Текст книги "Центр притяжения (СИ)"

Автор книги: Оксана Кас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 23 страниц)

У Хару пиликнул телефон – доставка.

– Я за едой, – сказал он, поднимаясь.

В студию курьеров не пускают, разумеется. А менеджера Пён сам Хару отпустил, нечего ему торчать в студии без дела, пусть лучше дома отдохнет.

Пока Хару расставлял коробочки на столе, Роун что-то задумчиво наигрывал на синтезаторе. Мелодия была незнакома – видимо, Роун только что ее придумал.

– Песня про мечты будет для предебюта? – уточнил он, когда Хару закончил.

– Да. Я еще не знаю, что скажут аналитики, но мне бы хотелось выпустить ее вместо тизера дебюта. Садись, пока не остыло.

Роун сел за стол и задумчиво взял палочки – Хару принес с кухни металлические, не став распаковывать одноразовые, которые приложили к заказу.

– Я подумал о том, чтобы сделать трек реально экспериментальным, – сказал Роун. – Отказаться от одинаковой музыки в куплетах, поиграть с текстом припевов, менять темп в течение всей песни. Если это будет пререлизом – такое допустимо, но усложнит стриминг и все в этом духе.

Хару, прожевывая креветку, пожал плечами:

– Лично для меня это не проблема. Задача пререлиза – не побить рекорды, а представить группу, показать их способности, рассказать о темах их творчества. Почему бы не сделать для этого пятиминутный трек с рваным ритмом? Но это я так думаю. Минсо может считать иначе, а окончательное решение принимает именно она.

Роун задумчиво кивнул. И уже через секунду начал очень активно работать палочками, практически запихивая в себя еду. Хару горестно вздохнул: спокойно поужинать не получится, Роун что-то придумал, сейчас съест все за три минуты и начнет работать.

Глава 33
Зона комфорта

[*То ли я реально не дала ему имя, то ли забыла записать в заметках, но я не нашла имя парня-музыканта, которого Хару встретил на улице. Если кто-то укажет мне на этот момент, я исправлю имена, но пока назвала его заново.*]

У трейни New Wave есть заметный разрыв в возрасте между старшими и младшими, потому что их с самого начала набирали как две отдельные группы. В самый первый состав второй после Black Thorn группы входили Сонун, Сай, Мухён, Кибом и еще двое парней. Лидером должен был быть Сонун, но он ушел практически сразу же, оставив группу без главного вокалиста.

Весной, после ухода Сонуна, прошло масштабное прослушивание, искали вокалистов любых возрастов и парней привлекательной внешности возрастом моложе пятнадцати лет. «Малышей» набирали с прицелом на то, что они будут стажироваться четыре, а то и пять лет, а потом уже из них сформируют третью мужскую группу New Wave. Но дальше все пошло не по плану.

На том прослушивании нашли парочку вокалистов. Один был полным и абсолютным нулем в танцах, по словам наставника-хореографа – в сотни раз хуже, чем Хару и Тэюн на момент начала занятий. Второй был совсем юным, у него ломался голос и выпускать его на сцену до окончания этого процесса никто бы не стал. А потом Black Thorn забрали Сая. Предебютное формирование распалось, в агентстве осталось четыре трейни-старичка и где-то около двадцати мальчишек не старше пятнадцати лет.

Плюс-минус в это время Хару «нашел» Юсопа, который пел на улице под гитару. А кто-то из менеджеров заметил Ичана. Оба выделялись привлекательной внешностью, но Юсоп для группы был важнее, он умеет петь, а Ичан – рэпер. К слову, многие в агентстве шутят, что его лицо не подходит к фигуре – он чуть ниже метра восьмидесяти, плотного телосложения, быстро набирает мышечную массу, а вот черты лица у него очень мягкие, почти девичьи.

И, вроде, коллектив снова собрали, но в тот момент были проблемы у Black Thorn, так что дебют новой мужской группы стал бы причиной хейта со стороны фанатов Black Thorn. Это выглядело бы так, будто агентство пытается заменить одних мальчиков другими. Тогда агентство отправило четырех трейни – остаток первого предебютного состава – на шоу на выживание, а плохо танцующих Юсопа и Ичана оставило тренироваться в агентстве. Мухён вошел в итоговый состав, за него активно голосовали, Кибом дошел до финала, но не стал частью группы, остальные вылетели раньше. После участия в шоу двое вылетевших с шоу покинули New Wave, один даже дебютировал в каком-то небольшом агентстве. В любом случае, в этот момент и сама Минсо не знала, что делать с мальчишками.

Мухёну, кажется, скоро будет двадцать два года. Ичан и Кибом на год младше, Юсоп – на два. Еще кому-то из группы трейни уже восемнадцать, но остальные еще несовершеннолетние. Именно из-за этого предполагалось, что старшие трейни должны обязательно дебютировать, создав уверенный «костяк» группы. Но сейчас директора считают, что Мухён и Ичан не подходят для этой группы, лучше их исключить.

Хару казалось несколько ироничным, что именно на Юсопа директора делают ставку: его видят центром, главным вокалистом и вижуалом группы. А ведь привел его Хару – центр, главный вокалист и вижуал своей группы. Какая-то преемственность поколений.

Но при этом Хару вообще не знает Юсопа. Пока занятия шли в здании в Каннам-гу, Хару еще встречал мальчишку в коридорах, но после переезда… У Black Thorn собственный репетиционный этаж, они хорошо зарабатывают и не едят в столовой, живут в отдельном общежитии, а из-за двух мировых туров не появлялись в агентстве месяцами. Прошло так много времени, что Хару даже не узнал Юсопа, когда приходил знакомиться с трейни.

Он и раньше был симпатичным, но с возрастом «миленький» мальчик превратился в действительно красивого парня. Хару даже не сразу понял, почему трейни шутят и называют этого парня его протеже. Потом Юсоп заговорил, тем самым дав Хару возможность вспомнить, кто он такой, не задавая уточняющих вопросов. Хотя «протеже» этот неправильный, конечно. Хару для него ничего особенного не сделал, если так подумать. Просто сказал руководителям, что есть вот такой симпатичный парень, хорошо поет. Все остальное – результат труда самого Юсопа.

Так как процесс работы трейни над номерами записывался для последующего выпуска в виде документального фильма, Хару мог просматривать записи репетиций, их делали в течение месяца. Хару отдыхал в отпуске, они работали. Разумеется, записи делали не круглосуточно, но в танцевальном зале установили стационарную камеру, она работала примерно по пять-шесть часов в день. Иногда приходили операторы и снимали крупные планы, иногда «дети» сами записывали друг друга. Персонал New Wave отсмотрел все записи, удалил ненужное, оставив в итоге материал на шестнадцать часов. Что войдет в документальный фильм – пока неизвестно, эта шестнадцатичасовая версия нужна продюсерам, чтобы понять, с кем они будут работать. Хару был благодарен за сам факт существования этой записи, но… шестнадцать часов видеоматериала! И ему пришлось все это отсмотреть…

Интереснее всего было наблюдать за тем, как мальчишки постепенно расслабляются перед камерой. В начале они даже выглядели зажато, старались меньше говорить, не дурачились, старались больше работать. Но время шло, камеры оставались на месте, постоянно быть серьезным и трудолюбивым сложно, особенно, если тебе шестнадцать. Самые младшие раньше всех начали проявлять себя, а потом даже самые старшие начали чаще шутить и лентяйничать. Мухён, правда, не изменился. Он-то привык к постоянному наблюдению, поэтому что в начале, что в конце – один и тот же человек.

Чем больше Хару наблюдал, тем яснее понимал – Мухёну и Ичану действительно будет лучше в другой группе. Ну нет в них этого «очарования юности», зато достаточно скептических взглядов, иронии во фразах и ворчания из-за неуемной энергии остальных. Хару даже по записям чувствовал, как эти двое начинали свое общение настороженно, мало разговаривали, но к концу шестнадцатичасовой записи держались вместе и синхронно недовольно цокали в ответ на очередные «гениальные» идеи младших коллег.

Всю неделю после отпуска у Хару был странный рабочий график. С одной стороны – он практически не уставал, но при этом всегда был очень занят. Каждое утро у них были репетиции групповой хореографии, исключительно для поддержания формы. Один раз Хару выезжал на съемки для журнала, потом – на примерку костюма. Остальное время он тратил на четыре основных задачи. Первая – подготовка материала с Роуном. Они работали сразу над двумя альбомами для мужской группы – дебютного и следующего. Вторая – Хару изучал сценарий предложенной дорамы и определял для себя проблемные места, ведь ему тоже могут понадобится дополнительные уроки, плюс нужно продумать характер героя, а не просто читать сценарий. Приходилось и репетировать. Третья – нужно было отсмотреть все шестнадцать часов документальной записи, предварительно распределить роли, выявить, кто за что будет отвечать внутри группы… и попутно решить, кто в итоге покинет коллектив. Четвертая – шел процесс разработки нового товара для HaruHaru, приходилось многое обсуждать с сотрудниками.

Работой Хару, в том числе, отвлекался от мыслей… которые ему не нравилось думать, так сказать.

С Данби он все это время только переписывался. Обе группы девчонок уехали на съемки. Silk Violet и Daisy Crown, в некотором роде, являлись юнитами одной большой группы Girls' secret, просто она была неактивна с момента своего дебюта. И вот девчонки уехали снимать клипы для первого совместного камбека, который состоится на какую-то там годовщину окончания шоу на выживание. В общем, женское общежитие пустовало.

А тут еще добавился повод задуматься. Сухён во время занятий вокалом познакомился с новенькой девочкой и влюбился. Вот без шуток – просто одним днем вернулся в общежитие, выглядя возмутительно счастливым и даже немного неадекватным. Описать словами объект своей влюблённости он не смог, периодически глуповато хихикал и остаток недели прожил с телефоном в руке.

Хару, положа руку на сердце, завидовал Сухёну. Он-то, кажется, вообще никогда так не влюблялся. У него все как-то… скучно. Данби где-то мотается по миру, а Хару не от страсти или любви сгорает, а недовольно отмечает, что переписка стала какой-то прохладной и не доставляет прежней радости. Самому от себя тошно. Но… как можно влюбиться по желанию? У него же не специально так получается. Хотя Тэюн сказал, что Хару любую девушку, которая способна вызвать у него яркие эмоции, будет держать на расстоянии. Скорее всего, друг опять прав, но это происходит неосознанно.

До появления в общежитии до безобразия влюбленного Сухёна Хару даже думал, что он любит Данби. Но сейчас как-то склонялся к позиции, что они дружат. Его желание проводить время вместе, радовать ее какими-то мелкими и не очень подарками, забота, внимание – все это есть и в дружбе, просто в случае с Данби добавился секс. Говорят, девушки такое чувствуют лучше парней. Возможно, поэтому Данби и не захотела с ним лететь в отпуск, чувствовала, что у них все не совсем по любви. Но наверняка он об этом узнает только через неделю, когда она вернется в Сеул.

А пока… пока он готовился изображать любовь на камеру.

Несмотря на то, что роли подгоняли специально под Тэюна и Хару, контракты еще не подписали, сначала режиссер и продюсер хотели убедиться, что выбор каста был правильным. Поэтому Хару, Тэюн и Ли Шион должны встретиться с продюсером. Ли Шион – исполнительница роли девушки героя Хару, она же – сестра героя Тэюна. Несмотря на то, что у Ли Шион экранного времени очень мало, для истории она важный персонаж, в ее общении с Хару и Тэюном должна быть определенная химия. Хару предстоит играть с ней первую романтическую сцену. Причем надо помнить, что его герой любит девушку до безумия, он даже спустя много лет сохранил в памяти нежные чувства к ней.

Да, Хару очень вовремя осознал, что ни разу по-настоящему не влюблялся.

Ли Шион далеко не новичок в киноиндустрии. У нее пока не было прорывных проектов, она не знаменита, но снимается с семнадцати лет. Были эпизодические роли, второстепенные, в начале прошлого года вышла романтическая дорама, где она играла главную роль. Дорама была не особо успешна, но – главная роль. Шион двадцать один год. Внешность очень подходящая для актрисы – в зависимости от прически и макияжа она может выглядеть как обычной милашкой, так и очень красивой девушкой. Менеджер по подбору актеров хорошо постарался – Шион и Тэюна легко представить в ролях брата и сестры, у них много схожих черт.

Первые минуты знакомства проходили в несколько неловкой атмосфере, Хару вообще не понимал, что ему говорить и делать. У Тэюна тоже мало опыта, он не мог рассказать Хару, чего им ждать сегодня.

– У нас точно не будет сцен с поцелуями? – спросила Шион у режиссера, смущенно посмеиваясь. – Я боюсь его фанаток.

Хару тоже улыбнулся, а режиссер замахал руками:

– Нет-нет! Никаких поцелуев! Ваша любовь должна быть возвышенной и исключительно платонической!

– И актрисы, которых он целовал в клипах, все еще живы, – громким театральным шепотом добавил Тэюн.

Это разрядило обстановку. Режиссер предложил всем занять места за столом и сразу перешел к делу. То есть, к обсуждению персонажей. Сначала он предложил Тэюну описать его героя общими словами, потом о том же попросил Хару.

– Очень упрямый, – задумчиво сказал Хару, – Часто даже во вред самому себе. С людьми держит дистанцию, боится подпускать близко, ведь больше всего опасается именно душевной боли. Образ умершей девушки он идеализировал. Она не просто его единственная возлюбленная, но еще и некий образец добродетели, с которым никто сравниться не может. Целеустремленный, обладает холодным типом харизмы. Он в принципе идеалист, свои собственные достижения принижает, ведь он поступает плохо, его возлюбленная этого не хотела бы. Считает себя кем-то вроде чистильщика – если не он, то кто?

– Хорошо, мне нравится сказанное, – кивнул режиссер. – Я немного опасался, что ты сосредоточишься только на внешней силе и харизме персонажа, а ты больше акцентируешься на внутреннем мире. Это похвально.

Хару благодарно кивнул. Вообще-то их учили прорабатывать именно то, что скрыто. Даже если ты играешь в легкой романтической дораме, у персонажей всегда есть какая-то дополнительная история, и, если актер не смог рассказать эту историю через актерскую игру – персонаж выглядит пустым и неинтересным. Но это – база, которую Хару даже никогда не отрабатывал, он просто прослушал лекции об этом сто лет назад. Сейчас ему предстоит многому учиться. Тэюну проще – он отрабатывал отдельные задачи в университете, да и роль для него уже не первая.

Поведение влюбленного персонажа Хару репетировал перед зеркалом всю неделю. Он подражал Сухёну. Тэюн посмеивался, но признал, что выглядит хорошо, он бы поверил. Но одно дело изображать влюбленность перед зеркалом, другое – смотреть так на девушку, с которой ты знаком чуть более двадцати минут.

Первую сцену перед камерой Хару «запорол» – не выдержал, засмеялся.

– Простите, давайте еще раз.

– Нет-нет, продолжайте! Играть романтические сцены и не смеяться сложно, а вы еще и едва знаете друг друга. Просто продолжайте.

Хару кивнул, но про себя немного раздраженно подумал, что проще было бы начать сначала. Но… не ему здесь командовать. Глубоко вздохнул, успокаиваясь, и продолжил. Через пару минут сцена была прервана уже хихиканьем Шион. Опять пришлось останавливаться, приходить в себя и продолжать.

Но, судя по всему, режиссер и продюсер остались довольны.

Дружеские сцены с Тэюном отработали быстро и без смеха – они их отрепетировали несколько раз.

Когда предварительные кадры были отсняты, продюсер проекта выложил на стол три папки. Розовую протянул Шион, темно-синюю – Хару, черную – Тэюну. Видимо, специально выбрали обложки разного цвета, чтобы не проверять, кому какую отдавать.

– Контракты, – пояснил продюсер. – Мы все уже обсудили, это окончательный вариант, осталось только подписать. Время подписания решите через агентство. Спасибо, что пришли сегодня, хорошо поработали.

Хару, Тэюн и Шион поклонились, забирая контракты, а потом кланялись и после того, как встали, и перед выходом из кабинета. Как только дверь кабинета закрылась, отсекая актеров от продюсера и режиссера, Шион холодно улыбнулась им, попрощалась и поспешила прочь, громко стуча по кафельному полу тонкими каблуками-шпильками.

Хару и Тэюн шли за ней, но быстро начали отставать, они никуда не спешили. Шли молча. Уже в машине агентства немного обсудили выбор актрисы, удивившись внешнему сходству Тэюна и Шион, поговорили о будущих съемках. У Хару было странное ощущение – как будто он готовится выпрыгнуть из самолета с парашютом. Тот момент, когда страх смешивается с восторгом от предстоящего поступка, а где-то на грани сознания истерически бьется мысль, что еще не поздно все отменить и вернуться в привычную зону комфорта. Но Хару не впервые в такой ситуации.

И он всегда прыгает.

Глава 34
Клевер и Лилия

Когда машина еще только подъезжала к общежитию, Хару пришло сообщение от Минсо, она просила его зайти. Понедельник, время ближе к вечеру, так что Хару был уверен, что работа на сегодня почти закончена. Поэтому внезапный вызов удивил. Из машины все равно вышел вместе с Тэюном, до здания агентства в итоге пошел пешком.

Минсо словно только его и ждала.

– Директора пришли в восторг от идеи запуска смешанной группы, – начала она сразу после приветствия. – Это сейчас, в некотором роде, модно. Все агентства запускают смешанные группы и нашему начальству, разумеется, тоже такая нужна.

Хару не смог сдержать легкого смешка. Есть немало плюсов в том, что директоров до сих пор влияние интересует больше прибыли. Вопрос денег, конечно, никогда не исчезает из повестки, но на первом месте всегда остается популярность, а не финансовый успех. Группы New Wave обязаны покрывать расходы на собственное содержание, а прибыль трех групп New Wave – счета всего агентства целиком. Всё остальное – приятный бонус. Благодаря успеху Black Thorn даже после всех расходов остается внушительная прибыль, которая делает агентство весьма богатым.

Контракт с господином Со на частную финансовую поддержку, к слову, закончился после выпуска альбома Mystery Lover. Тогда стало понятно, что агентству больше не нужны внешние инвестиции. Правда, скоро эта свобода может исчезнуть, ведь планируется выход New Wave на IPO.

Но сейчас директора, получается, едва услышав словосочетание «смешанная группа», тут же решили, что можно рискнуть и попробовать оседлать волну популярности этого направления. За последнее время дебютировало несколько смешанных групп, но популярной стала только одна. Удастся ли группе New Wave добиться успеха – тот еще вопрос.

– Идея с юмористической подачей им тоже нравится, – добавила Минсо. – Шанс не упустить Мухёна и Мину воодушевил их окончательно. Но ты ведь понимаешь, что Бэкан и Дэхви без тебя стилистику «Мартовского кота» не выдержат?

Хару от удивления открыл – и тут же закрыл рот. Об этом он не подумал.

– Фактически, это тоже твоя группа, – со смешком добавила Минсо. – С визуалом вызвалась помочь госпожа Ли, ты ее знаешь.

– Работает над YouTube-контентом, – сразу вспомнил Хару.

Госпожу Ли сложно забыть, она маленькая, пухленькая, подвижная и веселая. Всегда очень «вкусно» рассказывает о том, чем они будут заниматься во время съемок роликов на You Tube, умеет заражать своими идеями. В агентстве она относительно недавно, чуть больше года, до этого продюсировала корейских блогеров. Нигде этому не училась специально, начинала с помощницы блогера, потом начала писать сценарии, придумывать темы роликов. В итоге ее заметила Минсо и переманила к себе на более стабильную работу.

– Но часть работы для смешанной группы придется отдавать на аутсорс. Возможно, со временем мы увеличим количество персонала, но… пока это кажется финансово невыгодным, – сказала Минсо.

Хару понимающе кивнул и добавил:

– Это, может быть, и к лучшему. Все группы New Wave… ну, достаточно пафосные. Да, «ромашки» и будущая мужская группа это как будто молодые люди по соседству, веселые и жизнерадостные, но… все равно всё очень красиво, немного вычурно, даже… как бы так сказать? Прилизано?

Минсо улыбнулась:

– Поняла тебя. Да, думаю, ты прав. Люди на аутсорсе сделают все немного не так, как у вас.

– А самим потенциальным участникам смешанной группы уже сообщили? – спросил Хару. – Все же… им может не понравится идея.

– Так, чтобы напрямую – нет, не сообщали. Но с девочками на прошлой неделе беседовала госпожа Хван, аккуратно прощупывала обстановку. Они хотели бы дебютировать вместе и единственное, что их пугает в потенциальном дебюте – излишняя сексуализация образов. В том, что Мухён согласится, я уверена.

– Я тоже, – кивнул Хару, – Он, как мне кажется, понимает, что не вписывается в коллектив трейни, но очень хочет продолжить выступать.

Минсо согласно кивнула. Про Ичана она ничего не сказала. Видимо, именно с ним могут быть проблемы. Хотя… он стажируется уже сколько? Два? Три года? Если не ушел, значит, хочет дебютировать. Вряд ли будет капризничать из-за концепта.

– И о трейни для мальчишеской группы, – продолжила Минсо, – Возможно, не придется выбирать. Если мы забираем Мухёна и Ичана, парней остается десять, что всё еще больше, чем нужно. Но сегодня утром приходили родители самого младшего участника. Они против его дебюта, считают сына слишком маленьким и не готовым к серьезной работе. Они надеялись, что он будет стажироваться еще пару лет.

– Ему, вроде, четырнадцать? – уточнил Хару.

– Да, – кивнула Минсо. – Это не самый юный возраст для дебюта, но родители не подпишут контракт, так что… сегодня у трейни было много слез.

– Мальчишка, разумеется, с мнением родителей не был согласен? – огорченно уточнил Хару.

Минсо грустно кивнула.

Для мальчика это действительно могло быть трагедией, но Хару понимал его близких. Он, скорее, не мог согласиться с родителями, которые видят уровень загруженности детей и при этом продолжают настаивать на дебюте.

– Значит, их осталось девять, – понял Хару.

– Восемь было бы лучше, – осторожно сказала Минсо, – Но мы решили не отсеивать одного.

Хару с улыбкой вздохнул:

– Как камень с души упал.

Минсо тихо засмеялась:

– У меня, если честно, тоже. Это все еще может обернуться проблемами, но…

– Я думаю, Кибом более жесткий лидер, чем я, – сказал Хару. – Хотя сложно поверить, глядя на этого улыбчивого и доброжелательного парня.

Минсо тоже кивнула:

– Да, в работе он требователен.

Кибом был строг в оценке работы трейни, причем даже старших участников не страшился. Он указывал на ошибки, требовал дисциплины во время тренировок и быстро решал все мелкие конфликты. Крупных конфликтов у трейни не было, как минимум, перед камерой. Была надежда, что Кибому удастся удержать пацанов от крупных скандалов. Да и New Wave уже научены горьким опытом: теперь у всех айдолов свободы меньше, чем было у Black Thorn сразу после дебюта.

– Раз уж я здесь, – сощурился Хару, – А что с нашей группой? Кто-то ведь должен дебютировать сольно, получается…

– Корейский дебют Шэню не особо нужен, – сказала Минсо. – Сейчас я веду переговоры со своим знакомым в США. Возможно, Шэнь дебютирует с англоязычной песней, корейское промо будет минимально. По-хорошему, надо было бы дебютировать тебе… Но у тебя съемки в дораме, плюс ты будешь заниматься уже двумя группами… не получится подготовить качественный материал. Поэтому у нас есть идея дебюта юнита Ноа и Сухёна.

Хару удивленно посмотрел на Минсо:

– Ноа и Сухён? – переспросил он. – Звучит максимально неожиданно.

– Запасной вариант – отказ от англоязычного дебюта Шэня в пользу дебюта танцевального юнита, то есть – Шэнь, Сай и Юнбин. Но Ноа и Сухён удобнее. Песни для них можно взять у Пэгун или других сонграйтеров – выбрать красивые баллады, разделить их на два голоса. Для вокалистов это будет возможностью проявить себя.

– Баллады смогут стать популярны? – уточнил Хару.

– Групповые баллады ведь популярны, – хмыкнула Минсо. – Это лишь идея, мы пока ничего не готовили. Сам им скажешь?

– Ну, промолчать теперь я не смогу, – хохотнул Хару, – Но вы ведь тоже с ними будете говорить об этом?

Минсо кивнула:

– Разумеется. В среду планировали обсуждать все, что вы будете делать во время съемок Тэюна… И вообще, я не закончила разговор о твоих группах. Аналитики подготовили названия. То, что нам кажется наиболее удачным, выделено рамкой.

Она протянула Хару несколько листов формата А4, он с любопытством посмотрел, что там. Это просто названия в столбик, какие-то зачеркнуты маркером, какие-то обведены рамкой. На первом листе был перечень названий для смешанной группы, что удивительно, поскольку нет еще ни концепции, ни визуала, только одна песня и предполагаемый состав. Хару посмотрел на верхнее, выделенное название и не смог сдержать улыбки:

– Tiger Lily. Интересно звучит.

– Это название было в списке возможных для мужской группы. Но смешанной группе оно подходит больше, – пояснила Минсо.

Тигровая лилия – достаточно известный цветок. Не все его знают, разумеется, но этот вид лилии «тигровой» называют во многих странах. Цветок запоминающийся, яркий, он станет неплохим визуальным кодом для группы. Но главное, конечно, это само сочетание слов «тигр» и «лилия», в нем есть смешение агрессии и нежности, мужского и женского. Хороший выбор для смешанной группы.

– Мне нравится, – уверенно сказал Хару.

Остальные название он просто быстро пробежал глазами, но его ничего не зацепило. Взял в руки второй лист, здесь названий было уже в разы больше. Первым стояло «Morning Glory», но его зачеркнули.

– Morning Glory? – хохотнул Хару. – Кто додумался дать такое название мужской группе?

– Тот, кто плохо знает английский, – буркнула Минсо. – На совещании мне объяснили, что это очень удачное название, ведь это цветок, который в некоторых странах считается почти сорняком, он зацветает рано утром, плюс дословный перевод – утренняя слава – подходит группе… про сленг они ничего не знали.

Хару снова хихикнул. Утренняя слава – это дословный перевод. Но в английском так называют еще и утреннюю эрекцию. Идеальное название для группы мальчиков-подростков, конечно.

Рамкой было выделено название «Golden Clover».

– «Клевер» – потому, что это растение считается практически сорняком, а «золотой» – потому, что они вовсе не обычные сорняки? – уточнил Хару.

– Еще потому, что «золотым» характиризуют высокие достижения, – добавила Минсо.

Хару кивнул:

– Не вижу ничего плохого. Я бы такое не придумал. Вообще не знал, как назвать группы, если честно. Рад, что всё это сделали за меня.

Минсо не стала ничего отвечать, только улыбнулась и протянула пластиковую папку, плотно набитую бумагами.

– Здесь часть материала, который обсуждали сегодня. Было бы лучше, конечно, если бы ты присутствовал лично, но, раз не получилось, посмотришь все сам. Следующее собрание в четверг.

– Хорошо, – кивнул Хару.

На этом собрании он отсутствовал из-за встречи с продюсером и режиссером дорамы. Встречу назначили в пятницу, решить этот вопрос нужно было как можно скорее, так что… В общем, он пропустил первое серьезное обсуждение группы, концепт которой сам же и придумал.

– Завтра, получается, парни-трейни узнают и состав, и название группы? – с улыбкой уточнил Хару.

– Да. И тогда же я официально объявлю, что ты входишь в продюсерский состав, – добавила Минсо. – А то они уже начали задавать вопросы.

Хару кивнул. Он задумчиво прикинул толщину папки – да, там много материала. И до четверга нужно все посмотреть… А на следующей неделе – читка сценария дорамы, тоже нужно подготовиться. И альбомы готовить нужно. Дел по горло, получается.

– Это всё? – уточнил он у Минсо. – Я могу идти… изучать материал?

– Да, конечно, – кивнула Минсо. – Хорошего вечера.

Хару встал и поклонился. Сначала он, разумеется, расскажет своей группе о планах агентства. А материалы оставит на поздний вечер. Или на утро – там видно будет.

* * *

Сообщение в крупном сообществе Black Thorn

Не подтверждено!

Тэюн, Хару и актриса Ли Шион (снималась в дораме Мой любимый враг) сыграют главные роли в дораме Netflix. Причем пока не известно ни название дорамы, ни жанр, ни время выхода.

* Если они оба снимаются, то будут оба влюблены в одну девушку?

** Мы не знаем, какой жанр у дорамы. Это может быть и не романтика. Вдруг это какой-нибудь хоррор?

*** Вампир-Хару и оборотень-Тэюн хотят съесть одну девушку? Такой хоррор?

**** Ахаха, это лучшая версия!

* Неужели мы снова увидим Тэюна-актера? Я так рада. Со своей прошлой ролью он превосходно справился…

** Да, он очень классно сыграл. У Хару в той дораме была совсем крошечная роль, но я была рада, что они оба там снялись. И теперь они снова вместе.

*** Не знаю, меня немного огорчает, что Хару постоянно с Тэюном. Это ведь Тэюн учится на театральном и мечтает играть в кино, почему Хару вечно с ним?

**** Тэюн сам рассказывал, что прошлую роль получил благодаря Хару – именно он его посоветовал режиссеру. Вы не думали, что это продюсеры дорам хотят Хару? Он очень популярен, не забывайте об этом.

***** Об этом сложно забыть, ведь он практически повсюду.

* Давайте вместе помолимся, чтобы герои Хару и Тэюна были друзьями.

** Согласна! Дорама, где они играют лучших друзей, была бы лучшим подарком для роуз.

* * *

Сообщение на корейском форуме

Кажется, New Wave начали готовить дебют мужской группы. Недавно проходил шоукейс, в нем участвовали двенадцать мальчиков. Возможно, их число сократится. Но, скорее всего, группа OMF не продлила контракт именно из-за того, что New Wave забрали Мухёна для своей новой группы.

* Жаль, что New Wave оказались настолько жадными. OMF были моей ульт-группой, они лучшие.

** Не думаю, что это было из жадности. У New Wave все в порядке с финансами, у них есть Black Thorn.

*** А кто, если не они? Агентство OMF пыталось продлить контракты с участниками, но кто-то отказался. Первые слухи о дебюте касаются именно Мухёна, все остальные бывшие участники группы пока сидят тихо.

**** Из ZB1 ушло четыре человека, но их прежний коллектив все равно продолжил существовать. Мухён, конечно, пользовался большой популярностью, но не тащил на себе всю популярность группы. Даже если New Wave забрали Мухёна – почему его прежняя группа не продолжила свое существование в составе девяти человек?

***** На форуме писали, что уйти хотели четверо, включая Мухёна. Скорее всего, если бы ушли трое, а он остался, OMF бы не закрыли. Я не вижу причин оставаться в агентстве, про которое постоянно ходят слухи о плохом обращении с трейни, когда ты можешь вернуться в свое, где стафф гораздо приятнее.

****** Согласна! Жаль OMF, но счастье артистов мне дороже.

******* Счастье дороже… Посмотрим, сможет ли хоть кто-то из мальчиков добиться хотя бы четверти популярности OMF. А Мухён вообще уже старый для повторного дебюта. Не удивлюсь, если его не возьмут в группу New Wave.