Текст книги "Карта короля (СИ)"

Автор книги: Оксана Кас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)

Dream4u: Почему все заметили только слезы? Вы вообще видели, как профессионально он работает в студии? Он все внимательно слушал, предлагал что-то улучшить, постоянно переписывал свои партии. Я видела немало бекстейджев, там обычно вокалисты просто поют, а не работают над песней наравне с продюсером. Хару же был практически создателем финального звучания песни.

LadyFyFy: Да! Полностью согласна! Просто его слезы немного отвлекают, но он вел себя очень профессионально.

DayByDay: И так мило переживал на стриме, что момент со слезами отказались вырезать…

HProtector-7: Знаете, что еще я заметила? У него на видео короткие волосы. Саундтрек записывали как минимум в январе.

PuffKitty: Точно! И как я раньше не заметил? Действительно – волосы заметно короче, чем сейчас. Хару – невероятен. Его позвали записывать саундтрек еще до того, как он официально дебютировал…

Dream4u: Песня нравится многим, она дебютировала в сотне Melon, хотя даже не является основным саундтреком к дораме! Да и дорама еще не начала выходить. Все, к чему прикасается Хару, становится популярным, даже простенькая песня для дорамы.

LadyFyFy: Полностью согласна! Без него песня бы наверняка осталась незамеченной, голос Хару создал хит.

* * *

Все тот же форум:

PuffKitty: Я с вестями из торгового центра. Бутик Calvin Klein прямо напротив моего рабочего места, сегодня они заменили плакаты на входе, теперь там новая реклама с Хару. Смотрится просто невероятно. Возможно, кто-то меня осудит, но мое мнение таково: девушка там совсем не лишняя. Они вместе смотрятся просто невероятно, я смотрю на эти плакаты и у меня столько мыслей в голове… знаете, вот это ощущение парочки из аниме – весна, первая любовь, им суждено быть вместе, но парень сопротивляется. Мне очень легко представить себя на месте этой девчонки, потому что я бы смотрела на него так же, как она… разве что выглядела бы не так хорошо.

DayByDay: Мне тоже понравилась реклама. Она очень интересна с точки зрения особенностей бренда. Многие знают, что в США у этого бренда очень дерзкая реклама, были фотосессии с полуобнаженными парнями, когда нет ничего, кроме джинс. И там нередко были именно парочки. Горячие парочки. В Азии не делали такую рекламу, для нас полураздетые люди на афишах – слишком шокирующе. И меня безумно умиляет, что в итоге они сделали парную фотосессию, но абсолютно в азиатском стиле. У нас ведь не мечтают о страстном романе, больше ностальгируют о первой любви. И они сделали именно такую концепцию – милую, немного наивную, очень светлую и искреннюю. Получилось очень красиво.

CoraCore: Я разрываюсь на части. Реклама красивая. Но красивая девушка рядом с Хару меня немного раздражает… Я не делулу! Но я не была морально готова к такому.

PuffKitty: Ты не была готова к такому после клипа на Perfect love story? Без наезда, но я правда не понимаю, как девчонка, которая просто держит Хару за руку, может шокировать больше, чем французский поцелуй со знаменитой актрисой?

CoraCore: С актрисой целовались многие, а эту девушку я впервые вижу. Вдруг у нее с Хару что-то есть? Слышала, что она из агентства New Wave…

DayByDay: Лично я для себя выбираю верить Хару. Он бы не стал врать, как мне кажется. Если бы он не хотел отвечать на вопрос об отношениях – он бы не ответил. Мог бы выкрутиться, ответить витиевато, но он дал четкий ответ: ему сейчас не до этого. И я охотно в это верю, учитывая, сколько он работает.

Глава 29
Самоирония

Номера для фанмитинга постепенно приобретали четкость. Группой репетировали каждый день, много интересного придумывали, смеялись. В отличие от шоу и дебютных песен, где креативный отдел контролировал почти все, здесь была возможность немного сходить с ума. В итоге они выбрали еще две песни на английском. Попсовую «Uptown funk» Роун обещал частично перевести на корейский, а вот хит группы KISS «I was made for loving you» они будут исполнять на английском, выйдя в зал. Идея родилась у Тэюна – он сказал, что было бы прикольно петь какую-нибудь песню о любви, фланируя по залу и обращаясь как будто к определенным фанаткам, глаза в глаза. Идея довести фанаток до обморока показалась всем гениальной.

Получалось что-то действительно в стиле старого рока – немного двусмысленное, очень яркое, совсем не похожее на современный, более брутальный рок. Но от этого становилось только веселее.

«Брутально» Хару записал каверы на Арию. Получилось далеко не с одного дубля, да и те два окончательных варианта были исключительно удачей. Потому что Роун все же собрал в студии группу – подключил и Ынсоля, и еще одного мужчину. Играли расслабленно, сидя на табуретах, прямо в студии, где были все нужные инструменты. Менеджер Пён, причем, все записывал на камеру и в финальный вариант попал кусочек бекстейджа, где Хару немного слишком эмоционально возмущался поступком Роуна – он-то хотел просто записать пение на русском под гитару, а не вот это вот все. Как итог – Хару сидит в студии с тремя мужчинами, которые ему в отцы годятся, все вместе немного неловко вспоминают «куда вообще жамкать». Они очень давно не играли соло, а тут еще и нужно как-то сработаться… Три часа в студии ради двух удачных дублей – один на русском, второй на корейском.

– Было весело, – улыбался во весь рот Роун.

Хару смотрел на него, как на сумасшедшего. Ему весело не было. Он просто стеснялся сказать все, что по этому поводу думает. Из-за этого Ынсоль и барабанщик потешались уже над Роуном. Хару из студии практически сбежал, пообещав себе, что больше никогда не будет обращаться к Роуну с такими просьбами.

Но еще больше смущался Хару во время записи выпуска по «Бойцовскому клубу». Все присутствующие – исключительно мужчины. Хару – самый младший. А книга… мало того, что 18+, так еще и темы в ней поднимаются такие, о которых редко говорят в корейском обществе. И Бохён – корейский рэпер – часто подкалывал Хару. Не зло, а именно по-доброму, но чувствительно. С одной стороны – шоу прошло в крайне веселой атмосфере, участники постоянно смеялись. С другой – Хару часто смущался. Даже при том, что шутки Бохёна не были злыми, он даже выставлял Хару в наиболее выигрышном свете, но это все равно немного напрягало.

После записи Бохён подошел к Хару:

– Прости, если я немного переборщил.

– Ничего, – улыбнулся Хару, – Главное, что шоу получилось хорошим.

– Значит, без обид? – сощурился Бохён.

Хару кивнул:

– Без обид.

– Но съемок с тобой он теперь будет избегать! – расхохотался проходящий мимо Ким Ухёк.

Хару мило улыбнулся в ответ, как бы подтверждая эти слова. Бохён начал новый круг извинений, который не сразу удалось прекратить.

Но выпуск точно получился очень веселым, так что на Бохёна Хару не обижался. Да и вообще, шутки такого типа абсолютно нормальны для жителей Кореи, вряд ли кто-то увидел бы в них какую-то проблему.

Съемки закончились в четыре. В начале шестого Хару уже был дома с небольшой сумкой – у него выходные до понедельника, так что можно пожить в семье.

Бабуля нажарила рыбы, а на завтрак обещала сварить его любимый суп из водорослей. Мама вернулась с работы практически сразу после прихода Хару. Все вместе сели за низкий столик в гостиной и включили телевизор. Будут смотреть выпуск «Книжной симфонии» с обсуждением «Мастера и Маргариты».

– Ты сильно волнуешься, – заметила мама еще до того, как шоу началось.

– Это… важно для меня, – осторожно сказал Хару, – От успеха этого эпизода зависит – будут ли меня звать в другие шоу подобного формата, да и вообще – как меня будут воспринимать. Очень уж не хочется быть просто поющим красавчиком.

– Тебя и так считают умным, – заметила мама, улыбаясь.

– Твой прямой эфир был очень удачным, даже демонстрация нижнего белья его не испортила, – заметила бабуля, выставляя на стол два последних блюда с закусками.

– Вы его смотрели? – в ужасе спросил Хару.

– Конечно, – немного удивленно ответил дедушка. – Мы смотрим все эфиры, где ты участвуешь… некоторые программы даются тяжело, не спорю…

– Но не оценить работу внука мы не можем, – добавила бабуля, – Приятного аппетита!

Хару тут же цапнул с общей тарелки кусочек жареной рыбы. Вкусно, как и всегда.

– Я надеялся, что часть моего позора осталась незамеченной, – печально вздохнул Хару.

– Нет там ничего позорного, – возразил дедуля. – Некоторые шоу… сложно назвать хорошими, но ты в них выглядел достойно.

– Нет ничего позорного в том, что ты хорошо делаешь свою работу, – добавила мама. – Позорно сидеть дома, потому что «нет подходящей работы».

Хару немного недоумевающе посмотрел на маму, и та рассказала ему банальную, но при этом правдивую историю о том, что сейчас происходит у одной ее коллеги. Разумеется, такое случается постоянно, причем не только в Корее. В любой стране находятся родители, которые будут содержать своих повзрослевших детей, которые никак не могут никуда устроиться. В Корее это не считается чем-то ужасным. Найти хорошую работу – сложно. Нередко дети после университета по несколько лет вынуждены искать себе приличное место. Обычно в таких случаях они помогают по хозяйству или устраиваются на временную работу, если это возможно. Но чаще ходят на стажировку в разные компании, надеясь устроиться работать хотя бы по контракту. Что на временной подработке, что на стажировке много не заработаешь, поэтому дети продолжают фактически сидеть на шее у родителей. И это – практически норма. Но случаются и немного другие ситуации.

– Он уже три года сидит дома и даже не стажировку не ходит! – возмущалась мама. – Ему предлагали выйти к нам грузчиком, неофициально. У нас не особо-то тяжелые коробки, примерно пять-восемь килограмм каждая, для парня перетаскать их в грузовик – не проблема. Но он сказал, что ему нельзя, можно надорваться… И его мать все еще его защищает!

Бабуля удивленно качала головой. Стоит отдать должное – отец Хару никогда не сидел безработным на шее у родителей. Он всегда работал, всегда приносил свою зарплату в дом. Просто потом выносил еще больше из-за своей зависимости. Мама тоже никогда без дела не сидела, хотя как раз ее, насколько Хару знает, никто на работу не гнал. В семье Нам вообще-то женщины всегда занимались хозяйством, просто мама Хару справедливо решила, что с таким мужем второй источник дохода лишним не будет.

И все же Хару этот разговор показался чуточку лицемерным: осуждают незнакомую женщину за то, что та терпит сына-лоботряса, когда сами покрывали огромные долги собственного недотепы. Но вслух этого говорить не стал. Да и программа уже началась.

Хару, казалось бы, должен был уже привыкнуть видеть себя на экране, но все равно это ощущалось немного неловко. Даже в культурно-развлекательном шоу сделали акцент на его внешности. Меньше, конечно, чем в шоу для айдолов, где вокруг Хару только что иллюзорные бабочки не порхали, но некоторые моменты считывались именно как бессмысленный акцент на его лице – кто-то другой говорит, а показывают Хару. Впрочем, к этому Хару был готов. Глупо ожидать иного в стране, где лукизм – часть национальной культуры.

Из шоу, конечно, вырезали некоторые моменты – нужно же было уложиться в хронометраж, – но это были наименее важные эпизоды. Получилось интересно, динамично… и Хару реально в какой-то момент был немного похож на школьного «ботаника». Единственное, что немного обрезали из «интересного» – чуть-чуть подсократили обсуждение корейского издания книги. Реакцию Чу Хёнсоба на книгу Хару убрали, оставили лишь голые факты –то, что у Хару «редакторский» экземпляр.

– По твоим рассказам, на рассказе о том, что у тебя редкое издание книги, делали больший акцент, чем я увидел сегодня, – заметил дедуля.

– Так и было. Но на монтаже кое-что подсократили, плюс так выбирали ракурсы во время разговора, что теперь это кажется чем-то не особенно важным, – сказал Хару. – Думаю, за это мне стоит благодарить Чу Хёнсоба.

Дедуля понимающе кивнул.

Они немного поговорили о книге. Мама, оказывается, тоже прочитала «Мастера и Маргариту», просто совсем недавно. В декабре Хару попросил ее отказаться хотя бы от подработок, так что у нее появилось немало свободного времени, ведь практически весь быт ведет бабуля. И мама начала читать, причем весьма активно – по одной-две книги за неделю. Хару пообещал себе принести из общежития те книги, которые уже прочел. Или купить ей электронную «читалку»?

В субботу утром мама поехала за Хансу. Тот, конечно, мог бы и сам добраться, но всем пока тревожно было отпускать ребенка одного.

Хару пришла первая выплата за контракт с Calvin Klein, он положил большую часть на жилищный депозит, а остальное оставил на текущие траты, твердо решив, что нужно купить новую одежду для близких.

Он ведь нормально зарабатывает. С питанием в семье стало гораздо лучше. Теперь бабушка регулярно покупает на рынке свежие фрукты, которые раньше казались слишком дорогими. Берет разное мясо, а не только относительно дешевую курицу. Да даже маринованных закусок в холодильнике стало в разы больше. Хару настоял на покупке для дома дополнительных обогревателей, чтобы можно было спать в комнатах, а не собираться вместе на первом этаже в самые холодные ночи. Двери еще поменяли на более крепкие и с кодовым замком.

Одежда – тоже важная потребность для семьи. Пока у Хару не было достаточно денег на оплату всего времени обучения Хансу в школе, он боялся тратить много. А сейчас решил приодеть всех родственников. Из-за этого на блошиный рынок поехали уже втроем.

В выходной день было больше покупателей, но и продавцов вышло больше. Несколько улиц были полностью забитыми самым разным хламом, нередко было сложно понять – что какому продавцу принадлежит. Находок уровня сумки Chanel и винтажной лампы Tiffany сегодня не было, но Хару отыскал немало интересных вещей. Серебряные кольца по цене хорошей бижутерии – отдаст Сольги. Мужское пальто из кашемира – для дедушки. Все остальное сложно назвать удачей, потому что там продавцы знали, что продают, так что и цены были не такими уж низкими. Три пары брюк для дедушки, кардиганы себе и бабуле, ворох футболок из супермягкого трикотажа.

Бабуля все повторяла, что Хару – настоящий счастливчик. Хару поверил в это позже. Они шли к такси, это было уже чуть в стороне от основных рядов с более-менее профессиональными продавцами. Остановилась машина. Мужчина лет тридцати-сорока вынес несколько коробок из багажника. Хару заинтересовано подошел.

– Отец умер, хочу быстро распродать его старую одежду, – охотно пояснил тот. – Что не продам сегодня – отдам торгашам.

Хару понимающе кивнул. Торгаши – это «профессиональные» продавцы блошиного рынка. Они собирают вещи, приводят их в относительный порядок и продают. Скупают, разумеется, как можно дешевле.

Хару открыл одну из небольших коробок.

– Часы не ходят, – поспешно сказал мужчина и поспешил дальше вытаскивать коробки из машины.

Хару задумчиво вытащил наручные часы. Повертел в руках. Сзади – гравировка с именем, но не корейским, какой-то «Robert Swan». К Хару подошел дедушка.

– Это то, что я думаю? – тихо спросил Хару.

– Механика, – кивнул дедуля. – И фирма дорогая. Ну-ка подведи, только совсем чуть-чуть.

Хару кивнул и немного повернул колесико. Часы пошли. До чего дошел прогресс – люди уже не знают, что часы нужно подводить. И мужчина вроде не такой уж молодой. Немного кольнула совесть – часы точно дороже, чем Хару сейчас за них заплатит… но, с другой стороны – не такой уж хороший сын этот мужчина, раз столь спокойно распродает отцовские вещи. Бедным он не выглядит. Хару отодвинул колесико завода, чтобы часы встали и спросил у мужчины цену. Десять тысяч вон.

– Они красивые, но бесполезные. Если почините – будут хорошо на руке смотреться.

Хару с дедулей переглянулись, дедушка со вздохом подтянул рукава своей куртки, и они начали ковыряться в коробках. Часы были самой дорогой находкой, но обнаружились еще запонки – аж четыре пары, причем некоторые были, кажется, золотыми. И несколько выходных костюмов, очень старых, с желтоватыми пятнами на подкладе и разошедшимися швами. Тут дедуля уже не выдержал:

– За пять тысяч вон отдаете такой костюм? Тут даже бирка есть – Armani.

– Он рваный, в пятнах, – пожал плечами мужчина. – Да и для меня все это слишком свободно, мой отец был и выше меня, и в плечах шире.

– Простите за бестактный вопрос, но кем был ваш отец? – уточнил дедушка, – Столько костюмов…

– Он владел казино, пока их не запретили. Разорился. Мы с мамой от него ушли, так что особой связи с ним не было.

Хару задумчиво посмотрел на мужчину. Он достаточно привлекательный. Воображение тут же нарисовало семейную историю. Владелец казино женится на красивой, но не очень умной девушке, у них рождается сын, потом принимают закон об ограничении игорного бизнеса. После этого большая часть небольших казино разорились, построить новый бизнес смогли далеко не все. А еще у вещей в коробках был легкий налет вопиющей роскоши. Те же костюмы Armani, например, очень любили бандиты. А рубашки Versace? В Корее бандиты до сих пор носят эти шелковые рубашки с очень ярким, цыганским принтом. Скорее всего, стартовый капитал на свое казино бывший владелец всего этого заработал не совсем честным трудом. Но сын у него получился недалеким – даже не попытался привести в порядок брендовую одежду, предпочитая продать ее за копейки, но побыстрее.

Общий улов – пять костюмов (три из них – Armani), одна белая рубашка (она вряд ли отстирается, но перламутровые пуговицы стоят дороже пяти тысяч вон), часы, четыре пары запонок, два зажима для галстука, зажигалка, каменное колечко (скорее всего – нефрит).

– Вы все это сразу возьмете? – удивился мужчина. – Это сто тысяч вон получается! Как хорошо, уже не зря приехал!

Хару окончательно уверился, что мужчина – идиот. Протянул ему купюры, сложил одежду в пакеты, и они ушли. В общей горе непроданных вещей осталось несколько костюмов, которые кто-то сможет купить, плюс те самые шелковые рубашки от Versace. Но, скорее всего, мужчина сдаст их барахольщикам оптом, потому что абсолютно все предметы одежды нуждаются в реставрации. Пожалуй, если бы мама и бабушка не умели шить, привести в порядок эти костюмы тоже было бы сложно. Чтобы такие вещи хорошо выглядели, их нужно носить, ухаживать за ними. Долгое хранение в шкафу не пойдет им на пользу. Но сама ткань, пошив, вся фурнитура – качество старого люкса и рядом не стоит с нынешним.

– А я говорила – Хару везет, – уверенно сказала бабуля. – Что за часы?

– Longines, – ответил дедушка. – Вряд ли коллекционная модель, но сама фирма очень дорогая. Как-то даже неудобно было забирать их за десять тысяч вон.

– Вот еще! – возмутилась бабуля. – Мужчина этот даже не пытался как-то сохранить память об отце. Да и дорогие костюмы просто отдал, не попытался хотя бы в химчистку отдать. Он хотел побыстрее получить деньги – он этого добился. Костюмы тебе мама Хару перешьет. Ткань – изумительная. А пуговицы на рубашке? Да натуральный перламутр на мужских сорочках уже лет двадцать не используют…

Глава 30
Правильный образ

После блошиного рынка решили поехать домой, потому что все проголодались. Бабушка с мамой убежали на кухню, готовить горячее, Хансу сидел на полу и играл с Куки, взяв купленную палочку – дразнился. Куки был в восторге – носился вокруг Хансу, прыгал, смешно фырчал, забавно пинал пойманную игрушку задними лапами.

Хару же рассеянно разглядывал обстановку дома. И она его не радовала.

На самом деле, его начала бесить и его комната в общежитии. Ему приходится постоянно существовать в этих бесцветных интерьерах – белые стены, мебель под светлое дерево, немаркая обивка диванов. Так оформлены почти все комнаты ожидания на телестудиях, такой интерьер и в их общежитии – стерильно, безлико, из-за этого как-то холодно. Хару всерьез планировал немного изменить свою комнату, насколько это вообще возможно – купить покрывало, ковер, какие-нибудь картины, можно еще кресло подобрать яркое. А то пока его радует только лампа с барахолки, хотя сейчас в его комнате она выглядит даже немного неуместно.

Но в общежитии хотя бы свежий ремонт и новая мебель. А дома ощущается эта атмосфера «благородного упадка». Благородного – потому что бабуля пытается как-то все привести в порядок, но сражение со временем выигрывает только старая мебель, которая качеством получше современной. Диван и низкий столик в гостиной в очень хорошем состоянии. А вот книжная полка покупалась позднее, поэтому и выцвела, и кое-где на углах начало отходить покрытие. Обои достаточно дешевые. Бабушка с дедушкой всё старше, делать ремонт в этом доме они уже не смогут, да и… Хару не видел в этом смысла. Им нужно переезжать. Но цены на недвижимость такие высокие… впору самому начать бегать по брендам и предлагать себя в качестве рекламного лица: «Я хорошо работаю, честно-честно, только заплатите нормально!».

Рекламировать можно только один бренд в определенной категории. У Хару есть контракт на два года с брендом одежды мидл-сегмента, на один год с прописанной возможностью продления – с брендами уходовой косметики и кофе, плюс годовой – с банком. Еще Хару снимался в рекламе газировки, контракт действителен до апреля, а рекламу мороженого они делают всей группой, она до декабря. Что там остается? Люксовые бренды одежды и ювелирки – это очень «жирно», Хару до такого пока не дорос. Бренд спортивной одежды? Mizuno заказывали рекламу в инсте, были очень довольны сотрудничеством, но потом пропали. Подстегнуть кого-то другого? Еще бы знать – как… Кроме спортивной одежды остается еще декоративная косметика, но тут шансы малы. Парни, конечно, уже начали рекламировать блески для губ и разные средства для маскировки несовершенств кожи, но это совсем не в стиле Хару, так что такой контракт у него вряд ли когда-нибудь появится. Из категории больших заработков остается только электроника, но тут та же проблема, что и с люксовыми брендами – Хару пока «не дорос». Остаются только продукты питания. Но Хару не мог представить, что нужно делать, чтобы рекламодатели захотели с ним работать. Он и так на хайпе, куда уж больше-то?

Поэтому он, немного неожиданно даже для самого себя, задал вопрос дедушке:

– Как привлечь внимание рекламодателей?

– Как привлечь внимание рекламодателей? – удивленно повторил дедушка, – У тебя вроде и так хватает работы, зачем еще?

Хару смущенно улыбнулся:

– Хочу больше зарабатывать.

Дедушка молчал где-то минуту. Он очень внимательно рассматривал Хару, из-за чего тому даже начало казаться, что он сказал что-то не то.

– Ты слишком много на себя берешь, – вздохнул дедушка. – И так работы хватает… Я надеялся, что после дебюта ты немного успокоишься, будешь больше следить за балансом работы и отдыха.

– Ты же знаешь, что такое зона комфорта? – уточнил Хару.

Он не был уверен, что дедушка в курсе этого новомодного понятия, но дедуля утвердительно кивнул. Хару продолжил:

– Есть такая шутка: чтобы выйти из зоны комфортно, нужно сначала в нее войти. Ну так вот, моя зона комфорта еще недостаточно комфортна. В сентябре продвижение группы ставится на паузу, потому что мы с Тэюном и Юнбином будем готовиться к сдаче экзаменов. А через год начнутся занятия в университете, которые уже не получится прогуливать так же часто, как школу. До этого момента я хочу заработать как можно больше – чтобы и на мое обучение хватило, и на образование Хансу как минимум до второго курса университета, и на жилье, и на все текущие расходы. Без этого… я не могу чувствовать себя спокойно.

Про себя Хару подумал, что вообще не чувствует себя спокойно из-за отца. Тот вроде ведет себя тихо, но это не значит, что он больше никогда не сорвется. И Хару не уверен, что сможет отказать ему в помощи… точнее – что сможет отказать маме. А она точно будет просить за мужа. Поэтому Хару и старался обезопасить деньги депозитами, чтобы снять наличку было просто невозможно.

– Хорошо, я понял, – кивнул дедушка. – На самом деле, в этом вопросе я не особо силен… Но все написано в том отчете, который тебе передала Сон Анки.

Хару недоумевающе нахмурился:

– Все написано?

– Продвижение через образ жизни, – пояснил дедушка. – Это – лучшая стратегия развития для публичной личности. Если ты живешь так, как хотели бы жить другие, ты создаешь картинку, которая привлекает бренды. Они как будто обещают: купи нашу футболку – и тоже сможешь вставать в шесть утра. Это то, что сделал бренд кофе, к слову: они в твоей рекламе продавали не кофе, а атмосферу утра, где кофе был важной деталью. Придумай, как показать картинку, куда прекрасно встраивается реклама бренда – и ты получишь эту рекламу. Возможно, не сразу, но это точно увеличит твои шансы.

Хару удивленно откинулся на спинку дивана.

– Ты можешь снять видеоблог, – сказал Хансу, отвлекаясь от игры с Куки, – Так делают блогеры – один день из жизни. Айдолы тоже вроде снимают подобное, но обычно выбирают какие-то особенные даты, а ты можешь снять самый обычный день, где много тренировок, репетиций, рутины. Если тебе разрешат, конечно.

– Ого… А это идея, – удивленно выдохнул Хару.

Хансу широко улыбнулся и вернулся к игре. Хару начал обдумывать, как это можно провернуть: взять камеру у менеджера Квон, записывать все, что делает… или лучше попросить помощи у агентства и тогда менеджер Квон сам будет ходить за Хару и все записывать… Нужно посоветоваться. Делать контент для YouTube-канала ему, скорее всего, разрешат. Ноа недавно согласовал свое «мини-шоу», где будет с мемберами обсуждать любимые песни и потом дуэтом что-то исполнять, планируется шесть выпусков, Хару в очереди последний. Уже даже начали разрабатывать дизайн съемочной площадки для Ноа – оформят одну из комнат для вокальных практик. А Шэнь и Юнбин хотят вместе ходить на частные хореографические мастер-классы по принципу «один урок – один стиль», но там пока все на этапе предварительных обсуждений. Если Хару попросит – ему наверняка помогут записать блог. Только нужно придумать примерный сценарий, чтобы это было правдой, но показывало его… как потенциально хорошее рекламное лицо.

После обеда все отправились в большой мультибрендовый магазин. Хару решил, что лучше сейчас купить некоторое количество качественной одежды, которая будет как будто вне времени, а потом уже заходить в корейские бутики среднего ценового сегмента. Он думал, что просто посидит на диванчике, пока остальные будут себе что-то выбирать… но не учел, что в их семье самым стильным всегда был дедушка.

Бабуля рассказывала, что во время их знакомства семья Нам еще не была такой уж богатой. Но дедушка всегда был одет с иголочки – идеально отглаженные брюки со стрелками, начищенные ботинки, красивые рубашки. На их старых фотографиях он и правда был похож на такой киношный образ «красивого мужчины» – одет вроде просто, но очень стильно. И почему-то раньше Хару не думал, что эту одежду дедушка выбирал сам.

Хансу с мамой и бабушкой пошел в детский отдел, в женский решили зайти потом. Хару поднялся с дедушкой в мужской.

– Нижнее белье всегда должно быть хорошим, – заметил дедушка. – То, что его никто не видит, вовсе не значит, что можно носить линялые шорты из ситца.

– У меня теперь только эти, – хмыкнул Хару, указывая на стенд с Calvin Klein, – Даже если не стирать, на два месяца хватит.

– Пойдет, – снисходительно ответил дедуля.

Вызвав консультанта, он за десять минут вынес парню мозг, но смог найти то, что его устраивало по соотношению цены и качества. Когда консультант попытался предложить дедушке какие-то дорогие брендовые «семейники», дедушка пожурил его за отсутствие чутья – видно же, что они не будут тратить слишком много. Хару подумал, что дедушку в нижнем белье он не видел, ведь он всегда ходил в домашней одежде, спал в пижаме. Переодевался у себя в комнате. На улицу – те же брюки со стрелками, что и в молодости, начищенные до блеска туфли.

И брюки он себе выбирал очень тщательно, даже наизнанку их выворачивал. Прошел все стенды, но в примерочную консультант унес только две пары… и такие же, только другого размера, отнесли в соседнюю примерочную – для Хару.

– Может не подойти рост, – немного печально заметил консультант, держа третью пару брюк в руках, – Бренд японский, а у вас…

– Длинные ноги, – вздохнул Хару.

Консультант немного неловко улыбнулся. Так третья пара отправилась только в одну примерочную.

Затем были рубашки, свитера, жилетки – дедушка выбирал очень тщательно, просматривая практически все детали, но в итоге некоторые позиции так его и не устроили. Хару уже устал. Консультант, кажется, тоже: он все еще улыбался, но въедливые клиенты явно вымотали парня.

Вообще, Хару не любит мерить одежду. Он обычно все берет «примерно», немного больше, чем нужно. Но тут не прокатило. Дедуля зорко наблюдал, чтобы у брюк была идеальная посадка. Себе дедушка, на самом деле, взял не так уж много. Он все повторял, что как минимум брюки у него теперь будут – они ведь пять костюмов на блошином рынке купили. Даже если пиджаки не получится привести в божеский вид, брюки точно мама Хару сможет подогнать по размеру. Кроме брюк он выбрал себе только две рубашки и один свитер с широким горлом.

Другое дело – Хару. Ему дедушка выбирал одежду сам и явно в большем количестве, чем хотелось бы внуку. Хару тщетно пытался отказываться, юлить, ссылаться на то, что ему главное – удобство.

– Ты публичная личность! – возмутился дедушка, – должен выглядеть стильно… Если тебе нравится гранжевая эстетика – хорошо, подберем что-то подходящее. Только давай без этих треников перед журналистами. О, вот эта вещь интересная.

Хару с сомнением посмотрел на черную рубашку из какой-то шелковистой ткани, сложного кроя с драпировкой на плече.

– Это больше похоже на сценический наряд, – заметил Хару.

– Ты же вроде хотел выглядеть привлекательным для брендов? – шепотом уточнил дедушка, – Стильные парни всем нравятся больше, чем люди в трениках. Бери.

Хару немного обиженно взял эту… то ли рубашку, то ли блузку, то ли просто «кофту». Сидела она на нем и правда хорошо. Да и черный ему к лицу.

– Черные джинсы к этому, ботинки, можно на шею тонкую цепочку с кулоном.

– А цепочку-то зачем? – удивился Хару.

– Ювелирные бренды, – пояснил дедушка. – И не мешало бы начать носить кольца.

Хару тяжело вздохнул… Спорить бесполезно – тут дедушка прав. Кажется, серебряные колечки все же не достанутся Сольги.

* * *

Комментарии под четвертым выпуском «Книжной симфонии» на YouTube-канале:

(Короткое уточнение: большая часть телевизионных программ дублируется для YouTube, обычно выкладка происходит через несколько часов после окончания трансляции на телевидении, иногда – сразу после.)