Текст книги "Строптивый трейни (СИ)"

Автор книги: Оксана Кас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Строптивый трейни

Глава 1. Подготовительная

Если бы Дан остался в США и дебютировал сольно, у него было бы больше свободы. Продюсерские центры обычно подчиняются лейблам, а лейблы не так уж сильно влияют на жизнь артиста. Есть система штрафов за нарушения условий контракта и трудовой этики, но эти требования гораздо свободнее. Как однажды пошутил Тимати – просто нужно оставаться в рамках закона и никого сильно не обижать перед запуском альбома. Хотя последнее правило регулярно кто-то нарушает. Кроме того – лейблы любят, когда артисты сами себя продюсируют. Им помогают, нанимают целые команды, которые занимаются созданием образа, стиля, формируют стратегии развития. Но обычно они опираются на то, что уже у артиста есть. Разумеется, иногда это идет вразрез с желаниями артиста, но гораздо чаще это диалог, а не прямые указания.

Но к-поп индустрия работает иначе. Они продвигают не талант в чистом виде, а историю таланта. То есть в США ты слушаешь хорошего вокалиста. А в к-поп сопереживаешь талантливому вокалисту, который много работает ради своей мечты. И именно на этом сопереживании делается акцент. К-поп – это всегда история про тяжелую работу, самосовершенствование и приверженность своей мечте, это отказ от многих простых радостей ради фанатов, это красивая картинка сложного успеха. Поэтому личную жизнь и сценический образ контролируют больше, чем в американских традициях.

Но агентства талантов и вкладывают гораздо больше, чем любой лейбл. Да, в США тоже берут юных звездочек, протаскивают их через салоны красоты и стилистов, вкладывают деньги во внешний вид и громкий старт, но они не делают главного – не воспитывают этих звездочек. В лейблы приходят люди, которые уже умеют петь, которые имеют опыт любительских выступлений, жажду действовать и учиться. В Корее же агентства талантов учат всему этому детей сами, с нуля. Там просто отсутствует само понятие самостоятельного продвижения. У них на концертах ко дню города не поют юные таланты из Средней школы, для этого приглашают группы из агентств. Большая часть песенных конкурсов привязано к индустрии развлечения, танцы и рэп еще как-то существуют обособленно от агентств, но для выступления на более-менее крупных площадках ты все равно должен подписать контракт с агентством. Даже если ты оперный певец и хочешь выступать вне стен оперы – тебе нужно представительство агентства. Комики, телеведущие, актеры – все привязаны к агентствам талантов. Просто айдолы – самый яркий и самый выгодный пример этого сотрудничества.

Большая часть агентств в Корее – маленькие компании. Они продвигают всего несколько локальных, малоизвестных исполнителей. Набирать трейни и создавать группы рискуют не все. Кроме того, из маленьких агентств тяжело пробиться на сцену. После дебюта группа Дана едва окупала себя по деньгам, но при этом в год своего дебюта они выступали на всех музыкальных шоу и участвовали в трех из четырех крупных корейских премий. Представители маленьких агентств не всегда имеют возможность хоть как-то засветиться по телевизору. Поэтому Дан даже не рассматривал вариант стать частью маленького агентства талантов и сделать из него супер-успешное. Если он дебютирует сольно, то ему не так уж нужна Корея, лучше поедет пробивать лбом стеклянные стены американских предубеждений. А если в группе, то его сольной популярности может не хватить на то, чтобы его группу куда-то звали.

Хороших агентств нет. Есть шансы, что именно тебе повезет, и именно в этом агентстве, именно к тебе и твоей группе будут относиться хорошо. Но это про "повезет", а не про всё агентство целиком. Практически каждое агентство чем-то “отличилось”. Сейчас существует четыре крупных – Большая Четверка, еще одно через пару лет станет крупнейшим и тогда какое-то время будут говорить о Большой Пятерке. Есть еще три средних агентства. То есть теоретически у него, кроме КАС, есть на выбор еще семь перспективных мест… но на деле это не так.

У каждого из агентств есть “грешки”. Дан, даже если бы выбирал себе место для дебюта без оглядки на друзей, не смог бы ткнуть пальцем в тех людей, которые бы его действительно устраивали. Скорее у нее было несколько мест, куда он точно не хочет.

Самое забавное во всей этой индустрии – прочная связь пяти самых сильных агентств. Потому что их директора знакомы друг с другом не только с позиции "конкуренты", но и более сложными взаимоотношениями.

Начать, пожалуй, стоит с одного из самых старых агентств талантов – ATA – An`s Talent Agency. Они стояли у истоков к-поп и выпустили больше всего популярных и знаковых для Кореи групп, первыми начали продвигать своих артистов в Китае и Японии, зарабатывать на рекламе больше, чем на концертах. Они же до сих пор дают своим артистам только 20% выручки и не приветствуют инициативу айдолов в плане продвижения. Есть и плюсы: условия проживания, например, или качественное обучение. В АТА не скупятся на учителей и часто нанимают практически репетиторов для уроков вокала и танцев. Агентство в чем-то хрестоматийное: легенды о том, что всем айдолам делают пластические операции, начались из-за них, ведь практически половина всех айдолов АТА прошли через нож пластического хирурга.

Но начать с них стоит вовсе не из-за этих стереотипов. Когда-то на заре формирования жанра к-поп в агентстве АТА была сформированная мальчишеская группа. Пацанов там было то ли шесть, то ли семь человек, но важны только трое. Главный вокалист Пак ДжеЮн был любимчиком агентства, его всячески продвигали и выставляли вперед. Такой классический фаворитизм. Второй вокалист – Пак СуДжин, всегда был на вторых ролях, но зато писал стихи. И хорошо дружил с рэпером A.C. (ЭйСи), который помогал накладывать стихи на музыку и в том числе – дописывал часть партий. В какой-то момент времени Суджин и Эйси писали большую часть песен для альбомов группы. А получали за это мизер. Но даже без них в группе хватало скандалов. После одного из самых крупных группа распалась, не дожив до официального конца контракта. Типичного явление для первого поколения.

Так Пак Суджин с Эйси ушли в свободное плаванье, а Пак ДжеЮн остался в агентстве. Через десять лет он стал креативным директором и, хотя контрольный пакет акций принадлежит семье Ан, которые основали фирму, по факту именно Пак ДжеЮн им управляет. Путь к успеху этого человека скучен и банален – он просто много работал и умел нравиться начальству. Другое дело – двое его бывших коллег по группе, с которыми он не ладит.

Пак Суджин получил освобождение от армии из-за старой травмы. Со временем эта травма даже стала более заметна, чем на момент его ухода из группы – он сильно хромает, но тогда просто страдал от хронических болей. Он понимал, что быть айдолом уже не сможет, поэтому поступил в университет. На менеджмент. Одновременно с этим пытался найти себе нового соавтора для песен, потому что прежний тянул лямку армейской жизни, но первое время с этим не ладилось. Пока в университете он не встретил Со КиТэ. Тот был моложе, непривлекателен внешне, совершенно не говорил по-английски, но зато писал музыку и горел идеей стать продюсером. На двоих у них сложился неплохой тандем, хотя и не без проблем. Суджин по жизни достаточно медлительный и основательный, он из тех, кто долго запрягает и сто раз все проверяет. А КиТэ нередко сначала действует, а потом уже думает.

Но, пусть они и ссорились, это не помешало им продать несколько песен. И им предложили стать продюсерами в полной мере, а не разово. Пригласили в агентство UQ (UniQue). На тот момент молодое и всего с двумя артистами. С новыми продюсерами дела агентства быстро пошли в гору, хотя ссор все еще хватало. Они подготовили дебют очень успешной девчачьей группы, сделав небольшое агентство достаточно богатым.

И тут как раз из армии вернулся Эйси.

После ухода из группы и агентства, этот парень отслужил, тоже поступил в университет по сокращенной творческой программе, где через старого приятеля Пак Суджина познакомился с Со КиТэ. Какое-то время они работали втроем, но так проблем стало еще больше – разница в подходах сильно влияла на отношения. К тому же – Эйси хотел продолжать карьеру айдола и начал искать агентство для сольного старта.

И в UQ его не взял основатель. Чем ему не понравился Эйси – та еще тайна, но в приеме ему отказали и парню пришлось искать другое агентство. Что важно – ушел на поиски он вместе с мелким и дерзким Китэ, который окончательно рассорился со спокойным Суджином.

Суджин воспринял это событие не слишком хорошо. Во-первых, ему нравился Эйси и они, к слову, до сих пор хорошо общаются. То, что в агентстве отказались его принимать, стало для Суджина важной вехой в его развитии как продюсера. Во-вторых, он обиделся на Китэ. Вот это уже факт не для широких масс, но Дан когда-то работал под управлением Китэ и знает, что тот уход ему не забыли. И это реально забавно – Суджин затаил обиду именно на Китэ, а не Эйси, с которым тот ушел. Доля логики в этом есть, ведь Суджин практически воспитывал Китэ, а тот сбежал, еще и унес свою музыку, которую продал на сторону, оставив своего прошлого коллегу с текстом, который некуда девать из-за кражи части трека, ведь написать новую мелодию под слова у него не вышло.

После этого Пак Суджин много работал и научился сам работать над музыкой, хотя она до сих пор очень однообразна и состоит целиком из чужих семплов. Но главное – он постепенно выкупал акции своего агентства, пока в какой-то момент времени не сместил бывшего владельца с поста президента. Теперь именно Суджин является главным управляющим агентства UQ, принимает решения и отвечает за развитие групп.

Вот только… сделал ли пройденный путь Суджина терпимым к своим подопечным? Нет. Он очень зациклен на авторских правах, скорее умрет, чем отдаст хоть что-то ушедшим артистам. Доходит до того, что его артистам приходится менять сценическое имя, чтобы начать выступать сольно под управлением другого лейбла. Про то, чтобы получить право исполнять свои же песни – это вообще из области фантастики. А еще он очень медленно принимает решения и вообще все в этом агентстве делается пусть и хорошо, но очень долго. За семь лет невероятно успешной карьеры его группы выпускают меньше пятидесяти песен. Хотя стоит отдать должное – здесь вообще не боятся скандалов, позволяют артистам заводить отношения, вести соцсети, выпивать на вечеринках и фотографироваться хоть в нижнем белье, хоть вообще без него.

UQ сами предлагали Дану прийти к ним. Он отказался из-за жесткой позиции в отношении прав на музыку. Да и продвигаться в течении года с тремя песнями, а в туре буквально исполнять половину своей дискографии – это не его путь. Ну и еще он не хотел так тесно встречаться со своей девушкой из прошлой жизни. Когда-то она сама "окрутила" его, а после вымотала все нервы, на несколько лет породив ощущение, что все женщины либо истерички, либо являются Дану родственницами. В сущности, именно она и рассказал Дану многое об истинных порядках UQ.

А что же пара Китэ и Эйси? В поиске хорошего места они попали в агентство Person, которое тоже достойно отдельного рассказа, потому что оно очень… корейское и даже немного дорамное.

Его основатель очень любил музыку и писал ее. Первоначально агентство вообще не занималось к-поп, все исполнители были трот-певцами. Как, в некотором роде, и Ким Минхо, который пришел в агентство семнадцатилетним парнем с большой мечтой и поддержкой в виде лучшего друга Ли Канджи. Друг не пел и петь не собирался. Он хотел стать менеджером и продюсером. И у них получилось. Ким Минхо стал легендой при жизни. Некоторые его рекорды внутри страны так и не были побиты даже на момент смерти Дана. Альбомы продавались рекордными тиражами, он сольно собирает огромные площадки, выигрывает все возможные награды у любой к-поп группы…

Но важен даже не он, а Ли Канджи. Все дело в том, что у основателя Person не было сына. Времена это были еще не столь смелые и девочки традиционно не наследовали бизнес. А тут – такой трудолюбивый парень. Пусть и из бедной семьи, но какой воспитанный мальчик! Хорошая партия для старшей дочери. Ли Канджи никогда не скрывал, что женился по расчету, это был полностью договорной брак, но при этом – очень крепкий. Он с женой, насколько Дан знает, действительно близок. А еще брак сделал Ли Канджи владельцем агентства Person.

Они не сильны в группах. Запускали несколько, те болтались в позиции "вроде известны, но звезд с неба не хватают". Другое дело – сольные артисты. Кроме мастодонта корейской поп-сцены Ким Минхо, у них есть еще четыре супер-популярных в Корее сольных исполнителя.

Эйси прекрасно вписался в их тусовку. Он пришел в Person со своими песнями, получил от них поддержку и они плодотворно сотрудничали все три года контракта. После Эйси решил, что он готов создать собственное агентство. Он ушел из Person без скандала, сохранив со всеми хорошие отношения. И его младшенький помощник в делах продюсерских – Со Китэ – ушел вместе с ним.

Так появилось агентство КАС – Kim A.C., в честь основателя. Имея опыт создания популярных треков, эти двое выпустили первую группу уже через год работы, а потом еще одну, и еще… Агентство росло и к началу третьего поколения догнало все предыдущие места "работы" Эйси. Оно стало четвертым в плеяде влиятельных агентств талантов.

Но все было бы слишком просто, если бы осталось так. В какой-то момент времени Китэ решает основать свое агентство. С Эйси во время ухода он не ссорился, но вот после умудрился, когда переманил многообещающую девчонку, в которую Эйси вложил немало денег. И переманил даже не в свою группу, а просто замуж. Бывшие друзья рассорились и какое-то время не общались. Потом помирились и на камеру заверяли всех в своей дружбе на все времена. Лет десять, пока Китэ не сманил у Эйси еще одного важного для агентства артиста – Дана.

Агентство Китэ называется Ssag. Несмотря на написание латиницей, это корейское слово – бутон, или росток. В 2017 году в Ssag дела не особо хороши: успешный проект у них только один, пусть это и PDS. Плюс Китэ помирился пока только с Эйси, а рассорился в индустрии он со многими. До дня, когда это агентство окончательно станет самым влиятельным в Корее еще много времени. Пока что они скорее бедны, потому что доходов от PDS хватает на закрытие долгов и продвижение самих парней. Насколько Дан знает, трейни Ssag в это время занимаются в крайне плохих условиях и борьба за место в группе там идет очень суровая.

Подытоживая почти все, у Дана не было как такового выбора куда идти, даже если бы он не хотел собрать прошлую группу. В АТА рабские контракты и малое роялти, к тому же они весьма высокомерны и ради сколь угодно популярного и талантливого парня на уступки точно не пойдут. В UQ проблемы с авторскими правами и временем продвижения. В Ssag пока что условия не очень, да и поработав с Китэ Дан скорее хотел бы его… наказать, чем обогатить. Остается еще Person, которые почему-то так и не научились делать популярные группы и вообще не факт, что вообще выпустят группу в ближайшие пару лет. И несколько средних агентств, где и условия так себе, и возможности ограничены. Таким образом, КАС в целом – самый стоящий вариант, пусть некоторых личностей Дан бы и предпочел не видеть.

Он успокаивал себя тем, что вернуться в Нью-Йорк и начать все там, он сможет и через пару лет. Но он просто обязан попробовать собрать друзей.

Глава 2. Первый помощник

Комментарий о новой главе. После выкладки первой части было много вопросов о том, почему Дан опять едет в то же агентство, поэтому я решила дописать главу в начало, чтобы немного рассказать о корейской индустрии развлечений сразу. Я просто слежу за к-поп и мне казалось очевидным, что нет идеального агентства, но меня читают люди, для которых это не было очевидно))), так что я написала практически лекционную главу в начало и сделала ее первой в нумерации. А та, что все это время лежала в качестве первой главы, стала второй. Надеюсь, никто не запутается.

Даниэль заранее договаривался, когда он придет стажироваться. Назначенная дата давала ему достаточно времени в Корее, чтобы побыть с семьей, устроится на новом месте и завести некоторые знакомства.

Первым и самым важным делом был поиск менеджера. Ему просто необходим человек, который будет возить его в Корее, помогать с ведением блога и сопровождать в заграничных поездках. И новичок ему не подходил – у Дана слишком много дел, чтобы он мог себе позволить роскошь обучения молодого менеджера. Подозревал, правда, что придется брать новичка: в вероятности нахождения опытного сотрудника у него были огромные сомнения.

Но тут помогла тетя Нари. Она спустилась посплетничать с девушками из отдела по работе с медиа, поспрашивала у них о сплетнях музыкальной индустрии, о менеджерах, о том, к кому можно обратиться за советом… но девочки неожиданно выдали ей идеальный вариант.

Пак Сонхи долгое время была менеджером достаточно популярной сольной исполнительницы АнДжи. Девушка начинала в группе, через несколько лет группа распалась и та продолжила работать в качестве сольной исполнительницы. Очень красивая, безумно талантливая и не слишком везучая. Девушку загружали работой, несмотря на прогрессирующие проблемы с психикой. Закончилось все в чем-то даже предсказуемо: АнДжи покончила с собой.

При долгой совместной работе отношения менеджера и подопечного становятся почти семейными. Они включаются в жизнь друг друга, становятся очень близки. Но при этом менеджер работает не на айдола, а на агентство. Из-за корейской традиции почитания возраста и статуса Сонхи не решалась спорить с руководством, хотя видела, что с АнДжи не все в порядке. Она пыталась что-то говорить, но агентство интересовали деньги, которые они зарабатывали на АнДжи, а не ее моральное состояние.

После смерти подопечной первоклассный менеджер, умеющий достать что угодно и откуда угодно, умеющая ладить с людьми и с огромными связями в индустрии… уволилась и ушла работать в кафе, варила кофе. Говорила, что не хочет больше выполнять абсурдные распоряжения, из-за которых потом молодые девчонки – АнДжи было двадцать один год – решают уйти из жизни. Сама Сонхи, впрочем, тоже не слишком-то "старая": ей двадцать шесть лет.

Его семья еще была в Сеуле, когда Дан отправился на "вербовку" менеджера. Он приехал в нужное кафе и узнал Сонхи, даже не посмотрев на бейдж. Она выглядела слишком уверенно для этого кафе. Девушка с идеально прямой спиной, ухоженная и строго одетая, она улыбалась клиентам той профессиональной безликой улыбкой, которая вроде кажется искренней, но за ней нет никаких эмоций.

У Сонхи мальчишеская фигура, глаза без двойного века и пухлые щечки. Черные идеально прямые волосы она собирала в тугой пучок на затылке, но в ушах поблескивали красивые сережки с ромашками. Впоследствии оказалось, что при всей внешней строгости Сонхи, как и многие кореянки, безумно любила милые вещицы.

– Добрый день, – Дан сам подошел к кассе.

– Добрый, – улыбнулась Сонхи. – Что будете заказывать?

– Айс-американо с карамелью и разговор с вами – мне лично очень нужен менеджер.

У Сонхи удивленно распахнулись глаза:

– Вот так сразу?

Как и предполагал Дан, она его знала. Он уже понял, что в Корее он относительно известен в кругах индустрии моды и развлечений. Многие молодые парни считали его образцом стиля, поэтому айдолов нередко намеренно одевали "как Дана из Ньй-Йорка".

– А что тянуть? – улыбнулся Дан. – Здесь вроде пока пусто…

В кафе немноголюдно в такое время. Занято несколько столиков, почти везде – молодежь с ноутбуками или в телефонах. Кафе в рабочем квартале, здесь наверняка шумно в обед и после окончания рабочего дня, а в остальное время разве кто забежит за кофе навынос…и то вряд ли, потому что в Корее быстрая и дешевая доставка.

– Я не хочу возвращаться в индустрию, – мягко улыбнулась Сонхи, явно собираясь ему отказать, но Дан ее прервал.

– Мне нужен менеджер как блогеру и модели. Не от агентства, а мне лично. Особые условия для стажировки я себе выбить смог, поэтому уверен, что и после дебюта смогу выбить особые условия для личного персонала… Хотя бы потому что на оплату вашего труда у меня есть деньги без всякого агентства. Я плохо ориентируюсь в Корее, при это нужно следить за расписанием и мне нужен сопровождающий в заграничных поездках…

Теперь уже Сонхи его прервала:

– Ладно, я поняла, перестань.

Дан вежливо улыбнулся:

– Я понимаю, что вы не можете мне дать ответ здесь и сейчас, вам нужно подумать. Напишите адрес своей электронной почты, я вышлю перечень того, что мне нужно от менеджера и образец контракта.

И Дан протянул ей визитку. Есть, конечно, шанс, что они не сработаются. Но именно поэтому в контракте есть оплачиваемый испытательный срок в два месяца, чтобы понять – притрутся ли они характерами. Но вообще, конечно, его больше интересовали ее знания об этой индустрии. Найти настолько опытного менеджера, который бы не был сотрудником какого-то агентства – невероятная удача.

Сонхи приняла визитку, задумчиво на нее посмотрела и кивнула:

– Хорошо. Я подумаю.

И замерла. После почти минуты в таком молчании, Дан широко улыбнулся:

– И кофе я все еще хочу. Ходят слухи, что корейские менеджеры готовят его очень хорошо.

Сонхи улыбнулась ему в ответ:

– Обычно корейские менеджеры просто знают, где купить хороший кофе. С карамелью?

– Да, оплата картой.

Кофе оказался вкусным, хотя и немного сладковатым на его американский вкус.

Сонхи отправила свои контакты в тот же день, а перезвонила через два дня. Они снова встретились и обсудили детали сотрудничества. Контракт подписывали через пару дней, уже с новым юристом, которого одобрил папа.

Хватка у девушки оказалась железной. Она за несколько дней перебрала все корейские предложения о сотрудничестве, часть отсеяла сразу, остальные подала Дану вместе с короткой информацией по тому, что это за фирмы и чего они хотят. Договорилась о фотосессии с художественным фотографом, вызнала детали для рекламной фотосессий и принесла все это Дану практически на блюдечке. Успела устроить его семье интересную частную экскурсию. Создала ему удаленный почтовый ящик для получения рекламных подарков и оформила доставку до квартиры тети по средам и субботам. Сама связалась с представителями брендов в Сеуле, сообщила всю необходимую информацию. Нашла Дану хорошего терапевта, стоматолога, учителя пения и курсы тхэквондо для взрослых (чтобы посещать раз в неделю). И все это за три дня.

И еще она возила Дана на своей машине. Он предлагал купить за свой счет служебную, чтобы та не убивала личный автомобиль, но Сонхи отказалась.

– Купишь новую, если сработаемся… – последнее она добавила с улыбкой, сворачивая к улице, где располагается офис КАС. – И простенькой моделью уже не отделаешься.

– Учту, – улыбнулся Дан.

Здание КАС выглядит невзрачно – шестиэтажное строение, немного потрепанный вид, парковка у входа забита. Сонхи припарковала свою Hyundai немного поодаль.

– Волнуешься? – спросила она.

– Да, – выдохнул Дан.

И это было правдой. Контракт на стажировку-то уже подписан, но он все равно не уверен, что все пройдет хорошо. Как его примут трейни? Встретит ли он тех, ради кого вообще приехал сюда?

– Я тоже, – призналась Сонхи, столкнулась с удивленным взглядом Дана и весело добавила: – Что? Новое место работы – всегда страшно. Тем более – я никогда не была в таком положении. Мой подопечный одновременно трейни и мировая знаменитость… ты знаешь, что в интернете проводят разборы твоего стиля?

– Да. Мне платят как раз потому что в азиатских странах парни хотят одеваться, как я. Так что я знаю.

Они вышли из машины, Сонхи смеялась на ходу. Вообще, ее холодный внешний вид, как оказалось, не особо соответствовал характеру: в общении она предпочитала неформальный стиль, часто улыбалась, любила пошутить. И эта любовь в милым вещицам. Одета-то она была просто, чтобы не выделяться – серые брюки и белая рубашка – но при этом чехол на телефоне с утятами, ее рабочий ежедневник имел розовую пушистую обложку, а еще она любила миленькие сережки. За время вместе Дан успел увидеть серьги-ромашки, серьги-бабочки, серьги божьи коровки и сегодня – серьги-лягушки.

Старое здание КАС вызывало у Дана волну ностальгии. Он тогда был юн, наивен и ничего не понимал. И все же месяцы до дебюта были скорее приятными. У него никогда не было друзей, а тут внутри группы они неплохо сдружились. Не сказать, что все было гладко и легко, но воспоминания хранят скорее впечатления, чем действия…

Холл совсем крохотный, охранник всего один, а стальные перегородки на входе во внутреннюю часть здания не такие огромные, как стали впоследствии. Фанатов пока не так много, следовательно и процент сумасшедших чуть меньше. За высокой стойкой ресепшена сидела женщина лет сорока, она узнала их имена, куда-то позвонила и через минут пять к ним вышла неизвестная Дану девушка. Оказалось, это секретарша самого Ли Ёнсик. Впрочем, все звали его просто директор Ли.

У агентства КАС, как и у многих других, два директора. Один – медийный. Он всегда на виду, его знают в лицо, он обычно отвечает за продюсирование. Нередко он же и владеет большей частью акций компании, являясь председателем правления. Но он не занимается агентством как бизнесом, для этого есть другой человек, который принимают большую часть решений. В КАС такой парой были Ким Тэмин и Ли Ёнсик.

Ким Тэмина большинство людей знали под псевдонимом A.C . – ЭйСи. В свои пятьдесят он все еще выступает, поддерживает неплохую физическую форму и иронически пытается быть в тренде модных веяний – не типа косит под молодежь, а именно с иронией во всем участвует, шутя о том, что пока он поспевает за молодыми, он может считаться айдолом. На этом, собственно, положительные качества Эйси заканчиваются. Он жесткий человек, очень требовательный, не любит отказов, в его представлении айдолы не имеют права жаловаться – они должны пахать ради успеха.

Директор Ли разделяет многие качества владельца той фирмы, которой он по сути руководит. Распоряжается он почти всем – финансами, стратегическим планированием, именно он принимает решение о дебютах и камбеках, количестве вложенных финансов и доступных привилегий. Если ЭйСи – это такое временное стихийное бедствие, который приходит, всех критикует и исчезает на полгода, то тяжелая рука директора Ли чувствуется постоянно.

За все время работы на КАС Дан встречался с директором Ли раз десять. Причем три раза – когда он едва не покончил с собой и агентство уговаривало его не оглашать ситуацию прессе, а потом еще четыре раза – когда его уговаривали не покидать агентство. И по разу на самые крупные достижения группы. Все остальное время Дан сталкивался только с последствиями его распоряжений. И вот – всего первый день стажировки, а он уже удостоился чести поговорить с самим директором Ли.

Начали с не самой приятной ноты. После приветствия и того, как Дан с директором Ли пожали друг другу руки, он представил и Сонхи:

– Пак Сонхи является моим менеджером в Корее.

Директор Ли явно удивился:

– Менеджером?

Кажется, он принял ее за родственницу, уж слишком искренним было удивление.

– Мне для работы нужен помощник, – вежливо добавил Дан. – Я нанял госпожу Пак, она будет помогать мне с расписанием.

Директор Ли перевел наконец взгляд на Сонхи.

– А опыт у вашего менеджера есть?

– Я была менеджером АнДжи с момента ее дебюта в группе April.

– Почему ушли? – спросил Директор Ли, Сонхи замешкалась, а Дан ответил сам, зная что это больная тема для его менеджера:

– АнДжи покончила с собой в начале этого года.

– И ты нанял такого менеджера?

– В компетентности госпожи Пак я уверен, как и в своей психической устойчивости, – сухо сказал Дан.

Директор Ли недовольно поджал губы:

– Мы не одобряем персональных менеджеров у трейни и айдолов с дебютом менее года, это создает нездоровые отношения среди трейни…

– Для меня это необходимость, – возразил Дан. – И мы обсуждали это с вашим юристами, когда подписывали контракт на стажировку. Пункт о том, что я могу нанять себе менеджера и личного ассистента там есть.

И милая улыбка. Американская доброжелательность, корейская вежливость, а говоришь все равно то, чего от тебя не хотят услышать.

Было заметно, что наличие личного менеджера несколько выбило директора Ли из колеи. Не настолько, конечно, чтобы он забыл о цели встречи, но, кажется, это спутало какие-то их планы на Дана. Возможно они вообще надеялись дать ему своего менеджера, который мог бы влиять на расписание Дана. Или еще дальше – получить доступ к его списку контактов. За год в модельном бизнесе у него там накопилось немало влиятельных имен… даже номер секретаря Анны Винтур есть, хотя он слабо представлял, зачем бы ему туда звонить. И это в Корее еще не знаю, какие у него связи в музыкальной индустрии.

Но все же вел разговор директор Ли напористо, пусть и вежливо. Проверял границы допустимого, так сказать. Сложно описать, почему Дан это понял, потому что вроде ему задавали простые вопросы о навыках, работе, отношению к тем или иным событиям… наверное, если бы Дан не знал, насколько редко директор Ли встречается с айдолами, он бы и не заподозрил ничего подозрительного. Здесь же было стойкое ощущение, что хороший бизнес-делец прощупывает Дана, пытаясь понять, что с ним можно делать.

Все это продолжалось около получаса. Дан отвечал на вопросы, Сонхи молча сидела рядом. Потом их проводили к юристам – Сонхи подписала договор о неразглашении, который полагался всем сотрудникам агентства, а потом уже разделили. Дана повели в зал для тренировок трейни, а Сонхи – знакомиться с другим персоналом и особенностями местного существования.