444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Никита Клеванский » П.С.И.Х.0 Том 3 (СИ) » Текст книги (страница 12)
П.С.И.Х.0 Том 3 (СИ)
  • Текст добавлен: 15 ноября 2026, 22:00

Текст книги "П.С.И.Х.0 Том 3 (СИ)"


Автор книги: Никита Клеванский


Жанр:

   

РеалРПГ


сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

– Да я не об этом!

Алена нахмурилась, посмотрела куда-то в бок, потом на меня. Поджала губы, цыкнула.

– Я знаю, какая она. – Алена говорила быстро, с паузами в неправильных местах. – Я же тебе сама про нее рассказывала. Про то, что она со всеми так. Стиль общения. Это как погода – на нее не обижаются. Но когда я увидела, как она к тебе… так… близко… Вот тут. – она приложила ладонь к груди. – Как будто кипятком. Сразу. И стыдно, и злишься, и хочется ее за волосы, хотя она мне вообще ничего не сделала. Она просто стояла. А я… я не знаю. У меня впервые так…

Она замолчала и опять посмотрела в сторону.

Я тоже молчал и пытался осмыслить. Кипятком. Что-то похожее я уже испытывал. Не про кипяток, а про то, что происходит в груди, когда человек стоит рядом и хочется, чтобы он стоял еще ближе. Теплеет. Тянет сделать шаг. Со мной такое случалось уже несколько раз, и всегда рядом с Аленой. Не считая того воспоминания.

Эмоция «симпатия». Интенсивность растет.

– Спасибо, я догадался. Эту я уже освоил.

– Мне не нужна Анжела Владленовна. – признался тем временем я. – Мне нужна ты.

Больше я ничего не добавил. Объяснять тут было нечего, а спорить не с чем.

+3 к Эмпатии. +1 к Социальному взаимодействию.

Алена подняла голову, сделала два шага и обняла меня. Я обнял ее в ответ. Мы замерли посреди пустого спортзала, под баскетбольным кольцом, и не двигались. Ее макушка приходилась мне ровно под подбородок, а знакомый морской запах окутывал меня, словно одеяло поутру, из-под которого так не хочется вылезать.

Сколько мы так простояли, я не засекал. Хотя, наверное, стоило.

Отстранилась она первой. Отступила на полшага, но за руки держать не перестала.

– Слушай, это все хорошо, но я от любопытства сейчас лопнусь! Я со вчерашнего утра себя убеждаю, что мне показалось. – она говорила уже спокойнее. – В автобусе. Дома. Ночью. Сегодня на уроках между атласом и контурными картами. Что это все темнота, стресс, недосып, что-то такое. Но у меня не получается. Совсем. Я хочу знать все! Рассказывай!

Я открыл уже рот, но тут дверь распахнулась, и в зал въехало ведро. За ведром вошла швабра, а за шваброй ввалилась уборщица в синем халате.

Усталость – вероятность 64%. Раздражение – вероятность 43%.

– Воркуйте в коридоре. – буркнула она, не глядя на нас. – Мне тут еще пол мыть. После вашей физкультуры как от стада бегемотов, честное слово.

Раздражение, надо полагать, относилось к тому, что мы стояли на ее любимом квадрате. У уборщиц наверняка есть любимые квадраты для начала. Во всяком случае, если бы я был уборщицей-нормисом, я бы точно себе такой завел.

Квадрат мы освободили.

– Пойдем в библиотеку? – предложила Алена уже в коридоре.

– В школьной только сказки и классика. – ответил я. – Толку от них чуть.

Алена сперва замерла, а затем расхохоталась. Чисто, звонко и заливисто. Далеко откинув голову.

– Ром. «Библиотека» – это бар. Возле парка. Там уютно, вкусно кормят и никто не мешает.

Бар. Я быстро прикинул финансы. В конце сентября мне на карту упали деньги за отработанные дни и следом аванс за октябрь, а тратился я до сих пор только на еду. Выходило, что впервые в жизни я почти богат. По крайней мере, на один поход в бар точно хватит.

Заодно в памяти всплыло второе указание Лены.

– Пойдем. – согласился я.

Мы вышли из школы, и на крыльце я сам взял Алену за руку. Первый. И она ответила мне взаимностью.

Бабочки в животе продолжили свой нескончаемый танец.

Глава 20

До бара мы добрались минут за двадцать, и все это время моя правая ладонь оставалась занята. А это не только порождало все новых и новых бабочек, но и заставляло задуматься о том, что, если по дороге что-нибудь случится, отбиваться придется одной левой.

С другой стороны, среди бела дня на проспекте Ветеранов случается в основном троллейбус, а от него не отбиться ни правой, ни левой, ни даже ногами. Так что ладонь я не освободил.

«Библиотека» пряталась на первом этаже ничем не примечательного здания, да еще и обладала входом со двора, так что случайно туда вряд ли кто-то попадал. О таких местах узнают исключительно по рекомендациям близких друзей, что уже само по себе является некой гарантией качества.

Внутри с порога наступил ранний вечер, хотя часы показывали еще что-то около трех дня. В баре царило теплое приглушенное освещение, словно от настольной лампы, и оно вязло в темном дереве цвета переспелой вишни. Дерево здесь царствовало безраздельно: пол, стены, столы, барная стойка. А там, где оно кончалось, начиналась кожа цвета горького шоколада.

Ну и, конечно, нельзя не отметить книги.

В помещение их завезли ровно столько, чтобы с лихвой оправдать название. Полки поднимались под самый потолок, и корешки всевозможных фолиантов выцвели по-настоящему, а не по замыслу дизайнера.

Боевая баррикада бармена сияла латунными кранами и подсвеченной витриной, где бутылки расположились батареями, словно готовые к слаженному залпу орудия. Под потолком висели телевизоры, на экранах которых кучка мужчин беззвучно и бессмысленно бегала за единственным мячиком. Вдоль окон тянулся подиум, а на нем попарно стояли широкие диваны, разделенные перегородками с молочным стеклом. Получались купе. Свет в них проходил, лица оставались размытыми.

Идеальная конструкция, если человеку есть что скрывать. Как, например, мне.


Мы заняли самый дальний угловой столик. Алена села напротив, положила телефон экраном вниз и взяла меню так, будто уже знала, что закажет, но хотела убедиться, что все позиции на месте.

– Мне «Библиотекаря», пожалуйста. – с улыбкой обратилась она к подошедшей официантке. – Большой. А ему сидр. Тот, со вкусом печеных яблок и корицы.

– Я не… – начал было я, но она меня перебила.

– Просто попробуй. Тебе понравится. Он как осень.

Каким образом напиток может быть временем года, я не понял, но спорить не стал. В еде я ориентировался хуже, чем в лесу.

Официантка спросила, будем ли мы что-нибудь есть, и Алена, едва пролистав меню, заказала для начала «мясные фисташки» и гренки с сыром.

Мясные фисташки. Что ж, это блюдо тоже стоило того, чтобы на него взглянуть. А может, и попробовать.

Официантка ушла. Из колонок доносилось что-то ритмичное, но в то же время мелодичное, абсолютно не подходившее для занятия физкультурой и идеально вписывавшееся в местную атмосферу. Алена крутила прядь волос и молчала. Полминуты. Минуту. Для человека, совсем недавно заявившего «хочу знать все», как будто бы долго.

– Так что это все-таки было? – спросила она наконец, не поднимая головы. – В лесу. Только честно!

– Леший.

– В смысле?

– В прямом. Хозяин леса. Настоящий. Живет там дольше, чем стоит Лемболово. Дуб был его, и сова, и звери. Он их не звал. Они просто его часть. Как пальцы.

Алена набрала воздуха и шумно выдохнула сквозь стиснутые губы.

– И они все… ну эти… из сказок… настоящие?

– Не все. Но многие. – я подумал и добавил. – И сказки про них в основном врут. Или сильно упрощают. Как учебник географии за шестой класс.

– Учебник за шестой класс не врет.

– Он утверждает, что Земля круглая.

– Так она и есть круглая.

– Земля плоская. Это любой географ знает.

Алена открыла рот, закрыла, пару раз хлопнула глазами, прищурилась и расхохоталась на весь зал. Сама же от этого смутилась и спрятала лицо в ладонях. Затем шутливо хлопнула меня по руке, попала по повязке и принялась извиняться. Психо едва успевал фиксировать изменение ее эмоций. Прямо ураган какой-то.

Принесли сидр. Высокий стакан, светло-янтарная жидкость и палочка корицы, воткнутая прямо в пену. Я отпил.

Печеное яблоко, это точно. Корица, что неудивительно, ведь она мне чуть в глаз не угодила. Что-то кислое на языке и сладкое через секунду после глотка. А еще тепло, идущее вниз по горлу, как по трубе.

Я поставил сидр и попробовал разобраться. Тепло внутри при холоде снаружи. За окном шел мелкий дождь, а мне от глотка стало слегка жарко. Похоже, «как осень» означало именно это.

– Ну как? – Алена смотрела на меня поверх высокого сосуда с чем-то слоистым и подозрительным.

– Как осень. – признал я. – Ты была права.

– Я всегда права. Продолжай.

Продолжать оказалось сложнее, чем начать. Начало у любой истории одно, а продолжений много, и рассказывать большинство из них я себе запретил. Ни к чему простой географичке лишние подробности.

– Они живут среди нас. – подумав, произнес я. – Выглядят как мы. Ходят на работу, платят налоги, ругаются с управляющей компанией. Ты их даже не отличишь.

– А ты отличишь?

– А я… вижу. Не спрашивай, почему. Сам не знаю.

– Что видишь? Рога, хвосты? И как они прячутся? Что делают?

– С помощью магии. Но иногда что-то проступает. Истинная сущность. Или какое-то ее проявление. Бывают и рога с хвостами.

– То есть, может, мой сосед снизу, который каждое утро…

– Может.

– … каждое утро сверлит…

– Может. Но, скорее всего, это просто сосед. Просто соседей сильно больше.

Алена отпила из стакана и посмотрела в окно, будто искала на улице подтверждение моих слов. Там шел дождь. Пара мужчин в дождевиках меняли колеса на старой хонде. Лохматый кудрявый пес чесал за ухом. Склонив голову, брела женщина с коляской. Все четверо выглядели обычно. Впрочем, сбрасывать со счетов хонду я бы не стал.

– А их кто-нибудь… ну… контролирует? – Алена переварила новую порцию информации и вернулась к допросу. – Потому что, если бы у меня была магия, я бы… не знаю… как минимум, для начала, сорвала джек-пот.

Мне почему-то такое даже в голову не приходило. Далек я еще от того, чтобы стать полноценным нормисом.

– Есть контора. Вернее, целый департамент. С лицензиями, квотами и строгой отчетностью. Так что сорвать джек-пот не выйдет. Накажут.

– То есть это что-то вроде ГИБДД?

– Хуже. У ГИБДД хотя бы видно, где пост.

– А как наказывают?

Я покрутил стакан. Про это я мог бы рассказать многое. Про официантку, про водяного из Тосно, про кицунэ… Но много говорить не хотелось.

– Лишают силы. Полностью. – сообщил я, не называя саму процедуру. – И для большинства из них это примерно как для нас с тобой остаться без легких.

Алена не ответила. Она смотрела на меня и перестала крутить локон.

– А тот, в лесу, – произнесла девушка тише, – говорил, что на него это не действует.

– Действует. Наверное.

– А ты? – Алена чуть наклонила голову. – Ты у этой конторы… на учете?

– Не знаю. – ответил я. – Надеюсь, что нет.

– Надеешься?

– Надеюсь.

Пауза вышла длинной.

Через два столика от нас праздновали день рождения, и официантка вынесла им небольшой торт со свечками. Пять человек вразнобой запели «Хэппи бездэй ту ю». Именинница зажмурилась, загадывая желание, задула свечи, а затем принялась хлопать в ладоши.

Счастливые люди. Никаких проблем.

Телевизор над стойкой беззвучно показывал, как кто-то кому-то забивает гол. Из динамика лилась незнакомая мне песня. Но Алена ей подпевала. Одними губами. Я невольно вспомнил костер, гитару папы Каунис, Цоя и то, как мой собственный рот открылся на припеве и выдал слова, которых я не знал.

Думать об этом сейчас не хотелось. Не тот вечер.

– Так все-таки что насчет тебя? – спросила Алена, когда песня закончилась, а имениннице принялись дарить подарки. – Я же видела. Там… Ветер?

Ну вот. Продолжение из тех, что я себе не разрешал. Лучше бы про официантку спросила.

– Немного умею.

– Немного?

– Призвать ветер, открыть замок. Возможно, еще что-то.

– Но как? Откуда? Ты же… человек?

Я посмотрел на молочное стекло перегородки. Лица за ним расплывались в пятна, и я подумал, что оно, наверное, работает в обе стороны.

– Человек. – признался я. – Наверное. И я учился. Есть школа для таких, как я. Была, по крайней мере. Смесь обычного образования и магического. – я говорил медленно, потому что информацию приходилось извлекать из закоулков и складывать, как мозаику. – Я помню обрывки. Учебник на подоконнике. Паруса. Гонки на море. Ветер там нужен был не для фокусов, а чтобы прийти первым.

– Ух ты! Прямо как в Гарри Поттере!

Алена подалась вперед и едва не уронила стакан с остатками напитка. Глаза у нее чуть ли не вылезали из орбит и блестели ярче, чем следовало бы при столь тусклом освещении, а губы разошлись, будто она хотела впитывать информацию даже через рот.

Восхищение – вероятность 93%. Изумление – вероятность 86%.

Неужели это и правда настолько животрепещущая тема для обычных людей?

– А родители? – продолжила наседать девушка. – Они тоже маги? Ты живешь с ними? А где эта школа? Она…

– Прости. – перебил ее я. – Это не самая веселая история. И она не вся у меня есть.

Алена замолчала на середине вопроса. Потом кивнула. Один раз, коротко. И развивать тему не стала, хотя вопросы у нее в глазах так и роились.

Тут принесли горячее, которое мы заказали, когда разделались с закусками.

Мясные фисташки, кстати, оказались маленькими пельменями, обжаренными во фритюре до хруста, с соусом, устраивавшим во рту небольшой пожар. Название по-прежнему не имело смысла, но вкус сей факт вполне искупал. Гренки с сыром отдавали чесноком, и подавали их почему-то с обычным кетчупом. Не самое подходящее сочетание.

Алена взяла в руки нож с вилкой и продолжила бомбардировать меня вопросами.

– Домовые?

– Есть.

– Призраки?

– Не знаю.

– Джинны?

– Знаком с одним ифритом.

– Вау! А драконы?

– Не видел.

– Русалки?

– Не встречал. Вот водяного – да.

– И какой он?

– Мокрый.

Алена прыснула и чуть не уронила с вилки кусок картошки фри. Я поймал ее на лету, макнул в соус и съел. Чего добру пропадать?

– Я думала, что сойду с ума. – заявила девушка, отсмеявшись и вытерев глаза. – Правда. Сижу на уроке, рассказываю про Австралию, а у меня в голове тот, с ветками. И глаза белые. А теперь я здесь, с тобой, ем антрекот с картошкой, и мне так спокойно… Как так?

– Антрекот удачный.

– Ром.

– Не знаю. – честно ответил я. – Я в этом не разбираюсь. Мне с тобой спокойно было еще в лесу.

Она посмотрела на меня долгим пристальным взглядом, и я не понял, что это значит.

Счет принесли в книжке. Настоящей, с твердой обложкой и вырезанной внутри нишей. Кто-то в этом баре относился к названию всерьез.

Я достал карту раньше, чем Алена успела потянуться к сумке.

– Давай пополам. – предложила она.

– Нет.

– Ром, это не свидание, так что…

– Это свидание. – отрезал я. – И за него плачу я. – я приложил карту к терминалу и дождался заветного пика. – Мне так посоветовали. Не спорь.

– Кто посоветовал?

– Сестра. И ее лучше не злить. Леший по сравнению с ней – трухлявый пень.

Алена посмотрела на меня и слегка порозовела. Ее плечи опустились, а уголки губ, наоборот, поползли вверх, хотя она явно пыталась их удержать.

Удовольствие – вероятность 82%.

Ей приятно. Это я определил и без подсказки. Не по процентам, а по тому, как она перестала спорить. Кому не нравится, тот спорит дальше.

[ Подтверждаю. + 1 к Эмпатии. +1 к Социальному взаимодействию.]

– Спасибо. Хоть кто-то в этом баре ценит мои наблюдения.

Вот так Эмпатия незаметно достигла полусотни и почти догнала Адаптацию. Прогресс.

– Тогда в следующий раз плачу я. – заявила Алена.

– Посмотрим.

– Это не ответ.

– Лучший из имеющихся.

Официантка унесла книжку и вернула ее пустой, если не считать чека и двух конфет. Одну Алена съела сразу, а вторую положила мне в карман куртки. Зачем, не объяснила.

Мы вышли. На улице стемнело. Дождь закончился, оставив после себя прохладный, влажный и совершенно неподвижный воздух.

Ни ветринки.

Пар изо рта поднимался вертикально и висел, будто ему некуда было податься. Проспект позади шумел машинами, а совсем неподалеку начинались деревья с проложенными между ними дорожками. Кудрявый пес перестал чесаться, и посмотрел на нас влажным взглядом.

Первое указание Лены я помнил дословно.

– Пойдем в парк? – предложил я. – Просто погулять.

– Пойдем. – легко согласилась Алена.

Мы углубились в аллею.

– Тут раньше усадьба была. – спустя какое-то время Алена кивнула в темноту, где угадывался светлый фасад с колоннами. – Восемнадцатый век. Сейчас там детская художественная школа. Я сюда студенткой на практику приезжала. Рельеф смотреть.

– И какой здесь рельеф?

– Плоский. Но с оврагом. Овраг для студента – уже событие.

Новенькие фонари стояли довольно часто, не давая скапливаться большим кускам тьмы. Под ногами шуршали мокрые листья, желтые сверху и черные внизу. У берега пруда спали утки, вытянувшись в ряд и спрятав головы, словно пациенты в Нарцесе после отбоя. Дальше, за прудом, белела усадьба, и в одном ее окне горел свет. Кто-то из художников задержался. Или сторож смотрел телевизор.

Мы шли за руку и молчали. Еще один совет многомудрой Лены. Молчать вдвоем, как оказалось, действительно может считаться разговором без слов. Алена сжимала мою ладонь, когда под ногой хрустела ветка. Я поддерживал ее на скользких участках и возле луж. Невербальное общение шло непрерывно, и, кажется, нам обоим было вполне комфортно.

У пруда Алена все-таки нарушила режим.

– Ты не замерз? – спросила она.

– Нет. Даже наоборот.

– Согрелся, что ли?

– Мне теплее, чем должно быть. – пояснил я. – И дело точно не в куртке.

Она ничего не ответила и лишь придвинулась ближе, так что теперь наши плечи соприкасались при каждом шаге. Я убрал ее руку себе в карман.

А внутри у меня происходило то, чего я не ожидал.

Тепло. Не сидровое – то давно прошло – другое. Оно засело в груди ровно и заполняло все свободное пространство, стремясь вырваться наружу и обнять весь мир. Большое. Мягкое. Уютное.

Раньше в таких случаях я делал одно и то же: искал причину, находил неверную и заглушал.

Сегодня не стал. Пусть будет.

Эмоция «симпатия». Интенсивность 84%. Устойчивая активность.

Психо, похоже, тоже не ожидал. Во всяком случае, никаких дополнительных комментариев не последовало, хотя обычно он не упускал случая высказать свое непрошеное мнение.

Мы прошли вдоль пруда и свернули на очередную аллею. Тут я заметил дерево.

Обычная липа, насколько я мог судить. Старая, толстая, с раздвоенным на высоте человеческого роста стволом. Ничем не примечательная, кроме того, что она на меня смотрела. Не в том смысле, что прям пялилась – глаз у дерева не выросло – просто крона над нами была чуть темнее соседних, и в ней на секунду мигнуло зеленым. Тускло, изнутри, словно индикатор на зарядке. Мигнуло и погасло.

Почти как у Бора.

Угрозы свечение явно не представляло, и я не придал ему особого значения. Мало ли что. Может, вообще показалось. Алена его и вовсе не заметила. Она смотрела под ноги, обходя лужи, и держала меня за руку так, будто это я мог в одну из них провалиться. Причем с головой.

Аллея пошла под уклон, и фонари на этом участке почему-то решили не ставить. Впереди лежала низина, куда свет едва дотягивался. Действительно какой-то овраг, по дну которого вилась тропинка, обрамленная черной стеной неподвижных кустов.

Идеальное место, чтобы споткнуться. Я крепче сжал Аленину руку.

Мы продолжили путь, наслаждаясь тишиной, внутренним теплом и обществом друг друга. Каждый думал о чем-то своем, но в то же время наше общение не прекращалось ни на секунду. Просто проходило оно на каком-то другом уровне. Возможно, посредством тех самых бабочек, от которых внутри уже давно стало щекотно.

Но внезапно идиллия рухнула, когда прямо перед нами из кустов вышел человек в черной куртке с накинутым на голову капюшоном. И в руках его, поймав отблеск далекого фонаря, блеснул нож.

Глава 21

– Оставляй девушку и проваливай. – бросил мне незнакомец, угрожающе качнув ножом. – Если будет паинькой, к утру вернется. Может быть.

Алена пискнула. Коротко, как мышь под тапком, и вжалась в меня всем телом. Ее пальцы сомкнулись на моем запястье так сильно, что я почувствовал каждую косточку.

Страх – вероятность 97%.

Страх. Испугалась она за себя или за меня? Влиял ли на это нож, или цвет куртки, или неожиданность появления на пути постороннего? Или он вообще с нашим новым знакомым не связан? Сколько еще тайн таит разум нормиса…

Да и что толку ко мне прижиматься? Я не стена и не дерево. Хотя из всего, что стояло поблизости, по габаритам я подходил лучше прочего.

– Ром… – выдохнула мне в плечо Алена.

– Стой за мной.

Полшага вперед, и девушка осталась чуть позади. Рука при этом не освободилась. Алена держала правую и отпускать не собиралась. Значит, работать придется левой. Но да и передо мной не троллейбус. Шансы справиться имеются.

Обстановку я оценил быстро. Нож короткий, сантиметров десять, кухонный или что-то в этом роде. До агрессора четыре шага. Фонарей нет. Окна новостроек далеко и высоко, и свидетелей за ними не доищешься.

Овраг, как и обещала Алена, оказался событием.

– Давайте разойдемся бортами. – предложил я. – Мы уйдем в ту сторону, а вы в эту. И никто никого не видел.

– Ты, мелированный, плохо расслышал?

– Хорошо расслышал. Просто предлагаю альтернативный вариант. С нами слишком много возни. Найдите себе кого-нибудь попроще.

– Возни?

– Именно. Вечер пройдет хуже, чем вы рассчитывали. Если что, это прогноз, а не угроза.

– Синоптик, что ли?

– Вроде того.

Человек в капюшоне засмеялся. Не как кинозлодей, запрокинув голову и положив руки на живот, а коротко и резко, будто закашлялся. Нож при этом продолжал смотреть в нашу сторону, словно прицел винтовки.

– Не, ну ты посмотри на него! Седой, дохлый, и еще условия ставит. Тебя уже разок продырявили, что ли? – он ткнул лезвием в сторону моей пряди. – За добавкой пришел? Так это не по моей части. Пшел отсюда, гомик, пока цел!

Превосходство – вероятность 88%. Предвкушение – вероятность 74%.

Он сделал шаг вперед. Тропинка под ним чавкнула. Расстояние между нами сократилось.

Тут я перестал искать слова. С ним они не работали, и это я определил без Психо. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы заметить, что твои фразы вызывают у собеседника лишь смех.

Я оглянулся проверить обстановку. Быстро, буквально на одну секунду. Тропинка сзади пустая, кусты сомкнутые, за ними темнота и далекий фонарь метрах в ста.

Никого.

Я поднял левую руку, ладонью вперед.

Однако одной секунды промедления ему хватило.

Незнакомец вскинул кисть, и с его пальцев, будто с бенгальского огня, сорвались золотистые искры. Из них слепился кулак. Полупрозрачный, размером с колесо легковушки. Он висел в воздухе долю мгновения, а потом рванул вперед и ударил меня в грудь.

Воздух вышел из меня с непроизвольным хрипом. Ноги оторвались от земли. И я полетел назад, не успев ни до конца осознать произошедшее, ни закончить движение рукой. Я приземлился на лопатки, больно приложившись спиной, а дальше меня еще протащило по мокрым листьям, собирая их под куртку. Что-то твердое проехало по позвоночнику. Корень, наверное. Остановился я метрах в трех от того места, где изначально стоял.

[ Ушиб грудной клетки. Переломов не фиксирую. Рекомендация: не вставать резко.]

– Спасибо. Очень вовремя.

[ Обращайся.]

Я и не мог резко. Легкие работали в четверть силы, и каждый вдох приходилось выдирать, как гвоздь из доски.

Лежа, я успел отметить цвет. Асур в тупике на Кузнечном вспыхнул рыжим. Дэв – синим. Газон под метлой Бора отдавал зеленым. У меня самого никаких цветов не водилось. Ветер являлся и исчезал бесцветным, без искр и спецэффектов.

Золотой в моем каталоге отсутствовал.

Не ДРС. Не леший. Человек. Только с незнакомым приемом.

– Рома!

Алена сорвалась с места. Снизу, из листьев, я видел, как она дернулась в мою сторону и как капюшон повернулся ей вслед. Рука у него снова зажглась.

Алена не добежала. Что-то невидимое ударило ее между лопаток, и девушка рухнула лицом в тропинку, замерев будто ее придавили сверху прессом. Она попыталась подняться на руках, но те разъехались в стороны. Вторая попытка далась еще хуже. Что-то держало ее за спину и не отпускало.

Неизвестный маг направился к ней. Не спеша, вразвалочку, как идут к машине на парковке.

– Понастроили тут. – буркнул он на ходу, обращаясь то ли к ней, то ли к мирозданию. – Дома, скамейки, камеры на каждом углу. Думают, если овраг фонарями обставить, то что-то изменится.

– Отпусти. – выдавила из себя Алена. – Отпусти меня, слышишь!

– Ни хрена они не понимают! Овраг Изнасилований будет жить. Я продолжу дело наставника! И начну с тебя!

Наставник. Значит, их как минимум двое. Один учит, второй учится. Или учился.

Разбираться с этим предстояло позже, если это позже для меня наступит.

И тут во мне что-то поменялось. Тепло, гревшее меня изнутри всю дорогу от бара, никуда не делось, только сменило температуру. Да и фактуру тоже. Оно превратилось в пламя. Ревущее, колючее пламя, способное испепелить обидчика дотла и успокоиться, только испив его крови. Так уже было один раз, на кухне у Кости, когда его отчим потянулся себе за спину.

Я поднял руку ладонью вперед.

Эмоция «злость». Интенсивность 93%.

Эту я уже знал. Пальцы на поднятой руке дрожали, и ушиб тут был ни при чем.

Однако позвать ветер я снова не успел.

Между мной и магом появились двое. Буквально возникли, словно картинка на включенном телевизоре. Секунду назад – пустая тропинка, а теперь на ней стояла парочка в знакомой униформе.

Ни курток, ни шарфов, будто на улице июль, а не октябрь.

Только костюмы.

Черный и белый.

Лиц я не узнал. Пятая, вроде, пара на моей памяти. Или у них в ведомстве лица выдают вместе с костюмами, и это новый комплект.

Преступник в капюшоне, надо признать, среагировал быстро. Скорее даже молниеносно. Его рука дважды подряд вспыхнула, и два золотистых кулака сорвались в сторону внезапных гостей.

Асур небрежно отмахнулся. Будто от осы над стаканом с компотом – не глядя и между фразами. Первый кулак рассыпался искрами. Дэв же даже руки не поднял, а просто чуть повернул голову, и второе заклинание пронеслось мимо, вдарив по кустам.

И в тот же миг асур исчез со своего места, а появился уже прямо перед нападавшим. Телепортировался. Его правую руку окутали черные искры, темнее темноты вокруг, и он ударил. Один раз, коротко, без замаха, в солнечное сплетение.

Преступник захрипел и сложился пополам. Упал коленями в грязь. Попытался отползти в сторону, но тут прямо из земли полезли цепи. Тусклые, черные, со звеньями толщиной в запястье, они обвили ему руки и грудь и сомкнулись сами собой, без ключа и замка. Капюшон при этом свалился на спину, открыв лицо.

– Чисто. – бросил асур, не оборачиваясь.

– Вижу. – отозвался дэв.

Лицо негодяя оказалось обычным. Небритое, на вид лет тридцать, с когда-то сломанным и затем криво сросшимся носом. Ни рогов, ни хвоста, ни синевы, ни чего-либо еще, что выдало бы в нем какую-либо сущность.

Человек. Как и я.

Но вот то, как действовали ищейки ДРС…

В тупике на Кузнечном я уронил на такую же пару строительный мусор, и они ничего не успели сделать. Тогда мне показалось, что я быстрый. Теперь же стало ясно: мне просто повезло, что они стояли ко мне спиной. И повезло очень крупно.

Колдовская рука, прижимавшая Алену к земле, растаяла, и девушка тут же вскочила на ноги. Она перебежала через тропинку, упала на колени рядом со мной и взялась за куртку двумя руками, будто собиралась поднять меня одним титаническим рывком.

– Ты цел? – вопрошала она, вращая широко распахнутыми глазами. – Рома, ты цел?

– Ушиб. – хрипло отозвался я. – Жить буду.

– У тебя листья. В волосах, везде.

– Пусть лежат.

– Кто это? Эти двое, кто…

– Потом.

– Ром.

– Потом, я сказал.

Алена потянула, я оттолкнулся локтем, и мы кое-как поставили меня вертикально. Ребра отозвались ноющей болью, и я невольно поморщился. Мало мне было повязки на руке. Теперь еще и это.

Алена держалась за меня, не отпуская, словно я был ее якорем в этой реальности. Штаны и руки в грязи, на нижней губе след от зубов, пальцы ледяные и дрожат так, что я аж сам из-за нее начал вибрировать. Видимо, замерзла. На земле в октябре долго не полежишь.

Плененный преступник тем временем оставил попытки вырваться из цепей и принялся блажить, брызжа слюной.

– Суки! Рогатые мрази! – он выплевывал слова, словно пули. – Цепные псы на окладе таких же, как вы, ублюдков! Что вы мне предъявите, демоны? Что? Я ничего не сделал! Нет ничего! Ни одного эпизода! За намерение не сажают, слышите, вы, твари? За намерение не…

Дэв поморщился, будто ему в лицо дунуло из канализации. Пальцы его правой руки коротко шевельнулись, как если бы он стряхивал задержавшуюся на них каплю. Мелькнула короткая вспышка.

Мужчина замолчал на полуслове, а его фраза оборвалась, не добравшись до своего логического финала. Голова безвольно опустилась к груди. А через секунду он ее поднял, и я увидел глаза. Открытые и влажные, со взглядом, направленным в никуда. Пустые, как окна в квартире, жильцы из которой давно съехали.

Апатия – вероятность 100%. Иные показатели отсутствуют.

– Что с ним?

[ Активность резко упала. Причины не наблюдаю.]

– Толку с тебя…

Такие лица я наблюдал на протяжении девяти лет. В коридорах Нарцеса. После вечерней раздачи таблеток. Этому же даже запить не дали.

– Мы не полиция. – спокойно проронил дэв, едва ли не зевая. – Суда не будет. Адвокат не положен. Нарушение второе, значит, получишь Забвение. А дальше живи как хочешь. Без… способностей.

Он повернулся к нам. Асур тоже. Оба смотрели на нас одинаково безразлично.

– Что здесь произошло? – спросил дэв. – И почему вы оба в грязи?

Второе. У него второе. Я, стоя с ушибленными ребрами, пересчитал собственные. Тупик на Кузнечном. Ветер против двоих при исполнении. Плюс отсутствие в каких бы то ни было списках. И это не считая всякого по мелочи.

– Психо. Сколько у меня?

[ Уточни параметр.]

– Нарушений.

[ Магии не существует. Следовательно, ноль.]

– Удобно.

Если по-честному, то у меня выходило уже энное. Вслух я эти подсчеты не озвучил.

– Мы гуляли. – принялась объяснять Алена. Быстро, торопливо, будто у доски. – Просто гуляли. По парку. А он вылез из кустов с ножом, и потом… потом будто маг…

– … могла поскользнуться. – перебил ее я.

Алена замолчала с открытым ртом.

– Тут склон. – продолжил я. – Мокрые листья. Она могла поскользнуться. И поскользнулась. И я тоже.

Девушка посмотрела на меня. Потом закрыла рот и кивнула. Один раз. И больше ничего добавлять не стала.

Умница какая. Сообразительная.

Асур шагнул ко мне. Я не сдвинулся с места.

– Склон, значит. – произнес он. Голос у него был ниже, чем у напарника, и в нем что-то поскрипывало. – Листья. Аж искры из глаз посыпались, да?

– Какие искры? – переспросил я.

– Цветастые такие. Разные.

– Осенью чего только не померещится.

– Осенью. Ага.

Недоверие – вероятность 86%.

Он видел. После золотых кулаков на нас с Аленой что-то осталось, и этот след он различал так же ясно, как я вижу его истинную суть, проступающую сквозь маскировку. Асур сделал второй шаг. Третий.

Поток проснулся у меня за лопатками раньше, чем я его позвал. Пальцы на левой руке сжались и снова распрямились.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю