегда был сложным, но пробелы в защите были. А главное – взлом осуществили профессионалы с использованием дополнительного оборудования, такие услуги стоят очень дорого. Найти злоумышленников, скорее всего, не получится. Хакеры сидят где-нибудь в Индии или России, их имена неизвестны, взлом даже не был «подписан» – то есть, служба безопасности не знала, кто именно взломал соцсети. Если бы была подпись, можно было бы связаться с хакерами и попробовать выкупить имя заказчика (это все равно нельзя использовать в суде, но дало бы Хару и остальным еще один повод для уверенных действий).

Хару нанял на работу сотрудника по кибербезопасности, которого посоветовал Санхён. Это взрослый мужчина, он работал в фирме отца Санхёна, но с радостью ушел на более спокойную работу без вечных дедлайнов и форс-мажоров.

Само событие разозлило Хару. Опять. Не так, конечно, как его штормило после случая с иллюстратором, но все же желание как-то испортить жизнь Пак Манхи было велико.

Хару решил, что лучший способ позлить врага – показать ему свою счастливую жизнь. Он обратился за помощью к Тхэу и Санхёну, оба пришли от идеи в восторг. Поэтому в пятницу, за два дня до конца отпуска, Хару впервые отправился в элитный частный клуб. Тот самый, членство в котором ежегодно оплачивают Пак Манхи и Пак Нахён. И да, университетские приятели Хару пришли позлить именно последнего.

Хару до этого слабо представлял, что такое эти «частные клубы». Можно сказать – узнал что-то новое.

Хансан Клуб – достаточно старое заведение, его основали в начале нулевых. Но при этом его нельзя назвать слишком уж пафосным и дорогим. Есть клубы с более дорогим членством, они обычно ближе к Каннам-гу. Есть – с долгой историей, туда вступить сложно, нужны рекомендации членов этого клуба, твою кандидатуру будут долго рассматривать, отказывают нередко. Хансан же был… средним по всем показателям. Не самый дорогой, хотя Хару все равно было жалко отдавать такие деньги. Для вступления нужно рекомендательное письмо, причем – это особенно забавно – не обязательно от члена клуба, достаточно протекции кого-то богатого или знаменитого. Для Хару, Тхэу и Санхёна рекомендательное письмо написала мама Тхэу. По официальной легенде они выбрали этот клуб потому, что он относительно недалеко от университета.

Пак Манхи состоит в этом клубе со дня основания. Причина понятна – близко к Sanho. Сейчас Пак Манхи живет в Каннам-гу, далековато от этого места, но зато агентство Bee находится неподалеку.

Хансан Клуб располагался в большом пятиэтажном особняке, построенном в колониальном стиле. Здание не историческое, предназначено специально для клуба. Перед зданием – небольшой парк во французском стиле, позади – парк большего масштаба, уже не такой идеально выстриженный, со множеством лавочек, беседок и даже шахматными столами под открытым небом.

Внутри – круглосуточный бар и лаунж, ресторан, уютные кабинеты и гостиные, бильярдные, библиотека, гольф-рум, два небольших кинотеатра, в одном из которых, как сказали Хару, всегда смотрят матчи чемпионата мира по футболу. Хару даже стало любопытно – а богатые футбольные фанаты тоже громко орут «гооол» и матерятся, когда смотрят игру в дорогом частном кинотеатре? Увы, узнает он это не скоро – чемпионат закончился этим летом.

Большую часть времени посетители проводят на первом и втором этажах. Ресторан от общей зоны лаунжа отделяет стеклянная двустворчатая дверь, лаунж растянут на несколько помещений, включая зимний сад – помещение со множеством растений и огромными окнами с видом на парк, есть выход на террасу. Сразу же из лаунжа лестница ведет на второй этаж, в помещения с бильярдными столами. Лаунж, ресторан и бильярдная представляют собой единое пространство, разделенное лишь условно, люди между ними перемещаются свободно. Ничего не нужно бронировать, просто ходишь, общаешься и пользуешься услугами клуба. Еда в ресторане и напитки в баре платные, разумеется, но сразу ничего оплачивать не нужно – все записывают на твой счет и присылают чеки на оплату раз в месяц. Если хочешь уединения – выходишь в холл и спрашиваешь у стаффа, есть ли свободные кабинеты или гостиные. С вероятностью в 99% они будут свободны. Некоторые используют эти помещения как нейтральную территорию для обсуждения контрактов до того, как эти документы появятся в бумажном виде. На пятом этаже располагается еще один бар и большой банкетный зал, где каждую пятницу проводятся ужины для членов клуба. Места бронировать не нужно, но сообщить о своем приходе следует не позже пятничного полудня.

Дресс-код мероприятия достаточно свободный. Его вообще официально не существует, но подразумевается, что мужчины должны быть в костюмах, женщины – в коктейльных платьях. Судя по всему, в летнее время дресс-код вообще прекращает свое существование, мужчины часто выбирают брюки и рубашки с коротким рукавом, женщины могут прийти в легких летних платьях, но с наступлением осени пафоса становится больше.

Хару как раз недавно получил новый темно-серый костюм от Bouchard. Скорее даже коричнево-серый, цвет необычный. К нему Хару выбрал рубашку оттенка слоновой кости. Часы подороже, тонкая цепочка с кулоном из белого золота на шее – он айдол, ему можно, плюс кольцо. Рубашка к этому костюму не предусматривает ношения запонок, галстук Хару решил не надевать, это все же неформальный ужин, а не какое-то официальное мероприятие. Бабуля сказала, что Хару прекрасно выглядит, что можно было считывать как «осуждать внешний вид не будут».

Он приехал на такси, не стал дожидаться в машине своей очереди на выход у ворот. Нельзя сказать, что там был большой затор, но погода была прекрасной, а идти до ворот нужно мимо кованой ограды, за которой виден парк во французском стиле.

Он не был единственным, кто между ожиданием в машине и прогулкой на свежем воздухе выбрал второй вариант. По тротуару шли как мужчины в костюмах, преимущественно черных, так и женщины в красивых платьях. Судя по внешнему виду этих людей, Хару не ошибся, отказавшись от галстука.

Внутри его сразу проводили к лифту, оттуда – к столику, за которым уже скучал Санхён. Минут через десять подошел и Тхэу. Столики на этом банкете рассчитаны на разное количество посетителей. Где-то стоят совсем маленькие, на четырех человек, где-то большие, на восемь персон. Тот круглый стол, который предложили Хару и его друзьям, был на пятерых. Чуть позже подошла молодая супружеская пара: мужчина лет тридцати пяти на вид, пластический хирург, и женщина чуть моложе, искусствовед и владелица галереи.

Перед ужином все болтали преимущественно со своими соседями по столику. Хару сначала даже показалось, что он зря уговорил друзей на эту авантюру – Пак Манхи с сыном, кажется, вообще не пришли. Но, когда начали разносить первые закуски, они явились. И заняли столик неподалеку от Хару, присоединившись к большой компании мужчин в строгих костюмах и при галстуках.

Ужин был прекрасным, что предсказуемо для такого заведения. Хару лишь едва пригубил вино – бокалы обновляли к каждой смене блюд и он боялся выпить слишком много. Играла живая музыка, простой инструментал, но его частично перекрывал гул голосов за столами. Чувствовалось, что большая часть присутствующих здесь гостей хотя бы поверхностно знакома, а компании за столиками подбираются таким образом, чтобы там сидели люди, которым есть о чем поговорить. Когда ужин закончился, все начали потихоньку вставать со своих мест, компании перемешались, мужчины потянулись к бару.

Несмотря на то, что Хару, Тхэу и Санхён здесь были едва ли не самыми младшими, к ним многие подходили, чтобы представиться. Это потому, что Тхэу – главный наследник. Да, управлять корпорацией он будет очень не скоро, но ведь будет.

Хару уже заметил нескольких людей, с которыми был знаком по прошлым выходам в свет, так что следующие полтора часа прошли в бесконечных разговорах. Потом многие спустились на первый этаж либо разбрелись по отдельным кабинетам. Хару с друзьями занял один из бильярдных столов.

Он умел играть в бильярд – Санхён любит, научил, – но делал это не особо уверенно, мало практики. Однако бильярдный стол они заняли не из-за Санхёна. Просто буквально через стол от них собралась компания «золотой молодежи», в которую и входил Пак Нахён.

Всего в одном помещении стояло семь бильярдных столов. Это большое общее пространство без явного зонирования, только отдельные «островки» кресел и маленьких столиков, еще есть небольшой бар, несколько официантов снуют между баром и столами, обновляя алкоголь в бокалах.

Санхён не пьет принципиально, это его жесткая позиция. Хару и Тхэу не любят сильно пьянеть, им хватило вина за ужином, поэтому они заказали себе безалкогольные коктейли. Да и вообще – напиваться в таком месте было бы странно. К их бильярдному столу присоединился один из знакомых Тхэу, он пришел сюда с родителями. По обе стороны от их стола играли взрослые мужчины, направо через стол – шесть парней из «золотой молодежи», включая Нахёна, налево через стол – лестница вниз, в лаундж. Из-за этого мимо их стола постоянно проходили люди, некоторые с любопытством останавливались.

Первую партию Санхён пропустил – давал им возможность поиграть. Потом вступил сам и это сразу превратилось в его бенефис. Для Хару, который играет в бильярд раза три за год, уровень Санхёна – просто Бог, без нюансов. Когда человек действительно умеет что-то делать хорошо – это притягивает взгляд. Именно из-за Санхёна вокруг их бильярдного стола начала собираться небольшая группа зрителей. После третьей партии один из подошедших мужчин предложил Санхёну сыграть один на один. Мужчины вокруг одобрительно загудели – кажется, к Санхёну подошел местный сильный игрок.

Любители бильярда окружили стол на почтительном расстоянии. Все разговаривали, конечно, обсуждали как бильярд, так и просто случайные вещи. Хару и Тхэу активно участвовали в этих разговорах, заводили полезные связи, но Хару все равно периодически бросал взгляды в сторону Нахёна.

За самыми дальними столами все еще оставались компании играющих мужчин, стол Нахёна был как бы пограничной линией – за ним все болтают и смеются, до него – смотрят на игру Санхёна. Любопытство, как известно, страшная штука, поэтому вскоре к бильярдному столу Санхёна начали протискиваться и отдельные друзья Нахёна. Хару, ведя светскую беседу с одним из маркетинговых директоров Samsung (направление планшетов), отчетливо видел, что Нахёна эта ситуация бесит.

В своей компании он не был лидером, главной звездой там был Чен Гикван, его отец владеет крупным бизнесом – рестораны быстрого питания, полуфабрикаты, свежее мясо и птица. О том, что Чен Гикван считается близким приятелем Нахёна, Хару узнал из отчетов службы безопасности, потом уже сам навел справки.

Чен Гикван не всегда был тем, кто ищет расслабления в выпивке и вечеринках. Он блестяще окончил частную школу для мальчиков, сдал выпускные экзамены на высокий балл, входил в список ста лучших учеников университета Корё, а потом… что-то пошло не так. Точно сказать, почему примерный наследник пошел по кривой дорожке сложно, но сейчас он считается самым обеспеченным среди всех богатых прожигателей жизни. А в компаниях таких парней «самый богатый» значит «самый влиятельный и популярный».

Чен Гикван не слишком симпатичный, у него круглое лицо и очень узкие глаза без двойного века. Пластику, судя по всему, не делал. Среднего роста, ниже метра восьмидесяти, коренастый, с приятным тембром голоса. Он прилично выпил, поэтому на эмоциях говорил громко, но в спокойном состоянии его низкий голос звучал очень красиво, Хару не мог не обратить на это внимание.

У Хару было некоторое предубеждение в отношении Гиквана. Что бы там ни произошло в жизни, глупо из-за этого уничтожать все свои прошлые достижения. Но, к удивлению Хару, Гикван оказался неплохим собеседником. Услышав, что Хару и Тхэу не пьют, очень удивился. Директор департамента Samsung, который все еще стоял рядом с ними, не удержался от восхищенной лекции на тему того, что современная молодежь старается следить за здоровьем и это правильная тенденция. Гикван тут же с ним согласился и даже попросил официанта принести ему минералку.

В это время Санхён закончил игру, проиграв оппоненту с небольшим перевесом. Все тут же начали его поздравлять, ведь его нынешний соперник был профессиональным игроком, а не просто любителем. Санхён, немного сконфуженный вниманием людей, которые заметно его старше, подошел к Хару и Тхэу. Поклонился Гиквану – они оказались знакомы.

– А я всегда говорил, что ты станешь прекрасным игроком! – радостно сказал Гикван.

– Старший Чен когда-то учил меня играть в бильярд, – вежливо сказал Санхён. – Мы учились вместе в средней школе, это потом я перевелся в школу со смешанным обучением.

Хару кивнул – фраза явно предназначалась ему. Школа, которую закончили и Санхён, и Тхэу, и Нахён – общая, для девочек и мальчиков. Но Гикван закончил школу для мальчиков. У подростков не так уж много мест, где они могут познакомиться – либо одноклассники, либо их семьи дружат, либо они всерьез занимаются каким-нибудь видом спорта. Пояснить, где именно вы познакомились – это нормально.

– Я уже тебе не соперник, – продолжил Гикван, – совсем растерял форму. Может, теперь ты меня поднатаскаешь?

– Я много учусь, уже начал работать, – ответил Санхён, – У меня мало времени. Разве что смогу теперь приходить сюда по пятницам.

– Но здесь у него есть соперник поинтереснее, – влез в разговор тот мужчина, с которым играл Санхён. – А тебе для тренировки не мешало бы бросить пить.

– У меня минералка!– возразил Гикван, – Не пью уже целых… пятнадцать минут. Просто…быть трезвым мне скучно…

– А мне неинтересно с пьяными, – сухо ответил Санхён.

Все участвующие в разговоре мигом поняли, что у Санхёна и Гиквана точно есть какая-то История. Так показалось и Хару, но впоследствии он был немного разочарован. Эти двое близко общались достаточно долгое время, хотя Гикван на два года старше Санхёна. А потом… потом Гикван изменился. Моральные принципы Санхёна тверды, как алмаз. Он может давать поблажки, когда речь идет о бизнесе, одногруппниках в университете, подчиненных, но люди, входящие в его собственный близкий круг должны обладать определенном моральным обликом. То есть, Гикван был попросту вычеркнут из его жизни.

– Как был упрямцем, так им и остался, – с какой-то отеческой интонацией сказал Гикван, обращаясь к Санхёну, потом повернулся к тому мужчине: – Учитель, вы всегда были суровы ко мне.

– Не будем сейчас ворошить прошлое, – примирительно ответил тот. – Я не со всеми здесь знаком. – Ю ДжинГу, представился он и назвал свою инвестиционную компанию. Затем пояснил, что действительно посещает бильярдные турниры. Когда-то, по просьбе друзей, взялся тренировать Чен Гиквана – тот тоже хотел совмещать работу и спорт.

Остальные тоже представились, зашел разговор о бильярде, Гикван в нем не участвовал. Он словно потускнел. Подошел к ним сияющим, общительным, но теперь с каждой фразой становился все печальнее, пока не буркнул «скучно» и не ушел обратно к своему столу. Там сразу же бокал с минералкой заменил на что-то покрепче. Хару так и не понял, что там было, но не мог не заметить, как Нахён тут же подошел к Гиквану, начал что-то говорить, потом вся компания молодых и заметно подвыпивших парней покинула бильярдную.

Хару с Тхэу и Санхёном вскоре тоже ушли, решив поехать домой.

Конечно, хотелось бы действительно разозлить Нахёна, чтобы тот вышел из себя, начал кричать… но это реальная жизнь, Нахён тот еще выпивоха, но не псих, он бы не стал устраивать скандал в таком месте. Удалось его немного разозлить – уже неплохо. В лаунже к Хару и остальным подошел мужчина в сопровождении женщины и совсем молодой девушки. Хару узнал их: с Чен Дэкваном – отцом Гиквана– он был поверхностно знаком, встречались где-то, но даже не разговаривали. Женщин рядом с ним Хару видел впервые. Чен Дэкван их представил – супруга и младшая дочь, Ынхе.

– Простите, если мой сын доставил вам дискомфорт, – сказал господин Чен.

Хару заверил его, что все в порядке, они хорошо пообщались. Во время разговора он постоянно замечал восхищенные взгляды этой девушки, Ынхе.

Уже когда Хару выбрался на улицу из клуба, Санхён доверительно ему сообщил:

– Думаю, ты все же немного разозлишь Нахёна, скорее даже – его отца, просто мы этого не увидим. Ты же понимаешь, что господин Чен на стал бы просто так к нам подходить? Ссоры с Гикваном не было…

– И зачем он это сделал? – недоуменно уточнил Хару.

Тхэу с ними не было, он уже уехал, а Санхён вызвался подвезти Хару. Через секунду стало понятно, почему Санхён завел этот разговор именно сейчас, когда Тхэу рядом нет.

– По той же причине, по которой практически все влиятельные семьи с дочками твоего… или моего, – возраста хотят нас с ними познакомить.

Хару тяжело вздохнул. Точно. Девочек нужно пристраивать в хорошие руки.

– Погоди, – мигом сообразил он, – У Пак Манхи были планы женить Нахёна на Ынхе?

– Слухи ходили, еще когда они были подростками, а Нахён был частью семьи Со. Тогда в браке была заинтересована семья Чен, сейчас – Пак Манхи. Говорят, Нахён в принципе сюда ходит, чтобы встречаться с Ынхе, регулярно дарит ей какие-то подарки.

– Половина Сеула в курсе, что у Нахёна алкогольная зависимость и он ходит в клубы в поисках легкодоступных девчонок, – удивленно сказал Хару, – Зачем кому-то такой зять? И зачем молодой девчонке такой… сомнительный жених.

Санхён с улыбкой пожал плечами:

– Семья Чен очень старомодна. Не думаю, что они вообще спрашивают о чем-то подобном свою дочь, а Нахён… вообще-то, его семья тоже считается достаточно старой.

Хару поморщился. Даже если отбросить тот факт, что Хару предвзято относится к Нахёну… у него в голове не укладывалось, как можно хотеть брака своего ребенка с Пак Нахёном. Бред какой-то.

– Так, стоп, – нахмурился Хару, – Получается, до этого у них просто не было кандидата в женихи получше?

– Ага. Теперь есть. Ты, не я. Я с Ынхе знаком давно и мы друг друга, мягко говоря, недолюбливаем.

– Что, такая проблемная девица? – удивился Хару.

– А что, уже жениться собрался? – весело уточнил Санхён.

Они как раз дошли до парковки и временно прервали беседу – садились в автомобиль.

– Нет, но все же, – спокойно ответил Хару, – Хотелось бы понять, чего мне ждать.

– Нахёну она была бы подходящей парой. Вся разница лишь в том, что эта королева школы свои грешки скрывать умеет. А так… уже в свои десять она буллила одноклассниц.

– Потрясающе, – буркнул Хару.

Он помнил ее взгляд. Ясно было, что он ей понравился.