Текст книги "Путь ведьмы (СИ)"

Автор книги: Наталья Тудаль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Глава 5

Я вернулась домой, и дом встретил меня тревожным гулом. Стены вибрировали, словно отзвучавший натянутый нерв. Он чувствовал остатки магии, что струились с меня ледяным потоком, и запах чужих страхов, въевшийся в подол.

– Успокойся, – пробормотала я, проводя ладонью по косяку двери. – Все кончено.

Но это была ложь, и мы оба это знали.

Я прошла в глубь жилища, к своей кладовой с травами. Руки сами потянулись к знакомым склянкам – валериана, мята, лаванда. Все, что могло хоть как-то сгладить острые края случившегося. Но я остановилась. Зачем? Чтобы успокоиться? Я и так была спокойна. Слишком спокойна. Такое ощущение, будто все эмоции во мне заморозились в тот момент, когда я смотрела на падающих замертво солдат.

Вместо успокоительного я взяла бренди. Прямой, крепкий, без всяких там травяных примесей. Налила в простой глиняный кубок и выпила залпом. Жидкость обожгла горло, но не смогла растопить лед внутри.

«Идиоты, – беззвучно прошептала я, глядя в темное окно, в котором отражалось мое бледное лицо. – Самодовольные, ограниченные идиоты. Не могли просто пройти мимо».

Но они не могли. В этом и была их суть. Увидеть непохожее – и уничтожить. Сжечь. Растоптать. Их вера была костром, который требовал постоянной подпитки из чужих страданий.

Я чувствовала на себе взгляд. Не чужой, не шпиона. Взгляд Шелёпки, Бульбочки и Цапки. Они стояли на пороге, залитом лунным светом, и смотрели на меня. Их бусинки-глаза были полны странной смеси страха, благодарности и чего-то еще… пиетета. Им было страшно не только от людей, но и от меня. От той легкости, с которой я обратила пятерых вооруженных мужчин в куклы с перерезанными ниточками.

– Эви… – прошептала Шелёпка. – Они… они больше не придут?

– Нет, – ответила я, отворачиваясь от окна. – Не эти.

– А… другие?

Я снова подошла к бутылке с бренди. Налила еще. На этот раз не стала пить, просто смотрела, как огонь в камине играет в золотистой жидкости.

– Возможно, – сказала я наконец. – Но пусть попробуют.

В голосе моем прозвучала та самая сталь, что заставила кикимор встрепенуться. Они переглянулись, и страх в их глазах постепенно сменился чем-то вроде мрачного удовлетворения.

– Мы… мы будем следить, – вызвалась Бульбочка. – Если кто чужой с железным запахом – мы сразу к тебе!

– Хорошо, – кивнула я. – Теперь идите. И… берегите свои ягоды.

Они ушли, оставив меня наедине с домом, бренди и нарастающим осознанием последствий. Я не сомневалась, что в Парадизе скоро заметят пропажу разведчиков. И в отличие от прошлого раза, когда исчез лишь бездушный механизм, теперь они пришлют кого-то поумнее. Кого-то, кто умеет задавать вопросы. Искать следы. Читать историю места.

Я подошла к книжной полке и провела пальцами по корешкам старых фолиантов. Знания предков шептались во мне, предлагая решения. Укрепить периметр. Создать иллюзорные ловушки. Уйти вглубь Подпространства на время. Но все это было бегством. А я не собиралась бежать из собственного дома.

Я допила бренди и поставила кубок на стол. Звук получился твердым, финальным.

Релакс был не просто окончен. Он был похоронен под слоем болотной грязи. Начиналось нечто иное. Что-то, к чему я не стремилась, но что приняла с холодной готовностью.

Пусть приходят. Пусть ищут. Они найдут не уютное убежище затворницы. Они найдут Хозяйку Леса. И, возможно, это станет их последним открытием.

Глава 6

Следующие несколько дней прошли в странном, зыбком затишье. Лес замер в ожидании, а я – вместе с ним. Я не пыталась вернуться к прежнему ритму – это было бы самообманом. Вместо этого я занялась инвентаризацией. Не трав и зелий, а кое-чего посерьезнее.

Запертая в подвале, куда даже дом ступал с опаской, стояла бабушкина шкатулка. Вернее, не шкатулка, а нечто среднее между сейфом и живым существом, вырезанное из корня древнего дуба. Оно дышало, и чтобы открыть его, нужно было не подобрать ключ, а пропеть правильную ноту в его древесное ухо.

– Проснись, старина, – пробормотала я, проводя рукой по шершавой поверхности. – Пора проветрить старый арсенал.

Шкатулка издала глубокий, дребезжащий вздох и медленно раскрылась. Внутри лежало не оружие в привычном понимании. Не мечи и не посохи. Здесь хранились зачарованные нити, способные сплести паутину иллюзий, гуще любой стены. Камни, впитывавшие солнечный свет, чтобы в нужный момент ослепить врага вспышкой. Зеркальце, показывавшее не отражение, а самые глубокие страхи смотрящего.

Я перебирала эти безделушки, каждая из которых была опаснее полка солдат. Опыт предков шептал, что скоро они могут пригодиться. Но что-то внутри меня сопротивлялось. Это было бы признанием. Признанием того, что мое уединение кончилось. Что я снова в игре.

Я захлопнула шкатулку с таким раздражением, что та фыркнула и на секунду приоткрылась, плюнув в меня горстью пыли.

– Ну и ладно, – проворчала я, отряхиваясь. – Пока обойдемся без театральных эффектов.

Но бездействовать тоже было нельзя. Я усилила «нежелание» дома быть найденным. Теперь тропы, ведущие сюда, не просто извивались – они закручивались в петли времени, возвращая путника к началу пути после нескольких часов блужданий. Дубовый частокол начал излучать легкое, почти незаметное головокружение для любого, кто осмелится подойти слишком близко.

Именно во время одной из таких проверок границ я и почувствовала нечто новое. Не «железный» след Парадиза и не острое лезвие внимания того самого шпиона. Нечто масштабное. Тяжелое. Как будто в сердце королевства кто-то вбил гигантский гвоздь из тлена.

Я остановилась, прислонившись ладонью к стволу березы, позволив лесу рассказать мне, что происходит. И лес ответил. Шепотом листьев, дрожью земли под корнями, паникой мелких духов, бегущих с востока.

Люди Парадиза не просто шли. Они готовили что-то. Что-то большое. Они копались в земле у старой королевской дороги, ставили какие-то камни с рунами, натягивали невидимые нити магии. И цель их была не в моем лесу. Нет. Их цель была в засаде. Они готовили ловушку для кого-то важного. Для делегации.

Мысль пронеслась мгновенно, собранная из обрывков шепотов: послы из Садириз должны были проезжать по этой дороге через три дня с визитом в столицу нейтрального королевства. Мирный визит. Переговоры о торговле, о технологии. Все, что ненавистно Парадизу.

Холодная ярость, на этот раз знакомая и почти… приятная, заструилась по моим жилам. Они не просто нарушали мой покой. Они собирались устроить бойню на пороге моего дома. Опять. Они не понимали, что этот лес, эти земли – часть моего тела. А я не была тем, кто спокойно смотрит, как в его теле роют ямы.

Я не была героем. Я не собиралась спасать послов из любви к справедливости. Но я и не собиралась позволять устраивать магическую эпидемию на моих лугах. Дым от сожженных повозок и вопли умирающих – такое соседство мне не подходило.

«Нет уж, – подумала я, разжимая пальцы на коре березы. – Хватит. Ваша война заканчивается у моего порога».

У меня было три дня. Три дня, чтобы незаметно, тихо и эффективно испортить им все их грандиозные планы. Не уничтожить. Нет. Сделать так, чтобы их заклинания-убийцы сработали вхолостую. Чтобы их ядовитые руны обратились против них самих. Чтобы дорога, по которой они ждали гостей, привела их прямиком в объятия разгневанных местных духов.

Уголок моего рта дрогнул в холодной ухмылке. Наконец-то появилась задача, достойная моего времени. Не вязание носков и не выпечка пирогов. Настоящая работа.

Я повернулась и пошла прочь от границы, уже составляя в ухе план. Сначала нужно навестить Водяного ниже по течению реки. Его чувство юмора было достаточно черным, чтобы оценить мою затею. Потом – договориться с самим Лешим. Он не любил, когда на его земле шумят.

Возможно, релакс и закончился. Но кое-что начиналось. Не война. Не героическая сага. Нечто более изящное. Тихая, безжалостная диверсия.

И мне уже не терпелось начать.

Глава 7

Три дня. Семьдесят два часа, которые я потратила не на ворчание и попытки вернуть себе покой, а на активную, почти творческую работу. Это было сродни тонкой хирургической операции, только пациентом была сама местность, а болезнью – мерзкая опухоль под названием «Планы Парадиза».

Моя первая остановка – старое русло реки, где под сенью крутого глинистого берега обитал Водяной. Я застала его в дурном настроении; он ворчал, что из-за «железного привкуса» рыба стала невкусной.

– Послушай, – сказала я, опустившись на корточки у самой воды. – Твоя рыба скоро станет еще менее вкусной. Сверху могут нападать трупы и обломки.

Его мутные, как сама вода, глаза сузились.

– Кто смеет?..

– Те самые, чей привкус тебе не нравится. Они хотят устроить засаду на дороге. Прямо над твоим домом.

Водяной заурчал, как разъяренный медведь. Идея осквернения его владений пришлась ему не по нраву. Мы быстро договорились: в нужный момент его волны поднимутся и смоют несколько ключевых рунических камней, которые фанатики вбили в берег.

Следующим был Леший. Он не любил суету, но еще больше не любил, когда на его территории без спросу копают и строят. Я нашла его дремлющим в чаще, его борода была заплетена из живых плющей, а в глазах светилась вековая дрема.

– Шумят, – сказала я, не тратя времени на предисловия.

Леший приоткрыл один глаз.

– Люди всегда шумят. Как дятлы.

– Эти дятлы собираются свалить дерево. Не одно. Целую рощу. Осколками магии.

Второй глаз открылся. В нем вспыхнул зеленый, холодный огонь. Леший не ответил, но я почувствовала, как лес вокруг нас замер, прислушиваясь к его воле. Этого было достаточно. Я знала, что в день засады ветви деревьев «случайно» сбросят гнезда шершней прямо на головы лучников, а корни незаметно подергают за ноги заклинателей в самый неподходящий момент.

Я потратила остаток времени на собственную работу. Под видом старой нищенки я прошлась вдоль дороги, поправляя «случайные» камни и сбивая с толку охранников Парадиза навязчивыми рассказами о погоде. А на самом деле я плела паутину из тихой, незаметной магии. Я ослабляла молекулярные связи в их магических баррикадах, готовя их к обратному удару. Я перенаправляла потоки силы их собственных рун так, чтобы при активации энергия пошла не наружу, а внутрь, в самое сердце их подготовки.

Это была сложная, кропотливая работа. И, черт возьми, она доставляла мне удовольствие. Я чувствовала себя дирижером, готовящимся исполнить симфонию хаоса для самого неблагодарного оркестра в мире.

Накануне дня икс я стояла на холме, глядя на долину внизу. Все было готово. Ловушки установлены, союзники предупреждены. Оставалось лишь наблюдать.

Но холодный камень беспокойства лежал на дне моей души. Что-то было не так. Я чувствовала это. Их подготовка была слишком… громкой. Слишком заметной для такой скрытной операции. Как будто они не просто готовили засаду. Как будто они готовились к чему-то большему. К демонстрации силы.

Я отбросила предчувствие. Слишком поздно что-то менять. Мой план был идеален. Он должен был сработать.

Ошибка, как шептали мне предки, часто кроется в идеальности.

Глава 8

Предчувствие, упрямое и холодное, не оставляло меня всю ночь. Я не спала, прислушиваясь к шепоту леса, пытаясь разобрать в нем новые, тревожные ноты. Но все было тихо. Слишком тихо. Даже духи затаились, чувствуя надвигающуюся бурю.

На рассвете я снова была в Подпространстве, невидимый наблюдатель на своем холме. Внизу, в долине, замерла в ожидании королевская дорога. С одной стороны, скрытые в ложбине и за деревьями, люди Парадиза. Их было больше, чем я предполагала. Не отряд, а маленькая армия. И в их построении чувствовалась не просто засада, а готовность к полномасштабному сражению.

С другой стороны, на горизонте, показалась пыль. Делегация Садириз.

Мое сердце, обычно спокойное, учащенно забилось. Пора. Пора предупредить их. Я не могла позволить разыграться этой кровавой басне на моем пороге.

Я сосредоточилась, отыскивая сознание лидера каравана. Это было похоже на попытку поймать одну определенную рыбку в бурном потоке. Десятки умов, полных мыслей о дипломатии, торговых соглашениях, предстоящих встречах… И там! Более твердое, организованное сознание. Охранник, капитан стражи.

Я послала импульс. Не слова, не образ – чистое предупреждение. Ощущение опасности, острого, как лезвие ножа, прижатого к горлу. Стой. Опасно. Засада.

Я чувствовала, как его ум вздрогнул, как насторожился. Он что-то почувствовал. Он поднял руку, и караван замедлил ход. На мгновение у меня мелькнула надежда.

И тут же она была раздавлена.

Среди людей Парадиза кто-то понял, что их раскрыли. Я не знаю, как – возможно, у них был свой чуткий маг. Но вместо паники или отступления среди них вспыхнула яростная, фанатичная решимость. Их лидер, высокий мужчина в черных одеждах, поднял посох с кроваво-красным кристаллом.

Они не стали дожидаться, пока караван развернется. Они не стали ввязываться в бой. Они пошли на самое простое, самое тупое и самое разрушительное.

Он начал читать заклинание. То самое «черное заклятие».

Воздух затрепетал и сгустился, будто перед грозой. Птицы смолкли разом. Свет померк, хотя солнце все еще светило на небе. Я почувствовала, как магия вокруг начинает закручиваться в смертоносный вихрь, высасывая жизнь из самой земли. Трава под ногами солдат Парадиза почернела и рассыпалась в прах.

«Нет!» – крикнула я беззвучно, выходя из Подпространства.

Я пыталась остановить это. Я бросила все свои силы на то, чтобы разорвать формирующийся узел магии, перенаправить энергию, как делала это с их рунами. Но это было иное. Это была не тонкая работа, а грубый, лавинообразный выброс чистой силы разрушения. Это было как пытаться остановить падающую гору, подперев ее тростью.

Я успела лишь ослабить первый, самый мощный удар, отвел его эпицентр чуть в сторону, от дороги в ложбину, где стояли сами заклинатели. Но этого было недостаточно.

Мир взорвался в огне и тени.

Ослепляющая вспышка, затем – волна силы, которая отшвырнула меня назад, как щепку. Грохот, от которого заложило уши. Земля содрогнулась. Когда зрение вернулось, я увидела ад.

На месте каравана зияла огромная воронка, дымящаяся и черная. Обломки повозок, обугленные деревья, и… части тел. Повсюду. В ложбине, где стояли солдаты Парадиза, было немногим лучше. Их собственное заклятье, слегка смещенное мной, выкосило половину из них.

Тишина. Давящая, звенящая. Пахло гарью, расплавленным металлом и смертью.

Я стояла, не чувствуя ног, с горьким вкусом поражения во рту. Я опоздала. Мои хитрости, мои диверсии – все оказалось прахом перед лицом этой безмозглой, тотальной жестокости.

И тут я почувствовала его. Слабый, но упорный всплеск жизни среди всего этого хаоса и смерти. Чужой магии. Сильной, дисциплинированной, отчаянно борющейся за существование.

Я двинулась на автомате, обходя груды обломков. И нашла его.

Мужчина. Он лежал под обломком какой-то механической повозки Садириз, его одежда была в клочьях и обгорела. Все его тело было покрыто кровью и пылью, но лицо… Лицо было исполосовано свежим, ужасным шрамом, который шел от виска через глаз до подбородка. Шрам не был простой раной – он светился зловещим багровым светом, следствием магического удара, который должен был убить мгновенно.

Но он не умер. Его собственная магия, мощная и глубокая, как океан, сражалась с темным заклятьем, не давая ему умереть. Он был на грани, его жизнь висела на волоске.

Я опустилась на колени рядом с ним, не обращая внимания на грязь. Мои пальцы сами потянулись к его шее, нащупывая слабый, прерывистый пульс.

Он был жив. Единственный.

Я посмотрела на его искаженное болью, но все еще сильное лицо, на мужественные черты, проступавшие сквозь кровь и шрам.

«Ну что ж, – с горькой иронией подумала я. – Похоже, я все-таки кого-то спасла. Правда, всего одного».

И мне предстояло решить, что с ним делать.

Глава 9

Я стояла на коленях в холодной грязи, и мир вокруг сузился до хриплого, прерывистого дыхания умирающего мужчины. Запах гари и смерти щекотал ноздри, напоминая о масштабах катастрофы. Где-то вдали уже слышались крики – должно быть, местные жители или патруль из города спешили к месту взрыва. У меня оставались считанные минуты.

Мысль бросить его здесь и раствориться в лесу была соблазнительной. Практичной. Но она угасла, даже не успев оформиться. Оставить его умирать – значило признать свое полное поражение. Спасти – создать себе невероятные проблемы. Но что-то внутри, какой-то древний, неумолимый инстинкт целителя, уже взял верх.

«Черт побери, – беззвучно выругалась я. – Надо тащить его в лазарет».

Мой «лазарет» был, разумеется, моим домом. До которого – несколько миль непроходимого леса.

Я приложила ладони к его груди, ощущая под пальцами холодную кожу и липкую кровь. Его магия билась о мою, дикая и отчаянная, как раненый зверь.

– Успокойся, – прошептала я, не знаю, ему или его силе. – Сейчас будет больно.

Я не могла нести его физически через весь лес – это отняло бы часы, которых у него не было. Оставался один путь. Самый короткий и самый опасный для неподготовленного существа. Прямой скачок через пространство.

Я собрала свою волю, представляя себе свою гостиную, мягкий ковер перед камином, полки с травами. Пространство вокруг нас задрожало, зазвенело, как натянутая струна. Я обхватила мужчину за плечи, прижала к себе, чувствуя, как его горячее дыхание обжигает мне шею.

– Держись, – бросила я ему, зная, что он не слышит.

И шагнула.

Мир провалился в калейдоскоп искаженных красок и оглушительного гула. Давление сжало виски, желудок подкатил к горлу. Даже для меня, привыкшей к таким путешествиям, это было неприятно. Для умирающего – пытка.

Он издал хриплый, беззвучный стон, все его тело напряглось в судороге.

Через мгновение мы рухнули на мягкий шерстяной ковер в моей гостиной. Я чуть не потеряла равновесие, оглушенная резкой сменой обстановки. От сладковатого запаха сушеных трав и воска после вони гари и крови кружилась голова.

Дом встретил нас громким, тревожным гулом. Стены сомкнулись плотнее, свет в окнах померк – он чувствовал чужака, чувствовал смерть и чужую, агрессивную магию, которую я принесла на своем подоле.

– Знаю, знаю, – проворчала я, с трудом высвобождаясь из-под тяжелого тела мужчины. – Но это мой выбор, так что придется потерпеть.

Я встала на колени, чтобы осмотреть его. Теперь, при свете камина, было видно все. Шрам был еще страшнее – он не просто светился, он пульсировал, будто живой, высасывая из него силы. Его собственная магия отступала, сжималась к центру, пытаясь сохранить последние искры жизни.

Работа предстояла ювелирная. Нужно было не просто лечить физические раны. Нужно было снять магическое проклятие, вплетенное в плоть.

Я вскочила на ноги, засуетившись. Склянки с антисептиками, ножницы, чтобы разрезать одежду, пучки трав для успокоения боли и стабилизации духа. Дом, ворча, подавал мне все, что я просила, – полотенца появлялись на соседнем стуле, чистая вода сама наливалась в таз.

Я принялась за работу, отрешенно и методично, как делала это бессчетное количество раз. Очищала, перевязывала, поила отварами. Но главная битва происходила не здесь. Я закрыла глаза, снова положила руки ему на грудь и погрузилась в ту часть его существа, где сходились в смертельной схватке две магии.

Его сила была… потрясающей. Глубокой, как океан, и выкованной, как сталь. Она сражалась не яростью, а невероятной, упрямой волей. Это была магия воина, мага, лидера. Не того, кого можно просто так убить в придорожной засаде.

«Так, – подумала я, с холодным любопытством изучая структуру темного заклятья. – Посмотрим, что ты умеешь».

И я начала свою самую сложную работу за последние десятилетия. Развязывать узел за узлом, аккуратно рассеивая чужеродную магию, не дав ей взорваться и не повредив его собственную. Это было сродни разминированию. Каждая ошибка – смерть.

Время потеряло смысл. Я существовала лишь в пространстве между жизнью и смертью, в точке, где мое мастерство встречалось с его волей к жизни.

И понемногу, очень медленно, мы начали побеждать.

Глава 10

Время текло странно, то растягиваясь в бесконечность, то сжимаясь в мгновение. Я не знала, сколько часов провела на полу, борясь за жизнь незнакомца. Снаружи давно стемнело, и только огонь в камине освещал его бледное, искаженное болью лицо.

Наконец-то я почувствовала, что кризис миновал. Темная магия отступила, ее ядовитые щупальца были аккуратно отсечены и рассеяны. Оставался лишь уродливый шрам, но теперь он был просто шрамом – заживающей раной, а не каналом для смерти. Его собственная магия, освобожденная, медленно и лениво разлилась по телу, затягивая раны, восстанавливая силы. Он был стабилен. Без сознания, но стабилен.

Я отползла от него и облокотилась о кресло, чувствуя, как дрожь от переутомления охватывает все мое тело. С меня лил пот, руки немели, а в глазах стояла серая пелена усталости. Вытирая лицо окровавленным подолом, я смотрела на свое творение.

Он лежал на ковре, закутанный в одеяло, которое я набросила на него поверх перевязок. Его дыхание было ровным и глубоким. Высокий, мощно сложенный, даже в беспамятстве он излучал силу. Блондин, как я успела заметить раньше. Волосы, слипшиеся от крови и пота, я успела промыть и откинуть со лба. Черты лица – резкие, волевые, испорченные, но не сломленные шрамом.

«Ну, красавчик, – мысленно обратилась я к нему, смакуя собственную иронию. – Тебе повезло, что я сегодня в настроении играть в сиделку. И что у меня под рукой оказался приличный запас целебных трав, а не только те, что добавляют остроты в болотное варенье».

Я поднялась на ноги, костяшась, и направилась к кухне, чтобы заварить себе чего-нибудь покрепче. Дом провожал меня неодобрительным гулом.

– А ты помолчи, – проворчала я в пространство. – Я знаю, что делаю.

На самом деле, я не знала. Я спасла его, потому что не могла поступить иначе. Но что теперь? Когда он очнется, возникнет миллион вопросов. Кто я? Где он? Что произошло? И главное – как он отсюда уйдет, если мой дом не желает быть найденным?

Я вернулась в гостиную с кружкой дымящегося чая и устроилась в кресле напротив. Теперь, когда адреналин спал, я могла рассмотреть его спокойно. И помимо физической мощи, я чувствовала его ауру. Она была… впечатляющей. Сила в нем была не грубой, а сконцентрированной, подконтрольной. Энергия благородства, не того, что получено по праву рождения, а выкованного характером и поступками. Лидер. Воин. Человек, привыкший нести ответственность.

И, как ни странно, именно это и вызывало во мне раздражение. Такие люди редко бывают удобными. Они не склонны слепо доверять загадочным незнакомкам, которые вытаскивают их с того света. Они задают вопросы. Они ищут контроль.

Я сделала глоток чая, чувствуя, как тепло разливается по уставшему телу. Между нами, в тишине комнаты, уже витали невысказанные вопросы. И что-то еще. Тонкая, незримая нить. Первая искра.

Она пробежала, когда я, борясь с темным заклятьем, ощутила всю мощь его воли. Когда наша магия на мгновение слилась в борьбе с общим врагом. Это было мимолетное прикосновение, но… значимое.

Я смотрела на его спокойное лицо и понимала: его пробуждение принесет в мой уединенный мир бурю. И, к своему удивлению, я почти ждала этого.

«Отличная работа, Эви, – саркастически подвела я итог. – Ты не только ввязалась в чуждую тебе войну, но и притащила прямо в гостиную одного из главных действующих лиц. Релакс удался на славу».

С этими мыслями я откинулась на спинку кресла, решив не уходить в спальню. Что, если ему станет хуже? Нужно быть рядом.

Итак, я осталась сидеть в кресле, пристально глядя на спящего мужчину, чье присутствие уже начало менять привычный ход вещей в моем зачарованном доме