Текст книги "Сестры"
Автор книги: Наталья Невская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)
2
Катя замерзшими непослушными руками открыла дверь и вошла наконец в квартиру. Погода в последнее время стояла отвратительная: сильный ветер, мороз и колючий, на редкость неприятный снег – в лицо. Первым делом горячий душ. Потом горячий чай с бутербродами и теплая мягкая постель – блаженство! Катя повесила шубу и нагнулась, чтобы расшнуровать высокие ботинки. Она еще некоторое время пребывала в приятном предвкушении благ цивилизации, а потом ясно почувствовала, что на нее кто-то смотрит.
Катя замерла, ей вдруг стало нестерпимо страшно. Моментально всплыли картины убийств, насилия и разбоя, которые не раз рисовало ее воображение в этой роскошной пятикомнатной квартире, забитой антиквариатом и прочими дорогими вещами. Сзади еле слышно скрипнул паркет, и у Кати зашевелились волосы. Она чуть повернула голову, и ее взгляд упал на зеркало, в котором прямо за ее спиной отражалась мужская коренастая фигура. До боли знакомая фигура ее мужа.
– Фу, черт, – выдохнула Катерина и в изнеможении опустилась на стул. – Ну ты меня и напугал.
– С каких это пор ты стала меня бояться? – довольно спросил Артем.
– Не тебя, – хмыкнула Катя. – Не дождешься. – Она испытывала сейчас невероятное облегчение оттого, что недавний страх оказался зряшным.
– Тогда, интересно, за кого ты меня приняла, – он подошел к ней вплотную и по-хозяйски поднял ее лицо за подбородок.
– За грабителя и убийцу, – зло ответила жена. Облегчение сменилось досадой и раздражением. Горячий душ, горячий чай, теплая одинокая постель – все эти блага мира отодвигались на неопределенный срок.
– Ты же говорил, что в пятницу прилетаешь, а сегодня, пардон, четверг.
– Дело провернул – и домой, чего мне там торчать, когда здесь меня ждет любимая жена, – он сгреб ее и крепко прижал к себе. – Я соскучился, – прошептал прямо в ухо.
Сейчас в постель потащит, это на час как минимум, потом, может, заснет, а утром опять. Вот, черт, принесла его нелегкая…
– Я ботинки не сняла, – она попробовала отстраниться.
– Я их сам тебе сниму, только не здесь, а в другом месте, – он легко поднял супругу на руки и понес в спальню.
Она не сопротивлялась и не возражала, ей было отлично известно, что, если Артему приспичило – спорить не только бесполезно, но и опасно. Себе же дороже станет.
Он бросил ее на постель, а сам остался стоять, неотрывно на нее глядя. Словно оценивал свою работу. Потом медленно приблизился и стащил ботинки. Швырнул их в угол. Снял с себя рубашку – все это не сводя с Кати глаз.
– Расстегни блузку, – повелительно сказал. Катя подчинилась. – А теперь подними юбку…
О Господи, подумать только, когда-то меня эти пошлые примитивные игры возбуждали. Когда же это было, сто лет назад? Мысли перенесли ее в тот год, когда она согласилась стать женой Артема. В год, когда, ей казалось, исполняются самые смелые ее мечтания. Сколько тогда было надежд, силы, азарта! А сейчас – одна усталость, одна безмерная усталость от его постоянных взбрыков, приливов то любви, то презрения, то ярости, то снова любви…
– А теперь ласкай себя, детка, – говорил тем временем Артем.
Катя автоматически исполняла его команды, мысли ее были далеко от этой спальни… И работа, думала она. Такая любимая и такая изматывающая. Сегодня вроде бы все складывалось поначалу удачно, а потом эта бездарная ссора с режиссером программы, с Аленой. Ну как она не понимает, что кусок съемки о ресторане нельзя совмещать с интервью, взятым у директора магазина «Валентино»!
– Ты что, не слышишь? – донесся до нее резкий голос Артема.
– Что? – испуганно спросила Катя и приподнялась на локтях.
– Ты о чем думаешь?
Взгляд мужа не предвещал ничего хорошего. Катя инстинктивно отодвинулась. Он, уловив ее движение, дернулся к ней, рывком перевернул на живот и ловко связал ей руки за спиной.
Опять! Катя попробовала подняться, но на нее уже обрушился первый удар. Артем бил ремнем по голым ягодицам – не сильно, но чувствительно. А главное – это унижающее чувство беспомощности! Она зарылась носом в подушку. За все надо платить, за все. Простая арифметика.
Артему тем временем надоело хлестать жену. Он отбросил ремень и теперь рьяно ее целовал. Еще немного, и все, устало думала та. Приму душ – и спать, спать, спать. А завтра с утра на работу. Хорошо хоть, работа имеется, есть куда сбежать. Слава Богу, ему вроде льстит, что его жена – телеведущая, не то что мымры его дружков, дуры беспросветные!
Артем уже ритмично дергался на Кате и издавал финальные звуки. Еще раз, еще, и, наконец, стало тихо. Кожаный ремешок отпустил руки. Катя облегченно выдохнула. До завтра я совершенно свободна! Она сползла с кровати и проскользнула в ванную. Муж остался расслабленно лежать на постели.
Пустила воду, сняла макияж, скинула остатки одежды. Потом долго лежала в горячей душистой ванне. Тело расслаблялось, усталость уходила. Ванная комната была гордостью Катерины. Большая, отделанная зеленым натуральным камнем, змеевиком. В одном углу – черная мраморная раковина, в другом – тоже черная круглая ванна на возвышении и к ней ступеньки. Огромное зеркало, закрывающее всю стену, встроенные шкафы с множеством кремов, масок, тоников, ароматизированных солей. И везде в строго продуманном беспорядке всякие приятные мелочи: большая перламутрово-розовая шипастая ракушка, которую в прошлом году они купили на Цейлоне; изящная роза в хрустальной тонконогой вазочке; пахучие разноцветные свечи в небольших прозрачных прямоугольных подсвечниках… Время от времени Катя открывала глаза, смотрела сквозь ресницы на свое отражение в зеркальном потолке, и жизнь словно вновь вливалась в ее тело и приобретала нежные пенистые оттенки.
После ванны она накинула кремовый шелковый пеньюар и прошла в спальню. Огромная кровать уже дожидалась ее – Артем снял покрывало и откинул край одеяла. На подушке что-то чернело. Катя широко улыбнулась, нырнула в мягкое и поспешила открыть бархатный футлярчик.
– Ух ты!
– Нравится? – спросил муж за ее спиной.
– Еще бы, – она повернулась на спину и капризно протянула руку: – Надень!
Артем присел на край, вынул кольцо, украшенное внушительным изумрудом, и с удовольствием надел его на палец жены. Некоторое время оба молча любовались камнем.
– Знаешь, во сколько влетело? – спросил Артем, явно гордясь собой.
Катя укоризненно посмотрела на него.
– Я тебе говорила раньше, что нехорошо сообщать стоимость подарка? Говорила? – Она легонько взяла его за воротник рубашки. – А ты не слушаешься. И что из этого следует? – Катя строго посмотрела ему в глаза. – Из этого следует, что тебя надо сурово наказать!
И дурачась, она накинулась на Артема, повалила его на кровать и взъерошила волосы. Катя не сразу заметила, как тот моментально помрачнел.
– Хватит! – резко сказал он, отпихнул жену и вскочил на ноги. – Хватит, – повторил, правда, уже гораздо тише.
– Ты что? – Катя удивленно на него уставилась.
– Запомни раз и навсегда, – отчетливо произнес Артем. – Не люблю, когда меня учат. Особенно женщины, – сказал так, словно говорил о недоразвитых существах. – Ладно, вставай, – смилостивился. – Я там ужин заказал. Уже принесли.
И ушел. Катя еще полежала недолго, глядя на кольцо. Ну и хрен с тобой. Очень надо! Завтра надену к кольцу зеленый свитер и узкие черные джинсы: небрежное сочетание изумруда с повседневной одеждой. Вообразила, как классно будет завтра выглядеть, представила лицо Эдика, звукорежиссера программы. Он и так глазеет восхищенно и преданно, а завтра и вовсе обалдеет.
Соскочила с кровати, поправила волосы. Вот возьму и сведу с ума мальчика, весело подумала она и показала двери язык. Наставлю рога старому козлу, будет знать, как обижать маленьких!
Катя почувствовала прежний азарт, и предстоящая авантюра словно подогрела ей кровь – стало совсем весело и беззаботно. Она кинула взгляд на свое отражение и осталась довольна – красивая, холеная, богатая молодая женщина. Хозяйка жизни, одним словом, и пусть Артем идет подальше со всеми своими тараканами!
3
Лиза повесила трубку и чертыхнулась. Вечно эта Катька не вовремя! Только собралась, наконец, засесть за книгу, так нет – целый вечер коту под хвост, потому что у сестры шило в одном месте: хочу приехать к тебе, и точка. Вернее, запятая, потому что дальше следует: хочу познакомить тебя с отличным парнем – точка, восклицательный знак, многоточие…
Взгляд Лизы упал на недописанную страницу. Осталось-то всего ничего, но вечно некогда, а издательство торопит: в следующем месяце уже надо сдавать рукопись в набор, а еще главы не хватает. Снова села за стол, попыталась сосредоточиться, но куда там! Ни одной мысли в голове – все словно разбежались.
Тогда она встала, налила себе очередную чашку кофе, выпила стоя, не ощущая ни вкуса, ни запаха – как воду, почти залпом. Катька! Наживет горя на свою шею! Ну с кем она опять связалась? Ну зачем ей это нужно? Артем не Кирилл, терпеть не станет!
Мысль, что Артем может сделать с Катей за ее выходки, привела в тихий ужас. Вот что взбесило, вот что работать не дает, заставляет мерить шагами комнату и нервно дожидаться, когда Катерина подвалит со своим новым приятелем, чтоб его! Лиза поняла, что уже заранее не одобряет выбор сестры – пусть этот «отличный парень» хоть семи пядей во лбу и красавец писаный. То, что он принесет Катерине массу проблем, сомнений не вызывает. Хорошо, если просто проблем, а не чего-нибудь похуже.
Может, даже хорошо, что они сегодня подъедут, внезапно решила Лиза. Вдруг удастся вправить Катьке мозги? Надежд мало, но все же можно попытаться.
Убрала бумаги со стола, прошла на кухню, проинспектировала содержимое холодильника – наверняка голодные, после работы ведь – и осталась крайне недовольна. Катерине с ее избалованностью такая еда по вкусу не будет. Что такое гречневая каша по сравнению с мидиями? Или яичница по-московски против шашлыка из осетрины? Мелькнула мысль сбегать в магазин, но, посмотрев на часы, Лиза с облегчением поняла, что не успевает. И хорошо. Потому что на самом деле денег до зарплаты совсем немного, на балык с икрой, скорей всего, не хватило бы. Оставив холодильник в покое, Лиза пошла переодеваться. До приезда сестры оставалось минут двадцать.
Они приехали через полчаса. Радостно-возбужденная Катерина и молчаливо-восхищенный Эдик. Он со стуком поставил на пол тяжелую сумку. Катя, раздеваясь, охотно пояснила:
– Мы решили, что тебе некогда будет с ужином возиться, и прикупили по дороге кое-чего. – Пойдем разберем это добро, а Эдик нас в комнате подождет. Правда, котик?
Неразговорчивый «котик» серьезно кивнул, и Катерина потащила Лизу на кухню. Содержимое сумки оказалось впечатляющим. На стол проследовали: тонко нарезанная лососина, ветчина, копченая индейка, крабы, помидоры, зелень, виноград, бананы, ананас и две бутылки мартини.
– Вы ко мне на сколько дней? – робко спросила Лиза.
Катерина рассмеялась.
– Не пугайся! На пару часов. Это тебе в качестве гуманитарной помощи. Если, конечно, что останется, – добавила с сомнением. – Мы страшно голодные. – И лукаво посмотрев на сестру: – Как он тебе?
– Кто? – О мужчине, который дожидался их в комнате, Лиза как-то забыла.
– Ну, Эдик!
– А-а, – протянула Лиза. – Я пока не разглядела, – она отвела глаза, но тут же вспомнила о своем намерении вправить Катерине мозги и сердито зашептала: – Зачем тебе это нужно, вот что ты мне объясни! Артем, если узнает, башку тебе отвернет!
– Не узнает, – тоже зашептала Катерина. Лиза подумала, что ее больше успокоило бы другое отрицание: не отвернет.
– Ты Артема не знаешь, – продолжила она запугивание и поняла, что сморозила глупость. Катя хихикнула.
– Я знаешь какая осторожная! Ни одного лишнего движения. Он ничего пока не подозревает, – и снова Лизу кольнуло: пока.
– О Господи, Катька, ну когда ты повзрослеешь, ну неужели тебе самой не бывает страшно?
– Не-а, – Катька беспечно мотнула головой. – Мне на самом деле этот романчик просто необходим. Ты пойми, я таким образом восстанавливаю свое человеческое достоинство. Мне сейчас плевать, когда Артем ко мне цепляется. И если раньше меня неделю трясло после того, как он лапы свои ко мне прикладывал, то сейчас – тьфу! – она сделала вид, что плюнула и растерла.
Лиза в недоумении посмотрела на сестру и тихо спросила:
– Он что, тебя бьет?
Катя скривилась: в пылу откровения она явно сболтнула лишнее.
– Так, иногда, – махнула рукой. – Не больно, но обидно.
– Балда! Ты представляешь, что он с тобой сделает, если узнает? – Лиза говорила шепотом, но очень громко.
Катерина замахала на нее руками:
– Что будет, то и будет. А сейчас давай жрать, а то я прежде загнусь от голода.
С этими словами Катя взялась раскладывать снедь, и не успела Лиза прийти в себя, как все уже было готово.
– Поехали! – Катерина подмигнула сестре. – Все будет отлично.
Эдик сидел в комнате, все такой же молчаливый и серьезный. Наверное, подумала Лиза, он просто дико стесняется. На миг ей стало парня жалко: слопает его Катерина вместе со всеми потрохами…
При появлении женщин он вскочил почти испуганно. Кинулся помогать, зацепил ногой стул и чуть не растянулся. Катя заботливо усадила его обратно в кресло, налила мартини и велела «котику» вести себя тихо, они девочки большие, сами со всем справятся. Выпили, закусили, снова налили. Говорила в основном Катерина, Лиза слушала и поддакивала, а Эдик пребывал в прострации – ему, видимо, достаточно было только восторженно глазеть на коллегу и внимать ее речам. Он даже есть забывал, несмотря на «жуткий голод». Наверное, еще не освоился с мыслью, что женщина его мечтаний снизошла до него.
«А ведь он моложе Катьки, – пришло в голову Лизе. – Во всяком случае, по сравнению с ней – птенец желторотый».
Катя в это время, разглагольствуя о преимуществах их канала над всеми прочими, пересела к Эдику на колени. Лиза почувствовала неловкость, захотелось выйти из комнаты.
– Как орлица над орленком, – пробурчала она себе под нос и встала. – Пойду чай поставлю.
– Ага, – Катька даже не обернулась. Теперь она перебирала «котику» волосы, и парень просто таял в ее руках.
Лиза поспешно покинула комнату. Ей было досадно. Она прекрасно понимала, что решение Кати прокатиться после работы к сестре продиктовано отнюдь не желанием увидеть последнюю. Просто таким образом она использует и меня, и мою репутацию: Артем никогда не станет подозревать меня в непорядочности. А это именно непорядочно! Лиза даже ногой топнула. Пусть Артем свинья, но обманывать всегда низко. Катька делается ничуть не лучше своего мужа. Больше не позволю ей пользоваться мной!
Лиза решительно направилась в комнату, но на пороге застыла. Катя с Эдиком упоенно целовались. Словно глухари на току, они не слышали и не видели ничего вокруг. Казалось, еще немного, и оба рухнут в экстазе на пол, по пути срывая друг с друга одежду.
– О Господи, – простонала Лиза и снова ушла на кухню. – Планида, что ли, у меня такая – отсиживаться на камбузе?
Она села за маленький кухонный стол, не зная, чем себя занять. На какой-то миг даже пожалела, что все рабочие бумаги остались в комнате, – можно было бы главу дописать. Хотя в таком взвинченном состоянии вряд ли получилось бы что-нибудь путное.
А ведь мне потом Артему в глаза смотреть. Делать невинное лицо и рассказывать, как мы с его женой засиделись допоздна, вспоминая детские годы. Я-то врать не умею, это Катерина у нас виртуоз, никогда даже не запутается, а у меня вечно концы с концами не сходятся. Лиза подперла голову рукой и задумалась: неожиданно она поймала себя на том, что завидует сестре: на нее саму никогда никто не смотрел так – преданно, любяще, с восторгом, – как смотрит на Катю этот несчастный Эдик. Катька, наверное, чувствует себя дарительницей счастья. И удержаться от соблазна не может.
Лиза вздохнула. Получалось, что ее сестра вовсе не злодейка, а чуть ли не благодетельница. И все равно обманывать нехорошо! Лиза встала, резко отодвинув стул, полная решимости прервать токовище, но тут зазвонил телефон.
– Алло, – сказала Лиза, затаив дыхание. Не сомневалась, что звонит Артем.
– Привет, – сказал Артем. – Как дела?
– Нормально. А у тебя?
– Тоже. Катя говорила, что тебе может понадобиться машина, книги перевезти…
– А, да, спасибо, на следующей неделе, – запинаясь, ответила Лиза. («Что он про Катьку-то не спрашивает? Черт! Проверяет. До меня пока дойдет…»)
– Тебе Катерину дать? – Этот вопрос прозвучал гораздо бойчее.
– А она у тебя? – с лживой искренностью удивился Артем.
– Да, заехала после работы. Соскучилась, говорит. («Что за бред я несу», – у Лизы даже скулы свело.) Так я ее позову, – положила трубку и перевела дыхание.
Быстрым шагом прошла в комнату и на этот раз задерживаться на пороге не стала, хотя диспозиция не изменилась – те же и в тех же позах.
– Катя, – громко позвала. – Артем звонит.
– А пошел бы он, – проворковала Катерина.
– Так и сказать? – любезно осведомилась Лиза.
– Нет, подожди, – она отлепилась от Эдика. – Сама ему об этом скажу.
– Телефон на кухне, – подсказала хозяйка дома.
– Артем? – сладко пропела Катя в трубку. – Как здорово, что ты позвонил… – Лиза скорчила рожу, Катя невольно хмыкнула и погрозила кулаком. – Даже сможешь за мной заехать? – Восклицание получилось радостным. – Отлично! Во сколько быть готовой, дорогой? Договорились. Жду, любимый! – Она чмокнула трубку, и улыбка сползла с ее лица. – Козел ревнивый.
– Когда он будет?
– Сказал, что через час, значит, минут через пятнадцать, – Катя тяжело вздохнула. – Пойду попрощаюсь с Эдиком.
– Не увлекайтесь только, – крикнула ей сестра вдогонку. – Помни о времени.
Катя только рукой махнула, не оборачиваясь. Похоже было, что она сильно расстроилась. Уж не влюбилась ли, с тоской подумала Лиза. Тогда точно неприятностей не оберешься.
Вскоре парочка вышла в коридор, Катя достала куртку Эдика, замотала его шарфом, поцеловала на прощание. Лизе показалось, что она что-то сунула парню в карман, но точно сказать было нельзя. Хозяйка крикнула из кухни «Пока!», и на этом прощание завершилось. «Котик» покинул территорию. Катька приплелась на кухню, тяжело села на стул, словно постарела разом лет на десять.
– Ну что за жизнь, – пожаловалась Лизе. – Пятый класс, вторая четверть. Поцелуйчики по подъездам.
– Котик-то твой не женат, случайно? – с опаской спросила сестра.
– Нет, он с мамой живет.
– Ему сколько лет?
– На пару годков всего моложе, – беспечно ответила Катя.
– А с пионерами ты не пробовала? – Лиза не смогла сдержать раздражение.
– Думаешь, стоит? – Катя заинтересованно подалась вперед, и Лиза рассмеялась.
– На тебя даже злиться невозможно. Что ты за человек!
– Человек как человек. Стараюсь никому не делать зла, – серьезно ответила Катя.
– И получается?
– Не очень, – честно ответила звезда телеэкрана и погрустнела.
– Тоже мне Мефистофель шиворот-навыворот, – усмехнулась Лиза и процитировала: – «Я часть той силы, что вечно хочет зла, но сотворяет благо».
– Стало быть, я хуже черта, – грустно констатировала Катя. – Прав был Лев Николаевич, когда говорил, что женщины – исчадие ада.
Прозвенел звонок в дверь. Приехал Артем. Потоптался у двери, сказал, что проходить не будет, подождет жену здесь. Катька похлопала Лизу по плечу и отправилась одеваться.
– Что это вы понурые такие? – спросил Артем, подозрительно оглядывая супругу. Та пожала плечами. – Хотел бы я послушать, о чем вы тут говорили. Косточки мужикам небось перемывали, а? Лизавета?
Лизу, которая подобное обращение терпела исключительно от Катьки, передернуло.
– Представь себе, нет, – немного высокомерно ответила она. – У нас был небольшой литературный диспут. – Заявила это совершенно искренне и увидела, как Артем уважительно кивнул.
– Понимаю, – сказал он. – Катьке это полезно.
Катя хихикнула и подмигнула сестре:
– До скорого. Продолжим диспут через пару дней.
– Если я смогу, – поспешно вставила Лиза. – Мне надо книгу дописывать.
Артем только переводил взгляд с Лизы на Катю и обратно. Ему было очень лестно, что и жена, и сестра его жены – образованные интеллигентные женщины. В их присутствии даже материться было неудобно. Бизнесмен кинул взгляд на золовку и невольно задался вопросом: интересно, а в постели она такая же оторва, как ее сестрица, или нет? Усмехнулся и заторопился домой: надо было напомнить Катерине, кто в семье главный, чтоб не забывалась.
4
– Боже мой, как хорошо, – Катя сладко потянулась и пристроила свое длинное красивое тело рядом с телом Эдика. – Ты как?
– Нормально, – кивнул Эдик. – Сейчас поспать бы.
– Тебе хорошо, – Катя вздохнула. – А мне домой топать.
– Тебя проводить? – участливо спросил Эдик, прекрасно зная, что Катя откажется.
– С ума сошел? Или избавиться от меня хочешь таким изуверским способом? – Она с грозным видом нависла над Эдиком и сомкнула руки на его шее. – Тогда я первая тебя задушу.
Эдик легко разомкнул ее цепкие пальчики и перевернул Катю на спину, подмял под себя.
– Это мы еще посмотрим, кто кого, – наклонился и крепко поцеловал ее.
Руки скользнули по Катиному телу, по ее гладкой нежной коже, стали гулять по изгибам, округлостям, впадинам. Катя застонала, прогнулась, и Эдик, который всего минуту назад говорил о сне, с молодым, не растраченным еще энтузиазмом набросился на свою изумительную любовницу.
Он не был особо искусным в ласках. Их любовные игры не отличались ни изощренностью, ни выдумкой. Но из Эдика била такая неукротимая подлинная страсть, что Катя каждый раз словно получала заряд оптимизма и уходила обогащенная его энергией и бодростью. Он напоминал молодое сильное животное. Ей нравилось думать, что она приручила его и теперь он принадлежит только ей, во всем послушный ее желаниям.
Обычно, покидая квартиру, которую она недавно сняла для Эдика, Катя чувствовала себя дикой кошкой – хитрой и хищной. Она кралась домой, изобретая по дороге все новые звенья лжи, в которой давно барахтался ее муж. Ей нравилось в такие вечера дразнить Артема, и обычно после утех с Эдиком дома у нее случались настоящие любовные баталии: может быть, потому, что после встреч с любовником Катя становилась агрессивной и безрассудной. В такие моменты она казалась мужу похожей на дикого зверя, и теперь уже Артему нравилось подчинять ее своей воле. И, надо сказать, он всегда одерживал верх.
Но в этот вечер, когда Катя вернулась домой, мужа не было. Она не торопясь приняла ванну, сделала себе маску, поужинала. Артем все не приходил. Не было и звонков от него. В одиннадцать часов Катя легла спать. Лениво подумала, что надо бы позвонить мужу по мобильному, но вставать не хотелось. Придет, куда денется. Небось завалился в бар или в казино после того, как удачно обтяпал свои делишки. Может, подарит чего…
Катя закрыла глаза. Вспомнила, как в первое время Артем заваливал ее подарками, потом как-то постепенно их поток превратился сначала в скудный ручеек, а сейчас почти и вовсе иссяк. Хорошо, хоть сама зарабатывать стала. Даже квартиру смогла снять, правда, на приличные шмотки хватает далеко не всегда. Катя перевернулась на другой бок, в голову полезли неприятные и уже ставшие привычными мысли. Почему он мне не дает денег? Может, подозревает что-нибудь? Да нет. Он и раньше, когда еще подозревать нечего было, не давал. Всегда талдычил одно: если что нужно, скажи, сходим и купим. А что мне нужно? У меня все есть. Только ощущения богатства нет. Вчера зашла в этот роскошный магазин «Картье», так до слез стало обидно – ничего не могу себе позволить! Ни одного пустяка! Половина зарплаты уходит на квартиру, другая половина куда-то распыляется. Черт! Катя села в постели. Сказать кому на работе, что мне вечно денег не хватает, – рассмеются в лицо, и это в лучшем случае. И почему Артем отказывается купить мне машину? Боится моей самостоятельности? Постоянно твердит свое: если тебе надо, вызови мою машину с шофером или такси возьми.
– Небось пару раз проехаться на такси твоей зарплаты хватит? – Сама не заметила, как вслух передразнила своего мужа.
Голос в пустынной квартире прозвучал неожиданно громко. Катя вздрогнула. А вдруг его убили? Все ведь может быть. В его конторе одни бандюги сидят. Тогда что? Что мне-то делать? Я даже не знаю, где он деньги хранит!
Катя вскочила и начала мерить шагами спальню. Стало зябко. Накинула халат, постояла в задумчивости и решила зайти в его кабинет, куда входить ей было почти запрещено.
Заглянула, осмотрелась. Было немного страшно. Вошла. Ничего не случилось: гром не грянул, охрана не пристрелила. Катя усмехнулась. Артем запросто может нанять какого-нибудь профессионала охранять квартиру. Помнится, он даже как-то говорил об этом… Что же его тогда остановило?
Подошла к столу, подергала ящики, они оказались заперты.
Ну конечно, ревность! Как он тогда сказал? За мои же деньги какой-нибудь мускулистый идиот станет трахать мою жену. Он никогда мне не доверял. И правильно делал.
Обошла стол, заглянула под него. Пусто. Потрогала книги на полках. В основном справочники, какие-то карты, чушь всякая. Снова беспомощно огляделась.
Еще, не дай Бог, припрется сейчас, а я тут расхаживаю в его владениях. Катя поежилась. Убить не убьет, но надает крепко. Ну его к черту! Она повернулась уходить, но тут взгляд ее задержался на картине. Тоже мне любитель прекрасного! Катя фыркнула. И неожиданная мысль пришла ей в голову.
Она резво подскочила к картине и, аккуратно отодвинув ее от стены, заглянула в щель. Сердце забилось. Стальная дверца сейфа смотрела прямо на нее. Вот оно!
Уже собралась снимать картину со стены, как во входной двери заворочался ключ. Катя отдернула руки, словно обожглась, заметалась, зацепила корзину для бумаг, бросилась ее поднимать…
Дверь тем временем медленно открывалась. Какие-то обрывки бумаг остались лежать на полу, Катя же кинулась в спальню. Зарылась под одеяло, запоздало вспомнила, что, кажется, не закрыла дверь в чертов кабинет. Руки очень сильно дрожали.
– Катюха! – В спальню ввалился пьяный Артем. – Угадай, кто пришел?
Катя не шевельнулась.
– Катюха, – Артем полез на кровать. Вот ты где! Вылезай. Смотри, что у меня есть. – Он распахнул кейс, и оттуда посыпались деньги. – Еще даже не считал, – сообщил он с гордостью.
Катя показалась из-под одеяла:
– Вот это да. Ты что, банк ограбил?
– Дура! – Артем захохотал. – Я с уголовкой не контачу. Дельце провернули. Пойдем выпьем.
– Пойдем, – Катя поднялась. Постояла как бы в нерешительности. – Только деньги-то куда. Здесь нельзя.
– Точно, Катюха, здесь нельзя, – Артем сполз с кровати, сгреб купюры. – Ты пока наливай.
Он нетвердо пошел к двери, Катя на некотором расстоянии – за ним. Однако дверь кабинета перед ее носом захлопнулась.
«Ладно, – решила Катерина. – Может, по пьяной лавочке забудет сейф закрыть».
Она старательно влила в Артема двести граммов водки, и он отрубился. Катя дотащила его до кровати, раздела, постояла некоторое время, прислушиваясь к его дыханию. Артем старательно выдувал храп. Тогда она снова зашла в кабинет, сразу направилась к сейфу, дернула ручку, но – увы! – он был надежно заперт. Катя плюнула, постояла недолго, пытаясь что-нибудь придумать. Но ничего в голову не приходило. Тогда она собрала с пола клочки бумаг, осмотрелась, все ли на месте, и отправилась спать.
С завтрашнего дня, думала Катя, засыпая, у меня есть над чем поломать голову.
