Текст книги "Наномашины, Неизбежность! Том 13 (СИ)"

Автор книги: Николай Новиков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 33 страниц)

Глава 23

* * *

Спустя несколько дней. Олимп.

Когда ты способен заплатить за именитых итальянских магов земли – тебе за неделю возведут хоть дворец, хоть санаторий. Главное плати. И Вильгельм платить мог, отчего Реабилитационный Демонический Лагерь поднимался как на дрожжах.

Итак… комната терапии. В кругу сидело три мелких импа, суккуба и вавакия. По центру на стуле сидел… чёрный кот.

– М-угум, м-угум, – кивал он, важно поглаживая усы, – Так что вас, собственно, смущало-то тогда?

– Да я вот… у меня же нервная работа была… тяжёлая очень, понимаете? – тоскливым голосом говорила пятитонная трёхметровая вавакия, – Палач я был. Тяжело это очень…

– М-угум… так… – кивает Баал.

– Ну меня не любили все из-за этого… обзывали постоянно… то жирдяем, то юродивым. Говорили от меня воняет…

– От вас правда во… – чуть не ляпнула суккуба.

Но она быстро поймала взгляд сразу двух птиц, стоящих в той же комнате, но в уголку: белый милый голубок с веночком, который сидел и грелся на плечах своей огромной каменной дамы. Их боялись. Сильно.

Причём все знали, что голубок – сам Архангел Михаил, и тем не менее… всё равно боялись именно женщину.

Феникс оказалась очень инициативной на продалбывание черепов, если её попросить! А Михаил демонов всё ещё не особо жаловал, так что вполне мог и попросить. Это, плюс сущность вечно горящей крутой бессмертной легендарной птицы нарисовало вокруг неё довольно специфичную демоническую репутацию.

– Да… да, воняет! – но вавакия всё понял, и его голос стал глубже, печальнее и тише, – Как от палача может не вонять⁈ Но мы ведь… да мы ведь преступников казним! Мы, наоборот, людей спасаем! Мы руки пачкаем, чтобы мир от убийц и насильников избавить! И никто… никто никогда не сказал спасибо! Только одна злость! – голос трёхметрового полуящера дрогнул, – Я…. не оправдываю свой поступок, наверное. Но в один момент… я просто взял топор и пошёл за теми, кто меня вечно поливал помоями… кто в меня вечно кидался дерьмом… кто вечно портил мою жизнь, хотя я служил людям. Я просто сорвался… просто накопилось…

– Понятно… – вздохнул Баал.

Повисла короткая тишина. Никто из присутствующих ещё не мог привыкнуть, что самые злобные и жестокие твари будут вот так сидеть в кругу и… с дрожащим голосом жалеть о своём прошлом?

Но вот оно происходит. Вот это возможно.

С Михаэлем Кайзером, кажется, возможно всё. Даже опустивший голову вавакия.

– Скажите… у меня есть шанс?.., – прогудел полуящер.

Баал смотрит на Аурелию, белым комком сжавшуюся на кошачьем дереве возле стены. Она внимательно смотрела за происходящим, и сейчас её голубые глазки метнулись на мужа. Они встретились взглядом. Баал смотрел вопросительно, ожидая вердикта. Ну а Аура… медленно моргнула.

– Все шансы. У тебя есть все шансы, – вздыхает Баал, – Однако, вавакиями не рождаются – ими становятся. В Бездну ты попал за гнев, но там ты уже «не срывался». Ты так жил. Убивал и жрал.

– Это… это так… – вновь опускает глаза огромный демон, – Когда услышал, что можно попытаться всё исправить… сознаться… попытаться что-то изменить… я хочу попытаться! – и он поднимает взгляд, – Можно же?

– Нужно, – с серьёзной кошачьей мордой кивает чёрный мейнкун, – Предстоит много работы, но мы… мы правда попытаемся. Ведь это и правда возможно, друг.

Согласно договору, финальное решение всё равно выносят Небеса – готовы ли они принять конкретно этого демона, или же он не достоин и шанса.

Но кто сказал, что при поддержке, эти шансы нельзя увеличить?

И если это сработает… если это ПРАВДА получится, и не один, не два, а множество демонов получат второй шанс согласно воле Кайзера… то корни божественного влияния он запустит не только на Земле.

Далеко не только на ней.

Ведь правильно он постоянно твердит: в конце концов, ангелы и демоны – те же люди.

А людская вера способна на многое.

* * *

Ещё спустя несколько дней. Выпуск новостей.

Экран был разделён на несколько окон. Карты. Флаги. Лица экспертов. Бегущая строка внизу не успевала обновляться, словно сама редакция не поспевала за тем, что происходило в мире.

– Мир продолжает обсуждать заявление Михаэля Кайзера, – говорил ведущий, – Его появление на Академических Играх и последующие заявления уже называют крупнейшим политическим сдвигом за последние десятилетия! Его влияние оценивают даже выше, чем появление Виктора Князева и его государственный переворот!

Кадры сменялись. Залы заседаний, закрытые встречи. Люди в дорогих костюмах, которые стараются выглядеть уверенно, но постоянно переглядываются. Телефоны, которые не умолкают. Красные папки. Серьёзные серые лица.

– Европейские кланы и старые аристократические рода пребывают в состоянии откровенной паники, – продолжал ведущий, – Причина проста. Если информация подтверждается… а она подтверждается, то Михаэль Кайзер является не только внуком Императора Германской Империи, но и наследником Британской короны по линии матери.

На экране появляется герб Германской Империи. Затем официальный документ и отдельное заявление Вильгельма.

– Сегодня утром Вильгельм фон Рейнштейн подал в международные инстанции полный пакет документов о признании Михаэля Кайзера своим законным внуком и прямым наследником, – голос ведущего стал заметно серьёзнее, – Юридически это означает, что вопрос передачи власти теперь не гипотеза, а вопрос времени.

Карта Европы вспыхивает подсветкой. Сначала Германия, а затем соседние регионы – тонкие линии сходятся к одной точке.

– В случае ухода Вильгельма фон Рейнштейна с политической сцены, – продолжает он, – Михаэль Кайзер получает право инициировать процесс объединения Европы под единым управлением. Фактически, речь идёт о формировании новой, самой крупной и могущественной Империи. Сопротивление отдельных кланов, по мнению аналитиков, будет подавлено быстро. Экономически, политически… и, если потребуется, силой.

В студии повисла короткая пауза.

– Однако, – ведущий слегка наклоняет голову, – В этой истории появился неожиданный поворот, – он переводит взгляд в сторону, – Я передаю слово нашему коллеге. У нас есть эксклюзив.

Камера переключается.

Другой зал. Другой ведущий. Более живой, уже похожий на человека с огоньком в глазах, но сейчас с явным напряжением в голосе. Ведь пускай они и не сделали ничего противозаконного, и никто не посмеет нарушить европейскую конституцию на свободу слова…

Но чёрт, это же Вильгельм и Михаэль. Кто им что сделает⁈

Но материал важнее жизни!

– Благодарю, – говорит он, – Ранее Михаэль Кайзер в прямом эфире заявил, что его сердце занято. Тогда это прозвучало как личная деталь на фоне глобальных событий. Но, кажется… мы только что нашли, кем именно.

Экран темнеет на долю секунды.

А затем появляются фотографии.

Академия. Коридоры. Учебный двор. Михаэль Кайзер и беловолосая девочка в строгом готическом платье. Они стоят рядом. Они разговаривают. Где-то смеются. Где-то просто идут вместе.

Крупный план.

Лунасетта Князева.

– Перед вами Лунасетта Князева, – продолжает голос за кадром, – Единственная дочь и официальная наследница Российской Империи.

Фотографии меняются. Их несколько. С разных дней. С разных ракурсов. Но везде одно и то же ощущение близости, которую сложно подделать.

– Источники подтверждают, что эти снимки сделаны задолго до нынешних событий, – добавляет ведущий, – В стенах Академии. И если это действительно так…

Он делает паузу.

– … то Михаэль Кайзер имеет претензии и право не только на объединённую Европу.

Карта мира появляется снова. Европа подсвечена. Затем тонкая линия тянется на восток.

– В таком случае, – голос становится тише, почти осторожным, – мы стоим на пороге изменения всей мировой системы. Политической. Династической. И, возможно… цивилизационной.

Экран меняется. Однако всего на миг, практически незаметно, но он рябит! И картинка с обычной фотографией Михаэля неожиданно меняется на другую.

Одетый в императорскую форму, с нимбом на голове и очень серьёзным взглядом светящихся глаз. Картинка, обычно ассоциирующаяся…

С изображением идеологического правителя и божества.

«Что⁈ Откуда она здесь⁈», – все в студии передёрнулись.

* * *

– Йяяяху! Получилось, ха-ха! Прям в последнюю секунду! – вскинул руки очень довольный своим взломом Лёша.

Я сидел за столом и с гнусным хлебалом смотрел на этот впуск новостей. Все мы смотрели. Только Лёша ещё и действовал, будучи, оказывается, реально талантливым, а при поддержке спецуры Германии – ещё и эффективным.

Ну и вот – вышло. Заранее сделанная фотография для промоматериалов Михаэля Кайзера. Фотосессия, немного фотошопа, немножко нейросетей, и божественно-императорский облик готов. Это фото ещё никто не видел, так что засветить его в международных новостях – идеальный момент. Спасибо, Лёша!

Но всё равно.

– Я вообще без понятия откуда у них эти фотки с Луной… – вздыхаю я, потирая переносицу, – Твою-ж мать…

– В мире много талантливый людей, сынок. Среди них есть и папарацци. Некоторые в этом очень хороши, – вздыхает отец, сидя в той же комнате, – Надо бы тебе научиться массовому сокрытию. Или зонтик её прокачать, что ли…

Я цыкаю. Чёрт!

Что-ж, это явно слегка не по плану, но, думаю, и ничего критичного. Реальность и факты от этого не изменятся. Но всё равно неприятно – даже не думал, что рассекречивание твоей личной жизни так встаёт поперёк горла! Особенно, когда на ней подвязано завоевание мира.

Это они ещё про Суви не откопали. Ни про то, что эта девочка тоже со мной, и она наследница Кореи, ни про то, что она… ещё и наследница Японии, нафиг!

Короче, весело будет.

Мы сидели во дворце германской столицы. Конкретно сейчас в моём личном кабинете – с папой и Лёшей. Остальные гуляли. Да и Лёша гулял, но мы его экстренно выдернули вот только что.

– Лёш, пока ты тут, проверь, какой сейчас рейтинг у Миши? – спросил отец.

– Ща, дядь Марк, тут всё залагало.

– «Дядь?..», – со смесью недоумения и грусти пробормотал он, – Я правда старею?..

– Ох, что в этой Европе с инетом⁈ Ещё и цены такие! Здесь определённо нужен русский дух… дух машины, хех, – хмыкнул он, – О, отлагало. Короче. ИИ говорит, что Михаэля в основном просто боятся и не понимают. Взялся из ниоткуда, абсурдно силён на уровне полубожества, при этом зачем-то бьёт детей на Играх. Тут ещё всплывают комментарии бывших одноклассников, и кто-то хочет похайпить и всякую околесицу собирает, типа он там в детском саду на них сидел попой, козюльки пулял, и ещё с ясельной группы кошмарил окружающих! Хех, ну и бред.

– Хех… да… бред… – нервно хмыкнул я.

– Эту мелочь гасят ваши там спецы по интернету. Но общая картина, говорит ИИ, ожидаема – все внимательно наблюдают. Категорично против только ну, очевидно, власть держащие. Но тут понятно – не хотят с кормушки слезать, а Миша её силой отберёт, если захочет. Вот и хейтят.

Я медленно закивал, погружаясь в мысли.

Всё идёт вполне ожидаемо. Для людей я свалившееся чудо, но только пока непонятное. Хороший я или плохой? Вру или говорю правду? А то знаете ли… был уже один германский чувак, пытавшийся объединить Европу ради правильной человеческой расы…

Вышло так себе.

Люди меня боятся и пока не понимают. Они ХОТЯТ мне верить, ведь у меня самые благие намерения, но не могут, и это логично и обосновано – ну кто я такой для них?

Это, конечно, не касается власть держащих аристократов и коммерсантов. Тут и так понятно – они хотят жрать прекрасный десерт, а не получить порцию моего особого крема и самолично становиться моим кремовым пирогом. Ну вы понимаете. Ну вы поняли? Кремовый пирог сделаю им. Типа… хех…

«Люксурия на меня плохо влияет…», – вздыхаю я.

Так что, в общем-то, всё по плану. Хотя новость о Луне, конечно, наверняка напряжёт обстановку. Да и в целом неприятно – эй, это моя личная жизнь! А я не из этих, кому нравится, когда подглядывают!

Ох, хоть бы про Суви не так быстро выяснили…

В этот момент дверь к нам открывается. Я уже знал, что сюда идут, но всё равно удивляюсь, почему так быстро? Вся компашка пришла обратно! Вот они, слева направо.

– Чего так рано? – спрашиваю.

– Артуру стало скучно, и он начал сопеть, как будто вот-вот обкакается, – вздохнула Суви, на чьей шее сидел малыш, – Пришлось вернуться. Тут вроде не сопит.

– Вот и вылезла твоя тугосерьская сущность… – щурюсь я на него.

Ребёнок подозрительно смотрел на меня и жевал козюльки.

Академические Игры, если что, не круглые сутки длятся, и есть выходные дни, и сейчас именно они. Ну и все единогласно решили, – меня как обычно никто не спрашивал, – что пора бы потусоваться в императорском дворце! А то чё это, друг – император, а они даже во дворцах не тусуются⁈ У одного Максима что ли вечно сидеть⁈

Ха… ха-ха! Ну какой я был наивный! Ну какой же молодой и глупый! Помните, как я сокрушался, что мол вот, узнают о моём статусе, моей силе, и всьо, конец дружбе, конец прошлым отношениям, ох, какой бедный!

Ага… конечно. Я походу вообще об этом ещё скоро мечтать начну.

– Миша, можно из вашей библиотеки книжки возьму? – спросила сестра Лёни, которая тут тоже была, как и его девушка.

– Можно…

– Все⁈

– Все…

Максим стоял в рыцарском шлеме, который он снял с какой-то статуи, а Катя уже растормошила гардеробную и теперь стояла в элегантном пышном платье древней аристократки… поверх розового спортивного костюма.

Твою мать, да они ВООБЩЕ не стесняются!

Лёша, придурок, куда ты потащил мой роутер⁈ А ты, Максим, не смотри на картины пышных аристократок в коридоре! Это мои пра-пра-прабабушки!

– И вас правда не смущает что я принц Европы?.., – всё не мог поверить я.

– Да не, ты чё, круто, – помотали все головой.

Я глянул на Катю – та прикусила губу и подмигнула. Этой вообще лучше всех. И рыбку съесть, и на… кхм, ладно.

Они вообще все наглецы! Гляньте какие довольные! Ни капли совести!

«Тяжило…», – я вздыхаю.

Ну хоть маме сделали выходной от тугосери. Артуру, оказывается, не только Катя нравится! Суви тоже приглянулась. Но если Катя из-за груди и блондиности, то Суви – и девочка, и высокая! Это вам не на плечах стального и жёсткого бати кататься, это нежная и мягонькая девочка! А вам напомнить какого роста моя мама? Что там Артур с её рук увидит? Траву?

Этот карапуз с головы Суви вообще не слазит, глаза сидит пучит и всё разглядывает. И козюльки жуёт.

Ну, в общем, после моего раскрытия миру с друзьями всё прошло даже лучше чем ожидалось. Приняли радужно.

Даже немного чересчур…

– Господин Марк, а… можно вопрос? – пока все тут бесились и страдали фигнёй, а я страдал… просто страдал, Морозов подошёл к моему отцу.

– Да, Лёнь? – отец лениво лежал-сидел на диване и наслаждался выходным, просто тупя вместе с нами.

– У вас же есть «Воплощение»? Можете сказать… ну… как это? Что это? Как его достичь?

Марк вскинул брови. Довольно неожиданный вопрос для текущей рассосной ситуации, должен признать. И так как все были заняты, так что этот диалог услышал только я, и тут же навострил уши.

А ну-ка!

И ведь правда. С учётом количества моих учителей, я как-то до сих пор не удосуживался задаться вопросом Воплощения. А ведь это едва ли не главный козырь любого мага в принципе! Даже не боевого!

Вот были пару лекарей с воплощениями – так рядом с ними вообще помереть невозможно было!

– Воплощение так называется, потому что идеально отражает его суть – «воплощение» твоей силы, – вздохнул он, задирая голову и начиная подбирать слова, чтобы мы всё поняли, – Это типа… итог твоего магического пути. Сумма переменных, выраженная в одной технике. Ультимативная способность, грубо говоря. Но я думаю вам это и так уже рассказывали.

– Да. Мне больше было интересно как его… ну… получить. Как выучить?

– Никак.

– Никак⁈ – распахивает Лёня глаза.

– Никак. Этому не научиться – оно само появится, – кивает он, а затем снова вздохнул, – Говорю же, это сумма переменных. Если «ответа» нет, значит переменных недостаточно. Форсировать это никак нельзя, ровно как и изменить. Можно подумать, что это даже предначертано, – хмыкает батя, – Если ты не на своём месте, сила не твоя, и нет гармонии с собой – Воплощения не будет. То есть, его ещё искусственно и не изменить. Оно будет таким – каков ты. Уникальная ультимативная способность – твоя и только твоя. Твоё… ну да, «Воплощение» в магии. Как-то так.

Лёня нахмурился и задумался. Я сделал то же.

Интересно…

Грубо говоря, открыть Воплощение – главная цель в обучении любого боевого мага. Ты практически всегда автоматом выигрываешь, если у тебя оно есть, а у врага нет. Это как бросить на противника всё, что имеешь, при этом в уникальной форме, которую ещё никто не видел!

За примерами далеко ходить не надо. Архонта японского помните? Одно дело, когда он меня бил и телепортировал по городу, другое – когда запер в суперпозиции! Ваще разное! Хотя природа одна – пространство и перемещение.

«И как бы его добыть?..», – нахмурился я.

Не, понятно, что ответ здесь «когда придёт время…», вот только времени у меня не шибко много может быть!

Ой, чувствует моя жопа, что красочки то сгущаются! И я уверен, Воплощение может зарешать в самый нужный момент. Но… чёрт возьми, у меня его нет! Нет крутой ульты! И форсировать её нельзя – это исключительно история про гармонию с собой и свой силой.

«А я чо, не в гармонии?», – насупился, – «Эй, Анафема, у тебя Воплощение есть? Ты можешь ультануть круто и эпично?»

«Мог. После смерти потерялось – вместе с телом, буквально», – отвечает голос в голове, – «Верну тело – смогу вновь».

«А какое оно было? Твоё Воплощение»

«Схожее с Вильгельмом – Полномочие Гордыни, только ещё лучше, а не пососный огрызок твоего деда»

«Призыв Гордыни…», – хмурюсь я, – «И отец тоже призывает какую-то корону, пусть и с силой Приказов это не связано – уверен, потому что он отказался от твоего наследия и вовремя свалил. Но всё равно общая тенденция прям проглядывается… хм…», – и я действительно только сейчас замечаю эту схожесть, – «Вся наша семья так или иначе крутится вокруг этого, да? Но… почему? Ты, основатель рода, и мы, потомки спустя сотни лет. И все в одной тележке».

Что-то тут… что-то здесь не так, слушайте! Если Воплощение – это предначертанная УНИКАЛЬНАЯ способность, как выражается Марк, то уж очень странно, что у нашей крови это уже сотню лет идёт в одном направлении.

И одно дело «приказы» Вильгельма – это магия крови, и приказы телу противника: мышцы там отключить, меридианы перекрыть. Но ведь у него есть буквально призыв Полномочия Гордыни – его Воплощение! И уж там приказы так приказы!

Но почему⁈ Вот если задаться вопросом, то почему всё так… странно? Разве по закону реальности, по предписанию Порядка, Воплощение не должно быть уникальным?

«Не знаю. Но странно и интересно, да», – соглашается Анафема, – « Должно быть иначе, и без таких явных…»

«Дед, слушай. А ты… помнишь шкатулку? Небольшая такая коробка каменная, а внутри что-то барахтается. Вильгельм сказал, что она от тебя досталась»

«Каменная? Помню. Я тоже не мог её открыть».

Я застыл. В голове напрочь перестало всё укладываться.

Но при этом, казалось, что это к лучшему – ведь я наконец свернул с неверного пути.

– В смысле?.., – случайно вслух прошептал я.

«В прямом. Да, это моя шкатулка. Но я не мог её открыть. Я не знаю, что там»

«Но дед говорил…»

«Дебил твой дед»

Вильгельм утверждал, что это наследие Анафемы… и оно в нашем роду с основания, передаётся поколениями. Что оно всегда было с…

Суууууука!

«Анафема, ты видел в своё время лысого кота?..»

«Розового и страшного такого? Да. Нашёл кстати… хах, а ведь нашёл незадолго до шкатулки!»

И тут случается то, чего я никак не ожидал. Помните того красного призрака? Который ещё тоже наш предок, и сын Анафемы. Именно он указал мне на шкатулку, и он к ней потянулся, но так и не решился коснуться.

Порой он летал по замку, но никто кроме меня его не видел. Даже батя!

И сейчас я увидел, как на него среагировал кто-то другой.

Маленький Артур потянул к нему ручку, думая, что это какой-то шарик.

– Твоюююю мааать, – я подорвался со стула и трагично швырнул ручку о стол, – Гад факинг демит! Фак ми!

– А⁈ – отец резко поворачивается, – Миша, что такое⁈

– Кажись я понял, где всё это время была Гордыня.

* * *

В то же время. Сёгунат.

Все готовились. Бегали, суетились, даже не верили в происходящее! Но… это происходило. И из-за любви народа, никто не ставил под сомнение – лишь чистый шок.

– Мой Сёгун, счастлив видеть вас в здравии! – поклонился слуга, – Вы… готовы к речи?

И старик, стоящий рядом со своим сыном, поднимает глаза на слугу.

Сёгун – причина, почему Япония стала великой. Почему её боятся. Почему не могут победить. Именно Сёгун – главный идол для своих людей, сделавший для страны буквально невозможное.

И этот же человек…

– Да. Пора народу Японии узнать – Сёгун вернулся, – сказал он тихим, до странного отрешенным голосом.