Текст книги "Искушать плейбоя (ЛП)"
Автор книги: Наташа Мэдисон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц)
Глава пятая
Ной
Я машу на прощание блондинке, стоящей у двери в розовом кимоно и ни в чем больше, когда отъезжаю от бордюра. Включаю музыку, но мелодия не успевает даже начаться, когда я слышу звонок от Остина.
– Любитель шлюшек на проводе, – говорю я ему.
– Где ты будешь в восемь утра в воскресенье? – интересуется он.
– То, что ты в принципе спрашиваешь об этом, заставляет меня задаться вопросом: насколько хорошо ты меня знаешь?
– Отвали. Ты сможешь прожить субботу без секса, и твой член не отвалится. Ты ведь знаешь это, верно?
Серьёзно ли он относится к этому вопросу?
– Даже не знаю, с кем это я говорю. Полагаю, проблема в том, что ты не использовал собственный член с тех пор, как Лорен трахнула твои яйца.
– Мои яйца стали охренительно большими, как арбузы. Это дерьмо было не смешно.
Я расхохотался.
– Чувак, прекрасны они уж точно не были. Я думал, всё взорвётся и твои яички просто попадают на пол.
– Тебе лучше удалить те чёртовы фотографии, которые ты сделал. Я заметил.
– Удалить их? Чёрт, это моя заставка на рабочем столе и в телефоне. Возможно, я сделаю футболку с этим изображением.
– Ты мудак.
Я ухмыляюсь в ответ на его оскорбление.
– Меня называли гораздо, гораздо хуже, – сообщаю я ему. Я имею в виду, что только на прошлой неделе меня назвали сосунком, что совершенно не соответствует действительности, потому что я никогда не буду сосать ни один член. Никогда.
– Неважно, устроим поздний завтрак, забери меня в полдень, – требует он.
– Ты теперь живёшь по соседству. Ты не можешь подойти?
Он переехал через две недели после того, как увидел дом. Остин был таким быстрым, а дом продавался почти полностью обставленным, так что приятель перебрался туда чуть ли не за день.
– Хорошо, я подойду в полдень. Будь готов.
– Пока, принцесса, – я отключаю звонок, как только подъезжаю к своему дому, загоняя машину в гараж.
В полдень он стучит в дверь, открывает её и входит, прежде чем я успеваю спуститься.
– Идём уже. Мы возьмём мою машину, – кричит он снизу.
Я провожу рукой по своим ещё влажным волосам, прежде чем сойти по лестнице.
– Ты сегодня так нервничаешь, – я смотрю на него, когда он чуть ли не подпрыгивает, качаясь на пятках. Я следую за ним, усаживаюсь в машину и откидываю голову назад, закрывая глаза.
Чуть позже мы оказываемся перед каким-то домом, куда Остин приволок меня.
– Где, чёрт возьми, мы находимся? Я думал, ты сказал, что мы собираемся позавтракать, – я обвожу взглядом все эти дома с белыми заборами.
– Да, но сначала пит-стоп. Мне нужно забрать вещи из химчистки у Лорен, – говорит он мне, выходя из машины.
Как только мы обходим её дом, я спрашиваю его:
– Почему мы у неё дома?
– У неё поздний завтрак, – он пожимает плечами. – Возможно, я послал ей парочку пенисов для декорации, – признаётся он, прежде чем подойти к забору сбоку от дома.
Первое, что я вижу, – это все воздушные шары. Чёрт, моя ладонь взлетает ко рту.
– Нахрен, да она отрежет твой член зубной нитью, – говорю я, прежде чем он стучит в калитку и входит на задний двор.
Остин останавливается на полушаге. Я почти сталкиваюсь с ним, когда вижу, что это не просто небольшой бранч – человек пятнадцать ходят по двору.
– Чёрт возьми, – шепчу я, замечая Лорен. – Чувак, я думаю, она сейчас заплачет.
Взгляд Остина устремляется прямо на его помощницу.
Но я больше не смотрю на Лорен. В прицеле моего взора блондинка, стоящая рядом с ней. Она – нокаут. По правде, даже это недостаточно подходящее слово для неё. От неё захватывает дух. Её светлые волосы немного колышутся на ветру. Её глаза кристально голубые, почти как вода на Карибах, в которую хочется окунуться. Я не могу перестать смотреть на неё. Я даже не слышу, о чём говорят Лорен и Остин. Вместо этого я наблюдаю за женщиной, которая, наконец, смотрит на меня. Я собираюсь что-то сказать ей, когда слышу что-то о шоколадном вилли.
– Нет, тебе нельзя шоколадный вилли. Мы собираемся за стол через минуту, – Лорен поворачивается и убегает в дом.
– Это плохо для всех. Ты, должно быть, Ослина, – блондинка указывает на Остина. – Что ж, ты заколол медведя.
Я не успеваю ничего сказать, так как он резко уходит, следуя за Лорен внутрь.
Блондинка поворачивается ко мне.
– Ну и как твои дела? – говорит она с лучшими интонациями Джоуи Триббиани.
То, что она попыталась использовать лучшую фразу, которую можно сказать, вызывает у меня ухмылку, заставляя думать, что, возможно, я нашёл свою душевную половинку. Ладно, может, секс-половинку на ночь.
– Кажется, всё лучше и лучше. Очень надеюсь, что сегодня вечером ситуация станет просто отличной, – я подмигиваю ей и улыбаюсь.
Тогда она скользит взглядом вверх и вниз по моему телу, облизывая губы, как будто я её следующее блюдо, и мой член внезапно начинает шевелиться, желая показать себя.
Я слышу, как Рэйчел кричит:
– Папа, смотри – вилли.
– Чёрт, только что стало ещё интереснее. Бывший здесь, – говорит она, глядя на калитку, в которую только что вошёл мужчина, чмокающий теперь Рэйчел в макушку. – Я лучше пойду спасу Остина и предупрежу Лорен, – она уходит.
Я наблюдаю, как её задница покачивается из стороны в сторону, потом смотрю на свои руки. Да, определённо хорошо подойдут. Я спешу за ней, закрывая за нами дверь на задний двор.
Она собирается постучать в дверь ванной, когда мы слышим высокий голос Лорен.
– Разве ты уже не отомстил? Ты забомбил членами юбилейную вечеринку моих родителей!
Я двигаюсь позади блондинки и замечаю, что её голова поднимается к моим губам. Мои руки сами тянутся прямо к её бедрам. Её голова поворачивается в сторону.
– Я хочу услышать, что они говорят.
Она просто улыбается мне, и я чувствую, как твердеет мой член, прижимающийся к её спине.
– Может быть, мне наклониться, чтобы ты мог приложить ухо к двери?
Трахните меня, кажется, я просто застрял в штанах.
Я притягиваю её ещё ближе к себе.
– Ты наклонись, и к этой вечеринке добавится ещё один пенис, – я подаюсь вперёд и собираюсь поцеловать её, когда слышу, как Остин наконец вопит в ответ.
– Ты заставила мои яйца раздуться до размеров грёбаных грейпфрутов. Я думал, что они взорвутся!
Я смеюсь над этим.
– Они были чертовски огромными. У меня есть фотографии, которые я могу показать. Лорен была болью в его яйцах, это точно.
Блондинка сильнее прижимается к моей груди.
– Я ничего подобного не делала, – Лорен слабо пытается отрицать. – Но это… Это… Ты зашёл слишком далеко.
– Как насчёт того, чтобы объявить перемирие? – Остин пробует умолять. – Я не думаю, что смогу выдержать больше. Я чуть не умер, и мои яйца чуть не взорвались.
– Хорошо, – соглашается та.
– Перемирие, – я слышу шёпот.
– Думаешь, они там трахаются? – мы оба наклоняемся к двери, чтобы услышать.
– Моя сестра не стала бы трахаться на вечеринке в собственном доме.
– Просто позор. Это семейная черта? – я пытаюсь подтолкнуть её к тому, какую линию она выберет.
– У меня нет проблем с сексом с окружающими, – она подмигивает мне. – То есть, если кто-то действительно того стоит.
Эта женщина станет для меня смертью или я могу упасть в обморок от того, что вся моя кровь устремилась в член, который так же твёрд, как мраморная статуя.
Она поднимает руку, чтобы постучать в дверь:
– Эй, я не хочу прерывать, но, гм, Джейк здесь.
Дверь отпирается, а затем распахивается, Лорен стоит там с порозовевшими щеками, а Остин потирает рукой шею.
– Что ты имеешь в виду, говоря что Джейк здесь? Почему Джейк здесь? – спрашивает та, повышая голос с каждым вопросом.
– Привет, – блондинка отпихивает Лорен в сторону, – я Кейли, её любимая сестра, – представляется она.
– Она – моя единственная сестра, и через секунду станет бездомной, если не уйдёт с моего пути, – голос Лорен звучит сердито.
Я хихикаю за спиной Кейли. Лорен поворачивается и указывает на меня:
– А ты, если я узнаю, что ему помогал, это будет, – шипит она и наклоняется ко мне ближе, когда продолжает, – как Донки Конг[4]4
Дословно – Ослик Конг, Упрямый Конг, Глупый Конг – вымышленная агрессивная горилла из игровой вселенной Nintendo, антагонист, преследующий главного персонажа.
[Закрыть], – затем она уходит.
– Что, чёрт возьми, она имеет в виду под Донки Конг? – я поворачиваюсь к Кейли в поисках ответа.
– О, я была в таком списке только однажды, – она наклоняется ко мне ближе, – и я умоляла и плакала, чтобы вырваться из него, – она смотрит на Остина, затем снова на меня. – Это было похоже на жизнь в фильме «Сияние», только хуже.
Я физически ощущаю, как моё лицо бледнеет от этого маленького лакомого кусочка информации.
Я указываю на Остина.
– Если я получу это «Донки Конг», я повешу фотографии твоих опухших, аномально больших яиц на рекламном щите на Таймс-сквер, – угрожаю я ему, в то время как Кейли просто наблюдает за нами.
– Кто, нахрен, такой Джейк? – наконец спрашивает Остин.
– Её бывший. Это должно быть весело, – заявляет Кейли, уходя от нас.
– Ты правда сделал фото моих орехов? – цедит он, когда Лорен выбегает из дома.
Я качаю головой.
– Нет, я сделал целую серию снимков из твоих орешков, – и я выхожу, следуя за Кейли. Мой член ведёт меня прямиком к ней. Он ещё даже не познакомился с ней, а уже настроил радар.
– Что ты здесь делаешь? – слышу, как Лорен спрашивает того мужчину, должно быть Джейка.
Я наблюдаю за происходящим, разглядывая всё вокруг, ловлю одного из официантов, разносящего какие-то канапе, также беру шампанское с другого подноса.
– Что, чёрт возьми, ты делаешь? – я слышу, как Остин шипит рядом со мной, не отводя взгляда от Лорен и её бывшего.
– Я ем и пью, – отвечаю, показывая ему свои занятые руки. – Это же вечеринка. Ты пригласил меня на вечеринку, – я доедаю еду. – Ты должен попробовать эти грибные штуки. Они действительно хороши, – отмечаю я, допивая шампанское и подавая знак официанту, чтобы он подошёл. Затем прихватываю ещё один бокал. – Бывший ушёл? – спрашиваю я Остина, опорожняя второй бокал.
– Да, он пришёл за детьми и забыл, что тут вечеринка. Парень выглядит как придурок, – говорит Остин.
Кейли сообщает сестре, что разместит нас за их столом.
– Они не останутся, – возражает Лорен, прежде чем развернуться.
– О, да ладно, Лорен. Это было грубо, – упрекает Диди. – Вы можете сидеть за нашим столом, – она поворачивается к Фрэнку. – Пойдём присядем, милый.
Как только все рассаживаются, я оглядываю наш стол. Тут Кейли, Фрэнк, Диди, Лорен, Остин и Джош, который, как я узнал, работает врачом и поразительно похож на Ньюмана из «Сайнфелда».
Он садится рядом с Лорен, встаёт, когда она подходит к столу, и отодвигает её стул. Она смотрит на него и улыбается. Я наблюдаю за всем этим, в какой-то момент подмечая, как жилка на шее Остина начинает пульсировать.
Он хватает свой бокал вина и выпивает его залпом.
– Сбавь скорость, боец. Мы не хотим, чтобы ты улетел на одном из этих воздушных шаров-пенисов, – шепчу я ему на ухо, пока он косится на меня.
– Итак, – начинает Джош, глядя на Лорен. – Я слышал, что поздравления уместны. Теперь ты вернулась на работу, – он продолжает своим раздражающе гнусавым голосом: – Как насчёт этих выходных? – он краснеет и смотрит на свои руки. Какой идиот.
– О, гм, она не сможет выбраться в эти выходные, – отвечает Кейли за Лорен. – У неё сложная восковая эпиляция и укладка зоны бикини, – объясняет она, кивая.
– Что? – тот выглядит растерянным.
– Ну, – Кейли наклоняется и шепчет, – это как Амазонские джунгли там, внизу.
Я прыскаю водой, почти задыхаясь, пока их мать зажимает рукой рот, а Лорен бросает вилку на тарелку. Стук заглушает шёпот за нашим столом.
– Кейли, – выдавливает она, и у неё подёргивается челюсть.
– Что? – спрашивает она. – Это был секрет? – Кейли пожимает плечами. – Я извиняюсь, – она подносит бокал вина к губам, пытаясь скрыть ухмылку.
Мои глаза перебегают с одной на другую, как будто я смотрю теннисный матч.
– Дорогая, – спрашивает мать Лорен, – ты в порядке? Эта процедура нормальна? – она бросает на дочь взгляд, полный беспокойства.
– Мама… – начинает Лорен, прежде чем её прерывает отец.
– Лорен, Джейк ушёл давненько. Может быть, если ты… – он делает жест, складывая пальцы в кольцо, и его палец скользит внутрь и наружу, – то не будешь так напряжена.
Она хлопает руками по столу, бокалы звенят и раскачиваются от удара.
– Я не делаю никаких процедур по удалению волос, потому что в этом нет необходимости. Не могли бы мы просто…
На этот раз её прерывает мать.
– Итак, у тебя был секс после Джейка? – спрашивает её Диди с улыбкой на лице. – Это так радостно слышать, – она хлопает в ладоши, затем наклоняется и кладёт ладонь на руку Лорен. – Я так и подумала, от тебя идёт такое сияние.
– Я иду в ванную, – извиняется Лорен, вставая и указывая на Кейли. – Ты, – рычит она, – пойдём со мной.
– О, – отвечает Кейли совершенно невозмутимо, – я в порядке. Мне не нужно туда. Я просто подожду здесь. Развлеку гостей.
– Ни слова больше. Или Донки Конг, – обещает Лорен, прежде чем уйти.
– Итак, – начинает Диди, поворачиваясь к Остину. – Как долго вы встречаетесь? – она смотрит на него, а затем на дверь, в которую только что вошла Лорен.
Кейли смеётся.
– О, они не встречаются, мама. Он её босс, – услужливо замечает она. – Он отправил все эти воздушные пенисошары.
Фрэнк смотрит на Остина.
– Вы отправили эти воздушные шары и испортили всю её тяжёлую работу? – спрашивает он.
– Эм, сэр, если бы я мог просто объяснить, – прежде чем Остин успевает сказать что-либо ещё, Фрэнк поднимает руку, чтобы остановить его.
– Ты мне нравишься, – заявляет он прямо перед тем, как кто-то чокается и начинаются речи.
Я кладу руку на стул Кейли, пока мой большой палец гладит её открытое плечо, и наклоняюсь, чтобы прошептать ей на ухо:
– Итак, раз уж мы заговорили о восковой эпиляции бикини и обо всём остальном, мне понадобится мачете?
Она прижимается плечом к моей руке, идеально прилегая к ней.
– Мачете не нужен. Видишь ли, у меня очень ухоженная лужайка, – она поднимает брови, глядя на меня.
– Нам нужно устроить пикник. Я слышал, что употребление хорошо ухоженных газонов может насытить человека.
Её щеки розовеют.
– Я никогда раньше не ела ухоженный газон, но я ела довольно хорошие сосиски, – она кусает меня за ухо, заставляя меня почти стонать, но тут Остин пинает мой стул, чтобы привлечь внимание.
Мои брови вздымаются вверх, когда Остин настойчиво требует:
– Нужно идти, – а затем бросает взгляд на Лорен, которая идёт прямо на нас, как бык, перед которым именно Остин машет красным плащом. – Сейчас было бы отлично, – он бросает салфетку на тарелку перед собой. – Это было весело, – шепчет он, пытаясь вырваться.
– Убегаете так рано, ребята? – почти поёт Лорен, подойдя к нам сзади. То, как это звучит, заставляет даже мои яйца перевернуться.
– Мы вторглись, – говорит Остин. – Спасибо, что пригласили нас. Диди, Фрэнк, я желаю вам ещё много лет счастья, – мы спешим на этой волне к боковым воротам.
– Беги, – говорит Остин в ту минуту, когда ворота закрываются за нами, и ему не нужно повторять мне дважды.
– Что, дьявол побери, только что произошло? Я даже не узнал номер Кейли, – скулю я, плюхаясь в машину, даже не успевая пристегнуться, прежде чем он стартует с места.
– Возможно, я видел парочку подошедших к дому стриптизёров, – отвечает он, глядя в зеркало бокового обзора.
Я поворачиваю голову и вижу, как около двенадцати человек садятся в какой-то большой автобус.
– Оу, ты действительно разозлил этого чёртова Донки Конга. Она готовится обрушиться на тебя всей мощью. Я предлагаю тебе бежать, двигаться и не оглядываться назад, – я пристёгиваюсь. – О, и не говори мне, куда ты отправишься, потому что я, нахрен, всё ей выложу, – я прикрываю свой член руками. – Она не приблизится к моей гордости и радости.
– С ней всё будет в порядке.
Я смеюсь над ним.
– Ты думаешь? – я качаю головой. – Ты понятия не имеешь.
Глава шестая
Кейли
Не знаю, что происходит, но в одну секунду я болтаю о поедании сосисок на нашей ухоженной лужайке, а в следующую секунду Лорен бежит в мою сторону, а Остин и Ной убегают.
Я встаю.
– Что я пропустила? – перевожу взгляд туда-сюда от калитки, которая только что захлопнулась, к своей сестре.
– Весь состав «Грома из Австралии»[5]5
Thunder From Down Under – мужское танцевальное шоу из Австралии, популярное в Вегасе и в целом в США; название несёт двойственный смысл, значения – «Гром из Австралии» или «Гром из преисподней».
[Закрыть] только что прибыл, – она озирается, чтобы убедиться, что с гостями всё в порядке.
Я выпрямляюсь, немного приподнимая юбку, чтобы показать больше ног.
– Где? Они внутри? Чёрт, я выгляжу нормально? – я взбиваю волосы.
– Кейли, – шепчет она и шипит, – их здесь больше нет. Я отослала их.
Я стону и хлопаю одной рукой по столу.
– Почему? Зачем ты это сделала? – я устремляюсь к боковым воротам, чтобы посмотреть, не стоят ли они ещё на подъездной дорожке. – Кайфоломщица, – кричу я ей, поднимая Рэйчел. – Можешь ли ты защитить меня от мамы? – шепчу я ей на ухо, прежде чем чмокнуть в шею, пока Лорен садится и начинает свой винный ланч.
Остаток дня проходит без каких-либо дальнейших инцидентов, связанных с пенисами. Все кексы съедены, за исключением членов-топперов для торта, которые Лорен сняла перед подачей на стол.
Как только все уходят, Лорен плюхается в кресло и закидывает ноги на стул, на котором сидел Остин.
– Это было весело, правда? – спрашиваю я, хватая клубнику.
– Ты сказала людям, что у меня была странная проблема с волосами на моей «девочке», которая требовала сложной восковой эпиляции бикини и укладки, – она зыркает на меня.
– Я пыталась заставить Джоша представить, что ты женщина с волосатым кустом, чтобы он больше не приглашал тебя на свидание! – я отпиваю из бокала, который держу в руке. – Всегда пожалуйста, – ухмыляюсь ей.
– Что, чёрт возьми, мы будем делать со всеми этими воздушными пенисами? – она оглядывается по сторонам. – Ослина, – ворчит она себе под нос.
– Что за история с Ноем? – я стараюсь спрашивать небрежно, вспоминая наш разговор. Я бы позволила ему вспахать мой газон.
– Понятия не имею. Он лучший друг Остина, насколько я знаю, – говорит она мне, глядя на Рэйчел, которая бегает кругами, к сожалению, с воздушным шаром-членом в руке. – Десять минут до купания! – кричит Лорен, надеясь, что та послушается, но малышка продолжает свой одиночный девичий парад с воздушным пенисом.
– Мама, – слышим мы окрик Гейба позади нас, – могу я пойти в дом Джесси, чтобы попинать мяч?
Она проверяет часы, прежде чем ответить.
– Всего на тридцать минут, ладно?
– Итак, что ты собираешься сделать с Остином за всё это? – злорадно интересуюсь я, указывая на воздушные шары.
– Ничего, – она ухмыляется. – Мы объявили перемирие.
Я плюхаюсь на стул и ставлю бокал.
– Я знаю эту ухмылку. Я была объектом подобной ухмылки!
– Я имею в виду, что мы объявили перемирие сегодня, так? Мы не объявляли перемирие в среду, когда он заставил меня смотаться обратно за чертовски хрустящим кошерным солёным огурцом, потому что тот, что шёл с его бутербродом, был вялым, верно? – спрашивает она меня с будто бы размышляющей улыбкой. Выглядит так, будто смотришь в лицо настоящему злу.
– Что ты сделала на этот раз? Судя по фотографиям, его шары были размером почти с футбольный мяч Гейба, – я вспоминаю картинку с телефона Ноя, который он достал, когда получил сообщение от кого-то. Его экран блокировки украшали разбухшие яйца.
Она хлопает по столу.
– Ты видела снимки? – её челюсть падает.
Я киваю.
– Ага. Не всё откровение, а только бобы. Но они были огромными, – я двигаю руками, изображая в воздухе огромные круглые предметы. – Итак, что ты сделала?
– Ничего такого, что заставило бы какую-либо часть его раздуться. Я никогда, никогда больше не буду делать что-то подобное, – она качает головой. – Возможно, я уничтожила один из его парковочных талонов, который нужно было оплатить до вчерашнего дня, чтобы он мог избежать того, чтобы его машину эвакуировали, – тихо признаётся она, глядя в бокал, который взяла со стола.
– Чёрт возьми. Надеюсь, ты сохранила ксерокопию, потому что ты не можешь его не оплатить. Он узнает, что это была ты, – предупреждаю я её.
– Я знаю, знаю. Я оставила их себе, так что просто расслабься. – она кладёт руки на бедра и защищаясь, заявляет: – Я собираюсь оплатить их.
– Когда? – спрашиваю я снова, заставляя её закатить глаза.
– На следующей неделе, – отвечает она. – Рэйч, пора купаться, – она идет к задней двери. – Не смей сидеть и судить меня, дорогуша, – Лорен указывает на меня. – Кстати, в картошке было сливочное масло. Это за воск для бикини, – говорит она, прежде чем повернуться ко мне спиной и войти внутрь, и звук её проклятий наполняет мои уши.
– Ты что, с ума сошла? Я же веган. Это чертовски неправильно, – я качаю головой, подхватываю соломинку-член и бросаю её в сторону сестры, но мой снаряд падает за стол.
Я усаживаюсь поудобнее, допиваю остатки вина, пока не приходит бригада уборщиков и не начинает всё разбирать.
– Извините, мэм, – зовёт меня один из мужчин. – Куда вы хотите убрать все воздушные шары? – спрашивает он меня.
Я улыбаюсь ему.
– В машину моей сестры, – я указываю на ворота. – Микроавтобус впереди, просто сложите их туда, – он улыбается в ответ и кивает, воздушные шары следуют за ним, когда он идёт к машине, запихивая туда большую часть из них.
– Вот тебе, сучка Донки Конг, – я хихикаю в бокал, допивая последнюю каплю.
Потом я иду в дом, закрываю дверь и поднимаюсь наверх как раз в тот момент, когда Лорен выходит из ванной.
– Ребята всё ещё убираются?
– Да, они почти закончили, – улыбнувшись ей, иду в свою комнату и запираюсь. Я включаю только мягкий свет, раздеваюсь, бросаю платье в корзину. Мой телефон гудит, и я поднимаю трубку, лёжа на кровати и отмечая, что упустила довольно многое.
Из студии приходят сообщения о смене записей. Затем обнаруживается кое-что с неизвестного номера.
Эй, я надеюсь, у меня есть подходящий человек. У тебя ухоженный газон?
Я откидываю голову назад, смеясь над сообщением.
Это зависит от того, кто спрашивает. Как ты получил мой номер?
Я ныряю в Facebook пока жду, ответит ли он прямо сейчас.
Это называется преследование 101. Я зашёл в Facebook Лорен, потом в её список друзей, нашёл тебя. Нажал на страницу и в разделе «О нас» увидел название твоей студии. Кликнул по студии – и бум, я получил свой приз.
Я качаю головой.
Вау, ты много думал об этом процессе. Что ж, я должна сделать это стоящим.
Я фотографирую свои голые ноги.
Чёрт возьми, мы уже обмениваемся фотографиями? Это фантастическая новость. *фото*
На фотографии он лежит на кровати, одетый только в баскетбольные шорты. Резинка съехала очень низко, показывая, что он тоже тот ещё «ландшафтный дизайнер». Его грудь идеальна, пресс очерчен. Он не мускулистый мужчина, но меня убивает боковой пресс. Как бы наклонно срезанный. Это лучший способ, которым я могу его описать.
Спасибо за это. Он попал в мой банк фантазий.
У меня есть больше там, откуда это начинается, но я не делюсь этим в первый вечер. Поужинаешь со мной?
Когда?
Завтра.
Я пожимаю плечами, думая о том, что самое плохое может случиться.
Конечно, где?
Мой дом, твой дом, чёртов парк. Мне всё равно, пока ты сидишь передо мной.
Я хихикаю.
Это хороший ответ. Как насчёт того, чтобы встретиться у тебя дома, скажем, в 6 часов вечера?
Великолепно. Что ты любишь есть?
Я ухмыляюсь себе, отвечая ему.
974 Шервилль Роад. О, и твой ответ сделал возможным это. *фото*
На пришедшем фото – его шорты, скрывающие очень эрегированный член.
Увидимся завтра, красавица.
Повернувшись на бок, я наблюдаю, как за окном мерцают звёзды. Я выключаю освещение, и свет снаружи проникает внутрь. Я зеваю, медленно смыкаю веки и засыпаю, мечтая о голубых океанах и глазах, которые заставляют меня потеряться в них.
Мои ночные сны – это пляж, погоня за волнами, бег, хождение колесом по песку. Наслаждение красотой заходящего солнца, сидя посреди песка. Мой будильник будит меня чарующими колокольчиками. Сначала медленно, мягко, звуча всё выше и выше, пока не становится похож на сирену.
– Тётя Кей, – слышу я Рэйчел за дверью. – Мама сказала, чтобы ты спустила свой костлявый зад вниз и вытащила из машины воздушные шары.
Я переворачиваюсь, смеясь, скидываю одеяло, хватаю халат и иду к двери. Распахиваю створку, а Рэйчел всё ещё стоит там.
– У тебя большие неприятности, мисси, – она наклоняется и шепчет, когда я беру её на руки, прижимая к себе: – Она использовала внутренний голос мамы.
Я откидываюсь назад, мои глаза расширяются.
– О боже.
– Да, – говорит она, кивая, – она делала так, – она имитирует речь Лорен сквозь стиснутые зубы.
– Ну что ж, мне лучше одеться и спуститься вниз, – я целую её в шею. – Иди почисти зубы, пока я одеваюсь, – ставлю её на пол и наблюдаю, как она бежит в ванную.
Я подхожу к своему ящику, достаю свои розовые капри для йоги вместе с подходящим лифом. Спускаясь вниз, слышу, как Лорен предупреждает о десятиминутной готовности.
Входя на кухню, я улыбаюсь.
– Доброе утро, солнышко, – я останавливаюсь у кофемашины.
– Ты запихала воздушные члены в мою машину? – она поворачивается, спрашивая меня, пока запихивает бумаги в рюкзак Рэйчел.
Подношу чашку кофе к губам.
– Нет, – я мотаю головой, скрывая улыбку, и делаю глоток. – Я не пихала их в твою машину, – я же не вру: сама я их в её машину не убирала.
– Весь минивэн заполнен воздушными шарами-пенисами.
Я ставлю чашку, когда Лорен кричит в сторону лестнице. Рэйчел запрыгивает в комнату, хватая свой рюкзак, а Гейб следует за ней. Он выхватывает свою сумку у Лорен, целует её в щёку, затем подходит ко мне и делает то же самое.
– Хорошего дня, – говорю я ему.
– Сегодня я надеру задницу, – бросает Рэйчел, выходя за дверь.
– Следи за своим языком, – шикает Лорен и следует за ними к автобусу.
Я снова поднимаю чашку, выйдя на крыльцо, и смотрю, как они идут к остановке. Автобус прибывает точно по расписанию. Я машу им на прощание, пока Лорен возвращается к дому.
– Ты в состоянии сегодня работать? – уточняю я, зная, что каким-то образом отношения между ней и Остином не совсем такие, какими кажутся.
– Со мной всё в порядке. Теперь я буду в порядке, когда со всей этой – она машет рукой в воздухе, – враждой покончено.
Я смеюсь над ней.
– Ты так это называешь? – обхватываю чашку обеими руками, делая ещё один глоток.
Она смотрит на меня, открывает дверцу своей машины, и один гелиевый шарик-член взлетает в небо. Мы оба смотрим, как воздушный шар уплывает. Она открывает заднюю дверь, и остальные медленно выплывают наружу.
– Отпусти их, Лорен, – громко говорю я, когда миссис Флаундер выходит на улицу, её волосы всё ещё в бигудях, а на голове платок. – Идёт дождь из пенисов, миссис Флаундер. Они обрушиваются на нас.
Я поднимаю руку, указывая в небо.
Она хлопает в ладоши.
– Я бы хотела промокнуть под таким дождём, – она подмигивает Лорен. – На целых пять минут. Моя мечта-а-а.
Я поднимаю для неё свою чашку в тосте.
– Да будет так.
– У меня нет на это времени, – фыркает Лорен, закрывая заднюю дверь и садясь на переднее сиденье. – Не забывай о детях.
– Есть, капитан, – говорю я, отдавая ей честь. – У меня сегодня свидание, кстати, – я шевелю бровями. – Свидание, где я надеюсь быть умасленной по полной[7]7
В оригинале широкий смысл выражения to become the pretzel, буквально – свернуться в крендель, в околосексуальном контексте книги – от принятия сложных поз, до получения удовлетворения от чужого контроля и удовлетворения чьих-то потребностей одновременно, подстраивания под чьи-то ожидания.
[Закрыть].
Она смеётся, выезжая с подъездной дорожки.
После того, когда я добираюсь до студии, отрабатываю занятия по расписанию и возвращаюсь домой, где я собираю и укладываю детей, у меня остается достаточно времени, чтобы втиснуться в тёмно-синее летнее платье. Я подхватываю свою сумочку с кровати, отбрасывая бюстгальтер и трусики, без которых счастливо обхожусь.
